Лорд Хапреш с солидным видом читал свежую газету, пестревшую сплетнями королевства. Леди Хапреш терзалась нетерпением, мечтая взглянуть на список дебютанток. Она ерзала и бросала взгляды на супруга, но он вдумчиво перечитывал первую полосу. Последняя страница со списком оставалась в поле зрения жены, однако разобрать текст было невозможно. Завтрак протекал в непринужденной атмосфере. Стаську не распекали за проказы и не грозили замужеством, отчего она втайне надеялась, что о свадьбе вообще забудут.
Увы, отец мыслил иначе. Он внимательно перечитал письмо лорда Мираса, отложив газету подальше от рук супруги, чем вызвал волну молчаливого негодования.
— Стася, сегодня объявят о твоем браке, — задумчиво протянул лорд Хапреш. — Мирас достойный человек, хоть и намного старше тебя. Это станет удачной партией.
— Папочка, — елейным голоском запела Стаська, — а может, мне рано замуж?
— Пятнадцать, конечно, маловато, но я женился на твоей матери, когда ей исполнилось шестнадцать. Пока суть да дело, тебе столько же и стукнет. Лорд Мирас взрослый мужчина, он завершит твое воспитание. Так же, как я в свое время поступил с твоей матерью.
На это заявление солидная леди Хапреш фыркнула совсем по-детски.
Подготовка возобновилась. Если Стаська считала вчерашний день тяжелым, то она глубоко заблуждалась. Она была готова выйти хоть за Темного лорда, лишь бы её оставили в покое. Платье подготовили заранее, но после примерки выяснилось, что грудь у Стаськи выросла, а талия уменьшилась. Паника охватила особняк. Срочно вызвали портних со свитой. Всё вокруг закрутилось и завертелось. Одуревшая Стаська перестала понимать, кто и что ей говорит, лишь добросовестно ойкала, когда булавки вонзались глубже ткани.
Неожиданно суета прекратилась и наступила оглушительная тишина. Девчонка растерянно огляделась. Оказалось, её одели, обули, причесали и оставили одну. Она медленно осмотрела комнату, пытаясь понять: в чем подвох? Подвох затаился и не спешил обнаруживаться. Пришлось пройтись, чтобы отыскать его.
Подвох обнаружился в зеркале во всю стену — нескромном шедевре лучшей эльфийской работы, который принесли из спальни леди Хапреш. В отражении Стаська увидела совершенно чужую девицу, в упор смотревшую на неё. Какая наглость! Мало того что её мучили весь день, так еще и какие-то посторонние особы в бальных платьях пялятся на неё прямо из зеркала!
Стаська подбочинилась — особа в зеркале ответила тем же. Девушка погрозила кулаком, но из глубины стекла ей принялись угрожать!
— Ах ты, пудель! — заорала Стаська и метнула в зеркало маленькую скамеечку, которую подставляли её мучители, чтобы дотянуться до верха прически.
Звонкий «БЗДЫНЬ!» разнесся по особняку. По ушам больно резануло, зато нахальная девица мгновенно исчезла.
В это время леди Хапреш, утомленная трудами по подготовке ненаглядной дочки, прилегла в постель. Лицо её покрывала освежающая маска болотного цвета с белыми кремовыми кругами на глазах. Громкий звук заставил её совершить вертикальный взлет над кроватью.
— Вампиры! — заголосила она. Не в силах разлепить веки из-за густой массы и боясь упасть, женщина вытянула руки вперед.
Крик и звон, раздавшиеся почти одновременно, разделили обитателей дома на два потока. Одни мчались на шум, другие на зов о помощи. Вторых оказалось заметно меньше. Встречи с упырями боялись абсолютно все! Рогатины вскинули наперевес. Лорд Хапреш, поняв, что вопли о кровопийцах доносятся из спальни супруги, бросился на помощь с саблей наголо.
