Обученные бойцы, ставшие сильнее и быстрее обычного солдата в три раза — против зомби. Небольшой отряд за полчаса боя выкосил около пяти тысяч зомби, постепенно отступая. Больше половины сквера заполнили тела и головы бездушных.
Неожиданно поток иссяк. Зомби остановились плотным кольцом в ста метрах от солдат и замерли, лишь скрипя зубами и дёргаясь, словно в конвульсиях. Редкие деревья отбрасывали длинные весенние тени на ковёр из кровавых, обезглавленных тел. В центре стояли десять человек в тёмно-бордовых от крови костюмах. Их дыхание было ровным, а сквозь забрала шлемов проскальзывали улыбки. Первый подкинул топорик на пару метров в воздух, с его лезвия сорвалась красная капля, и сделав шесть оборотов, он приземлился в руку владельца. Тот осмотрел вставших по периметру неживых и смеясь произнёс:
— Хах! Даже у тупых бездушных хватает мозгов, чтобы не лезть на двенадцатый Божественный отряд!
Команда поддержала командира дружными возгласами. Каждый чувствовал прилив сил и это лишь больше раззадорило бойцов. Каждому хотелось продолжить убивать. Убивать — становясь сильнее!
Вдруг толпа с запада расступилась и через образовавшийся коридор вышло четыре человека: двое молодых людей в военной форме, девушка лет тридцати в джинсах и кожаной куртке, и мужчина в белом врачебном халате. Они словно плыли по земле, на столько плавными были их движения. И это не единственное, что их объединяло: бледные лица и красные глаза выглядели зловеще.
Пройдя половину пути, четвёрка остановилась. Посмотрев друг на друга, врач рыкнул на девушку и та, оскалившись острозубой улыбкой, выдвинулась вперёд, а когда до бойцов осталось около двадцати метров, остановилась, сверля взглядом людей.
— Вау, как отлично сохранилась эта сучка! — послышалось в отряде под дружный хохот.
— Она словно вызывает нас на бой! — смеясь, произнёс шестой. — Первый, можно я опробую её?! Ха-ха!
Первый посмотрел на самого молодого бойца команды, по-отечески улыбнулся и, похлопав парня по плечу, кивнул в знак согласия.
Парнишка перекинул топорик из правой руки в левую, вышел вперёд, обернулся на товарищей и, не переставая улыбаться, махнул им рукой. Когда между ним и красивой девушкой осталось пять метров, он подбросил вверх топор, как это делал его командир и увидел, как мелькнула тень. Топор упал на землю, а парень смотрел на пустое место, где только что стояла девушка.
Чёрные волосы развевались на ветру, по руке с большими, трёх сантиметровыми когтями, стекала кровь, а в зажатой ладони торчало вырванное ребро парня. Она мгновенно развернулась и бросилась на замершего бойца ещё раз, одним ударом разбила шлем и, освободив горло, впилась в него зубами.
Раздался тихий, удивлённый голос первого:
— Что за херня?..
Выйдя из секундного стопора, военный бросился вперёд, а за ним и остальной отряд. Им на встречу бежали все четверо вампиров, которые оказались проворнее и успели собраться вместе. Завязалась драка. На стороне бойцов был опыт, годы службы, опыт. Но эти трое были немного быстрее и сильнее. Они двигались словно звери, инстинктивно поддаваясь животным инстинктам. Множественные раны покрыли тела красноглазых, в некоторых местах виднелись белые кости. Бойцы, так же получившие рваные раны, практически смогли взять троих в окружение. Топоры стали явным преимуществом перед когтями.
— Добиваем! По трое на каждого урода! — крикнул первый. В голове пронеслась мысль «по трое на каждого»? — Чёрт!
Обернувшись, он встретился взглядом с окровавленным лицом девушки. Взмах руки и шлем провернулся на сто восемьдесят градусов вместе с головой. Бой повернулся в противоположную сторону. Не чувствующие боли вампиры наседали всё сильнее на ослабевающих солдат.
