- Особенность расы, - так же спокойно поведала она мне, - у драконов во время брачной церемонии выплетается рисунок на коже. Именно это является подтверждением того, что представитель этой расы женат или замужем.
- Рисунок? – озадаченно переспросила, вспоминая обнаженное тело мужчины.
Гладкая кожа с легким загаром, рельефные мышцы. Никакого рисунка точно не видела. Впрочем, могла просто не успеть рассмотреть.
- Если бы Его светлость сделал привязку, то на вашей коже тоже сейчас разгорался бы рисунок. Точно такой же, как у него, - мягко улыбнувшись, ответила та, что с родинкой.
- Подождите, - оглушенная всем этим, - Мне сказали, что я должна была сгореть в сути дракона во время свадьбы.
- Все верно, ваша милость, - согласилась со мной первая жрица, что начала объяснять особенности расы, - Драконы делают привязку и их соединяет не только брачная церемония, но и общая кровь. Они становятся парой. И рисунок идентичный у обоих супругов тому подтверждение.
- Но у меня нет рисунка, - заметила им.
Все-таки жрицы обладают какой-то магией. От их тихих поглаживаний мне становилось спокойно. Я волновалась, до конца не исчез испуг, но ужас, сжавший тисками все мое существо, постепенно отпускал.
- Рисунка нет, потому что Его светлость не сделал привязку, - пояснила мне собеседница.
- А если бы сделал … ? – вопросительно начала фразу и замолчала в ожидании продолжения.
- То сейчас в вас была бы кровь вашего мужа, - закончила она.
- Это и означает «сгореть в сути дракона»? – жестко спросила я.
- Да, - был короткий ответ.
- И я бы умерла, - мрачно сделала вывод.
- Риск был, - не стала в этот раз уходить от прямого ответа жрица, - Но минимальный. Император знает, что человеческие девушки не всегда могут пережить эту церемонию, а потому позаботился заранее, обратившись к нам.
- Какой заботливый, - гневно выдохнула я.
- Вы правы, - смиренно согласилась собеседница, не обратив внимание на тон.
Одна из жриц вышла из шатра, откинув полог в сторону, и вскоре вернулась, держа в руках приготовленное платье. Женщины помогли подняться и одеться.
- Идемте, ваша милость. Мы вас проводим, - убрав в сторону ткань и удерживая ее, предложила жрица, - лорд Нетару ожидает с нетерпением, и желает сам удостовериться в вашем добром здравии, хотя я попыталась его успокоить.
Яркий свет после полумрака шатра больно ударил по глазам. Я зажмурилась и прикрылась ладонью.
- Селия! Сестренка! – с этими словами Джеральд схватил меня в охапку, сжал руками, а затем принялся ощупывать.
- Джеральд, прекрати! – грозно окрикнула его, чувству себя при этом чрезвычайно неловко, - Что ты делаешь?
- Руки и ноги пересчитываю. Что же еще? – почти весело отозвался он.
- И как? – невольно улыбнулась в ответ.
- Пока все сходится, - проинформировал он меня.
- Идемте, ваша милость, - ворвался в разговор строгий голос жрицы, - Нам пора.
Оглянулась и невольно ахнула. Мы все еще находились в главном зале императорского дворца. Два парчовых шатра раскинуты здесь же, и все присутствовавшие гости с любопытством рассматривали меня. Получается, что все приглашенные на свадьбу гости находились здесь все это время, пока мы с Триаром были за тонкой преградой из ткани. Любой желающий мог слышать каждое слово, и быть в курсе всего происходившего.
Жар опалил щеки мгновенно. Я смутилась, потупившись под взглядами, нагло рассматривающими меня. Убеждать, что пора уйти отсюда, больше не было необходимости. Заторопилась к дверям следом за жрицами. Перед нами расступались, освобождая проход. И даже то, что Джеральд держал под руку, не вселяло уверенности. Едва покинули заполненный гостями главный зал, перевела дыхание и смогла поднять взгляд. Остальной путь прошел, как во сне.
