- Даже не сомневаюсь, - кивнул Леонид. – Итак?
- Мне нужно сырье для моих «поделок». Плюс… Я продаю их через мастериц.
Леонид задумался на несколько секунд, потом покачал головой:
- Я снова допустил ошибку, как и в деле со служанкой. Не принял в расчет жительниц города. Забыл, из какого ты мира. Местная аристократия не стала бы связываться с простолюдинами. Ты, скорей всего, даже не подумала о социальной пропасти, которая вас разделяет.
Конечно, не подумала. Я же сама простолюдинка, удачно выскочившая замуж в другом мире. Я, считай, с равными себе общалась.
- И что теперь? Ты узнал правду. И?.. – пытливо взглянула я в глаза Леонида.
- Я так понимаю, ты уже настроилась на торговлю, - он устало покачал головой. – Принцесса пытается заработать на жизнь собственным рукоделием. Звучит как анекдот. – И сразу же, без перехода. – Через три дня я соберу на обед местную аристократию. Сможешь покрасоваться перед ними.
Я намек поняла и с радостным визгом повисла у Леонида на шее. В ответ – вздох.
- Надеюсь, это будет самым большим твоим безумством.
Спасибо, ненаглядный супруг, приласкал. И вовсе я не занимаюсь безумствами! Наоборот, стараюсь занять себя, чтобы всякой дурости не совершить! Но уж дал добро, и то хорошо. Теперь у меня была определенная цель: создать бижутерию нужного качества, такую, чтобы не стыдно было показаться в ней перед окрестными аристократками. Они, конечно, в любом случае похвалят. Все же принцесса, не девка из подворотни. Но постараться все же следовало.
- Надеюсь, до запланированного обеда я смогу видеть тебя не только по ночам, - на этот раз в голосе Леонида звучала насмешка.
- Я не собираюсь там селиться, - честно ответила я и получила скептический взгляд. Ясно, моим словам веры нет.
Тщательный осмотр сырья и наполовину готовой продукции показал, что до обеда я могу создать гарнитур из яркой, хоть и не особо дорогой фурнитуры. Леска, проволока, бусины, поделочные камни – все пошло в ход. Я запланировала сделать тиару, кольца и серьги. Можно было бы попробовать создать колье и браслеты, но надевать их на себя было некуда – подарок богини упорно не желал сниматься.
Главным вопросом являлся цвет. Голубой, синий или розовый? Какой из них может привлечь народ? Ведь я надеялась, что вслед за аристократками мои изделия станут скупать дочери торговцев и крупных ремесленников. А значит, нужно было не прогадать с цветом и формой.
В итоге я остановилась на нежно-голубом, оттенке прозрачной волны. Двое суток я показывалась в спальне только по ночам, выслушивала от Леонида все, что он думал по поводу моей безмозглости и своего опрометчивого решения, и засыпала. На третьи вышла из мастерской уже к обеду, довольная, практически счастливая. Тиара и серьги были готовы. Осталось доделать два кольца, и можно будет красоваться перед всем честным народом.
- У тебя такой вид, будто ты узнала о внезапном наследстве, - улыбнулся Леонид, когда я вышла к столу.
- Почти. Я закончила большую часть. Осталось доделать совсем немного.
- Давно я не видел, чтобы кто-то был так увлечен своим делом, - Леонид кивнул на тарелку передо мной. – Ешь, и пойдем прогуляемся. Сегодня отличная погода. А ты еще ни разу не появлялась за стенами замка.
Меня зовут на свидание? Собственный муж? Кто или что сдохло в этих дебрях? И почему именно сейчас, когда до обеда осталось не так уж много времени?
- Настя, не смотри с таким подозрением. Я не лелею никаких ужасных планов. Или я не могу выйти погулять с собственной женой?
- Ты? – уточнила я, разделываясь с кашей и тушеными овощами. – Ты, похоже, вообще никуда не выходишь. Этакий затворник.
- Вот и поговорим об этом, пока будем гулять, - кивнул Леонид, возвращаясь к отбивной у себя на тарелке.