Зрелище им открылось жуткое. Посреди темной комнаты застыла фигура в белом пеньюаре. Женщина тянула руки к вошедшим, явно выискивая жертву. Лицо её пугало зеленью, а вместо глаз светились белые пятна. Даже самые отважные воины кинулись прочь, налетая на бегущих следом. Две людские волны смешались. С воплями: «Вампиры!» домочадцы принялись колотить друг друга, подозревая в старых знакомых новообращенных монстров.
Второй поток, обнаруживший, что источником бедствия стало разбитое зеркало, поспешил на выручку собратьям.
Над всем хаосом гремел голос леди Хапреш. Она по-прежнему ничего не видела и медленно продвигалась к выходу, оповещая мир о пришедшей беде. Когда хозяйка добралась до двери, битва завершилась в пользу людей. Вид «чудовища» сначала вызвал у слуг оцепенение, а затем поток преданных подданных устремился к выходу. В коридоре остался лорд Хапреш и преданно прижимал к груди саблю, решив, видимо, что настал его последний час.
— Мам, а что у тебя на лице? — спокойный вопрос Стаськи заставил очередной вопль захлебнуться в горле матери.
До леди Хапреш наконец дошло, в каком облике она предстала перед публикой. Она испуганно ойкнула и ретировалась в спальню, громко захлопнув дверь
— Что это было? — шепотом спросил лорд Хапреш. Он повернулся к дочери, и его снова накрыл ступор.
Перед ним застыла высокая стройная брюнетка, отдаленно напоминавшая его ребенка. Огромные глазища смотрели с глупым отчаянием. На голове кудряшки взбивались в высокую башню, на вершине которой пристроилась птичка. Крошечное создание помахивало крылышками, стоило девушке качнуть головой. Лорду сделалось дурно, и он впервые в жизни лишился чувств. На поле боя с Темным королевством он выстоял, но в родном гнезде сознание решило спасти психику от наплыва женской красоты и просто выключило свет.
Мастерицы преображения могли гордиться результатом. От их трудов мужчины падали замертво. Красота, конечно, требовала жертв, но не таких же масштабных!
Тем временем молния распорола пространство черного неба. Существа Бездны, не привыкшие к свету, метались от ярких вспышек. Темный лорд, сжимая полыхающие мечи, нещадно разил отвратительных тварей, которые плевались ядом и визжали так, что обычный человек мгновенно лишился бы разума. Монстры пытались вцепиться в воина и урвать кусок побольше. Нейк летал рядом, выжигая дыханием стаи мелких грызунов и пауков. В одиночку создания доставляли кучу неприятностей, а в массе не оставляли шансов ничему живому. Именно поэтому их изгнали из мира живых и из Хаоса — последнего бастиона на подступах к Бездне.
Малоразумные обитатели населяли просторы этого царства, гарантируя, что ни один смертный, попав сюда после кончины, никогда не покинет неприютный мир. Бездна заставляла страдать по утраченной жизни, изводя воспоминаниями о близких. Если кому-то удавалось прорваться сквозь полчища монстров, преодолеть разлом между мирами не получалось ни у кого. Для выхода требовалось живое материальное тело.
Твари Бездны терзали плоть любого, кто осмеливался приблизиться, не делая различий, откуда явился смельчак. Разница крылась в природе самих разумных существ, населявших Бездну. Об их регенерации ходили легенды.
Мир делился на три вида: Первородные — светлые, Бездна — темные, и люди. Последние появились по воле Хранителей как забавный эксперимент. Лишенные магии, они быстро плодились и созревали, в отличие от долгоживущих рас. Люди казались Хранителям забавными. Они испытывали яркие эмоции и метались в поисках выхода из любых ситуаций, по непонятным причинам считая себя венцом эволюции. Чем несказанно веселили светлых, темных и своих создателей.
Королевство людей располагалось вблизи Темного царства, что неизменно приводило к смешению рас, распространению магии и разбавлению крови. Хранителей сей факт не заботил, а людей отчего-то тревожил чрезвычайно. Они ревностно пеклись о чистоте расы, возводили храмы и слушали священников, извергавших анафемы на остальных обитателей миров. Подобное рвение выглядело забавным, если бы не вызывало горечи.
