И я снова осталась одна.
Правда, ненадолго. Ближе к вечеру меня посетил Джек. Он обычно появлялся в поместье утром или днем, решал все вопросы и отправлялся на работу. И потому, когда за час до ужина служанка сообщила, что управляющий просит о встрече, я удивилась. Что могло произойти в нашем захолустье, из-за чего Джек решил меня побеспокоить?
Ладно, я встала из кресла и в чем была, в темно-синем домашнем платье, в котором только слугам указания и давать, направилась вниз, общаться с Джеком.
Он стоял в холле вместе с тремя женщинами средних лет, «рабоче-крестьянской внешности», как сказали бы на Земле.
- Добрый вечер, найра, - поклонился он. Женщины последовали его примеру. – Вот, работниц вам привел. Говорят, что умеют все: и цветы сажать, и одежду шить.
Я изумленно моргнула. Ну, допустим, я спрашивала не только у слуг, но и у Джека тоже, где бы найти рукастых и исполнительных работниц. Но меньше всего я ожидала, что он приведет кого-то в поместье сегодня, да еще и почти ночью. И ведь не спрашивал, собираюсь ли я кого-то из трех женщин нанимать, сразу в известность ставил, мол, я привел, забирайте, найра.
Все эти мысли пронеслись в моей голове буквально за несколько секунд. Затем я кивнула, решив разобраться с Джеком позже. Вот приму женщин на работу, отправлю их к слугам, и можно будет уточнить, что за цирк устроил мой управляющий. Пока же я произнесла:
- Платить буду по три серебрушки в месяц на каждую. Плюс кров и стол. Питаться можете три раза в день. Чай и хлеб к нему в неограниченном количестве. Если согласны, идите на кухню. Повариха вас накормит. Завтра приму вашу клятву.
- Согласны, найра, - ответила за всех одна из женщин, шатенка с синими глазами. Как и остальные, она была одета в платье из грубой и теплой ткани, простого кроя, без украшений.
- Отлично, - кивнула я. – Тогда вон по тому коридору прямо.
Когда будущие служанки ушли, я вопросительно посмотрела на Джека.
- Вы ж прислугу искали, найра, - развел он руками.
Мол, я тут совсем не при делах. Вы попросили, я нашел вам людей.
- Искала, - согласилась я. – Но привел ты их почему-то под вечер. Как будто до утра подождать не мог. Итак?..
«И вот откуда ты такая умная выискалась?» прочитала я во взгляде Джека и мысленно хмыкнула. Оттуда, милый, оттуда. С Земли. С работы, на которой без мозгов долго не задерживаются. И чувствую, что неспроста ты привел этих женщин именно сегодня. Что-то определенно случилось. Так что я хочу точно знать, в чем дело.
- Два дома в ближней деревне сгорели, найра, - сдался Джек. – Эти крестьянки без родни живут. К чужим людям батрачками идти не хотели. Пришли ко мне, помощи попросили.
- Не хотели идти батрачками к чужим людям, но пошли ко мне служанками? – вопросительно заломила я бровь.
Вообще, странная ситуация складывалась. Ближайшая деревня считалась самой богатой. Крестьяне в большинстве своем жили там обеспеченные. Дома ставили если и деревянные, то с амулетами от пожара. А тот, кто побогаче, из камня дом складывал. И тоже с амулетом. Так что просто так там дома полыхать недолжны были. Это не бедняки какие, как в самой дальней деревне, где две-три семьи в складчину строили сруб и там вместе жили. Ну и хозяйство общее вели, переругиваясь из-за лишней ложки. Нет, здесь, поближе, не тот народ обитал. А потому я не могла уловить логики в словах Джека.
- Так с соседями они не ладят, их там пришлыми и заносчивыми считают, - пояснил Джек. – Они всего пяток лет в деревне живут, особо ни с кем не общаются. Потому и работу им дали бы самую тяжелую, чтобы унизить сильнее.
Боги, какая дикость. Пещерный век. Впрочем, мне, похоже, надо сказать «спасибо» местным крестьянам за лишние рабочие руки. Может, я наконец-то швей себе нашла. Пусть и не платьями, но домашней одеждой буду обеспечена.