Ладно, как скажете. Доделаю кольца вечером или завтра утром.
Погода на улице радовала теплом и солнечными лучами, освещавшими все вокруг в золотистый цвет. Что-то вроде поздней осени, хотя времена года в этом мире были выражены нечетко.
Мы с Леонидом вышли в легких плащах, накинутых на повседневную одежду, и полуботинках. Я слабо понимала, что именно от меня хочет мой муж, но вопросов не задавала, решив, что он сам расскажет все, когда придет время.
Время пришло, едва мы миновали массивные железные ворота, установленные на подъезде к замку, и направились по усыпанной гравием дорожке к желтевшему неподалеку еще не скошенной травой лугу.
- Ты помнишь, что я – нестабильный оборотень? – спросил внезапно Леонид.
Конечно, помню. Очень симпатичная киса, пусть и немного агрессивная. Но вслух я этих слов не произнесла, лишь кивнула.
- Нестабильным оборотням брак нужен не только ради появления наследников, - сообщил Леонид, глядя перед собой. – Семейная жизнь помогает закрепить сущность человека в теле оборотня. Обычно на природе у нестабильных оборотней звериная натура берет контроль над телом. Поэтому снаружи, на улице, я стараюсь показываться крайне редко. Мне сложно контролировать свою звериную сущность. В замке есть особые защитные амулеты, дающие мне возможность побеждать зверя и удерживать контроль над телом. При духовной близости со второй половинкой защитные амулеты практически не нужны, и зверь проявляется все реже. Ты стала для меня этаким якорем, помогающим уравновесить обе сущности. Я заметил, что рядом с тобой меня не тянет оборачиваться зверем.
Ох, ничего ж себе откровения. То есть в замке Леонид все это время сидел не просто так? Но спросила я, конечно, не это.
- Значит, теперь мы будем появляться на улице чаще?
И хлоп, хлоп ресничками.
Леонид повернулся ко мне, посмотрел на это представление а-ля «дурочка замужем за принцем» и рассмеялся:
- Настя, ты прелесть. И тебе не страшно?
- Чего? Кого? Зачем? Почему? – сразу уточнила я. Надо же мне знать, чего и кого конкретно следует опасаться.
- Другой мир, - скорее для себя, чем для меня, произнес Леонид. – Я снова забыл… Настя, в моем мире дамы, особенно в среде аристократов, не стремятся стать якорями оборотней. Это, знаешь ли, накладывает определенную ответственность. Например, дама может разлюбить оборотня. Или умереть. А тот с ума сойдет.
Легкую иронию при упоминании смерти я услышала, потому что знала, что и где «искать». Леонид иронизировал сам над собой и подначивал меня.
- Насчет смерти – к богам, - ответила я в том же тоне. – А любовь… Какая любовь, родной? Ты забыл, что я – меркантильная попаданка, мечтающая как можно лучше устроить свое будущее?
- Ты сама-то себя слышишь, меркантильная попаданка? – Леонид остановился, посмотрел на меня насмешливо. – Думаешь, я не знаю, что ты из своих денег служанке три серебрушки дала, потому что у нее ребенок заболел?
Так… У кого-то чересчур длинный язык…
- И что? – пожала я плечами. – Дети – одно, муж – друго…
Договорить мне не дали. Леонид решил проблему привычным способом – поцелуем.
К обеду с местной аристократией я была готова в срок. Камни в серьгах и тиаре переливались в свете солнечных лучей практически как натуральные, кольца манили взгляд простотой и изяществом исполнения. Я была довольна собой и получившимися поделками. Леонид, конечно, предупреждал, что не все гости могут воспринять мой хенд-мейд адекватно. Но так было даже интересней. Я с удовольствием пообщалась бы с ними на подобные темы. Жизнь в замке практически в одиночестве заставляла ценить все, даже скандалы.
