В голове Дэнована Грея только что родился замечательный план как одолеть его заклятого противника, а Энри Лайт довольно предвкушала свою победу над очередным мужчиной и просто наслаждалась процессом.
Игры высшей расы забавляли их обоих.
Город Н. Где-то под шахтами.
Рай уже несколько минут не слышал тяжелого дыхания и медленных шагов за спиной, что пробуждало в нем липоке чувство беспокойства. Нет никаких сомнений, что на развилке Сэм окончательно от них отстала, из-за чего оборотень мысленно выругался, в которой раз пообещав избавиться от этой дурной привычки.
Не только староста заметил, что человечки с группой больше небыло - Малибдения и парочка гномов стали кидать на оборотня вопросительные взгляды и намеренно замедлять шаг. Даже спина орка, что недавно настаивал на смерти найденного ими в недрах тунеля эльфа дроу, теперь ссутулилась и выглядела не такой уж и уверенной.
И хоть им всем по прежниму было глубоко наплевать на "находку", но за то, как они поступили с Сэм, их теперь вредным червем грызла совесть. А в голове старосты еще и мрачным голосом всплывал наказ магистра позаботиться об адептах за время отсутствия последнего, что еще сильнее увеличивало чувство вины.
Наконец, процессия настолько замедлилась, что они все приняли решение остановиться и обсудить случившееся.
Несколько людей в группе были не довольны временным привалом, однако их слабые возмущения, как и недовольные взгляды оборотниц все предпочли не замечать и игнорировать.
Несколько минут все просто переглядывались, перевязывая немногих раненных, пока тишину не рискнула нарушить одна рыжая гномка, по имени Пеле.
- Тьфу же, клянусь топором бабушки, она там совсем заплутала, пока мы тут штаны просиживаем! - добави еще пару витиватых ругательств, Пеле сплюнула на черную землю тунеля и было потянулась за своим любимым топориком, что действовал на нее успокаивающе, но нащупав пустоту за спиной, лишь еще раз мрачно оглядела присутствующих.
Несколько гномов, хорошо знакомых с нравом женщин своих рас, тут же посторались сделаться как можно тише и незаметнее, не в коем случае не пересекаясь глазами с девушкой.
Староста, мысленно заметив как точно гномка выразила его мысли, решил действовать.
- Думаю, я пойду за ней, а вы пока медленно двигайтесь в выбранном направлении. - он поднялся, отряхивая руками, с частично трансформировавшимся когтями, черную гряз с мешковатых брюк. Пушистый серый хвост уже приветливо выглядовал из-за оборотня, а ушки на голове нервно подрагивали, стараясь уловить каждый шорох. Желтые глаза хищно блестнули. - Думаю, оставлять знаков на стене не нужно, как и снимать защитное заклинание с отряда. Мало ли, кто еще водится в этом месте...
За оборотнем встал Джамиль и вынув факел из импровизированного крепления, дал знак уставшим адептам подниматься и продолжать путь.
После того, как староста покинул их, обязуясь найти Сэм, вся группа стала передвигаться значительно бодрее, избавившись от противного чувства вины, словно от тяжеленного камня.
Малибдения же до последнего смотрела на оборотня, пока тот окончательно не скрылся в мраке за их спинами.
Преодолевая очередной подъем и в сотый раз мысленно посетовав на хрупкое телосложение, с растущим возмущением я продолжала вопрошать Творца, зачем же Он создал эльфов такими тяжелыми?
Кто же знал, что у красоты есть свой вес и отнюдь не самый маленький?
Ноги наполовину утопали в рыхлой черной грязи, белый огонек слабо подрагивал впереди, неровно осещая путь, а пара особо упрямых прядей так и норовили сменить место жительства, переселившись в район рта. Попотеть пришлось хуже, чем в шахтах часами ранее. Надо же, сколько всего случилось за один день!
Первые перемены я почувствовала, когда в потоке холодного воздуха уловила легкие нотки спелой вишни. Я тут же встала, завершила свой перерыв и снова принялась за "восхождение". Наверное, мне казалось что я стала идти очень быстро - сил прикладывать больше уж точно, - но со стороны наверняка выглядела едва ползущей улиткой. Роль же домика на спине выполнял бессознательный дроу.
Я догадывалась, что выход уже близко, но не до конца решалась верить этому приятному чувству. Надеюсь, смогу выбраться до того, как сядет солнце... А еще меня беспокоило то, что хоть воздух и становится теплее, однако обещенного "света в конце тунеля" так и не наблюдается.
