"Хотя, по идее, переписка Десяти великих кланов — исторический документ", — подумала Настя.
Ольга Васильевна с удивлением посмотрела на письмо.
— О! Личная переписка. Не думала, что от кланов она может сохраниться, — она осторожно взяла письмо. — И бумага выглядит как новенькая. Опять неизвестные составы Десяти кланов, такими, наверное, пропитаны были и те документы с пометкой “Строго секретно”, которые ты нашла. О, чуть не забыла, — рука Ольги Васильевны нырнула куда-то внутрь стола и достала оттуда несколько документов. — Петров-Иванов нам их вернул. Поместишь в фонд М-173, опись 10, дело 56?
— Я? Конечно, — Настя с готовностью ухватилась за документы. — А разве прошло две недели?
— В клане сделали копии, сверху пришло одобрение. А пока положи эти документы на место. Фонд М-173, опись 10, дело 56.
— Хорошо. А письмо?..
— Пока побудет у меня до решения комиссии. И если найдёшь другие письма, то принеси мне сюда, пожалуйста, хорошо?
Настя кивнула, отправляясь с документами к нужному фонду.
“Наконец-то я держу их в руках, — подумала Настя. — Может, теперь заглянуть?.. Хоть одним глазком?”
Она не удержалась и заглянула в документы. Разочарование было сильным.
“Ничего не понятно! Какие-то трансы, куча неясных слов. Наверное, не расшифрованы. Или расшифрованы, но непонятные. Что-то на магическом”, — подумала Настя.
И убрала все документы в нужное место в архиве.
Спустя пару дней после заключения контракта с Женей Миша встретился с Димой.
— Надеюсь, ты обошёлся без своих спецэффектов? — спросил Дима.
— Какие спецэффекты? Всего лишь переместил в свою любимую зеркальную комнату и подписали договор. Заметь, обычными чернилами.
— Ты так говоришь, как будто есть другие. Не научился ещё никто делать волшебных чернил, — хохотнул Дима.
Миша улыбнулся.
— Зато мы можем быть уверены, что клан Петровых-Ивановых не получит ненужных сведений.
— Мог бы с моим дальним родственником и иначе обойтись?
— С твоим родственником?
— Женя двоюродный брат Ани.
Повисло молчание, как всегда, когда дело касалось покойной супруги Димы, погибшей в автокатастрофе.
— Вот как. То есть он — один из наших. Интересно переплетаются события.
— Интересно плетётся нить. Впрочем, мы все сделали всё возможное, чтобы после всех этих событий остаться при силе. Только с антимагами тогда возникла проблема.
— Думаю, их "волшебство" сработало так, что они тоже придут к тому же, к чему и мы.
— Надеюсь, — ответил Дима, расхаживая по комнате. — Надеюсь.
Миша с лёгким недоумением посмотрел на брата.
— Что-то случилось?
— Да то же, что и обычно. О том, как мы меняем судьбы всего мира, когда плетём нити ради своих каких-то мелких замыслов. С плетущими нам удалось справиться: вся эта новая элита не умеет толком скрывать свои плетения, и переплести их замыслы так, чтобы не было новой Пятой войны, несложно. Другое дело — антиплетущие. Нам был известен только один род с такой способностью — Смирновы, но они же не единственные антимаги в мире. И уж точно не единственные антиплетущие. И неизвестно, как антиплетущие изменяют мир.
Миша задумался.
— Думаешь, в действиях предков закралась ошибка?
— Не знаю. Просто, по большому счёту, что мы знаем, например, о роде Смирновых? Настасья Смирнова, она же для своих Ася, предложила нашему прапрадеду Мише свои услуги. Она тоже была антиплетущей и без проблем разбила плетение прапрадеда. У Аси было две дочери, тоже антиплетущие, про которых только известно, что они вышли замуж, оставили свои фамилии, и их сыновья со своей антимагией помогали нашим предкам плести плетение, чтобы и влияние не потерять, и угрозы для страны, а то и для мира, не создать.
