были всё громче, а муж всё неистовее! За эти часы Шарри не только удовлетворил свой голод, но и сходу помог наполнить магией множество камней! Я раскинулась счастливой морской звездой на нашем ложе, в свете огня муж выглядел языческим богом. Его кожа блестела от пота, рога завитые назад, придавали ему демонический вид. А ещё… его достоинство всё ещё гордо вздымалось вверх, понуждая меня медленно, как кошке, красться в его направлении. Орк потянулся, я застонала и с горящими глазами таки сцапала его гордость. Всё, меня нет!
Шарри давно уже храпел на шкуре, а я общалась с Нан – Гулакхом.
- Бог? А, Бог? А кто тот юноша, который танцевал? – прошептала я, опасаясь вездесущих эмиссов и поразительно вовремя появляющегося Шарри.
Пламя показало того же парня, теперь он спал… голый! О-о! Я тихо застонала, прикусила кулак, чтобы не издать ни звука. Странная комната, круглая такая. В открытое окно свищет ветер, он треплет лёгкую шёлковую занавеску, этот же ветер пробегает по кровати, где спит мой изящный соблазн. Его серебряные волосы разметались вокруг. Длинные девичьи ресницы трепещут, видимо сон его не так уж и крепок.
- Кто он? Он принц? Скажи, Нан – Гулакх? Разве такое чудо может быть простым смертным…
Я стояла, замерев, залюбовавшись им. Пламя сделало намёк, что он будет стоить мне дороже мамы. Я сглотнула, но разум в этот момент не участвовал, просто отключился. Я осматривала каждый сантиметр нагого прекрасного тела и отчаянно желала, чтобы вслед моим глазам, по его коже гуляли бы мои губы и язык! И тут! Юноша открыл глаза и посмотрел прямо на меня!!
- Соалоо*! Саэ таоро*!
Соалоо*,Саэ таоро* ! - любимая, желанная моя!
- Кому это он? – пламя изогнуло один протуберанец и недвусмысленно указало на меня, - Мне? Он меня что, видит?
Да! Он видит меня! Нан – Гулакх подтвердил все мои догадки. Я поплыла! Протянула руку в пламя, бог позволил нам встретиться ладонями, отчего по нашим телам прошла самая настоящая судорога. Я почувствовала нежную, бархатную кожу, а ещё невероятную трепетность, с какой юноша погладил мои пальцы. В ответ я попыталась передать всё, что чувствую: страсть, желание встречи! Как можно говорить при помощи рук? А вот можно, ещё как! После этого я поняла всё, что он говорит, как будто мы уже настолько близки, что можем общаться мысленно.
- Это сон, прекрасный сон! Моя Богиня! – он шептал это так исступлённо, так сокровенно! Я в ответ только улыбалась и ласкала его взглядом. Похоже, ему этого было достаточно, ведь он ни разу не спросил о том, кто я и где я.
- Кто вы, мой принц? – я не надеялось, что он услышит, но повторяла эти слова вновь и вновь. Наверно, богу надоело наше общение, потому что картинка прекрасного юноши сменилась на Белого охотника. Я тут же шарахнулась в сторону, таким реальным он был. Этот резкий переход от восхищения юностью и, собственно, восхищением мною, совершенно выбил меня из колеи. Я оскалилась и выпустила коготки, предвкушая, как располосую насильника в нашу следующую встречу.
- Зачем!!? – прошипела я вредному божеству.
Огонь постучал по камням вокруг очага, намекая на то, что я сама во всё это ввязалась, а значит должна ему как земля колхозу. Ладно!
- И как я найду его? Он ведь упрыгал от нас легконогим козлом! – пламя подумало, подумало и подняло вверх один из лепестков. Чего? В космос, что ли подняться, чтобы найти его сверху? Нет? – И чего там?
Трудности перевода, блин! Мы с Богом играли в угадайку.
- А что так сложно появиться з-сдесь и всё мне пояснить? – пламя было весьма категорично: нет! – Ну нет так нет! Значит, ты находишь способ связаться с этим психом, может быть, сам его ко мне приведёшь, мне всё равно! А потом мы отправимся в их лес. Что там, кстати, в Лесу? По одной картинке судить нельзя, но там же джунгли?
