Представила купидончика с милыми пушистыми крылышками и натянутой стрелой в пухлых ручках. Произнесла заклинание, постепенно вливая энергию, и – вуаля, ангелочек завис в воздухе. Но если правая рука у него была вполне себе правдоподобной, то левая плоскими пальцами пыталась натянуть стрелу.
Закрыв глаза, я сотворила теперь только неполучившуюся часть тела, а затем перенесла ее на купидона, наложив на нужное место. Рука стала нормальной. Ха, да это же как навороченный фотошоп – накладываешь один слой на другой, вот тебе и картинка.
Пожелала, чтобы ангелок перебрался на шкаф, и, к моему удивлению, в следующий миг он уже сидел, свесив ноги вниз и целясь луком в сторону двери.
Вот друзья удивятся, встретив такой прием, — ухмыляясь подумала я. И чтобы плоды моих трудов не развеялись раньше времени, еще больше напитала силами свою иллюзию.
От трудов праведных мне дико захотелось пить. Набрав холодной воды из под крана, я с наслаждением присосалась к кружке. В этом мире использовалась магическая система очистки, убивающая всех известных и неизвестных микробов, поэтому пили ее без опасений.
Внезапно открывшаяся дверь едва не заехала по мне, любующейся своим творением с разных сторон. А в проеме появилась рыжая голова.
— Амелия, ты должна мне помочь, — чуть истерично выпалил Рома. — Я не уверен, что... — А что это у тебя такое на шкафу? — забыв о цели визита, спросил друг.
— Нравится? — ответила вопросом на вопрос с гордостью, присущей всем матерям, рассказывающим о своих детях.
— Ну, это... Оригинально, вот! — неуверенно промямлил он. — Так кто это? Он меня не пристрелит, если я войду?
— Это смотря как ты себя будешь вести, — решила подшутить я над другом. — Будешь бегать по ба... эм-м-м, по мужикам, так этот милый купидон запустит в тебя стрелой, чтобы количество сердечных привязанностей снизилось до одной.
— А-а-а, — многозначительно протянул рыжик, входя в комнату. — Тогда не страшно. Мне кроме Магнедика никто не нужен.
От неожиданности я поперхнулась и расплескала воду в чашке.
— Как ты его называешь? — откашлявшись переспросила я, глядя в невинные глаза парня.
— Магнедик, а что? По-моему, звучит красиво и ласково, — с мечтательными нотками в голосе пояснил влюбленный. — Вот слушай, как еще можно: Магнудушек, Магнедусик, Магнюшечка...
— Все-все, я поняла. Это действительно самое нормальное уменьшительно-ласкательное имя, которое только можно придумать. Можешь дальше не продолжать.
Н-да, это уже диагноз. Нужно закругляться, а то еще что-нибудь услышу, а потом заснуть не смогу. Боюсь, что моя хрупкая психика не выдержит такого издевательства. Кстати, а зачем он ко мне пришел?
— Вы все такие черствые, — патетично провозгласил Ромул. — Я думал, что хоть ты способна понять мои чувства, но видимо я ошибся, и придется одному нести бремя безответной любви.
— Ну ладно тебе, — не выдержала его душещипательных речей я. – Тебе нужно чем-то помочь?
Вот зря я это сказала. Нужно было прикусить язык и не лезть в сомнительные мероприятия, запланированные на ночь сомнительными личностями.
Крадясь вслед за Ромулом в сторону преподавательского общежития, я не понимала, как на это согласилась. После того, как он прочитал мне восемь самых подходящих, на его взгляд, романтических признаний, из которых мы совместными усилиями выбрали одно, я немного расслабилась. Что еще от меня требуется, – наивно думала я. Не свечку же меня попросят подержать. Но нет, меня попросили постоять за дверью. Зачем? А за компанию. Аргумент так себе, но когда я сообщила обнаглевшему рыжему пройдохе, что я там буду лишней и, вообще, по ночам предпочитаю спать, он посмотрел на меня обиженными-преобиженными глазами побитого котенка и сказал:
— А я думал, что мы друзья.
