Положил мёртвое тельце ребёнка на кровать. Потом попытался поднять друга за грудки, что получилось уже легче, и взвалив на спину, как мешок картошки, направился вон из этого зелёного ада.
Выйдя из подъезда, столкнулся с ещё одним мёртвым. Толстый мужичок шатался вокруг двух лежащих сородичей. Дима на ходу выбросил руку вперёд, обхватил его голову и сжал. Череп треснул как куриное яйцо.
Поднеся друга к машине закинул его на заднее сиденье, сел за руль и вдавил педаль газа. Глаза то и дело заволакивала солёная пелена. Сзади всё громче раздавались всхлипы друга, потом умолкали, словно он переставал дышать, и повторялись по нарастающей. Хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать этот скулящий вой. Палец ткнул в магнитолу, вывернул громкость на всю и из динамиков в салон авто ворвался звук электрогитары.
«Падшие ангелы рядом,
С лицами старых солдат,
Ждут одного лишь приказа,
Вернуться...вернуться назад!
Чтобы собрать все знамёна
Стрелы, обломки мечей
Вновь пережить вместе битву
Ста дней и ночей.
Верни им небо!
Верни им небо!
Верни им небо!
Верни им небо, тоску по дому утоли,
Посеребри путь звёздной пылью
Верни им небо, хозяин света и любви
И в знак прощения дайвновь крылья...
Падшие ангелы рядом,
Трудно смотреть им в глаза,
Храбрость отчаяния каждый
Увидит, увидит в них сам!»
(AMATORY «Крылья»)
Дима гнал. После первого же поворота машину занесло, и он чуть сам не вылетел с дороги, после чего немного сбавил газ. Лишь мысли о сестре, любимой и друге сдерживали его от желания ворваться в храм, церковь или сам кремль, где сидит тот, кого называют Богом. Вспомнились слова батюшки, которые он произнёс во время похорон родителей «Всё по воле Божьей и с позволения Его». И это его воля?!
Добравшись до дома, он вытащил из машины заснувшего, а точнее, забывшегося в себе, друга, закинул на спину и поднялся на третий этаж. Дверь открылась ещё до того, как Дима подошёл к ней. Его встретили улыбки с заплаканными глазами. Чайник уже светился синим огоньком в прозрачном стекле, а на тарелке лежали бутерброды. И лежали давно. Девочки сделали их почти сразу после ухода парня, для него.
Аккуратно положив Лёшу на диван, Дима обнял девочек и быстро направился в душ. Скинув куртку, в футболке и штанах он встал под ледяную воду. Его тело трясло от холода, голова готова была треснуть как замороженная статуя, и лишь спустя пол часа он вышел. Зубы выбивали барабанную дробь, а губам позавидовал бы любой утопленник.
Ника тут же заставила его переодеться, а Настя дала большую порцию чая, позвала подругу и что-то прошептала ей на ухо, на что девушка кивнула и присев на кровать к Диме, обняла его. С минуту ничего не происходило, но потом от девушки пошло такое тепло, словно Дима моментально очутился в парилке. Только ощущения были не такими, больше похоже, что кожу очень быстро натирают полотенцем.
Через три минуты Ника легла, устало улыбнулась и ещё через две уже спала. Настя же сидела рядом с Лёшей и протирала его лицо, и руки влажными салфетками. Из глаз не переставая текли слёзы, она посмотрела на брата и тихо произнесла:
— Ему больно...очень. Как нам тогда...
— Да...они тоже мертвы.
— Бог?
— Бог.
«Кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека: ибо человек создан по образу Божию» (Быт. 9:6).
Дима открыл глаза. Тихо, спокойно, хорошо и тепло. Весеннее солнце падало на ножку Ники, которая лежала на торсе парня. Коснувшись нежной кожи, улыбнулся и наклонив голову, поцеловал девушку в макушку. Приподнявшись, аккуратно убрал её ногу. За спиной Ники, свернувшись комочком, мирно спала сестрёнка. Взгляд скользнул на диван и он подумал, что лучше бы это было сном. Лёша, больше похожий на наркомана, чем на весёлого добряка, сидел на полу и смотрел в выключенный монитор телевизора.
