Я рассмеялась и вырвалась из его рук. Стала отступать к выходу. Арэй снова витает в облаках, так что нужно его встряхнуть! Метнулась к пруду, набрала воды в ладони и щедро полила своего снежного принца. Ой! Очнулся! Оба с безумными взглядами стали наступать на меня, я пятилась. Поймали у пруда, затащили в воду, снова подарили сказку. Серебристая луна освещала наши нагие тела, наши искажённые от сладкой муки лица. Арэй был безжалостен! Его поцелуи были долгими, властными, жестокими в своей жажде. Но я охотно и с трепетом отвечала обоим, мои благодарные крики заводили их ещё больше, обещая бессонную ночь, полную неги. Легко и совершенно естественно вошли они оба в меня, словно было это уже сотню раз, кусали мои плечи, шею, но боль была малой платой за страсть и безумное удовольствие.
Тихий плеск в сонной тишине. Мы уже высохли, лежа в траве, я тихо млела от их ласки, пригревшись в середине, между ними. Мысли текли вяло и неохотно, в теле была райская услада, счастье плескалось где-то у горла. Едва я вздохну, милый мой Арэй тут же смыкает руки на моей талии покрепче, а спину награждает любящим поцелуем. Аидат просто улыбался довольно и сверкал глазами, отражая лунный свет, отражая моё счастье в своих глазах. Я знаю, что у него теперь есть страсть большая, нежели убийство - это я.
Спали мы или нет, я не знаю. Просто вдруг засверкало всё вокруг, на небо выкатилась громкая, чересчур звенящая мелкими колокольцами и длинными, золотыми палочкам, подвязанными по бокам, колесница с Зарёй, то есть Ушас. Она весело улыбнулась нам и проплыла по небу дальше, встречая новый день. Огромный крылатый конь мерно взмахивал широкими, белоснежными крыльями. Потрясающе... Я хочу себе такого же!
Как хорошо, что сари действительно не пачкается и всегда свежее и красивое, будто только из рук швеи! Замоталась в ткань, поправила юбку и топ, даже цветочек какой-то белый в волосы вплела, которые кстати, были ровные, волос к волосу! Свойство богинь? Или то озеро изменило меня навсегда? Мужья просто стряхнули с себя всё лишнее, потянулись за доспехами.
- Вас зовут к столу! - появилась словно из воздуха апсара, не знакомая мне. Она не поднимала на нас глаз и низко поклонилась.
- Мы уже идём! - мои якшасы. Так непривычно видеть их не в простых штанах и свитерах, а в лёгких доспехах цвета солнца, золотистых штанах. Будто серебро в оправе из золота... Две драгоценности, принадлежащие лишь мне.
Нас провели в большой зал, где были все боги без исключения. Они бурно нас поприветствовали, Дьус заявил, что бычок помог на все сто, отчего я покраснела как маков цвет, а Вишну и Шива переглянулись с вытянутыми лицами. Что, не ожидали, что мы так быстро придём к мирному решению проблемы? Гордо вскинула голову и поплыла к диванчику рядом с Ганешей. Бывший слон тепло нас поприветствовал, снова наделил меня толикой удачи.
Брахма был задумчив и молчалив, Индра только ухватил куриную ногу и сбежал к своим воинам, объявив общий сбор для всех мужчин через час за дворцом Камы, поскольку он самый последний, а за ним дорога, ведущая к Бездне и провалу в подземелья асуров. Поскольку в этом мире расстояние - понятие относительное, то прицениться, сколько дней или километров до врага, не представлялось возможным. Я с тревогой уцепилась за руку Арэя, сердце колотилось от непонятных предчувствий.
- Всё будет хорошо, верь мне! - улыбнулся он ласково, погладил по волосам и коротко поцеловал. Но не успокоил совершенно! Внутри скреблось что-то непонятное, нашёптывало, что не будет, нет, не останется всё, как прежде. Что-то уйдёт и уйдёт навсегда.