- Узнай, почему сгорели дома. Если явный поджог, доложи мне. Я найду, как наказать виновных. Ты не самовольничай, - приказала я.
Джек поклонился.
- Да, найра.
Он ушел, я самолично закрыла за ним дверь и задумчиво побарабанила пальцами по полотну. Завтра первым делом надо будет принять клятву верности у своих новых работниц. И найти в остатках денег средства для зарплаты. Заодно узнать у Лирии, успела ли она нанять тех девушек с дефектами. Если нет, то и не надо уже. Обойдусь этими тремя. Если да, то снова надо будет раскошеливаться. А денег не так уж и много осталось. И поди пойми, где их брать в нашей провинции.
Я сдержала тяжелый вздох. Не так уж и легко быть помещицей, когда нет средств…
Вернувшись наверх, к себе, я вызвала Лирию, свою экономку. Разговаривали мы в гостиной возле моей спальни. Именно там я отдавала приказы, связанные с домашним хозяйством.
- Новеньких накормить, выделить им пустующие комнаты, снабдить формой и постельным бельем, - приказала я. – Надеюсь, у нас есть и то, и другое?
Лирия кивнула.
- Старое постельное я найду, найра. Форма, да, есть. Выделю им последнюю комнату для слуг, одну на троих.
- Тех девушек, которых никто брать замуж не хочет, ты наняла?
Еще один кивок.
- Приставила их помощницами к поварихе. Тоже будут спать вдвоем в одной комнате. Но больше комнат для прислуги нет, найра.
Хороший такой намек слуг в поместье не нанимать. Селить же их негде.
- Вообще нет? – уточнила я. – У нас же мало прислуги для такого дома.
Лирия вздохнула.
- Есть несколько заколоченных, найра. Но как я поняла, там нет мебели, затхлый воздух, и окна снаружи заложены.
Какая прелесть. И кто тут такой экономный попался – окна в комнатах для слуг заделывал и двери заколачивал?
- Ладно, - решила я. – Раз мебели нет, то и смысла нет возиться с окнами в тех комнатах. Все равно спать не на чем. Значит, пока поживу с тем штатом, который есть. Спроси новеньких, всех пятерых, умеют ли они читать. Если да, выдай им слова клятвы. Нет – будут повторять за мной завтра. Все пятеро клятву принесут. На сегодня все. Свободна.
Лирия поклонилась и ушла.
Я направилась в спальню, вызвала служанку, стала готовиться к ночи.
Сменив платье на ночную рубашку, я нырнула под одеяло, укрылась с головой. Сон не шел. Я лежала и думать, где взять средства на все, что было мной запланировано. Да что там запланировано. Скоро и слугам платить будет не с чего. И если зима еще удержит их под этой крышей, то весной они точно сбегут от нерадивой хозяйки. Точно так же, как сбегут крестьяне. Первые – в деревни, вторые – в город, на заработки.
За тяжелыми мыслями я и уснула. Снилась мне череда служанок, старавшихся выбить из нищей меня свои кровные серебрушки. Мне пытались устроить темную, загоняли в капкан, гнались за мной, как гончие за зайцем.
Проснулась я хмурая, раздраженная и недовольная своей новой жизнью.
Утро началось с принятия клятвы, как я и планировала. Хотя бы здесь проблем не наблюдалось. Пять служанок, две молоденьких, с физическими дефектами, и три средних лет, полностью здоровые, косясь друг на друга, встали передо мной в ряд в одной из гостиной.
Оказалось, что читать не умеет ни одна из них. А потому я произносила строчки из клятвы, женщины эти строчки послушно повторяли. По окончании у всех пятерых оказались на запястьях небольшие темно-синие колокольчики – знаки магической клятвы. Как только служанки уйдут навсегда из поместья, связь разорвется, цветы исчезнут. Пока же новая пятерка должна была служить мне верой и правдой. И их клятва защищала меня от подлости и воровства с их стороны.