Короткий век заставлял смертных отчаянно цепляться за существование, не позволяя им ценить плавное течение времени. Суетясь, они пытались втиснуть в ограниченные рамки то, что полагалось бессмертным. Короли шли войной на соседей, захватывали территории, называя это Священным походом. Служители культа провозглашали с амвонов необходимость истребления иных рас ради власти над всеми пределами.
Зачем господство тем, чей миг столь краток, Первородным оставалось неясно. Однако с Хранителями давно никто не спорил, их слово считалось окончательным. Лишь Властитель Бездны позволял себе высказывать личное мнение. К нему прислушивались, потому что от колыбели темных всегда исходила ощутимая угроза, но даже он не мог диктовать условия создателям.
Хранители сотворили мир, дали начало свету и тьме, заложили фундамент Бездны. И в их власти стереть всё единым жестом. Последней их забавой стали люди, развлекающая создателей, но лишившая покоя остальных.
Темный лорд предавался охоте с упоением. Его богатые одежды покрылись черной кровью, привлекая новых хищников. Нейк в облике огромного кота стремительно лавировал между стаями, изрыгая смертоносный дым. Пламя сжигало мелких тварей и ранило крупных. Охота оставалась успешной пока пара держалась над поверхностью. В глубине Бездны даже бессмертные порой расставались с вечностью.
Азарт не покидал охотников. Когда жертвы заканчивались, лорд и его верный спутник уходили дальше, распарывая пространство и неся гибель следующим обитателям низов. Позади оставалась твердь, залитая черной кровью и заваленная тушами. Вскоре сюда должны нагрянуть другие хищники, привлеченные запахом падали, но лорд не желал ждать. Он двигался вперед, методично выкашивая Бездну.
С недавних пор за ними наблюдали. Невидимые соглядатаи перемещались следом, не вмешиваясь, не помогая и не препятствуя бойне. Лорд в пылу сражения не замечал внимания. Огненные мечи мелькали, рубили и крошили плоть, на миг освещая трупы, прежде чем снова взмыть в воздух. За побоищем следили хайкеры — преданные слуги Властителя Бездны. Они проскальзывали сквозь пространство за парой охотников и замирали в ожидании.
Спустя время двое хайкеров исчезли, но вскоре вернулись. Усеянная останками тварей и залитая черной кровью твердь их не заботила. Они спокойно ступали по скользкой жиже, лениво стряхивая с конечностей особо настырных существ.
Посланники остановились перед Темным лордом. Он приметил их издали, но прекращать резню не собирался. Когда последние хищники пали, Урден опустил мечи и молча воззрился на пришедших.
— Урден, что тебе нужно? — спокойно спросил один из хайкеров.
Рост позволял ему смотреть в глаза зависшему в воздухе демону.
— Ничего, — лорд безразлично пожал плечами.
Нейк брезгливо стряхивал с лап капли черной крови, демонстрируя презрение к мерзости под ногами.
— Что это значит? — хайкер широким жестом обвел поле битвы.
— Всего лишь моя охота, — ухмыльнулся Урден.
Молчание затянулось, хайкеры обдумывали ответ. Остальные слуги стояли поодаль, не решаясь приблизиться.
— Тебя приглашает Властитель, — наконец произнес хайкер.
— Фуэт, передай Властителю мой отказ. Я охочусь, мне некогда, — демонически рассмеялся лорд.
Он стремительно взмыл ввысь, и молния распорола небо. Огромный черный кот вытянулся в струну, деформируясь, и последовал за хозяином, послав хайкерам презрительное фырканье. Демон и нейк исчезли в разломе. О недавнем присутствии пары напоминали горы падали и реки крови.
— Властитель, ты всё слышал, — склонив голову, прошептал хайкер.
— Интересно... — послышался над долиной едва различимый шорох, напоминающий треск электрического разряда.
Темный лорд и нейк вновь упивались сражением. Твари попадались крупнее и опаснее, что вызывало азарт у обоих охотников.
— Урден, — раздался знакомый шепот.
