Мне нравится Морган, и шпионить за ней — последнее, на что бы я согласился добровольно. Но сейчас выбор стоит между малознакомой женщиной и родной сестрой. Так что РДАКовцы не просчитались — всем и так ясно, кого я выберу.
Открываю глаза и пишу сообщение Миранде. Сперва хочу предложить встретиться, но потом вспоминаю: она считает, что наши фиктивные отношения выгодны только ей, — и решаю проявлять инициативу в меру. В итоге предложение переформулирую в вопрос: встретимся ли мы сегодня, — и даже не забываю поставить дурацкую скобку.
«Прямо сейчас. Можешь?» — ответ приходит почти мгновенно.
Вроде бы три обычных слова, но они меня почему-то настораживают. У нее что-то случилось?
Может, и придумываю, приписывая ей собственную нервозность. Тем не менее отвечаю не менее быстро, уточняя место встречи.
«У ворот».
Значит, она все еще в ЛЛА.
От здания академии и от общежития до ворот примерно равное расстояние, поэтому не тяну время и быстро переодеваюсь. Я все еще в форме, но сейчас она кажется мне неуместной.
Бросаю взгляд на часы, убеждаюсь, что сборы заняли две минуты, и выхожу из комнаты.
РДАКи сказали выяснить что-то о Рикардо Тайлере.
И, если от этого зависит жизнь моей сестры, я выясню.
Я покинул комнату в считанные минуты после получения сообщения. Тем не менее Морган уже у ворот, да не просто ждет, а успела перегнать к ним свой флайер с парковки, а теперь нетерпеливо переминается с ноги на ногу у его блестящего красного бока.
Невольно любуюсь ею по мере приближения. Морган очень красивая и живая, когда не натягивает на себя маску холодного преподавателя. И назойливый Лиам чертовски прав: по привлекательности Миранда даст фору всем нашим однокурсницам.
— Привет. — Подхожу, зачем-то убрав руки в карманы куртки. Чувствую себя неловко. С чего бы?
Капитан стоит, обняв себя руками. На ней нет ничего, кроме привычной формы, а ветер по-настоящему осенний.
— Привет! — неожиданно улыбается, убирает волосы за уши, так как ветер норовит бросить их ей в лицо. — Готов к безумным полетам? — Ее глаза блестят, что явно говорит: сама Морган не просто готова, а жаждет неба и скорости — пилот до мозга костей.
Запоздало спохватываюсь, снимаю с себя куртку и набрасываю ей на плечи — меня крайне привлекают губы Миранды, но синий оттенок им не идет. Как она только умудрилась добраться до ворот так быстро, что успела замерзнуть в ожидании меня?
Мой внезапный порыв с курткой заставляет брови Морган взлететь вверх: не ожидала, поражена. Не привыкла к рыцарским жестам? Да я сам к ним не привык — как-то само собой вышло.
— Спасибо, — благодарит смущенно, кутаясь в предложенную вещь. — Как-то резко похолодало, — будто оправдывается. Что есть, то есть; сам вчера не ожидал, что так околею за время своей «прогулки» в парк.
— Так летим? — спрашиваю, потому что пауза затягивается. Неловкая пауза. Неужто ее так удивила куртка?
— Летим! — Морган встряхивает волосами, а в следующую секунду в меня летит ключ от ее флайера. — Садись за руль, студент!
Ловлю ключ-карту в полете. Усмехаюсь.
— Куда летим?
— К черту! — Ее глаза сверкают. — Хоть к самому черту, лишь бы лететь!
Какая-то нервозная веселость, вот как бы я это назвал, если бы меня попросили проанализировать поведение спутницы. Но она права: к черту — и анализ ситуации в первую очередь.
Отключаю блокировку дверей, и Морган первая забирается во флайер. Устраивается на сиденье, пристегивается, но так и не думает снимать мою куртку, наоборот, кутается в нее. А мне почему-то приятно — точно крыша поехала.
Взлетаем. Миранда молчит. Сидит ко мне вполоборота и внимательно следит за всем, что я делаю. Обычно меня такое поведение находящегося рядом нервирует, но сейчас, как ни странно, под ее взглядом мне комфортно — пусть смотрит.
— Выше, — командует через несколько минут.