Ну и я как дура клюнула на эту банальную уловку и все-таки согласилась поддержать его в непосредственной близости. И вот крадемся мы к комнате Магнеда по темным коридорам спящей академии. Почему спящей? Так все нормальные люди в час ночи спят. Вы спросите, почему именно в час ночи. А фиг его знает. Точнее, так решила левая пятка Ромула, убеждающего, что это самое подходящее время для любовных признаний. А главное, его никто не увидит. Еще бы, ведь студентам после одиннадцати часов покидать пределы общежития запрещено.
То, что мне предполагалось во время стихотворных признаний ждать за дверью, его мало волновало. Мои логичные попытки объяснить, что магистр в это время скорее всего будет спать и стук в дверь не услышит, также его не остановили.
Выскользнув из моей комнаты, мы, стараясь идти на цыпочках, ибо все шаги о каменный пол отзывались гулким эхо, спустились на три этажа вниз, прошли два коридора, повернули направо и вновь спустились на этаж вниз.
Появившиеся на полу узоры создавали ощущение, что ступаешь не по твердому камню, а по персидскому ковру, а таблички с именами на дверях и захваченная Ромой карта говорили о том, что мы ступили на территорию преподавателей.
Найти нужную комнату было не сложно, и уже через пару минут друг стучался в дверь к де Касту. Я осмотрительно отошла в сторону и погасила светлячок, что на протяжении всего пути не давал сломать ноги, навернувшись на очередной лестнице. Сначала ничего не происходило, и я уже было решила, что затея, к моему счастью, провалилась. Но я рано радовалась. Рома в очередной раз занес кулак, когда магистр открыл дверь и сонными глазами уставился на него.
Не давая Магнеду задать вопрос или, что вернее, послать по известному всем маршруту непрошенного визитера, Ромул подставил ногу, а затем и пролез в проем, отодвигая при этом магистра и захлопывая за собой дверь. Я же, чтобы не светиться посреди коридора, поспешила отойти в боковую нишу, где можно было спрятаться за горшком с пальмой.
Все шло хорошо, – без препятствий преодолела коридор, завернула за угол, и... столкнулась с Францем де Нилем. Ректором собственной персоной. Я встала в ступор, а мысли бегали в голове и просчитывали варианты, чего бы такого наврать поправдоподобнее. Мозги соображали плохо, зато ректор и не думал волноваться от встречи со мной.
— Студентка, что вы делаете ночью в коридоре преподавательского общежития? — остановившись в шаге от меня, задал логичный вопрос мужчина.
— Я... Я страдаю лунатизмом, вот и забрела сюда. Честное слово, я не хотела.
А что, правда же не хотела. Меня заставили.
— Да неужели, — насмешка слышалась в голосе главы академии. — Вы хотите сказать, что спите в одежде и туфлях? — он вопросительно приподнял бровь и нарочито медленно скользнул по мне взглядом сверху вниз.
— Нет! То есть, да! То есть, — замешкалась я с ответом под его усмехающимися глазами. — Просто я сегодня так устала, что прилегла на кровать и не заметила, как заснула, — попыталась я хоть как-то выкрутиться из сложившейся непростой ситуации. Вот рыжий, я тебе все припомню. Шило в заднице у него, а отвечать за это должна я. Где справедливость? В следующих его затеях я однозначно не участвую. Не участвую я сказала, — повторила для внутренней ехидны, утверждающей, что я просто не могу не влипнуть в очередную авантюру.
— На первый раз сделаю вид, что я вам поверил, — уже намного холоднее произнес ректор. — Но если встречу вас снова, гуляющей ночью по коридорам, или узнаю об этом от преподавателей, — он оценивающе посмотрел на меня и взгляд его остановился на моей обтянутой платьем груди, — то вас будет ждать наказание.