Дима перевёл дух.
— Ты, кстати, Жене насколько доверяешь? И вы не поговорили о фамилиях со стороны Королевства Двух Лун?
— Не успели, не тем голова была занята, да и Женя просил один день, хотел допроверить одни дела, чтобы давать информацию. А про доверие… Я готов ему доверять, как партнёру, раз он к тому же один из наших.
Последнюю фразу Миша произнёс с иронией, не оставшуюся незамеченной.
— Не играет никакой роли, что он один из наших. Да и всё равно, несмотря ни на что, Женя остаётся Петровым-Ивановым. А я… Я не очень хочу доверять наши клановые секреты за пределы клана.
— Здесь можешь быть спокоен, я к нашим семейным архивам отношусь также, как и ты.
— Хорошо, — медленно сказал Дима, опускаясь в кресло. — Так… вроде я тебе всё сказал. Можешь идти.
— Благодарю великодушно, брат мой.
Миша отвесил шутливый поклон Диме и ушёл.
Когда Шура Смирнова собиралась в шестнадцать лет на Пятую войну медсестрой, девушка думала о том, что будет легко. Она знала, что принадлежит к роду антимагов, а значит, сможет нейтрализовать много магических воздействий.
Но на войне не бывает легко. Это Шура поняла после своей первой битвы, после своей первой перевязки, когда надо было бороться с кровью, а не некими магическими воздействиями.
Постепенно Шура втянулась в эту суету и думала о том, чтобы пойти учиться на врача после войны. Там же она познакомилась с Верой Болотниковой. Она была старше на четыре года и вначале решила, на правах старших, командовать Шурой. Когда у Веры не получилось, она призвала на помощь своего отца Дмитрия.
— Вера, ты чо её взялась воспитывать? Это тебя надо воспитывать! — возмутился он.
Человеком Дмитрий был властный и с твёрдым характером. Весь медпункт долго помнил те разборы, которые мужчина устроил родной дочери. Потом Вера с Шурой подружились, и вместе проходили тяготы войны в военном госпитале.
Через день после разговора Миши с Димой Женя пришёл со списком фамилий.
— Вот, — сказал он, — всё не успел разобрать, но это теперь хоть что-то. Думаю отправить кого-нибудь из наших, чтобы мне с архивом помогли. Игорь дал мне пару неотложных заданий.
— Тогда я лучше своих привлеку, — ответил Миша. — Я не хочу, чтобы эта информация распространилась в твоём клане.
— Но я не собираюсь лгать Игорю, чем я занимаюсь. Как глава клана, Игорь вполне имеет право знать, что я занимаюсь архивом по твоему поручению. И что именно я там ищу.
— Я и не предлагаю лгать. Просто — не привлекать остальных. Я хочу, чтобы как можно меньше людей об этом деле знало.
— Да я понял, что ты не хочешь привлекать лишнего внимания.
Миша хмыкнул, просматривая листки с фамилиями. У Жени был мелкий понятный почерк, поэтому прочитать его записи не составляло особого труда.
— Хорошо, — задумчиво проговорил Миша. — Ты не против, если я всё это сфотографирую?
— Нет, не против.
— Вот и хорошо.
Некоторое время были слышны только вспышки фотографии.
— Миш, — неловко начал Женя, — а ты не мог бы мне дать объяснения насчёт мысленного внушения, почему там не нужен транс? А то я все ритуалы провёл, получил кучу новых способностей, а с этим мысленным внушением никак.
— Там не надо входить в транс, эти способности у тебя просто должны быть.
— Понятно.
Миша неожиданно почувствовал грусть, исходящую от Жени.
— Это твоя эмпатия? Ты расстроен тем, что не можешь овладеть мысленным внушением?
— У меня эмпатия толком не работает. Я не понимаю чувства других.
— Но отправляешь их знатно.
— Это вер… Что? Ты сейчас почувствовал мою грусть?
Миша кивнул, отвлёкшись от фотографий.