- Это не мои покои, - растерянно оглядывалась по сторонам и не понимала, почему мы пришли в эти комнаты.
- Это крыло кронпринца, - пояснила одна из служанок, - Раньше ваша милость располагалась в комнатах для гостей.
Знакомых лиц среди обслуги не встречала. Вежливо склоненные головы, легкие реверансы от прислуги и жрицы, всем своим видом показывающие равнодушное отношение к роскошной обстановке апартаментов и заискиванию окружающих передо мной.
- А мои вещи? – растерянно оглянулась на брата, ища поддержки.
Ведь получается, что он остался жить все там же, и теперь мы будем далеко друг от друга. Я уже привыкла каждый день выслушивать его шутки и ощущать поддержку. Насколько удалось понять размеры дворца, мы будем теперь находиться на приличном расстоянии,.
- Их начали переносить, - был короткий ответ опять же с покорно склоненной головой.
То есть моими вещами занялись после того, как кронпринц вышел из того шатра. До этого никто не торопился с переселением в крыло кронпринца. Неужели прислуга тоже не верила, что человеческая девушка выживет после церемонии? Ведь даже моя служанка была убеждена, что я сгорю в сути дракона.
- Семейное гнездышко. Хм, хм, - многозначительно пошевелил бровями Джеральд, осматривая все вокруг, при этом не забывая о фигурках девушек.
Мне и так было неуютно от всего, что произошло в шатре. Понимаю, что это только между мной и теперь уже мужем, но недоумение и нежелание повторения терзали. Я бросала быстрые взгляды на брата и пыталась понять, как ему могло нравится то, что происходит между мужчиной и женщиной? Странное положение тел, неудобство и стыдливость в определенные моменты, да еще эта резкая боль, пронзившая в самом начале, заставляли буквально цепенеть. Постепенно смогла дышать и как-то пережить неприятные мгновения, но не может же кронпринц считать, что это необходимо повторить? Ведь у него есть доказательства того, что он теперь женатый дракон. Этого достаточно?
И еще эти взгляды гостей. Они как будто знали обо всем, что происходило между нами за плотной тканью. Оценивающие, откровенно раздевающие, и явно смотрящие с превосходством драконы в главном зале не смогли заставить опустить глаза. Осанка осталась прежней – развернутые плечи и гордо поставленная голова, взгляд вперед и гордо поднятая голова– все, как учили еще с детства. При любых обстоятельствах нужно помнить, что являюсь прямым потомком государей, пусть даже от незаконной связи. Леди Нерату особенно подчеркивала этот момент.
«О нас могут говорить в свете злые языки все, что угодно, но гордость в нашей крови. Мы должны показать всем, что выше их сплетен и пересудов. Только плебеи обсуждают королей. Аристократы никогда не обсуждают плебеев».
Именно это воспитание помогло сегодня с честью пройти плотные ряды приглашенных гостей на мою свадьбу, не позволив злым языкам ничего произнести вслед. Преследовавший легкий шепоток подсказывал, что некоторые этого очень хотели.
- Ваша милость, вам здесь будет удобно, - присела в более глубоком реверансе молодая девушка, - Покои Его светлости совсем рядом.
Вот и эти думают о том же.
Раздосадовано оглянулась вокруг. Это только мне одной кажется, что сцена в шатре неприятна? Или у остальных это происходит как-то по-другому?
- Отдыхайте, ваша милость, - поспешили распрощаться служанки, заметив мой нахмуренный взгляд, трактуя его как неудовольствие.
- Селия, пожалуй, я тоже отправлюсь в свои покои и отдохну, - поспешил к дверям брат.
Отчего-то он не казался уставшим. Его вид скорее напоминал ветреного повесу, собирающегося кутить всю ночь по кабакам. А утром его привезут пьяные приятели, и он будет спать до самого вечера.
- Кажется, я лишняя на этом празднике жизни, - печально произнесла вслух, когда за последним человеком закрылись двери моих аппартаментов.