И как-то мне сразу стало не по себе. Я почувствовала себя маленькой лягушкой, над которой стоит ученый и думает, препарировать бедное земноводное или придумать что поизвращеннее. Но лучше я об этом потом подумаю, а сейчас мне пора валить.
— Так я могу идти? — спросила с надеждой в каждой клеточке моего тела. Глаза и уши надеялись получить утвердительный ответ, ноги надеялись поскорее дать деру, сердце надеялось, что такого стресса оно больше не встретит. И только попа надеялась, что это не последнее приключение. Да, попа – она такая.
— Идите, — разрешил мужчина. — Надеюсь, вы не заблудитесь по пути в комнату? Или вас проводить?
«О, и он тоже на что-то надеется, наш человек!» —прорезался внутренний голос, но я шикнула на него.
— Нет-нет, — быстро замотала головой, опасаясь еще хоть минуту оставаться в его обществе. — Я сама дойду.
И в подтверждение своих слов стала обходить стоявшего на пути ректора.
— Вы ложитесь спать с картой? — продолжил издеваться он. — Или вы здесь у кого-то часто бываете?
Я покраснела как «Майская роза». Не как благородный цветок, а как помидор с одноименным названием. Намек в голосе не услышал бы только глухой.
— Нет, — начиная злиться не то на ректора, не то на саму себя, опровергла я его грязные инсинуации. — Мне доводилось здесь бывать, когда исследовала академию.
Не знаю, поверили мне или нет. Ректор только качнул головой и быстро пошел в противоположную от меня сторону. То есть туда, откуда я и свернула. Интересно, Ромулу повезет, или тоже будет лунатиком прикидываться. Если его поймают, закроет ли де Ниль глаза на провинность или накажет рыжего и меня заодно?
Вопросы вертелись в голове, а ноги все быстрее несли по лестнице. И только около двери в свою комнату я с облегчением вздохнула. Больше в сомнительных мероприятиях я не участвую.
И до чего же любят удачливые девчата выручать своих несчастных подруг! Прямо медом их не корми, а дай сотворить без спросу доброе дело!
(Борис Бедный. Девчата)
Весь остаток ночи, как и полагается нормальному человеку, я спала. Но, несмотря на это абсолютно не отдохнула. Неприятности прошедшей ночи не прошли даром, поэтому не удивительно, что снился мне кошмар.
Сон. Я нахожусь в небольшом древнем городе, в котором пара археологов начала делать раскопки. В процессе, на моих глазах были обнаружены два древних тела. Они не были похожи на мумии, но и не были скелетами. Двое мужчин как будто просто прилегли отдохнуть. Даже кожа их была загорелая от солнца. Но вдруг находки открыли глаза и начали подниматься. Ничего не понимающие, шокированные археологи застыли на месте, наблюдая за невероятным событием. Зомби, — а кем еще могли быть восставшие мертвецы, с невероятным проворством для тех, кто столетия пролежал в одной позе подобрались к двум археологам и вцепились в них зубами. Через пару мгновений уже четыре нечеловеческих взгляда обратили на меня внимание. Я со всех ног побежала прочь, пытаясь предупредить встреченных людей о надвигающейся опасности. Кто-то разворачивался и тоже убегал, другие не верили и становились следующими жертвами, зараженными непонятным вирусом. Вскоре уже небольшая армия маршировала по дороге столкнувшегося с неизвестной опасностью города. Я добежала до своей квартиры и спряталась в ней. Здесь я чувствовала себя в безопасности и могла переждать локальный Армагеддон. Но вдруг в тишине квартиры прозвенел дверной звонок. Посмотрев в глазок, я увидела стоящего за дверью ректора. И уже открыв посетителю дверь, я увидела нечеловеческий взгляд, смотрящих на меня черных глаз. Все мое тело охватил страх, и я, тяжело дыша, проснулась.