- Мы, простые крестьянки, с глубокой почтением и верностью, торжественно клянемся стоять на страже дел нашей хозяйки. Великодушная и мудрая, вы являетесь непревзойденной надеждой нашего счастья и благополучия. Ваше благородное сердце и величественная душа заставляют нас полностью отдаться вашему служению. Мы принимаем на себя обязательство служить вам со всем нашим умением и силой. Мы будем трудиться на полях ради обилия урожая, чтобы гарантировать достаток и процветание вашего государства. Мы готовы придерживаться ваших указаний и наставлений, выполнять обязанности, предоставленные нам во имя вашей высокой власти. Мы клянемся всегда сохранять ваше доброе имя. Независимо от трудностей, с которыми мы можем столкнуться, мы остаемся преданными вам. Мы будем верными во всех испытаниях, поддерживая вас во время войны и долгих ночей, во время бурь и голодных лет. Наше самое главное достояние – наша преданность вам и вашему благородному роду. Сейчас и навсегда, мы клянемся в верности вам, нашей хозяйке.
Покончив с клятвой, я отпустила двух молодых назад, на кухню, на работу. Теперь, с их появлением, помогавшая поварихе служанка начала заниматься уборкой комнат на первом и втором этажах. А вот оставшиеся три новеньких были нужны мне пока что не в качестве уборщиц. Нет, для них у меня была подготовлена совсем другая работа.
Благодаря клятве я уже знала, что троицу зовут Арисса, Лира и Нарина.
Обычные, ничем не запоминающиеся имена для этой местности. Да и сами женщины были не особо запоминающимися. Шатенка и две брюнетки, они могли быть дочерьми или женами как крестьян, так и мелких купцов, проживавших в небольших городках, там, где население не смотрит на происхождение невест. Главное, чтобы за девушку приданное хорошее давали. Эти же женщины, думаю, были вдовами. И, скорее всего, переселились в деревню не от хорошей жизни. Впрочем, меня мало волновали их судьбы. А вот умения…
- Мне сказали, вы умеете шить.
- Не только шить, найра, - ответила за всех, как и вчера вечером, шатенка Арисса, - но и вязать, и вышивать. Лира может бусинами наряды украшать.
Отлично. Я приобрела ценные кадры для этой глуши. Надо будет Джеку спасибо сказать. Когда найду средства для оплаты их услуг, конечно.
- Еще лучше, - кивнула я. – Тогда у меня для вас есть очень много работы. Но для этого нам всем нужно подняться на второй этаж. Все вещи хранятся там.
Когда я только вступила, так сказать, в права наследования, мы с Джеком перебирали доставшиеся мне вещи, сравнивали их с описью того, что оставил предыдущий хозяин. Сошлось практически все. И среди этих вещей было несколько распоротых платьев, в том числе и домашних, и два рулона теплой ткани, из которой можно было пошить как пижамы, так и покрывала.
Вот как раз перешивом старой одежды и пошивом новой я и хотела озадачить теперешних служанок.
Всю ненужную одежду, ну и заодно рулоны ткани, я собрала в одной комнате. На втором этаже, в отличие от первого, топили лучше. А потому я могла не бояться, что вещи испортятся и отсыреют.
Мы вчетвером провели в комнате больше часа – рассматривали наряды, как женские, так и мужские, решали, чем заняться в первую очередь, думали, где достать необходимую для переделки фурнитуру, снимали с меня мерки. Многие собранные вещи уже устарели и не соответствовали современным модным тенденциям. Однако некоторые из них могли быть переделаны или использованы для создания новых образов. В общем, я берегла каждую кофточку, каждую юбку. Слишком скудным был мой нынешний гардероб.
Закончив с разбором вещей, я оставила служанок в комнате, а сама отправилась к себе – немного отдохнуть.
За окном снова шел холодный осенний дождь. Я уселась в кресло у камина, вызвала служанку и приказала принести чай с печеньем. Пока ждала, наблюдала за огнем, за пляшущими на дровах язычками пламени. Ну и думала заодно, все о том же – как обустроить поместье, где найти средства на все свои задумки. Пока из всех возможных вариантов в голову приходило только удачное замужество. Я хмыкнула про себя. Прямо как в земном анекдоте: «Спросили одного миллиардера: — "Скажите, пожалуйста, а как вы заработали свои деньги? Он говорит: — „Ну как? Очень просто. Я купил яблоко за доллар, помыл, продал за два доллара. Потом купил два яблока, помыл, продал их за четыре. А потом умерла тётя и оставила мне миллион“».
