Если по прогулочным местам идти было в удовольствие, то начиная с густого леса, приходилось во все глаза смотреть под ноги, чтобы не зацепиться за вылезший корень. Деревья словно испытывали нас на прочность, цепляя колючими ветками и путаясь в волосах, выдирая то тут, то там небольшие клочки.
Спустя полчаса безрезультатных поисков хвост на моей голове стал напоминать насадку для швабры. Даже после прогулки под ураганным ветром с обрызганными тонной лака волосами, те не выглядели такими запутанными и растрепанными. У Элаи дела обстояли немногим лучше. Тугая коса сильно растрепалась, но была все еще целой.
Солнце почти не пробивалось сквозь густую чащу, и за ночь воздух успел порядком остыть, поэтому было прохладно идти в одной футболке. И чем я только думала отправляясь в ней в лес. И соседка не подсказала городской девчонке, что комары здесь голодные обитают. Сама-то кофту с длинными рукавами одела. Нет, я конечно уже успела поплутать среди дикой природы, сбегая от Макса, но тогда я была на эмоциях, и на укусы насекомых, а тем более на их жужжание было плевать. А позже Ян повесил какое-то хитрое заклинание от комаров. И почему я его не выучила, сейчас бы не плясала джигу-дрыгу с хлопками.
— Я вижу ее! — радостно воскликнула подруга и, раскинув в стороны руки, закружилась вокруг своей оси. Случайно, она задела особенно лохматую хвойную ветку. Ветка колыхнулась, и с нее, покачиваясь на тонкой ниточке паутины, стремительно спикировал большой черный паук. Приземлившись точнехонько на голову Элаи, мохнатое существо пару раз оббежало по кругу новую территорию и замерло на макушке. Соседка замерла, с тихим ужасом глядя на меня, и подрагивающими от страха губами, и прошептала:
— Ч-ч-что у м-меня н-на голове?
От страха она начала заикаться, и сказать: «Подружка, на тебе сидит гадкое членистоногое», – я не решилась. Вместо этого, я нашла длинную палку и, крепко обхватив ее рукой, замахнулась. Элая, не ожидающая от меня такого подвоха, со вскриком отскочила, запнулась о кочку и с грохотом свалилась на землю. Паук, спасая свою лохматую тушку, вцепился в ее челку и повис на ней, болтаясь на уровне испуганных глаз. Истошный крик раздался по всему лесу, когда два представителя внеземной цивилизации столкнулись нос к носу.
Арахнид, не ожидая столь громкой встречи, разжал лапки и скатился по лицу вниз. Достигнув твердой почвы, он перевернулся брюхом вверх, изобразив хладный трупик. А хорошо так изображает, сразу виден опыт в подобных делах. «Интересно, а есть ли у него семья?» — внезапно родилась глупая мысль, я резко подняла голову вверх, высматривая лохматую стаю, только и выжидающую момент, чтобы наброситься всем скопом, отомстив за смерть кормильца. Но никого живого, кроме роя комаров, я не увидела, зато было кое-что поинтереснее.
На соседнем дереве примерно на две головы выше человеческого роста, была нарисована красная стрелка, указывала она как раз на заросли медуницы. Хм, кто-то пометил путь к кустам? Тогда стрелок должно быть несколько.
Пока я оглядывалась в поисках других указателей, подруга перестала верещать и подошла ко мне. Только мокрые красные глаза говорили о пережитом кошмаре.
— Смотри, — кивнула я на разукрашенное дерево, — кто-то пометил себе путь. Нигде такого больше не видела?
Элая задрала голову, с любопытством оглядывая находку, и отрицательно ей мотнула. Ладно, не суть важно, главное, что медуницу мы нашли раньше, чем предполагаемые сборщики трав.
Мы подошли к заветным кустикам и за пять минут заполнили принесенные для них пакеты. Были ободраны не только листики, а целые стебли. А ну как в будущем пригодится. А даже если и нет, то можно на них чуток заработать, сдав в лавку.
Справившись с одной полянкой, мы нашли чуть дальше еще одну. С ней дела обстояли таким же образом. Разогнув затекшую спину и потянувшись всем телом вверх, я увидела знакомую картину. На дереве красовалась красная стрелка, аналогичная встреченной сотней метров ранее, и вела она направо.
Заинтригованные, мы последовали по указанному направлению и через десяток минут вышли по едва виднеющейся тропке — явном свидетельстве периодического пребывания здесь людей, на поредевшую поляну. Только невысокая колючая трава пробивалась сквозь твердую сухую землю, а точнее, глину, испещренную сеточкой мелких трещин. Даже странно, что структура почвы так сильно изменилась за какие-то несколько сотен метров. Никаких кустов здесь не было и быть не могло, зато стрелку не увидел бы только слепой.
