Немногие в нашей стране знают о реальном обороте теневой экономики. Если бы знали - давно тронулись рассудком при виде таких огромных цифр. Если бы сложить все эти левые финансовые потоки, счета в оффшорах, криминальные доходы, взятки, откаты и распилы, а затем всё это поровну разделить между россиянами, то зажил бы наш народ не хуже, чем в Штатах или Швейцарии. Однако мы не ищем лёгких путей. В итоге имеем страну, словно специально созданную для жуликов и бандитов. Так было во всех предыдущих реальностях. Так осталось и в этой. Только здесь всё гораздо масштабнее, наглее и циничнее. Этакая Колумбия или Албания размером в одну шестую часть суши.
И главное, что нашу полицию, ФСБ и правительство вполне устраивает такое положение вещей. Полицейские даже не скрывали, что, по сути, являются такими же бандюганами, как и мы. Они открыто крышуют проституток и торговцев дурью, за вознаграждение закрывают и разваливают уголовные дела, сажают невиновных и отпускают матёрых уголовников. Прямо в стенах отделов ведут свой криминальный бизнес. А на любые упрёки в свой адрес лишь растерянно разводили руками. Мол, жизнь такая... кушать всем хочется. Кушают они, кстати, весьма неплохо. На хлеб с икрой хватает. Высшие чины с комфортом живут в шикарных квартирах, катаются на дорогих иномарках и здоровье поправляют в лучших клиниках Германии и Израиля. В ФСБ работают намного тоньше и профессиональнее. Без причины не светятся и по мелочам не размениваются. Они в основном держат под своим контролем крупные преступные группировки. Имеют приличную долю с их прибыли, а взамен - всячески им содействуют и даже помогают разобраться с конкурентами. Я уже давно слышал, что многие крупные московские авторитеты работают под крышей у чекистов. Что поделаешь. В наше время, каждый выживает, как может.
Однако я отвлёкся. Потянуло, блин, на лирику. Даже не заметил, как поднялся по высоким каменным ступенькам и оказался у парадного входа в Росгарантию. Вот передо мной открывают большую стеклянную дверь. Вот я пересекаю обширный холл и вхожу в лифт. Всё вокруг утыкано охраной. Все стоят по стойке смирно. Все в одинаковых костюмчиках и с одинаковым выражением лица. Даже смешно стало. Ну, вылитые оловянные солдатики. При моём появлении они почтительно расступаются и склоняют головы. Словно перед ними прошла королева Англии.
-Добрый день, Антон Антонович... Добрый день, Антон Антонович...
Я не отвечаю. Просто иду мимо. На третьем этаже, в нескольких шагах от своего кабинета я вдруг останавливаюсь и обвожу взглядом рабочие места бухгалтеров и операторов. Вокруг повисла мёртвая тишина. Весь этот офисный планктон замер, словно перед смертной казнью. Сидят, уткнувшись в свои столы и бумаги. Боятся даже головы поднять. Дышат через раз. Какое-то время я по очереди изучал их лица, пока, наконец, не нашёл того, кого искал. Виктор Сергеевич, мой начальник из первой реальности неприметно сидит в дальнем углу. У него самый дешёвый костюмчик и самое жалкое выражение лица. Похоже, в этой новой Росгарантии он занимает самую низкую и неоплачиваемую должность после уборщика.
-Витёк, поди-ка сюда. Базар есть.
Виктор Сергеевич поднял со стула своё грузное, неуклюжее тело и растерянно осмотрелся по сторонам. Вот он медленно идёт в мою сторону. Руки дрожат, в глазах страх и смятение. Наверное, гадает, когда и в чём успел передо мной накосячить. Вот он уже стоит передо мной. Голова опущена, пальцы нервно теребят пластиковую авторучку.
-Что-то случилось, Антон Антонович?
-Случилось, Витёк. У меня для тебя плохие новости. Ты уволен. Собирай вещички, и чтоб через пять минут я тебя здесь не видел.
Виктор Сергеевич сначала побледнел, затем покраснел, а затем снова побледнел. Губы искривились в нелепой жалобной гримасе. Казалось, ещё секунда, и он разревётся перед всеми, как баба.