Врач бился с седьмым и восьмым. Широкие взмахи руками, которые целились в голову, принимались на острые топоры. Внезапно он скрылся из виду, упав на все четыре конечности и, подобно дикой обезьяне, ударом лапы, перебил ногу одному, оттолкнулся и прыгнул в грудь второму. Девушка билась подобно змее, двигаясь резкими и быстрыми скачками, тут же отступая. Солдат с погонами рядового бросался как волк, больше стараясь вцепиться во врага зубами. Сержант же, высокий, здоровый парень, походил на разъярённого медведя.
Спустя три минуты всё кончилось. Второй лежал на земле, его рука болталась на куске мяса. Они, в большинстве, проиграли каким-то бездушным тварям. Но...их учили убивать людей...а не зверей. Вдруг с одного из деревьев спрыгнул ребёнок. Светловолосый мальчик лет десяти. Рыкнул на сержанта, навис над лицом второго и впился в шею острыми зубами.
Приземлившийся неподалёку вертолёт выдернул его из сна, в котором, в режиме слайд шоу менялись картинки: светловолосый мальчик играет в мяч, вот он бежит на перегонки, делится шоколадкой с девочкой, плачет ночью на одной из десятка кроватей, рисует домик, снова кроватки с растерзанными телами детей. Глаза открылись, в голове не осталось и следа воспоминаний.
Светловолосый мальчик с интересом наблюдал за выходившими из вертолёта людьми. От них так вкусно пахнет. Но они серьёзные враги. Надо затаиться. Выждать. Он осторожно слез с дерева и отбежал подальше, ловко залез на другое, более высокое и продолжил наблюдать.
Враги обежали всю территорию за забором, разделились. Двое из них прошли прямо под ним. Так хотелось спрыгнуть, съесть, выпить, осушить их. Почувствовать тепло и силу. Но рано...пока рано. Как только люди скрылись, мальчик спрыгнул с дерева и побежал на четырёх конечностях вперёд. Туда, где была его стая. Слабая и глупая, но почему-то казавшаяся родной. Они тоже были другими, почти как он.
Забежав в большой ангар СТО, где в молчаливом ожидании стояли неживые, мальчишка прошипел, рыкнул и побежал дальше. Толпа последовала за ним. Он ловко спрыгнул в открытый люк, и туда же посыпались неуклюжие, слабые сородичи. Пробежав пару километров, мальчик остановился, принюхался. На встречу вышел высокий парень в военной форме, увидел мальчика и зарычав, подошёл к нему.
Мальчик поднял голову, прыгнул и проскользнув между руками здоровяка, заполз тому за спину, рыча в ухо. Оттолкнулся и вонзившись когтями в бетонный потолок, завис. Издав шипящий звук, он спрыгнул на пол и побежал обратно, а солдат вместе со слабыми побрёл в глубь канализационных туннелей.
Мальчишка выбрался из люка, осмотрелся и побежал на бывшее место ночлежки, предварительно окунувшись в бочку с водой, умылся, обнюхал себя и удовлетворённо осмотрев порванные джинсовые шорты и такую же белую майку, вернулся на дерево.
Он ждал, наблюдая за оставшимся человеком. Не таким вкусным, зато безопасным.
Пилот вертолёта дремал в кабине, когда его разбудила рация.
— Орёл двенадцать! Приём! Петровский сквер. Ждём!
Мужчина с седой щетиной потёр усталые глаза, открыл термос и налил в крышку чай. Прихлебнул немного, поставил крышку на панель приборов и вышел из кабины. Потянувшись так, что хрустнули позвонки, пилот закурил. До уха донёсся звук скрежета. Он поднял голову, и последнее что он увидел, это спрыгивающего с лопасти вертолёта светловолосого мальчика.
Говорить с вами, ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего.
Иоанна 14:30
Дима уже привычно проснулся с первыми лучами солнца. Открыв глаза, посмотрел на кровать и мирно спавших девочек. Потом взгляд скользнул на пустой диван. Парень тут же вскочил, сердце заколотило. Обежав квартиру, проверил единственные места, где можно спрятаться — туалет и ванную.
Быстро надев джинсы и футболку, обул кроссовки и выскочил за дверь, но тут же вернулся обратно, взял ключи и вышел, закрыв дверь. Первым делом он заглянул в соседнюю квартиру с китайской дверью, где Лёша хранил свой хлам. Пусто.