Бросаю на нее взгляд.
— Мы выйдем из транспортной сети.
— Плевать.
— Нас арестуют.
Смеется.
— Пусть сначала догонят.
Согласен, это весомый аргумент, когда за пультом управления Морган, но не я. Однако спорить не буду: во-первых, я не первый, кого она обучает, а во-вторых, перед ней резервный пульт управления — в случае чего успеет перехватить управление, чтобы мы не разбились.
— Как скажешь, — пожимаю плечами.
— И быстрее.
— Угу.
— Еще.
— Угу. — Ускоряюсь снова.
— Еще!
Это уже не просто быстро, а очень быстро.
— Еще! Этот флайер может вдвое быстрее.
А со скоростью света он не может?
Морган подается ко мне, так, что ремни ее кресла натягиваются.
— Верь мне, — говорит уверенно и кладет ладонь поверх моей руки на панели. — Быстрее. Отпусти себя.
Отпустить себя сейчас очень легко, потому что я понимаю, что не контролирую в этот момент ни черта: ни мою реакцию на эту женщину, ни флайер, развивший уже просто запредельную скорость.
— Отпусти себя. Попробуй получить наслаждение.
Она убирает свою руку, и я сам даю команду на увеличение скорости. Еще. И через минуту еще.
— Да! — Морган восторженно хлопает в ладоши, окончательно растеряв образ серьезного и порой надменного преподавателя.
Хм, а это действительно здорово…
— Право, лево, прямо! — выкрикивает Миранда.
Слушаюсь раньше, чем успеваю осмыслить. Понимаю, что произошло, только после того как вышка, огромная металлическая конструкция, остается позади.
Невольно начинаю замедляться: если бы она не крикнула, а я не послушался, наши ошметки разлетелись бы на несколько километров от места столкновения.
— Не тормози, — велит жестко. — Радар эту длинную дуру не видит, а из-за тумана ты бы не смог ее разглядеть сам, так что все нормально. Я знаю эти места.
Действительно, «эти места». Потому что мы уже за пределами города, под нами темнеет огромный лесной массив, раскинувшийся, вероятно, на сотни километров — мы летим с умопомрачительной скоростью, но никак не можем его преодолеть.
— Забирай левее.
Не соизмеряю скорость и свой поворот. Нас заносит, разворачивает в воздухе. Будь мы в транспортной сети, точно снесли бы все и всех, оказавшихся поблизости. То, что та вышка осталась далеко позади, — тоже удача.
Выравниваю летательный аппарат, здорово струхнув: еще миг — и нас бы перевернуло вверх тормашками.
— Хорошая реакция, — комментирует Морган. Не похоже, чтобы ее взволновал мой корявый поворот. — Теперь ниже. Правее.
На такой скорости, будучи сам за панелью управления, я еще не летал. Даже прошлый полет с Мирандой — всего лишь цветочки.
— Снижайся. Там есть поляна, — указывает пальцем в монитор с картой на панели управления.
Когда скорость перестает быть такой бешеной, я и сам начинаю ориентироваться в пространстве и соотносить наш маршрут с движущейся точкой на схеме. Хотя еще минуту назад просто летел в никуда.
Перед нами и правда поляна. Большая, почти идеально круглая, обрамленная густым лесом по всему периметру. Покуда хватает глаз — пожухлая трава; ни одного пня или поваленного дерева, что бы говорило о том, что поляна искусственного происхождения.
— Здорово, правда? — выдыхает Морган, расслабленно откидываясь на спинку сиденья и все еще кутаясь в мою куртку, хотя в салоне тепло. Или это мне стало жарко от выброшенного в кровь адреналина?
— Здорово, — соглашаюсь, глуша двигатель. Сам не знаю, что именно имею в виду: поляну, или наш полет, или все вместе.
— Джейс, у тебя талант, — говорит капитан. Отщелкивает свой ремень, демонстрируя, что не собирается отправляться в обратный путь прямо сейчас.
Следую ее примеру, несмотря на то что ремни безопасности в клиркийском флайере очень удобные и прямо-таки неощутимые.
Поворачиваюсь к ней. Усмехаюсь.
— В чем талант-то?
В моем понимании, я просто выполнял команды опытного пилота: правее, левее, выше, быстрее.