- Мы с вами? - спросил Энки. Вот кому доспех шёл так, будто он родился воином! Мимолётно полюбовалась его статью и вороными волосами. Аидат спокойно разговаривал с Аиготом, даже не выпростав свой щуп в сторону ракшаса. Чудеса! Впрочем... после этой ночи я не хочу больше никого и ничего. Только моих якшаси.
- Разумеется! - сказали Варуна и Шива, - Если вы готовы, то идём к Небесному дворцу - выбирать вам доспех, оружие и коней!
Парни с готовностью встали с диванов, выстроились, будто на параде. Шива позволил себе лёгкую усмешку, Варуна прищурился и сверлил взглядом Арэя, Ганеша что-то бормотал мне, что он-де полководец тоже.
- Что, правда? - удивилась я и даже голову к нему повернула. А это было нелегко, ведь по курсу были такие мужчины, что сердце заходилось.
- Да, он мои войска забрал, - сказал Шива, а Ганеша гордо поднял новообретённую голову и тоже подошёл к ожидающим дальнейших указаний ракшасам, - Выдвигаемся!
Богини стайкой пёстрых рыбок гомонливо текли следом. Я брела за всеми, ощущая тяжесть в душе, дурные предчувствия не отпускали. Что же ты видел, Арэй? Кто из вас не вернётся? Едва я сглотнула комок слёз в горле, как оба якшаса обернулись ко мне с тревогой. Нужно научиться приглушать свои эмоции! А то буду всегда как на ладони для всех. В том числе... Послала обоим по лучезарной улыбке, пару жарких признаний, оба довольно хмыкнули и уже более спокойно продолжили путь.
На ком бы потренироваться? Оглянулась, выискивая бога подружелюбнее. Девицы шушукались, иногда кидая взгляды на меня, мужчины вышли вперёд и теперь яростно обсуждали способности Эноя, как потомка злобного ракшаса. Санти не было, наверно, пошла готовиться к сражению вместе с мужем. Никого... Как же тогда понять, получится ли у меня приглушить свою эмпатию? Мимо проходил павлин. Хвост просто роскошный! Ну-ка иди сюда, цыпа-цыпа! Синий глаз уставился на иномирную богиню с подозрением. Добавила любви, нежности, позвала так, что птичка рванула ко мне, как бронепоезд!
- Ой! Тише! - отбивалась я от любвеобильного пернатого. Теперь я заглушу эмоции... Блин, как это сделать, если тебя бодает крупная, со страуса, голова с дивным хохолком? Однако, спустя минуту-другую птичка растерянно застыла, а потом и вовсе отошла от меня, будто меня не существует!
Я на радостях даже закружилась по полянке. Ой! Мои ушли все... Где... По приглушенной связи смутно шли волны беспокойства от Арэя. И волны эти... влево! Пришлось побегать меж кустов и беседок, перепрыгивать длинные, как собачья песня, клумбы. Серьёзно! Они были наверно метров по десять каждая! И шли продольно, по бокам широких дорог, а те в свою очередь петляли как заяц! В конце концов мне удалось нагнать богов уже у самого дворца. И тогда я стала, как завороженная, рассматривая великолепный, воздушный, высоченный замок!
- Ахренеть!
Этажей было с десять точно, много окон, открытых и не очень площадок, башни и башенки, своды и переходы меж ними, крыша покрыта сверкающими, серебристыми пластинами, перемежающимися с золотыми. Небесный дворец сиял, как жемчужина в лучах солнца! Под ним, на широком поле, фыркали кони, разноцветные, гордые и красивые. И у всех были крылья! Пегасы? Наши уже подошли к командирам и плавно влились в войско. Им вынесли на выбор литые доспехи, лёгкие кольчуги из золотистых колечек, копья, клинки, кинжалы, булавы. И ракшасы, и якшасы, все тут же с азартом в это всё закопались.
Боги и богини тоже стали вооружаться. Я недоумевающе проводила взглядом Сарасвати, которая влезла на коня и с гиком пролетела надо мной. Так им можно на войну, а мне нет? Гневно сложила руки под грудью и стала наступать на своих парней. Но поскандалить мне не дали. На полянку легла тень, да такая, будто над нами летел... дом?
