— Мы не хотим, — твердо подтверждает папа, смирив свою гордыню.
— Дай нам ответ, — продолжает просить мама. Ее глаза увлажняются. Закусываю губу. — Это может быть нейтральная территория. Или, если ты захочешь, мы можем даже прилететь на Лондор.
«Даже»… Неслыханная жертва.
— Ответь нам, дочка, — просит папа. — Мы будем ждать.
После чего видеозапись прерывается. Экран темнеет.
«Потерять и второго ребенка»… Вот только Ника, моего брата, у родителей отняла война. Меня же они вышвырнули из своей жизни сами.
Уже тогда я не понимала, как можно отказаться от своего ребенка. Сейчас, будучи матерью, я тем более не могу оправдать их поступок: что бы Лаки ни сделал, что бы ни натворил, всегда буду на его стороне. Выскажу все, что о нем думаю, отругаю, но ни за что не предам. Ни. За. Что.
Поэтому нажимаю «Удалить письмо» и выключаю компьютер.
Я для них умерла — они сами выбрали.
А мертвых не воскресить.
Джейс
Кудрявые темные волосы, белая кожа…
Это уже похоже на каждодневный ритуал: сначала весьма откровенный сон, потом холодный душ — и вперед, в академию.
Мои сны начинают меня по-настоящему беспокоить. В жизни так не зацикливался на ком-то. Впрочем, и повода для зацикливания не было — когда довольно быстро получаешь то, чего хочешь, так же быстро перестаешь об этом думать.
Одеваюсь, одной рукой натягивая на себя форменную куртку, второй — попутно стуча по клавиатуре компьютера, проверяя отчет об отправке моего вчерашнего послания в клинику Молли.
«Ваше письмо отправлено. Получено бортом АV-35789647 «Конкорд». Ожидает передачи после «окна» 987258347».
По крайней мере, без лишних задержек: все согласно штатной процедуре. Хотя не сомневаюсь, агенты РДАКа уже успели ознакомиться с содержимым моего послания. Надеюсь, правда, только сунули в него нос, а не изменили текст на свое усмотрение. Впрочем, я не давал им повода: всего лишь уточнил у лечащего врача сестры, все ли в порядке и не требуются ли от меня какие-либо дополнительные действия.
Вряд ли, конечно, в ответ мне прибудет крик души, вроде: «Уберите из моей клиники этих гадов!» Потому как, если доктор Кравец в курсе, кто толчется возле Молли, то тоже будет осторожен в своей переписке (уверен, так как он далеко не дурак).
Но агент РДАКа, во-первых, может работать под прикрытием и быть нанятым в клинику как простой медработник. Во-вторых, человеку, которого я видел на фото, вовсе не обязательно быть РДАКовцем: они могли его элементарно завербовать. И даже необязательно добровольно. Я же тоже вроде как завербован.
Только как бы не так. Даже не подумаю на самом деле вынюхивать для них информацию. Им придется поискать кого-то более патриотичного, кого не закусит тот факт, что его сестру держат в заложниках.
В заложниках? Сестру? Да бога ради! Это же на благо Альфа Крита…
Ну-ну.
Ошиблись вы с кандидатом, ребята.
Как мне уже объяснили, первое занятие в первый официальный учебный день первого курса всегда проходит у Миранды Морган. После всего произошедшего в последние дни мне сложно поставить мозги на место и снова воспринимать капитана Морган никак иначе, как своего преподавателя. Но придется.
Нужную аудиторию нахожу без труда — уже хорошо ориентируюсь в академии. Прихожу в числе последних: однокурсники уже в сборе.
С некоторым удивлением вижу все отобранные в этом году три десятка человек. Честно говоря, полагал, что нас разделят на несколько групп. Впрочем, без разницы.
Прохожу к свободной парте, бросаю сумку и сажусь. Дилайла Роу, устроившаяся за столом перед моим в компании блондинки, имя которой я не знаю, оборачивается, приветливо машет рукой.
— Привет, Ди, — киваю. Перевожу взгляд на ее соседку, чуть приподнимаю брови — решил же, что пора узнать хотя бы имена сокурсников.