— Ты еще спрашиваешь, — Морган смеется. — Да половина твоих однокурсников наложили бы в штаны от такой скорости. — Да, штаны у меня сухие, в этом я преуспел. — Скажи, ты контролировал флайер? — Ловит мой взгляд.
Должен был, по идее, не так ли? Но смысла врать не вижу: я ведь на самом деле хочу научиться летать, по-настоящему, а не по прямой от пункта А до пункта Б.
— Только чтобы не кувыркнуться.
— А запаниковал бы — кувыркнулись бы, — подтверждает кивком. — Тебя занесло-то всего раз. Так что правда, ты молодец.
Не стану врать: похвала мне приятна. Однако по-прежнему не вижу ничего умного или талантливого в своих действиях: просто положился на удачу и опыт спутницы и понадеялся, что пронесет. Пронесло.
Морган внимательно следит за моей реакцией.
— Не любишь, когда тебя хвалят? — интересуется.
Кто же этого не любит?
Пожимаю плечом.
— Просто предпочитаю знать, что похвала обоснована.
— Поверь моему опыту — обоснована, — отрезает. Отодвигает кресло, устраивается поудобнее, перекидывает ногу на ногу. — Признайся. — Смотрит лукаво. — Тебе ведь понравилось? Скорость. Полет. Свобода.
— О да. — Не могу и не хочу скрывать улыбку. Все еще чувствую адреналин в своей крови. Закидываю руки за голову, сползая по спинке сиденья пониже. — Это было здорово.
Морган вздыхает.
Кошусь в ее сторону.
— Обожаю летать, — поясняет свой печальный вздох. — Но это все не то, что космос. А в космосе я теперь почти не бываю… Кто учил тебя летать? — быстро переводит тему. Не хочет жаловаться, понимаю.
Ну, не то чтобы меня именно «учили» в принципе…
Усмехаюсь.
— То там, то тут. Один показал одно, другой — другое.
Морган смотрит на меня с сомнением во взгляде — не верит.
— Пилоты в родне есть? — каким-то образом угадывает.
— Бабушка.
— Ого! — Ее глаза округляются. — Профессиональный пилот?
— Была, — киваю. — Пять «Крыльев».
Морган совершенно неприлично выругивается.
— Черт тебя, Джейс, я же говорю, врожденный талант!
Мне уже смешно. Если я талант, то что же за студенты приходят к ней на обучение?
— А ну, не смейся. — Миранда напускает на себя суровый вид, но я уже немного разбираюсь в выражениях ее лица и понимаю, что она шутит. — Значит так. — А вот теперь становится по-настоящему серьезной. — Смотри. Ты ушел в занос потому, что заложил вот такой угол поворота. — Ее тонкие пальцы с короткостриженными ненакрашенными ногтями пробегают по панели управления, и перед нами разворачивается голографический экран, на котором отражен «журнал» нашего полета. — Смотри. — Перематывает, увеличивает, запускает в замедленной съемке. — Видишь? — Киваю с умным видом. Нет, правда понимаю. На картинке моя ошибка видна совершенно отчетливо. — А если бы ты сделал вот так… — Колдует над панелью: флайер на экране выполняет команду и входит в поворот плавно и красиво, несмотря на скорость. — Понял?
— Вполне, — отзываюсь.
Понять и повторить не одно и то же, но с пониманием проблемы точно нет.
— Повторишь на обратном пути.
Попробую. Почему бы и нет? Если мы не убились по дороге сюда, то, возможно, выживем и на пути в обратную сторону.
Киваю, подтверждая свое согласие.
— Вот и славно. — Морган улыбается и берется за ручку двери. — Пойдем, подышим свежим воздухом, что ли? На дорожку.
Судя по тому, как ветер качает верхушки деревьев, воздух — очень свежий.
Выбираюсь из флайера вслед за капитаном. Осматриваюсь.
На самом деле, изнутри кажется, что снаружи гораздо холоднее. За счет того, что поляна огорожена деревьями со всех сторон, тут даже тепло. Солнце уже клонится к закату, но все еще светло. Под ногами шуршит листва. А воздух и правда свежий. Пахнет сухой травой и хвоей.
Здесь… хорошо и спокойно.
