- А я не люблю краситься, и считаю это пустой тратой времени. Хотя конечно бываю ситуации, когда я немного подкрашиваю реснички и губы. Но такое случается крайне редко.
- Ты необычная, - сделала вывод Настя. – И мне с тобой нравится. Можно я останусь с тобой насовсем?
Айрис тяжко вздохнула и ответила:
- Ты очень хорошая девочка, но боюсь я не смогу тебя прокормить. Моей зарплаты едва хватает мне одной. А тебя ведь надо одевать и кормить, а сборы в школу вообще страх божий.
- А мама моя нигде не работала и говорила, что государство ей платит, что бы она со мной занималась. Давай ты тоже так всё оформишь, и я останусь с тобой.
Айрис задумалась. Это было очень странным. Насколько ей было известно – наше государство не платило денег за сидение с детьми школьного возраста. В многодетных семьях существовали какие-то пособия, но тут-то всего одна девочка. Какие деньги и за что. Если только предположить, что Настя не приходилась той женщине родным ребёнком, а была под опекой, но в этом случае на пособие навряд ли можно прокормить ещё и взрослую женщину – которая всё-таки должна работать. Девочка тем временем выжидательно смотрела на Айрис, терпеливо ожидая ответа на свой вопрос.
- Я подумаю, что можно сделать, - пообещала Айрис. – А пока давай спать. Как говорят на Руси: «Утро вечера мудренее».
Уложив девочку, она расстелила свою постель и легла, прокручивая в голове прошедший день. Вопросов возникало всё больше и больше, а вот где на них ответы искать было совершенно не понятно. Что делать с Настей было тоже не ясно. Можно ли оставить девочку у себя и как это всё оформить, она не представляла. Но в любом случае надо было поискать хоть каких-то родных девочки. Если это возможно.
Вся следующая неделя пролетела в сплошных заботах на работе Айрис. Готовили помещение для выставки какого-то местного художника, малоизвестного, но очень амбициозного. Каждый день он прибегал в Дом культуры с самого утра, к открытию здания уже переминаясь перед дверями и возмущаясь, что они недобросовестно поздно приходят на работу. При этом учитывая, что его выставка была организована районными властями и ни копейки прибыли самому Дому культуры не приносила.
Айрис приходилось брать с собой Настю, так как оставлять на целый день девочку одну ей не хотелось. Малышка безропотно рано ложилась спать и так же рано вставала. Ей явно нравилось ходить в Дом культуры. Айрис придумала сказку о родственнице, которая приехала из деревни вместе с дочкой погостить, и попала в больницу. Коллеги верили и лишних вопросов не задавали. Плюс был в том, что все взрослые, привыкшие работать с детьми, жалели девочку и подкармливали. У Айрис на целую неделю, отпала проблема, чем кормить ребёнка в дневное время.
Вечером девушка рада была добраться до кровати и лечь спать. Уставала так сильно она на работе, пожалуй, по вине того, чью выставку они устраивали, а ей приходилось придумывать декорации, оформлять и менять каждый раз придуманную и одобренную накануне экспозицию. Выносить мозг умеют не только женщины, некоторые индивиды в штанах и гордо величающие себя мужчинами, хуже опытной скандалистки в вагоне метро, которой нечаянно в толкучке, наступили на ногу.
Чтобы оградить ребёнка от этого противного мужчины, Айрис оставляла её в своём кабинете, предоставив девочке краски и кисточки, и давая волю рисовать сколько захочется.
Всю эту суматошную неделю Айрис иногда вспоминала, что надо как-то озадачиться поисками родных девочки. В рабочей напряжёнке мыслей по этому поводу не приходило, оставалось ждать когда закончится эта злосчастная выставка, после чего можно будет выдохнуть и спокойно подумать.
Как-то вечером Настя напомнила, что было обещание, спеть на эльфийском языке.
- Прости меня Настёна, - повинилась девушка. – Сил совсем у меня нет, вот пройдёт эта шальная неделя, я отдохну и выполню обещание.