До подъема оставалось еще два часа, но больше ложиться я не рискнула. Закутавшись в одеяло, я села в позу лотоса и стала медитировать, представляя шум моря, водопад, пение птиц и другие успокаивающие картины. И только когда полностью отошла от кошмара, заменив его положительными эмоциями, встала и пошла в душ. Говорят, что вода смывает негативную энергию. Пусть сегодня это будет единственная неприятность. Попав в этот мир, я воспринимала себя как бы со стороны, примеряя на себя новую роль и исполняя ее на сцене. И только сейчас пришло понимание, что это не игры моего разума, это реальная жизнь со своими правилами, нарушать которые не только глупо, но и опасно. Вот и сон предостерегает, что от ректора нужно держаться подальше.
Я решила, что с сегодняшнего дня перестану высовываться и идти на поводу у мимолетной прихоти. Даже если попа будет очень просить приключений. Эх, получилось бы еще выполнить задуманное. Обычно неприятности находят меня сами.
В столовую я шла за компанию с соседкой. Аппетита не было, поэтому я ограничилась лишь бодрящим отваром и бутербродом с сыром. Мое состояние заметили и друзья, но на их вопросы я отделалась ничего не значащими фразами. Рома тоже сидел невеселый.
Когда мы встретились за столом, он обижался, что я не дождалась и бросила его без поддержки. Но узнав, что я попалась на глаза главе академии – сдулся и даже попытался приободрить: «Все же обошлось, верно?» Сам же парень поведал, что потерпел сокрушительное фиаско. Магистр не выгнал его сразу лишь по одной простой причине, — не верил, что это не он грезит, а наглый студент действительно посмел разбудить и вломиться к преподавателю в час ночи. После сбивчивого объяснения цели визита Рома достал из кармана листок со стихами и даже прочел пару строчек, когда прилетела она – птица обломинго.
Имея традиционную, несмотря на свою манеру одеваться, ориентацию, де Каст прервал влюбленного в него юнца и весьма эмоционально объяснил, что мальчиками не интересуется. А дальше, выглянул в коридор, убедился, что никто не увидит порочащую его сцену и выставил Ромку за дверь, более не слушая его невнятного лепета.
— Ну, по крайней мере, он не сдал тебя ректору, — попыталась успокоить я парня. Рыжий же только волком посмотрел на меня.
— Да ладно тебе, — поддержал меня Эни, — всем было понятно, чем дело кончится, только ты упертый слушать ничего не хотел.
Рома тяжко вздохнул и продолжил ковырять омлет. Остаток завтрака прошел в тишине, нарушаемой только стуком столовых приборов и разговорами за соседними столами.
***
— Как вам всем известно, Вестар омывается водами трех океанов и восьми морей. Самый крупный из трех материков — Баррея, на котором мы с вами и находимся, имеет центральное расположение. На западе Алунское море разделяет Баррею с самым малым и малонаселенным из-за пустынного климата Андаром. Последний и средний по величине Зуриан находится на юго-востоке от Барреи и омывается на севере и западе водами Темного океана. Он имеет влажный тропический климат и большую часть года там идут дожди...
География, где бы она ни была, всегда остается географией. Предмет вроде и не скучный, но зачем так много рассказывать, если можно просто выдать атлас с климатическими и прочими картами? Мне кажется, что так было бы и быстрее и нагляднее. Посмотрел на них, и все понятно. А здесь, фигушки вам, а не атлас. Это же и так все знают, правильно? А то, что для одной попаданки все в новинку, никого не интересует.
Как я успела запомнить, Баррея, являющаяся самым большим материком, имеет площадь около 18 млн. км2 и состоит из пяти стран: Илонии, Оливии, Тандилии, Фарундира и Зуфира. Илония занимает юго-западные земли, на южной границе имеет выход к морю, а на северо-западе и северо-востоке – сухопутную границу с Оливией и Зуфиром.
А в конце занятия магистр пообещала провести на следующей паре проверочную работу по основным географическим объектам и их расположению. Придется опять окопаться в библиотеке в поисках дополнительной литературы и сильно попотеть.