Свои же ошибки я поняла спустя пол часа, когда наконец, протиснув на удивление широкую фигуру "своего эльфа" через узкое отверстие на потолке (вверху пещеры, что объяснило отсутствие того самого "света в конце"), смогла полной грудью вдохнуть аромат лета и спелых плодов, а так же хорошенько разглядеть, через заметно увеличевшееся после наших попыток выбраться, отверствие, что путь был вовсе не такой уж и сложный и "крутой" , как мне казалось в тунеле.
С одной стороны от меня распологалась отвесная скала, а с другой начинался маленьки сад, кем-то заботливо выращенный на краю, однако, леса. Признаков жизни почти не было, только стайка птиц с желтыми клювиками перелетала с одного фруктового дерева на другой, звонко щебеча и полностью игнорируя наше с эльфом грубое и грязное вторжение в их уединенный мирок. За нами тянулась вереница черных следов и я примерно догадывалась, как сейчас выгляжу, судя по тому, как от одних попыток вылезти, испачкался мой эльф, но сил идти искать ручей, что бы умыться, уже не осталось.
Так что поудобней расположила эльфа, который переодически приходил в себя и что-то бормотал - что я посчитала хорошим знаком - и направилась собирать летние, маленькие яблочки и вишню, пока лучи заходящего солнца еще играли на кончиках деревьев золотистым светом.
Когда же я вернулась, с гордостью демонстрируя эльфу свою добычу, со стороны щели, из которой мы выбрались, показалась лохматая и грязная голова Райя, которую я встретила без должного удивления, которое от меня явно ожидалось.
Где-то на середине пути после того, как я "рассталась" со своей группой и осознала, что иду в верном направлении, мне стало жалко идущих в неверном направлении, из-за чего заклинанием "защиты следов" и не воспользовалась. А так желала отплотить той же монетой!
Я хотела было помахать старосте, но обе руки были заняты, от чего просто ограничелась добродушной, хоть и усталой улыбкой.
- Ой, и вы уже здесь! - я неспеша сложила еду у изголовья дроу, в надежде что от запаха тот сможет придти в себя, и приблизилась к старосте, гадая, почему тот продолжает мрачно разглядывать меня сквозь щель и все никак не выбирается наружу. - Хм, тебе там удобно?
Оборотень на миг смутился и отвернулся, что выглядело бы милым, не будь он по плечи измазан в черной грязи. Только сейчас заметила его преображенные ушки, стыдливо отведенные назад. И, уже через пару минут после того, как мне признались что просто не могут пролезть в щель, заметно нами с эльфом расширенную, и после парочки разрушительных заклинаний, оборотень сидел с нами на камне и внимательно смотрел на мою вновь очнувшуюся находку. Только уши были повернуты в сторону леса, показывая что мысленно он не здесь.
С минуты я недоумевала, почему же тут оказался только староста, без группы, но потом с удивлением осознала все благородство их поступка и признательно взглянула на оборотня.
Видно, замтив что я отстала, они, хоть и сами изначально не позволили мне, а точнее незнакомому эльфу, идти в собственных рядах, после, когда я потерялась и нашла выход - о чем они, видно, даже не подозревали - послалали вернуться за мной старосту. И в результате, нашли выход. Забавно... а что, если бы они так и продолжали идти вперед?
Рай перевел взглад на меня и по выражению моих глаз тут же понял, что я раскрыла их план и в объяснених более не нуждаюсь. Солнце почти скрылось, от чего на лес резко стали спускаться тени. Мы оба поняли, что оборотню лучше поторопиться и вернуть адептов, так сказать, на путь истинный, пока не стало слишком поздно. Или же еще чего плохого не случилось.
Оборотень встал, задумчиво оглядел щель, теперь увиличенную до размеров неплохой такой норы и прежде чем скрыться, полуобернулся и тихо сказал:
- Найди траву с красными шипами и синим цветком. Затем приложи к ранам. Может быть тогда этот эльф и выживет. - и, почти скрывшись из виду в черном мраке тунеля: - Будь осторожна!
Я благодарно улыбнулась. Все же, мои знания в медицине этого мира заметно хромали, да и с моей находкой творилось явно что-то непонятное, поэтому указания, хоть м в обычной обрывистой манере волка, вновь вселили в меня надежду. От чего-то чувствовать заботу своих соокурсников было особенно приятно.