На улице внезапно похолодало. И хотя в замке было относительно тепло, к столу я вышла в сшитом по фигуре шерстяном платье кораллово-красного цвета. Закрытые босоножки в тон наряду, завитые волосы, легкий макияж – в зеркало на меня смотрела элегантная молодая леди. В ее взоре я прочитала желание сражаться за свою мечту. В данном случае – за украшения и вязаные предметы гардероба.
Леонид, встречавший меня в коридоре, тоже «при полном параде», иронически уточнил:
- И где ты собираешься прятать трупы врагов?
- Я собираюсь заставить их купить мои поделки, - мило улыбнулась я.
Леонид хмыкнул:
- Похоже, мне пора жалеть мужей наших дам. Кстати, среди них будет и тот, что привез тебя сюда.
Я вспомнила свою не особо комфортную поездку, многочисленные презрительные взгляды сопровождающих, обращение со мной, а раньше, наверное, и с Анастасьей, как с последней провинциалкой, и почувствовала, как тело наполняет здоровая злость.
- Похоже, я зря это сказал, - задумчиво проговорил Леонид, неотрывно следя за мной. – Что между вами тогда произошло?
- Ничего, - пожала я плечами. В самом деле, где я тогда была, и где он. Девчонка, которую готовили для роли служанки или господской «грелки». Понимать я все понимала. Но прощать не собиралась. – У нас с ним разные взгляды на умение общаться с людьми.
- Другими словами, он тебя обидел, и ты горишь желанием ему отомстить, пусть и опустошив его кошелек, - кивнула Леонид и наконец-то подал мне руку. – Пойдем. Гости уже собрались за столом. Ждут только нас.
Я руку приняла и зацокала каблуками по камню на полу. Костюм Леонид в этот раз выбрал черный, все его детали, даже рубашку, и поэтому в не особо освещенных коридорах у меня возникало чувство, что я иду в полном одиночестве. Немного жуткий опыт, следует признать.
Но вот перед нами появилась лестница, сверкавшая и переливавшаяся огнями, и фигура Леонида сразу же обрела очертания.
- Милая, - негромко произнес Леонид, когда мы спускались по мраморным ступеням, - прошу, не нужно смотреть так, будто собираешься на войну. Мужчины тебя испугаются. А дамы не поймут. И некому будет покупать твое рукоделие.
Зараза! Нет, пожалуйста, я могу и улыбаться. Но моя улыбка не гарантирует моего веселья и по-настоящему хорошего настроения.
Стол в обеденном зале был накрыт как обычно. Будничный обед, ничего праздничного. Все та же белоснежная льняная скатерть, все та же фарфоровая посуда, все те же хрустальные бокалы. Ничего нового.
За столом сидело десять-пятнадцать существ. В этом регионе, находившемся вдали от столицы и основных развлечений, проживало не так уж много аристократов. В основном землей владели те, кто титула не имел. А им на пиршество к принцу доступ был закрыт.
Пять семей, высшая аристократия, и единственная здесь, как пошутил недавно Леонид, все они охотно откликнулись на приглашение его высочества и с удовольствием прибыли на обед. Ну еще бы, такая сплетня пропадает: принц женился! Замок принял невесту! Да о моей жизни здесь не судачил только ленивый, не успела я дать согласие у алтаря. Слуги знают все. А если не знают, то легко выдумают. А между собой слуги господ общались без проблем. Так что аристократы, раззадоренные сплетнями обо мне, «потомственной девственнице», сумевшей стать принцессой, с огромным удовольствием поспешили в замок принца. Каждому нужно было своими глазами увидеть счастливицу, а потом капать ядом у меня за спиной. Я все это прекрасно понимала и особо не возражала. Как говорится, черный пиар тоже пиар. Пусть обсуждают. Будут активней разбирать мои поделки.
Два графа, один герцог и один барон с семействами разглядывали меня словно под рентгеном, нацепив на лицо маску фальшивой доброжелательности. Маска так и норовила сползти и обнажить настоящие чувства гостей: недоверие, злобу, зависть, пренебрежение. Как же, какая-то девчонка без рода-племени смогла окрутить самого принца! А у них, аристократов, тоже есть и младшие сестры, и дочери. И им очень пригодилось бы такое поистине хлебное и уютное местечко!