Я автоматически записывала лекцию за магистром Ларой де Аверо, которая, быстро пробежавшись по расположению и климату материков, сейчас рассказывала о населяющих планету животных.
Закрыв глаза, я сотворила теперь только неполучившуюся часть тела, а затем перенесла ее на купидона, наложив на нужное место. Рука стала нормальной. Ха, да это же как навороченный фотошоп – накладываешь один слой на другой, вот тебе и картинка.
Пожелала, чтобы ангелок перебрался на шкаф, и, к моему удивлению, в следующий миг он уже сидел, свесив ноги вниз и целясь луком в сторону двери.
Вот друзья удивятся, встретив такой прием, — ухмыляясь подумала я. И чтобы плоды моих трудов не развеялись раньше времени, еще больше напитала силами свою иллюзию.
От трудов праведных мне дико захотелось пить. Набрав холодной воды из под крана, я с наслаждением присосалась к кружке. В этом мире использовалась магическая система очистки, убивающая всех известных и неизвестных микробов, поэтому пили ее без опасений.
Внезапно открывшаяся дверь едва не заехала по мне, любующейся своим творением с разных сторон. А в проеме появилась рыжая голова.
— Амелия, ты должна мне помочь, — чуть истерично выпалил Рома. — Я не уверен, что... — А что это у тебя такое на шкафу? — забыв о цели визита, спросил друг.
— Нравится? — ответила вопросом на вопрос с гордостью, присущей всем матерям, рассказывающим о своих детях.
— Ну, это... Оригинально, вот! — неуверенно промямлил он. — Так кто это? Он меня не пристрелит, если я войду?
— Это смотря как ты себя будешь вести, — решила подшутить я над другом. — Будешь бегать по ба... эм-м-м, по мужикам, так этот милый купидон запустит в тебя стрелой, чтобы количество сердечных привязанностей снизилось до одной.
— А-а-а, — многозначительно протянул рыжик, входя в комнату. — Тогда не страшно. Мне кроме Магнедика никто не нужен.
От неожиданности я поперхнулась и расплескала воду в чашке.
— Как ты его называешь? — откашлявшись переспросила я, глядя в невинные глаза парня.
— Магнедик, а что? По-моему, звучит красиво и ласково, — с мечтательными нотками в голосе пояснил влюбленный. — Вот слушай, как еще можно: Магнудушек, Магнедусик, Магнюшечка...
— Все-все, я поняла. Это действительно самое нормальное уменьшительно-ласкательное имя, которое только можно придумать. Можешь дальше не продолжать.
Н-да, это уже диагноз. Нужно закругляться, а то еще что-нибудь услышу, а потом заснуть не смогу. Боюсь, что моя хрупкая психика не выдержит такого издевательства. Кстати, а зачем он ко мне пришел?
— Вы все такие черствые, — патетично провозгласил Ромул. — Я думал, что хоть ты способна понять мои чувства, но видимо я ошибся, и придется одному нести бремя безответной любви.
— Ну ладно тебе, — не выдержала его душещипательных речей я. – Тебе нужно чем-то помочь?
Вот зря я это сказала. Нужно было прикусить язык и не лезть в сомнительные мероприятия, запланированные на ночь сомнительными личностями.
***
Крадясь вслед за Ромулом в сторону преподавательского общежития, я не понимала, как на это согласилась. После того, как он прочитал мне восемь самых подходящих, на его взгляд, романтических признаний, из которых мы совместными усилиями выбрали одно, я немного расслабилась. Что еще от меня требуется, – наивно думала я. Не свечку же меня попросят подержать. Но нет, меня попросили постоять за дверью. Зачем? А за компанию. Аргумент так себе, но когда я сообщила обнаглевшему рыжему пройдохе, что я там буду лишней и, вообще, по ночам предпочитаю спать, он посмотрел на меня обиженными-преобиженными глазами побитого котенка и сказал:
— А я думал, что мы друзья.