Девочка как-то задумчиво посмотрена на Айрис, залезла ей за спину и положила обе ладошки на виски девушки.
- Что ты делаешь? – полюбопытствовала Айрис.
- Мама моя говорила, что ей очень помогает при головных болях, когда я так руки ложу.
Айрис прислушалась к ощущениям. Голова у неё не болела изначально, но сумбур присутствовал, так как если тебя постоянно тормошат и дёргают, ясности не прибавляет, а только сбивает. Через пару минут она почувствовала, как голова проясняется, и дневная суматоха отходят на дальний план. Мысли становятся более позитивными и лёгкими.
- А ты волшебница, - заметила она девочке. Настя на похвалу скромно опустила руки и присела рядом.
- Ты пока отдохни, а руки я могу тебе каждый вечер прикладывать, усталость снимать.
Айрис задумчиво смотрела на такую, почти взрослую малышку. Девочке было пока ещё семь лет, но она как-то по-взрослому смотрела на мир. За время общения с ней удалось выяснить, что её мать попивала, хоть и старалась держать девочку в чистоте и порядке. Удивляло только, откуда она брала деньги, если со слов Насти не работала. Вещи девочки, которые она успела прихватить из своей квартиры, были добротные и недешёвые. Хотя всё что касалось малышки, было странным и таинственным.
Выставка прошла, на удивление, спокойно. Буквально накануне, когда художник достал уже всех кого мог, Айрис в сердцах сказала:
- Да замолчите вы в конце концов!
И художник замолчал, по-настоящему, он открывал рот, а ни одного звука оттуда не вылетало. Весь «Дом культуры» выдохнул с облегчением, решив, что он от чрезмерно нервного состояния потерял голос. Подумали, что это временное явление и махнули на него рукой, продолжая заниматься своими делами.
Айрис удивилась такому эффекту своих слов, но потом всё-таки решила, что это просто совпадение и тоже перестала обращать внимание на онемевшего художника, творчество которого не вызывала никакого позитива. Хотелось сбежать подальше в лес, где щебечут птички, и зеленеет травка.
Картины художника были достаточно мрачны, он рисовал нашу действительность, правда, только худшую её сторону. Алкоголики валялись по лавкам, в грудах мусора. Раскрасневшаяся тучная тётка уснула мордой в салате. Бомж, роющийся в мусорном баке. Радовало только то, что их Дом культуры был районный и люди сюда шли не толпами. Случайные прохожие, обратившие внимание на рекламный плакат, очень быстро ретировались и благополучно сбегали, на входе натолкнувшись на картину, с изображением городской свалки и людей в лохмотьях на ней. Айрис специально разместила самый противный и омерзительный шедевр на входе, что бы стразу было видно, что тут за творчество.
По окончании мероприятия под названием «Выставка художника Н*», девушке выдали на работе целых три выходных.
Первый выходной начался с долгого сна, отсыпались и Айрис и Настя. Девочка проснулась первой и, прошлёпав босиком в кухню, попросила Прохора приготовить ей завтрак.
- Ну как у вас там дела? – полюбопытствовал домовой.
- Да нормально, - сонно ответила Настя, периодически позёвывая. – Айрис спит, устала. Я немного снимала её усталость, как могла. Но я ещё не очень многое могу, поэтому теперь ей надо поспать.
Прохор понимающе покачал головой и молча принялся за завтрак.
- Вы тут уже без меня хозяйничаете? - раздался тихий голос хозяйки.
- Ура, Айрис проснулась, - радостно воскликнула Настя. – А мне Прохор завтрак приготовил.
- Это хорошо, что вы без меня справляетесь, - одобрительно похвалила их девушка. – Значит, вас можно одних оставлять.
Тут она оглядела свою кухню, и задумчиво произнесла:
- Какой у меня тут порядок, прям, блестит всё. Проша, ты просто клад.
Домовой покраснел от похвалы, и немного приосанившись, довольно выпятил грудь.
После завтрака Айрис задумалась о деле насущном, то есть о том, как же быть с Настей. Ничего не придумав решила сходить к Ромке и всё рассказать. Сосед, был дома и терпеливо выслушал всю историю с девочкой.