Опять панорама Леса, такого густого и непролазного, что не то что охотников, там и дракона не увидишь до тех пор, пока он тебя не схарчит! Охотник быстро перемещался от одного дерева к другому. Помимо воли я заинтересовалась, кого он так выслеживает? Спустя минут пять беловолосый прыгнул в едином хищном прыжке на цель, а цель! Ой, не могу! Дамочка! Из их же расы, видимо. Эта самка терминатора сбросила его с себя, как блоху, и попрыгала дальше в чащу. Охотник оскалился и стал красться дальше, не теряя надежды на секс с этой богомолихой. Так ему и надо, придурку! Он никогда не узнает, каково это – любить и быть любимым!
- Ах-ха-ха! Охотник охотится на самочек! – засмеялась я, - В общем, думай! А пока дай мне полюбоваться на мою мечту! – потребовала я.
Пламя сердито пыхнуло и стало просто огнём. Не поняла? Это бойкот? За то, что я отказалась искать белого психа? Ну и ладно! Я спрошу нагов о своём милом! Как он сказал: « Моя Богиня»?
Наги пришли под утро. Я, сонно моргая и зевая во весь рот, рассматривала морского Змея, которого они приволокли в качестве добычи. Когда сходила умылась, выпила кофе из своих запасов, то есть немного пришла в себя, то стала уже расспрашивать про их вылазку.
- Это пус-стяк, Золотце! С-сейчас шкуру снимем, будут тебе сапожки! – а откуда он знает про моё желание иметь сапожки?
- Мы с-связаны, з-снай! Что чувствуешь ты, чувствуем и мы! – Сшан запустил руки мне в волосы и стал целовать в шею.
- Всё – всё? И… - я просто не могла решиться спросить про сегодняшнюю ночь и мои чувства к юноше.
- Не всё, только самое с-сильное! Мы з-снаем про твои желания, мечты.
- К-хм, - откашлялась я, - Сегодня Бог сказал мне, что следующим пунктом будет Лес Белых охотников. С одним из них у меня была встреча… не очень приятная.
Сшан оскалился и зашипел.
- Я убью его! За то, что он дотронулся до тебя, за то что сделал тебе!
Рашш прищурился, желая узнать подробности. Я вымученно улыбнулась, предлагая не касаться этой темы. Но мой беловолосый принц в подробностях рассказал Алому, в каком виде меня нашли орки, как я плакала. Сказал, что Охотник поразительно быстрый и ловкий, что убить его будет непросто.
- Мы пос-стараемся! – пообещал древний.
- Давайте вы его убьёте уже после того, как мы найдём ту вещь, что нужна богу?
- Ладно! А ты… держи тот ошейник ближе к себе! Ес-сли он хоть раз тронет тебя – быть ему в подчинении до с-смерти! Это недолго, - улыбнулся мечтательно мой Сшан.
Пару дней мы заряжали камни, в основном мы сплетали хвосты у реки, там мне проще было поставить щит, непосредственно черпая силы у стихии.
- Что-то Нан – Гулакх не торопится его привести! – прошипел Сшан на третий день, - Давай вернёмс-ся к нам! Мы ещё не сплетали хвосты у меня в купальне…
В шатре Шарри змеи были в человеческом облике: в натуральном и один из нас не поместится. Так и лежали втроём на шкурах, на полу. Я гладила алые и белые с голубым отливом волосы эмиссов, нежилась в их объятиях. И совершенно не хотела, чтобы Белый охотник объявился в ближайшие дни, месяцы, да даже годы! Однако у Бога были свои планы, и он привык идти для их исполнения на всё.
Пламя загудело, вспыхнуло! Мы подскочили, Шарри тоже подошёл к нам.
- Где он? – мы прикипели к экрану, так сказать. Нан – Гулакх, интриган этакий, сразу показал психа, потом рядом поставил мою фигуру, потом наши фигуры стали э-э-э, ну-у, любить друг друга так сказать. Я сидела вся красная, желая прекращения этой пытки. Эмиссы обняли меня, поддерживая. Когда бог насладился нашей реакцией, картинка сменилась на одну меня. А вот это уже интересно! Увеличивая и увеличивая картинку, Нан – Гулакх приблизил мой живот к нам настолько, что он занял пол – шатра! Я замерла со стучащим сердцем. Ничего хорошего не будет, я просто чувствую! И точно! В животе у меня четверо детей! Мать, мать твою!! Да ладно бы чьи! Нагов я люблю, Лоэн тоже был желанным, но вот ребёнок психа вовсе не вписывался в мои планы!