-Пожалейте, Антон Антонович. У меня семья, два кредита и ипотека. Вы не можете меня уволить...
-Говоришь, я не могу?..
Я поднял взгляд в потолок и рассмеялся. Сначала тихо, а затем всё громче и громче. Смех мой был каким-то зловещим и безумным. От него бросало в жуть всех окружающих. Я снова пробежал взглядом по своим подчинённым. Те в ответ ещё сильнее вжались в свои столы, бумаги и компьютеры. Лишь кое-где в мою поддержку раздавались робкие подхалимские смешки. Я ещё раз взглянул на своего бывшего шефа, и тут в моей голове словно что-то переклинило. Я снял солнцезащитные очки, сделал резкий шаг вперёд и изо всех сил ударил его головой в переносицу. Виктор Сергеевич рухнул, как старое трухлявое дерево. Он валялся по полу, закрывал лицо руками и орал тонким, истеричным голосом. Это меня ещё больше раззадорило.
-Не тебе, падла, судить, что я могу, а что - не могу! Забыл, видно, кто ты, а кто - я! Я завалю тебя прямо здесь, у всех на глазах, и меня после этого даже в ментовку не вызовут!
Я стоял над Виктором Сергеевичем и остервенело избивал его ногами. С каждым чёртовым ударом я вспоминал все его насмешки и издевательства из первой реальности. Вспоминал и бил... бил и вспоминал. Теперь Виктор Сергеевич лишь хрипел и жалобно скулил. А затем подбежала охрана и принялась вместе со мной колотить бедолагу. Лишь после этого я немного успокоился. Даже самому жутковато стало, когда представил, что за зверь сидит внутри меня. Я отошёл в сторону и взмахом руки остановил избиение.
-Хватит, уже. Уберите отсюда этот мусор.
Охранники увели под руки бедного Виктора Сергеевича, а я осмотрел ещё раз перепуганных бухгалтеров и глумливо усмехнулся.
-Чего приуныли, девчонки и мальчишки? Работаем - работаем...
После этого я спокойно, как ни в чём ни бывало, зашёл в свой кабинет, уселся на мягкое кожаное кресло и вальяжно откинулся на спинку. Достал из кобуры оба пистолета и положил их перед собой на стол. В этот самый момент в дверном проёме появилась стройная фигура моей секретарши Насти. Умница и красавица Настя. Она сегодня, как всегда, обалденно выглядит, со вкусом одета и пахнет дорогими духами. Подумать только, ведь в самой первой реальности она меня даже не замечала. Смотрела, как на пустое место, как на последнего лоха и неудачника. Во второй и третьей реальностях она уже проявляла ко мне недвусмысленный интерес. А теперь и вовсе - души не чает. Я это понял по первому взгляду. Она даже не пыталась скрыть восхищения при виде моей персоны. Может, она в меня влюбилась? В принципе, это нормальное явление. Молодых девушек часто тянет к плохим парням, особенно если те разъезжают на дорогих машинах, владеют крупными компаниями и сорят деньгами направо и налево. Им нравятся дорогие безделушки. И разве можно в меня не влюбиться? Пусть природа не наградила меня особой красотой, зато у меня есть масса других достоинств. Я ведь не какая-то дешёвка. Я серьёзный пацан. Я альфа-самец. Любые проблемы я решаю одним телефонным звонком, и без лишних слов могу переломать ноги любому обидчику. Вся моя жизнь - это один сплошной экстрим. Я словно хожу по лезвию бритвы, и каждый день может стать для меня последним. Такие люди живут ярко и красиво. Девушек всегда привлекал риск и опасность. Раньше они любили лётчиков. Теперь любят бандитов.
-Вам чай или кофе, Антон Антонович?
-Мне, Настенька, коньячку сто грамм. А лучше - двести. Короче, неси две рюмки.