Дима встал, накрыл своих девочек пледом и, открыв тумбочку, достал пачку сигарет. Тем более теперь у него было четыре блока «КЕНТа», а сам он курил очень редко. Взяв пару сигарет, закурил обе и подошёл к другу, протянув одну ему:
— Ни слова о случившемся, кури и иди в душ, у нас есть дела.
Леха поднял голову, безэмоционально взял сигарету и глубоко затянулся, молча выкурил её за пару минут и послушно пошёл в душ.
От звука льющейся воды проснулись и девочки. Дима уже успел поставить чайник, навёл себе и другу кофе, а девочкам чай. После взял из шкафа спортивные штаны и футболку, закинув Лёхе. Ника занялась бутербродами.
Выйдя из душа, Лёша получил в руки сигарету и был усажен за столик, посмотрел на кружку с кофе и спросил:
— А что-нибудь покрепче есть?
Дима посмотрел на него, сделал глоток и спокойно ответил:
— Есть. Пей кофе и будем собираться.
— Куда?
— Не важно. Тебе не всё равно?
Допивая кофе, Дима еле сдерживался, чтобы не обнять друга, хотелось сказать, как ему жаль и хоть как-то поддержать его. Но...жалость не поможет, никогда не помогала, от этого лишь хуже.
Ника и Настя переглянулись и вопросительно уставились на парня, на что тот кивнул на блокнот:
— Надо вскрыть кладовку в тамбуре, там дверь слабенькая. Нужен инструмент. Молоток и монтировку я потерял. Потом постараться вскрыть квартиры, собрать всё необходимое. Да и кажется в соседней квартире зомби. — указав рукой в сторону стены, сделал ещё глоток. — Не нравится мне такое соседство.
Девочки молча согласились. Всё-таки это безопаснее, чем выходить на улицу. Друг же не отрывал взгляда от стены, на которую указал Дима. Он молча встал, осмотрелся и подошёл к двери:
— Я готов...пошли.
Дима осмотрел друга: чёрные штаны, старая футболка «Ария» и босые ноги. Достав носки, кроссовки и чёрную же толстовку, бросил Лёше. Сам же оделся во вчерашнюю куртку и джинсы. Порывшись в сумке, нашёл только пару ключей и отвёртку, пожалев, что основной инструмент хранил на работе:
— Ну-у-у...думаю с помощью этого деревянную дверь мы сломаем. Хорошо, что не стальная, понадеялись на камеру. — Сунув в руку друга пачку сигарет и зажигалку, открыл дверь.
Спустившись на первый этаж, парни встали у серой двери. Простая, дешёвая деревяшка, обитая фанерой. Дима достал отвёртку, думая попробовать выбить замок, но тут в дверь ударила нога, образовав дыру. Дымящий сигаретой Лёша просунул руку, щёлкнул замок и открылось маленькое помещения — два на два метра. Освещала коморку лампочка на скрученных проводах. Вдоль одной стены стояли лопаты, швабра, веник, лом и ледоруб — железная труба с приваренным обухом от топора, который тут же взял Лёха.
Дима взял лом, подкинул в руке словно деревянную палку и перепроверил, точно ли он из железа. Пара ударов и два замка упали на бетонный пол. В ящиках ничего интересного не нашлось, лишь дешёвая химия для уборки полов, перчатки и мусорные мешки. Указав на лом, Дима спросил друга, который сам делал у себя ремонт, да и, в общем и целом, разбирался немного в строительстве:
— Этим сможем открыть?
— Какую-нибудь китайскую дверь — легко. Если нормальная, то легче будет коробку выбить.
— Ну ладно, пошли пробовать.
Поднявшись снова на третий этаж, Дима подошёл к коричневой двери.
— Китай. — сказал Лёша и одним движением ледоруба пробил тонкую дыру. Второй, третий и рука пролезла внутрь, снова щёлкнул замок и парень быстро вошёл в чужую квартиру, держа ледоруб словно копьё.
Дешёвые коричневые обои в полоску, вешалка, грязное зеркало в прихожей, дверь налево в зал и хриплый рык из-за неё, сопровождающийся глухим стуком. Лёха ударил в дверь ногой и тут же шагнул вперёд.