В голове парня пронеслась мысль о том, что Лёха мог свалить к себе... Особенно после вчерашних событий. В надежде, он побежал вверх по этажам.
Вот знакомый коврик у приоткрытой двери, Дима прошёл прихожую, открыл дверь в зал и облегчённо выдохнул. Его друг сидел рядом с телом Маши, которое было аккуратно укутано пледом. Рядом с ним стояла на половину пустая бутылка вискаря и несколько окурков.
— Ты бы хоть предупредил, идиота кусок, — сказав, Дима подошёл, взял бутылку и вылил её на пол.
Лёша лишь поднял голову, посмотрел отстранённо на друга:
— Если бы не мы, она была бы жива...
— Если бы не мы, она бы медленно умирала от голода, не в силах даже пошевелиться от страха.
Обойдя труп девушки, Дима взял её за ноги:
— Помоги, надо избавиться от них.
На что Лёша поднялся, молча схватил девушку за руки и выбросили её, а потом и второй труп, в окно. Парни закурили, посмотрели на образовавшуюся кучу трупов.
— Лёх, ты мне сейчас очень нужен... Но, адекватный и трезвый. Давай, пожалуйста, без бухла? — Дима бросил бычок вниз и посмотрел на друга. — Ты в состоянии или дать отоспаться?
— А что?
— Трупы сжечь надо, а идти одному. Ну...такое. Надо что бы прикрывали спину. Не девочек же с собой брать.
Лёша вытер красные глаза рукой, повернулся, виновато смотря на друга, и сказал:
— Димон, извини... Не сдержался. Понимаешь...
Дима не дал ему договорить. Положил руку на плечо:
— Понимаю, — развернулся и направился к выходу, — Пошли.
В квартире Дима отправил друга в ванну с ведром холодной воды. Сам съел пару бутербродов, а улыбающаяся и довольная собой Ника подала ему бокал с горячим кофе. На что парень улыбнулся в ответ и прижал девушку к себе:
— Ведьмочка ты моя любимая!
Тут же подбежала сестрёнка, прыгнула на диван, от чего Дима чуть не расплескал кофе:
— А я? Я кто тогда? А?!
— А ты моя маленькая волшебница!
Все трое засмеялись и Ника, ещё раз чмокнув парня, сказала:
— А ты получается у нас Геракл?
Настя погладила брата по голове:
— Нет, он у нас Зевс!
В этот момент из ванной вышел посвежевший и побрившийся Лёша. Он посмотрел на обнимающуюся троицу и замер. Настя встала с дивана и подошла к нему, крепко обняла и прижалась, уткнувшись лицом в футболку. Тут же к ней присоединились Ника и Дима. Лёша стоял не шевелясь. По щеке скатилась скупая слеза, словно обвиняя в утренней слабости. Наконец он поднял руки и обнял друзей.
— А теперь жечь трупы! — Дима засмеялся и отошёл к дивану.
— Ну Ди-и-има! — хором возмутились девочки и тоже рассмеялись.
Уже через полчаса парни стояли на улице с пустой пятилитровой бутылкой, шлангом и своим оружием: ломом и ледоколом. Дима осмотрел двор и направился к зелёному ВАЗ 2107, открыл бензобак, вставил шланг. Через пару минут парень уже поливал трупы, которые Лёша оттащил к мусорным контейнерам.
Едкий дым горелого мяса заполнил двор. Парни, постояв пять минут, двинулись к подъезду. Лёша потянул дверь на себя и та легко открылась:
— Блин! Без электричества магнитные замки не работают!
— Да, об этом я почему-то не подумал, — заходя в подъезд, сказал Дима, — а к тому же нужно решить вопрос с водой. И желательно с приготовлением пищи.
— Да, кстати, электричество! — Лёша рванул обратно, подошёл к ближайшему автомобилю, которым оказался «RENO» с жёлтыми наклейками такси. — Он вставил лезвие ледокола под капот и тот со скрипом и звуком сигнализации открылся. — Вот! — парень держал в руке аккумулятор, — штук пять соберём, и с освещением вопрос решён!
— Красавчик! — Дима похлопал друга по плечу и пошёл к следующей машине.