- Нет! Это неправда! – я вскочила и заорала исступлённо. Слёзы сами полились из глаз, клыки удлинились, теперь я была на пути к змеиному облику от волнения, - Не-ет! Ты придумал это только что! – пламя замерло, виновато скукожилось, потом что называется, поклялось на пузе: Бог часть огонька кинул на землю, в божественном знаке клятвы.
- Нет, нет, нет, - шептала я и раскачивалась как болванчик. Такого я не ожидала, даже в страшном сне мне не приснилось бы, что мы можем быть связаны именно так.
- Ус-спокойс-ся! Мы не дадим тебя в обиду, клянус-сь! Он и не узнает о нём! – Сшан прижал руку к моему животу.
Что там пыхтел Бог, не знаю. Я свернулась калачиком на кровати и так лежала дня два. Есть и пить меня буквально заставляли. Если вы думаете, что я впала в депрессию, то вы меня плохо знаете! Я думала. Напряжённо думала все эти дни.
Встала, вымылась. Хватит истерить! Подошла к огню. Наги и Шарри наблюдали за мной, ожидая чего угодно, вплоть до того, что я кинусь в пламя и начну душить его.
- Бог? А, Бог? А если взять твой посох и с его помощью пройти их чащу? – пламя тихо, как те джемели, що пыщать, но лизуть, показало картинку леса, где за каждым деревом и кустом прятался кто-то. Где хищник, а где и Охотник. Причём, что те, что другие имели такой страшный вид, что стрематься нужно и тех, и тех.
- Ты хочешь сказать, что мы и шага не ступим без его защиты? А будет ли она, эта защита? – задумалась я. Огонь виновато пыхнул и показал блудного отца. Тот сидел на берегу реки, выслеживая рыбу. Чтоб вы прикинули размер этой рыбы, скажу, что она была длиной с меня. Мутным пятном виднелась она из-под воды. Псих сосредоточенно следил за её вялыми передвижениями, сжимая в руке тот самый тесак, которым хотел срезать с меня Таар. Почему он такой дикий? Если бы не его жестокость…
- Мы с-словим его, а ты оденешь ошейник! – заявил Сшан.
- Я не смогу… Это мерзко! – возмутилась я.
- А нас-силовать тебя не мерзко? Когда мы выйдем из Леса, я с-сам спущу с него шкуру, Таини! Ты можеш-шь не присутствовать при этом.
- Сшан…
Я благодарно прижалась к нагу. Шарри погладил меня по волосам своей большой ладонью, отчего я почувствовала себя маленькой девочкой. Прижалась и к нему тоже. Алый рассматривал противника, очевидно, делая какие-то выводы для себя.
- За это! – я многозначительно замолчала, давая понять богу, что мы оба знаем, чего я хочу.
Вредное божество тут же стало транслировать помывку моей мечты в небольшом бассейне. Наги зашипели двумя змеями. Я краснела, но всё равно косила глазом на аппетитные округлости парня, вышедшего из воды. Как он хорош! Прелесть… Моя прелесть! М-да, осталось только прокашлять «голум, голум!» и всё!
- С-сайн! – оскалился Рашш.
- Так это сайн? А почему он всегда один? И что это за круглая комната? У них что, такая архитектура?
Я совершенно не желала замечать, что моим эмиссам тревожно видеть такую мою увлечённость, не хотела думать и брать во внимание свою беременность, сейчас я просто мечтала. Мечтала быть там, с ним.