Интересно, хатха сейчас тоже скучает в своих покоях, как и я?
Странное чувство одиночества нахлынуло и поселилось внутри. Никогда раньше такого не ощущала. Даже когда убегала в сад и тихо сидела у ручья, знала наверняка, что всегда могу вернуться домой, где слуги готовы выполнить малейшее пожелание. А на кухне дозволено ухватить свежую выпечку, пошутить с кем-то из горничных или послушать сплетни о романах среди слуг. Тут же я оказалась совершенно изолированной от общества. Наверняка на мой зов прибегут и все исполнят, но в то же время чувство тоски накатывало с каждым мгновением ощутимо.
Где-то идет праздник, посвященный свадьбе, и только моего присутствия там никто не ждет. Даже супруг. Казалось, что жизнь идет в стороне, а я нахожусь у обочины и лишь проглядываю пеструю ленту событий, как зритель, которому даже не предложили во всем этом поучаствовать.
Обо мне не забыли. Вечером предложили ужин, который пришлось съесть в одиночестве без аппетита, затем служанки приготовили все ко сну и, вежливо пожелав спокойной ночи, оставили одну в широкой кровати.
В памяти всплывали воспоминания дня – танец в главном зале, когда я решила, что остались последние мгновения жизни, признания служанки, сказанные тихим, едва слышным шепотом, и самое постыдное, заставляющее вспыхивать щеки. Обнаженный дракон, в каком-то одному ему известном ритме двигающемся между моих ног.
Я перебирала все это в голове и никак не могла понять одного – почему кронпринц не стал делать привязку на крови? Пожалел чужачку, человеческую девушку? Очень сомневаюсь. Мы с ним разговаривали всего-то пару раз. Тогда почему не провел церемонию, как положено? Потерла браслет на руке. Теперь я мужняя жена и должна подчиняться всем желаниям супруга.
Всем? Даже представить не могла, что Триар захочет повторить то, что случилось в шатре. Неужели кому-то это может нравиться? Я бы предпочла встречаться с мужем лишь на общих обедах, в крайнем случае спокойные беседы на общие темы.
Мысли вновь вернулись к тому, как к этому относятся другие люди. Их слова, дрожь и трепет о любви и страсти заставляли задуматься. Может быть, я делала что-то не так? Не поняла или как-то мой организм иначе устроен, чем у других?
Воспоминания о поцелуе заставили заворочаться под тонким одеялом. Определенно трепет жил внутри, когда Триар (надо привыкать называть своего мужа именно так) жадно целовал меня. Но потом, когда его губы и руки касались тела, ощущала только стеснение, даже отдаленно не напоминающее возбуждение, что испытала во время танца или поцелуя.
С этими тяжелыми мыслями удалось забыться почти к рассвету.
Утром проснулась рано, сладко потянулась, старательно прислушиваясь к себе. Нет, определенно со мной все в порядке. Или жрицы обо мне позаботились. С теплотой и благодарностью вспомнила их внимание ко мне в трудный момент. Интересно, насколько откровенной можно быть с ними? Очень хотелось задать вопросы и получить ответы. Только терзали настолько личные сомнения, что даже когда думала об этом, щеки заметно теплели. Нет, все-таки еще рано интересоваться этой стороной жизни. Может быть, я все придумала и вдруг окажется, что кронпринцу вовсе нет никакого дела до меня. Вполне возможно он не вспомнит о молодой жене и решит, что произошедшего накануне вполне достаточно.
Несколько обрадованная этой мыслью, спокойно одевалась, принимая помощь служанок. Однако что-то во мне все же неуловимо изменилось. Я смотрела в зеркало и видела в нем красивую девушку, давно знакомую и в тоже время отличающуюся от меня прежней. Поворачивая и наклоняя голову, старалась понять, что же изменилось. И неожиданно поняла – мои глаза стали иные. Не старше, но в них появился опыт. Тот самый, по которому всегда определяла возраст женщин.