Вот так и здесь. Никаких идей насчет заработка или поиска клада в голове нет. Только привычный сценарий для любой женщины: удачно выйти замуж. Но именно туда мне и не хотелось. Я слишком ценила свою свободу, особенно в этом мире.
- Чтоб вас всех, - ругнулась я негромко.
Служанка, собиравшая к чаю, покосилась на меня и промолчала. И правильно. Мало ли, что там хозяйке в голову взбредет. Не нужно на все реагировать.
Дождавшись, пока на столике у камина появятся и чай, и печенье, и даже кусок яблочного пирога, я принялась чаевничать. Дождь за окном напоминал о скорых холодах, морозе и снеге. И это не улучшало моего настроения.
Ночью ударили первые заморозки. На неделю-полторы раньше ожидаемого. Утром я проснулась, дрожа от холода, под одеялом. Камин прогорел, теплу было неоткуда браться. На окнах расцвели бутоны из инея. Вывод был неутешительным: пора перестать жалеть дрова на растопку. Ну и надо шить что-нибудь потеплее легкой пижамы. Иначе в морозы можно и околеть.
С тоской посмотрев на холодный пол и колокольчик для вызова слуг на столике поодаль, я все же вылезла из-под одеяла. Воздух оказался очень, очень холодным. А пол – ледяным, даже сквозь домашние тапки!
Пока прибежала служанка, пока согрелась вода в чане… В горячую воду я залезла, чихая. Здравствуй, дорогая простуда, давно не виделись.
Сидела я в том чане минут десять, наверное, пока вода совсем не остыла. И вроде успела погреться, и вытерлась насухо полотенцем, и даже в теплый халат закуталась. А все равно вышла в спальню, шмыгая носом.
Отлично. Еще простыть мне не хватало для полного счастья. Медицина тут, по сравнению с Землей, на уровне «бабки-травницы», аристократия лечит малейший чих магией. У меня мага нет. В общем, хорошо, если просто отделаюсь чиханием.
Пока я грелась в чане, служанка успела и камин растопить, и принести мне горячий чай, настоянный на травах, с добавлением корня имбиря. Вкус, конечно, оказался специфичным. Я к такому не привыкла. Но перспектива заболеть страшила довольно сильно. Так что я сидела в том самом теплом халате, пила большими глотками чай, закусывала его овсяным печеньем и грелась у разожженного камина.
Позавтракала я намного позже обычного. И когда внезапно служанка сообщила, что по мою душу явился Джек, я успела только-только переодеться в относительно теплое домашнее платье в темно-коричневую клетку.
- Сейчас спущусь, - кивнула я.
Служанка сбежала.
Я посмотрела на себя в зеркало, убедилась, что выгляжу относительно цивилизованно, и направилась вон из комнаты, гадая, что же понадобилось моему управляющему. Что-то очень серьезное могло выгнать его из дома в такую погоду. Совсем недавно ж виделись. Значит, о еженедельных новостях и речи не идет.
Оставалось надеяться, что ничего дурного в поместье и деревнях не произошло.
Джек стоял в холле в добротном черном пальто. Такие наряды у управляющих обычно не водятся. Там что-то попроще в шкафу висит. Если б не магическая клятва, я заподозрила бы, что меня бессовестно обкрадывают. А так… Так лишь отметила эту странность и отложила выяснение отношений на потом.
- Доброе утро, найра, - поклонился Джек.
- Доброе утро, - кивнула я. – Что опять произошло?
- Крестьяне в ближней деревне озимые сеяли. В земле на поле камень нашли. Шершавый такой, с надписью непонятной. На нем магическая защита – не дает ни сдвинуть его никуда, ни с места поднять, ни просто приблизиться к нему. Вы бы съездили, посмотрели, как хозяйка.