В отличие от Леонида, зациклившегося на своей нестабильности и не желавшего видеть то, что лежало под носом, его подданные прекрасно понимали, что ради денег и положения в обществе можно вытерпеть если не все, то очень многое. А принц считался в высшем обществе, по словам Лиски, моей личной служанки, любительницы посплетничать, мужчиной галантным, воспитанным и мягким. Да за такого любая пойдет с удовольствием. А нестабильность… Что нестабильность? В постели-то он не оборачивается!
Единственный, кто смотрел без злобы, спокойно, практически без эмоций, был тот самый граф, что привез меня Леониду. То ли он разделял точку зрения принца на его нестабильность, то ли желал всего лучшего прежде всего для своего господина, а уж потом для своей семьи. В любом случае, его взгляд меня удивил. Признаться, я ожидала от него другого отношения.
Теперь, став принцессой, я могла с полным правом занимать место во главе стола рядом с мужем. До этого обеда данная привилегия меня трогала мало. Перед кем выделываться? Перед слугами? Так им подобное «счастье» не светит. Теперь же, наблюдая раздражение и недовольство в глазах и женщин, и мужчин, чьи предки были намного благородней и моих, и Анастасьи, я почувствовала удовлетворение. Да, похоже, тщеславие мне не чуждо. Кто бы подумал.
Мясной суп, густой и ароматный, я ела с наслаждением, не обращая внимания на соседей по столу. После него внесли второе – дичь, нежное мясо молочного поросенка, два вида каш и тушеные овощи. Из напитков – вино, морс. Гости активно набивали желудки, на некоторое время забыв, что должны внимательно разглядывать меня. Повар у Леонида готовил великолепно, и даже обычные, повседневные блюда в его исполнении становились настоящими шедеврами кулинарного искусства.
После второго внесли десерт – пышный торт со взбитыми сливками, пирожные с заварным кремом, буквально таявшим на языке, и варенье, в которое можно было макать местные тосты – слегка подсушенные куски хлеба.
Когда все наелись, общество разделилось. Мужчины ушли в одну из гостиных, играть в лорны – смесь шашек и шахмат, игру азартную и женщинам непозволительную. А вдруг возьмут и научатся логически мыслить и выстраивать многоходовочки? Когда я вчера высказала эту мысль Леониду, он окинул меня своим фирменным взглядом а-ля «боги, за что мне досталось такое чудо» и пообещал сразу же после обеда обучить меня лорнам. Лично.
- Заодно и проверю, как ты умеешь логично мыслить, - заявил он.
«И умеешь ли вообще», - услышала я.
Женщины, независимо от возраста, отправились в другую гостиную – заниматься рукоделием и сплетничать.
Мягкие удобные кресла, обтянутые синим бархатом, охотно приняли нас в свои объятия.
- Ах, ваше высочество, - вытащив из прихваченной с собой корзинки вязание, сразу пошла в атаку герцогиня Рената Ангурская, дама высокая, плотная, гордившаяся своими многочисленными предками и якобы богатством мужа, - у вас чудесные украшения. Выглядят просто потрясающе! Камни в них похожи на настоящие!
Среди женщин послышались угодливые смешки.
Я лениво пожала плечами:
- Не поверите, герцогиня, но они такие же настоящие, как и те, что у вас в колье.
Заранее зная список гостей, я подробно расспросила Леонида о каждом из них. Мне было интересно все, от детского прозвища до причины появления в этих краях. Муж герцогини, герцог Орест Ангурский, проиграл внушительное состояние в столице несколько лет назад, остался должен крупную сумму, как сказали бы на Земле, «важным людям» и скрылся в этом крае и от них, и от гнева императора, не одобрявшего азартные игры.
Осев здесь, семейство попыталось пустить пыль в глаза окружающим дворянам, причем разными способами. В частности, герцог заказал подделку старинного колье супруги, проигранного вместе с остальными ее драгоценностями.
