Я ее знал.
За все годы работы у меня сложились странные отношения со смертью. Я воспринимаю ее как нечто чисто физическое. Тело передо мной — это просто организм, который перестал жить. Вот и все. И все же, для меня стало неожиданностью, что она оказалась на моем столе.
Я часто видел ее в больнице — взволнованную, сияющую, рассказывающую о том, как сложится ее жизнь. Иногда она выглядела немного рассеянной, говорила, что ее ждут великие дела, но я не ожидал, что она умрет прямо перед родами. Ее нашли утопленной в собственном доме, со странными татуировками на запястьях и затылке в виде каких-то узоров. Она несколько дней пролежала в своей ванной, прежде чем ее обнаружил сосед.
У нее не было мужа, не было родственников. Власти ожидали, что я сочту это самоубийством, но я не верил в такую возможность. Зачем ей было убивать себя прямо перед родами? Прямо перед тем, как стать матерью, о чем она так мечтала?
Меня вызвали среди ночи, чтобы я лично провел вскрытие. Сказали, что тело начало разлагаться, и нужно действовать точно и быстро. Не буду нагружать вас всеми кровавыми подробностями, просто расскажу о процессе, чтобы вы получили представление о том, что я делаю.
В первую очередь проводится внешний осмотр. Я не заметил ничего, кроме очевидных признаков утопления и нахождения в ванной несколько суток. Хотя сначала подумал, что кожа вокруг узоров на запястьях и затылке была светлее и тверже, чем в других местах.
Далее проводится внутренний осмотр. Я не хотел продолжать процедуру, но напрягся и сделал свою работу. Опять обычные признаки утопления.
А потом я замер с инструментами в руках, потому что никогда такого не видел. Эти узоры на ребрах, точно такие же, как на затылке и запястьях. Не было земного способа, чтобы нанести их на кости живого человека.
Это не было плодом моего воображения. Ее ребра по всей поверхности были покрыты странной резьбой. Может, какие-то бактерии поедают кости, оставляя такие следы? Но я знал, что это не так.
Достал телефон, чтобы сделать снимки. Понимаю, что это не слишком профессионально, но фотокамеры под рукой у меня не было. Как только сделал первый снимок, в коридоре что-то грохнуло. Я посмотрел на дверь. Здесь никого не должно быть.
Немного постоял, снова надел перчатки и продолжил вскрытие. Я спускался вниз, к ее матке. Ожидал увидеть что-то странное, но реальность превзошла все ожидания. Там было пусто. Никаких признаков плода, как будто он просто исчез, оставив плаценту и пуповину нетронутыми.
Я протер глаза. Это невероятно, ее живот был идеально круглым, и в любом случае остались бы следы, если бы она родила до или после смерти. А тут вообще ничего. Имелось все, что указывало на беременность, за исключением самого ребенка.
Я накрыл труп простыней, стараясь ни о чем не думать, и сел заполнять отчет. Написал, что имело место самоубийство. Сам не верил в это, но они дали четкие инструкции.
Закончив с отчетом, встал и выглянул в коридор. Снова раздался грохот, похоже, из кладовой, как будто хлопнула дверь. Стараясь не шуметь, я подошел к двери и нажал на ручку. Она оказалась заперта. Изнутри.
— Эй! — крикнул я. — Кто там?
Раздался необычный звук, словно кто-то с трудом втягивал воздух сквозь зубы.
Я решил, что с меня довольно. Вышел из морга, сел в машину и поехал домой. Часы показывали три ночи, но это не беспокоило меня. Я живу один и никому не помешаю столь поздним возвращением. Дома помылся, съел сэндвич и лег спать.
Меня разбудил странный звук, словно кто-то барабанил в окно. Но такое просто невозможно на шестом этаже. И все же я встал и раздвинул занавески. На внешней стороне стекла был четкий отпечаток руки младенца.
За все годы работы у меня сложились странные отношения со смертью. Я воспринимаю ее как нечто чисто физическое. Тело передо мной — это просто организм, который перестал жить. Вот и все. И все же, для меня стало неожиданностью, что она оказалась на моем столе.
Я часто видел ее в больнице — взволнованную, сияющую, рассказывающую о том, как сложится ее жизнь. Иногда она выглядела немного рассеянной, говорила, что ее ждут великие дела, но я не ожидал, что она умрет прямо перед родами. Ее нашли утопленной в собственном доме, со странными татуировками на запястьях и затылке в виде каких-то узоров. Она несколько дней пролежала в своей ванной, прежде чем ее обнаружил сосед.
У нее не было мужа, не было родственников. Власти ожидали, что я сочту это самоубийством, но я не верил в такую возможность. Зачем ей было убивать себя прямо перед родами? Прямо перед тем, как стать матерью, о чем она так мечтала?
Меня вызвали среди ночи, чтобы я лично провел вскрытие. Сказали, что тело начало разлагаться, и нужно действовать точно и быстро. Не буду нагружать вас всеми кровавыми подробностями, просто расскажу о процессе, чтобы вы получили представление о том, что я делаю.
В первую очередь проводится внешний осмотр. Я не заметил ничего, кроме очевидных признаков утопления и нахождения в ванной несколько суток. Хотя сначала подумал, что кожа вокруг узоров на запястьях и затылке была светлее и тверже, чем в других местах.
Далее проводится внутренний осмотр. Я не хотел продолжать процедуру, но напрягся и сделал свою работу. Опять обычные признаки утопления.
А потом я замер с инструментами в руках, потому что никогда такого не видел. Эти узоры на ребрах, точно такие же, как на затылке и запястьях. Не было земного способа, чтобы нанести их на кости живого человека.
Это не было плодом моего воображения. Ее ребра по всей поверхности были покрыты странной резьбой. Может, какие-то бактерии поедают кости, оставляя такие следы? Но я знал, что это не так.
Достал телефон, чтобы сделать снимки. Понимаю, что это не слишком профессионально, но фотокамеры под рукой у меня не было. Как только сделал первый снимок, в коридоре что-то грохнуло. Я посмотрел на дверь. Здесь никого не должно быть.
Немного постоял, снова надел перчатки и продолжил вскрытие. Я спускался вниз, к ее матке. Ожидал увидеть что-то странное, но реальность превзошла все ожидания. Там было пусто. Никаких признаков плода, как будто он просто исчез, оставив плаценту и пуповину нетронутыми.
Я протер глаза. Это невероятно, ее живот был идеально круглым, и в любом случае остались бы следы, если бы она родила до или после смерти. А тут вообще ничего. Имелось все, что указывало на беременность, за исключением самого ребенка.
Я накрыл труп простыней, стараясь ни о чем не думать, и сел заполнять отчет. Написал, что имело место самоубийство. Сам не верил в это, но они дали четкие инструкции.
Закончив с отчетом, встал и выглянул в коридор. Снова раздался грохот, похоже, из кладовой, как будто хлопнула дверь. Стараясь не шуметь, я подошел к двери и нажал на ручку. Она оказалась заперта. Изнутри.
— Эй! — крикнул я. — Кто там?
Раздался необычный звук, словно кто-то с трудом втягивал воздух сквозь зубы.
Я решил, что с меня довольно. Вышел из морга, сел в машину и поехал домой. Часы показывали три ночи, но это не беспокоило меня. Я живу один и никому не помешаю столь поздним возвращением. Дома помылся, съел сэндвич и лег спать.
Меня разбудил странный звук, словно кто-то барабанил в окно. Но такое просто невозможно на шестом этаже. И все же я встал и раздвинул занавески. На внешней стороне стекла был четкий отпечаток руки младенца.