— Кора, — спохватывается светловолосая девушка. Очень симпатичная, кстати. Чем-то напоминает новую секретаршу Кинли, только с признаками интеллекта на лице.
— Джейс. — Протягиваю руку. Пожимает немного робко.
— Приятно познакомиться, — произносит смущенно, а на ее щеках появляется румянец.
Перехватываю насмешливый взгляд Дилайлы: тоже заметила.
Кора отворачивается, а я делаю Ди большие глаза. Нечего что-то там придумывать: во-первых, девчонка, хоть и красавица, все же вчерашняя школьница, а во-вторых, я уже «в отношениях» с Морган, о которых (зуб даю) Дилайла наверняка в курсе.
До начала занятия еще несколько минут, поэтому все галдят, расхаживают по помещению, кто-то сидит прямо на партах. Стул возле меня пока что остается пустым, и меня это радует. Соседство Дилайлы и Коры впереди тоже устраивает. Так что все не так уж плохо — отлично устроился.
— Ди, — окликаю девушку.
— А? — оборачивается.
Кора тоже дергается, будто и она хочет повернуться, но не меняет позы. Только плечи теперь напряжены.
Сколько ей? Семнадцать? Восемнадцать? Судя по абсолютному неумению скрыть свою симпатию к мужчине, мало. И лет, и опыта — точно не мой вариант. С такими либо заводят серьезные отношения, либо хорошо проводят время, чтобы больше никогда не встретиться вновь. Так что все мимо.
— Мы так и будем учиться всей толпой, не в курсе? — спрашиваю Ди, делая вид, что не заметил ничего странного в поведении ее соседки.
Девушка усмехается.
— Ты что, не читал списки внизу?
Черт. По правде говоря, я опаздывал, поэтому пронесся через холл, не обратив внимания на информационное табло.
— А надо было? — уточняю, поморщившись.
Теперь Ди откровенно смеется. Протягивает мне руку с коммуникатором.
— Синхронизируйся, — говорит. — Сейчас перекину.
Благодарно улыбаюсь и выполняю просьбу.
На комм тут же поступает сообщение. Открываю, вчитываюсь. Выходит, сейчас у нас общая лекция у капитана Морган, затем мы делимся на три группы по десять человек и расходимся по разным аудиториям. В списке моей группы и знакомый и каким-то образом успевший надоесть мне Лиам, и Ди, и Кора. Имена еще четырех парней и двух девушек мне ни о чем не говорят.
— Привет, приятель! — внезапно раздается над головой. И одновременно с голосом, мой стол вздрагивает от неловкого движения подошедшего, не сумевшего вписаться в проход, а на соседний стул приземляется задница Лиама — легок на помине. — Я решил сидеть с тобой! — провозглашает радостно.
Пожимаю плечом.
— Без проблем.
До лампочки мне, с кем сидеть — тут не клуб по интересам.
Не услышав возражений, однокурсник расплывается в улыбке и придвигается поближе.
— Слушай, а это правда, что тебя видели во внеурочное время вместе с Мирандой Морган? — интересуется заговорщически, бросив взгляд себе через плечо. Прослеживаю его направление: группа пареньков в конце соседнего ряда, встали в кружок и тоже поглядывают в нашу сторону.
— А ты парламентер, что ли? — хмыкаю.
— Ну интересно же! — Лиам не замечает подвоха в моих словах, делает просящие глаза. — Расскажи, а? — И кулаком толкает меня в плечо — этакий дружеский жест. Смотрю на него так, что парнишка торопливо убирает руки под стол. — Я просто спросил…
Замечаю, что Кора тоже нет-нет да и поглядывает на меня через плечо. Еле сдерживаю смех. Детишки, чтоб их.
— Капитан Морган обещала мне дополнительные занятия, — говорю полуправду, чтобы от меня отстали.
— Ух ты! — Лиам мгновенно забывает все обиды, его лицо сияет энтузиазмом. — А так можно было? А мне она тоже не откажет, если я попрошу? — Того и гляди сейчас сверзится со стула от восторга.
— Спроси, — отмахиваюсь.
— Да ну-у-у, — сомневается рыжий. — Неловко как-то. А ты не мог бы?..
Вот уж не подумаю.
