- С… - почему он не говорит? Я пораздвигала своих мужей, вышла к кентаврам. Те выпучились на сияющую лампочку в виде меня. Прошла их строй и остановилась рядом со своим белым.
- Со мной! Ваш Шаман… - закрыла глаза, пережидая приступ бешенства, - закрыл его здесь со мной. А эта рыжая… будущая жена воонка, отбросила меня с дороги и сбежала. Скажу сразу и всем… Мы были близки! Мы любили друг друга сегодня… И я понесла…
- Что? – взревели сразу все.
- Это правда, - всунулся снова Шаман. Я едва его не прибила.
- Значит, божественная супруга нашего Покровителя поможет и нам? – робко вопросила кентаврица с забавной пятнистой шкурой.
- Разумеется! Все пары, проведшие здесь ночь получат столько же детей, сколько сейчас у меня! – громыхнуло, я присела, - Ой! У меня ж их сейчас… - мысленно посчитала. Так… двое от орка, двое от сайнов, один – от Фотти, двое – горгоны, а-а это чей? Русала? Выпучилась и заморгала часто. Не помогло. Моё жемчужное чудо подошло ко мне, вопросило, отчего мне так больно. Я всхлипнула и обрадовала его, что он тоже будущий отец.
- Таи… - делали мне знаки мужья, тыкая в спину Иссаэллу. Чего они? Зашла за спину моего приёмыша, отодвинула его гриву в бок. Танец в Бездне… Магия создала потрясающую картинку танца двух русалов в бездне морского дна. Точнее, русала и русалки. Жемчужный мужчина и сверкающая золотая… я.
- Ты уже знаешь про знаки? – спросила я своего нежного юного мужа. Кивнул и задышал часто. Ну да, я стала ласкать его и прикусила шею. А что? Люблю ведь…- У тебя тоже есть. Показать?
Как он обрадовался! Такая радость, нежность и любовь сияли в его глазах! Довольно рассмеялась.
- Делаю небольшую поправку! Детей будет столько, сколько захотят сами брачующиеся. А то если равняться на меня… перенаселение континента гарантировано, - пробормотала я.
- Трой! Перестань! Это Судьба, ты же знаешь! – оттаскивал Рашш воинственного бога от Первого снега. Однако этот поезд уже не остановить! Огромная пещера тут же стала такой мелкой, такой тесной! Я нервно сжимала руки и взглядом умоляла всех мужей остановить безумца. За что он? Чем виноват юный вождь? Это ведь Шаман, придурок этакий, всю кашу заварил. А мы с кентавром просто пытались выжить…
О! Так ему! Мой копытный супруг так наподдал Трою, что тот с громким «дзынь» влетел в ледяную глыбу с частями кобылицы! Встал, помотал головой и попёр на конкурента. Я не раз и не два рвалась к ним, но меня удерживали.
- Тс! Милая, ни слова больше о Судьбе! Прошу, - прошипел Бат, за ним закивали утвердительно сайны, эмиссы, русал и Дилоос, - Я перестал удивляться уже после русала, может привыкну потом и к кентавру… Но ради всех Создателей! Просто помолчи!
Кивнула, хотя так хотелось устроить истерику с криком, матюгом и непременно горячей благодарностью богине, вешающей на меня то одну мужскую особь, то другую.
- Релль! – прижалась я к сайну. Тот ласково укачивал меня, попутно исследуя магией моё здоровье.
- Это правда, ты понесла от всех нас! Как так может быть?
- Магия! – веско сказала я и присела, спасаясь от осколков камня, щедро оросивших нашу компанию.
- Покровитель! Покровитель! – звал разбушевавшегося бога Шаман, - Мы разрешаем вам забрать реликвии! Только оставьте нашего вождя!
Клубок дерущихся распался. Оба стояли тяжело дыша, губы в крови, руки и ноги в синяках. Я с писком рванула к ним. Трой получил от меня жалобный, умоляющий взгляд. Потупился, губы нервно подрагивают. Тогда я припала к груди белого кентавра. Он стоически выдержал орошения его моими слезами, с удивлением посмотрел на заживающие раны. Ещё крепче обнял.
- Перестаньте! Уже ничего не изменить, понимаете? Вот, смотри! – показала я на круп Белого снега. Трой мрачно взирал на чёткий, вырисованный алой кровью кентавра знак: змеедева под копытами. Мужчина – кентавр припал на колени перед нею. Равный, абсолютно спокойный брак! Как у нас с эмиссами.