Я покачала головой. Все-таки он не настолько уж и бессердечный суровый староста, каким хотел казаться в начале практики, но тут внезапно осенила одна мысль.
- Эй! Стой! - я подбежала к дыре и склонилась, стараясь привлечь внимание уходящего оборотня. Показалось, или шаги и в самом деле остановились? - Скажи всем, что это ты нашел выход. Так будет лучше, поверь мне! И еще, будь осторожен - кто знает, от чего едва не погиб мой эльф!
Последние слова я, хоть и говорила с улыбкой, однако ощутила странный холодок, пробежавшийся по спине и разрушивший очарование момента. Если так подумать, то всю дорогу я старалась гнать страх прочь и не думать, что где-то там внизу может бродить мостр или, что еще хуже, убийца, способый нанести смертельные ранения самой кровожадной расе этого мира. И теперь он где-то там, на едине с моими соокурсниками, которые на деле лишь обычные маги-практики...
В который раз за день я принялась отгонять мрачные мысли, что так и норовили пробраться мне в голову, решая сосредоточить свое внимание на поиске лекарств для больного дроу, что из себя вполне благородное занятие в противовес молчаливому ожиданию.
Да и сидеть рядом с тем, кто едва ли жив - то еще удовольствие.
Тряска и дорога измотали последнего - он был неестественно холодным, почти все время что-то бормотал хриплым голосом, а от ран все сильнее тянуло неприятным запахом гнили. Казалось, смерть уже протянула свои руки в его сторону, еще не зная, что я так просто сдаваться не собираюсь.
Из последних сил - мой магический резерв был почти на исходе, - начертила несколько защитных кругов едва ли не вплотную с фигурой эльфа, все той же черной глиной, за неимением при себе магического мелка, (что спокойно себе лежал в номере трактира) я направилась в лес, который ласково принял меня в свои объятия тьмы и запаха из сухих веток.
ВОЛШЕБНЫЙ ЛЕС. Танье двух эльфов.
Ланэ, лениво развалившись на многовековом дубе, что терпеливо сносил нахальство все еще мальчишки (по меркам эльфов), пожевывал скромный обед из красного яблока и любовался заходящим солнцем. Не привычно огромные, для представителей его расы, глаза щурились, возможно в последний раз наблюдая за сменой светил неба над Волшебным Лесом.
И, как и подобает в последних часах пред горьким расстованием образованному эльфу, предавался воспоминаниям, связанными с этим тихи местом, где прошла большая часть его "детства". Это место он, с такой же легкостью, с какой сейчас дожевывал яблоко, мог назвать своим вторым домом.
Солнце уже село, не оставив после себя привычных розово-желтых следов на небе, быстро сменяясь синими и темно-фиолетовыми красками.
На миг, гзала принца из узких щелок, вновь стали превычного размера, являя окружающим его деревьям и филинам их глубокую, почти сапфировую синиву, в отблеске которых виднелось явное недоумение - Ланэ с ужасом осознал, что при первом упоминании этого места, в его голове всплывает отнюдь не наставник, и даже не его родной отец, а, почему-то, треклятая недочеловечка, как он мысленно окрестил странное существо, что они с дядей имели сомнительную честь повстречать пять лет тому назад, по имени Сэм.
Что за проблема для его благородной персоны!
Эльф вновь облокотился на мощную крону дерева и принялся размышлять. Ему не нравилось, что странное существо с того ни с сего стало объектом его внимания и мысли, тем более сейчас, когда он собирался проникнуться духом и красотами вольного леса.
Да, когда он впервые встретил ее несколько лет назад, она в самом деле показалась ему чем-то интересным и он позволил себе чуть больше, чем следовало, в общении с ней, - нехотя признал эльф. Однако теперь ему предстояло вернуться в родной замок, на землях своего отца, императора Светлых, где не место нежным чувствам, пускай лишь дружеским, но к жалкому человеку!...
Но голос в голове, почему-то имеющий дядины интонации, напомнил ему об ошибочности подобных суждений. Такие свойственны светлым эльфам, но никак не лесным, кровь которых так же текла в его жилах.