- Кубера! - обрадовались непонятно чему боги и якшасы.
А я старалась словить челюсть, ведь некрасиво богине так реагировать на обычные для этого мира вещи. В том-то и дело, что для меня всё здесь необычное. То, что закрыло нам солнце, представляло собою что-то вроде летающего дома, только в римском стиле: портики, колонны, невысокие подъёмы, были там и кадки с пальмами, рабы с опахалами, прелестные гурии. И сам Кубера огромной, увешанной сверкающими драгоценностями всех видов, грудой возлежал на алой перине.
Как только платформа приземлилась, он резво, опровергая моё мнение о нём, как о неповоротливом толстяке, выбежал на травку и раскинул руки в приветственном жесте. И ловил он моих мужчин!
- О, мои дети, мои защитники! Как же я за вами скучаю! - Арэй и Аидат с недовольством, но вытерпели процедуру лобзания своим божественным покровителем, - А где же ваши предки? Меори, Санай-хо, Довали?
- Мертвы. За шесть тысяч лет остался только наш род, Санай, - ответил за всех троих Арэй. Бог на миг сбился с мысли, но тут же снова заулыбался, хлопнул в ладоши радостно.
- Какое счастье, что хоть вы остались! Я уж и не чаял... А это ваша якшауни? Какой прелестный цветок! Услада очей моих! Подойди, дева, не бойся! О, сколько сил! Я слышал, что в тебе течёт кровь Брахмы и Индры? Чудесно, чудесно! Мои дети получили славную якшауни, ты украсишь наш дворец, родишь сильных сыновей...
На свою беду я была аккурат у колонны этого транспортного средства, побившего все рекорды странностей для этого мира. Кубера впился в меня своим единственным глазом, я поёжилась. Зла или чего-то плохого я от бога не ощущала, лишь любопытство и какой-то азарт что ли. Арэй подошёл ко мне и взял за руку, успокоил, как мог, подвёл к покровителю.
Бог долго закатывал глаз к небу, цокал языком, подробно и со смаком прошёлся по персям, устам и моим нижним девяносто, я уже хотела плюнуть на всё и сбежать, но тут вдруг он произнёс то, за что я едва его не расцеловала!
- Не гоже нашей жемчужине быть в обносках! Иди за моим девами и выбери себе всё, что пожелаешь в моей сокровищнице!
- Вы с собой возите сокровищницу? - удивилась я. Кубера ещё больше умилился, пухлые руки по-отечески прижали меня к столь же пухлой груди. Пахло от него приятно, какими-то пряностями и, как ни странно, шашлычком. Мужчины веселились, но проскальзывала в них гордость, что я принадлежу к их роду.
- А как же! Она всегда со мной! - подтвердил бог и указал на ступеньки, ведущие вглубь платформы, - Там ты найдёшь всё, что пожелаешь, милая! Сокровища сами собою распределятся по твоим пожеланиям. Возьми и для якшаси твоих что-то. А хочешь, иди с ними!
- Я пойду с Алойей! - вызвался вдруг Аигот. Я заледенела, предчувствуя новый виток мерзких наветов на моих любимых. Арэй хотел было уже остановить наглого племянника, но бог внимательно оглядел якшаса и кивнул. Ну раз уж Кубера не увидел ничего в том страшного...
Я повернулась ко входу, сзади послышались голоса. Это боги подходили поприветствовать своего казначея. Брахма вопросил, как он находит их новообретённую дочь, я не захотела слышать второй виток о персях и ушла.
Девы, одетые не в пример апсарам, очень скромно - в белые платьица по щиколотки, вели нас по платформе довольно долго. Здесь что, пятое измерение скрыто? Хотя... Это ведь боги и их мир. Наконец, коридоры, портики и арки закончились массивной золотой дверью. На ней были выкованные из тёмного, старого серебра, змеи. При нашем появлении они взвились в воздух и зашипели. Но Аигот, будто знал, что нужно делать, дал им себя укусить. Слизав кровь стального цвета языком, одна из змей улеглась так, что её голова перестала мешать отпереть сокровищницу. Остальные тоже отодвинулись.