- Круглая потому, что это Башня! Он – маг, с-сладкая! Их изолируют до поры до времени, чтобы силу не потеряли, - ревниво заслонил собою изображение Рашш. Я с удовольствием зарылась в его волосы и насладилась его поцелуем. Умеет ведь отвлечь! О-о! А что это он делает? М-м-м! Шарри возмутился, но послушно оставил нас, повинуясь повелительному жесту древнего. Человеческая форма у Алого тоже была впечатляющей. Его волосы были пылающими, яркими, кожа матовой и такой гладкой! Я ласкала его, сходила с ума от его рук и губ. Сшан тоже потребовал свою долю внимания. С радостью подарила ему ласку, которую оба выпрашивали ежедневно. В конце, на пике удовольствия, когда я была практически и не на этом свете, оба эмисса укусили меня. Сладко выдохнула и куснула их в ответ.
- З-сачем тебе тот малыш-ш? Он Лооро*, тебе нужен настоящий мужчина! – заявил древний.
- Что это значит? – я привстала с его груди.
- Маги с-своих детей изолируют. Надолго. Ес-сли сила большая, то могут и навс-сегда!
- Навсегда? Они так боятся сильных магов?
- Не боятс-ся. Ис-спользуют! С-сливают их силу и продают!
- Они торгуют своими детьми? – я замерла с раскрытым ртом. Наг так умилился этой картине, стал нежно поглаживать мои губы, потом царапнул их клыками, я замерла в предвкушении. Чего у древнего не отнять, так это его чувственности, умения дразнить меня и заставлять забыть обо всём.
- С-сила для Рода важнее с-сына или дочери. Это с-статус, влас-сть!
- Откуда ты это знаешь? Тебя ведь не было тучу веков! – поразилась я.
- Так было и так будет, - прошипел он, лаская мою шею, я млела и висела на нём тряпкой. Горячие губы Сшана накрыли сосок, отчего я выгнулась и застонала. Сколько мы сплетались? Много, много раз. Я любила их, плыла мягким воском в их любящих руках. Наги же, нашедшие свою единственную, тоже не могли насытиться.
- Мы выз-сволим его! – непреклонно заявила я, зашипев от переполнявших меня эмоций.
- Тогда они объявят нам войну! – серьёзно сказал Рашш.
Я потупилась. Теперь и остается только встречаться руками да мечтать.
- Он назвал меня Богиней! Почему?
- Так и с-сказал? – удивился Сшан.
- Так и сказал, - я заалела скулами, вспомнив его прекрасное нагое тело, его волосы, волною расплескавшиеся по подушке. Мечта, он просто мечта! Я сама себя не могла понять: со мной такие мужчины, что только бери и пользуйся! А я мечтаю о юноше, который томится в башне, как средневековая принцесса!
- З-сначит, он уже давно знает о тебе, Таи! Провидец? – спросил Рашша Сшан. Тот кивнул. Я поцарапала спину сначала одному, потом другому, давая понять, что хочу подробностей. Алый прижался ко мне, показывая своё желание, не отставал от него и беловолосый наг.
- Ес-сли расскажете – получите вс-сё, о чём только попросите! - моей улыбке могла позавидовать Джоконда, такая она была таинственная и многообещающая.
Мои эмиссы судорожно сглотнули и кивнули.
- Он – Провидец, Таини. Этих держат взаперти всю их жизнь, только ближайшие родичи приходят к нему. Раз в несколько дней спрашивают, что он видел, записывают его пророчества и уходят. Он ни в чём не нуждается, но он так и живёт, как птица в клетке.
- Он видел меня? В видениях? – кивок, ещё один.
- Видел и влюбилс-ся! – подтвердил Алый. А у меня внутри как будто солнышко завелось: стало тепло и светло. Моё счастье не стало секретом для нагов – волосы засияли так ярко, что аж глаза слезились. Я смутилась и пригасила свой неуместный энтузиазм.
- Нам не пробраться к нему, да? – безнадёжно спросила я. Оба согласно кивнули. Я вздохнула и легла на грудь Рашша хандрить. Тот погладил мою спину, его рука поползла ещё дальше, лаская меня в самых чувствительных местах.
- Не с-сейчас… - к чему он это? А, вот оно что! Он имел в виду, что сейчас мы не подберёмся к юному моему увлечению. А вот награду оба желали получить здесь и сейчас!
Если бы не появление Шарри, не приглашение на собрание Племени, мы так бы и любили друг друга до бесконечности. Луара – кха и бывший шаман звали нас на серьёзный разговор.