Поворачиваюсь к Морган и с удивлением обнаруживаю, что она забралась на капот флайера прямо с ногами, не заботясь о том, что может его поцарапать или погнуть. В мою сторону не смотрит. Сидит, обхватив колени руками, и подставляет лицо лучам заходящего солнца. В ее и без того блестящих волосах отражается закат. Волосах, преследующих меня во снах…
Встряхиваюсь, избавляясь от наваждения. К черту эмоции. Мне нужно что-то, что я мог бы бросить альфакритской разведке, чтобы хоть на время усыпить их бдительность.
Подхожу.
Миранда наконец вспоминает о моем присутствии и приглашающе кивает на место на капоте рядом с собой. Нет, свое чудо техники она точно не бережет.
Принимаю приглашение, сажусь, но аккуратно и на край. Ободрать такой аппарат грубыми ботинками — сродни святотатству.
Решаюсь.
— Рикардо Тайлер поверил? — спрашиваю.
Морган мрачнеет, морщится.
— Вроде да. Подозревает, но не утверждает. Он пока ненадолго отвлекся, но это же Рикардо — с ним никогда нельзя терять бдительность. Так что извини, придется поиграть еще немного.
Мне не кажется, что это место пригодно для «игр». Отсюда за нами могут следить разве что со спутника. Но свою мысль не озвучиваю — неважно, мне нужно другое.
— Отвлекся? — Делаю заинтересованное лицо.
Нет, черт возьми, мне на самом деле ни капельки не интересны ни Рикардо Тайлер, ни его секреты. Хочу смотаться с Лондора, куда меня занесло не иначе как ветром невезения, обезопасить сестру и избавиться от надзора РДАКа.
А еще я хочу эту женщину, здесь и сейчас. И это усложняет все в миллион раз сильнее.
Морган и не догадывается о моей внутренней борьбе, отвечает спокойно:
— Отвлекся. Хочет устроить вам круиз.
— Нам? — переспрашиваю.
— Студентам. Месяц на борту космического лайнера: практика и подарок от будущего президента в одном флаконе.
Даже боюсь представить, сколько это стоит — Тайлер щедр.
— Полагаю, это входит в программу предвыборной кампании?
Морган смотрит снисходительно, фыркает.
— Спрашиваешь. Он теперь, наверное, и в туалет ходит строго по программе предвыборной кампании. — И замолкает.
Черт, и как мне ее разговорить, чтобы не вызвать подозрений?
Выбираю нейтральное:
— Он ведь победит?
Миранда раздумывает пару секунд, прежде чем ответить. Устраивается поудобнее, вытягивает ноги и теперь болтает ими в воздухе.
— Думаю, победит. Но впервые победа достанется ему нелегко.
— Лукас Ньюман?
Морган смотрит на меня говорящим и одновременно осуждающим взглядом: «И ты, Брут?»
— Даже ты уже проникся?
Тут нет смысла лгать.
— Весь город пестрит его лицом. А люди болтают.
— Да уж. — Капитан кривит губы. — Надеюсь, люди не ошибутся. Рикардо — тот еще мерзавец, но Лондор он любит и перегрызет за него глотку любому, а Ньюман — так, фантики от конфет — его обещания. Мы все здорово влипнем, если он придет к власти… А-а-а, хватит! — Передергивает плечами. — Уже не могу об этих выборах. Всю кровь свернули. — Спрыгивает на траву.
Тоже встаю.
Надо бы порасспрашивать ее еще, но мне и так тошно от необходимости что-то вынюхивать хитростью. А еще меня бесит, что я не могу притронуться к женщине, которая мне по-настоящему нравится впервые за долгое время. Потому что вру ей и потому что она мой преподаватель, и мне еще учиться у нее и учиться. Если дернусь, то все испорчу.
В этот момент ветер таки ухитряется пробраться между деревьев. Сильный порыв поднимает с земли листья и пыль. Морган прикрывает глаза ладонью, а когда убирает руку от лица, смотрит на меня и начинает смеяться.
— Что? — спрашиваю с улыбкой. — У меня выросли рога?
— Почти. — Шагает ко мне, еще, привстает на цыпочки, тянется и убирает крупный сухой лист прямо у меня с макушки.