— Нет, — отрезаю. Лиам сникает.
Голоса смолкают, в потолке зажигаются дополнительные лампы, и в помещение входит Морган, в руках — целая кипа бумаг. Помешаны они тут на бумажных материалах, не иначе.
А присутствующие разве что дышать не перестают. На лицах — смесь страха и раболепия. Это уже утомляет, честное слово. Экзамены сданы, чего теперь ее бояться? Не съест же она их. И не покусает.
На этой мысли в мою голову начинают сыпаться картинки не из разряда «студент – преподаватель», и мне приходится встряхнуться, чтобы от них отделаться. Неуместно же, в самом-то деле.
Морган проходит мимо нашего ряда, задевает ногой чью-то брошенную на полу сумку, неловко взмахивает руками, чтобы удержать равновесие, и, естественно, все, что она принесла, ворохом разлетается по полу.
Теперь тишина в аудитории становится по-настоящему гробовой. Ну, точно, ждут, что сейчас Морган начнет всех убивать. Плазменным ружьем — чем же еще? Они бы, прежде чем пугаться, сначала подумали, где она его прячет? Не в лифчике же.
Но капитан не начинает метать молнии и доставать оружие из потаенных мест.
— С добрым утром, — ворчит, ни к кому толком не обращаясь, и принимается собирать бумажки.
Встаю и прихожу на помощь. Краем глаза замечаю дернувшуюся было в ту же сторону Ди. Однако, увидев меня и поняв, что Морган не останется без подмоги, девушка возвращается на место.
Миранда сидит на корточках, собирает листки, складывает их в теперь уже кривую стопку. Опускаюсь рядом и тоже принимаюсь за работу. Морган бросает на меня быстрый взгляд и снова опускает — на бумаги. Такое чувство, что недовольна моим вмешательством еще больше, чем тем, что произошло до этого. Но сидеть, как другие, и ждать, пока наш инструктор ползает по полу, точно неправильно. И дело совсем не в Миранде Морган и не в моей странной тяге к этой женщине — точно так же я помог бы и Мэри Морри, хотя не испытываю к той и толики симпатии.
— Спасибо, — скорее огрызается, чем благодарит, капитан и направляется в сторону преподавательского стола. — Садитесь, Риган.
Ладно, не стоит благодарности.
Возвращаюсь на место.
Дилайла оборачивается через плечо и дарит мне одобрительную улыбку.
— Да ты крут! — восхищенно выдыхает рядом Лиам и толкает меня кулаком в бок.
Что за манера распускать руки? Чувствую, надолго моего терпения не хватит.
Молчу и никак не реагирую. Подпираю рукой подбородок и слежу, как Морган подходит к столу и раскладывает на нем бумаги, пытаясь заново их отсортировать. Что ж ты такая красивая, а, капитан?
Вроде бы ничего не произношу вслух, но сосед по парте каким-то телепатическим образом угадывает мои мысли.
— Какая фигурка, а? — шепчет, склоняясь ко мне. — Как она грациозно присела, я чуть… — Он не заканчивает фразу под моим тяжелым взглядом. Теряется, быстро отстраняется, садится прямо. — Ну, а что? — продолжает шепотом, пользуясь тем, что до преподавательского стола довольно большое расстояние, и Морган не может нас услышать. — Не женщина, а ходячий секс. Даст фору любой из наших девчонок. — Для наглядности кивает в сторону сидящих впереди Ди и Коры.
Что он такого сказал? Вроде бы ничего, но мне как никогда хочется врезать этому рыжему болтуну с языком без костей.
— Еще раз скажешь нечто подобное, — указываю подбородком в сторону Морган, — и я сломаю тебе нос, — предостерегающе шиплю в ответ. — Имей уважение.
Лиам пораженно распахивает шире глаза, но затыкается.
К черту его. Пусть думает что хочет.
Первый день занятий пролетает как один миг: слишком много нового и, не могу не признать, интересного. Никогда не хотел стать пилотом, почему-то даже не думал в этом направлении. А зря. Недаром же родители вечно сравнивали меня с моей покойной бабушкой, копией которой я якобы являюсь. Та ведь как раз и была пилотом, притом первоклассным, и у нее было целых пять «Крыльев», даже больше, чем у Морган.