Правда, ненадолго. Ближе к вечеру меня посетил Джек. Он обычно появлялся в поместье утром или днем, решал все вопросы и отправлялся на работу. И потому, когда за час до ужина служанка сообщила, что управляющий просит о встрече, я удивилась. Что могло произойти в нашем захолустье, из-за чего Джек решил меня побеспокоить?
Ладно, я встала из кресла и в чем была, в темно-синем домашнем платье, в котором только слугам указания и давать, направилась вниз, общаться с Джеком.
Он стоял в холле вместе с тремя женщинами средних лет, «рабоче-крестьянской внешности», как сказали бы на Земле.
- Добрый вечер, найра, - поклонился он. Женщины последовали его примеру. – Вот, работниц вам привел. Говорят, что умеют все: и цветы сажать, и одежду шить.
Я изумленно моргнула. Ну, допустим, я спрашивала не только у слуг, но и у Джека тоже, где бы найти рукастых и исполнительных работниц. Но меньше всего я ожидала, что он приведет кого-то в поместье сегодня, да еще и почти ночью. И ведь не спрашивал, собираюсь ли я кого-то из трех женщин нанимать, сразу в известность ставил, мол, я привел, забирайте, найра.
Все эти мысли пронеслись в моей голове буквально за несколько секунд. Затем я кивнула, решив разобраться с Джеком позже. Вот приму женщин на работу, отправлю их к слугам, и можно будет уточнить, что за цирк устроил мой управляющий. Пока же я произнесла:
- Платить буду по три серебрушки в месяц на каждую. Плюс кров и стол. Питаться можете три раза в день. Чай и хлеб к нему в неограниченном количестве. Если согласны, идите на кухню. Повариха вас накормит. Завтра приму вашу клятву.
- Согласны, найра, - ответила за всех одна из женщин, шатенка с синими глазами. Как и остальные, она была одета в платье из грубой и теплой ткани, простого кроя, без украшений.
- Отлично, - кивнула я. – Тогда вон по тому коридору прямо.
Когда будущие служанки ушли, я вопросительно посмотрела на Джека.
- Вы ж прислугу искали, найра, - развел он руками.
Мол, я тут совсем не при делах. Вы попросили, я нашел вам людей.
- Искала, - согласилась я. – Но привел ты их почему-то под вечер. Как будто до утра подождать не мог. Итак?..
Глава 19
«И вот откуда ты такая умная выискалась?» прочитала я во взгляде Джека и мысленно хмыкнула. Оттуда, милый, оттуда. С Земли. С работы, на которой без мозгов долго не задерживаются. И чувствую, что неспроста ты привел этих женщин именно сегодня. Что-то определенно случилось. Так что я хочу точно знать, в чем дело.
- Два дома в ближней деревне сгорели, найра, - сдался Джек. – Эти крестьянки без родни живут. К чужим людям батрачками идти не хотели. Пришли ко мне, помощи попросили.
- Не хотели идти батрачками к чужим людям, но пошли ко мне служанками? – вопросительно заломила я бровь.
Вообще, странная ситуация складывалась. Ближайшая деревня считалась самой богатой. Крестьяне в большинстве своем жили там обеспеченные. Дома ставили если и деревянные, то с амулетами от пожара. А тот, кто побогаче, из камня дом складывал. И тоже с амулетом. Так что просто так там дома полыхать недолжны были. Это не бедняки какие, как в самой дальней деревне, где две-три семьи в складчину строили сруб и там вместе жили. Ну и хозяйство общее вели, переругиваясь из-за лишней ложки. Нет, здесь, поближе, не тот народ обитал. А потому я не могла уловить логики в словах Джека.
- Так с соседями они не ладят, их там пришлыми и заносчивыми считают, - пояснил Джек. – Они всего пяток лет в деревне живут, особо ни с кем не общаются. Потому и работу им дали бы самую тяжелую, чтобы унизить сильнее.
Боги, какая дикость. Пещерный век. Впрочем, мне, похоже, надо сказать «спасибо» местным крестьянам за лишние рабочие руки. Может, я наконец-то швей себе нашла. Пусть и не платьями, но домашней одеждой буду обеспечена.