Пока Настя ходила за коньяком, я бегло осмотрел свой новый кабинет. С прошлой реальности здесь всё круто переменилось. Это был уже не тот сверхсовременный офис на американский манер, с белыми стенами, стеклянной мебелью и полным минимализмом в дизайне. Нынче у "деловых людей" Москвы царят другие вкусы. Каждая вещь, каждая мелкая деталь должна обязательно говорить о роскоши и богатстве своего владельца. Чтоб перед пацанами не было стыдно. Я тоже старался выглядеть не хуже других. И вот меня со всех сторон окружает массивная антикварная мебель, куча позолоты (а может даже настоящего золота), всевозможные дорогие побрякушки, картины и статуи. Вместо золотых рыбок в аквариуме какие-то жуткие ящерицы. Модные дизайнеры из прошлых реальностей при виде этого, наверняка, презрительно скорчили бы свои гнусные физиономии. А мне нравилось. А ещё на стенах висела масса станинного оружия. Это теперь считалось особым шиком среди серьёзных ребят. Кинжалы, шпаги, пистолеты и ятаганы. Даже какой-то древний мушкет, весь покрытый гравировкой и весивший, наверное, килограмм двадцать. Не хватало разве что катапульты и пулемёта Максима. В общем, всё, как у людей.
Через минуту вернулась секретарша с подносом и двумя полными рюмками коньяка.
-Ты, Настенька, присаживайся. Поболтаем, выпьем за твоё здоровье.
Настя игриво отвела взгляд в сторону.
-Антон Антонович, я же на работе.
-Не парься. Я разрешаю.
Настя присела рядом, и тут я всей своей сущностью ощутил непреодолимое, дикое сексуальное желание. Прямо, внутри что-то закипело. Какая красотка. Просто, идеал. Интересно, у меня раньше с ней было что-нибудь? Надо будет покопаться в своей памяти.
-Давай выпьем за тебя, Настенька.
-Лучше за вас, Антон Антонович.
-Как знаешь.
Мы легонько чокнулись рюмками и выпили. Настя артистично скривила губки. Она даже от спиртного кривилась не так, как другие. Красиво и элегантно. Я протянул ей шоколадную конфету, и она съела её прямо из моих пальцев.
-Ну, рассказывай, Настенька. Как жизнь молодая?
-Да, что там рассказывать, Антон Антонович. Всё серо и буднично. Работа, дом, учёба. Сейчас к сессии готовлюсь. Второе высшее образование получаю.
-Преподаватели-упыри не слишком изводят? А то ведь я могу подъехать и разобраться.
-Да, что вы, Антон Антонович?- Настя даже рассмеялась. После этого как-то странно посмотрела на меня и два моих пистолета, что лежали рядом на столе,- Меня теперь даже хулиганы стороной обходят. Знают, на кого я работаю.
-Боятся - значит уважают. Ты, Настя, главное, меня держись и тогда не пропадёшь. Давай, сбегай ещё за коньячном. Посидим душевно.
-А как же работа?
-Работа не волк. В лес не убежит.
С новой партией коньяка Настя вернулась ровно через минуту. Но на этот раз она присела не на кресло, а прямиком на моё колено. Да ещё прижалась ко мне, как молодая домашняя кошечка. Мне было сложно себя сдерживать. Какой у неё обалденный запах. Я вдруг подумал, что же я делаю. Меня ведь дома жена ждёт. Почему я так легко и спокойно готов изменить ей прямо на рабочем месте? Что со мной стало в этой реальности? Кем я стал? Но затем эти глупые мысли исчезли. Я ведь Авося. Я имею от жизни всё, что хочу.
Всё началось быстро и без лишних прелюдий. Даже дверь не закрывал. Знал, что никто не посмеет зайти в мой кабинет. Я сорвал с Насти одежду и взял её прямо на рабочем столе. Взял грубо и жёстко. Но ей, видимо, понравилось. Когда всё закончилось, я откинулся на спинку кресла, выпил коньяк и закурил. Настя сидела рядом и блаженно улыбалась.
-Ты ещё здесь, Настенька? Работаем-работаем...
В этот момент как раз зазвенел мобильник. Я мельком взглянул на экран. Какой-то Вася Латыш. Кликуха, вроде, знакомая, а где слышал - не помню. Я приложил трубку к уху. Голос тоже показался знакомым.
-Ну, ты где, Авося? Ждём тебя у конторы. Через пол часа встреча с Коробейниковым.