- Вот если бы я тебя не знал, решил, что ты всё выдумала, - вынес свой вердикт парень, - совершенно нереальные вещи ты мне рассказываешь.
- Я вообще, когда все события происходили, себя чувствовала, как пыльным мешком прибитая, - задумчиво почёсывая висок, ответила Айрис. – Самой казалось, что это бред какой-то. Квартира Насти меня доконала. Ром, это ведь реально страшно, когда ты в помещении, а оно на глазах уменьшается. Казалось, что вообще сожмётся до точки, вместе с нами.
- Н-да, - протянул Ромка и замолчал, что посоветовать Айрис он даже не представлял.
- Надо как-то родственников начать искать, а я даже не знаю с чего начать, - посетовала девушка.
- О, - Ромка выставил указательный палец вверх. – У тебя же одноклассник есть, ты говорила, закончил школу милиции и в опера подался.
Айрис восхищённо уставилась на соседа:
- Я про него и забыла вовсе. Только у меня нет никаких его координат.
Роман скептически посмотрел на девушку и снисходительно напомнил:
- За, то есть социальные сети, где-нибудь, да он и найдётся.
Искали Глеба Бояринцева не долго.
- Хорошо, что его не Лёша или Серёжа зовут, - заметил Рома. – А-то мы бы его искать замучались. А теперь тебя будем регистрировать в контакте.
- Зачем? – удивилась Айрис, такого поворота событий она совсем не ожидала.
- А ты считаешь, будет нормально, если ему буду писать послания я, от твоего лица.
- Нормально, он не удивится, что не я в компе, я же в школе на уроках информатики немного технику подпортила. Там мы и выяснили эту мою особенность.
- Вот он так тебе, попрошествии стольких лет и помнит, про особенности всех своих одноклассниц.
- Я не все, это – во-первых. А во-вторых – я ему нравилась, и он на той информатике всегда со мной сидел. Думаю, вспомнит.
Ромка считал, что Айрис наивная, но сообщение парню отправил, с номером девушки и просьбой перезвонить.
Глеб позвонил где-то через час. Радостно сообщил, что был бы рад повидаться с одноклассницей, и охотно принял приглашение на вечерний чай.
- Проша, а ты можешь, что-нибудь испечь?– полюбопытствовала Айрис у домового, будучи уже у себя дома и соображая, чем бы гостя угостить.
- Могу хозяюшка, только у нас продуктов почти не осталось, - посетовал Прохор. – В магазин бы сходить.
- Это я мигом. Вчера зарплату выдали, только список составьте, - обрадовалась Айрис и пошла собираться.
Когда она вышла из комнаты, готовая к походу в магазин, застала своих домочадцев за занятием издалека не понятным. Настя сидела за столом, а Прохор склонился рядом и что-то шептал вроде.
- Чего делаете? – задала она вопрос, подойдя поближе.
- Список продуктов составляем, - ответила Настя, поднимая в руке лист в клеточку, исписанный детским крупным почерком, почти полностью.
- Ого, сколько вы всего понаписали, - Айрис глянула на исписанный лист, гадая, хватит ли денег, на всё необходимое. – Боюсь я по вашим запросам, сгину под весом продуктов по пути.
- Тут не много, - начал оправдываться домовой, - просто у Настеньки почерк крупный очень. Хотя пару пачек муки купить бы не помешало, а это уже четыре килограмма.
- Так, друзья мои, надо разделить наши покупки на несколько дней, - командным тоном произнесла девушка и забрала листок с записями. Пробежала его глазами и поняла, что, пожалуй, по деньгам тут всё очень даже нормально, а вот вес как-то надо уменьшить. – Вот сегодня я возьму картошку, гречу… Прохор, а у нас, что все крупы кончились?
Айрис поймала себя на мысли, что с появлением домового, вернее, с его явным проявлением, она совсем не следила за запасами. Всё-таки наличие помощника на кухне расслабляет.
- Да, хозяюшка, кончились, - Прохор виновато опустил глаза, будто это его вина была закупать продукты.