- Наша кровь, Алойя, отпирает все сокровищницы мира. И на Земле тоже, - похвалился Игнат, насмешливо глянув на меня. Я покривила губы, показывая, что уважать за воровство никого не собираюсь, тогда якшас молча схватил меня за руку и поволок во тьму.
По мере нашего продвижения вперёд, по бокам и над нами стали зажигаться огни. Факелы? И не чадят совсем, просто горят, мерно колышется пламя синего цвета, делая всё настолько нереальным, насколько оно может быть здесь, в мире Богов. Сокровищница была до верху набита сундуками с золотом, серебром, медью, другими не менее ценными вещами. Здесь были стеллажи, уходящие ввысь, полные тканей таких оттенков и блеска, что я тут же застонала от желания их все забрать! Сделать из них небесно-красивые платья, юбки и блузки! Мои вздохи увязли в напряжённой тишине.
- Тш! Тише, Лоли... - шептал змей, наступая на меня и сверкая безумием, подлинным безумием в глазах, - Я не хотел смотреть, не хотел ощущать, но я каким-то образом был там, у пруда, с вами. И я хочу этого в реальности. Ты была права, милая моя куколка! Я завидую им, так сильно, что могу сделать глупость...
- Аигот... не надо... - белая, гладкая и такая холодная ладонь якшаса легла на мою шею, спустилась вниз, огладила грудь, я даже дышать перестала. Нет, страх уже ушёл, как и не было его. Эта новая сила, мой дар считывать чужие эмоции и их усиливать, сейчас действовал против меня: я читала душу змея, а в ней лишь холод и пустота. Даже жаль его стало, что он столь беден, он не знает, каково это, любить.
- Жалость? И это всё, что ты ко мне чувствуешь? Даже палач вызвал в тебе больше эмоций, чем я! А ведь ты хотела меня тогда в машине. И если бы не старик!
- Аигот, давай выберем то, за чем мы пришли! - сбросила я его руки со своего тела и уже спокойно посмотрела ему в глаза. Он не посмеет меня тронуть! Тогда ему не жить! И мои якшасы, и боги, которые приняли такое участие во мне, все его накажут.
- Ну давай, - издеваясь, протянул он.
Мы пошли вдоль стеллажей, рассматривая невероятные, невесть как очутившиеся здесь, одежды всех эпох. И римские доспехи, и рыцарские латы, и шкуры варваров! Я уж не говорю о платьях. Льняные, шёлковые, шерстяные, кружево столь тонкое и искусное, что я даже дышать на него боялась! Понукаемая своим спутником, я стала откладывать на столики, стоящие между полок, приглянувшиеся мне вещи. И не только для себя, а и для моих якшаси тоже. Впрочем, Аигот знал их лучше меня, так что в основном выбирал он.
Не удержалась и забрала несколько прелестных шёлковых нарядов из древнего Китая, их вышивка, нежность и одновременно величие, меня покорили. Две тоги, тонкие и воздушные, к ним золотые сандалии. Моя куча всё росла и росла, я уже стала задумываться, как её отсюда вынести и где потом хранить, как к нам пробралась по завалам одна из девушек, служащих Кубере. Она подала нам два браслета и сказала, что это не что иное, как портативный склад!
На радостях я даже Игната простила за грубость. Он это почувствовал, девицу выгнал своим фирменным злым взглядом и снова протянул ко мне руки. Я скрылась за стеллаж с мехами. И стояла там, пока сердце не перестало стучать, как сумасшедшее. Стоило мне ощутить ласкающее прикосновение меха, как я словно обезумела! Прелестная накидка из белоснежного зверя легла на плечи, я повертелась перед каким-то круглым щитом, что лежал под ногами. Хороша! Но на Земле мех - это символ убийства невинных животных! С сожалением отложила его назад, напоследок впилась пальцами в его мягкую глубину.
- Бери всё, что хочешь. Алойя! Твоя красота должна быть достойно оправлена! - невесть как оказался за мной этот нашёптыватель, этот искуситель. Накрыл мою руку своей, прижался сзади, его губы коснулись шеи, по коже пробежали муравьи величиной со слона. Что это? Почему...