— Интересно. Я никогда никаких эмоций не чувствовал.
— Может, у тебя антиспособность? Хотя я никогда не слышал, чтобы антиспособность была вместе со способностью. О, ты ещё набрал сведений о чудовищах?!
— Ну да, я помню о своём обещании. Мне тоже со всем этим разобраться интересно, особенно теперь. Так что там с антимагией?
Миша сделал ещё несколько фотографий.
— Был у нас в подчинении клан антимагов. Весь их клан демонстрировал устойчивость ко всем нашим способностям, хотя и разную. При этом сами в магию антимаги не могли. И вот я тут подумал… может, они и не пытались? Привыкли, что магия им недоступна и даже не старались открывать в себе магические способности?
— Как всё сложно, — Женя покачал головой, — мало мне было эмпатии и плетения, так ещё есть какие-то трансы, антимагия.
— Жизнь — тяжёлая штука, — глубокомысленно заметил Миша, делая ещё фотографии.
— Можно тебя спросить, что ты конкретно будешь делать с этими фамилиями? — спросил Женя после непродолжительного молчания.
— Выяснять. Плести нить судьбы, которая позволит узнать, что это было такое. Дима предполагает, что эти чудовища могли быть иллюзией.
— Ну, не он один такого мнения. Мой дед тоже считал, что всё это могло быть проделками магов Королевства. У меня же мнение двоякое: я не исключаю, что маги могли открыть какие-нибудь потусторонние миры, — пауза. — Ты ведь хочешь предотвратить повторных событий?
— Конечно. Просто мне легче плести нить, когда я знаю как можно больше событий и помех. Плетение — довольно сложный магический ритуал. Ты прикидываешь все фигуры и кто какой шаг сделает и добавляешь детали, при которых эти фигуры сделают то, что тебе нужно. Чем более продумано плетение, тем лучше результат, снижение количество случайных факторов.
— Ясно.
Миша опять в тишине защёлкал телефоном.
— Как там твои способности? Ты вроде упомянул, что получил ещё несколько возможностей?
— Да, — ответил Женя. — Я освоил ясновидение, магию льда, пиромагию… Для остальных ритуалов нужен помощник, но я надеюсь, что ты мне не откажешь.
— Не откажу. Но, — пауза, — что ты будешь делать со всеми этими способностями?
— А ты? Ты же их используешь. Вот и я буду, хотя и втайне от клана.
Миша задумался.
— Ну да, — сказал он минуту спустя после нескольких снимков, — глупо владеть магией и ничего с ней не делать.
Настя снова занималась с коробкой бумаг, чувствуя, что достигает её дна. Мысли девушки были о недавнем сне, теперь с участием некой Шуры Смирновой.
“Вот забавно, что мою прабабушку тоже так звали, — подумала Настя, — и она дружила с войны с другой моей прабабушкой, Верой Болотниковой! Может, я просто переработала, и поэтому мне теперь снятся такие сны? Вдруг и Маша с Аней Смирновой какие-нибудь наши родственницы?”
Мысль была интересной, и Настя решила её проверить. Благо девушка работала в архиве и знала кое-какие подробности семейной биографии, чтобы понимать, где искать информацию.
"Осталось только время на неё выделить", — подумала Настя.
Её, как минимум, ожидало ещё три такие коробки, наполненные документами, которые надо было разобрать. Да и запросы Евгения никуда не делись.
Вспомнив о нём, Настя отправилась за запрашиваемыми документами. Мужчина уже сидел в читальном зале, оглядываясь.
— Благодарю, — сказал Евгений Насте, когда она положила на стол документы. — Мне, кстати, придётся покинуть вас на пару месяцев. Не знаете, запрос мне придётся заново оформлять?
Настя честно ответила, что не знает.
— Тогда спрошу у Ольги Васильевны. Благодарю.
Настя уже отошла от стола, как её осенила неожиданная мысль.
— Извините, Евгений, — Настя с ужасом вспомнила, что не знает его отчества, — а… вы когда-либо сталкивались с ситуациями, когда вам приходили видения?