- Что случилось, Луара – кха? – я зевала так сладко, что всем сразу стало ясно, что ночами я не сплю. Да и днём тоже.
- Утром пришёл караван… Гуиннар хочет поговорить с тобой.
Лоэн? Что он там ещё придумал? Ушёл и ушёл! С глаз долой, из сердца вон… Как больно!
Шарри давно уже храпел на шкуре, а я общалась с Нан – Гулакхом.
- Бог? А, Бог? А кто тот юноша, который танцевал? – прошептала я, опасаясь вездесущих эмиссов и поразительно вовремя появляющегося Шарри.
Пламя показало того же парня, теперь он спал… голый! О-о! Я тихо застонала, прикусила кулак, чтобы не издать ни звука. Странная комната, круглая такая. В открытое окно свищет ветер, он треплет лёгкую шёлковую занавеску, этот же ветер пробегает по кровати, где спит мой изящный соблазн. Его серебряные волосы разметались вокруг. Длинные девичьи ресницы трепещут, видимо сон его не так уж и крепок.
- Кто он? Он принц? Скажи, Нан – Гулакх? Разве такое чудо может быть простым смертным…
Я стояла, замерев, залюбовавшись им. Пламя сделало намёк, что он будет стоить мне дороже мамы. Я сглотнула, но разум в этот момент не участвовал, просто отключился. Я осматривала каждый сантиметр нагого прекрасного тела и отчаянно желала, чтобы вслед моим глазам, по его коже гуляли бы мои губы и язык! И тут! Юноша открыл глаза и посмотрел прямо на меня!!
- Соалоо*! Саэ таоро*!
Соалоо*,Саэ таоро* ! - любимая, желанная моя!
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
- Кому это он? – пламя изогнуло один протуберанец и недвусмысленно указало на меня, - Мне? Он меня что, видит?
Да! Он видит меня! Нан – Гулакх подтвердил все мои догадки. Я поплыла! Протянула руку в пламя, бог позволил нам встретиться ладонями, отчего по нашим телам прошла самая настоящая судорога. Я почувствовала нежную, бархатную кожу, а ещё невероятную трепетность, с какой юноша погладил мои пальцы. В ответ я попыталась передать всё, что чувствую: страсть, желание встречи! Как можно говорить при помощи рук? А вот можно, ещё как! После этого я поняла всё, что он говорит, как будто мы уже настолько близки, что можем общаться мысленно.
- Это сон, прекрасный сон! Моя Богиня! – он шептал это так исступлённо, так сокровенно! Я в ответ только улыбалась и ласкала его взглядом. Похоже, ему этого было достаточно, ведь он ни разу не спросил о том, кто я и где я.
- Кто вы, мой принц? – я не надеялось, что он услышит, но повторяла эти слова вновь и вновь. Наверно, богу надоело наше общение, потому что картинка прекрасного юноши сменилась на Белого охотника. Я тут же шарахнулась в сторону, таким реальным он был. Этот резкий переход от восхищения юностью и, собственно, восхищением мною, совершенно выбил меня из колеи. Я оскалилась и выпустила коготки, предвкушая, как располосую насильника в нашу следующую встречу.
- Зачем!!? – прошипела я вредному божеству.
Огонь постучал по камням вокруг очага, намекая на то, что я сама во всё это ввязалась, а значит должна ему как земля колхозу. Ладно!
- И как я найду его? Он ведь упрыгал от нас легконогим козлом! – пламя подумало, подумало и подняло вверх один из лепестков. Чего? В космос, что ли подняться, чтобы найти его сверху? Нет? – И чего там?
Трудности перевода, блин! Мы с Богом играли в угадайку.
- А что так сложно появиться з-сдесь и всё мне пояснить? – пламя было весьма категорично: нет! – Ну нет так нет! Значит, ты находишь способ связаться с этим психом, может быть, сам его ко мне приведёшь, мне всё равно! А потом мы отправимся в их лес. Что там, кстати, в Лесу? По одной картинке судить нельзя, но там же джунгли?