То, что раньше было мужиком лет пятидесяти, сейчас, в растянутых трениках и засаленной майке, ползло на парня. Оно скрежетало пожелтевшими зубами, когда-то полное лицо осунулось, кожа стала похожа на древесную кору бледно синеватого цвета.
Ледоруб трясло в руках парня, он сделал маленький шаг назад. Пара секунд и лезвие топора с чавкающим звуком ударило точно в шею зомби. Потом ещё и ещё. Вонючая кровь потекла из тела и отрубленной головы, а парень всё бил и бил, высекая бетон из-под разрубленного линолеума.
Дима не мешал, лишь стоял сзади, смотрел как друг сел на колени и зарыдал, глядя в потолок он спросил «за что и почему», потом вдруг замолчал и тихо произнёс «убью...всех...». Лёша встал, вытер рукавом глаза и ударил по голове зомби своим оружием, обернулся и посмотрел на друга:
— Спасибо... Куда дальше?
— Труп надо выбросить. Давай пока что как минимум в окно.
Парни быстро разобрались с телом. Обошли квартиру. Запасов как таковых тут не было и решили зайти сюда потом, как никак ближайшая квартира. В соседней квартире никто не жил, поэтому её пропустили. Она одно время сдавалась в аренду, но вот уже как пару месяцев жильцы отсутствовали.
После короткого обсуждения решили подниматься вверх. Четвёртый этаж встретил такой же лестничной клеткой в бело-синем цвете. Дима обошёл все три двери и постучал в каждую, ответив на ходу на немой вопрос во взгляде друга:
— Вдруг живые? Судя по всему, превратились не больше пятидесяти процентов.
На что Лёша кивнул. Во второй квартире послышался шорох. Парень ещё раз постучал и старческий женский голос из-за двери истерички заговорил:
— Уходите! Ироды проклятые! Во имя Отца....
Дальше парень слушать не стал и сильно ударил железкой по двери, после чего причитания резко прекратились. Отойдя, Лёша повернулся к Диме:
— В двух тишина. Двери обе хорошие. Какую?
Дима без ответа подошёл к коричневой двери, ещё пару раз ударил по ней, пытаясь вспомнить кто тут живёт. Но так как он сам тут всего год, да и общением с соседями не интересовался, то и вспомнить не смог. От родителей осталась хорошая трёшка, но её он продал, купил себе маленькую студию, оплатил обучение и проживание сестры в хорошей спец школе, а остальное положил на её счёт, которым Настя смогла бы воспользоваться в восемнадцать лет.
Единственное что он знал, так это то, что угловые квартиры были трёхкомнатными. Подбросив в руке лом, он прицелился в замок и ударил. Лом с громким скрежетом вошёл в металл и выбил замок с противоположной стороны.
Лёха молча подошёл, тыкнул пальцем в отверстие, потрогал толщину железа и удивленно посмотрел на друга:
— Это...как?
— А ты ничего странного не замечал в себе? — вопросом на вопрос ответил он.
— Ну...нет.
— Ладно, потом поговорим на счёт этого.
— Ну хорошо. — Ответил парень и приоткрыв дверь, шагнул внутрь.
Светлых тонов прихожая встретила санками у стены и большим количеством обуви. Лёша замедлился, осмотрелся, сделал ещё шаг и из открытой двери в ванную выскочил подросток лет двенадцати в пижаме с разноцветными смайликами.
Дима только успел переступить порог, увидел мелькнувшие красные глаза и друга, с криком влетевшего в стену. Лёха лежал снизу, отталкивая руками мальчишку, вцепившегося в руку чуть выше запястья. Быстрое движение и лом пробил щёки ребёнка, совсем не выглядевшего как зомби, не считая более бледной кожи. Парень резко вынул оружие. Послышался треск ломающейся челюсти.
Мелкий отпустил руку, обернулся и, издав шипящий звук, кинулся на обидчика. Железо в воздухе встретилось с телом, отбросив его в стену. По рукам прошла вибрация, словно он со всей силы ударил по столбу. Вампир, как назвал их Дима после первой встречи, уже отталкивался от стены для второго прыжка. Острие лома встретилось с грудью, пробило насквозь и прошло больше чем на половину, так, что мальчик был насажен на лом, а когтистая рука пронеслась в сантиметре от глаз. Парень, не думая, ударил концом лома об пол, заставив мелкого заскользить по металлу и шлёпнуться спиной вниз.