— Видения?
— Ну… о ваших общих предках, например.
— Вы столкнулись с такими видениями?
Настя замерла в нерешительности и всё же кивнула.
— Честно говоря… я не такой знаток магии, но я могу посоветоваться со знающим человеком. Подождёте… минуты три?
— Да, конечно, и если не удастся — ничего страшного.
Евгений что-то написал в телефоне и стал ждать. Буквально минуты через три телефон пискнул.
— Вам как приходят видения, во сне?
— Да.
Евгений стал что-то быстро печатать. Спустя минуты две телефон снова пискнул.
— Я могу дать вам номер, пообщаетесь с тем, кто в магии разбирается лучше меня.
— А… давайте, хорошо. Я позвоню после работы, можно?
Евгений напечатал в телефоне. Спустя минуту мужчина ответил "да".
Настя записала телефон и пошла к своей коробке. Сегодня, решила девушка, она узнает об этих снах, а потом начнёт искать информацию о своих предках.
Миша смотрел в окно. Сегодня мужчине предстояла масштабная работа. Он вместе с Димой должен был создать плетение, чтобы узнать всю информацию об уже найденных Женей фамилиях.
— Мы должны думать над каждой петлёй события, — говорил Дима. — Ни одного лишнего шага.
— А что будем делать с недостающей информацией? Отправим кого-то из наших?
— Может и отправим. Об этом потом. Нам сначала надо обработать то, что Женя нашёл.
— Кстати, о Жене. Он дал мой номер одной девушке, у неё, похоже, видения из прошлого, она обещала мне позвонить.
Дима задумчиво стукнул пальцами по столу.
— Видения? Это интересно. Наверняка когда-то побывала в трансе, и там кто-то провёл ритуал на ясновидение.
— Я тоже так думаю.
— Выяснишь, какого толка её видения. Может быть, это нам поможет в наших исследованиях.
— Хорошо. Ну что, начнём?
— Да.
И оба брата с головой ушли в сложные магические плетения судьбы.
Ольга Васильевна с удивлением посмотрела на письмо.
— О! Личная переписка. Не думала, что от кланов она может сохраниться, — она осторожно взяла письмо. — И бумага выглядит как новенькая. Опять неизвестные составы Десяти кланов, такими, наверное, пропитаны были и те документы с пометкой “Строго секретно”, которые ты нашла. О, чуть не забыла, — рука Ольги Васильевны нырнула куда-то внутрь стола и достала оттуда несколько документов. — Петров-Иванов нам их вернул. Поместишь в фонд М-173, опись 10, дело 56?
— Я? Конечно, — Настя с готовностью ухватилась за документы. — А разве прошло две недели?
— В клане сделали копии, сверху пришло одобрение. А пока положи эти документы на место. Фонд М-173, опись 10, дело 56.
— Хорошо. А письмо?..
— Пока побудет у меня до решения комиссии. И если найдёшь другие письма, то принеси мне сюда, пожалуйста, хорошо?
Настя кивнула, отправляясь с документами к нужному фонду.
“Наконец-то я держу их в руках, — подумала Настя. — Может, теперь заглянуть?.. Хоть одним глазком?”
Она не удержалась и заглянула в документы. Разочарование было сильным.
“Ничего не понятно! Какие-то трансы, куча неясных слов. Наверное, не расшифрованы. Или расшифрованы, но непонятные. Что-то на магическом”, — подумала Настя.
И убрала все документы в нужное место в архиве.
***
Спустя пару дней после заключения контракта с Женей Миша встретился с Димой.
— Надеюсь, ты обошёлся без своих спецэффектов? — спросил Дима.
— Какие спецэффекты? Всего лишь переместил в свою любимую зеркальную комнату и подписали договор. Заметь, обычными чернилами.
— Ты так говоришь, как будто есть другие. Не научился ещё никто делать волшебных чернил, — хохотнул Дима.
Миша улыбнулся.