- Его светлость спрашивает о вашем здравии и просит составить ему компанию к завтраку, - с торжественным видом возвестил слуга мужчина, вошедший ко мне в апартаменты.
- Передайте моему мужу, что принимаю приглашение, - спокойно ответила я, стараясь в точности скопировать тон леди Нерату.
Только вот сердце забилось часто-часто. Сейчас мы встретимся за одним столом. Что нас связывает, кроме того, что стали мужем и женой? Как он встретит меня? О чем будем говорить? И … предложит ли продолжение того, что было между нами?
Понимаю, я чрезвычайно неопытна в таких вопросах и даже совета спросить не у кого, но показалось, Триар для меня стал очень близким. С кем, как не с ним, обсудить все, что так тревожит и волнует? Так что приняла приглашение, не сомневаясь ни мгновения.
Мы семья, а потому интересы теперь общие!
С этой решимостью направилась за слугой мужчиной, указывающим дорогу.
Что-то неуловимо другое было во всем интерьере. Если считать, что это крыло личное пространство кронпринца, а не гостевое, то тогда становится понятным иное ощущение от пространства. Другие цвета в интерьере, форма держателей для факелов – все говорило скорее о личных предпочтениях, чем о желании произвести впечатление на гостей.
Скромно, аскетично, как-то немного интригующе и пугающе. Я с любопытством и настороженностью поглядывала по сторонам. Чувствовалась сила хозяина этого крыла, но он старался спрятать ее, не выставлять напоказ. Неброские краски на стенах соперничали с черными, тяжелыми элементами в деталях. Теплый терракотовый пол покрывал ковер багрового цвета, переходящий в мрачный бордо по краям.
- Сел, рад видеть тебя в добром здравии! – раздался тихий, но глубокий голос моего мужа, едва вошла в личные апартаменты дракона.
Постаралась взять себя в руки и спокойно повернуться на голос. Триар что-то изучал у рабочего стола, по крайней мере, так этого выглядело, когда я вошла. Поэтому супруг находился немного сбоку от меня, и не попадал в поле зрения, когда вошла.
- Благодарю, вас Ваша светлость, - присела в заученном реверансе я.
- Сел, прекращай, - с улыбкой произнес супруг и спокойно подошел ко мне.
Он протянул руку, чтобы помочь подняться из глубокого реверанса, и я встретилась с его довольным взглядом.
- Давай отбросим все эти официальные обращения друг к другу, - объяснил он, - Не могу себе представить, что буду называть жену, которую видел абсолютно обнаженной, полным титулом.
В его тоне была доброта и нежность. Я при упоминании о произошедшем вспыхнула в тот же миг. Старалась держаться, вспоминая все уроки, что преподносила леди Нерату и вести себя соответствующе, но по какой-то причине не могла ничего возразить Триару. Он словно предлагал приятные приятельские отношения, и я не могла заставить себя увеличить дистанцию.
Отношения родителей всегда были для меня образцом, и, разумеется, считала, что в своей семейной жизни буду так же относиться к своему мужу. Думаю, что леди Нерату испытывала те же самые затруднения в первый день общения с собственным супругом. Впрочем, их близкое знакомство было отложено. Но ведь они прожили после этого долго и счастливо, так почему бы и мне не создать такую же семью, где у нас будет взаимопонимание и уважение?
- Разумеется … Триар, - запинаясь отозвалась супругу, при этом неожиданно вспомнив, как я смело назвала мужа по имени вчера, едва за нами закрылась ткань шатра.
- Вот и славно, - повел за собой кронпринц.
Он усадил меня рядом с собой, при этом был весьма деликатен и вежлив. Жестом руки отослал слуг, в этот момент появившихся в столовой кронпринца, и стал самолично предлагать блюда.
Он говорил, я прислушивалась к голосу и чувствовала, что волнуюсь. Связно отвечать получалось, и даже нервозность от близости мужчины удалось скрыть. По крайней мере, мне так казалось, только дракон оказался гораздо проницательней, и выдал меня завтрак.