- Узнай, почему сгорели дома. Если явный поджог, доложи мне. Я найду, как наказать виновных. Ты не самовольничай, - приказала я.
Джек поклонился.
- Да, найра.
Он ушел, я самолично закрыла за ним дверь и задумчиво побарабанила пальцами по полотну. Завтра первым делом надо будет принять клятву верности у своих новых работниц. И найти в остатках денег средства для зарплаты. Заодно узнать у Лирии, успела ли она нанять тех девушек с дефектами. Если нет, то и не надо уже. Обойдусь этими тремя. Если да, то снова надо будет раскошеливаться. А денег не так уж и много осталось. И поди пойми, где их брать в нашей провинции.
Я сдержала тяжелый вздох. Не так уж и легко быть помещицей, когда нет средств…
Вернувшись наверх, к себе, я вызвала Лирию, свою экономку. Разговаривали мы в гостиной возле моей спальни. Именно там я отдавала приказы, связанные с домашним хозяйством.
- Новеньких накормить, выделить им пустующие комнаты, снабдить формой и постельным бельем, - приказала я. – Надеюсь, у нас есть и то, и другое?
Лирия кивнула.
- Старое постельное я найду, найра. Форма, да, есть. Выделю им последнюю комнату для слуг, одну на троих.
- Тех девушек, которых никто брать замуж не хочет, ты наняла?
Еще один кивок.
- Приставила их помощницами к поварихе. Тоже будут спать вдвоем в одной комнате. Но больше комнат для прислуги нет, найра.
Хороший такой намек слуг в поместье не нанимать. Селить же их негде.
- Вообще нет? – уточнила я. – У нас же мало прислуги для такого дома.
Лирия вздохнула.
- Есть несколько заколоченных, найра. Но как я поняла, там нет мебели, затхлый воздух, и окна снаружи заложены.
Какая прелесть. И кто тут такой экономный попался – окна в комнатах для слуг заделывал и двери заколачивал?
- Ладно, - решила я. – Раз мебели нет, то и смысла нет возиться с окнами в тех комнатах. Все равно спать не на чем. Значит, пока поживу с тем штатом, который есть. Спроси новеньких, всех пятерых, умеют ли они читать. Если да, выдай им слова клятвы. Нет – будут повторять за мной завтра. Все пятеро клятву принесут. На сегодня все. Свободна.
Лирия поклонилась и ушла.
Я направилась в спальню, вызвала служанку, стала готовиться к ночи.
Сменив платье на ночную рубашку, я нырнула под одеяло, укрылась с головой. Сон не шел. Я лежала и думать, где взять средства на все, что было мной запланировано. Да что там запланировано. Скоро и слугам платить будет не с чего. И если зима еще удержит их под этой крышей, то весной они точно сбегут от нерадивой хозяйки. Точно так же, как сбегут крестьяне. Первые – в деревни, вторые – в город, на заработки.
За тяжелыми мыслями я и уснула. Снилась мне череда служанок, старавшихся выбить из нищей меня свои кровные серебрушки. Мне пытались устроить темную, загоняли в капкан, гнались за мной, как гончие за зайцем.
Проснулась я хмурая, раздраженная и недовольная своей новой жизнью.
Глава 20
Утро началось с принятия клятвы, как я и планировала. Хотя бы здесь проблем не наблюдалось. Пять служанок, две молоденьких, с физическими дефектами, и три средних лет, полностью здоровые, косясь друг на друга, встали передо мной в ряд в одной из гостиной.
Оказалось, что читать не умеет ни одна из них. А потому я произносила строчки из клятвы, женщины эти строчки послушно повторяли. По окончании у всех пятерых оказались на запястьях небольшие темно-синие колокольчики – знаки магической клятвы. Как только служанки уйдут навсегда из поместья, связь разорвется, цветы исчезнут. Пока же новая пятерка должна была служить мне верой и правдой. И их клятва защищала меня от подлости и воровства с их стороны.