Ну и я как дура клюнула на эту банальную уловку и все-таки согласилась поддержать его в непосредственной близости. И вот крадемся мы к комнате Магнеда по темным коридорам спящей академии. Почему спящей? Так все нормальные люди в час ночи спят. Вы спросите, почему именно в час ночи. А фиг его знает. Точнее, так решила левая пятка Ромула, убеждающего, что это самое подходящее время для любовных признаний. А главное, его никто не увидит. Еще бы, ведь студентам после одиннадцати часов покидать пределы общежития запрещено.
То, что мне предполагалось во время стихотворных признаний ждать за дверью, его мало волновало. Мои логичные попытки объяснить, что магистр в это время скорее всего будет спать и стук в дверь не услышит, также его не остановили.
Выскользнув из моей комнаты, мы, стараясь идти на цыпочках, ибо все шаги о каменный пол отзывались гулким эхо, спустились на три этажа вниз, прошли два коридора, повернули направо и вновь спустились на этаж вниз.
Появившиеся на полу узоры создавали ощущение, что ступаешь не по твердому камню, а по персидскому ковру, а таблички с именами на дверях и захваченная Ромой карта говорили о том, что мы ступили на территорию преподавателей.
Найти нужную комнату было не сложно, и уже через пару минут друг стучался в дверь к де Касту. Я осмотрительно отошла в сторону и погасила светлячок, что на протяжении всего пути не давал сломать ноги, навернувшись на очередной лестнице. Сначала ничего не происходило, и я уже было решила, что затея, к моему счастью, провалилась. Но я рано радовалась. Рома в очередной раз занес кулак, когда магистр открыл дверь и сонными глазами уставился на него.
Не давая Магнеду задать вопрос или, что вернее, послать по известному всем маршруту непрошенного визитера, Ромул подставил ногу, а затем и пролез в проем, отодвигая при этом магистра и захлопывая за собой дверь. Я же, чтобы не светиться посреди коридора, поспешила отойти в боковую нишу, где можно было спрятаться за горшком с пальмой.
Все шло хорошо, – без препятствий преодолела коридор, завернула за угол, и... столкнулась с Францем де Нилем. Ректором собственной персоной. Я встала в ступор, а мысли бегали в голове и просчитывали варианты, чего бы такого наврать поправдоподобнее. Мозги соображали плохо, зато ректор и не думал волноваться от встречи со мной.
— Студентка, что вы делаете ночью в коридоре преподавательского общежития? — остановившись в шаге от меня, задал логичный вопрос мужчина.
— Я... Я страдаю лунатизмом, вот и забрела сюда. Честное слово, я не хотела.
А что, правда же не хотела. Меня заставили.
— Да неужели, — насмешка слышалась в голосе главы академии. — Вы хотите сказать, что спите в одежде и туфлях? — он вопросительно приподнял бровь и нарочито медленно скользнул по мне взглядом сверху вниз.
— Нет! То есть, да! То есть, — замешкалась я с ответом под его усмехающимися глазами. — Просто я сегодня так устала, что прилегла на кровать и не заметила, как заснула, — попыталась я хоть как-то выкрутиться из сложившейся непростой ситуации. Вот рыжий, я тебе все припомню. Шило в заднице у него, а отвечать за это должна я. Где справедливость? В следующих его затеях я однозначно не участвую. Не участвую я сказала, — повторила для внутренней ехидны, утверждающей, что я просто не могу не влипнуть в очередную авантюру.
— На первый раз сделаю вид, что я вам поверил, — уже намного холоднее произнес ректор. — Но если встречу вас снова, гуляющей ночью по коридорам, или узнаю об этом от преподавателей, — он оценивающе посмотрел на меня и взгляд его остановился на моей обтянутой платьем груди, — то вас будет ждать наказание.
И как-то мне сразу стало не по себе. Я почувствовала себя маленькой лягушкой, над которой стоит ученый и думает, препарировать бедное земноводное или придумать что поизвращеннее. Но лучше я об этом потом подумаю, а сейчас мне пора валить.