- Рисунок? – озадаченно переспросила, вспоминая обнаженное тело мужчины.
Гладкая кожа с легким загаром, рельефные мышцы. Никакого рисунка точно не видела. Впрочем, могла просто не успеть рассмотреть.
- Если бы Его светлость сделал привязку, то на вашей коже тоже сейчас разгорался бы рисунок. Точно такой же, как у него, - мягко улыбнувшись, ответила та, что с родинкой.
- Подождите, - оглушенная всем этим, - Мне сказали, что я должна была сгореть в сути дракона во время свадьбы.
- Все верно, ваша милость, - согласилась со мной первая жрица, что начала объяснять особенности расы, - Драконы делают привязку и их соединяет не только брачная церемония, но и общая кровь. Они становятся парой. И рисунок идентичный у обоих супругов тому подтверждение.
- Но у меня нет рисунка, - заметила им.
Все-таки жрицы обладают какой-то магией. От их тихих поглаживаний мне становилось спокойно. Я волновалась, до конца не исчез испуг, но ужас, сжавший тисками все мое существо, постепенно отпускал.
- Рисунка нет, потому что Его светлость не сделал привязку, - пояснила мне собеседница.
- А если бы сделал … ? – вопросительно начала фразу и замолчала в ожидании продолжения.
- То сейчас в вас была бы кровь вашего мужа, - закончила она.
- Это и означает «сгореть в сути дракона»? – жестко спросила я.
- Да, - был короткий ответ.
- И я бы умерла, - мрачно сделала вывод.
- Риск был, - не стала в этот раз уходить от прямого ответа жрица, - Но минимальный. Император знает, что человеческие девушки не всегда могут пережить эту церемонию, а потому позаботился заранее, обратившись к нам.
- Какой заботливый, - гневно выдохнула я.
- Вы правы, - смиренно согласилась собеседница, не обратив внимание на тон.
Одна из жриц вышла из шатра, откинув полог в сторону, и вскоре вернулась, держа в руках приготовленное платье. Женщины помогли подняться и одеться.
- Идемте, ваша милость. Мы вас проводим, - убрав в сторону ткань и удерживая ее, предложила жрица, - лорд Нетару ожидает с нетерпением, и желает сам удостовериться в вашем добром здравии, хотя я попыталась его успокоить.
Яркий свет после полумрака шатра больно ударил по глазам. Я зажмурилась и прикрылась ладонью.
- Селия! Сестренка! – с этими словами Джеральд схватил меня в охапку, сжал руками, а затем принялся ощупывать.
- Джеральд, прекрати! – грозно окрикнула его, чувству себя при этом чрезвычайно неловко, - Что ты делаешь?
- Руки и ноги пересчитываю. Что же еще? – почти весело отозвался он.
- И как? – невольно улыбнулась в ответ.
- Пока все сходится, - проинформировал он меня.
- Идемте, ваша милость, - ворвался в разговор строгий голос жрицы, - Нам пора.
Оглянулась и невольно ахнула. Мы все еще находились в главном зале императорского дворца. Два парчовых шатра раскинуты здесь же, и все присутствовавшие гости с любопытством рассматривали меня. Получается, что все приглашенные на свадьбу гости находились здесь все это время, пока мы с Триаром были за тонкой преградой из ткани. Любой желающий мог слышать каждое слово, и быть в курсе всего происходившего.
Жар опалил щеки мгновенно. Я смутилась, потупившись под взглядами, нагло рассматривающими меня. Убеждать, что пора уйти отсюда, больше не было необходимости. Заторопилась к дверям следом за жрицами. Перед нами расступались, освобождая проход. И даже то, что Джеральд держал под руку, не вселяло уверенности. Едва покинули заполненный гостями главный зал, перевела дыхание и смогла поднять взгляд. Остальной путь прошел, как во сне.