-Что ещё за Коробейников?
-Да, этот олигарх из Тюмени... Авося, ты меня пугаешь в последнее время. Разве ничего не помнишь? Сам вчера с ним по телефону говорил.
-Сейчас спущусь. На месте разберёмся.
Вот, блин, попал в дурацкую ситуацию. Нужно идти и договариваться с кем-то о серьёзных делах, а я даже не помню, кто это такой и чего он от меня хочет. Оказывается, в прошлом моём ещё осталось слишком много белых пятен. Впрочем, это не проблема. Включим интуицию. Нет такой проблемы, которую Авося не сможет разрулить.
Вот я выхожу из своего кабинета. На ходу одеваю кожаный плащ и прячу за пояс оба пистолета. Офисный планктон в страхе затаил дыхание. Охрана движется следом. Они заходят со мной в лифт и спускаются на первый этаж. Всё время почтительно молчат. Они, наверное, будут молчать, даже если я прострелю им колени. Вот я выхожу из лифта, пересекаю обширный холл на первом этаже, выхожу на улицу и прямо на ступеньках встречаю четверых крепких мужиков.
Ёлки-палки... Почему я не узнал их ещё вчера, когда они подвозили меня домой на машине? Это же братаны мои. Единственные люди на белом свете, которые могут со мной крупно поскандалить или даже послать куда подальше и после этого не оказаться в братской могиле в подмосковном лесу. Вот первый из них - Вася Латышенко по кличке Латыш. Он почти как брат мне. Всё детство провели вместе. Весёлый такой, прямо душа компании. Вчера сидел рядом со мной в машине и пил пиво. Любит сыграть в карты на деньги. Почти всегда выигрывает. Раньше неплохо на этом зарабатывал. Второй мой кореш - это Коля Колесников, по кличке Золотой. Зовут его так из-за яркой рыжей шевелюры и золотого переднего зуба. "Драгоценность" эту он поставил себе, когда ещё пацаном был. В 90е годы это больших денег стоило. До сих пор наотрез отказывается менять её на какую-нибудь новомодную американскую керамику. Говорит, мол, это талисман, который приносит удачу. А ещё он всегда одет с иголочки. Любит деньги, дорогие цацки, красивых баб и заграничные курорты. Золотой у нас толковый финансист и моя правая рука по Росгарантии. Вован Бирюкин, по кличке Биря - его полная противоположность. Из своих сорока лет, двенадцать провёл на нарах. Набрался там блатных привычек на всю оставшуюся жизнь. Говорит мало. Смотрит на всех угрюмо. Кроме пистолета, всегда держит перо за пазухой. И, наконец, Жора Тихий. Сам не помню, когда его так назвали. Единственный из четвёрки, кого не было вчера с нами в машине. Крепкий такой, плечистый мордоворот с добрыми глазами. Правда, туповатый он немного с детства. Потому в нашем "бизнесе" почти ничего не решает. Но мы его всё равно уважаем. Потому что был с нами с самого начала. Потому что в драке стоит пятерых. Потому что никогда не предаст и не переметнётся к врагу. Помню, лет пятнадцать назад взяли его люди Калмыка. Хотели меня найти. Думали, сдаст меня Тихий с потрохами. Два часа его горячим утюгом гладили. Тот не сказал ни слова. Могли замучить беднягу, если бы мы вовремя не ворвались на их хату и не перевалили всех на месте.
Подумать только, все пацаны в порядке. Никто не бедствует. Все при бабках и в авторитете. А ведь в прошлых реальностях жизнь каждого сложилась далеко не так удачно. Латыш, помню, открыл какой-то мутный бизнес, залез по уши в долги и в итоге получил перо в бок в тёмной подворотне. Золотой попал в аварию, пол года пролежал в коме и на всю жизнь остался инвалидом-колясочником. Биря подсел на герыч, а Тихий допился до чёртиков и сам сдался в дурку. Было, правда, с нами ещё двое ребят: Витя Пат и Шура Шершавый. Вот только завалили их обоих в этой реальности во время одной проклятой разборки. Ничего не поделаешь. Видно, судьба такая. Хорошо, хоть остальные живы и здоровы. С нашей работой это большая редкость.