Лекция у Миранды, пожалуй, самая информативная и любопытная. Морган умеет рассказывать и преподносить материал доступно и нескучно. К концу занятия расслабляются даже самые нервные. А я вообще очарован. Я. Черт вас всех дери. Очарован.
Интересно, я запал бы на нее так же, если бы она тогда сама не кинулась мне на шею в кабинете? Когда агенты РДАКа сказали о том, что мне необходимо «закрутить» роман с самой Мирандой Морган, единственное, чего мне хотелось, это покрутить пальцем у виска. Теперь понимаю, что действительно не отказался бы от романа с этой женщиной, и не фиктивного, а самого настоящего. Только кто меня к себе подпустит? А предпринимать активные действия, зная, что мне потом еще несколько лет у нее учиться, тоже неразумно.
Нужно срочно переключиться.
На этот раз поступаю благоразумно: прежде чем покинуть ЛЛА, подхожу в холле к информационному табло и смотрю, что ожидает нас завтра. А завтра у нас по плану три занятия, а затем плановый медосмотр. Студентов просят не пить спиртного и не есть красящих продуктов для более точного результата анализов.
Хмыкаю себе под нос. Моей матери на них нет: она бы мигом доказала, что при наличии качественного оборудования грамотный специалист получит идеально точный результат у любого испытуемого. То есть обследуемого. Испытуемые — это как раз у моих родителей. У них не принято говорить «подопытные» — будто бы другое слово способно изменить суть.
В холле опять толпа. Оно и немудрено при том, как тут тесно — любой коридор ЛЛА шире этого места. Архитектор — «красавчик».
Пробираюсь к выходу и нахожусь от него уже буквально в метре, когда в мою ладонь толкается бумажка. Рефлекторно сжимаю руку в кулак, оборачиваюсь. Но в мою сторону никто не смотрит: все как было, и у всех свои дела. Подкупили кого-то из студентов на разовую акцию, или у РДАКа тут свой человек? А в том, что послание прислала мне альфакритская разведка, ни на миг не сомневаюсь.
Быстро прощаюсь с затеей разыскать «почтальона» и выхожу из душного холла на свежий воздух. Сегодня прохладно, ветер тут же забирается под воротник, холодит шею и руки. На небе серые тучи, пасмурно, солнца не видно — настоящая осень, хотя еще вчера было всего лишь позднее лето.
Поднимаю воротник формы повыше и бегом спускаюсь по ступенькам крыльца. Похоже, следующей задачей нужно поставить для себя поход в магазин. Легкая куртка у меня с собой, но при такой резкой перемене погоды хватит ее мне ненадолго.
Послание разворачиваю уже у себя в комнате. Ожидаемо там только время и место встречи.
Проигнорировать?
Вынудить снова действовать самим?
Но тогда я не знал, что у них на крючке Молли. Кто знает, насколько сильно эти типы жаждут моего сотрудничества и как долго готовы ждать моей покладистости?
Встреча назначена на шесть часов вечера. То есть у меня не так много времени, учитывая, что хотелось бы поесть, переодеться и добраться до места. Парк… Я же хотел погулять по парку — и вот, пожалуйста. Будь осторожен в своих желаниях.
Приходит сообщение от Морган: «Увидимся сегодня?)»
Невольно улыбаюсь при виде скобки в конце — не забыла.
Перевожу взгляд с записки РДАКовцев, все еще лежащей на столе, на коммуникатор, на экране которого открыто окно переписки с Мирандой. Нет, незачем пока что заставлять разведку нервничать. К тому же, если у нас с Морган так называемый роман, это еще не повод встречаться каждый день. Мы же не изображаем пятнадцатилетних влюбленных.
Пишу: «Извини, сегодня не могу. Давай завтра». Уже собираюсь отправить, но вовремя спохватываюсь и добавляю две грустные скобки после «не могу». Маразм: думать, что пишешь, перечитывать и вставлять улыбочки и «грустинки», — я так даже в школе не делал.
Отправляю сообщение и закрываю окно чата. Морган не отвечает: молодец, пусть проверяющие нашу переписку решат, что она обиделась.