Парни занесли на свой этаж шестнадцать аккумуляторов, сложив их в соседней квартире, ставшей импровизированным складом. Оттуда Лёша забрал болгарку и посмотрел на Диму:
— У тебя же преобразователь остался для прикуривателя с двенадцати на двести двадцать?
— Да.
— Отлично. Подгоняй тачку к подъезду.
Дима подъехал, подключил болгарку, и Лёша сделал два квадратных отверстия по два сантиметра на высоте в полтора метра, вставил пятнадцати сантиметровые болты, закрепил гайками, молотком загнул концы болтов вверх и набросил на них длинную стальную трубу. Осмотрел свою работу:
— Ну, хоть что-то, — сделал он вывод. — Дальше по плану вода!
Парни ещё раз обошли все квартиры, собрали вёдра и тазы, отнесли их на крышу дома, предварительно сбив навесной замок люка. Оказавшись на плоской крыше, парни осмотрели окрестности, что не очень помогло. Десятиэтажка оказалась далеко не самым высоким зданием.
Кое где виднелся чёрный дым, брошенные машины. Но самое странное, что улицы были пустыми, на что и обратил внимание друга, Лёша:
— Странно это всё. Тихо. Пусто.
— Странно, согласен. Куда делись семь миллионов человек?
— Почему семь? Вроде больше в Москве то?
— Как почему? В двадцать втором году было больше двенадцати. В двадцать четвёртом, после очередной вспышки короны, стало около десяти. Опять же, часть людей разъехались по регионам. А судя по квартирам, которые мы обошли, каждый третий превратился. И скольких он успел убить? Скорее всего произошло это ночью. Получается, что в большинстве квартир сейчас заперты зомби. — Дима замолчал, ещё раз осмотрелся и принялся расставлять тару для сбора дождя.
Ребята собрали обломки кирпичей, немного разбив борта крыши, завернули в пакеты и разложили по вёдрам, что бы те не сдуло ветром. Потом собрали в квартирах чистые простыни, порвали и накрыли тару, сделав фильтры от пыли.
— Димон...знаешь, что заметил? — вдруг спросил Лёша и тут же сам ответил, — птиц и животных нет!
Дима, не на долго задумавшись, осмотрелся:
— Правда... И это очень плохо.
— Почему?
— Это стоит обдумать... Но, это прерывание пищевых цепочек, замедление размножения многих растений. — Дима оценил проделанную работу и снова посмотрел на друга. — Кстати! Рыбы в аквариуме! Помнишь?
— Рыбы? Да... Точно! Рыбы то живые!
— Не знаю к чему нам эта информа...
Договорить Дима не успел, Лёха толкнул его в бок локтем и показал рукой в сторону больницы. Из арки вышли зомби. Парни насчитали уже тридцать четыре, а они всё шли и шли. Подойдя к соседнему дому один из них открыл дверь в подъезд и трупы, живым ручьём, стали заходить внутрь.
— Блин... Ты это видел? — тихо спросил Лёша.
— Видел.
— И что будем делать?
— Посмотрим. Дай закурить.
Не успел Дима выкурить и половину сигареты, как из окна третьего этажа, разбив окно, с криком выбросился человек.
— Так, я ещё могу предположить, что каким-то образом кто-то из зомби мог сохранить часть рассудка. — Дима сделал затяжку и выпустил из рта сизый дым. — Но как они открывают двери?
Лёша приподнял и опустил плечи, посмотрел на друга и сказал, смотря на то, как трое зомби вышли из подъезда и заволокли кричащее тело обратно:
— Блин, как можно быть таким спокойным? Всегда поражался этому в тебе, — парень выбросил сигарету. — Но, чёрт побери, мне нравится, что это заразно. Будем ждать их тут, или пойдём в гости?
— Не хочется подпускать их близко к девочкам. Темнеет. Заходить туда при отсутствии света ещё опаснее. И как они открывают двери?! — Дима бросил окурок на пол и плюнул на него. — Как же я не люблю, когда чего-то не понимаю!
— Значит понаблюдаем и подумаем?
— Да.
— Сбегаю за кофе.
— Хорошо, спасибо.