- Забирай что надо, и уходим! – сказал бог войны и ушёл из Святилища, печатая шаг.
- Он… поймёт наверное… - сказала я кентавру, - Моя магия так и останется здесь… Ты можешь здесь жить. Как бы… зачем тебе уходить от Табуна, от родни? Я позову, когда… придёт время.
- Нет. Я не смогу быть далеко от вас… - сказал мой наверняка ещё не последний муж и выплюнул в руку передний клык, который он уже с минуту шатал языком. Я, кстати, за сим действом следила, как завороженная. Ум-м, хочу ещё! Чего-чего, а ласки и старания у него не отнять…
- Тогда, добро пожаловать в мою семью! Можно? – спросила я и забрала его зуб. Недоумение в лице моего копытного мужа проступило так явно, что я смущённо пояснила про свою коллекцию. Даже вытряхнула из сумки мешочек с остальными трофеями, - Это как бы ритуал знакомства, Белый, то есть Первый снег. Мои эмиссы тоже дрались… с Ирнанном. А потом все вместе с сайнами. И с горгонами. Вот, это их! – продемонстрировала я огромный клык с каплей яда на конце.
- Когда ты успела, змейка? – прошипел мне на ухо Бат.
- Мм, по правде я давно уже зачаровала мешочек на подбирание ваших клыков! Так что, сама уже не поднимаю их, а просто потом смотрю, что попало в сети, - Бат выгнул брови, за ним подозрительно затих русал, - Только его не трогайте! А то я вам сама все зубы выдерну… без наркоза…
- З-солотце! Кобылица! Или мы уже не с-собираем её? – напомнил Рашш. Я благодарно ему улыбнулась.
Вызвав пламя в ладонях, я подошла к горе льда, опустила огонь на спаянную скульптуру. Все задержали дыхание. Некоторые кентаврихи втихую шипели сомнения во мне и моих действиях. Раз, и глыба распалась на осколки! А в них… Моя милая! Как же ты вытерпела это? Я верну тебя! Вытерла слёзы, потом Шарри подал сумку. Запихала в неё череп и хвост. Напоследок провела рукой по шелковистым и мерцающим волосам. Красавица… была… будет!
К моему вождю подошли его советники и спросили этак между делом, кося на меня взглядом:
- Так у нас того, Свадьба?
- Свадьба? – я смущённо подтвердила, что таки да, мы женаты, - Свадьба! – заорал кентавр, и все его друзья тут же подхватили. Чего они?
- Можно возвращаться! Я уже помагичила, здесь нам уже делать нечего… - только договорила, как сильные руки закинули меня на конскую спину! Ой, мама! Как высоко…
Обратный путь я тоже проспала. Очнулась уже у стола с едой. В животе так зарычало, что мой вождь покосился на меня с удивлением.
- Ты думал, раз я богиня, так и есть мне не надо? – смущённый кивок, - Надо… и не только обычную еду… - как мило он краснеет! – Я люблю кусаться… Ты не против?
- Потом, з-солотце! – снял меня со спины Первого снега Рашш, - Мне с-сказали, что сейчас-с будет что-то грандиозное! Идём, посмотрим.
Мы прошли за остальными кентаврами к Дому. В стене открыли дверцу, а там! Откуда у них столько выпивки? Пять лет что ли готовились к Свадьбе? От пола и до потолка стояли бочки с чем-то термоядерным. Вон как окружающие глазки-то закатывают! Выкатили половину. Я в недоумении спросила, всё ли это или ещё брать будут?
- Это на сегодня, моя Золотая кобылица! – нарёк меня мой белоснежный копытный супруг, - А во второй половине Дома на завтра!
Я только крякнула. А дальше был Пир! Вёдра наполнялись настойкой на местных ягодах, жареные ноги, спины и так далее, всё обновлялись и обновлялись на столах. Я сидела рядом с русалом, и мы оба с ужасом двух язвенников наблюдали превращение разумных существ в неразумных. После шестого наверно по счёту тоста за меня и мужа, кентавры встали, то есть отошли от столов и потребовали начать скачки! Пригласили моих мужчин посоревноваться.