— Что, Властитель? — усмехнулся демон, продолжая разить врагов полыхающими клинками и отдавая мелкую добычу на расправу нейку.
Внезапно всё замерло. Твари перестали нападать, плеваться ядом и пытаться дотянуться до живой плоти. Мир словно окаменел. Лорд оглянулся и медленно опустил оружие.
— Ты прервал мою охоту, — раздраженно бросил он в пустоту.
Огромный котяра недовольно мяукнул, поддерживая хозяина.
Перед охотниками из пустоты начала проступать исполинская фигура Властителя. Огромная тень закрыла половину черного неба, затем уплотнилась и уменьшилась, принимая очертания существа, никогда не виданного в мире живых. Силуэт отдаленно напоминал человеческий, но вместо кожи тело покрывал шипастый панцирь. Глаза, занимавшие половину лица, пылали красным огнем. На голове отсутствовали нос, брови и уши, лишь роговые наросты бугрились на черепе. Невероятные мускулы перекатывались под броней, а на руках и ногах виднелось по три пальца. Те, кто видел хозяина Бездны впервые, обычно теряли дар речи. Демоны в истинном обличии казались жалкими по сравнению с проявившейся жутью.
— Властитель, — промурчал нейк, — вы, как и прежде, великолепны.
Подлиза знал, как польстить сильным мира сего, но сегодня правителю Бездны не до комплиментов.
— Властитель, меня можешь не впечатлять своим видом, — поморщился Темный лорд.
— Пошли, поговорим, — приказной тон не оставлял сомнений, за ним последуют оба.
В мгновение ока они оказались на террасе замка. У круглого каменного стола грязно-бордового цвета стояли кресла. В одном из них восседал прелестный юноша с черными волосами. В его глазах плескалась бездонная Бездна. Хрупкая фигура казалась изящной и стройной. Тонкие губы на красивом лице приветливо улыбались гостю, с чьих одежд на пол стекала черная кровь вперемешку с ошметками плоти убитых тварей.
— Ты испачкаешь мне обивку, — добродушно заметил хозяин дома.
— Я не собирался в гости, — безразлично пожал плечами Урден.
Взмах руки Властителя мгновенно очистил одежду лорда от мерзости. Приглашающий жест к стулу лучился любезностью.
— Теперь поговорим.
Еще одно движение, и на столе появились золотые кубки и полный графин.
— Освежись. После долгой битвы наверняка пересохло в горле.
Графин приподнялся и разлил по бокалам густую алую жидкость. Резкий, характерный запах заполнил пространство.
— Кровь? — с усмешкой уточнил гость.
— Разумеется, — хозяин продолжал улыбаться.
— Чья на этот раз? — Урден принялся рассматривать содержимое бокала.
— Человеческая. Она слаще, — отозвался правитель.
— Ты не меняешь привычек.
— Пристрастился к ней. Приятный вкус. Пей же! — Хозяин поднес кубок к губам и осушил его одним глотком.
— Не хочу, — спокойно ответил лорд.
— Из-за твоей человечки? — Обаятельная улыбка не сходила с лица юноши.
— Я больше не пью кровь, — отрезал Темный лорд, прямо глядя в глаза Властителя.
— Зря, — протянул прелестный юноша, — я надеялся покутить с тобой, как в прежние времена. Скучно стало без твоих визитов. Ты всегда умел придумать невероятно веселую каверзу. Любовь к человечке всё испортила. Перестал пить кровь, соблазнять женщин. Лишь спустя двадцать лет явился на охоту. Конечно, за время твоего отсутствия мои твари расплодились, есть обо что меч испачкать, но как-то тоскливо теперь.
Хозяин осушил второй кубок, прикрывая глаза от удовольствия.
На столе возник другой графин, наполнивший бокал гостя иным напитком.
— Вино? — безразлично поинтересовался Темный лорд.
— Да, светло-эльфийское, — презрительно поджал губы Властитель.
Лорд сделал глоток и вернул бокал на место. Властитель закатил глаза.