— Дай нам ответ, — продолжает просить мама. Ее глаза увлажняются. Закусываю губу. — Это может быть нейтральная территория. Или, если ты захочешь, мы можем даже прилететь на Лондор.
«Даже»… Неслыханная жертва.
— Ответь нам, дочка, — просит папа. — Мы будем ждать.
После чего видеозапись прерывается. Экран темнеет.
«Потерять и второго ребенка»… Вот только Ника, моего брата, у родителей отняла война. Меня же они вышвырнули из своей жизни сами.
Уже тогда я не понимала, как можно отказаться от своего ребенка. Сейчас, будучи матерью, я тем более не могу оправдать их поступок: что бы Лаки ни сделал, что бы ни натворил, всегда буду на его стороне. Выскажу все, что о нем думаю, отругаю, но ни за что не предам. Ни. За. Что.
Поэтому нажимаю «Удалить письмо» и выключаю компьютер.
Я для них умерла — они сами выбрали.
А мертвых не воскресить.
ГЛАВА 16
Джейс
Кудрявые темные волосы, белая кожа…
Это уже похоже на каждодневный ритуал: сначала весьма откровенный сон, потом холодный душ — и вперед, в академию.
Мои сны начинают меня по-настоящему беспокоить. В жизни так не зацикливался на ком-то. Впрочем, и повода для зацикливания не было — когда довольно быстро получаешь то, чего хочешь, так же быстро перестаешь об этом думать.
Одеваюсь, одной рукой натягивая на себя форменную куртку, второй — попутно стуча по клавиатуре компьютера, проверяя отчет об отправке моего вчерашнего послания в клинику Молли.
«Ваше письмо отправлено. Получено бортом АV-35789647 «Конкорд». Ожидает передачи после «окна» 987258347».
По крайней мере, без лишних задержек: все согласно штатной процедуре. Хотя не сомневаюсь, агенты РДАКа уже успели ознакомиться с содержимым моего послания. Надеюсь, правда, только сунули в него нос, а не изменили текст на свое усмотрение. Впрочем, я не давал им повода: всего лишь уточнил у лечащего врача сестры, все ли в порядке и не требуются ли от меня какие-либо дополнительные действия.
Вряд ли, конечно, в ответ мне прибудет крик души, вроде: «Уберите из моей клиники этих гадов!» Потому как, если доктор Кравец в курсе, кто толчется возле Молли, то тоже будет осторожен в своей переписке (уверен, так как он далеко не дурак).
Но агент РДАКа, во-первых, может работать под прикрытием и быть нанятым в клинику как простой медработник. Во-вторых, человеку, которого я видел на фото, вовсе не обязательно быть РДАКовцем: они могли его элементарно завербовать. И даже необязательно добровольно. Я же тоже вроде как завербован.
Только как бы не так. Даже не подумаю на самом деле вынюхивать для них информацию. Им придется поискать кого-то более патриотичного, кого не закусит тот факт, что его сестру держат в заложниках.
В заложниках? Сестру? Да бога ради! Это же на благо Альфа Крита…
Ну-ну.
Ошиблись вы с кандидатом, ребята.
***
Как мне уже объяснили, первое занятие в первый официальный учебный день первого курса всегда проходит у Миранды Морган. После всего произошедшего в последние дни мне сложно поставить мозги на место и снова воспринимать капитана Морган никак иначе, как своего преподавателя. Но придется.
Нужную аудиторию нахожу без труда — уже хорошо ориентируюсь в академии. Прихожу в числе последних: однокурсники уже в сборе.
С некоторым удивлением вижу все отобранные в этом году три десятка человек. Честно говоря, полагал, что нас разделят на несколько групп. Впрочем, без разницы.
Прохожу к свободной парте, бросаю сумку и сажусь. Дилайла Роу, устроившаяся за столом перед моим в компании блондинки, имя которой я не знаю, оборачивается, приветливо машет рукой.
— Привет, Ди, — киваю. Перевожу взгляд на ее соседку, чуть приподнимаю брови — решил же, что пора узнать хотя бы имена сокурсников.