- Мне нужно сырье для моих «поделок». Плюс… Я продаю их через мастериц.
Леонид задумался на несколько секунд, потом покачал головой:
- Я снова допустил ошибку, как и в деле со служанкой. Не принял в расчет жительниц города. Забыл, из какого ты мира. Местная аристократия не стала бы связываться с простолюдинами. Ты, скорей всего, даже не подумала о социальной пропасти, которая вас разделяет.
Конечно, не подумала. Я же сама простолюдинка, удачно выскочившая замуж в другом мире. Я, считай, с равными себе общалась.
Глава 30
- И что теперь? Ты узнал правду. И?.. – пытливо взглянула я в глаза Леонида.
- Я так понимаю, ты уже настроилась на торговлю, - он устало покачал головой. – Принцесса пытается заработать на жизнь собственным рукоделием. Звучит как анекдот. – И сразу же, без перехода. – Через три дня я соберу на обед местную аристократию. Сможешь покрасоваться перед ними.
Я намек поняла и с радостным визгом повисла у Леонида на шее. В ответ – вздох.
- Надеюсь, это будет самым большим твоим безумством.
Спасибо, ненаглядный супруг, приласкал. И вовсе я не занимаюсь безумствами! Наоборот, стараюсь занять себя, чтобы всякой дурости не совершить! Но уж дал добро, и то хорошо. Теперь у меня была определенная цель: создать бижутерию нужного качества, такую, чтобы не стыдно было показаться в ней перед окрестными аристократками. Они, конечно, в любом случае похвалят. Все же принцесса, не девка из подворотни. Но постараться все же следовало.
- Надеюсь, до запланированного обеда я смогу видеть тебя не только по ночам, - на этот раз в голосе Леонида звучала насмешка.
- Я не собираюсь там селиться, - честно ответила я и получила скептический взгляд. Ясно, моим словам веры нет.
Тщательный осмотр сырья и наполовину готовой продукции показал, что до обеда я могу создать гарнитур из яркой, хоть и не особо дорогой фурнитуры. Леска, проволока, бусины, поделочные камни – все пошло в ход. Я запланировала сделать тиару, кольца и серьги. Можно было бы попробовать создать колье и браслеты, но надевать их на себя было некуда – подарок богини упорно не желал сниматься.
Главным вопросом являлся цвет. Голубой, синий или розовый? Какой из них может привлечь народ? Ведь я надеялась, что вслед за аристократками мои изделия станут скупать дочери торговцев и крупных ремесленников. А значит, нужно было не прогадать с цветом и формой.
В итоге я остановилась на нежно-голубом, оттенке прозрачной волны. Двое суток я показывалась в спальне только по ночам, выслушивала от Леонида все, что он думал по поводу моей безмозглости и своего опрометчивого решения, и засыпала. На третьи вышла из мастерской уже к обеду, довольная, практически счастливая. Тиара и серьги были готовы. Осталось доделать два кольца, и можно будет красоваться перед всем честным народом.
- У тебя такой вид, будто ты узнала о внезапном наследстве, - улыбнулся Леонид, когда я вышла к столу.
- Почти. Я закончила большую часть. Осталось доделать совсем немного.
- Давно я не видел, чтобы кто-то был так увлечен своим делом, - Леонид кивнул на тарелку передо мной. – Ешь, и пойдем прогуляемся. Сегодня отличная погода. А ты еще ни разу не появлялась за стенами замка.
Меня зовут на свидание? Собственный муж? Кто или что сдохло в этих дебрях? И почему именно сейчас, когда до обеда осталось не так уж много времени?
- Настя, не смотри с таким подозрением. Я не лелею никаких ужасных планов. Или я не могу выйти погулять с собственной женой?
- Ты? – уточнила я, разделываясь с кашей и тушеными овощами. – Ты, похоже, вообще никуда не выходишь. Этакий затворник.
- Вот и поговорим об этом, пока будем гулять, - кивнул Леонид, возвращаясь к отбивной у себя на тарелке.