-Пацаны! Как я рад вас видеть.
Я бегом спустился по ступенькам и по братски обнял каждого. Латыш ещё как-то странно на меня посмотрел. Достал он меня этим своим взглядом.
-Авося, с тобой точно всё в порядке?
И главное, что нашу полицию, ФСБ и правительство вполне устраивает такое положение вещей. Полицейские даже не скрывали, что, по сути, являются такими же бандюганами, как и мы. Они открыто крышуют проституток и торговцев дурью, за вознаграждение закрывают и разваливают уголовные дела, сажают невиновных и отпускают матёрых уголовников. Прямо в стенах отделов ведут свой криминальный бизнес. А на любые упрёки в свой адрес лишь растерянно разводили руками. Мол, жизнь такая... кушать всем хочется. Кушают они, кстати, весьма неплохо. На хлеб с икрой хватает. Высшие чины с комфортом живут в шикарных квартирах, катаются на дорогих иномарках и здоровье поправляют в лучших клиниках Германии и Израиля. В ФСБ работают намного тоньше и профессиональнее. Без причины не светятся и по мелочам не размениваются. Они в основном держат под своим контролем крупные преступные группировки. Имеют приличную долю с их прибыли, а взамен - всячески им содействуют и даже помогают разобраться с конкурентами. Я уже давно слышал, что многие крупные московские авторитеты работают под крышей у чекистов. Что поделаешь. В наше время, каждый выживает, как может.
Однако я отвлёкся. Потянуло, блин, на лирику. Даже не заметил, как поднялся по высоким каменным ступенькам и оказался у парадного входа в Росгарантию. Вот передо мной открывают большую стеклянную дверь. Вот я пересекаю обширный холл и вхожу в лифт. Всё вокруг утыкано охраной. Все стоят по стойке смирно. Все в одинаковых костюмчиках и с одинаковым выражением лица. Даже смешно стало. Ну, вылитые оловянные солдатики. При моём появлении они почтительно расступаются и склоняют головы. Словно перед ними прошла королева Англии.
-Добрый день, Антон Антонович... Добрый день, Антон Антонович...
Я не отвечаю. Просто иду мимо. На третьем этаже, в нескольких шагах от своего кабинета я вдруг останавливаюсь и обвожу взглядом рабочие места бухгалтеров и операторов. Вокруг повисла мёртвая тишина. Весь этот офисный планктон замер, словно перед смертной казнью. Сидят, уткнувшись в свои столы и бумаги. Боятся даже головы поднять. Дышат через раз. Какое-то время я по очереди изучал их лица, пока, наконец, не нашёл того, кого искал. Виктор Сергеевич, мой начальник из первой реальности неприметно сидит в дальнем углу. У него самый дешёвый костюмчик и самое жалкое выражение лица. Похоже, в этой новой Росгарантии он занимает самую низкую и неоплачиваемую должность после уборщика.
-Витёк, поди-ка сюда. Базар есть.
Виктор Сергеевич поднял со стула своё грузное, неуклюжее тело и растерянно осмотрелся по сторонам. Вот он медленно идёт в мою сторону. Руки дрожат, в глазах страх и смятение. Наверное, гадает, когда и в чём успел передо мной накосячить. Вот он уже стоит передо мной. Голова опущена, пальцы нервно теребят пластиковую авторучку.
-Что-то случилось, Антон Антонович?
-Случилось, Витёк. У меня для тебя плохие новости. Ты уволен. Собирай вещички, и чтоб через пять минут я тебя здесь не видел.
Виктор Сергеевич сначала побледнел, затем покраснел, а затем снова побледнел. Губы искривились в нелепой жалобной гримасе. Казалось, ещё секунда, и он разревётся перед всеми, как баба.
-Пожалейте, Антон Антонович. У меня семья, два кредита и ипотека. Вы не можете меня уволить...
-Говоришь, я не могу?..