— Кора, — спохватывается светловолосая девушка. Очень симпатичная, кстати. Чем-то напоминает новую секретаршу Кинли, только с признаками интеллекта на лице.
— Джейс. — Протягиваю руку. Пожимает немного робко.
— Приятно познакомиться, — произносит смущенно, а на ее щеках появляется румянец.
Перехватываю насмешливый взгляд Дилайлы: тоже заметила.
Кора отворачивается, а я делаю Ди большие глаза. Нечего что-то там придумывать: во-первых, девчонка, хоть и красавица, все же вчерашняя школьница, а во-вторых, я уже «в отношениях» с Морган, о которых (зуб даю) Дилайла наверняка в курсе.
До начала занятия еще несколько минут, поэтому все галдят, расхаживают по помещению, кто-то сидит прямо на партах. Стул возле меня пока что остается пустым, и меня это радует. Соседство Дилайлы и Коры впереди тоже устраивает. Так что все не так уж плохо — отлично устроился.
— Ди, — окликаю девушку.
— А? — оборачивается.
Кора тоже дергается, будто и она хочет повернуться, но не меняет позы. Только плечи теперь напряжены.
Сколько ей? Семнадцать? Восемнадцать? Судя по абсолютному неумению скрыть свою симпатию к мужчине, мало. И лет, и опыта — точно не мой вариант. С такими либо заводят серьезные отношения, либо хорошо проводят время, чтобы больше никогда не встретиться вновь. Так что все мимо.
— Мы так и будем учиться всей толпой, не в курсе? — спрашиваю Ди, делая вид, что не заметил ничего странного в поведении ее соседки.
Девушка усмехается.
— Ты что, не читал списки внизу?
Черт. По правде говоря, я опаздывал, поэтому пронесся через холл, не обратив внимания на информационное табло.
— А надо было? — уточняю, поморщившись.
Теперь Ди откровенно смеется. Протягивает мне руку с коммуникатором.
— Синхронизируйся, — говорит. — Сейчас перекину.
Благодарно улыбаюсь и выполняю просьбу.
На комм тут же поступает сообщение. Открываю, вчитываюсь. Выходит, сейчас у нас общая лекция у капитана Морган, затем мы делимся на три группы по десять человек и расходимся по разным аудиториям. В списке моей группы и знакомый и каким-то образом успевший надоесть мне Лиам, и Ди, и Кора. Имена еще четырех парней и двух девушек мне ни о чем не говорят.
— Привет, приятель! — внезапно раздается над головой. И одновременно с голосом, мой стол вздрагивает от неловкого движения подошедшего, не сумевшего вписаться в проход, а на соседний стул приземляется задница Лиама — легок на помине. — Я решил сидеть с тобой! — провозглашает радостно.
Пожимаю плечом.
— Без проблем.
До лампочки мне, с кем сидеть — тут не клуб по интересам.
Не услышав возражений, однокурсник расплывается в улыбке и придвигается поближе.
— Слушай, а это правда, что тебя видели во внеурочное время вместе с Мирандой Морган? — интересуется заговорщически, бросив взгляд себе через плечо. Прослеживаю его направление: группа пареньков в конце соседнего ряда, встали в кружок и тоже поглядывают в нашу сторону.
— А ты парламентер, что ли? — хмыкаю.
— Ну интересно же! — Лиам не замечает подвоха в моих словах, делает просящие глаза. — Расскажи, а? — И кулаком толкает меня в плечо — этакий дружеский жест. Смотрю на него так, что парнишка торопливо убирает руки под стол. — Я просто спросил…
Замечаю, что Кора тоже нет-нет да и поглядывает на меня через плечо. Еле сдерживаю смех. Детишки, чтоб их.
— Капитан Морган обещала мне дополнительные занятия, — говорю полуправду, чтобы от меня отстали.
— Ух ты! — Лиам мгновенно забывает все обиды, его лицо сияет энтузиазмом. — А так можно было? А мне она тоже не откажет, если я попрошу? — Того и гляди сейчас сверзится со стула от восторга.
— Спроси, — отмахиваюсь.
— Да ну-у-у, — сомневается рыжий. — Неловко как-то. А ты не мог бы?..
Вот уж не подумаю.
— Нет, — отрезаю. Лиам сникает.