Опять панорама Леса, такого густого и непролазного, что не то что охотников, там и дракона не увидишь до тех пор, пока он тебя не схарчит! Охотник быстро перемещался от одного дерева к другому. Помимо воли я заинтересовалась, кого он так выслеживает? Спустя минут пять беловолосый прыгнул в едином хищном прыжке на цель, а цель! Ой, не могу! Дамочка! Из их же расы, видимо. Эта самка терминатора сбросила его с себя, как блоху, и попрыгала дальше в чащу. Охотник оскалился и стал красться дальше, не теряя надежды на секс с этой богомолихой. Так ему и надо, придурку! Он никогда не узнает, каково это – любить и быть любимым!
- Ах-ха-ха! Охотник охотится на самочек! – засмеялась я, - В общем, думай! А пока дай мне полюбоваться на мою мечту! – потребовала я.
Пламя сердито пыхнуло и стало просто огнём. Не поняла? Это бойкот? За то, что я отказалась искать белого психа? Ну и ладно! Я спрошу нагов о своём милом! Как он сказал: « Моя Богиня»?
Наги пришли под утро. Я, сонно моргая и зевая во весь рот, рассматривала морского Змея, которого они приволокли в качестве добычи. Когда сходила умылась, выпила кофе из своих запасов, то есть немного пришла в себя, то стала уже расспрашивать про их вылазку.
- Это пус-стяк, Золотце! С-сейчас шкуру снимем, будут тебе сапожки! – а откуда он знает про моё желание иметь сапожки?
- Мы с-связаны, з-снай! Что чувствуешь ты, чувствуем и мы! – Сшан запустил руки мне в волосы и стал целовать в шею.
- Всё – всё? И… - я просто не могла решиться спросить про сегодняшнюю ночь и мои чувства к юноше.
- Не всё, только самое с-сильное! Мы з-снаем про твои желания, мечты.
- К-хм, - откашлялась я, - Сегодня Бог сказал мне, что следующим пунктом будет Лес Белых охотников. С одним из них у меня была встреча… не очень приятная.
Сшан оскалился и зашипел.
- Я убью его! За то, что он дотронулся до тебя, за то что сделал тебе!
Рашш прищурился, желая узнать подробности. Я вымученно улыбнулась, предлагая не касаться этой темы. Но мой беловолосый принц в подробностях рассказал Алому, в каком виде меня нашли орки, как я плакала. Сказал, что Охотник поразительно быстрый и ловкий, что убить его будет непросто.
- Мы пос-стараемся! – пообещал древний.
- Давайте вы его убьёте уже после того, как мы найдём ту вещь, что нужна богу?
- Ладно! А ты… держи тот ошейник ближе к себе! Ес-сли он хоть раз тронет тебя – быть ему в подчинении до с-смерти! Это недолго, - улыбнулся мечтательно мой Сшан.
Пару дней мы заряжали камни, в основном мы сплетали хвосты у реки, там мне проще было поставить щит, непосредственно черпая силы у стихии.
- Что-то Нан – Гулакх не торопится его привести! – прошипел Сшан на третий день, - Давай вернёмс-ся к нам! Мы ещё не сплетали хвосты у меня в купальне…
В шатре Шарри змеи были в человеческом облике: в натуральном и один из нас не поместится. Так и лежали втроём на шкурах, на полу. Я гладила алые и белые с голубым отливом волосы эмиссов, нежилась в их объятиях. И совершенно не хотела, чтобы Белый охотник объявился в ближайшие дни, месяцы, да даже годы! Однако у Бога были свои планы, и он привык идти для их исполнения на всё.
Пламя загудело, вспыхнуло! Мы подскочили, Шарри тоже подошёл к нам.
- Где он? – мы прикипели к экрану, так сказать. Нан – Гулакх, интриган этакий, сразу показал психа, потом рядом поставил мою фигуру, потом наши фигуры стали э-э-э, ну-у, любить друг друга так сказать. Я сидела вся красная, желая прекращения этой пытки. Эмиссы обняли меня, поддерживая. Когда бог насладился нашей реакцией, картинка сменилась на одну меня. А вот это уже интересно! Увеличивая и увеличивая картинку, Нан – Гулакх приблизил мой живот к нам настолько, что он занял пол – шатра! Я замерла со стучащим сердцем. Ничего хорошего не будет, я просто чувствую! И точно! В животе у меня четверо детей! Мать, мать твою!! Да ладно бы чьи! Нагов я люблю, Лоэн тоже был желанным, но вот ребёнок психа вовсе не вписывался в мои планы!