- А? – хотела я спросить о том, как они себе это представляют, но пыль уже стояла столбом, и все участники усвистали в голубую даль. Наги отрастили хвосты и так шуршали, что вышли на параллель с кентаврами. Мой Шарри развил такую скорость! Он только молодецки хекал и широкими шагами догонял советников.
Только не это! Вернулись с обгонялок и стали бить друг другу морды на законных основаниях! То есть назвали это поединком! Ирнанн дьявольски усмехнулся и так съездил моему белому по фэйсу, что тот только ухнул. И понеслась! Намяли бока и моим… мешок потяжелел на пару десятков клыков сразу. Урожайный день, блин.
- Ты забрала моего жениха! Теперь отдай своего! – заявила наглая рыжая, подкатившись ко мне тихой сапой. Я так и вытаращилась на наглую дурочку.
- И кого же ты хочешь? – спросила просто, чтобы потом посмотреть на её облом.
Пучеглазая рыжая кентаврица скосила взгляд на душащего вождя Троя. Тот минуту ещё подушил белого, потом был сброшен наземь. Наши пристальные восхищённые взгляды заметили все. Трой мрачной статуей, олицетворяющей гнев и битву, прошагал к нам. И так он внушительно выглядел, что даже кентаврица стала будто ниже ростом.
- Я принадлежу Таини! – припечатал он и, развернувшись, продолжил битву. Мне кажется, или Белый снег тоже не против помахать кулаками? Они нашли друг друга…
- Так отдашь? – вот поганка!
- У тебя скоро будет жених, Рыжий Восход! Тебе понравится, обещаю! – громыхнуло после моих слов. Кентаврица приосанилась, этакой курицей-хохлаткой проплыла к остальным женщинам. Долго хвалилась тем, что едва не отбила божественного покровителя у богини, но я, дескать, пообещала ей жениха ещё круче. Ну-ну, поскачешь ты у меня…
- Таи! Смотри, как я его отделал! – гордо сиял синяками и фонарями Ран. Рядом счастливо улыбался Релль, такой же побитый. А указывали они на молодого кентавра, на коем была только пара царапин.
- Круто! Ран, Релль? Я так понимаю, конца Свадьбе, - с нажимом выделила я,- не видно, так что пойду-ка я почивать! Вы со мной? Или мне только с Исси спать?
- Не-е! Мы тут ещё побудем! – и ушли, шатаясь, вдаль. Что за ягоды в этой настойке? Рожу – обязательно приложусь!
- Идём, Исси. Мы лишние на этом празднике жизни! Исси? – смущение русала разливалось на его белой коже быстро-быстро.
- Я… я… Мы там, в море, тоже соревновались… Я хотел бы тоже поучаствовать… За вас, моя богиня! – от ужаса, от прилипчивых сцен избиения моими мужьями этого нежного, чудесного юноши, меня даже заколотило.
- Нет! Не пущу! – однако этот юный, казавшийся таким мягким, юноша, мягко, но настойчиво отодрал мои руки от себя. Поцеловал нежно каждую, заверил меня, что он сильнее, чем кажется, и был таков. Его шевелюра мелькнула в куче, потом я уже не видела его.
- Жена! – взревел Шарри, закинул меня на плечо, хлопнул по заду и уволок в Дом. Сзади нас шёл Ирнанн, многозначительно облизываясь и всячески глазами обещая мне соддом и гоморру.
Шкура в нашем закутке стала чёрной от силы смерти, мои мужья смотрели на меня глазами, полными волчьего голода.
- Может… - не может… Оба кинулись одновременно. Стянули с меня всё, что мешало, с проворством стриптизёров сдёрнули свою одежду и встали рядом, соблазняя, - Это мне? – кончиками пальцев погладила богатство. Кивнули, качнулись вперёд. Всё моё, всё такое… Стоны, ахи-охи. Мои неистовые мужья сделали всё сами. Уложили, как надо, взяли…о-ох! Как надо! Тьма, ласковая, прохладная, густая… Она заполнила меня всю.
- Спи, - уложил на свою грудь Ирнанн, Шарри погладил мой тыл широкой ладонью. Так и заснула, ощущая жар их тел и не менее горячую любовь обоих.
Два дня мои мужья поочерёдно приползали в закуток, чтобы отоспаться, заняться со мной любовью, а потом тут же сваливали по-английски, не прощаясь. На третий день я просто озверела! Отдёрнула шкуру, вышла в чисто поле и полила всех ледяным дождём.