— Дай свой! — крикнул Дима, вытянув руку в сторону ледокола.
Лёша, немного потормозив, наконец-то кинул железяку. Дима поймал и тут же опустил топор на шею красноглазого вампира — ребёнка. После второго удара голова отсеклась от тела, но продолжила шевелить раскуроченной челюстью и шипеть, а руки и ноги произвольно дёргались. Время практически остановилось для Димы. Секунда, вторая, третья... Существо и не думало умирать. Он остолбенело стоял и смотрел на живой трупик. Детское обезглавленное тело вызывало совершенно другие эмоции.
Прошла ещё минута, прежде чем мальчик перестал дёргаться. Вдруг Диму тряхнуло так, словно он держался не за лом, а за оголённый провод. Ощущения покалывания, к которым он привык, но в разы сильнее, разлилось по всему телу и так же быстро прошло.
Лёша приподнялся, сел на корточки, закатал рукав толстовки и, рассматривая руку, грустно вздохнул:
— Эх...не успел...
Дима, положив две железки на пол, подошёл к другу и посмотрел на его руку. Небольшой кусок был откушен, кожа до локтя побледнела, но крови было мало, вены не задеты:
— Так, рано пока волноваться. Мы же не знаем, как это у них работает. Пошли, надо рану обработать.
Парни вернулись в квартиру. Встретили их взволнованные девочки. Ника, только увидев руку, расторопно усадила Лёшу на диван, промыла рану, обработала и забинтовала.
Никто не проронил ни слова, но мысли у всех были схожи. Нарушил молчание Лёша:
— Димон, я не хочу становится этим... и почему он был таким шустрым?
— Не знаю...но один раз я с таким уже встречался. И кстати — он меня поцарапал. Но, как видишь, я нормальный.
— Нормальный? Ты металл в три миллиметра пробил с одного удара! — парень задумался. — Но...я бы тоже не против так дубасить. Меня этот мелкий сбил с ног как пушинку! И.…он же прятался! Ждал! Что за фигня блин происходит?!
Настя подошла к Лёше, положила руку на его голову и прикрыла глаза, через пять секунд открыла и отошла:
— Я ничего не чувствую...извините. — сказала девочка и виновато опустила глаза.
Лёша посмотрел на Настю, потом на Диму:
— И? Это что такое было?
Дима вздохнул и кратко объяснил про себя, Настю и Нику, закончив тем, что именно поэтому спрашивал, замечал ли тот что-то странное или необычное.
— А вдруг я всё-таки превращусь?
Парень задумался, посмотрел на девочек, потом на друга:
— Так, давай поедим, а потом... — он немного помолчал и после паузы добавил. — Давай ты переночуешь в соседней квартире. А завтра...завтра посмотрим.
Очень не хотелось оставлять друга одного в такой момент, но перестраховаться стоило. Да и надежда теплилась где-то в глубине души.
Пообедав, девочки собрали Лёше перекусить: макароны с тушёнкой, термос с чаем, в который Ника подмешала хорошую дозу снотворного по просьбе Димы, и пару пачек сигарет.
После парни прошли в квартиру с китайской дверью. Дима привязал шнуром друга к батарее, передвинул диван, чтобы тот мог лечь и, попрощавшись, вышел. Заранее прихватив с собой пару рюкзаков, поднялся в открытую квартиру.
Первым делом парень выкинул в окно на кухне голову и тело, порадовавшись, что в отличие от предыдущего вампира, этот не уполз. Прошёл в зал, достаточно большой и светлый. Хорошая мебель, телевизор и много цветов на подоконнике, а также большая пальма в углу. Две двери. Зайдя в первую, Дима прикрыл нос. Мужчина и женщина в залитой кровью кровати. Судя по всему, произошло это ночью, когда все спали.
Вторая дверь вела в детскую. Комната в синих цветах. Двухъярусная кроватка и тело младшего внизу. В голове мелькнула мысль, что если бы младший спал на верху, то может превратившийся не достал бы его.