— Зато мы можем быть уверены, что клан Петровых-Ивановых не получит ненужных сведений.
— Мог бы с моим дальним родственником и иначе обойтись?
— С твоим родственником?
— Женя двоюродный брат Ани.
Повисло молчание, как всегда, когда дело касалось покойной супруги Димы, погибшей в автокатастрофе.
— Вот как. То есть он — один из наших. Интересно переплетаются события.
— Интересно плетётся нить. Впрочем, мы все сделали всё возможное, чтобы после всех этих событий остаться при силе. Только с антимагами тогда возникла проблема.
— Думаю, их "волшебство" сработало так, что они тоже придут к тому же, к чему и мы.
— Надеюсь, — ответил Дима, расхаживая по комнате. — Надеюсь.
Миша с лёгким недоумением посмотрел на брата.
— Что-то случилось?
— Да то же, что и обычно. О том, как мы меняем судьбы всего мира, когда плетём нити ради своих каких-то мелких замыслов. С плетущими нам удалось справиться: вся эта новая элита не умеет толком скрывать свои плетения, и переплести их замыслы так, чтобы не было новой Пятой войны, несложно. Другое дело — антиплетущие. Нам был известен только один род с такой способностью — Смирновы, но они же не единственные антимаги в мире. И уж точно не единственные антиплетущие. И неизвестно, как антиплетущие изменяют мир.
Миша задумался.
— Думаешь, в действиях предков закралась ошибка?
— Не знаю. Просто, по большому счёту, что мы знаем, например, о роде Смирновых? Настасья Смирнова, она же для своих Ася, предложила нашему прапрадеду Мише свои услуги. Она тоже была антиплетущей и без проблем разбила плетение прапрадеда. У Аси было две дочери, тоже антиплетущие, про которых только известно, что они вышли замуж, оставили свои фамилии, и их сыновья со своей антимагией помогали нашим предкам плести плетение, чтобы и влияние не потерять, и угрозы для страны, а то и для мира, не создать.
Дима перевёл дух.
— Ты, кстати, Жене насколько доверяешь? И вы не поговорили о фамилиях со стороны Королевства Двух Лун?
— Не успели, не тем голова была занята, да и Женя просил один день, хотел допроверить одни дела, чтобы давать информацию. А про доверие… Я готов ему доверять, как партнёру, раз он к тому же один из наших.
Последнюю фразу Миша произнёс с иронией, не оставшуюся незамеченной.
— Не играет никакой роли, что он один из наших. Да и всё равно, несмотря ни на что, Женя остаётся Петровым-Ивановым. А я… Я не очень хочу доверять наши клановые секреты за пределы клана.
— Здесь можешь быть спокоен, я к нашим семейным архивам отношусь также, как и ты.
— Хорошо, — медленно сказал Дима, опускаясь в кресло. — Так… вроде я тебе всё сказал. Можешь идти.
— Благодарю великодушно, брат мой.
Миша отвесил шутливый поклон Диме и ушёл.
***
Когда Шура Смирнова собиралась в шестнадцать лет на Пятую войну медсестрой, девушка думала о том, что будет легко. Она знала, что принадлежит к роду антимагов, а значит, сможет нейтрализовать много магических воздействий.
Но на войне не бывает легко. Это Шура поняла после своей первой битвы, после своей первой перевязки, когда надо было бороться с кровью, а не некими магическими воздействиями.
Постепенно Шура втянулась в эту суету и думала о том, чтобы пойти учиться на врача после войны. Там же она познакомилась с Верой Болотниковой. Она была старше на четыре года и вначале решила, на правах старших, командовать Шурой. Когда у Веры не получилось, она призвала на помощь своего отца Дмитрия.
— Вера, ты чо её взялась воспитывать? Это тебя надо воспитывать! — возмутился он.
Человеком Дмитрий был властный и с твёрдым характером. Весь медпункт долго помнил те разборы, которые мужчина устроил родной дочери. Потом Вера с Шурой подружились, и вместе проходили тяготы войны в военном госпитале.