- Ай! Ой! Холодно же! – кричали кентавры и мои мужья. Только русал и Дилоос с удовольствием ловили капли губами. Ум-м, может ещё немного задержаться? Ну уж нет! Пора в поход!
- Милая? – спросили Рашш, Сшан и мои горгоны. Их мятые физиономии стремительно менялись с залихватски - смелых на трезвые и смущённые.
- Вы ничего не забыли? Я конечно рада, что мою последнюю свадьбу вы отпраздновали с таким размахом, но мы ведь ещё не всё собрали! – Первый снег поморгал белыми ресницами, вспоминая, где и что. Я прищурилась, подозревая, что благоверный уже и забыл, где и с кем соединился.
- Ты права. Мы только соберём вещи и выходим, - решительно приказал Трой и раздал указания всем участникам похода. Все кинулись собирать еду, тёплые вещи.
Первому снегу вынесли тёплую тужурку с мехом, попону с таким же пушком серебристого цвета. Какой он у меня… нарядный! Прогарцевал рядом. Протянула руку, меня тут же закинули на круп. Зарылась лицом в пушистый мех, заодно заползла пальцами на его гладкий, мускулистый живот. Сосочки… Да не дёргайся! Моё шипение устыдило кентавра, хотя дивный помидорный цвет его шеи всё всем рассказал.
- Ты идёшь с нами? – спросила я.
- Да. Я сказал Табуну, что скорее всего уже не вернусь.
- Почему? Нам всего лишь осталось найти посох и то, что у гаргулий. Не знаю, что там…
- Они не отдадут, моя божественная Кобылица! – несмотря на предупреждающее шипение таки закончил мой копытный. Конец его речи мне даже польстил.
- Не отдадут добровольно – заберём силой! – воинственно прикрикнула я. Снег затопал на месте.
- Они сильные воины, Таини. Мы с отцом были у них однажды… - замолчал. Я куснула за шею, чтоб продолжал. Однако он так громко застонал, что пришлось даже пошикать на него. Оглянулась и увидела двух любопытных кентавриц. Холостые? А нет, вон и их мужья уши греют!
- Со мной! Ваш Шаман… - закрыла глаза, пережидая приступ бешенства, - закрыл его здесь со мной. А эта рыжая… будущая жена воонка, отбросила меня с дороги и сбежала. Скажу сразу и всем… Мы были близки! Мы любили друг друга сегодня… И я понесла…
- Что? – взревели сразу все.
- Это правда, - всунулся снова Шаман. Я едва его не прибила.
- Значит, божественная супруга нашего Покровителя поможет и нам? – робко вопросила кентаврица с забавной пятнистой шкурой.
- Разумеется! Все пары, проведшие здесь ночь получат столько же детей, сколько сейчас у меня! – громыхнуло, я присела, - Ой! У меня ж их сейчас… - мысленно посчитала. Так… двое от орка, двое от сайнов, один – от Фотти, двое – горгоны, а-а это чей? Русала? Выпучилась и заморгала часто. Не помогло. Моё жемчужное чудо подошло ко мне, вопросило, отчего мне так больно. Я всхлипнула и обрадовала его, что он тоже будущий отец.
- Таи… - делали мне знаки мужья, тыкая в спину Иссаэллу. Чего они? Зашла за спину моего приёмыша, отодвинула его гриву в бок. Танец в Бездне… Магия создала потрясающую картинку танца двух русалов в бездне морского дна. Точнее, русала и русалки. Жемчужный мужчина и сверкающая золотая… я.
- Ты уже знаешь про знаки? – спросила я своего нежного юного мужа. Кивнул и задышал часто. Ну да, я стала ласкать его и прикусила шею. А что? Люблю ведь…- У тебя тоже есть. Показать?
Как он обрадовался! Такая радость, нежность и любовь сияли в его глазах! Довольно рассмеялась.
- Делаю небольшую поправку! Детей будет столько, сколько захотят сами брачующиеся. А то если равняться на меня… перенаселение континента гарантировано, - пробормотала я.