Лёша вернулся через полчаса с термосом, бутербродами и словно отдохнувшим:
— Ну и девчонки у нас! Воду голыми руками кипятят, напряжение снимают!
Неожиданно поток иссяк. Зомби остановились плотным кольцом в ста метрах от солдат и замерли, лишь скрипя зубами и дёргаясь, словно в конвульсиях. Редкие деревья отбрасывали длинные весенние тени на ковёр из кровавых, обезглавленных тел. В центре стояли десять человек в тёмно-бордовых от крови костюмах. Их дыхание было ровным, а сквозь забрала шлемов проскальзывали улыбки. Первый подкинул топорик на пару метров в воздух, с его лезвия сорвалась красная капля, и сделав шесть оборотов, он приземлился в руку владельца. Тот осмотрел вставших по периметру неживых и смеясь произнёс:
— Хах! Даже у тупых бездушных хватает мозгов, чтобы не лезть на двенадцатый Божественный отряд!
Команда поддержала командира дружными возгласами. Каждый чувствовал прилив сил и это лишь больше раззадорило бойцов. Каждому хотелось продолжить убивать. Убивать — становясь сильнее!
Вдруг толпа с запада расступилась и через образовавшийся коридор вышло четыре человека: двое молодых людей в военной форме, девушка лет тридцати в джинсах и кожаной куртке, и мужчина в белом врачебном халате. Они словно плыли по земле, на столько плавными были их движения. И это не единственное, что их объединяло: бледные лица и красные глаза выглядели зловеще.
Пройдя половину пути, четвёрка остановилась. Посмотрев друг на друга, врач рыкнул на девушку и та, оскалившись острозубой улыбкой, выдвинулась вперёд, а когда до бойцов осталось около двадцати метров, остановилась, сверля взглядом людей.
— Вау, как отлично сохранилась эта сучка! — послышалось в отряде под дружный хохот.
— Она словно вызывает нас на бой! — смеясь, произнёс шестой. — Первый, можно я опробую её?! Ха-ха!
Первый посмотрел на самого молодого бойца команды, по-отечески улыбнулся и, похлопав парня по плечу, кивнул в знак согласия.
Парнишка перекинул топорик из правой руки в левую, вышел вперёд, обернулся на товарищей и, не переставая улыбаться, махнул им рукой. Когда между ним и красивой девушкой осталось пять метров, он подбросил вверх топор, как это делал его командир и увидел, как мелькнула тень. Топор упал на землю, а парень смотрел на пустое место, где только что стояла девушка.
Чёрные волосы развевались на ветру, по руке с большими, трёх сантиметровыми когтями, стекала кровь, а в зажатой ладони торчало вырванное ребро парня. Она мгновенно развернулась и бросилась на замершего бойца ещё раз, одним ударом разбила шлем и, освободив горло, впилась в него зубами.
Раздался тихий, удивлённый голос первого:
— Что за херня?..
Выйдя из секундного стопора, военный бросился вперёд, а за ним и остальной отряд. Им на встречу бежали все четверо вампиров, которые оказались проворнее и успели собраться вместе. Завязалась драка. На стороне бойцов был опыт, годы службы, опыт. Но эти трое были немного быстрее и сильнее. Они двигались словно звери, инстинктивно поддаваясь животным инстинктам. Множественные раны покрыли тела красноглазых, в некоторых местах виднелись белые кости. Бойцы, так же получившие рваные раны, практически смогли взять троих в окружение. Топоры стали явным преимуществом перед когтями.
— Добиваем! По трое на каждого урода! — крикнул первый. В голове пронеслась мысль «по трое на каждого»? — Чёрт!
Обернувшись, он встретился взглядом с окровавленным лицом девушки. Взмах руки и шлем провернулся на сто восемьдесят градусов вместе с головой. Бой повернулся в противоположную сторону. Не чувствующие боли вампиры наседали всё сильнее на ослабевающих солдат.
Врач бился с седьмым и восьмым. Широкие взмахи руками, которые целились в голову, принимались на острые топоры. Внезапно он скрылся из виду, упав на все четыре конечности и, подобно дикой обезьяне, ударом лапы, перебил ногу одному, оттолкнулся и прыгнул в грудь второму. Девушка билась подобно змее, двигаясь резкими и быстрыми скачками, тут же отступая. Солдат с погонами рядового бросался как волк, больше стараясь вцепиться во врага зубами. Сержант же, высокий, здоровый парень, походил на разъярённого медведя.