***
Через день после разговора Миши с Димой Женя пришёл со списком фамилий.
— Вот, — сказал он, — всё не успел разобрать, но это теперь хоть что-то. Думаю отправить кого-нибудь из наших, чтобы мне с архивом помогли. Игорь дал мне пару неотложных заданий.
— Тогда я лучше своих привлеку, — ответил Миша. — Я не хочу, чтобы эта информация распространилась в твоём клане.
— Но я не собираюсь лгать Игорю, чем я занимаюсь. Как глава клана, Игорь вполне имеет право знать, что я занимаюсь архивом по твоему поручению. И что именно я там ищу.
— Я и не предлагаю лгать. Просто — не привлекать остальных. Я хочу, чтобы как можно меньше людей об этом деле знало.
— Да я понял, что ты не хочешь привлекать лишнего внимания.
Миша хмыкнул, просматривая листки с фамилиями. У Жени был мелкий понятный почерк, поэтому прочитать его записи не составляло особого труда.
— Хорошо, — задумчиво проговорил Миша. — Ты не против, если я всё это сфотографирую?
— Нет, не против.
— Вот и хорошо.
Некоторое время были слышны только вспышки фотографии.
— Миш, — неловко начал Женя, — а ты не мог бы мне дать объяснения насчёт мысленного внушения, почему там не нужен транс? А то я все ритуалы провёл, получил кучу новых способностей, а с этим мысленным внушением никак.
— Там не надо входить в транс, эти способности у тебя просто должны быть.
— Понятно.
Миша неожиданно почувствовал грусть, исходящую от Жени.
— Это твоя эмпатия? Ты расстроен тем, что не можешь овладеть мысленным внушением?
— У меня эмпатия толком не работает. Я не понимаю чувства других.
— Но отправляешь их знатно.
— Это вер… Что? Ты сейчас почувствовал мою грусть?
Миша кивнул, отвлёкшись от фотографий.
— Интересно. Я никогда никаких эмоций не чувствовал.
— Может, у тебя антиспособность? Хотя я никогда не слышал, чтобы антиспособность была вместе со способностью. О, ты ещё набрал сведений о чудовищах?!
— Ну да, я помню о своём обещании. Мне тоже со всем этим разобраться интересно, особенно теперь. Так что там с антимагией?
Миша сделал ещё несколько фотографий.
— Был у нас в подчинении клан антимагов. Весь их клан демонстрировал устойчивость ко всем нашим способностям, хотя и разную. При этом сами в магию антимаги не могли. И вот я тут подумал… может, они и не пытались? Привыкли, что магия им недоступна и даже не старались открывать в себе магические способности?
— Как всё сложно, — Женя покачал головой, — мало мне было эмпатии и плетения, так ещё есть какие-то трансы, антимагия.
— Жизнь — тяжёлая штука, — глубокомысленно заметил Миша, делая ещё фотографии.
— Можно тебя спросить, что ты конкретно будешь делать с этими фамилиями? — спросил Женя после непродолжительного молчания.
— Выяснять. Плести нить судьбы, которая позволит узнать, что это было такое. Дима предполагает, что эти чудовища могли быть иллюзией.
— Ну, не он один такого мнения. Мой дед тоже считал, что всё это могло быть проделками магов Королевства. У меня же мнение двоякое: я не исключаю, что маги могли открыть какие-нибудь потусторонние миры, — пауза. — Ты ведь хочешь предотвратить повторных событий?
— Конечно. Просто мне легче плести нить, когда я знаю как можно больше событий и помех. Плетение — довольно сложный магический ритуал. Ты прикидываешь все фигуры и кто какой шаг сделает и добавляешь детали, при которых эти фигуры сделают то, что тебе нужно. Чем более продумано плетение, тем лучше результат, снижение количество случайных факторов.
— Ясно.
Миша опять в тишине защёлкал телефоном.
— Как там твои способности? Ты вроде упомянул, что получил ещё несколько возможностей?