За тот миг, что я думала о своих чувствах, почему я не могу сказать точно, нравится он мне или нет, этот наглый завоеватель заголил на мне юбку и стянул бельё вниз! Надеюсь, сейчас в сокровищницу не войдут посторонние, потому что жадный, быстрый и безумно экстремальный секс громкими криками и рыками носился эхом по рядам и гулял под сводами.
Тихий плеск в сонной тишине. Мы уже высохли, лежа в траве, я тихо млела от их ласки, пригревшись в середине, между ними. Мысли текли вяло и неохотно, в теле была райская услада, счастье плескалось где-то у горла. Едва я вздохну, милый мой Арэй тут же смыкает руки на моей талии покрепче, а спину награждает любящим поцелуем. Аидат просто улыбался довольно и сверкал глазами, отражая лунный свет, отражая моё счастье в своих глазах. Я знаю, что у него теперь есть страсть большая, нежели убийство - это я.
Спали мы или нет, я не знаю. Просто вдруг засверкало всё вокруг, на небо выкатилась громкая, чересчур звенящая мелкими колокольцами и длинными, золотыми палочкам, подвязанными по бокам, колесница с Зарёй, то есть Ушас. Она весело улыбнулась нам и проплыла по небу дальше, встречая новый день. Огромный крылатый конь мерно взмахивал широкими, белоснежными крыльями. Потрясающе... Я хочу себе такого же!
Как хорошо, что сари действительно не пачкается и всегда свежее и красивое, будто только из рук швеи! Замоталась в ткань, поправила юбку и топ, даже цветочек какой-то белый в волосы вплела, которые кстати, были ровные, волос к волосу! Свойство богинь? Или то озеро изменило меня навсегда? Мужья просто стряхнули с себя всё лишнее, потянулись за доспехами.
- Вас зовут к столу! - появилась словно из воздуха апсара, не знакомая мне. Она не поднимала на нас глаз и низко поклонилась.
- Мы уже идём! - мои якшасы. Так непривычно видеть их не в простых штанах и свитерах, а в лёгких доспехах цвета солнца, золотистых штанах. Будто серебро в оправе из золота... Две драгоценности, принадлежащие лишь мне.
Нас провели в большой зал, где были все боги без исключения. Они бурно нас поприветствовали, Дьус заявил, что бычок помог на все сто, отчего я покраснела как маков цвет, а Вишну и Шива переглянулись с вытянутыми лицами. Что, не ожидали, что мы так быстро придём к мирному решению проблемы? Гордо вскинула голову и поплыла к диванчику рядом с Ганешей. Бывший слон тепло нас поприветствовал, снова наделил меня толикой удачи.
Брахма был задумчив и молчалив, Индра только ухватил куриную ногу и сбежал к своим воинам, объявив общий сбор для всех мужчин через час за дворцом Камы, поскольку он самый последний, а за ним дорога, ведущая к Бездне и провалу в подземелья асуров. Поскольку в этом мире расстояние - понятие относительное, то прицениться, сколько дней или километров до врага, не представлялось возможным. Я с тревогой уцепилась за руку Арэя, сердце колотилось от непонятных предчувствий.
- Всё будет хорошо, верь мне! - улыбнулся он ласково, погладил по волосам и коротко поцеловал. Но не успокоил совершенно! Внутри скреблось что-то непонятное, нашёптывало, что не будет, нет, не останется всё, как прежде. Что-то уйдёт и уйдёт навсегда.
- Мы с вами? - спросил Энки. Вот кому доспех шёл так, будто он родился воином! Мимолётно полюбовалась его статью и вороными волосами. Аидат спокойно разговаривал с Аиготом, даже не выпростав свой щуп в сторону ракшаса. Чудеса! Впрочем... после этой ночи я не хочу больше никого и ничего. Только моих якшаси.
- Разумеется! - сказали Варуна и Шива, - Если вы готовы, то идём к Небесному дворцу - выбирать вам доспех, оружие и коней!