— Так я могу идти? — спросила с надеждой в каждой клеточке моего тела. Глаза и уши надеялись получить утвердительный ответ, ноги надеялись поскорее дать деру, сердце надеялось, что такого стресса оно больше не встретит. И только попа надеялась, что это не последнее приключение. Да, попа – она такая.
— Идите, — разрешил мужчина. — Надеюсь, вы не заблудитесь по пути в комнату? Или вас проводить?
«О, и он тоже на что-то надеется, наш человек!» —прорезался внутренний голос, но я шикнула на него.
— Нет-нет, — быстро замотала головой, опасаясь еще хоть минуту оставаться в его обществе. — Я сама дойду.
И в подтверждение своих слов стала обходить стоявшего на пути ректора.
— Вы ложитесь спать с картой? — продолжил издеваться он. — Или вы здесь у кого-то часто бываете?
Я покраснела как «Майская роза». Не как благородный цветок, а как помидор с одноименным названием. Намек в голосе не услышал бы только глухой.
— Нет, — начиная злиться не то на ректора, не то на саму себя, опровергла я его грязные инсинуации. — Мне доводилось здесь бывать, когда исследовала академию.
Не знаю, поверили мне или нет. Ректор только качнул головой и быстро пошел в противоположную от меня сторону. То есть туда, откуда я и свернула. Интересно, Ромулу повезет, или тоже будет лунатиком прикидываться. Если его поймают, закроет ли де Ниль глаза на провинность или накажет рыжего и меня заодно?
Вопросы вертелись в голове, а ноги все быстрее несли по лестнице. И только около двери в свою комнату я с облегчением вздохнула. Больше в сомнительных мероприятиях я не участвую.
ГЛАВА 11 О кошмарах и странностях
И до чего же любят удачливые девчата выручать своих несчастных подруг! Прямо медом их не корми, а дай сотворить без спросу доброе дело!
(Борис Бедный. Девчата)
Весь остаток ночи, как и полагается нормальному человеку, я спала. Но, несмотря на это абсолютно не отдохнула. Неприятности прошедшей ночи не прошли даром, поэтому не удивительно, что снился мне кошмар.
Сон. Я нахожусь в небольшом древнем городе, в котором пара археологов начала делать раскопки. В процессе, на моих глазах были обнаружены два древних тела. Они не были похожи на мумии, но и не были скелетами. Двое мужчин как будто просто прилегли отдохнуть. Даже кожа их была загорелая от солнца. Но вдруг находки открыли глаза и начали подниматься. Ничего не понимающие, шокированные археологи застыли на месте, наблюдая за невероятным событием. Зомби, — а кем еще могли быть восставшие мертвецы, с невероятным проворством для тех, кто столетия пролежал в одной позе подобрались к двум археологам и вцепились в них зубами. Через пару мгновений уже четыре нечеловеческих взгляда обратили на меня внимание. Я со всех ног побежала прочь, пытаясь предупредить встреченных людей о надвигающейся опасности. Кто-то разворачивался и тоже убегал, другие не верили и становились следующими жертвами, зараженными непонятным вирусом. Вскоре уже небольшая армия маршировала по дороге столкнувшегося с неизвестной опасностью города. Я добежала до своей квартиры и спряталась в ней. Здесь я чувствовала себя в безопасности и могла переждать локальный Армагеддон. Но вдруг в тишине квартиры прозвенел дверной звонок. Посмотрев в глазок, я увидела стоящего за дверью ректора. И уже открыв посетителю дверь, я увидела нечеловеческий взгляд, смотрящих на меня черных глаз. Все мое тело охватил страх, и я, тяжело дыша, проснулась.