Выйдя из подъезда, столкнулся с ещё одним мёртвым. Толстый мужичок шатался вокруг двух лежащих сородичей. Дима на ходу выбросил руку вперёд, обхватил его голову и сжал. Череп треснул как куриное яйцо.
Поднеся друга к машине закинул его на заднее сиденье, сел за руль и вдавил педаль газа. Глаза то и дело заволакивала солёная пелена. Сзади всё громче раздавались всхлипы друга, потом умолкали, словно он переставал дышать, и повторялись по нарастающей. Хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать этот скулящий вой. Палец ткнул в магнитолу, вывернул громкость на всю и из динамиков в салон авто ворвался звук электрогитары.
«Падшие ангелы рядом,
С лицами старых солдат,
Ждут одного лишь приказа,
Вернуться...вернуться назад!
Чтобы собрать все знамёна
Стрелы, обломки мечей
Вновь пережить вместе битву
Ста дней и ночей.
Верни им небо!
Верни им небо!
Верни им небо!
Верни им небо, тоску по дому утоли,
Посеребри путь звёздной пылью
Верни им небо, хозяин света и любви
И в знак прощения дайвновь крылья...
Падшие ангелы рядом,
Трудно смотреть им в глаза,
Храбрость отчаяния каждый
Увидит, увидит в них сам!»
(AMATORY «Крылья»)
Дима гнал. После первого же поворота машину занесло, и он чуть сам не вылетел с дороги, после чего немного сбавил газ. Лишь мысли о сестре, любимой и друге сдерживали его от желания ворваться в храм, церковь или сам кремль, где сидит тот, кого называют Богом. Вспомнились слова батюшки, которые он произнёс во время похорон родителей «Всё по воле Божьей и с позволения Его». И это его воля?!
Добравшись до дома, он вытащил из машины заснувшего, а точнее, забывшегося в себе, друга, закинул на спину и поднялся на третий этаж. Дверь открылась ещё до того, как Дима подошёл к ней. Его встретили улыбки с заплаканными глазами. Чайник уже светился синим огоньком в прозрачном стекле, а на тарелке лежали бутерброды. И лежали давно. Девочки сделали их почти сразу после ухода парня, для него.
Аккуратно положив Лёшу на диван, Дима обнял девочек и быстро направился в душ. Скинув куртку, в футболке и штанах он встал под ледяную воду. Его тело трясло от холода, голова готова была треснуть как замороженная статуя, и лишь спустя пол часа он вышел. Зубы выбивали барабанную дробь, а губам позавидовал бы любой утопленник.
Ника тут же заставила его переодеться, а Настя дала большую порцию чая, позвала подругу и что-то прошептала ей на ухо, на что девушка кивнула и присев на кровать к Диме, обняла его. С минуту ничего не происходило, но потом от девушки пошло такое тепло, словно Дима моментально очутился в парилке. Только ощущения были не такими, больше похоже, что кожу очень быстро натирают полотенцем.
Через три минуты Ника легла, устало улыбнулась и ещё через две уже спала. Настя же сидела рядом с Лёшей и протирала его лицо, и руки влажными салфетками. Из глаз не переставая текли слёзы, она посмотрела на брата и тихо произнесла:
— Ему больно...очень. Как нам тогда...
— Да...они тоже мертвы.
— Бог?
— Бог.
Глава 7
Глава 7.
«Кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека: ибо человек создан по образу Божию» (Быт. 9:6).
Дима открыл глаза. Тихо, спокойно, хорошо и тепло. Весеннее солнце падало на ножку Ники, которая лежала на торсе парня. Коснувшись нежной кожи, улыбнулся и наклонив голову, поцеловал девушку в макушку. Приподнявшись, аккуратно убрал её ногу. За спиной Ники, свернувшись комочком, мирно спала сестрёнка. Взгляд скользнул на диван и он подумал, что лучше бы это было сном. Лёша, больше похожий на наркомана, чем на весёлого добряка, сидел на полу и смотрел в выключенный монитор телевизора.