- Трой! Перестань! Это Судьба, ты же знаешь! – оттаскивал Рашш воинственного бога от Первого снега. Однако этот поезд уже не остановить! Огромная пещера тут же стала такой мелкой, такой тесной! Я нервно сжимала руки и взглядом умоляла всех мужей остановить безумца. За что он? Чем виноват юный вождь? Это ведь Шаман, придурок этакий, всю кашу заварил. А мы с кентавром просто пытались выжить…
О! Так ему! Мой копытный супруг так наподдал Трою, что тот с громким «дзынь» влетел в ледяную глыбу с частями кобылицы! Встал, помотал головой и попёр на конкурента. Я не раз и не два рвалась к ним, но меня удерживали.
- Тс! Милая, ни слова больше о Судьбе! Прошу, - прошипел Бат, за ним закивали утвердительно сайны, эмиссы, русал и Дилоос, - Я перестал удивляться уже после русала, может привыкну потом и к кентавру… Но ради всех Создателей! Просто помолчи!
Кивнула, хотя так хотелось устроить истерику с криком, матюгом и непременно горячей благодарностью богине, вешающей на меня то одну мужскую особь, то другую.
- Релль! – прижалась я к сайну. Тот ласково укачивал меня, попутно исследуя магией моё здоровье.
- Это правда, ты понесла от всех нас! Как так может быть?
- Магия! – веско сказала я и присела, спасаясь от осколков камня, щедро оросивших нашу компанию.
- Покровитель! Покровитель! – звал разбушевавшегося бога Шаман, - Мы разрешаем вам забрать реликвии! Только оставьте нашего вождя!
Клубок дерущихся распался. Оба стояли тяжело дыша, губы в крови, руки и ноги в синяках. Я с писком рванула к ним. Трой получил от меня жалобный, умоляющий взгляд. Потупился, губы нервно подрагивают. Тогда я припала к груди белого кентавра. Он стоически выдержал орошения его моими слезами, с удивлением посмотрел на заживающие раны. Ещё крепче обнял.
- Перестаньте! Уже ничего не изменить, понимаете? Вот, смотри! – показала я на круп Белого снега. Трой мрачно взирал на чёткий, вырисованный алой кровью кентавра знак: змеедева под копытами. Мужчина – кентавр припал на колени перед нею. Равный, абсолютно спокойный брак! Как у нас с эмиссами.
- Забирай что надо, и уходим! – сказал бог войны и ушёл из Святилища, печатая шаг.
- Он… поймёт наверное… - сказала я кентавру, - Моя магия так и останется здесь… Ты можешь здесь жить. Как бы… зачем тебе уходить от Табуна, от родни? Я позову, когда… придёт время.
- Нет. Я не смогу быть далеко от вас… - сказал мой наверняка ещё не последний муж и выплюнул в руку передний клык, который он уже с минуту шатал языком. Я, кстати, за сим действом следила, как завороженная. Ум-м, хочу ещё! Чего-чего, а ласки и старания у него не отнять…
- Тогда, добро пожаловать в мою семью! Можно? – спросила я и забрала его зуб. Недоумение в лице моего копытного мужа проступило так явно, что я смущённо пояснила про свою коллекцию. Даже вытряхнула из сумки мешочек с остальными трофеями, - Это как бы ритуал знакомства, Белый, то есть Первый снег. Мои эмиссы тоже дрались… с Ирнанном. А потом все вместе с сайнами. И с горгонами. Вот, это их! – продемонстрировала я огромный клык с каплей яда на конце.
- Когда ты успела, змейка? – прошипел мне на ухо Бат.
- Мм, по правде я давно уже зачаровала мешочек на подбирание ваших клыков! Так что, сама уже не поднимаю их, а просто потом смотрю, что попало в сети, - Бат выгнул брови, за ним подозрительно затих русал, - Только его не трогайте! А то я вам сама все зубы выдерну… без наркоза…
- З-солотце! Кобылица! Или мы уже не с-собираем её? – напомнил Рашш. Я благодарно ему улыбнулась.
Вызвав пламя в ладонях, я подошла к горе льда, опустила огонь на спаянную скульптуру. Все задержали дыхание. Некоторые кентаврихи втихую шипели сомнения во мне и моих действиях. Раз, и глыба распалась на осколки! А в них… Моя милая! Как же ты вытерпела это? Я верну тебя! Вытерла слёзы, потом Шарри подал сумку. Запихала в неё череп и хвост. Напоследок провела рукой по шелковистым и мерцающим волосам. Красавица… была… будет!