— Да, — ответил Женя. — Я освоил ясновидение, магию льда, пиромагию… Для остальных ритуалов нужен помощник, но я надеюсь, что ты мне не откажешь.
— Не откажу. Но, — пауза, — что ты будешь делать со всеми этими способностями?
— А ты? Ты же их используешь. Вот и я буду, хотя и втайне от клана.
Миша задумался.
— Ну да, — сказал он минуту спустя после нескольких снимков, — глупо владеть магией и ничего с ней не делать.
***
Настя снова занималась с коробкой бумаг, чувствуя, что достигает её дна. Мысли девушки были о недавнем сне, теперь с участием некой Шуры Смирновой.
“Вот забавно, что мою прабабушку тоже так звали, — подумала Настя, — и она дружила с войны с другой моей прабабушкой, Верой Болотниковой! Может, я просто переработала, и поэтому мне теперь снятся такие сны? Вдруг и Маша с Аней Смирновой какие-нибудь наши родственницы?”
Мысль была интересной, и Настя решила её проверить. Благо девушка работала в архиве и знала кое-какие подробности семейной биографии, чтобы понимать, где искать информацию.
"Осталось только время на неё выделить", — подумала Настя.
Её, как минимум, ожидало ещё три такие коробки, наполненные документами, которые надо было разобрать. Да и запросы Евгения никуда не делись.
Вспомнив о нём, Настя отправилась за запрашиваемыми документами. Мужчина уже сидел в читальном зале, оглядываясь.
— Благодарю, — сказал Евгений Насте, когда она положила на стол документы. — Мне, кстати, придётся покинуть вас на пару месяцев. Не знаете, запрос мне придётся заново оформлять?
Настя честно ответила, что не знает.
— Тогда спрошу у Ольги Васильевны. Благодарю.
Настя уже отошла от стола, как её осенила неожиданная мысль.
— Извините, Евгений, — Настя с ужасом вспомнила, что не знает его отчества, — а… вы когда-либо сталкивались с ситуациями, когда вам приходили видения?
— Видения?
— Ну… о ваших общих предках, например.
— Вы столкнулись с такими видениями?
Настя замерла в нерешительности и всё же кивнула.
— Честно говоря… я не такой знаток магии, но я могу посоветоваться со знающим человеком. Подождёте… минуты три?
— Да, конечно, и если не удастся — ничего страшного.
Евгений что-то написал в телефоне и стал ждать. Буквально минуты через три телефон пискнул.
— Вам как приходят видения, во сне?
— Да.
Евгений стал что-то быстро печатать. Спустя минуты две телефон снова пискнул.
— Я могу дать вам номер, пообщаетесь с тем, кто в магии разбирается лучше меня.
— А… давайте, хорошо. Я позвоню после работы, можно?
Евгений напечатал в телефоне. Спустя минуту мужчина ответил "да".
Настя записала телефон и пошла к своей коробке. Сегодня, решила девушка, она узнает об этих снах, а потом начнёт искать информацию о своих предках.
***
Миша смотрел в окно. Сегодня мужчине предстояла масштабная работа. Он вместе с Димой должен был создать плетение, чтобы узнать всю информацию об уже найденных Женей фамилиях.
— Мы должны думать над каждой петлёй события, — говорил Дима. — Ни одного лишнего шага.
— А что будем делать с недостающей информацией? Отправим кого-то из наших?
— Может и отправим. Об этом потом. Нам сначала надо обработать то, что Женя нашёл.
— Кстати, о Жене. Он дал мой номер одной девушке, у неё, похоже, видения из прошлого, она обещала мне позвонить.
Дима задумчиво стукнул пальцами по столу.
— Видения? Это интересно. Наверняка когда-то побывала в трансе, и там кто-то провёл ритуал на ясновидение.
— Я тоже так думаю.
— Выяснишь, какого толка её видения. Может быть, это нам поможет в наших исследованиях.
— Хорошо. Ну что, начнём?
— Да.
И оба брата с головой ушли в сложные магические плетения судьбы.