Дима встал, накрыл своих девочек пледом и, открыв тумбочку, достал пачку сигарет. Тем более теперь у него было четыре блока «КЕНТа», а сам он курил очень редко. Взяв пару сигарет, закурил обе и подошёл к другу, протянув одну ему:
— Ни слова о случившемся, кури и иди в душ, у нас есть дела.
Леха поднял голову, безэмоционально взял сигарету и глубоко затянулся, молча выкурил её за пару минут и послушно пошёл в душ.
От звука льющейся воды проснулись и девочки. Дима уже успел поставить чайник, навёл себе и другу кофе, а девочкам чай. После взял из шкафа спортивные штаны и футболку, закинув Лёхе. Ника занялась бутербродами.
Выйдя из душа, Лёша получил в руки сигарету и был усажен за столик, посмотрел на кружку с кофе и спросил:
— А что-нибудь покрепче есть?
Дима посмотрел на него, сделал глоток и спокойно ответил:
— Есть. Пей кофе и будем собираться.
— Куда?
— Не важно. Тебе не всё равно?
Допивая кофе, Дима еле сдерживался, чтобы не обнять друга, хотелось сказать, как ему жаль и хоть как-то поддержать его. Но...жалость не поможет, никогда не помогала, от этого лишь хуже.
Ника и Настя переглянулись и вопросительно уставились на парня, на что тот кивнул на блокнот:
— Надо вскрыть кладовку в тамбуре, там дверь слабенькая. Нужен инструмент. Молоток и монтировку я потерял. Потом постараться вскрыть квартиры, собрать всё необходимое. Да и кажется в соседней квартире зомби. — указав рукой в сторону стены, сделал ещё глоток. — Не нравится мне такое соседство.
Девочки молча согласились. Всё-таки это безопаснее, чем выходить на улицу. Друг же не отрывал взгляда от стены, на которую указал Дима. Он молча встал, осмотрелся и подошёл к двери:
— Я готов...пошли.
Дима осмотрел друга: чёрные штаны, старая футболка «Ария» и босые ноги. Достав носки, кроссовки и чёрную же толстовку, бросил Лёше. Сам же оделся во вчерашнюю куртку и джинсы. Порывшись в сумке, нашёл только пару ключей и отвёртку, пожалев, что основной инструмент хранил на работе:
— Ну-у-у...думаю с помощью этого деревянную дверь мы сломаем. Хорошо, что не стальная, понадеялись на камеру. — Сунув в руку друга пачку сигарет и зажигалку, открыл дверь.
Спустившись на первый этаж, парни встали у серой двери. Простая, дешёвая деревяшка, обитая фанерой. Дима достал отвёртку, думая попробовать выбить замок, но тут в дверь ударила нога, образовав дыру. Дымящий сигаретой Лёша просунул руку, щёлкнул замок и открылось маленькое помещения — два на два метра. Освещала коморку лампочка на скрученных проводах. Вдоль одной стены стояли лопаты, швабра, веник, лом и ледоруб — железная труба с приваренным обухом от топора, который тут же взял Лёха.
Дима взял лом, подкинул в руке словно деревянную палку и перепроверил, точно ли он из железа. Пара ударов и два замка упали на бетонный пол. В ящиках ничего интересного не нашлось, лишь дешёвая химия для уборки полов, перчатки и мусорные мешки. Указав на лом, Дима спросил друга, который сам делал у себя ремонт, да и, в общем и целом, разбирался немного в строительстве:
— Этим сможем открыть?
— Какую-нибудь китайскую дверь — легко. Если нормальная, то легче будет коробку выбить.
— Ну ладно, пошли пробовать.
Поднявшись снова на третий этаж, Дима подошёл к коричневой двери.
— Китай. — сказал Лёша и одним движением ледоруба пробил тонкую дыру. Второй, третий и рука пролезла внутрь, снова щёлкнул замок и парень быстро вошёл в чужую квартиру, держа ледоруб словно копьё.
Дешёвые коричневые обои в полоску, вешалка, грязное зеркало в прихожей, дверь налево в зал и хриплый рык из-за неё, сопровождающийся глухим стуком. Лёха ударил в дверь ногой и тут же шагнул вперёд.