До подъема оставалось еще два часа, но больше ложиться я не рискнула. Закутавшись в одеяло, я села в позу лотоса и стала медитировать, представляя шум моря, водопад, пение птиц и другие успокаивающие картины. И только когда полностью отошла от кошмара, заменив его положительными эмоциями, встала и пошла в душ. Говорят, что вода смывает негативную энергию. Пусть сегодня это будет единственная неприятность. Попав в этот мир, я воспринимала себя как бы со стороны, примеряя на себя новую роль и исполняя ее на сцене. И только сейчас пришло понимание, что это не игры моего разума, это реальная жизнь со своими правилами, нарушать которые не только глупо, но и опасно. Вот и сон предостерегает, что от ректора нужно держаться подальше.
Я решила, что с сегодняшнего дня перестану высовываться и идти на поводу у мимолетной прихоти. Даже если попа будет очень просить приключений. Эх, получилось бы еще выполнить задуманное. Обычно неприятности находят меня сами.
В столовую я шла за компанию с соседкой. Аппетита не было, поэтому я ограничилась лишь бодрящим отваром и бутербродом с сыром. Мое состояние заметили и друзья, но на их вопросы я отделалась ничего не значащими фразами. Рома тоже сидел невеселый.
Когда мы встретились за столом, он обижался, что я не дождалась и бросила его без поддержки. Но узнав, что я попалась на глаза главе академии – сдулся и даже попытался приободрить: «Все же обошлось, верно?» Сам же парень поведал, что потерпел сокрушительное фиаско. Магистр не выгнал его сразу лишь по одной простой причине, — не верил, что это не он грезит, а наглый студент действительно посмел разбудить и вломиться к преподавателю в час ночи. После сбивчивого объяснения цели визита Рома достал из кармана листок со стихами и даже прочел пару строчек, когда прилетела она – птица обломинго.
Имея традиционную, несмотря на свою манеру одеваться, ориентацию, де Каст прервал влюбленного в него юнца и весьма эмоционально объяснил, что мальчиками не интересуется. А дальше, выглянул в коридор, убедился, что никто не увидит порочащую его сцену и выставил Ромку за дверь, более не слушая его невнятного лепета.
— Ну, по крайней мере, он не сдал тебя ректору, — попыталась успокоить я парня. Рыжий же только волком посмотрел на меня.
— Да ладно тебе, — поддержал меня Эни, — всем было понятно, чем дело кончится, только ты упертый слушать ничего не хотел.
Рома тяжко вздохнул и продолжил ковырять омлет. Остаток завтрака прошел в тишине, нарушаемой только стуком столовых приборов и разговорами за соседними столами.
***
— Как вам всем известно, Вестар омывается водами трех океанов и восьми морей. Самый крупный из трех материков — Баррея, на котором мы с вами и находимся, имеет центральное расположение. На западе Алунское море разделяет Баррею с самым малым и малонаселенным из-за пустынного климата Андаром. Последний и средний по величине Зуриан находится на юго-востоке от Барреи и омывается на севере и западе водами Темного океана. Он имеет влажный тропический климат и большую часть года там идут дожди...
География, где бы она ни была, всегда остается географией. Предмет вроде и не скучный, но зачем так много рассказывать, если можно просто выдать атлас с климатическими и прочими картами? Мне кажется, что так было бы и быстрее и нагляднее. Посмотрел на них, и все понятно. А здесь, фигушки вам, а не атлас. Это же и так все знают, правильно? А то, что для одной попаданки все в новинку, никого не интересует.
Как я успела запомнить, Баррея, являющаяся самым большим материком, имеет площадь около 18 млн. км2 и состоит из пяти стран: Илонии, Оливии, Тандилии, Фарундира и Зуфира. Илония занимает юго-западные земли, на южной границе имеет выход к морю, а на северо-западе и северо-востоке – сухопутную границу с Оливией и Зуфиром.
А в конце занятия магистр пообещала провести на следующей паре проверочную работу по основным географическим объектам и их расположению. Придется опять окопаться в библиотеке в поисках дополнительной литературы и сильно попотеть.
Я автоматически записывала лекцию за магистром Ларой де Аверо, которая, быстро пробежавшись по расположению и климату материков, сейчас рассказывала о населяющих планету животных.