Зря Морган это делает, потому что между нами теперь считаные сантиметры. И тем более зря она быстро не возвращается на свое предыдущее местоположение, а зачем-то замирает, глядя мне прямо в глаза.
Открываю глаза и пишу сообщение Миранде. Сперва хочу предложить встретиться, но потом вспоминаю: она считает, что наши фиктивные отношения выгодны только ей, — и решаю проявлять инициативу в меру. В итоге предложение переформулирую в вопрос: встретимся ли мы сегодня, — и даже не забываю поставить дурацкую скобку.
«Прямо сейчас. Можешь?» — ответ приходит почти мгновенно.
Вроде бы три обычных слова, но они меня почему-то настораживают. У нее что-то случилось?
Может, и придумываю, приписывая ей собственную нервозность. Тем не менее отвечаю не менее быстро, уточняя место встречи.
«У ворот».
Значит, она все еще в ЛЛА.
От здания академии и от общежития до ворот примерно равное расстояние, поэтому не тяну время и быстро переодеваюсь. Я все еще в форме, но сейчас она кажется мне неуместной.
Бросаю взгляд на часы, убеждаюсь, что сборы заняли две минуты, и выхожу из комнаты.
РДАКи сказали выяснить что-то о Рикардо Тайлере.
И, если от этого зависит жизнь моей сестры, я выясню.
***
Я покинул комнату в считанные минуты после получения сообщения. Тем не менее Морган уже у ворот, да не просто ждет, а успела перегнать к ним свой флайер с парковки, а теперь нетерпеливо переминается с ноги на ногу у его блестящего красного бока.
Невольно любуюсь ею по мере приближения. Морган очень красивая и живая, когда не натягивает на себя маску холодного преподавателя. И назойливый Лиам чертовски прав: по привлекательности Миранда даст фору всем нашим однокурсницам.
— Привет. — Подхожу, зачем-то убрав руки в карманы куртки. Чувствую себя неловко. С чего бы?
Капитан стоит, обняв себя руками. На ней нет ничего, кроме привычной формы, а ветер по-настоящему осенний.
— Привет! — неожиданно улыбается, убирает волосы за уши, так как ветер норовит бросить их ей в лицо. — Готов к безумным полетам? — Ее глаза блестят, что явно говорит: сама Морган не просто готова, а жаждет неба и скорости — пилот до мозга костей.
Запоздало спохватываюсь, снимаю с себя куртку и набрасываю ей на плечи — меня крайне привлекают губы Миранды, но синий оттенок им не идет. Как она только умудрилась добраться до ворот так быстро, что успела замерзнуть в ожидании меня?
Мой внезапный порыв с курткой заставляет брови Морган взлететь вверх: не ожидала, поражена. Не привыкла к рыцарским жестам? Да я сам к ним не привык — как-то само собой вышло.
— Спасибо, — благодарит смущенно, кутаясь в предложенную вещь. — Как-то резко похолодало, — будто оправдывается. Что есть, то есть; сам вчера не ожидал, что так околею за время своей «прогулки» в парк.
— Так летим? — спрашиваю, потому что пауза затягивается. Неловкая пауза. Неужто ее так удивила куртка?
— Летим! — Морган встряхивает волосами, а в следующую секунду в меня летит ключ от ее флайера. — Садись за руль, студент!
Ловлю ключ-карту в полете. Усмехаюсь.
— Куда летим?
— К черту! — Ее глаза сверкают. — Хоть к самому черту, лишь бы лететь!
Какая-то нервозная веселость, вот как бы я это назвал, если бы меня попросили проанализировать поведение спутницы. Но она права: к черту — и анализ ситуации в первую очередь.
Отключаю блокировку дверей, и Морган первая забирается во флайер. Устраивается на сиденье, пристегивается, но так и не думает снимать мою куртку, наоборот, кутается в нее. А мне почему-то приятно — точно крыша поехала.
Взлетаем. Миранда молчит. Сидит ко мне вполоборота и внимательно следит за всем, что я делаю. Обычно меня такое поведение находящегося рядом нервирует, но сейчас, как ни странно, под ее взглядом мне комфортно — пусть смотрит.
— Выше, — командует через несколько минут.
Бросаю на нее взгляд.
— Мы выйдем из транспортной сети.
— Плевать.
— Нас арестуют.
Смеется.