Что бы сгладить неприятный осадок, после борьбы национальной гордости и вложенном воспитании, Ланэ принялся строил серьезно-надменные лица, стараясь в точности повторить выражения дворцовых советников и мудрейших, в чем особо не преуспел и, как результат, его громоподобный смех, отнюдь не соответствующий описанию прекрасной длинноухой расы, которой он по ошибке принадлежал, согнал удивленных, такой резкой переменой в своем настроении, филинов.
Победило воспитание - Лане нехотя признал, что и среди эльфов встречаются, кхм... далеко не самые порядочные личности, как впрочем, и среди людей попадаются довольно интересные экземпляры.
На самом же деле, истиной причиной было неумение еще как следует держать лицо, но это эльф предпочел опустить.
Старик дуб запоздало затрясься всей своей сутью, уловив игривое настроение принца, но так и не осознав причины. Ланэ дружески похлопал его по ветке - да, дружище, мне будет тебя не хватать во дворце! Как говорил Дина, там водятся только примерные и чепорные, - если такое вообще можно сказать о фауне, - подстриженные, согласно последней моде, деревья.
Мысли его вновь вернулись к "недочеловечке". Эльф хныкнул, однако старался оставаться серьезным.
Нет, если так посудить - осторожно думал он, наблюдая за тем, как уже серебристый лунный свет, уверенно проникает сквозь густую листву, - то он может не опасаться встречи с Сэм еще лет пятнадцать, после которых и завершится его "детство", и появится риск навсегда запечатлеть ее в своем сердце, и уже далеко не как друга. А вот мысли все еще опасны - их лучше не допускать, что бы потом во что-то большее не вылилось.
Эльф прекрасно помнил, для чего он, второй сын великого императора, выбрал местом своего обучения танью дяди, в глухомани лесов.
Вернее, правельнее будет сказать, не выбрал - тут даже выбора не было, его просто сослали сразу же после начала войны с лесными эльфами, - однако и эту деталь он предпочитал опускать. Хотя наставник, за это, хорошенько бы его отругал...
Ланэ едва слышно вздохнул.
Да, не вериться что через несколько часов он больше никогда не увидит лица того, кто растил его подобно родному сыну...
И, пока мысли неспешно текли в подобном направлении, что его несказанно радовало, ибо отвлекало от мыслей об одной такой человечке, дуб под ним стал приходить в движение. Ланэ не помнил, что бы давал какие-либо указания и предусмотрительно насторожился. Как оказалось в последствии, - не зря.
Игры высшей расы забавляли их обоих.
Город Н. Где-то под шахтами.
Рай уже несколько минут не слышал тяжелого дыхания и медленных шагов за спиной, что пробуждало в нем липоке чувство беспокойства. Нет никаких сомнений, что на развилке Сэм окончательно от них отстала, из-за чего оборотень мысленно выругался, в которой раз пообещав избавиться от этой дурной привычки.
Не только староста заметил, что человечки с группой больше небыло - Малибдения и парочка гномов стали кидать на оборотня вопросительные взгляды и намеренно замедлять шаг. Даже спина орка, что недавно настаивал на смерти найденного ими в недрах тунеля эльфа дроу, теперь ссутулилась и выглядела не такой уж и уверенной.
И хоть им всем по прежниму было глубоко наплевать на "находку", но за то, как они поступили с Сэм, их теперь вредным червем грызла совесть. А в голове старосты еще и мрачным голосом всплывал наказ магистра позаботиться об адептах за время отсутствия последнего, что еще сильнее увеличивало чувство вины.
Наконец, процессия настолько замедлилась, что они все приняли решение остановиться и обсудить случившееся.
Несколько людей в группе были не довольны временным привалом, однако их слабые возмущения, как и недовольные взгляды оборотниц все предпочли не замечать и игнорировать.
Несколько минут все просто переглядывались, перевязывая немногих раненных, пока тишину не рискнула нарушить одна рыжая гномка, по имени Пеле.
- Тьфу же, клянусь топором бабушки, она там совсем заплутала, пока мы тут штаны просиживаем! - добави еще пару витиватых ругательств, Пеле сплюнула на черную землю тунеля и было потянулась за своим любимым топориком, что действовал на нее успокаивающе, но нащупав пустоту за спиной, лишь еще раз мрачно оглядела присутствующих.
Несколько гномов, хорошо знакомых с нравом женщин своих рас, тут же посторались сделаться как можно тише и незаметнее, не в коем случае не пересекаясь глазами с девушкой.
Староста, мысленно заметив как точно гномка выразила его мысли, решил действовать.