К моему вождю подошли его советники и спросили этак между делом, кося на меня взглядом:
- Так у нас того, Свадьба?
- Свадьба? – я смущённо подтвердила, что таки да, мы женаты, - Свадьба! – заорал кентавр, и все его друзья тут же подхватили. Чего они?
- Можно возвращаться! Я уже помагичила, здесь нам уже делать нечего… - только договорила, как сильные руки закинули меня на конскую спину! Ой, мама! Как высоко…
Обратный путь я тоже проспала. Очнулась уже у стола с едой. В животе так зарычало, что мой вождь покосился на меня с удивлением.
- Ты думал, раз я богиня, так и есть мне не надо? – смущённый кивок, - Надо… и не только обычную еду… - как мило он краснеет! – Я люблю кусаться… Ты не против?
- Потом, з-солотце! – снял меня со спины Первого снега Рашш, - Мне с-сказали, что сейчас-с будет что-то грандиозное! Идём, посмотрим.
Мы прошли за остальными кентаврами к Дому. В стене открыли дверцу, а там! Откуда у них столько выпивки? Пять лет что ли готовились к Свадьбе? От пола и до потолка стояли бочки с чем-то термоядерным. Вон как окружающие глазки-то закатывают! Выкатили половину. Я в недоумении спросила, всё ли это или ещё брать будут?
- Это на сегодня, моя Золотая кобылица! – нарёк меня мой белоснежный копытный супруг, - А во второй половине Дома на завтра!
Я только крякнула. А дальше был Пир! Вёдра наполнялись настойкой на местных ягодах, жареные ноги, спины и так далее, всё обновлялись и обновлялись на столах. Я сидела рядом с русалом, и мы оба с ужасом двух язвенников наблюдали превращение разумных существ в неразумных. После шестого наверно по счёту тоста за меня и мужа, кентавры встали, то есть отошли от столов и потребовали начать скачки! Пригласили моих мужчин посоревноваться.
- А? – хотела я спросить о том, как они себе это представляют, но пыль уже стояла столбом, и все участники усвистали в голубую даль. Наги отрастили хвосты и так шуршали, что вышли на параллель с кентаврами. Мой Шарри развил такую скорость! Он только молодецки хекал и широкими шагами догонял советников.
Только не это! Вернулись с обгонялок и стали бить друг другу морды на законных основаниях! То есть назвали это поединком! Ирнанн дьявольски усмехнулся и так съездил моему белому по фэйсу, что тот только ухнул. И понеслась! Намяли бока и моим… мешок потяжелел на пару десятков клыков сразу. Урожайный день, блин.
- Ты забрала моего жениха! Теперь отдай своего! – заявила наглая рыжая, подкатившись ко мне тихой сапой. Я так и вытаращилась на наглую дурочку.
- И кого же ты хочешь? – спросила просто, чтобы потом посмотреть на её облом.
Пучеглазая рыжая кентаврица скосила взгляд на душащего вождя Троя. Тот минуту ещё подушил белого, потом был сброшен наземь. Наши пристальные восхищённые взгляды заметили все. Трой мрачной статуей, олицетворяющей гнев и битву, прошагал к нам. И так он внушительно выглядел, что даже кентаврица стала будто ниже ростом.
- Я принадлежу Таини! – припечатал он и, развернувшись, продолжил битву. Мне кажется, или Белый снег тоже не против помахать кулаками? Они нашли друг друга…
- Так отдашь? – вот поганка!
- У тебя скоро будет жених, Рыжий Восход! Тебе понравится, обещаю! – громыхнуло после моих слов. Кентаврица приосанилась, этакой курицей-хохлаткой проплыла к остальным женщинам. Долго хвалилась тем, что едва не отбила божественного покровителя у богини, но я, дескать, пообещала ей жениха ещё круче. Ну-ну, поскачешь ты у меня…
- Таи! Смотри, как я его отделал! – гордо сиял синяками и фонарями Ран. Рядом счастливо улыбался Релль, такой же побитый. А указывали они на молодого кентавра, на коем была только пара царапин.
- Круто! Ран, Релль? Я так понимаю, конца Свадьбе, - с нажимом выделила я,- не видно, так что пойду-ка я почивать! Вы со мной? Или мне только с Исси спать?