- Это не мои покои, - растерянно оглядывалась по сторонам и не понимала, почему мы пришли в эти комнаты.
- Это крыло кронпринца, - пояснила одна из служанок, - Раньше ваша милость располагалась в комнатах для гостей.
Знакомых лиц среди обслуги не встречала. Вежливо склоненные головы, легкие реверансы от прислуги и жрицы, всем своим видом показывающие равнодушное отношение к роскошной обстановке апартаментов и заискиванию окружающих передо мной.
- А мои вещи? – растерянно оглянулась на брата, ища поддержки.
Ведь получается, что он остался жить все там же, и теперь мы будем далеко друг от друга. Я уже привыкла каждый день выслушивать его шутки и ощущать поддержку. Насколько удалось понять размеры дворца, мы будем теперь находиться на приличном расстоянии,.
- Их начали переносить, - был короткий ответ опять же с покорно склоненной головой.
То есть моими вещами занялись после того, как кронпринц вышел из того шатра. До этого никто не торопился с переселением в крыло кронпринца. Неужели прислуга тоже не верила, что человеческая девушка выживет после церемонии? Ведь даже моя служанка была убеждена, что я сгорю в сути дракона.
- Семейное гнездышко. Хм, хм, - многозначительно пошевелил бровями Джеральд, осматривая все вокруг, при этом не забывая о фигурках девушек.
Мне и так было неуютно от всего, что произошло в шатре. Понимаю, что это только между мной и теперь уже мужем, но недоумение и нежелание повторения терзали. Я бросала быстрые взгляды на брата и пыталась понять, как ему могло нравится то, что происходит между мужчиной и женщиной? Странное положение тел, неудобство и стыдливость в определенные моменты, да еще эта резкая боль, пронзившая в самом начале, заставляли буквально цепенеть. Постепенно смогла дышать и как-то пережить неприятные мгновения, но не может же кронпринц считать, что это необходимо повторить? Ведь у него есть доказательства того, что он теперь женатый дракон. Этого достаточно?
И еще эти взгляды гостей. Они как будто знали обо всем, что происходило между нами за плотной тканью. Оценивающие, откровенно раздевающие, и явно смотрящие с превосходством драконы в главном зале не смогли заставить опустить глаза. Осанка осталась прежней – развернутые плечи и гордо поставленная голова, взгляд вперед и гордо поднятая голова– все, как учили еще с детства. При любых обстоятельствах нужно помнить, что являюсь прямым потомком государей, пусть даже от незаконной связи. Леди Нерату особенно подчеркивала этот момент.
«О нас могут говорить в свете злые языки все, что угодно, но гордость в нашей крови. Мы должны показать всем, что выше их сплетен и пересудов. Только плебеи обсуждают королей. Аристократы никогда не обсуждают плебеев».
Именно это воспитание помогло сегодня с честью пройти плотные ряды приглашенных гостей на мою свадьбу, не позволив злым языкам ничего произнести вслед. Преследовавший легкий шепоток подсказывал, что некоторые этого очень хотели.
- Ваша милость, вам здесь будет удобно, - присела в более глубоком реверансе молодая девушка, - Покои Его светлости совсем рядом.
Вот и эти думают о том же.
Раздосадовано оглянулась вокруг. Это только мне одной кажется, что сцена в шатре неприятна? Или у остальных это происходит как-то по-другому?
- Отдыхайте, ваша милость, - поспешили распрощаться служанки, заметив мой нахмуренный взгляд, трактуя его как неудовольствие.
- Селия, пожалуй, я тоже отправлюсь в свои покои и отдохну, - поспешил к дверям брат.
Отчего-то он не казался уставшим. Его вид скорее напоминал ветреного повесу, собирающегося кутить всю ночь по кабакам. А утром его привезут пьяные приятели, и он будет спать до самого вечера.
- Кажется, я лишняя на этом празднике жизни, - печально произнесла вслух, когда за последним человеком закрылись двери моих аппартаментов.
Интересно, хатха сейчас тоже скучает в своих покоях, как и я?