- Мы, простые крестьянки, с глубокой почтением и верностью, торжественно клянемся стоять на страже дел нашей хозяйки. Великодушная и мудрая, вы являетесь непревзойденной надеждой нашего счастья и благополучия. Ваше благородное сердце и величественная душа заставляют нас полностью отдаться вашему служению. Мы принимаем на себя обязательство служить вам со всем нашим умением и силой. Мы будем трудиться на полях ради обилия урожая, чтобы гарантировать достаток и процветание вашего государства. Мы готовы придерживаться ваших указаний и наставлений, выполнять обязанности, предоставленные нам во имя вашей высокой власти. Мы клянемся всегда сохранять ваше доброе имя. Независимо от трудностей, с которыми мы можем столкнуться, мы остаемся преданными вам. Мы будем верными во всех испытаниях, поддерживая вас во время войны и долгих ночей, во время бурь и голодных лет. Наше самое главное достояние – наша преданность вам и вашему благородному роду. Сейчас и навсегда, мы клянемся в верности вам, нашей хозяйке.
Покончив с клятвой, я отпустила двух молодых назад, на кухню, на работу. Теперь, с их появлением, помогавшая поварихе служанка начала заниматься уборкой комнат на первом и втором этажах. А вот оставшиеся три новеньких были нужны мне пока что не в качестве уборщиц. Нет, для них у меня была подготовлена совсем другая работа.
Благодаря клятве я уже знала, что троицу зовут Арисса, Лира и Нарина.
Обычные, ничем не запоминающиеся имена для этой местности. Да и сами женщины были не особо запоминающимися. Шатенка и две брюнетки, они могли быть дочерьми или женами как крестьян, так и мелких купцов, проживавших в небольших городках, там, где население не смотрит на происхождение невест. Главное, чтобы за девушку приданное хорошее давали. Эти же женщины, думаю, были вдовами. И, скорее всего, переселились в деревню не от хорошей жизни. Впрочем, меня мало волновали их судьбы. А вот умения…
- Мне сказали, вы умеете шить.
- Не только шить, найра, - ответила за всех, как и вчера вечером, шатенка Арисса, - но и вязать, и вышивать. Лира может бусинами наряды украшать.
Отлично. Я приобрела ценные кадры для этой глуши. Надо будет Джеку спасибо сказать. Когда найду средства для оплаты их услуг, конечно.
- Еще лучше, - кивнула я. – Тогда у меня для вас есть очень много работы. Но для этого нам всем нужно подняться на второй этаж. Все вещи хранятся там.
Когда я только вступила, так сказать, в права наследования, мы с Джеком перебирали доставшиеся мне вещи, сравнивали их с описью того, что оставил предыдущий хозяин. Сошлось практически все. И среди этих вещей было несколько распоротых платьев, в том числе и домашних, и два рулона теплой ткани, из которой можно было пошить как пижамы, так и покрывала.
Вот как раз перешивом старой одежды и пошивом новой я и хотела озадачить теперешних служанок.
Всю ненужную одежду, ну и заодно рулоны ткани, я собрала в одной комнате. На втором этаже, в отличие от первого, топили лучше. А потому я могла не бояться, что вещи испортятся и отсыреют.
Мы вчетвером провели в комнате больше часа – рассматривали наряды, как женские, так и мужские, решали, чем заняться в первую очередь, думали, где достать необходимую для переделки фурнитуру, снимали с меня мерки. Многие собранные вещи уже устарели и не соответствовали современным модным тенденциям. Однако некоторые из них могли быть переделаны или использованы для создания новых образов. В общем, я берегла каждую кофточку, каждую юбку. Слишком скудным был мой нынешний гардероб.
Закончив с разбором вещей, я оставила служанок в комнате, а сама отправилась к себе – немного отдохнуть.
За окном снова шел холодный осенний дождь. Я уселась в кресло у камина, вызвала служанку и приказала принести чай с печеньем. Пока ждала, наблюдала за огнем, за пляшущими на дровах язычками пламени. Ну и думала заодно, все о том же – как обустроить поместье, где найти средства на все свои задумки. Пока из всех возможных вариантов в голову приходило только удачное замужество. Я хмыкнула про себя. Прямо как в земном анекдоте: «Спросили одного миллиардера: — "Скажите, пожалуйста, а как вы заработали свои деньги? Он говорит: — „Ну как? Очень просто. Я купил яблоко за доллар, помыл, продал за два доллара. Потом купил два яблока, помыл, продал их за четыре. А потом умерла тётя и оставила мне миллион“».