- Надо составить график покупок и повесить его на холодильник, - Айрис задумалась, - Прош, а ты писать умеешь?
- Никак нет, не грамотный я, - и снова виноватый взгляд, опушенный к полу. Не хватало только шарканья ножкой, для полноты картины.
- Ну, - протянула Айрис, - тогда надо пока подумать, я запишу, составлю табличку, и мы впишем, что когда покупать. Это в первую очередь касается того, что тяжело нести.
Прохор соглашался. Настя внимательно слушала, потом предложила:
- Я могу с тобой в магазин сходить, в мой школьный рюкзак много влезет продуктов.
Девушка посмотрела на малышку и вспомнила, как видела первоклашку в прошлом году, у той ранец за спиной был больше самой хозяйки. Одевала она его только с помощью взрослого человека. Поэтому предложение девочки Айрис приняла, решив сложить в рюкзак не очень тяжёлые, но ёмкие продукты.
Поход в магазин прошёл благополучно, и куплено было всё по списку, плюс шоколадка маленькой помощнице и новый веник Проше.
Глеба ждали, как дорого гостя. Одноклассник не особо изменился за прошедшие годы. Немного возмужал, и чуть-чуть похорошел. В школе он был любимчиком девчонок, засматривались на симпатичного парня многие, сейчас, наверное, не меньше.
- Ты не изменился совсем, Бояринцев, - заметила она, улыбаясь и впуская гостя в квартиру.
- А ты похорошела, - с улыбкой заметил Глеб, - Айрис Лассен… - протяжно, будто смакуя имя девушки, протянул он, - я тебя вспоминал на днях, а тут и ты написала, вернее твой Роман. Он тебе кто, кстати?
Айрис рассмеялась:
- Ты как всегда, в своём репертуаре. Бесцеремонно спрашиваешь.
- А зачем церемонии разводить? Я ещё рассчитываю на свидание тебя пригласить, и мне совсем не хочется, что бы какой-то Ромка мне в глаз зарядил из-за тебя.
- Не зарядит, - усмехнувшись, успокоила одноклассника Айрис, - он просто мой сосед, и просто хороший друг. Хотя, если ты меня обидишь, может и вступиться.
Глеб балагурил, на каждом шагу отвешивая комплименты, но уже за чашкой чая и вкусным пирогом, испечённым домовым, посерьёзнел и спросил:
- У тебя, наверное, ко мне есть какое-то дело?
- Как ты догадался? – Айрис удивлённо вскинула брови.
- Ну, я как-никак опер, хоть и молодой, вижу людей немного.
- Тут такое дело, - Айрис немного замялась, глядя на шевелюру вьющихся каштановых волос Глеба, которой завидовали многие девчонки их класса. – Моя подопечная Настя, попала ко мне очень странным путём.
Выложив всё как на духу, девушка уставилась на ошарашенного одноклассника.
- Айрис…, - он вкрадчиво и тихо позвал, - ты веришь, в то, что ты только что мне рассказала?
Девушка горестно вздохнула и, кивнув, ответила:
- Если бы всё это не случилось со мной, я бы, наверное, тебя и разыскивать не стала.
Глеб взялся за голову, вся его напускная весёлость слетела, как туман под первыми лучами солнца.
- Да, я как опер просто не могу в это поверить. Это же бред какой-то, - он вскочил и нервно заходил по комнате.
- Глеб, мне надо найти родственников девочки, - напомнила свою просьбу Айрис.
Одноклассник сел обратно и хмуро посмотрев на собеседницу, вздохнул.
- Зови свою подопечную сюда, будем пытать, - упавшим голосом произнёс Глеб.
- В смысле – пытать? – смутилась Айрис.
- Да, расспрошу я ребёнка, прям вот подумала, что я тут пытки устрою над семилетней девочкой, - обречённо глянув на свою одноклассницу, пояснил молодой опер.
Айрис привела Настю, которая смирно читала в комнате.
- Расскажи мне, пожалуйста, Настенька, как звали твою маму, и если помнишь, когда у неё было день рождения? Помнишь, что-нибудь?