Спустя три минуты всё кончилось. Второй лежал на земле, его рука болталась на куске мяса. Они, в большинстве, проиграли каким-то бездушным тварям. Но...их учили убивать людей...а не зверей. Вдруг с одного из деревьев спрыгнул ребёнок. Светловолосый мальчик лет десяти. Рыкнул на сержанта, навис над лицом второго и впился в шею острыми зубами.
***
Приземлившийся неподалёку вертолёт выдернул его из сна, в котором, в режиме слайд шоу менялись картинки: светловолосый мальчик играет в мяч, вот он бежит на перегонки, делится шоколадкой с девочкой, плачет ночью на одной из десятка кроватей, рисует домик, снова кроватки с растерзанными телами детей. Глаза открылись, в голове не осталось и следа воспоминаний.
Светловолосый мальчик с интересом наблюдал за выходившими из вертолёта людьми. От них так вкусно пахнет. Но они серьёзные враги. Надо затаиться. Выждать. Он осторожно слез с дерева и отбежал подальше, ловко залез на другое, более высокое и продолжил наблюдать.
Враги обежали всю территорию за забором, разделились. Двое из них прошли прямо под ним. Так хотелось спрыгнуть, съесть, выпить, осушить их. Почувствовать тепло и силу. Но рано...пока рано. Как только люди скрылись, мальчик спрыгнул с дерева и побежал на четырёх конечностях вперёд. Туда, где была его стая. Слабая и глупая, но почему-то казавшаяся родной. Они тоже были другими, почти как он.
Забежав в большой ангар СТО, где в молчаливом ожидании стояли неживые, мальчишка прошипел, рыкнул и побежал дальше. Толпа последовала за ним. Он ловко спрыгнул в открытый люк, и туда же посыпались неуклюжие, слабые сородичи. Пробежав пару километров, мальчик остановился, принюхался. На встречу вышел высокий парень в военной форме, увидел мальчика и зарычав, подошёл к нему.
Мальчик поднял голову, прыгнул и проскользнув между руками здоровяка, заполз тому за спину, рыча в ухо. Оттолкнулся и вонзившись когтями в бетонный потолок, завис. Издав шипящий звук, он спрыгнул на пол и побежал обратно, а солдат вместе со слабыми побрёл в глубь канализационных туннелей.
Мальчишка выбрался из люка, осмотрелся и побежал на бывшее место ночлежки, предварительно окунувшись в бочку с водой, умылся, обнюхал себя и удовлетворённо осмотрев порванные джинсовые шорты и такую же белую майку, вернулся на дерево.
Он ждал, наблюдая за оставшимся человеком. Не таким вкусным, зато безопасным.
***
Пилот вертолёта дремал в кабине, когда его разбудила рация.
— Орёл двенадцать! Приём! Петровский сквер. Ждём!
Мужчина с седой щетиной потёр усталые глаза, открыл термос и налил в крышку чай. Прихлебнул немного, поставил крышку на панель приборов и вышел из кабины. Потянувшись так, что хрустнули позвонки, пилот закурил. До уха донёсся звук скрежета. Он поднял голову, и последнее что он увидел, это спрыгивающего с лопасти вертолёта светловолосого мальчика.
Глава 9
Глава 9.
Говорить с вами, ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего.
Иоанна 14:30
Дима уже привычно проснулся с первыми лучами солнца. Открыв глаза, посмотрел на кровать и мирно спавших девочек. Потом взгляд скользнул на пустой диван. Парень тут же вскочил, сердце заколотило. Обежав квартиру, проверил единственные места, где можно спрятаться — туалет и ванную.
Быстро надев джинсы и футболку, обул кроссовки и выскочил за дверь, но тут же вернулся обратно, взял ключи и вышел, закрыв дверь. Первым делом он заглянул в соседнюю квартиру с китайской дверью, где Лёша хранил свой хлам. Пусто.
В голове парня пронеслась мысль о том, что Лёха мог свалить к себе... Особенно после вчерашних событий. В надежде, он побежал вверх по этажам.