То, что раньше было мужиком лет пятидесяти, сейчас, в растянутых трениках и засаленной майке, ползло на парня. Оно скрежетало пожелтевшими зубами, когда-то полное лицо осунулось, кожа стала похожа на древесную кору бледно синеватого цвета.
Ледоруб трясло в руках парня, он сделал маленький шаг назад. Пара секунд и лезвие топора с чавкающим звуком ударило точно в шею зомби. Потом ещё и ещё. Вонючая кровь потекла из тела и отрубленной головы, а парень всё бил и бил, высекая бетон из-под разрубленного линолеума.
Дима не мешал, лишь стоял сзади, смотрел как друг сел на колени и зарыдал, глядя в потолок он спросил «за что и почему», потом вдруг замолчал и тихо произнёс «убью...всех...». Лёша встал, вытер рукавом глаза и ударил по голове зомби своим оружием, обернулся и посмотрел на друга:
— Спасибо... Куда дальше?
— Труп надо выбросить. Давай пока что как минимум в окно.
Парни быстро разобрались с телом. Обошли квартиру. Запасов как таковых тут не было и решили зайти сюда потом, как никак ближайшая квартира. В соседней квартире никто не жил, поэтому её пропустили. Она одно время сдавалась в аренду, но вот уже как пару месяцев жильцы отсутствовали.
После короткого обсуждения решили подниматься вверх. Четвёртый этаж встретил такой же лестничной клеткой в бело-синем цвете. Дима обошёл все три двери и постучал в каждую, ответив на ходу на немой вопрос во взгляде друга:
— Вдруг живые? Судя по всему, превратились не больше пятидесяти процентов.
На что Лёша кивнул. Во второй квартире послышался шорох. Парень ещё раз постучал и старческий женский голос из-за двери истерички заговорил:
— Уходите! Ироды проклятые! Во имя Отца....
Дальше парень слушать не стал и сильно ударил железкой по двери, после чего причитания резко прекратились. Отойдя, Лёша повернулся к Диме:
— В двух тишина. Двери обе хорошие. Какую?
Дима без ответа подошёл к коричневой двери, ещё пару раз ударил по ней, пытаясь вспомнить кто тут живёт. Но так как он сам тут всего год, да и общением с соседями не интересовался, то и вспомнить не смог. От родителей осталась хорошая трёшка, но её он продал, купил себе маленькую студию, оплатил обучение и проживание сестры в хорошей спец школе, а остальное положил на её счёт, которым Настя смогла бы воспользоваться в восемнадцать лет.
Единственное что он знал, так это то, что угловые квартиры были трёхкомнатными. Подбросив в руке лом, он прицелился в замок и ударил. Лом с громким скрежетом вошёл в металл и выбил замок с противоположной стороны.
Лёха молча подошёл, тыкнул пальцем в отверстие, потрогал толщину железа и удивленно посмотрел на друга:
— Это...как?
— А ты ничего странного не замечал в себе? — вопросом на вопрос ответил он.
— Ну...нет.
— Ладно, потом поговорим на счёт этого.
— Ну хорошо. — Ответил парень и приоткрыв дверь, шагнул внутрь.
Светлых тонов прихожая встретила санками у стены и большим количеством обуви. Лёша замедлился, осмотрелся, сделал ещё шаг и из открытой двери в ванную выскочил подросток лет двенадцати в пижаме с разноцветными смайликами.
Дима только успел переступить порог, увидел мелькнувшие красные глаза и друга, с криком влетевшего в стену. Лёха лежал снизу, отталкивая руками мальчишку, вцепившегося в руку чуть выше запястья. Быстрое движение и лом пробил щёки ребёнка, совсем не выглядевшего как зомби, не считая более бледной кожи. Парень резко вынул оружие. Послышался треск ломающейся челюсти.
Мелкий отпустил руку, обернулся и, издав шипящий звук, кинулся на обидчика. Железо в воздухе встретилось с телом, отбросив его в стену. По рукам прошла вибрация, словно он со всей силы ударил по столбу. Вампир, как назвал их Дима после первой встречи, уже отталкивался от стены для второго прыжка. Острие лома встретилось с грудью, пробило насквозь и прошло больше чем на половину, так, что мальчик был насажен на лом, а когтистая рука пронеслась в сантиметре от глаз. Парень, не думая, ударил концом лома об пол, заставив мелкого заскользить по металлу и шлёпнуться спиной вниз.