— Пусть сначала догонят.
Согласен, это весомый аргумент, когда за пультом управления Морган, но не я. Однако спорить не буду: во-первых, я не первый, кого она обучает, а во-вторых, перед ней резервный пульт управления — в случае чего успеет перехватить управление, чтобы мы не разбились.
— Как скажешь, — пожимаю плечами.
— И быстрее.
— Угу.
— Еще.
— Угу. — Ускоряюсь снова.
— Еще!
Это уже не просто быстро, а очень быстро.
— Еще! Этот флайер может вдвое быстрее.
А со скоростью света он не может?
Морган подается ко мне, так, что ремни ее кресла натягиваются.
— Верь мне, — говорит уверенно и кладет ладонь поверх моей руки на панели. — Быстрее. Отпусти себя.
Отпустить себя сейчас очень легко, потому что я понимаю, что не контролирую в этот момент ни черта: ни мою реакцию на эту женщину, ни флайер, развивший уже просто запредельную скорость.
— Отпусти себя. Попробуй получить наслаждение.
Она убирает свою руку, и я сам даю команду на увеличение скорости. Еще. И через минуту еще.
— Да! — Морган восторженно хлопает в ладоши, окончательно растеряв образ серьезного и порой надменного преподавателя.
Хм, а это действительно здорово…
— Право, лево, прямо! — выкрикивает Миранда.
Слушаюсь раньше, чем успеваю осмыслить. Понимаю, что произошло, только после того как вышка, огромная металлическая конструкция, остается позади.
Невольно начинаю замедляться: если бы она не крикнула, а я не послушался, наши ошметки разлетелись бы на несколько километров от места столкновения.
— Не тормози, — велит жестко. — Радар эту длинную дуру не видит, а из-за тумана ты бы не смог ее разглядеть сам, так что все нормально. Я знаю эти места.
Действительно, «эти места». Потому что мы уже за пределами города, под нами темнеет огромный лесной массив, раскинувшийся, вероятно, на сотни километров — мы летим с умопомрачительной скоростью, но никак не можем его преодолеть.
— Забирай левее.
Не соизмеряю скорость и свой поворот. Нас заносит, разворачивает в воздухе. Будь мы в транспортной сети, точно снесли бы все и всех, оказавшихся поблизости. То, что та вышка осталась далеко позади, — тоже удача.
Выравниваю летательный аппарат, здорово струхнув: еще миг — и нас бы перевернуло вверх тормашками.
— Хорошая реакция, — комментирует Морган. Не похоже, чтобы ее взволновал мой корявый поворот. — Теперь ниже. Правее.
На такой скорости, будучи сам за панелью управления, я еще не летал. Даже прошлый полет с Мирандой — всего лишь цветочки.
— Снижайся. Там есть поляна, — указывает пальцем в монитор с картой на панели управления.
Когда скорость перестает быть такой бешеной, я и сам начинаю ориентироваться в пространстве и соотносить наш маршрут с движущейся точкой на схеме. Хотя еще минуту назад просто летел в никуда.
Перед нами и правда поляна. Большая, почти идеально круглая, обрамленная густым лесом по всему периметру. Покуда хватает глаз — пожухлая трава; ни одного пня или поваленного дерева, что бы говорило о том, что поляна искусственного происхождения.
— Здорово, правда? — выдыхает Морган, расслабленно откидываясь на спинку сиденья и все еще кутаясь в мою куртку, хотя в салоне тепло. Или это мне стало жарко от выброшенного в кровь адреналина?
— Здорово, — соглашаюсь, глуша двигатель. Сам не знаю, что именно имею в виду: поляну, или наш полет, или все вместе.
— Джейс, у тебя талант, — говорит капитан. Отщелкивает свой ремень, демонстрируя, что не собирается отправляться в обратный путь прямо сейчас.
Следую ее примеру, несмотря на то что ремни безопасности в клиркийском флайере очень удобные и прямо-таки неощутимые.
Поворачиваюсь к ней. Усмехаюсь.
— В чем талант-то?
В моем понимании, я просто выполнял команды опытного пилота: правее, левее, выше, быстрее.