- Думаю, я пойду за ней, а вы пока медленно двигайтесь в выбранном направлении. - он поднялся, отряхивая руками, с частично трансформировавшимся когтями, черную гряз с мешковатых брюк. Пушистый серый хвост уже приветливо выглядовал из-за оборотня, а ушки на голове нервно подрагивали, стараясь уловить каждый шорох. Желтые глаза хищно блестнули. - Думаю, оставлять знаков на стене не нужно, как и снимать защитное заклинание с отряда. Мало ли, кто еще водится в этом месте...
За оборотнем встал Джамиль и вынув факел из импровизированного крепления, дал знак уставшим адептам подниматься и продолжать путь.
После того, как староста покинул их, обязуясь найти Сэм, вся группа стала передвигаться значительно бодрее, избавившись от противного чувства вины, словно от тяжеленного камня.
Малибдения же до последнего смотрела на оборотня, пока тот окончательно не скрылся в мраке за их спинами.
***
Преодолевая очередной подъем и в сотый раз мысленно посетовав на хрупкое телосложение, с растущим возмущением я продолжала вопрошать Творца, зачем же Он создал эльфов такими тяжелыми?
Кто же знал, что у красоты есть свой вес и отнюдь не самый маленький?
Ноги наполовину утопали в рыхлой черной грязи, белый огонек слабо подрагивал впереди, неровно осещая путь, а пара особо упрямых прядей так и норовили сменить место жительства, переселившись в район рта. Попотеть пришлось хуже, чем в шахтах часами ранее. Надо же, сколько всего случилось за один день!
Первые перемены я почувствовала, когда в потоке холодного воздуха уловила легкие нотки спелой вишни. Я тут же встала, завершила свой перерыв и снова принялась за "восхождение". Наверное, мне казалось что я стала идти очень быстро - сил прикладывать больше уж точно, - но со стороны наверняка выглядела едва ползущей улиткой. Роль же домика на спине выполнял бессознательный дроу.
Я догадывалась, что выход уже близко, но не до конца решалась верить этому приятному чувству. Надеюсь, смогу выбраться до того, как сядет солнце... А еще меня беспокоило то, что хоть воздух и становится теплее, однако обещенного "света в конце тунеля" так и не наблюдается.
Свои же ошибки я поняла спустя пол часа, когда наконец, протиснув на удивление широкую фигуру "своего эльфа" через узкое отверстие на потолке (вверху пещеры, что объяснило отсутствие того самого "света в конце"), смогла полной грудью вдохнуть аромат лета и спелых плодов, а так же хорошенько разглядеть, через заметно увеличевшееся после наших попыток выбраться, отверствие, что путь был вовсе не такой уж и сложный и "крутой" , как мне казалось в тунеле.
С одной стороны от меня распологалась отвесная скала, а с другой начинался маленьки сад, кем-то заботливо выращенный на краю, однако, леса. Признаков жизни почти не было, только стайка птиц с желтыми клювиками перелетала с одного фруктового дерева на другой, звонко щебеча и полностью игнорируя наше с эльфом грубое и грязное вторжение в их уединенный мирок. За нами тянулась вереница черных следов и я примерно догадывалась, как сейчас выгляжу, судя по тому, как от одних попыток вылезти, испачкался мой эльф, но сил идти искать ручей, что бы умыться, уже не осталось.
Так что поудобней расположила эльфа, который переодически приходил в себя и что-то бормотал - что я посчитала хорошим знаком - и направилась собирать летние, маленькие яблочки и вишню, пока лучи заходящего солнца еще играли на кончиках деревьев золотистым светом.
Когда же я вернулась, с гордостью демонстрируя эльфу свою добычу, со стороны щели, из которой мы выбрались, показалась лохматая и грязная голова Райя, которую я встретила без должного удивления, которое от меня явно ожидалось.
Где-то на середине пути после того, как я "рассталась" со своей группой и осознала, что иду в верном направлении, мне стало жалко идущих в неверном направлении, из-за чего заклинанием "защиты следов" и не воспользовалась. А так желала отплотить той же монетой!
Я хотела было помахать старосте, но обе руки были заняты, от чего просто ограничелась добродушной, хоть и усталой улыбкой.
- Ой, и вы уже здесь! - я неспеша сложила еду у изголовья дроу, в надежде что от запаха тот сможет придти в себя, и приблизилась к старосте, гадая, почему тот продолжает мрачно разглядывать меня сквозь щель и все никак не выбирается наружу. - Хм, тебе там удобно?