— Ну знаете ли! — возмутился он. — Еще и вино не пьешь!
— Нет желания, — гость спокойно отвернулся к террасе.
Смотреть особо не на что. Безликая черная пустошь тянулась, насколько хватало глаз. Ничто не меняло унылого пейзажа на многие мили вокруг.
Увы, отец мыслил иначе. Он внимательно перечитал письмо лорда Мираса, отложив газету подальше от рук супруги, чем вызвал волну молчаливого негодования.
— Стася, сегодня объявят о твоем браке, — задумчиво протянул лорд Хапреш. — Мирас достойный человек, хоть и намного старше тебя. Это станет удачной партией.
— Папочка, — елейным голоском запела Стаська, — а может, мне рано замуж?
— Пятнадцать, конечно, маловато, но я женился на твоей матери, когда ей исполнилось шестнадцать. Пока суть да дело, тебе столько же и стукнет. Лорд Мирас взрослый мужчина, он завершит твое воспитание. Так же, как я в свое время поступил с твоей матерью.
На это заявление солидная леди Хапреш фыркнула совсем по-детски.
Подготовка возобновилась. Если Стаська считала вчерашний день тяжелым, то она глубоко заблуждалась. Она была готова выйти хоть за Темного лорда, лишь бы её оставили в покое. Платье подготовили заранее, но после примерки выяснилось, что грудь у Стаськи выросла, а талия уменьшилась. Паника охватила особняк. Срочно вызвали портних со свитой. Всё вокруг закрутилось и завертелось. Одуревшая Стаська перестала понимать, кто и что ей говорит, лишь добросовестно ойкала, когда булавки вонзались глубже ткани.
Неожиданно суета прекратилась и наступила оглушительная тишина. Девчонка растерянно огляделась. Оказалось, её одели, обули, причесали и оставили одну. Она медленно осмотрела комнату, пытаясь понять: в чем подвох? Подвох затаился и не спешил обнаруживаться. Пришлось пройтись, чтобы отыскать его.
Подвох обнаружился в зеркале во всю стену — нескромном шедевре лучшей эльфийской работы, который принесли из спальни леди Хапреш. В отражении Стаська увидела совершенно чужую девицу, в упор смотревшую на неё. Какая наглость! Мало того что её мучили весь день, так еще и какие-то посторонние особы в бальных платьях пялятся на неё прямо из зеркала!
Стаська подбочинилась — особа в зеркале ответила тем же. Девушка погрозила кулаком, но из глубины стекла ей принялись угрожать!
— Ах ты, пудель! — заорала Стаська и метнула в зеркало маленькую скамеечку, которую подставляли её мучители, чтобы дотянуться до верха прически.
Звонкий «БЗДЫНЬ!» разнесся по особняку. По ушам больно резануло, зато нахальная девица мгновенно исчезла.
В это время леди Хапреш, утомленная трудами по подготовке ненаглядной дочки, прилегла в постель. Лицо её покрывала освежающая маска болотного цвета с белыми кремовыми кругами на глазах. Громкий звук заставил её совершить вертикальный взлет над кроватью.
— Вампиры! — заголосила она. Не в силах разлепить веки из-за густой массы и боясь упасть, женщина вытянула руки вперед.
Крик и звон, раздавшиеся почти одновременно, разделили обитателей дома на два потока. Одни мчались на шум, другие на зов о помощи. Вторых оказалось заметно меньше. Встречи с упырями боялись абсолютно все! Рогатины вскинули наперевес. Лорд Хапреш, поняв, что вопли о кровопийцах доносятся из спальни супруги, бросился на помощь с саблей наголо.
Зрелище им открылось жуткое. Посреди темной комнаты застыла фигура в белом пеньюаре. Женщина тянула руки к вошедшим, явно выискивая жертву. Лицо её пугало зеленью, а вместо глаз светились белые пятна. Даже самые отважные воины кинулись прочь, налетая на бегущих следом. Две людские волны смешались. С воплями: «Вампиры!» домочадцы принялись колотить друг друга, подозревая в старых знакомых новообращенных монстров.