Парни с готовностью встали с диванов, выстроились, будто на параде. Шива позволил себе лёгкую усмешку, Варуна прищурился и сверлил взглядом Арэя, Ганеша что-то бормотал мне, что он-де полководец тоже.
- Что, правда? - удивилась я и даже голову к нему повернула. А это было нелегко, ведь по курсу были такие мужчины, что сердце заходилось.
- Да, он мои войска забрал, - сказал Шива, а Ганеша гордо поднял новообретённую голову и тоже подошёл к ожидающим дальнейших указаний ракшасам, - Выдвигаемся!
Богини стайкой пёстрых рыбок гомонливо текли следом. Я брела за всеми, ощущая тяжесть в душе, дурные предчувствия не отпускали. Что же ты видел, Арэй? Кто из вас не вернётся? Едва я сглотнула комок слёз в горле, как оба якшаса обернулись ко мне с тревогой. Нужно научиться приглушать свои эмоции! А то буду всегда как на ладони для всех. В том числе... Послала обоим по лучезарной улыбке, пару жарких признаний, оба довольно хмыкнули и уже более спокойно продолжили путь.
На ком бы потренироваться? Оглянулась, выискивая бога подружелюбнее. Девицы шушукались, иногда кидая взгляды на меня, мужчины вышли вперёд и теперь яростно обсуждали способности Эноя, как потомка злобного ракшаса. Санти не было, наверно, пошла готовиться к сражению вместе с мужем. Никого... Как же тогда понять, получится ли у меня приглушить свою эмпатию? Мимо проходил павлин. Хвост просто роскошный! Ну-ка иди сюда, цыпа-цыпа! Синий глаз уставился на иномирную богиню с подозрением. Добавила любви, нежности, позвала так, что птичка рванула ко мне, как бронепоезд!
- Ой! Тише! - отбивалась я от любвеобильного пернатого. Теперь я заглушу эмоции... Блин, как это сделать, если тебя бодает крупная, со страуса, голова с дивным хохолком? Однако, спустя минуту-другую птичка растерянно застыла, а потом и вовсе отошла от меня, будто меня не существует!
Я на радостях даже закружилась по полянке. Ой! Мои ушли все... Где... По приглушенной связи смутно шли волны беспокойства от Арэя. И волны эти... влево! Пришлось побегать меж кустов и беседок, перепрыгивать длинные, как собачья песня, клумбы. Серьёзно! Они были наверно метров по десять каждая! И шли продольно, по бокам широких дорог, а те в свою очередь петляли как заяц! В конце концов мне удалось нагнать богов уже у самого дворца. И тогда я стала, как завороженная, рассматривая великолепный, воздушный, высоченный замок!
- Ахренеть!
Этажей было с десять точно, много окон, открытых и не очень площадок, башни и башенки, своды и переходы меж ними, крыша покрыта сверкающими, серебристыми пластинами, перемежающимися с золотыми. Небесный дворец сиял, как жемчужина в лучах солнца! Под ним, на широком поле, фыркали кони, разноцветные, гордые и красивые. И у всех были крылья! Пегасы? Наши уже подошли к командирам и плавно влились в войско. Им вынесли на выбор литые доспехи, лёгкие кольчуги из золотистых колечек, копья, клинки, кинжалы, булавы. И ракшасы, и якшасы, все тут же с азартом в это всё закопались.
Боги и богини тоже стали вооружаться. Я недоумевающе проводила взглядом Сарасвати, которая влезла на коня и с гиком пролетела надо мной. Так им можно на войну, а мне нет? Гневно сложила руки под грудью и стала наступать на своих парней. Но поскандалить мне не дали. На полянку легла тень, да такая, будто над нами летел... дом?
- Кубера! - обрадовались непонятно чему боги и якшасы.
А я старалась словить челюсть, ведь некрасиво богине так реагировать на обычные для этого мира вещи. В том-то и дело, что для меня всё здесь необычное. То, что закрыло нам солнце, представляло собою что-то вроде летающего дома, только в римском стиле: портики, колонны, невысокие подъёмы, были там и кадки с пальмами, рабы с опахалами, прелестные гурии. И сам Кубера огромной, увешанной сверкающими драгоценностями всех видов, грудой возлежал на алой перине.