— Ты еще спрашиваешь, — Морган смеется. — Да половина твоих однокурсников наложили бы в штаны от такой скорости. — Да, штаны у меня сухие, в этом я преуспел. — Скажи, ты контролировал флайер? — Ловит мой взгляд.
Должен был, по идее, не так ли? Но смысла врать не вижу: я ведь на самом деле хочу научиться летать, по-настоящему, а не по прямой от пункта А до пункта Б.
— Только чтобы не кувыркнуться.
— А запаниковал бы — кувыркнулись бы, — подтверждает кивком. — Тебя занесло-то всего раз. Так что правда, ты молодец.
Не стану врать: похвала мне приятна. Однако по-прежнему не вижу ничего умного или талантливого в своих действиях: просто положился на удачу и опыт спутницы и понадеялся, что пронесет. Пронесло.
Морган внимательно следит за моей реакцией.
— Не любишь, когда тебя хвалят? — интересуется.
Кто же этого не любит?
Пожимаю плечом.
— Просто предпочитаю знать, что похвала обоснована.
— Поверь моему опыту — обоснована, — отрезает. Отодвигает кресло, устраивается поудобнее, перекидывает ногу на ногу. — Признайся. — Смотрит лукаво. — Тебе ведь понравилось? Скорость. Полет. Свобода.
— О да. — Не могу и не хочу скрывать улыбку. Все еще чувствую адреналин в своей крови. Закидываю руки за голову, сползая по спинке сиденья пониже. — Это было здорово.
Морган вздыхает.
Кошусь в ее сторону.
— Обожаю летать, — поясняет свой печальный вздох. — Но это все не то, что космос. А в космосе я теперь почти не бываю… Кто учил тебя летать? — быстро переводит тему. Не хочет жаловаться, понимаю.
Ну, не то чтобы меня именно «учили» в принципе…
Усмехаюсь.
— То там, то тут. Один показал одно, другой — другое.
Морган смотрит на меня с сомнением во взгляде — не верит.
— Пилоты в родне есть? — каким-то образом угадывает.
— Бабушка.
— Ого! — Ее глаза округляются. — Профессиональный пилот?
— Была, — киваю. — Пять «Крыльев».
Морган совершенно неприлично выругивается.
— Черт тебя, Джейс, я же говорю, врожденный талант!
Мне уже смешно. Если я талант, то что же за студенты приходят к ней на обучение?
— А ну, не смейся. — Миранда напускает на себя суровый вид, но я уже немного разбираюсь в выражениях ее лица и понимаю, что она шутит. — Значит так. — А вот теперь становится по-настоящему серьезной. — Смотри. Ты ушел в занос потому, что заложил вот такой угол поворота. — Ее тонкие пальцы с короткостриженными ненакрашенными ногтями пробегают по панели управления, и перед нами разворачивается голографический экран, на котором отражен «журнал» нашего полета. — Смотри. — Перематывает, увеличивает, запускает в замедленной съемке. — Видишь? — Киваю с умным видом. Нет, правда понимаю. На картинке моя ошибка видна совершенно отчетливо. — А если бы ты сделал вот так… — Колдует над панелью: флайер на экране выполняет команду и входит в поворот плавно и красиво, несмотря на скорость. — Понял?
— Вполне, — отзываюсь.
Понять и повторить не одно и то же, но с пониманием проблемы точно нет.
— Повторишь на обратном пути.
Попробую. Почему бы и нет? Если мы не убились по дороге сюда, то, возможно, выживем и на пути в обратную сторону.
Киваю, подтверждая свое согласие.
— Вот и славно. — Морган улыбается и берется за ручку двери. — Пойдем, подышим свежим воздухом, что ли? На дорожку.
Судя по тому, как ветер качает верхушки деревьев, воздух — очень свежий.
Выбираюсь из флайера вслед за капитаном. Осматриваюсь.
На самом деле, изнутри кажется, что снаружи гораздо холоднее. За счет того, что поляна огорожена деревьями со всех сторон, тут даже тепло. Солнце уже клонится к закату, но все еще светло. Под ногами шуршит листва. А воздух и правда свежий. Пахнет сухой травой и хвоей.
Здесь… хорошо и спокойно.