Я поднял взгляд в потолок и рассмеялся. Сначала тихо, а затем всё громче и громче. Смех мой был каким-то зловещим и безумным. От него бросало в жуть всех окружающих. Я снова пробежал взглядом по своим подчинённым. Те в ответ ещё сильнее вжались в свои столы, бумаги и компьютеры. Лишь кое-где в мою поддержку раздавались робкие подхалимские смешки. Я ещё раз взглянул на своего бывшего шефа, и тут в моей голове словно что-то переклинило. Я снял солнцезащитные очки, сделал резкий шаг вперёд и изо всех сил ударил его головой в переносицу. Виктор Сергеевич рухнул, как старое трухлявое дерево. Он валялся по полу, закрывал лицо руками и орал тонким, истеричным голосом. Это меня ещё больше раззадорило.
-Не тебе, падла, судить, что я могу, а что - не могу! Забыл, видно, кто ты, а кто - я! Я завалю тебя прямо здесь, у всех на глазах, и меня после этого даже в ментовку не вызовут!
Я стоял над Виктором Сергеевичем и остервенело избивал его ногами. С каждым чёртовым ударом я вспоминал все его насмешки и издевательства из первой реальности. Вспоминал и бил... бил и вспоминал. Теперь Виктор Сергеевич лишь хрипел и жалобно скулил. А затем подбежала охрана и принялась вместе со мной колотить бедолагу. Лишь после этого я немного успокоился. Даже самому жутковато стало, когда представил, что за зверь сидит внутри меня. Я отошёл в сторону и взмахом руки остановил избиение.
-Хватит, уже. Уберите отсюда этот мусор.
Охранники увели под руки бедного Виктора Сергеевича, а я осмотрел ещё раз перепуганных бухгалтеров и глумливо усмехнулся.
-Чего приуныли, девчонки и мальчишки? Работаем - работаем...
После этого я спокойно, как ни в чём ни бывало, зашёл в свой кабинет, уселся на мягкое кожаное кресло и вальяжно откинулся на спинку. Достал из кобуры оба пистолета и положил их перед собой на стол. В этот самый момент в дверном проёме появилась стройная фигура моей секретарши Насти. Умница и красавица Настя. Она сегодня, как всегда, обалденно выглядит, со вкусом одета и пахнет дорогими духами. Подумать только, ведь в самой первой реальности она меня даже не замечала. Смотрела, как на пустое место, как на последнего лоха и неудачника. Во второй и третьей реальностях она уже проявляла ко мне недвусмысленный интерес. А теперь и вовсе - души не чает. Я это понял по первому взгляду. Она даже не пыталась скрыть восхищения при виде моей персоны. Может, она в меня влюбилась? В принципе, это нормальное явление. Молодых девушек часто тянет к плохим парням, особенно если те разъезжают на дорогих машинах, владеют крупными компаниями и сорят деньгами направо и налево. Им нравятся дорогие безделушки. И разве можно в меня не влюбиться? Пусть природа не наградила меня особой красотой, зато у меня есть масса других достоинств. Я ведь не какая-то дешёвка. Я серьёзный пацан. Я альфа-самец. Любые проблемы я решаю одним телефонным звонком, и без лишних слов могу переломать ноги любому обидчику. Вся моя жизнь - это один сплошной экстрим. Я словно хожу по лезвию бритвы, и каждый день может стать для меня последним. Такие люди живут ярко и красиво. Девушек всегда привлекал риск и опасность. Раньше они любили лётчиков. Теперь любят бандитов.
-Вам чай или кофе, Антон Антонович?
-Мне, Настенька, коньячку сто грамм. А лучше - двести. Короче, неси две рюмки.