Как только платформа приземлилась, он резво, опровергая моё мнение о нём, как о неповоротливом толстяке, выбежал на травку и раскинул руки в приветственном жесте. И ловил он моих мужчин!
- О, мои дети, мои защитники! Как же я за вами скучаю! - Арэй и Аидат с недовольством, но вытерпели процедуру лобзания своим божественным покровителем, - А где же ваши предки? Меори, Санай-хо, Довали?
- Мертвы. За шесть тысяч лет остался только наш род, Санай, - ответил за всех троих Арэй. Бог на миг сбился с мысли, но тут же снова заулыбался, хлопнул в ладоши радостно.
- Какое счастье, что хоть вы остались! Я уж и не чаял... А это ваша якшауни? Какой прелестный цветок! Услада очей моих! Подойди, дева, не бойся! О, сколько сил! Я слышал, что в тебе течёт кровь Брахмы и Индры? Чудесно, чудесно! Мои дети получили славную якшауни, ты украсишь наш дворец, родишь сильных сыновей...
На свою беду я была аккурат у колонны этого транспортного средства, побившего все рекорды странностей для этого мира. Кубера впился в меня своим единственным глазом, я поёжилась. Зла или чего-то плохого я от бога не ощущала, лишь любопытство и какой-то азарт что ли. Арэй подошёл ко мне и взял за руку, успокоил, как мог, подвёл к покровителю.
Бог долго закатывал глаз к небу, цокал языком, подробно и со смаком прошёлся по персям, устам и моим нижним девяносто, я уже хотела плюнуть на всё и сбежать, но тут вдруг он произнёс то, за что я едва его не расцеловала!
- Не гоже нашей жемчужине быть в обносках! Иди за моим девами и выбери себе всё, что пожелаешь в моей сокровищнице!
- Вы с собой возите сокровищницу? - удивилась я. Кубера ещё больше умилился, пухлые руки по-отечески прижали меня к столь же пухлой груди. Пахло от него приятно, какими-то пряностями и, как ни странно, шашлычком. Мужчины веселились, но проскальзывала в них гордость, что я принадлежу к их роду.
- А как же! Она всегда со мной! - подтвердил бог и указал на ступеньки, ведущие вглубь платформы, - Там ты найдёшь всё, что пожелаешь, милая! Сокровища сами собою распределятся по твоим пожеланиям. Возьми и для якшаси твоих что-то. А хочешь, иди с ними!
- Я пойду с Алойей! - вызвался вдруг Аигот. Я заледенела, предчувствуя новый виток мерзких наветов на моих любимых. Арэй хотел было уже остановить наглого племянника, но бог внимательно оглядел якшаса и кивнул. Ну раз уж Кубера не увидел ничего в том страшного...
Я повернулась ко входу, сзади послышались голоса. Это боги подходили поприветствовать своего казначея. Брахма вопросил, как он находит их новообретённую дочь, я не захотела слышать второй виток о персях и ушла.
Девы, одетые не в пример апсарам, очень скромно - в белые платьица по щиколотки, вели нас по платформе довольно долго. Здесь что, пятое измерение скрыто? Хотя... Это ведь боги и их мир. Наконец, коридоры, портики и арки закончились массивной золотой дверью. На ней были выкованные из тёмного, старого серебра, змеи. При нашем появлении они взвились в воздух и зашипели. Но Аигот, будто знал, что нужно делать, дал им себя укусить. Слизав кровь стального цвета языком, одна из змей улеглась так, что её голова перестала мешать отпереть сокровищницу. Остальные тоже отодвинулись.
- Наша кровь, Алойя, отпирает все сокровищницы мира. И на Земле тоже, - похвалился Игнат, насмешливо глянув на меня. Я покривила губы, показывая, что уважать за воровство никого не собираюсь, тогда якшас молча схватил меня за руку и поволок во тьму.