Поворачиваюсь к Морган и с удивлением обнаруживаю, что она забралась на капот флайера прямо с ногами, не заботясь о том, что может его поцарапать или погнуть. В мою сторону не смотрит. Сидит, обхватив колени руками, и подставляет лицо лучам заходящего солнца. В ее и без того блестящих волосах отражается закат. Волосах, преследующих меня во снах…
Встряхиваюсь, избавляясь от наваждения. К черту эмоции. Мне нужно что-то, что я мог бы бросить альфакритской разведке, чтобы хоть на время усыпить их бдительность.
Подхожу.
Миранда наконец вспоминает о моем присутствии и приглашающе кивает на место на капоте рядом с собой. Нет, свое чудо техники она точно не бережет.
Принимаю приглашение, сажусь, но аккуратно и на край. Ободрать такой аппарат грубыми ботинками — сродни святотатству.
Решаюсь.
— Рикардо Тайлер поверил? — спрашиваю.
Морган мрачнеет, морщится.
— Вроде да. Подозревает, но не утверждает. Он пока ненадолго отвлекся, но это же Рикардо — с ним никогда нельзя терять бдительность. Так что извини, придется поиграть еще немного.
Мне не кажется, что это место пригодно для «игр». Отсюда за нами могут следить разве что со спутника. Но свою мысль не озвучиваю — неважно, мне нужно другое.
— Отвлекся? — Делаю заинтересованное лицо.
Нет, черт возьми, мне на самом деле ни капельки не интересны ни Рикардо Тайлер, ни его секреты. Хочу смотаться с Лондора, куда меня занесло не иначе как ветром невезения, обезопасить сестру и избавиться от надзора РДАКа.
А еще я хочу эту женщину, здесь и сейчас. И это усложняет все в миллион раз сильнее.
Морган и не догадывается о моей внутренней борьбе, отвечает спокойно:
— Отвлекся. Хочет устроить вам круиз.
— Нам? — переспрашиваю.
— Студентам. Месяц на борту космического лайнера: практика и подарок от будущего президента в одном флаконе.
Даже боюсь представить, сколько это стоит — Тайлер щедр.
— Полагаю, это входит в программу предвыборной кампании?
Морган смотрит снисходительно, фыркает.
— Спрашиваешь. Он теперь, наверное, и в туалет ходит строго по программе предвыборной кампании. — И замолкает.
Черт, и как мне ее разговорить, чтобы не вызвать подозрений?
Выбираю нейтральное:
— Он ведь победит?
Миранда раздумывает пару секунд, прежде чем ответить. Устраивается поудобнее, вытягивает ноги и теперь болтает ими в воздухе.
— Думаю, победит. Но впервые победа достанется ему нелегко.
— Лукас Ньюман?
Морган смотрит на меня говорящим и одновременно осуждающим взглядом: «И ты, Брут?»
— Даже ты уже проникся?
Тут нет смысла лгать.
— Весь город пестрит его лицом. А люди болтают.
— Да уж. — Капитан кривит губы. — Надеюсь, люди не ошибутся. Рикардо — тот еще мерзавец, но Лондор он любит и перегрызет за него глотку любому, а Ньюман — так, фантики от конфет — его обещания. Мы все здорово влипнем, если он придет к власти… А-а-а, хватит! — Передергивает плечами. — Уже не могу об этих выборах. Всю кровь свернули. — Спрыгивает на траву.
Тоже встаю.
Надо бы порасспрашивать ее еще, но мне и так тошно от необходимости что-то вынюхивать хитростью. А еще меня бесит, что я не могу притронуться к женщине, которая мне по-настоящему нравится впервые за долгое время. Потому что вру ей и потому что она мой преподаватель, и мне еще учиться у нее и учиться. Если дернусь, то все испорчу.
В этот момент ветер таки ухитряется пробраться между деревьев. Сильный порыв поднимает с земли листья и пыль. Морган прикрывает глаза ладонью, а когда убирает руку от лица, смотрит на меня и начинает смеяться.
— Что? — спрашиваю с улыбкой. — У меня выросли рога?
— Почти. — Шагает ко мне, еще, привстает на цыпочки, тянется и убирает крупный сухой лист прямо у меня с макушки.
Зря Морган это делает, потому что между нами теперь считаные сантиметры. И тем более зря она быстро не возвращается на свое предыдущее местоположение, а зачем-то замирает, глядя мне прямо в глаза.