Ладно, как скажете. Доделаю кольца вечером или завтра утром.
Погода на улице радовала теплом и солнечными лучами, освещавшими все вокруг в золотистый цвет. Что-то вроде поздней осени, хотя времена года в этом мире были выражены нечетко.
Мы с Леонидом вышли в легких плащах, накинутых на повседневную одежду, и полуботинках. Я слабо понимала, что именно от меня хочет мой муж, но вопросов не задавала, решив, что он сам расскажет все, когда придет время.
Время пришло, едва мы миновали массивные железные ворота, установленные на подъезде к замку, и направились по усыпанной гравием дорожке к желтевшему неподалеку еще не скошенной травой лугу.
- Ты помнишь, что я – нестабильный оборотень? – спросил внезапно Леонид.
Конечно, помню. Очень симпатичная киса, пусть и немного агрессивная. Но вслух я этих слов не произнесла, лишь кивнула.
- Нестабильным оборотням брак нужен не только ради появления наследников, - сообщил Леонид, глядя перед собой. – Семейная жизнь помогает закрепить сущность человека в теле оборотня. Обычно на природе у нестабильных оборотней звериная натура берет контроль над телом. Поэтому снаружи, на улице, я стараюсь показываться крайне редко. Мне сложно контролировать свою звериную сущность. В замке есть особые защитные амулеты, дающие мне возможность побеждать зверя и удерживать контроль над телом. При духовной близости со второй половинкой защитные амулеты практически не нужны, и зверь проявляется все реже. Ты стала для меня этаким якорем, помогающим уравновесить обе сущности. Я заметил, что рядом с тобой меня не тянет оборачиваться зверем.
Ох, ничего ж себе откровения. То есть в замке Леонид все это время сидел не просто так? Но спросила я, конечно, не это.
- Значит, теперь мы будем появляться на улице чаще?
И хлоп, хлоп ресничками.
Леонид повернулся ко мне, посмотрел на это представление а-ля «дурочка замужем за принцем» и рассмеялся:
- Настя, ты прелесть. И тебе не страшно?
- Чего? Кого? Зачем? Почему? – сразу уточнила я. Надо же мне знать, чего и кого конкретно следует опасаться.
- Другой мир, - скорее для себя, чем для меня, произнес Леонид. – Я снова забыл… Настя, в моем мире дамы, особенно в среде аристократов, не стремятся стать якорями оборотней. Это, знаешь ли, накладывает определенную ответственность. Например, дама может разлюбить оборотня. Или умереть. А тот с ума сойдет.
Легкую иронию при упоминании смерти я услышала, потому что знала, что и где «искать». Леонид иронизировал сам над собой и подначивал меня.
- Насчет смерти – к богам, - ответила я в том же тоне. – А любовь… Какая любовь, родной? Ты забыл, что я – меркантильная попаданка, мечтающая как можно лучше устроить свое будущее?
- Ты сама-то себя слышишь, меркантильная попаданка? – Леонид остановился, посмотрел на меня насмешливо. – Думаешь, я не знаю, что ты из своих денег служанке три серебрушки дала, потому что у нее ребенок заболел?
Так… У кого-то чересчур длинный язык…
- И что? – пожала я плечами. – Дети – одно, муж – друго…
Договорить мне не дали. Леонид решил проблему привычным способом – поцелуем.
Глава 31
К обеду с местной аристократией я была готова в срок. Камни в серьгах и тиаре переливались в свете солнечных лучей практически как натуральные, кольца манили взгляд простотой и изяществом исполнения. Я была довольна собой и получившимися поделками. Леонид, конечно, предупреждал, что не все гости могут воспринять мой хенд-мейд адекватно. Но так было даже интересней. Я с удовольствием пообщалась бы с ними на подобные темы. Жизнь в замке практически в одиночестве заставляла ценить все, даже скандалы.