Пока Настя ходила за коньяком, я бегло осмотрел свой новый кабинет. С прошлой реальности здесь всё круто переменилось. Это был уже не тот сверхсовременный офис на американский манер, с белыми стенами, стеклянной мебелью и полным минимализмом в дизайне. Нынче у "деловых людей" Москвы царят другие вкусы. Каждая вещь, каждая мелкая деталь должна обязательно говорить о роскоши и богатстве своего владельца. Чтоб перед пацанами не было стыдно. Я тоже старался выглядеть не хуже других. И вот меня со всех сторон окружает массивная антикварная мебель, куча позолоты (а может даже настоящего золота), всевозможные дорогие побрякушки, картины и статуи. Вместо золотых рыбок в аквариуме какие-то жуткие ящерицы. Модные дизайнеры из прошлых реальностей при виде этого, наверняка, презрительно скорчили бы свои гнусные физиономии. А мне нравилось. А ещё на стенах висела масса станинного оружия. Это теперь считалось особым шиком среди серьёзных ребят. Кинжалы, шпаги, пистолеты и ятаганы. Даже какой-то древний мушкет, весь покрытый гравировкой и весивший, наверное, килограмм двадцать. Не хватало разве что катапульты и пулемёта Максима. В общем, всё, как у людей.
Через минуту вернулась секретарша с подносом и двумя полными рюмками коньяка.
-Ты, Настенька, присаживайся. Поболтаем, выпьем за твоё здоровье.
Настя игриво отвела взгляд в сторону.
-Антон Антонович, я же на работе.
-Не парься. Я разрешаю.
Настя присела рядом, и тут я всей своей сущностью ощутил непреодолимое, дикое сексуальное желание. Прямо, внутри что-то закипело. Какая красотка. Просто, идеал. Интересно, у меня раньше с ней было что-нибудь? Надо будет покопаться в своей памяти.
-Давай выпьем за тебя, Настенька.
-Лучше за вас, Антон Антонович.
-Как знаешь.
Мы легонько чокнулись рюмками и выпили. Настя артистично скривила губки. Она даже от спиртного кривилась не так, как другие. Красиво и элегантно. Я протянул ей шоколадную конфету, и она съела её прямо из моих пальцев.
-Ну, рассказывай, Настенька. Как жизнь молодая?
-Да, что там рассказывать, Антон Антонович. Всё серо и буднично. Работа, дом, учёба. Сейчас к сессии готовлюсь. Второе высшее образование получаю.
-Преподаватели-упыри не слишком изводят? А то ведь я могу подъехать и разобраться.
-Да, что вы, Антон Антонович?- Настя даже рассмеялась. После этого как-то странно посмотрела на меня и два моих пистолета, что лежали рядом на столе,- Меня теперь даже хулиганы стороной обходят. Знают, на кого я работаю.
-Боятся - значит уважают. Ты, Настя, главное, меня держись и тогда не пропадёшь. Давай, сбегай ещё за коньячном. Посидим душевно.
-А как же работа?
-Работа не волк. В лес не убежит.
С новой партией коньяка Настя вернулась ровно через минуту. Но на этот раз она присела не на кресло, а прямиком на моё колено. Да ещё прижалась ко мне, как молодая домашняя кошечка. Мне было сложно себя сдерживать. Какой у неё обалденный запах. Я вдруг подумал, что же я делаю. Меня ведь дома жена ждёт. Почему я так легко и спокойно готов изменить ей прямо на рабочем месте? Что со мной стало в этой реальности? Кем я стал? Но затем эти глупые мысли исчезли. Я ведь Авося. Я имею от жизни всё, что хочу.
Всё началось быстро и без лишних прелюдий. Даже дверь не закрывал. Знал, что никто не посмеет зайти в мой кабинет. Я сорвал с Насти одежду и взял её прямо на рабочем столе. Взял грубо и жёстко. Но ей, видимо, понравилось. Когда всё закончилось, я откинулся на спинку кресла, выпил коньяк и закурил. Настя сидела рядом и блаженно улыбалась.
-Ты ещё здесь, Настенька? Работаем-работаем...
В этот момент как раз зазвенел мобильник. Я мельком взглянул на экран. Какой-то Вася Латыш. Кликуха, вроде, знакомая, а где слышал - не помню. Я приложил трубку к уху. Голос тоже показался знакомым.
-Ну, ты где, Авося? Ждём тебя у конторы. Через пол часа встреча с Коробейниковым.
-Что ещё за Коробейников?
-Да, этот олигарх из Тюмени... Авося, ты меня пугаешь в последнее время. Разве ничего не помнишь? Сам вчера с ним по телефону говорил.
-Сейчас спущусь. На месте разберёмся.