Голоса смолкают, в потолке зажигаются дополнительные лампы, и в помещение входит Морган, в руках — целая кипа бумаг. Помешаны они тут на бумажных материалах, не иначе.
А присутствующие разве что дышать не перестают. На лицах — смесь страха и раболепия. Это уже утомляет, честное слово. Экзамены сданы, чего теперь ее бояться? Не съест же она их. И не покусает.
На этой мысли в мою голову начинают сыпаться картинки не из разряда «студент – преподаватель», и мне приходится встряхнуться, чтобы от них отделаться. Неуместно же, в самом-то деле.
Морган проходит мимо нашего ряда, задевает ногой чью-то брошенную на полу сумку, неловко взмахивает руками, чтобы удержать равновесие, и, естественно, все, что она принесла, ворохом разлетается по полу.
Теперь тишина в аудитории становится по-настоящему гробовой. Ну, точно, ждут, что сейчас Морган начнет всех убивать. Плазменным ружьем — чем же еще? Они бы, прежде чем пугаться, сначала подумали, где она его прячет? Не в лифчике же.
Но капитан не начинает метать молнии и доставать оружие из потаенных мест.
— С добрым утром, — ворчит, ни к кому толком не обращаясь, и принимается собирать бумажки.
Встаю и прихожу на помощь. Краем глаза замечаю дернувшуюся было в ту же сторону Ди. Однако, увидев меня и поняв, что Морган не останется без подмоги, девушка возвращается на место.
Миранда сидит на корточках, собирает листки, складывает их в теперь уже кривую стопку. Опускаюсь рядом и тоже принимаюсь за работу. Морган бросает на меня быстрый взгляд и снова опускает — на бумаги. Такое чувство, что недовольна моим вмешательством еще больше, чем тем, что произошло до этого. Но сидеть, как другие, и ждать, пока наш инструктор ползает по полу, точно неправильно. И дело совсем не в Миранде Морган и не в моей странной тяге к этой женщине — точно так же я помог бы и Мэри Морри, хотя не испытываю к той и толики симпатии.
— Спасибо, — скорее огрызается, чем благодарит, капитан и направляется в сторону преподавательского стола. — Садитесь, Риган.
Ладно, не стоит благодарности.
Возвращаюсь на место.
Дилайла оборачивается через плечо и дарит мне одобрительную улыбку.
— Да ты крут! — восхищенно выдыхает рядом Лиам и толкает меня кулаком в бок.
Что за манера распускать руки? Чувствую, надолго моего терпения не хватит.
Молчу и никак не реагирую. Подпираю рукой подбородок и слежу, как Морган подходит к столу и раскладывает на нем бумаги, пытаясь заново их отсортировать. Что ж ты такая красивая, а, капитан?
Вроде бы ничего не произношу вслух, но сосед по парте каким-то телепатическим образом угадывает мои мысли.
— Какая фигурка, а? — шепчет, склоняясь ко мне. — Как она грациозно присела, я чуть… — Он не заканчивает фразу под моим тяжелым взглядом. Теряется, быстро отстраняется, садится прямо. — Ну, а что? — продолжает шепотом, пользуясь тем, что до преподавательского стола довольно большое расстояние, и Морган не может нас услышать. — Не женщина, а ходячий секс. Даст фору любой из наших девчонок. — Для наглядности кивает в сторону сидящих впереди Ди и Коры.
Что он такого сказал? Вроде бы ничего, но мне как никогда хочется врезать этому рыжему болтуну с языком без костей.
— Еще раз скажешь нечто подобное, — указываю подбородком в сторону Морган, — и я сломаю тебе нос, — предостерегающе шиплю в ответ. — Имей уважение.
Лиам пораженно распахивает шире глаза, но затыкается.
К черту его. Пусть думает что хочет.
***
Первый день занятий пролетает как один миг: слишком много нового и, не могу не признать, интересного. Никогда не хотел стать пилотом, почему-то даже не думал в этом направлении. А зря. Недаром же родители вечно сравнивали меня с моей покойной бабушкой, копией которой я якобы являюсь. Та ведь как раз и была пилотом, притом первоклассным, и у нее было целых пять «Крыльев», даже больше, чем у Морган.