На улице внезапно похолодало. И хотя в замке было относительно тепло, к столу я вышла в сшитом по фигуре шерстяном платье кораллово-красного цвета. Закрытые босоножки в тон наряду, завитые волосы, легкий макияж – в зеркало на меня смотрела элегантная молодая леди. В ее взоре я прочитала желание сражаться за свою мечту. В данном случае – за украшения и вязаные предметы гардероба.
Леонид, встречавший меня в коридоре, тоже «при полном параде», иронически уточнил:
- И где ты собираешься прятать трупы врагов?
- Я собираюсь заставить их купить мои поделки, - мило улыбнулась я.
Леонид хмыкнул:
- Похоже, мне пора жалеть мужей наших дам. Кстати, среди них будет и тот, что привез тебя сюда.
Я вспомнила свою не особо комфортную поездку, многочисленные презрительные взгляды сопровождающих, обращение со мной, а раньше, наверное, и с Анастасьей, как с последней провинциалкой, и почувствовала, как тело наполняет здоровая злость.
- Похоже, я зря это сказал, - задумчиво проговорил Леонид, неотрывно следя за мной. – Что между вами тогда произошло?
- Ничего, - пожала я плечами. В самом деле, где я тогда была, и где он. Девчонка, которую готовили для роли служанки или господской «грелки». Понимать я все понимала. Но прощать не собиралась. – У нас с ним разные взгляды на умение общаться с людьми.
- Другими словами, он тебя обидел, и ты горишь желанием ему отомстить, пусть и опустошив его кошелек, - кивнула Леонид и наконец-то подал мне руку. – Пойдем. Гости уже собрались за столом. Ждут только нас.
Я руку приняла и зацокала каблуками по камню на полу. Костюм Леонид в этот раз выбрал черный, все его детали, даже рубашку, и поэтому в не особо освещенных коридорах у меня возникало чувство, что я иду в полном одиночестве. Немного жуткий опыт, следует признать.
Но вот перед нами появилась лестница, сверкавшая и переливавшаяся огнями, и фигура Леонида сразу же обрела очертания.
- Милая, - негромко произнес Леонид, когда мы спускались по мраморным ступеням, - прошу, не нужно смотреть так, будто собираешься на войну. Мужчины тебя испугаются. А дамы не поймут. И некому будет покупать твое рукоделие.
Зараза! Нет, пожалуйста, я могу и улыбаться. Но моя улыбка не гарантирует моего веселья и по-настоящему хорошего настроения.
Стол в обеденном зале был накрыт как обычно. Будничный обед, ничего праздничного. Все та же белоснежная льняная скатерть, все та же фарфоровая посуда, все те же хрустальные бокалы. Ничего нового.
За столом сидело десять-пятнадцать существ. В этом регионе, находившемся вдали от столицы и основных развлечений, проживало не так уж много аристократов. В основном землей владели те, кто титула не имел. А им на пиршество к принцу доступ был закрыт.
Пять семей, высшая аристократия, и единственная здесь, как пошутил недавно Леонид, все они охотно откликнулись на приглашение его высочества и с удовольствием прибыли на обед. Ну еще бы, такая сплетня пропадает: принц женился! Замок принял невесту! Да о моей жизни здесь не судачил только ленивый, не успела я дать согласие у алтаря. Слуги знают все. А если не знают, то легко выдумают. А между собой слуги господ общались без проблем. Так что аристократы, раззадоренные сплетнями обо мне, «потомственной девственнице», сумевшей стать принцессой, с огромным удовольствием поспешили в замок принца. Каждому нужно было своими глазами увидеть счастливицу, а потом капать ядом у меня за спиной. Я все это прекрасно понимала и особо не возражала. Как говорится, черный пиар тоже пиар. Пусть обсуждают. Будут активней разбирать мои поделки.
Два графа, один герцог и один барон с семействами разглядывали меня словно под рентгеном, нацепив на лицо маску фальшивой доброжелательности. Маска так и норовила сползти и обнажить настоящие чувства гостей: недоверие, злобу, зависть, пренебрежение. Как же, какая-то девчонка без рода-племени смогла окрутить самого принца! А у них, аристократов, тоже есть и младшие сестры, и дочери. И им очень пригодилось бы такое поистине хлебное и уютное местечко!