Вот знакомый коврик у приоткрытой двери, Дима прошёл прихожую, открыл дверь в зал и облегчённо выдохнул. Его друг сидел рядом с телом Маши, которое было аккуратно укутано пледом. Рядом с ним стояла на половину пустая бутылка вискаря и несколько окурков.
— Ты бы хоть предупредил, идиота кусок, — сказав, Дима подошёл, взял бутылку и вылил её на пол.
Лёша лишь поднял голову, посмотрел отстранённо на друга:
— Если бы не мы, она была бы жива...
— Если бы не мы, она бы медленно умирала от голода, не в силах даже пошевелиться от страха.
Обойдя труп девушки, Дима взял её за ноги:
— Помоги, надо избавиться от них.
На что Лёша поднялся, молча схватил девушку за руки и выбросили её, а потом и второй труп, в окно. Парни закурили, посмотрели на образовавшуюся кучу трупов.
— Лёх, ты мне сейчас очень нужен... Но, адекватный и трезвый. Давай, пожалуйста, без бухла? — Дима бросил бычок вниз и посмотрел на друга. — Ты в состоянии или дать отоспаться?
— А что?
— Трупы сжечь надо, а идти одному. Ну...такое. Надо что бы прикрывали спину. Не девочек же с собой брать.
Лёша вытер красные глаза рукой, повернулся, виновато смотря на друга, и сказал:
— Димон, извини... Не сдержался. Понимаешь...
Дима не дал ему договорить. Положил руку на плечо:
— Понимаю, — развернулся и направился к выходу, — Пошли.
В квартире Дима отправил друга в ванну с ведром холодной воды. Сам съел пару бутербродов, а улыбающаяся и довольная собой Ника подала ему бокал с горячим кофе. На что парень улыбнулся в ответ и прижал девушку к себе:
— Ведьмочка ты моя любимая!
Тут же подбежала сестрёнка, прыгнула на диван, от чего Дима чуть не расплескал кофе:
— А я? Я кто тогда? А?!
— А ты моя маленькая волшебница!
Все трое засмеялись и Ника, ещё раз чмокнув парня, сказала:
— А ты получается у нас Геракл?
Настя погладила брата по голове:
— Нет, он у нас Зевс!
В этот момент из ванной вышел посвежевший и побрившийся Лёша. Он посмотрел на обнимающуюся троицу и замер. Настя встала с дивана и подошла к нему, крепко обняла и прижалась, уткнувшись лицом в футболку. Тут же к ней присоединились Ника и Дима. Лёша стоял не шевелясь. По щеке скатилась скупая слеза, словно обвиняя в утренней слабости. Наконец он поднял руки и обнял друзей.
— А теперь жечь трупы! — Дима засмеялся и отошёл к дивану.
— Ну Ди-и-има! — хором возмутились девочки и тоже рассмеялись.
Уже через полчаса парни стояли на улице с пустой пятилитровой бутылкой, шлангом и своим оружием: ломом и ледоколом. Дима осмотрел двор и направился к зелёному ВАЗ 2107, открыл бензобак, вставил шланг. Через пару минут парень уже поливал трупы, которые Лёша оттащил к мусорным контейнерам.
Едкий дым горелого мяса заполнил двор. Парни, постояв пять минут, двинулись к подъезду. Лёша потянул дверь на себя и та легко открылась:
— Блин! Без электричества магнитные замки не работают!
— Да, об этом я почему-то не подумал, — заходя в подъезд, сказал Дима, — а к тому же нужно решить вопрос с водой. И желательно с приготовлением пищи.
— Да, кстати, электричество! — Лёша рванул обратно, подошёл к ближайшему автомобилю, которым оказался «RENO» с жёлтыми наклейками такси. — Он вставил лезвие ледокола под капот и тот со скрипом и звуком сигнализации открылся. — Вот! — парень держал в руке аккумулятор, — штук пять соберём, и с освещением вопрос решён!
— Красавчик! — Дима похлопал друга по плечу и пошёл к следующей машине.