Вот, блин, попал в дурацкую ситуацию. Нужно идти и договариваться с кем-то о серьёзных делах, а я даже не помню, кто это такой и чего он от меня хочет. Оказывается, в прошлом моём ещё осталось слишком много белых пятен. Впрочем, это не проблема. Включим интуицию. Нет такой проблемы, которую Авося не сможет разрулить.
Вот я выхожу из своего кабинета. На ходу одеваю кожаный плащ и прячу за пояс оба пистолета. Офисный планктон в страхе затаил дыхание. Охрана движется следом. Они заходят со мной в лифт и спускаются на первый этаж. Всё время почтительно молчат. Они, наверное, будут молчать, даже если я прострелю им колени. Вот я выхожу из лифта, пересекаю обширный холл на первом этаже, выхожу на улицу и прямо на ступеньках встречаю четверых крепких мужиков.
Ёлки-палки... Почему я не узнал их ещё вчера, когда они подвозили меня домой на машине? Это же братаны мои. Единственные люди на белом свете, которые могут со мной крупно поскандалить или даже послать куда подальше и после этого не оказаться в братской могиле в подмосковном лесу. Вот первый из них - Вася Латышенко по кличке Латыш. Он почти как брат мне. Всё детство провели вместе. Весёлый такой, прямо душа компании. Вчера сидел рядом со мной в машине и пил пиво. Любит сыграть в карты на деньги. Почти всегда выигрывает. Раньше неплохо на этом зарабатывал. Второй мой кореш - это Коля Колесников, по кличке Золотой. Зовут его так из-за яркой рыжей шевелюры и золотого переднего зуба. "Драгоценность" эту он поставил себе, когда ещё пацаном был. В 90е годы это больших денег стоило. До сих пор наотрез отказывается менять её на какую-нибудь новомодную американскую керамику. Говорит, мол, это талисман, который приносит удачу. А ещё он всегда одет с иголочки. Любит деньги, дорогие цацки, красивых баб и заграничные курорты. Золотой у нас толковый финансист и моя правая рука по Росгарантии. Вован Бирюкин, по кличке Биря - его полная противоположность. Из своих сорока лет, двенадцать провёл на нарах. Набрался там блатных привычек на всю оставшуюся жизнь. Говорит мало. Смотрит на всех угрюмо. Кроме пистолета, всегда держит перо за пазухой. И, наконец, Жора Тихий. Сам не помню, когда его так назвали. Единственный из четвёрки, кого не было вчера с нами в машине. Крепкий такой, плечистый мордоворот с добрыми глазами. Правда, туповатый он немного с детства. Потому в нашем "бизнесе" почти ничего не решает. Но мы его всё равно уважаем. Потому что был с нами с самого начала. Потому что в драке стоит пятерых. Потому что никогда не предаст и не переметнётся к врагу. Помню, лет пятнадцать назад взяли его люди Калмыка. Хотели меня найти. Думали, сдаст меня Тихий с потрохами. Два часа его горячим утюгом гладили. Тот не сказал ни слова. Могли замучить беднягу, если бы мы вовремя не ворвались на их хату и не перевалили всех на месте.
Подумать только, все пацаны в порядке. Никто не бедствует. Все при бабках и в авторитете. А ведь в прошлых реальностях жизнь каждого сложилась далеко не так удачно. Латыш, помню, открыл какой-то мутный бизнес, залез по уши в долги и в итоге получил перо в бок в тёмной подворотне. Золотой попал в аварию, пол года пролежал в коме и на всю жизнь остался инвалидом-колясочником. Биря подсел на герыч, а Тихий допился до чёртиков и сам сдался в дурку. Было, правда, с нами ещё двое ребят: Витя Пат и Шура Шершавый. Вот только завалили их обоих в этой реальности во время одной проклятой разборки. Ничего не поделаешь. Видно, судьба такая. Хорошо, хоть остальные живы и здоровы. С нашей работой это большая редкость.
-Пацаны! Как я рад вас видеть.
Я бегом спустился по ступенькам и по братски обнял каждого. Латыш ещё как-то странно на меня посмотрел. Достал он меня этим своим взглядом.
-Авося, с тобой точно всё в порядке?