В отличие от Леонида, зациклившегося на своей нестабильности и не желавшего видеть то, что лежало под носом, его подданные прекрасно понимали, что ради денег и положения в обществе можно вытерпеть если не все, то очень многое. А принц считался в высшем обществе, по словам Лиски, моей личной служанки, любительницы посплетничать, мужчиной галантным, воспитанным и мягким. Да за такого любая пойдет с удовольствием. А нестабильность… Что нестабильность? В постели-то он не оборачивается!
Единственный, кто смотрел без злобы, спокойно, практически без эмоций, был тот самый граф, что привез меня Леониду. То ли он разделял точку зрения принца на его нестабильность, то ли желал всего лучшего прежде всего для своего господина, а уж потом для своей семьи. В любом случае, его взгляд меня удивил. Признаться, я ожидала от него другого отношения.
Теперь, став принцессой, я могла с полным правом занимать место во главе стола рядом с мужем. До этого обеда данная привилегия меня трогала мало. Перед кем выделываться? Перед слугами? Так им подобное «счастье» не светит. Теперь же, наблюдая раздражение и недовольство в глазах и женщин, и мужчин, чьи предки были намного благородней и моих, и Анастасьи, я почувствовала удовлетворение. Да, похоже, тщеславие мне не чуждо. Кто бы подумал.
Глава 32
Мясной суп, густой и ароматный, я ела с наслаждением, не обращая внимания на соседей по столу. После него внесли второе – дичь, нежное мясо молочного поросенка, два вида каш и тушеные овощи. Из напитков – вино, морс. Гости активно набивали желудки, на некоторое время забыв, что должны внимательно разглядывать меня. Повар у Леонида готовил великолепно, и даже обычные, повседневные блюда в его исполнении становились настоящими шедеврами кулинарного искусства.
После второго внесли десерт – пышный торт со взбитыми сливками, пирожные с заварным кремом, буквально таявшим на языке, и варенье, в которое можно было макать местные тосты – слегка подсушенные куски хлеба.
Когда все наелись, общество разделилось. Мужчины ушли в одну из гостиных, играть в лорны – смесь шашек и шахмат, игру азартную и женщинам непозволительную. А вдруг возьмут и научатся логически мыслить и выстраивать многоходовочки? Когда я вчера высказала эту мысль Леониду, он окинул меня своим фирменным взглядом а-ля «боги, за что мне досталось такое чудо» и пообещал сразу же после обеда обучить меня лорнам. Лично.
- Заодно и проверю, как ты умеешь логично мыслить, - заявил он.
«И умеешь ли вообще», - услышала я.
Женщины, независимо от возраста, отправились в другую гостиную – заниматься рукоделием и сплетничать.
Мягкие удобные кресла, обтянутые синим бархатом, охотно приняли нас в свои объятия.
- Ах, ваше высочество, - вытащив из прихваченной с собой корзинки вязание, сразу пошла в атаку герцогиня Рената Ангурская, дама высокая, плотная, гордившаяся своими многочисленными предками и якобы богатством мужа, - у вас чудесные украшения. Выглядят просто потрясающе! Камни в них похожи на настоящие!
Среди женщин послышались угодливые смешки.
Я лениво пожала плечами:
- Не поверите, герцогиня, но они такие же настоящие, как и те, что у вас в колье.
Заранее зная список гостей, я подробно расспросила Леонида о каждом из них. Мне было интересно все, от детского прозвища до причины появления в этих краях. Муж герцогини, герцог Орест Ангурский, проиграл внушительное состояние в столице несколько лет назад, остался должен крупную сумму, как сказали бы на Земле, «важным людям» и скрылся в этом крае и от них, и от гнева императора, не одобрявшего азартные игры.
Осев здесь, семейство попыталось пустить пыль в глаза окружающим дворянам, причем разными способами. В частности, герцог заказал подделку старинного колье супруги, проигранного вместе с остальными ее драгоценностями.