Странное чувство одиночества нахлынуло и поселилось внутри. Никогда раньше такого не ощущала. Даже когда убегала в сад и тихо сидела у ручья, знала наверняка, что всегда могу вернуться домой, где слуги готовы выполнить малейшее пожелание. А на кухне дозволено ухватить свежую выпечку, пошутить с кем-то из горничных или послушать сплетни о романах среди слуг. Тут же я оказалась совершенно изолированной от общества. Наверняка на мой зов прибегут и все исполнят, но в то же время чувство тоски накатывало с каждым мгновением ощутимо.
Где-то идет праздник, посвященный свадьбе, и только моего присутствия там никто не ждет. Даже супруг. Казалось, что жизнь идет в стороне, а я нахожусь у обочины и лишь проглядываю пеструю ленту событий, как зритель, которому даже не предложили во всем этом поучаствовать.
Обо мне не забыли. Вечером предложили ужин, который пришлось съесть в одиночестве без аппетита, затем служанки приготовили все ко сну и, вежливо пожелав спокойной ночи, оставили одну в широкой кровати.
В памяти всплывали воспоминания дня – танец в главном зале, когда я решила, что остались последние мгновения жизни, признания служанки, сказанные тихим, едва слышным шепотом, и самое постыдное, заставляющее вспыхивать щеки. Обнаженный дракон, в каком-то одному ему известном ритме двигающемся между моих ног.
Я перебирала все это в голове и никак не могла понять одного – почему кронпринц не стал делать привязку на крови? Пожалел чужачку, человеческую девушку? Очень сомневаюсь. Мы с ним разговаривали всего-то пару раз. Тогда почему не провел церемонию, как положено? Потерла браслет на руке. Теперь я мужняя жена и должна подчиняться всем желаниям супруга.
Всем? Даже представить не могла, что Триар захочет повторить то, что случилось в шатре. Неужели кому-то это может нравиться? Я бы предпочла встречаться с мужем лишь на общих обедах, в крайнем случае спокойные беседы на общие темы.
Мысли вновь вернулись к тому, как к этому относятся другие люди. Их слова, дрожь и трепет о любви и страсти заставляли задуматься. Может быть, я делала что-то не так? Не поняла или как-то мой организм иначе устроен, чем у других?
Воспоминания о поцелуе заставили заворочаться под тонким одеялом. Определенно трепет жил внутри, когда Триар (надо привыкать называть своего мужа именно так) жадно целовал меня. Но потом, когда его губы и руки касались тела, ощущала только стеснение, даже отдаленно не напоминающее возбуждение, что испытала во время танца или поцелуя.
С этими тяжелыми мыслями удалось забыться почти к рассвету.
Утром проснулась рано, сладко потянулась, старательно прислушиваясь к себе. Нет, определенно со мной все в порядке. Или жрицы обо мне позаботились. С теплотой и благодарностью вспомнила их внимание ко мне в трудный момент. Интересно, насколько откровенной можно быть с ними? Очень хотелось задать вопросы и получить ответы. Только терзали настолько личные сомнения, что даже когда думала об этом, щеки заметно теплели. Нет, все-таки еще рано интересоваться этой стороной жизни. Может быть, я все придумала и вдруг окажется, что кронпринцу вовсе нет никакого дела до меня. Вполне возможно он не вспомнит о молодой жене и решит, что произошедшего накануне вполне достаточно.
Несколько обрадованная этой мыслью, спокойно одевалась, принимая помощь служанок. Однако что-то во мне все же неуловимо изменилось. Я смотрела в зеркало и видела в нем красивую девушку, давно знакомую и в тоже время отличающуюся от меня прежней. Поворачивая и наклоняя голову, старалась понять, что же изменилось. И неожиданно поняла – мои глаза стали иные. Не старше, но в них появился опыт. Тот самый, по которому всегда определяла возраст женщин.