Парни занесли на свой этаж шестнадцать аккумуляторов, сложив их в соседней квартире, ставшей импровизированным складом. Оттуда Лёша забрал болгарку и посмотрел на Диму:
— У тебя же преобразователь остался для прикуривателя с двенадцати на двести двадцать?
— Да.
— Отлично. Подгоняй тачку к подъезду.
Дима подъехал, подключил болгарку, и Лёша сделал два квадратных отверстия по два сантиметра на высоте в полтора метра, вставил пятнадцати сантиметровые болты, закрепил гайками, молотком загнул концы болтов вверх и набросил на них длинную стальную трубу. Осмотрел свою работу:
— Ну, хоть что-то, — сделал он вывод. — Дальше по плану вода!
Парни ещё раз обошли все квартиры, собрали вёдра и тазы, отнесли их на крышу дома, предварительно сбив навесной замок люка. Оказавшись на плоской крыше, парни осмотрели окрестности, что не очень помогло. Десятиэтажка оказалась далеко не самым высоким зданием.
Кое где виднелся чёрный дым, брошенные машины. Но самое странное, что улицы были пустыми, на что и обратил внимание друга, Лёша:
— Странно это всё. Тихо. Пусто.
— Странно, согласен. Куда делись семь миллионов человек?
— Почему семь? Вроде больше в Москве то?
— Как почему? В двадцать втором году было больше двенадцати. В двадцать четвёртом, после очередной вспышки короны, стало около десяти. Опять же, часть людей разъехались по регионам. А судя по квартирам, которые мы обошли, каждый третий превратился. И скольких он успел убить? Скорее всего произошло это ночью. Получается, что в большинстве квартир сейчас заперты зомби. — Дима замолчал, ещё раз осмотрелся и принялся расставлять тару для сбора дождя.
Ребята собрали обломки кирпичей, немного разбив борта крыши, завернули в пакеты и разложили по вёдрам, что бы те не сдуло ветром. Потом собрали в квартирах чистые простыни, порвали и накрыли тару, сделав фильтры от пыли.
— Димон...знаешь, что заметил? — вдруг спросил Лёша и тут же сам ответил, — птиц и животных нет!
Дима, не на долго задумавшись, осмотрелся:
— Правда... И это очень плохо.
— Почему?
— Это стоит обдумать... Но, это прерывание пищевых цепочек, замедление размножения многих растений. — Дима оценил проделанную работу и снова посмотрел на друга. — Кстати! Рыбы в аквариуме! Помнишь?
— Рыбы? Да... Точно! Рыбы то живые!
— Не знаю к чему нам эта информа...
Договорить Дима не успел, Лёха толкнул его в бок локтем и показал рукой в сторону больницы. Из арки вышли зомби. Парни насчитали уже тридцать четыре, а они всё шли и шли. Подойдя к соседнему дому один из них открыл дверь в подъезд и трупы, живым ручьём, стали заходить внутрь.
— Блин... Ты это видел? — тихо спросил Лёша.
— Видел.
— И что будем делать?
— Посмотрим. Дай закурить.
Не успел Дима выкурить и половину сигареты, как из окна третьего этажа, разбив окно, с криком выбросился человек.
— Так, я ещё могу предположить, что каким-то образом кто-то из зомби мог сохранить часть рассудка. — Дима сделал затяжку и выпустил из рта сизый дым. — Но как они открывают двери?
Лёша приподнял и опустил плечи, посмотрел на друга и сказал, смотря на то, как трое зомби вышли из подъезда и заволокли кричащее тело обратно:
— Блин, как можно быть таким спокойным? Всегда поражался этому в тебе, — парень выбросил сигарету. — Но, чёрт побери, мне нравится, что это заразно. Будем ждать их тут, или пойдём в гости?
— Не хочется подпускать их близко к девочкам. Темнеет. Заходить туда при отсутствии света ещё опаснее. И как они открывают двери?! — Дима бросил окурок на пол и плюнул на него. — Как же я не люблю, когда чего-то не понимаю!
— Значит понаблюдаем и подумаем?
— Да.
— Сбегаю за кофе.
— Хорошо, спасибо.
***
Лёша вернулся через полчаса с термосом, бутербродами и словно отдохнувшим:
— Ну и девчонки у нас! Воду голыми руками кипятят, напряжение снимают!