- Ты необычная, - сделала вывод Настя. – И мне с тобой нравится. Можно я останусь с тобой насовсем?
Айрис тяжко вздохнула и ответила:
- Ты очень хорошая девочка, но боюсь я не смогу тебя прокормить. Моей зарплаты едва хватает мне одной. А тебя ведь надо одевать и кормить, а сборы в школу вообще страх божий.
- А мама моя нигде не работала и говорила, что государство ей платит, что бы она со мной занималась. Давай ты тоже так всё оформишь, и я останусь с тобой.
Айрис задумалась. Это было очень странным. Насколько ей было известно – наше государство не платило денег за сидение с детьми школьного возраста. В многодетных семьях существовали какие-то пособия, но тут-то всего одна девочка. Какие деньги и за что. Если только предположить, что Настя не приходилась той женщине родным ребёнком, а была под опекой, но в этом случае на пособие навряд ли можно прокормить ещё и взрослую женщину – которая всё-таки должна работать. Девочка тем временем выжидательно смотрела на Айрис, терпеливо ожидая ответа на свой вопрос.
- Я подумаю, что можно сделать, - пообещала Айрис. – А пока давай спать. Как говорят на Руси: «Утро вечера мудренее».
Уложив девочку, она расстелила свою постель и легла, прокручивая в голове прошедший день. Вопросов возникало всё больше и больше, а вот где на них ответы искать было совершенно не понятно. Что делать с Настей было тоже не ясно. Можно ли оставить девочку у себя и как это всё оформить, она не представляла. Но в любом случае надо было поискать хоть каких-то родных девочки. Если это возможно.
ГЛАВА 3. С чего начать?
Вся следующая неделя пролетела в сплошных заботах на работе Айрис. Готовили помещение для выставки какого-то местного художника, малоизвестного, но очень амбициозного. Каждый день он прибегал в Дом культуры с самого утра, к открытию здания уже переминаясь перед дверями и возмущаясь, что они недобросовестно поздно приходят на работу. При этом учитывая, что его выставка была организована районными властями и ни копейки прибыли самому Дому культуры не приносила.
Айрис приходилось брать с собой Настю, так как оставлять на целый день девочку одну ей не хотелось. Малышка безропотно рано ложилась спать и так же рано вставала. Ей явно нравилось ходить в Дом культуры. Айрис придумала сказку о родственнице, которая приехала из деревни вместе с дочкой погостить, и попала в больницу. Коллеги верили и лишних вопросов не задавали. Плюс был в том, что все взрослые, привыкшие работать с детьми, жалели девочку и подкармливали. У Айрис на целую неделю, отпала проблема, чем кормить ребёнка в дневное время.
Вечером девушка рада была добраться до кровати и лечь спать. Уставала так сильно она на работе, пожалуй, по вине того, чью выставку они устраивали, а ей приходилось придумывать декорации, оформлять и менять каждый раз придуманную и одобренную накануне экспозицию. Выносить мозг умеют не только женщины, некоторые индивиды в штанах и гордо величающие себя мужчинами, хуже опытной скандалистки в вагоне метро, которой нечаянно в толкучке, наступили на ногу.
Чтобы оградить ребёнка от этого противного мужчины, Айрис оставляла её в своём кабинете, предоставив девочке краски и кисточки, и давая волю рисовать сколько захочется.
Всю эту суматошную неделю Айрис иногда вспоминала, что надо как-то озадачиться поисками родных девочки. В рабочей напряжёнке мыслей по этому поводу не приходило, оставалось ждать когда закончится эта злосчастная выставка, после чего можно будет выдохнуть и спокойно подумать.
Как-то вечером Настя напомнила, что было обещание, спеть на эльфийском языке.
- Прости меня Настёна, - повинилась девушка. – Сил совсем у меня нет, вот пройдёт эта шальная неделя, я отдохну и выполню обещание.
Девочка как-то задумчиво посмотрена на Айрис, залезла ей за спину и положила обе ладошки на виски девушки.