Лекция у Миранды, пожалуй, самая информативная и любопытная. Морган умеет рассказывать и преподносить материал доступно и нескучно. К концу занятия расслабляются даже самые нервные. А я вообще очарован. Я. Черт вас всех дери. Очарован.
Интересно, я запал бы на нее так же, если бы она тогда сама не кинулась мне на шею в кабинете? Когда агенты РДАКа сказали о том, что мне необходимо «закрутить» роман с самой Мирандой Морган, единственное, чего мне хотелось, это покрутить пальцем у виска. Теперь понимаю, что действительно не отказался бы от романа с этой женщиной, и не фиктивного, а самого настоящего. Только кто меня к себе подпустит? А предпринимать активные действия, зная, что мне потом еще несколько лет у нее учиться, тоже неразумно.
Нужно срочно переключиться.
***
На этот раз поступаю благоразумно: прежде чем покинуть ЛЛА, подхожу в холле к информационному табло и смотрю, что ожидает нас завтра. А завтра у нас по плану три занятия, а затем плановый медосмотр. Студентов просят не пить спиртного и не есть красящих продуктов для более точного результата анализов.
Хмыкаю себе под нос. Моей матери на них нет: она бы мигом доказала, что при наличии качественного оборудования грамотный специалист получит идеально точный результат у любого испытуемого. То есть обследуемого. Испытуемые — это как раз у моих родителей. У них не принято говорить «подопытные» — будто бы другое слово способно изменить суть.
В холле опять толпа. Оно и немудрено при том, как тут тесно — любой коридор ЛЛА шире этого места. Архитектор — «красавчик».
Пробираюсь к выходу и нахожусь от него уже буквально в метре, когда в мою ладонь толкается бумажка. Рефлекторно сжимаю руку в кулак, оборачиваюсь. Но в мою сторону никто не смотрит: все как было, и у всех свои дела. Подкупили кого-то из студентов на разовую акцию, или у РДАКа тут свой человек? А в том, что послание прислала мне альфакритская разведка, ни на миг не сомневаюсь.
Быстро прощаюсь с затеей разыскать «почтальона» и выхожу из душного холла на свежий воздух. Сегодня прохладно, ветер тут же забирается под воротник, холодит шею и руки. На небе серые тучи, пасмурно, солнца не видно — настоящая осень, хотя еще вчера было всего лишь позднее лето.
Поднимаю воротник формы повыше и бегом спускаюсь по ступенькам крыльца. Похоже, следующей задачей нужно поставить для себя поход в магазин. Легкая куртка у меня с собой, но при такой резкой перемене погоды хватит ее мне ненадолго.
***
Послание разворачиваю уже у себя в комнате. Ожидаемо там только время и место встречи.
Проигнорировать?
Вынудить снова действовать самим?
Но тогда я не знал, что у них на крючке Молли. Кто знает, насколько сильно эти типы жаждут моего сотрудничества и как долго готовы ждать моей покладистости?
Встреча назначена на шесть часов вечера. То есть у меня не так много времени, учитывая, что хотелось бы поесть, переодеться и добраться до места. Парк… Я же хотел погулять по парку — и вот, пожалуйста. Будь осторожен в своих желаниях.
Приходит сообщение от Морган: «Увидимся сегодня?)»
Невольно улыбаюсь при виде скобки в конце — не забыла.
Перевожу взгляд с записки РДАКовцев, все еще лежащей на столе, на коммуникатор, на экране которого открыто окно переписки с Мирандой. Нет, незачем пока что заставлять разведку нервничать. К тому же, если у нас с Морган так называемый роман, это еще не повод встречаться каждый день. Мы же не изображаем пятнадцатилетних влюбленных.
Пишу: «Извини, сегодня не могу. Давай завтра». Уже собираюсь отправить, но вовремя спохватываюсь и добавляю две грустные скобки после «не могу». Маразм: думать, что пишешь, перечитывать и вставлять улыбочки и «грустинки», — я так даже в школе не делал.
Отправляю сообщение и закрываю окно чата. Морган не отвечает: молодец, пусть проверяющие нашу переписку решат, что она обиделась.