- Его светлость спрашивает о вашем здравии и просит составить ему компанию к завтраку, - с торжественным видом возвестил слуга мужчина, вошедший ко мне в апартаменты.
- Передайте моему мужу, что принимаю приглашение, - спокойно ответила я, стараясь в точности скопировать тон леди Нерату.
Только вот сердце забилось часто-часто. Сейчас мы встретимся за одним столом. Что нас связывает, кроме того, что стали мужем и женой? Как он встретит меня? О чем будем говорить? И … предложит ли продолжение того, что было между нами?
Понимаю, я чрезвычайно неопытна в таких вопросах и даже совета спросить не у кого, но показалось, Триар для меня стал очень близким. С кем, как не с ним, обсудить все, что так тревожит и волнует? Так что приняла приглашение, не сомневаясь ни мгновения.
Мы семья, а потому интересы теперь общие!
С этой решимостью направилась за слугой мужчиной, указывающим дорогу.
Что-то неуловимо другое было во всем интерьере. Если считать, что это крыло личное пространство кронпринца, а не гостевое, то тогда становится понятным иное ощущение от пространства. Другие цвета в интерьере, форма держателей для факелов – все говорило скорее о личных предпочтениях, чем о желании произвести впечатление на гостей.
Скромно, аскетично, как-то немного интригующе и пугающе. Я с любопытством и настороженностью поглядывала по сторонам. Чувствовалась сила хозяина этого крыла, но он старался спрятать ее, не выставлять напоказ. Неброские краски на стенах соперничали с черными, тяжелыми элементами в деталях. Теплый терракотовый пол покрывал ковер багрового цвета, переходящий в мрачный бордо по краям.
- Сел, рад видеть тебя в добром здравии! – раздался тихий, но глубокий голос моего мужа, едва вошла в личные апартаменты дракона.
Постаралась взять себя в руки и спокойно повернуться на голос. Триар что-то изучал у рабочего стола, по крайней мере, так этого выглядело, когда я вошла. Поэтому супруг находился немного сбоку от меня, и не попадал в поле зрения, когда вошла.
- Благодарю, вас Ваша светлость, - присела в заученном реверансе я.
- Сел, прекращай, - с улыбкой произнес супруг и спокойно подошел ко мне.
Он протянул руку, чтобы помочь подняться из глубокого реверанса, и я встретилась с его довольным взглядом.
- Давай отбросим все эти официальные обращения друг к другу, - объяснил он, - Не могу себе представить, что буду называть жену, которую видел абсолютно обнаженной, полным титулом.
В его тоне была доброта и нежность. Я при упоминании о произошедшем вспыхнула в тот же миг. Старалась держаться, вспоминая все уроки, что преподносила леди Нерату и вести себя соответствующе, но по какой-то причине не могла ничего возразить Триару. Он словно предлагал приятные приятельские отношения, и я не могла заставить себя увеличить дистанцию.
Отношения родителей всегда были для меня образцом, и, разумеется, считала, что в своей семейной жизни буду так же относиться к своему мужу. Думаю, что леди Нерату испытывала те же самые затруднения в первый день общения с собственным супругом. Впрочем, их близкое знакомство было отложено. Но ведь они прожили после этого долго и счастливо, так почему бы и мне не создать такую же семью, где у нас будет взаимопонимание и уважение?
- Разумеется … Триар, - запинаясь отозвалась супругу, при этом неожиданно вспомнив, как я смело назвала мужа по имени вчера, едва за нами закрылась ткань шатра.
- Вот и славно, - повел за собой кронпринц.
Он усадил меня рядом с собой, при этом был весьма деликатен и вежлив. Жестом руки отослал слуг, в этот момент появившихся в столовой кронпринца, и стал самолично предлагать блюда.
Он говорил, я прислушивалась к голосу и чувствовала, что волнуюсь. Связно отвечать получалось, и даже нервозность от близости мужчины удалось скрыть. По крайней мере, мне так казалось, только дракон оказался гораздо проницательней, и выдал меня завтрак.