- Что ты делаешь? – полюбопытствовала Айрис.
- Мама моя говорила, что ей очень помогает при головных болях, когда я так руки ложу.
Айрис прислушалась к ощущениям. Голова у неё не болела изначально, но сумбур присутствовал, так как если тебя постоянно тормошат и дёргают, ясности не прибавляет, а только сбивает. Через пару минут она почувствовала, как голова проясняется, и дневная суматоха отходят на дальний план. Мысли становятся более позитивными и лёгкими.
- А ты волшебница, - заметила она девочке. Настя на похвалу скромно опустила руки и присела рядом.
- Ты пока отдохни, а руки я могу тебе каждый вечер прикладывать, усталость снимать.
Айрис задумчиво смотрела на такую, почти взрослую малышку. Девочке было пока ещё семь лет, но она как-то по-взрослому смотрела на мир. За время общения с ней удалось выяснить, что её мать попивала, хоть и старалась держать девочку в чистоте и порядке. Удивляло только, откуда она брала деньги, если со слов Насти не работала. Вещи девочки, которые она успела прихватить из своей квартиры, были добротные и недешёвые. Хотя всё что касалось малышки, было странным и таинственным.
Выставка прошла, на удивление, спокойно. Буквально накануне, когда художник достал уже всех кого мог, Айрис в сердцах сказала:
- Да замолчите вы в конце концов!
И художник замолчал, по-настоящему, он открывал рот, а ни одного звука оттуда не вылетало. Весь «Дом культуры» выдохнул с облегчением, решив, что он от чрезмерно нервного состояния потерял голос. Подумали, что это временное явление и махнули на него рукой, продолжая заниматься своими делами.
Айрис удивилась такому эффекту своих слов, но потом всё-таки решила, что это просто совпадение и тоже перестала обращать внимание на онемевшего художника, творчество которого не вызывала никакого позитива. Хотелось сбежать подальше в лес, где щебечут птички, и зеленеет травка.
Картины художника были достаточно мрачны, он рисовал нашу действительность, правда, только худшую её сторону. Алкоголики валялись по лавкам, в грудах мусора. Раскрасневшаяся тучная тётка уснула мордой в салате. Бомж, роющийся в мусорном баке. Радовало только то, что их Дом культуры был районный и люди сюда шли не толпами. Случайные прохожие, обратившие внимание на рекламный плакат, очень быстро ретировались и благополучно сбегали, на входе натолкнувшись на картину, с изображением городской свалки и людей в лохмотьях на ней. Айрис специально разместила самый противный и омерзительный шедевр на входе, что бы стразу было видно, что тут за творчество.
По окончании мероприятия под названием «Выставка художника Н*», девушке выдали на работе целых три выходных.
Первый выходной начался с долгого сна, отсыпались и Айрис и Настя. Девочка проснулась первой и, прошлёпав босиком в кухню, попросила Прохора приготовить ей завтрак.
- Ну как у вас там дела? – полюбопытствовал домовой.
- Да нормально, - сонно ответила Настя, периодически позёвывая. – Айрис спит, устала. Я немного снимала её усталость, как могла. Но я ещё не очень многое могу, поэтому теперь ей надо поспать.
Прохор понимающе покачал головой и молча принялся за завтрак.
- Вы тут уже без меня хозяйничаете? - раздался тихий голос хозяйки.
- Ура, Айрис проснулась, - радостно воскликнула Настя. – А мне Прохор завтрак приготовил.
- Это хорошо, что вы без меня справляетесь, - одобрительно похвалила их девушка. – Значит, вас можно одних оставлять.
Тут она оглядела свою кухню, и задумчиво произнесла:
- Какой у меня тут порядок, прям, блестит всё. Проша, ты просто клад.
Домовой покраснел от похвалы, и немного приосанившись, довольно выпятил грудь.
После завтрака Айрис задумалась о деле насущном, то есть о том, как же быть с Настей. Ничего не придумав решила сходить к Ромке и всё рассказать. Сосед, был дома и терпеливо выслушал всю историю с девочкой.