Второй поток, обнаруживший, что источником бедствия стало разбитое зеркало, поспешил на выручку собратьям.
Над всем хаосом гремел голос леди Хапреш. Она по-прежнему ничего не видела и медленно продвигалась к выходу, оповещая мир о пришедшей беде. Когда хозяйка добралась до двери, битва завершилась в пользу людей. Вид «чудовища» сначала вызвал у слуг оцепенение, а затем поток преданных подданных устремился к выходу. В коридоре остался лорд Хапреш и преданно прижимал к груди саблю, решив, видимо, что настал его последний час.
— Мам, а что у тебя на лице? — спокойный вопрос Стаськи заставил очередной вопль захлебнуться в горле матери.
До леди Хапреш наконец дошло, в каком облике она предстала перед публикой. Она испуганно ойкнула и ретировалась в спальню, громко захлопнув дверь
— Что это было? — шепотом спросил лорд Хапреш. Он повернулся к дочери, и его снова накрыл ступор.
Перед ним застыла высокая стройная брюнетка, отдаленно напоминавшая его ребенка. Огромные глазища смотрели с глупым отчаянием. На голове кудряшки взбивались в высокую башню, на вершине которой пристроилась птичка. Крошечное создание помахивало крылышками, стоило девушке качнуть головой. Лорду сделалось дурно, и он впервые в жизни лишился чувств. На поле боя с Темным королевством он выстоял, но в родном гнезде сознание решило спасти психику от наплыва женской красоты и просто выключило свет.
Мастерицы преображения могли гордиться результатом. От их трудов мужчины падали замертво. Красота, конечно, требовала жертв, но не таких же масштабных!
Тем временем молния распорола пространство черного неба. Существа Бездны, не привыкшие к свету, метались от ярких вспышек. Темный лорд, сжимая полыхающие мечи, нещадно разил отвратительных тварей, которые плевались ядом и визжали так, что обычный человек мгновенно лишился бы разума. Монстры пытались вцепиться в воина и урвать кусок побольше. Нейк летал рядом, выжигая дыханием стаи мелких грызунов и пауков. В одиночку создания доставляли кучу неприятностей, а в массе не оставляли шансов ничему живому. Именно поэтому их изгнали из мира живых и из Хаоса — последнего бастиона на подступах к Бездне.
Малоразумные обитатели населяли просторы этого царства, гарантируя, что ни один смертный, попав сюда после кончины, никогда не покинет неприютный мир. Бездна заставляла страдать по утраченной жизни, изводя воспоминаниями о близких. Если кому-то удавалось прорваться сквозь полчища монстров, преодолеть разлом между мирами не получалось ни у кого. Для выхода требовалось живое материальное тело.
Твари Бездны терзали плоть любого, кто осмеливался приблизиться, не делая различий, откуда явился смельчак. Разница крылась в природе самих разумных существ, населявших Бездну. Об их регенерации ходили легенды.
Мир делился на три вида: Первородные — светлые, Бездна — темные, и люди. Последние появились по воле Хранителей как забавный эксперимент. Лишенные магии, они быстро плодились и созревали, в отличие от долгоживущих рас. Люди казались Хранителям забавными. Они испытывали яркие эмоции и метались в поисках выхода из любых ситуаций, по непонятным причинам считая себя венцом эволюции. Чем несказанно веселили светлых, темных и своих создателей.
Королевство людей располагалось вблизи Темного царства, что неизменно приводило к смешению рас, распространению магии и разбавлению крови. Хранителей сей факт не заботил, а людей отчего-то тревожил чрезвычайно. Они ревностно пеклись о чистоте расы, возводили храмы и слушали священников, извергавших анафемы на остальных обитателей миров. Подобное рвение выглядело забавным, если бы не вызывало горечи.
Короткий век заставлял смертных отчаянно цепляться за существование, не позволяя им ценить плавное течение времени. Суетясь, они пытались втиснуть в ограниченные рамки то, что полагалось бессмертным. Короли шли войной на соседей, захватывали территории, называя это Священным походом. Служители культа провозглашали с амвонов необходимость истребления иных рас ради власти над всеми пределами.