- Нет! Это неправда! – я вскочила и заорала исступлённо. Слёзы сами полились из глаз, клыки удлинились, теперь я была на пути к змеиному облику от волнения, - Не-ет! Ты придумал это только что! – пламя замерло, виновато скукожилось, потом что называется, поклялось на пузе: Бог часть огонька кинул на землю, в божественном знаке клятвы.
- Нет, нет, нет, - шептала я и раскачивалась как болванчик. Такого я не ожидала, даже в страшном сне мне не приснилось бы, что мы можем быть связаны именно так.
- Ус-спокойс-ся! Мы не дадим тебя в обиду, клянус-сь! Он и не узнает о нём! – Сшан прижал руку к моему животу.
Что там пыхтел Бог, не знаю. Я свернулась калачиком на кровати и так лежала дня два. Есть и пить меня буквально заставляли. Если вы думаете, что я впала в депрессию, то вы меня плохо знаете! Я думала. Напряжённо думала все эти дни.
Встала, вымылась. Хватит истерить! Подошла к огню. Наги и Шарри наблюдали за мной, ожидая чего угодно, вплоть до того, что я кинусь в пламя и начну душить его.
- Бог? А, Бог? А если взять твой посох и с его помощью пройти их чащу? – пламя тихо, как те джемели, що пыщать, но лизуть, показало картинку леса, где за каждым деревом и кустом прятался кто-то. Где хищник, а где и Охотник. Причём, что те, что другие имели такой страшный вид, что стрематься нужно и тех, и тех.
- Ты хочешь сказать, что мы и шага не ступим без его защиты? А будет ли она, эта защита? – задумалась я. Огонь виновато пыхнул и показал блудного отца. Тот сидел на берегу реки, выслеживая рыбу. Чтоб вы прикинули размер этой рыбы, скажу, что она была длиной с меня. Мутным пятном виднелась она из-под воды. Псих сосредоточенно следил за её вялыми передвижениями, сжимая в руке тот самый тесак, которым хотел срезать с меня Таар. Почему он такой дикий? Если бы не его жестокость…
- Мы с-словим его, а ты оденешь ошейник! – заявил Сшан.
- Я не смогу… Это мерзко! – возмутилась я.
- А нас-силовать тебя не мерзко? Когда мы выйдем из Леса, я с-сам спущу с него шкуру, Таини! Ты можеш-шь не присутствовать при этом.
- Сшан…
Я благодарно прижалась к нагу. Шарри погладил меня по волосам своей большой ладонью, отчего я почувствовала себя маленькой девочкой. Прижалась и к нему тоже. Алый рассматривал противника, очевидно, делая какие-то выводы для себя.
- За это! – я многозначительно замолчала, давая понять богу, что мы оба знаем, чего я хочу.
Вредное божество тут же стало транслировать помывку моей мечты в небольшом бассейне. Наги зашипели двумя змеями. Я краснела, но всё равно косила глазом на аппетитные округлости парня, вышедшего из воды. Как он хорош! Прелесть… Моя прелесть! М-да, осталось только прокашлять «голум, голум!» и всё!
- С-сайн! – оскалился Рашш.
- Так это сайн? А почему он всегда один? И что это за круглая комната? У них что, такая архитектура?
Я совершенно не желала замечать, что моим эмиссам тревожно видеть такую мою увлечённость, не хотела думать и брать во внимание свою беременность, сейчас я просто мечтала. Мечтала быть там, с ним.
- Круглая потому, что это Башня! Он – маг, с-сладкая! Их изолируют до поры до времени, чтобы силу не потеряли, - ревниво заслонил собою изображение Рашш. Я с удовольствием зарылась в его волосы и насладилась его поцелуем. Умеет ведь отвлечь! О-о! А что это он делает? М-м-м! Шарри возмутился, но послушно оставил нас, повинуясь повелительному жесту древнего. Человеческая форма у Алого тоже была впечатляющей. Его волосы были пылающими, яркими, кожа матовой и такой гладкой! Я ласкала его, сходила с ума от его рук и губ. Сшан тоже потребовал свою долю внимания. С радостью подарила ему ласку, которую оба выпрашивали ежедневно. В конце, на пике удовольствия, когда я была практически и не на этом свете, оба эмисса укусили меня. Сладко выдохнула и куснула их в ответ.