По мере нашего продвижения вперёд, по бокам и над нами стали зажигаться огни. Факелы? И не чадят совсем, просто горят, мерно колышется пламя синего цвета, делая всё настолько нереальным, насколько оно может быть здесь, в мире Богов. Сокровищница была до верху набита сундуками с золотом, серебром, медью, другими не менее ценными вещами. Здесь были стеллажи, уходящие ввысь, полные тканей таких оттенков и блеска, что я тут же застонала от желания их все забрать! Сделать из них небесно-красивые платья, юбки и блузки! Мои вздохи увязли в напряжённой тишине.
- Тш! Тише, Лоли... - шептал змей, наступая на меня и сверкая безумием, подлинным безумием в глазах, - Я не хотел смотреть, не хотел ощущать, но я каким-то образом был там, у пруда, с вами. И я хочу этого в реальности. Ты была права, милая моя куколка! Я завидую им, так сильно, что могу сделать глупость...
- Аигот... не надо... - белая, гладкая и такая холодная ладонь якшаса легла на мою шею, спустилась вниз, огладила грудь, я даже дышать перестала. Нет, страх уже ушёл, как и не было его. Эта новая сила, мой дар считывать чужие эмоции и их усиливать, сейчас действовал против меня: я читала душу змея, а в ней лишь холод и пустота. Даже жаль его стало, что он столь беден, он не знает, каково это, любить.
- Жалость? И это всё, что ты ко мне чувствуешь? Даже палач вызвал в тебе больше эмоций, чем я! А ведь ты хотела меня тогда в машине. И если бы не старик!
- Аигот, давай выберем то, за чем мы пришли! - сбросила я его руки со своего тела и уже спокойно посмотрела ему в глаза. Он не посмеет меня тронуть! Тогда ему не жить! И мои якшасы, и боги, которые приняли такое участие во мне, все его накажут.
- Ну давай, - издеваясь, протянул он.
Мы пошли вдоль стеллажей, рассматривая невероятные, невесть как очутившиеся здесь, одежды всех эпох. И римские доспехи, и рыцарские латы, и шкуры варваров! Я уж не говорю о платьях. Льняные, шёлковые, шерстяные, кружево столь тонкое и искусное, что я даже дышать на него боялась! Понукаемая своим спутником, я стала откладывать на столики, стоящие между полок, приглянувшиеся мне вещи. И не только для себя, а и для моих якшаси тоже. Впрочем, Аигот знал их лучше меня, так что в основном выбирал он.
Не удержалась и забрала несколько прелестных шёлковых нарядов из древнего Китая, их вышивка, нежность и одновременно величие, меня покорили. Две тоги, тонкие и воздушные, к ним золотые сандалии. Моя куча всё росла и росла, я уже стала задумываться, как её отсюда вынести и где потом хранить, как к нам пробралась по завалам одна из девушек, служащих Кубере. Она подала нам два браслета и сказала, что это не что иное, как портативный склад!
На радостях я даже Игната простила за грубость. Он это почувствовал, девицу выгнал своим фирменным злым взглядом и снова протянул ко мне руки. Я скрылась за стеллаж с мехами. И стояла там, пока сердце не перестало стучать, как сумасшедшее. Стоило мне ощутить ласкающее прикосновение меха, как я словно обезумела! Прелестная накидка из белоснежного зверя легла на плечи, я повертелась перед каким-то круглым щитом, что лежал под ногами. Хороша! Но на Земле мех - это символ убийства невинных животных! С сожалением отложила его назад, напоследок впилась пальцами в его мягкую глубину.
- Бери всё, что хочешь. Алойя! Твоя красота должна быть достойно оправлена! - невесть как оказался за мной этот нашёптыватель, этот искуситель. Накрыл мою руку своей, прижался сзади, его губы коснулись шеи, по коже пробежали муравьи величиной со слона. Что это? Почему...
За тот миг, что я думала о своих чувствах, почему я не могу сказать точно, нравится он мне или нет, этот наглый завоеватель заголил на мне юбку и стянул бельё вниз! Надеюсь, сейчас в сокровищницу не войдут посторонние, потому что жадный, быстрый и безумно экстремальный секс громкими криками и рыками носился эхом по рядам и гулял под сводами.