Зачем господство тем, чей миг столь краток, Первородным оставалось неясно. Однако с Хранителями давно никто не спорил, их слово считалось окончательным. Лишь Властитель Бездны позволял себе высказывать личное мнение. К нему прислушивались, потому что от колыбели темных всегда исходила ощутимая угроза, но даже он не мог диктовать условия создателям.
Хранители сотворили мир, дали начало свету и тьме, заложили фундамент Бездны. И в их власти стереть всё единым жестом. Последней их забавой стали люди, развлекающая создателей, но лишившая покоя остальных.
Темный лорд предавался охоте с упоением. Его богатые одежды покрылись черной кровью, привлекая новых хищников. Нейк в облике огромного кота стремительно лавировал между стаями, изрыгая смертоносный дым. Пламя сжигало мелких тварей и ранило крупных. Охота оставалась успешной пока пара держалась над поверхностью. В глубине Бездны даже бессмертные порой расставались с вечностью.
Азарт не покидал охотников. Когда жертвы заканчивались, лорд и его верный спутник уходили дальше, распарывая пространство и неся гибель следующим обитателям низов. Позади оставалась твердь, залитая черной кровью и заваленная тушами. Вскоре сюда должны нагрянуть другие хищники, привлеченные запахом падали, но лорд не желал ждать. Он двигался вперед, методично выкашивая Бездну.
С недавних пор за ними наблюдали. Невидимые соглядатаи перемещались следом, не вмешиваясь, не помогая и не препятствуя бойне. Лорд в пылу сражения не замечал внимания. Огненные мечи мелькали, рубили и крошили плоть, на миг освещая трупы, прежде чем снова взмыть в воздух. За побоищем следили хайкеры — преданные слуги Властителя Бездны. Они проскальзывали сквозь пространство за парой охотников и замирали в ожидании.
Спустя время двое хайкеров исчезли, но вскоре вернулись. Усеянная останками тварей и залитая черной кровью твердь их не заботила. Они спокойно ступали по скользкой жиже, лениво стряхивая с конечностей особо настырных существ.
Посланники остановились перед Темным лордом. Он приметил их издали, но прекращать резню не собирался. Когда последние хищники пали, Урден опустил мечи и молча воззрился на пришедших.
— Урден, что тебе нужно? — спокойно спросил один из хайкеров.
Рост позволял ему смотреть в глаза зависшему в воздухе демону.
— Ничего, — лорд безразлично пожал плечами.
Нейк брезгливо стряхивал с лап капли черной крови, демонстрируя презрение к мерзости под ногами.
— Что это значит? — хайкер широким жестом обвел поле битвы.
— Всего лишь моя охота, — ухмыльнулся Урден.
Молчание затянулось, хайкеры обдумывали ответ. Остальные слуги стояли поодаль, не решаясь приблизиться.
— Тебя приглашает Властитель, — наконец произнес хайкер.
— Фуэт, передай Властителю мой отказ. Я охочусь, мне некогда, — демонически рассмеялся лорд.
Он стремительно взмыл ввысь, и молния распорола небо. Огромный черный кот вытянулся в струну, деформируясь, и последовал за хозяином, послав хайкерам презрительное фырканье. Демон и нейк исчезли в разломе. О недавнем присутствии пары напоминали горы падали и реки крови.
— Властитель, ты всё слышал, — склонив голову, прошептал хайкер.
— Интересно... — послышался над долиной едва различимый шорох, напоминающий треск электрического разряда.
Темный лорд и нейк вновь упивались сражением. Твари попадались крупнее и опаснее, что вызывало азарт у обоих охотников.
— Урден, — раздался знакомый шепот.
— Что, Властитель? — усмехнулся демон, продолжая разить врагов полыхающими клинками и отдавая мелкую добычу на расправу нейку.
Внезапно всё замерло. Твари перестали нападать, плеваться ядом и пытаться дотянуться до живой плоти. Мир словно окаменел. Лорд оглянулся и медленно опустил оружие.