Вот так и здесь. Никаких идей насчет заработка или поиска клада в голове нет. Только привычный сценарий для любой женщины: удачно выйти замуж. Но именно туда мне и не хотелось. Я слишком ценила свою свободу, особенно в этом мире.
- Чтоб вас всех, - ругнулась я негромко.
Служанка, собиравшая к чаю, покосилась на меня и промолчала. И правильно. Мало ли, что там хозяйке в голову взбредет. Не нужно на все реагировать.
Дождавшись, пока на столике у камина появятся и чай, и печенье, и даже кусок яблочного пирога, я принялась чаевничать. Дождь за окном напоминал о скорых холодах, морозе и снеге. И это не улучшало моего настроения.
Глава 21
Ночью ударили первые заморозки. На неделю-полторы раньше ожидаемого. Утром я проснулась, дрожа от холода, под одеялом. Камин прогорел, теплу было неоткуда браться. На окнах расцвели бутоны из инея. Вывод был неутешительным: пора перестать жалеть дрова на растопку. Ну и надо шить что-нибудь потеплее легкой пижамы. Иначе в морозы можно и околеть.
С тоской посмотрев на холодный пол и колокольчик для вызова слуг на столике поодаль, я все же вылезла из-под одеяла. Воздух оказался очень, очень холодным. А пол – ледяным, даже сквозь домашние тапки!
Пока прибежала служанка, пока согрелась вода в чане… В горячую воду я залезла, чихая. Здравствуй, дорогая простуда, давно не виделись.
Сидела я в том чане минут десять, наверное, пока вода совсем не остыла. И вроде успела погреться, и вытерлась насухо полотенцем, и даже в теплый халат закуталась. А все равно вышла в спальню, шмыгая носом.
Отлично. Еще простыть мне не хватало для полного счастья. Медицина тут, по сравнению с Землей, на уровне «бабки-травницы», аристократия лечит малейший чих магией. У меня мага нет. В общем, хорошо, если просто отделаюсь чиханием.
Пока я грелась в чане, служанка успела и камин растопить, и принести мне горячий чай, настоянный на травах, с добавлением корня имбиря. Вкус, конечно, оказался специфичным. Я к такому не привыкла. Но перспектива заболеть страшила довольно сильно. Так что я сидела в том самом теплом халате, пила большими глотками чай, закусывала его овсяным печеньем и грелась у разожженного камина.
Позавтракала я намного позже обычного. И когда внезапно служанка сообщила, что по мою душу явился Джек, я успела только-только переодеться в относительно теплое домашнее платье в темно-коричневую клетку.
- Сейчас спущусь, - кивнула я.
Служанка сбежала.
Я посмотрела на себя в зеркало, убедилась, что выгляжу относительно цивилизованно, и направилась вон из комнаты, гадая, что же понадобилось моему управляющему. Что-то очень серьезное могло выгнать его из дома в такую погоду. Совсем недавно ж виделись. Значит, о еженедельных новостях и речи не идет.
Оставалось надеяться, что ничего дурного в поместье и деревнях не произошло.
Джек стоял в холле в добротном черном пальто. Такие наряды у управляющих обычно не водятся. Там что-то попроще в шкафу висит. Если б не магическая клятва, я заподозрила бы, что меня бессовестно обкрадывают. А так… Так лишь отметила эту странность и отложила выяснение отношений на потом.
- Доброе утро, найра, - поклонился Джек.
- Доброе утро, - кивнула я. – Что опять произошло?
- Крестьяне в ближней деревне озимые сеяли. В земле на поле камень нашли. Шершавый такой, с надписью непонятной. На нем магическая защита – не дает ни сдвинуть его никуда, ни с места поднять, ни просто приблизиться к нему. Вы бы съездили, посмотрели, как хозяйка.