- Вот если бы я тебя не знал, решил, что ты всё выдумала, - вынес свой вердикт парень, - совершенно нереальные вещи ты мне рассказываешь.
- Я вообще, когда все события происходили, себя чувствовала, как пыльным мешком прибитая, - задумчиво почёсывая висок, ответила Айрис. – Самой казалось, что это бред какой-то. Квартира Насти меня доконала. Ром, это ведь реально страшно, когда ты в помещении, а оно на глазах уменьшается. Казалось, что вообще сожмётся до точки, вместе с нами.
- Н-да, - протянул Ромка и замолчал, что посоветовать Айрис он даже не представлял.
- Надо как-то родственников начать искать, а я даже не знаю с чего начать, - посетовала девушка.
- О, - Ромка выставил указательный палец вверх. – У тебя же одноклассник есть, ты говорила, закончил школу милиции и в опера подался.
Айрис восхищённо уставилась на соседа:
- Я про него и забыла вовсе. Только у меня нет никаких его координат.
Роман скептически посмотрел на девушку и снисходительно напомнил:
- За, то есть социальные сети, где-нибудь, да он и найдётся.
Искали Глеба Бояринцева не долго.
- Хорошо, что его не Лёша или Серёжа зовут, - заметил Рома. – А-то мы бы его искать замучались. А теперь тебя будем регистрировать в контакте.
- Зачем? – удивилась Айрис, такого поворота событий она совсем не ожидала.
- А ты считаешь, будет нормально, если ему буду писать послания я, от твоего лица.
- Нормально, он не удивится, что не я в компе, я же в школе на уроках информатики немного технику подпортила. Там мы и выяснили эту мою особенность.
- Вот он так тебе, попрошествии стольких лет и помнит, про особенности всех своих одноклассниц.
- Я не все, это – во-первых. А во-вторых – я ему нравилась, и он на той информатике всегда со мной сидел. Думаю, вспомнит.
Ромка считал, что Айрис наивная, но сообщение парню отправил, с номером девушки и просьбой перезвонить.
Глеб позвонил где-то через час. Радостно сообщил, что был бы рад повидаться с одноклассницей, и охотно принял приглашение на вечерний чай.
- Проша, а ты можешь, что-нибудь испечь?– полюбопытствовала Айрис у домового, будучи уже у себя дома и соображая, чем бы гостя угостить.
- Могу хозяюшка, только у нас продуктов почти не осталось, - посетовал Прохор. – В магазин бы сходить.
- Это я мигом. Вчера зарплату выдали, только список составьте, - обрадовалась Айрис и пошла собираться.
Когда она вышла из комнаты, готовая к походу в магазин, застала своих домочадцев за занятием издалека не понятным. Настя сидела за столом, а Прохор склонился рядом и что-то шептал вроде.
- Чего делаете? – задала она вопрос, подойдя поближе.
- Список продуктов составляем, - ответила Настя, поднимая в руке лист в клеточку, исписанный детским крупным почерком, почти полностью.
- Ого, сколько вы всего понаписали, - Айрис глянула на исписанный лист, гадая, хватит ли денег, на всё необходимое. – Боюсь я по вашим запросам, сгину под весом продуктов по пути.
- Тут не много, - начал оправдываться домовой, - просто у Настеньки почерк крупный очень. Хотя пару пачек муки купить бы не помешало, а это уже четыре килограмма.
- Так, друзья мои, надо разделить наши покупки на несколько дней, - командным тоном произнесла девушка и забрала листок с записями. Пробежала его глазами и поняла, что, пожалуй, по деньгам тут всё очень даже нормально, а вот вес как-то надо уменьшить. – Вот сегодня я возьму картошку, гречу… Прохор, а у нас, что все крупы кончились?
Айрис поймала себя на мысли, что с появлением домового, вернее, с его явным проявлением, она совсем не следила за запасами. Всё-таки наличие помощника на кухне расслабляет.
- Да, хозяюшка, кончились, - Прохор виновато опустил глаза, будто это его вина была закупать продукты.