- Не-е! Мы тут ещё побудем! – и ушли, шатаясь, вдаль. Что за ягоды в этой настойке? Рожу – обязательно приложусь!
- Идём, Исси. Мы лишние на этом празднике жизни! Исси? – смущение русала разливалось на его белой коже быстро-быстро.
- Я… я… Мы там, в море, тоже соревновались… Я хотел бы тоже поучаствовать… За вас, моя богиня! – от ужаса, от прилипчивых сцен избиения моими мужьями этого нежного, чудесного юноши, меня даже заколотило.
- Нет! Не пущу! – однако этот юный, казавшийся таким мягким, юноша, мягко, но настойчиво отодрал мои руки от себя. Поцеловал нежно каждую, заверил меня, что он сильнее, чем кажется, и был таков. Его шевелюра мелькнула в куче, потом я уже не видела его.
- Жена! – взревел Шарри, закинул меня на плечо, хлопнул по заду и уволок в Дом. Сзади нас шёл Ирнанн, многозначительно облизываясь и всячески глазами обещая мне соддом и гоморру.
Шкура в нашем закутке стала чёрной от силы смерти, мои мужья смотрели на меня глазами, полными волчьего голода.
- Может… - не может… Оба кинулись одновременно. Стянули с меня всё, что мешало, с проворством стриптизёров сдёрнули свою одежду и встали рядом, соблазняя, - Это мне? – кончиками пальцев погладила богатство. Кивнули, качнулись вперёд. Всё моё, всё такое… Стоны, ахи-охи. Мои неистовые мужья сделали всё сами. Уложили, как надо, взяли…о-ох! Как надо! Тьма, ласковая, прохладная, густая… Она заполнила меня всю.
- Спи, - уложил на свою грудь Ирнанн, Шарри погладил мой тыл широкой ладонью. Так и заснула, ощущая жар их тел и не менее горячую любовь обоих.
ГЛАВА 23
Два дня мои мужья поочерёдно приползали в закуток, чтобы отоспаться, заняться со мной любовью, а потом тут же сваливали по-английски, не прощаясь. На третий день я просто озверела! Отдёрнула шкуру, вышла в чисто поле и полила всех ледяным дождём.
- Ай! Ой! Холодно же! – кричали кентавры и мои мужья. Только русал и Дилоос с удовольствием ловили капли губами. Ум-м, может ещё немного задержаться? Ну уж нет! Пора в поход!
- Милая? – спросили Рашш, Сшан и мои горгоны. Их мятые физиономии стремительно менялись с залихватски - смелых на трезвые и смущённые.
- Вы ничего не забыли? Я конечно рада, что мою последнюю свадьбу вы отпраздновали с таким размахом, но мы ведь ещё не всё собрали! – Первый снег поморгал белыми ресницами, вспоминая, где и что. Я прищурилась, подозревая, что благоверный уже и забыл, где и с кем соединился.
- Ты права. Мы только соберём вещи и выходим, - решительно приказал Трой и раздал указания всем участникам похода. Все кинулись собирать еду, тёплые вещи.
Первому снегу вынесли тёплую тужурку с мехом, попону с таким же пушком серебристого цвета. Какой он у меня… нарядный! Прогарцевал рядом. Протянула руку, меня тут же закинули на круп. Зарылась лицом в пушистый мех, заодно заползла пальцами на его гладкий, мускулистый живот. Сосочки… Да не дёргайся! Моё шипение устыдило кентавра, хотя дивный помидорный цвет его шеи всё всем рассказал.
- Ты идёшь с нами? – спросила я.
- Да. Я сказал Табуну, что скорее всего уже не вернусь.
- Почему? Нам всего лишь осталось найти посох и то, что у гаргулий. Не знаю, что там…
- Они не отдадут, моя божественная Кобылица! – несмотря на предупреждающее шипение таки закончил мой копытный. Конец его речи мне даже польстил.
- Не отдадут добровольно – заберём силой! – воинственно прикрикнула я. Снег затопал на месте.
- Они сильные воины, Таини. Мы с отцом были у них однажды… - замолчал. Я куснула за шею, чтоб продолжал. Однако он так громко застонал, что пришлось даже пошикать на него. Оглянулась и увидела двух любопытных кентавриц. Холостые? А нет, вон и их мужья уши греют!