— Дай свой! — крикнул Дима, вытянув руку в сторону ледокола.
Лёша, немного потормозив, наконец-то кинул железяку. Дима поймал и тут же опустил топор на шею красноглазого вампира — ребёнка. После второго удара голова отсеклась от тела, но продолжила шевелить раскуроченной челюстью и шипеть, а руки и ноги произвольно дёргались. Время практически остановилось для Димы. Секунда, вторая, третья... Существо и не думало умирать. Он остолбенело стоял и смотрел на живой трупик. Детское обезглавленное тело вызывало совершенно другие эмоции.
Прошла ещё минута, прежде чем мальчик перестал дёргаться. Вдруг Диму тряхнуло так, словно он держался не за лом, а за оголённый провод. Ощущения покалывания, к которым он привык, но в разы сильнее, разлилось по всему телу и так же быстро прошло.
Лёша приподнялся, сел на корточки, закатал рукав толстовки и, рассматривая руку, грустно вздохнул:
— Эх...не успел...
Дима, положив две железки на пол, подошёл к другу и посмотрел на его руку. Небольшой кусок был откушен, кожа до локтя побледнела, но крови было мало, вены не задеты:
— Так, рано пока волноваться. Мы же не знаем, как это у них работает. Пошли, надо рану обработать.
Парни вернулись в квартиру. Встретили их взволнованные девочки. Ника, только увидев руку, расторопно усадила Лёшу на диван, промыла рану, обработала и забинтовала.
Никто не проронил ни слова, но мысли у всех были схожи. Нарушил молчание Лёша:
— Димон, я не хочу становится этим... и почему он был таким шустрым?
— Не знаю...но один раз я с таким уже встречался. И кстати — он меня поцарапал. Но, как видишь, я нормальный.
— Нормальный? Ты металл в три миллиметра пробил с одного удара! — парень задумался. — Но...я бы тоже не против так дубасить. Меня этот мелкий сбил с ног как пушинку! И.…он же прятался! Ждал! Что за фигня блин происходит?!
Настя подошла к Лёше, положила руку на его голову и прикрыла глаза, через пять секунд открыла и отошла:
— Я ничего не чувствую...извините. — сказала девочка и виновато опустила глаза.
Лёша посмотрел на Настю, потом на Диму:
— И? Это что такое было?
Дима вздохнул и кратко объяснил про себя, Настю и Нику, закончив тем, что именно поэтому спрашивал, замечал ли тот что-то странное или необычное.
— А вдруг я всё-таки превращусь?
Парень задумался, посмотрел на девочек, потом на друга:
— Так, давай поедим, а потом... — он немного помолчал и после паузы добавил. — Давай ты переночуешь в соседней квартире. А завтра...завтра посмотрим.
Очень не хотелось оставлять друга одного в такой момент, но перестраховаться стоило. Да и надежда теплилась где-то в глубине души.
Пообедав, девочки собрали Лёше перекусить: макароны с тушёнкой, термос с чаем, в который Ника подмешала хорошую дозу снотворного по просьбе Димы, и пару пачек сигарет.
После парни прошли в квартиру с китайской дверью. Дима привязал шнуром друга к батарее, передвинул диван, чтобы тот мог лечь и, попрощавшись, вышел. Заранее прихватив с собой пару рюкзаков, поднялся в открытую квартиру.
Первым делом парень выкинул в окно на кухне голову и тело, порадовавшись, что в отличие от предыдущего вампира, этот не уполз. Прошёл в зал, достаточно большой и светлый. Хорошая мебель, телевизор и много цветов на подоконнике, а также большая пальма в углу. Две двери. Зайдя в первую, Дима прикрыл нос. Мужчина и женщина в залитой кровью кровати. Судя по всему, произошло это ночью, когда все спали.
Вторая дверь вела в детскую. Комната в синих цветах. Двухъярусная кроватка и тело младшего внизу. В голове мелькнула мысль, что если бы младший спал на верху, то может превратившийся не достал бы его.