- Надо составить график покупок и повесить его на холодильник, - Айрис задумалась, - Прош, а ты писать умеешь?
- Никак нет, не грамотный я, - и снова виноватый взгляд, опушенный к полу. Не хватало только шарканья ножкой, для полноты картины.
- Ну, - протянула Айрис, - тогда надо пока подумать, я запишу, составлю табличку, и мы впишем, что когда покупать. Это в первую очередь касается того, что тяжело нести.
Прохор соглашался. Настя внимательно слушала, потом предложила:
- Я могу с тобой в магазин сходить, в мой школьный рюкзак много влезет продуктов.
Девушка посмотрела на малышку и вспомнила, как видела первоклашку в прошлом году, у той ранец за спиной был больше самой хозяйки. Одевала она его только с помощью взрослого человека. Поэтому предложение девочки Айрис приняла, решив сложить в рюкзак не очень тяжёлые, но ёмкие продукты.
Поход в магазин прошёл благополучно, и куплено было всё по списку, плюс шоколадка маленькой помощнице и новый веник Проше.
Глеба ждали, как дорого гостя. Одноклассник не особо изменился за прошедшие годы. Немного возмужал, и чуть-чуть похорошел. В школе он был любимчиком девчонок, засматривались на симпатичного парня многие, сейчас, наверное, не меньше.
- Ты не изменился совсем, Бояринцев, - заметила она, улыбаясь и впуская гостя в квартиру.
- А ты похорошела, - с улыбкой заметил Глеб, - Айрис Лассен… - протяжно, будто смакуя имя девушки, протянул он, - я тебя вспоминал на днях, а тут и ты написала, вернее твой Роман. Он тебе кто, кстати?
Айрис рассмеялась:
- Ты как всегда, в своём репертуаре. Бесцеремонно спрашиваешь.
- А зачем церемонии разводить? Я ещё рассчитываю на свидание тебя пригласить, и мне совсем не хочется, что бы какой-то Ромка мне в глаз зарядил из-за тебя.
- Не зарядит, - усмехнувшись, успокоила одноклассника Айрис, - он просто мой сосед, и просто хороший друг. Хотя, если ты меня обидишь, может и вступиться.
Глеб балагурил, на каждом шагу отвешивая комплименты, но уже за чашкой чая и вкусным пирогом, испечённым домовым, посерьёзнел и спросил:
- У тебя, наверное, ко мне есть какое-то дело?
- Как ты догадался? – Айрис удивлённо вскинула брови.
- Ну, я как-никак опер, хоть и молодой, вижу людей немного.
- Тут такое дело, - Айрис немного замялась, глядя на шевелюру вьющихся каштановых волос Глеба, которой завидовали многие девчонки их класса. – Моя подопечная Настя, попала ко мне очень странным путём.
Выложив всё как на духу, девушка уставилась на ошарашенного одноклассника.
- Айрис…, - он вкрадчиво и тихо позвал, - ты веришь, в то, что ты только что мне рассказала?
Девушка горестно вздохнула и, кивнув, ответила:
- Если бы всё это не случилось со мной, я бы, наверное, тебя и разыскивать не стала.
Глеб взялся за голову, вся его напускная весёлость слетела, как туман под первыми лучами солнца.
- Да, я как опер просто не могу в это поверить. Это же бред какой-то, - он вскочил и нервно заходил по комнате.
- Глеб, мне надо найти родственников девочки, - напомнила свою просьбу Айрис.
Одноклассник сел обратно и хмуро посмотрев на собеседницу, вздохнул.
- Зови свою подопечную сюда, будем пытать, - упавшим голосом произнёс Глеб.
- В смысле – пытать? – смутилась Айрис.
- Да, расспрошу я ребёнка, прям вот подумала, что я тут пытки устрою над семилетней девочкой, - обречённо глянув на свою одноклассницу, пояснил молодой опер.
Айрис привела Настю, которая смирно читала в комнате.
- Расскажи мне, пожалуйста, Настенька, как звали твою маму, и если помнишь, когда у неё было день рождения? Помнишь, что-нибудь?