Оборотень на миг смутился и отвернулся, что выглядело бы милым, не будь он по плечи измазан в черной грязи. Только сейчас заметила его преображенные ушки, стыдливо отведенные назад. И, уже через пару минут после того, как мне признались что просто не могут пролезть в щель, заметно нами с эльфом расширенную, и после парочки разрушительных заклинаний, оборотень сидел с нами на камне и внимательно смотрел на мою вновь очнувшуюся находку. Только уши были повернуты в сторону леса, показывая что мысленно он не здесь.
С минуты я недоумевала, почему же тут оказался только староста, без группы, но потом с удивлением осознала все благородство их поступка и признательно взглянула на оборотня.
Видно, замтив что я отстала, они, хоть и сами изначально не позволили мне, а точнее незнакомому эльфу, идти в собственных рядах, после, когда я потерялась и нашла выход - о чем они, видно, даже не подозревали - послалали вернуться за мной старосту. И в результате, нашли выход. Забавно... а что, если бы они так и продолжали идти вперед?
Рай перевел взглад на меня и по выражению моих глаз тут же понял, что я раскрыла их план и в объяснених более не нуждаюсь. Солнце почти скрылось, от чего на лес резко стали спускаться тени. Мы оба поняли, что оборотню лучше поторопиться и вернуть адептов, так сказать, на путь истинный, пока не стало слишком поздно. Или же еще чего плохого не случилось.
Оборотень встал, задумчиво оглядел щель, теперь увиличенную до размеров неплохой такой норы и прежде чем скрыться, полуобернулся и тихо сказал:
- Найди траву с красными шипами и синим цветком. Затем приложи к ранам. Может быть тогда этот эльф и выживет. - и, почти скрывшись из виду в черном мраке тунеля: - Будь осторожна!
Я благодарно улыбнулась. Все же, мои знания в медицине этого мира заметно хромали, да и с моей находкой творилось явно что-то непонятное, поэтому указания, хоть м в обычной обрывистой манере волка, вновь вселили в меня надежду. От чего-то чувствовать заботу своих соокурсников было особенно приятно.
Я покачала головой. Все-таки он не настолько уж и бессердечный суровый староста, каким хотел казаться в начале практики, но тут внезапно осенила одна мысль.
- Эй! Стой! - я подбежала к дыре и склонилась, стараясь привлечь внимание уходящего оборотня. Показалось, или шаги и в самом деле остановились? - Скажи всем, что это ты нашел выход. Так будет лучше, поверь мне! И еще, будь осторожен - кто знает, от чего едва не погиб мой эльф!
Последние слова я, хоть и говорила с улыбкой, однако ощутила странный холодок, пробежавшийся по спине и разрушивший очарование момента. Если так подумать, то всю дорогу я старалась гнать страх прочь и не думать, что где-то там внизу может бродить мостр или, что еще хуже, убийца, способый нанести смертельные ранения самой кровожадной расе этого мира. И теперь он где-то там, на едине с моими соокурсниками, которые на деле лишь обычные маги-практики...
В который раз за день я принялась отгонять мрачные мысли, что так и норовили пробраться мне в голову, решая сосредоточить свое внимание на поиске лекарств для больного дроу, что из себя вполне благородное занятие в противовес молчаливому ожиданию.
Да и сидеть рядом с тем, кто едва ли жив - то еще удовольствие.
Тряска и дорога измотали последнего - он был неестественно холодным, почти все время что-то бормотал хриплым голосом, а от ран все сильнее тянуло неприятным запахом гнили. Казалось, смерть уже протянула свои руки в его сторону, еще не зная, что я так просто сдаваться не собираюсь.
Из последних сил - мой магический резерв был почти на исходе, - начертила несколько защитных кругов едва ли не вплотную с фигурой эльфа, все той же черной глиной, за неимением при себе магического мелка, (что спокойно себе лежал в номере трактира) я направилась в лес, который ласково принял меня в свои объятия тьмы и запаха из сухих веток.
Глава 10. Туман чувств.
ВОЛШЕБНЫЙ ЛЕС. Танье двух эльфов.
Ланэ, лениво развалившись на многовековом дубе, что терпеливо сносил нахальство все еще мальчишки (по меркам эльфов), пожевывал скромный обед из красного яблока и любовался заходящим солнцем. Не привычно огромные, для представителей его расы, глаза щурились, возможно в последний раз наблюдая за сменой светил неба над Волшебным Лесом.