- З-сачем тебе тот малыш-ш? Он Лооро*, тебе нужен настоящий мужчина! – заявил древний.
- Что это значит? – я привстала с его груди.
- Маги с-своих детей изолируют. Надолго. Ес-сли сила большая, то могут и навс-сегда!
- Навсегда? Они так боятся сильных магов?
- Не боятс-ся. Ис-спользуют! С-сливают их силу и продают!
- Они торгуют своими детьми? – я замерла с раскрытым ртом. Наг так умилился этой картине, стал нежно поглаживать мои губы, потом царапнул их клыками, я замерла в предвкушении. Чего у древнего не отнять, так это его чувственности, умения дразнить меня и заставлять забыть обо всём.
- С-сила для Рода важнее с-сына или дочери. Это с-статус, влас-сть!
- Откуда ты это знаешь? Тебя ведь не было тучу веков! – поразилась я.
- Так было и так будет, - прошипел он, лаская мою шею, я млела и висела на нём тряпкой. Горячие губы Сшана накрыли сосок, отчего я выгнулась и застонала. Сколько мы сплетались? Много, много раз. Я любила их, плыла мягким воском в их любящих руках. Наги же, нашедшие свою единственную, тоже не могли насытиться.
- Мы выз-сволим его! – непреклонно заявила я, зашипев от переполнявших меня эмоций.
- Тогда они объявят нам войну! – серьёзно сказал Рашш.
Я потупилась. Теперь и остается только встречаться руками да мечтать.
- Он назвал меня Богиней! Почему?
- Так и с-сказал? – удивился Сшан.
- Так и сказал, - я заалела скулами, вспомнив его прекрасное нагое тело, его волосы, волною расплескавшиеся по подушке. Мечта, он просто мечта! Я сама себя не могла понять: со мной такие мужчины, что только бери и пользуйся! А я мечтаю о юноше, который томится в башне, как средневековая принцесса!
- З-сначит, он уже давно знает о тебе, Таи! Провидец? – спросил Рашша Сшан. Тот кивнул. Я поцарапала спину сначала одному, потом другому, давая понять, что хочу подробностей. Алый прижался ко мне, показывая своё желание, не отставал от него и беловолосый наг.
- Ес-сли расскажете – получите вс-сё, о чём только попросите! - моей улыбке могла позавидовать Джоконда, такая она была таинственная и многообещающая.
Мои эмиссы судорожно сглотнули и кивнули.
- Он – Провидец, Таини. Этих держат взаперти всю их жизнь, только ближайшие родичи приходят к нему. Раз в несколько дней спрашивают, что он видел, записывают его пророчества и уходят. Он ни в чём не нуждается, но он так и живёт, как птица в клетке.
- Он видел меня? В видениях? – кивок, ещё один.
- Видел и влюбилс-ся! – подтвердил Алый. А у меня внутри как будто солнышко завелось: стало тепло и светло. Моё счастье не стало секретом для нагов – волосы засияли так ярко, что аж глаза слезились. Я смутилась и пригасила свой неуместный энтузиазм.
- Нам не пробраться к нему, да? – безнадёжно спросила я. Оба согласно кивнули. Я вздохнула и легла на грудь Рашша хандрить. Тот погладил мою спину, его рука поползла ещё дальше, лаская меня в самых чувствительных местах.
- Не с-сейчас… - к чему он это? А, вот оно что! Он имел в виду, что сейчас мы не подберёмся к юному моему увлечению. А вот награду оба желали получить здесь и сейчас!
Если бы не появление Шарри, не приглашение на собрание Племени, мы так бы и любили друг друга до бесконечности. Луара – кха и бывший шаман звали нас на серьёзный разговор.
- Что случилось, Луара – кха? – я зевала так сладко, что всем сразу стало ясно, что ночами я не сплю. Да и днём тоже.
- Утром пришёл караван… Гуиннар хочет поговорить с тобой.
Лоэн? Что он там ещё придумал? Ушёл и ушёл! С глаз долой, из сердца вон… Как больно!