— Ты прервал мою охоту, — раздраженно бросил он в пустоту.
Огромный котяра недовольно мяукнул, поддерживая хозяина.
Перед охотниками из пустоты начала проступать исполинская фигура Властителя. Огромная тень закрыла половину черного неба, затем уплотнилась и уменьшилась, принимая очертания существа, никогда не виданного в мире живых. Силуэт отдаленно напоминал человеческий, но вместо кожи тело покрывал шипастый панцирь. Глаза, занимавшие половину лица, пылали красным огнем. На голове отсутствовали нос, брови и уши, лишь роговые наросты бугрились на черепе. Невероятные мускулы перекатывались под броней, а на руках и ногах виднелось по три пальца. Те, кто видел хозяина Бездны впервые, обычно теряли дар речи. Демоны в истинном обличии казались жалкими по сравнению с проявившейся жутью.
— Властитель, — промурчал нейк, — вы, как и прежде, великолепны.
Подлиза знал, как польстить сильным мира сего, но сегодня правителю Бездны не до комплиментов.
— Властитель, меня можешь не впечатлять своим видом, — поморщился Темный лорд.
— Пошли, поговорим, — приказной тон не оставлял сомнений, за ним последуют оба.
В мгновение ока они оказались на террасе замка. У круглого каменного стола грязно-бордового цвета стояли кресла. В одном из них восседал прелестный юноша с черными волосами. В его глазах плескалась бездонная Бездна. Хрупкая фигура казалась изящной и стройной. Тонкие губы на красивом лице приветливо улыбались гостю, с чьих одежд на пол стекала черная кровь вперемешку с ошметками плоти убитых тварей.
— Ты испачкаешь мне обивку, — добродушно заметил хозяин дома.
— Я не собирался в гости, — безразлично пожал плечами Урден.
Взмах руки Властителя мгновенно очистил одежду лорда от мерзости. Приглашающий жест к стулу лучился любезностью.
— Теперь поговорим.
Еще одно движение, и на столе появились золотые кубки и полный графин.
— Освежись. После долгой битвы наверняка пересохло в горле.
Графин приподнялся и разлил по бокалам густую алую жидкость. Резкий, характерный запах заполнил пространство.
— Кровь? — с усмешкой уточнил гость.
— Разумеется, — хозяин продолжал улыбаться.
— Чья на этот раз? — Урден принялся рассматривать содержимое бокала.
— Человеческая. Она слаще, — отозвался правитель.
— Ты не меняешь привычек.
— Пристрастился к ней. Приятный вкус. Пей же! — Хозяин поднес кубок к губам и осушил его одним глотком.
— Не хочу, — спокойно ответил лорд.
— Из-за твоей человечки? — Обаятельная улыбка не сходила с лица юноши.
— Я больше не пью кровь, — отрезал Темный лорд, прямо глядя в глаза Властителя.
— Зря, — протянул прелестный юноша, — я надеялся покутить с тобой, как в прежние времена. Скучно стало без твоих визитов. Ты всегда умел придумать невероятно веселую каверзу. Любовь к человечке всё испортила. Перестал пить кровь, соблазнять женщин. Лишь спустя двадцать лет явился на охоту. Конечно, за время твоего отсутствия мои твари расплодились, есть обо что меч испачкать, но как-то тоскливо теперь.
Хозяин осушил второй кубок, прикрывая глаза от удовольствия.
На столе возник другой графин, наполнивший бокал гостя иным напитком.
— Вино? — безразлично поинтересовался Темный лорд.
— Да, светло-эльфийское, — презрительно поджал губы Властитель.
Лорд сделал глоток и вернул бокал на место. Властитель закатил глаза.
— Ну знаете ли! — возмутился он. — Еще и вино не пьешь!
— Нет желания, — гость спокойно отвернулся к террасе.
Смотреть особо не на что. Безликая черная пустошь тянулась, насколько хватало глаз. Ничто не меняло унылого пейзажа на многие мили вокруг.