И, как и подобает в последних часах пред горьким расстованием образованному эльфу, предавался воспоминаниям, связанными с этим тихи местом, где прошла большая часть его "детства". Это место он, с такой же легкостью, с какой сейчас дожевывал яблоко, мог назвать своим вторым домом.
Солнце уже село, не оставив после себя привычных розово-желтых следов на небе, быстро сменяясь синими и темно-фиолетовыми красками.
На миг, гзала принца из узких щелок, вновь стали превычного размера, являя окружающим его деревьям и филинам их глубокую, почти сапфировую синиву, в отблеске которых виднелось явное недоумение - Ланэ с ужасом осознал, что при первом упоминании этого места, в его голове всплывает отнюдь не наставник, и даже не его родной отец, а, почему-то, треклятая недочеловечка, как он мысленно окрестил странное существо, что они с дядей имели сомнительную честь повстречать пять лет тому назад, по имени Сэм.
Что за проблема для его благородной персоны!
Эльф вновь облокотился на мощную крону дерева и принялся размышлять. Ему не нравилось, что странное существо с того ни с сего стало объектом его внимания и мысли, тем более сейчас, когда он собирался проникнуться духом и красотами вольного леса.
Да, когда он впервые встретил ее несколько лет назад, она в самом деле показалась ему чем-то интересным и он позволил себе чуть больше, чем следовало, в общении с ней, - нехотя признал эльф. Однако теперь ему предстояло вернуться в родной замок, на землях своего отца, императора Светлых, где не место нежным чувствам, пускай лишь дружеским, но к жалкому человеку!...
Но голос в голове, почему-то имеющий дядины интонации, напомнил ему об ошибочности подобных суждений. Такие свойственны светлым эльфам, но никак не лесным, кровь которых так же текла в его жилах.
Что бы сгладить неприятный осадок, после борьбы национальной гордости и вложенном воспитании, Ланэ принялся строил серьезно-надменные лица, стараясь в точности повторить выражения дворцовых советников и мудрейших, в чем особо не преуспел и, как результат, его громоподобный смех, отнюдь не соответствующий описанию прекрасной длинноухой расы, которой он по ошибке принадлежал, согнал удивленных, такой резкой переменой в своем настроении, филинов.
Победило воспитание - Лане нехотя признал, что и среди эльфов встречаются, кхм... далеко не самые порядочные личности, как впрочем, и среди людей попадаются довольно интересные экземпляры.
На самом же деле, истиной причиной было неумение еще как следует держать лицо, но это эльф предпочел опустить.
Старик дуб запоздало затрясься всей своей сутью, уловив игривое настроение принца, но так и не осознав причины. Ланэ дружески похлопал его по ветке - да, дружище, мне будет тебя не хватать во дворце! Как говорил Дина, там водятся только примерные и чепорные, - если такое вообще можно сказать о фауне, - подстриженные, согласно последней моде, деревья.
Мысли его вновь вернулись к "недочеловечке". Эльф хныкнул, однако старался оставаться серьезным.
Нет, если так посудить - осторожно думал он, наблюдая за тем, как уже серебристый лунный свет, уверенно проникает сквозь густую листву, - то он может не опасаться встречи с Сэм еще лет пятнадцать, после которых и завершится его "детство", и появится риск навсегда запечатлеть ее в своем сердце, и уже далеко не как друга. А вот мысли все еще опасны - их лучше не допускать, что бы потом во что-то большее не вылилось.
Эльф прекрасно помнил, для чего он, второй сын великого императора, выбрал местом своего обучения танью дяди, в глухомани лесов.
Вернее, правельнее будет сказать, не выбрал - тут даже выбора не было, его просто сослали сразу же после начала войны с лесными эльфами, - однако и эту деталь он предпочитал опускать. Хотя наставник, за это, хорошенько бы его отругал...
Ланэ едва слышно вздохнул.
Да, не вериться что через несколько часов он больше никогда не увидит лица того, кто растил его подобно родному сыну...
И, пока мысли неспешно текли в подобном направлении, что его несказанно радовало, ибо отвлекало от мыслей об одной такой человечке, дуб под ним стал приходить в движение. Ланэ не помнил, что бы давал какие-либо указания и предусмотрительно насторожился. Как оказалось в последствии, - не зря.