— Слушай, — нахмурившись, озвучила я нерадостные выводы, — эти стрелки точно не к медунице ведут. Далее только сухая земля да несколько полузасохших деревьев. Проверим, что там или обратно пойдем?
— Давай возвращаться, — не раздумывая сказала Элая, ей ситуация тоже не нравилась, и передернув плечами, она пояснила:
— Как-то мне не по себе. Есть что-то жуткое во всех этих стрелочках, еще и цвет у них красный. Если честно, то мне даже знать не хочется, кто и для чего их рисовал. Тем более, здесь скоро должен появиться обрыв, а после него дороги нет, так что есть большая вероятность напороться на кого-нибудь.
Мне было интересно, но в то же время и боязно. Две девчонки недоучки мало что смогут противопоставить, если возникнет опасность. Поэтому пора валить.
— Разворачиваемся, — дала я отмашку на тактическое отступление. Возможно, когда-нибудь я узнаю, что скрывается за этой таинственностью и посмеюсь над нелепыми страхами. Но это в будущем, а сейчас, главное чтобы нас никто не заметил. Вдруг решат, что мы можем помешать чьим-то коварным планам?
В прочитанных мною книгах фэнтези, главные герои всегда лезли, куда их не просят и, конечно же, влипали в неприятности. Я в такие моменты жутко переживала и стенала, какие они тупицы. Так вот, я вполне адекватная особа, не имеющая предрасположенности к внезапному атрофированию мозга даже в условиях смены пространственно-временного континуума, поэтому никакая требующая приключений попа не заставит меня полезть в логово льва добровольно.
Путь назад оказался в два раза быстрее, и дело не только в стремлении поскорее смыться с отмеченной стрелками тропинки, хотя не спорю, ускорение оно нам придало, еще один фактор нагло жужжал над ухом и норовил укусить в шею, лоб и прочие неприкрытые части тела. Даже созданный нами ветер не помогал полностью избавиться от кровососов, которые не иначе как позаимствовали идею у пауков, спикируя с веток прямо на макушки незадачливых студентов.
Волшебный пендель, порожденный перечисленными выше причинами, дополнялся хорошей памятью и умением Элаи ориентироваться на местности. Она и была моим путеводным светлячком в царстве мрака, то есть мрачных и абсолютно одинаковых, на мой взгляд, деревьев.
Через некоторое время нашего бега с препятствиями, в лесу стало светлее. Все тело к этому моменту дико чесалось от укусов насекомых, а ноги болели от усталости и расплывающихся синяков. Явное свидетельство начала конца наших мучений позволило нам выдохнуть с облегчением, а вскоре под ногами оказались такие родные и чудесные прогулочные дорожки.
Мы полностью расслабились и позволили себе перейти на спокойный шаг, а, дойдя до первой попавшейся лавочки, со стоном повалились на нее, откинувшись на спинку и вытянув вперед ноги. Красота — птички поют, бабочки летают, цветочки благоухают. Кстати, о цветочках. Нам удалось собрать целых три пакета медуницы, и все они остались относительно целыми (из созданных острыми ветками дырок стебли торчали, но не вываливались).
Пока она не испортилась, нужно решить, куда ее деть. Обходить газетки с сохнущими на ней будущими ингредиентами мне почему-то не хотелось. Думаю, соседка порыв тоже не оценит. Значит оставим себе немного, а что делать с остальной кучей, пусть решает хозяин травяной лавки. Заодно денег заработаем.
Вот так и получилось, что к полудню мы уже вернулись в академию, но отдыхать не стали. Быстро проглотив обед, мы направились в город, где и сбыли утренний улов, а заодно приобрели настойки от укусов, уж больно сильно все чесалось, а ногти у меня острые, уже до крови кожу расковыряли.
— Когда будем зелье варить? — поинтересовалась Элая, смазывая покусанный филей. Я, как наиболее пострадавшая от нападок насекомых, уже вылила на себя половину бутылька, – стало намного легче, и жизнь заиграла новыми красками. После насыщенного дня мы сидели в городском парке, прикупив пирожков с самыми разными начинками и глазели по сторонам. Бродячие музыканты, фокусники, поэты — кого только здесь не было. Донося до сердец извечную печаль, плакала скрипка, о любви и подвигах во имя нее пел юный менестрель, отбивала звонкими каблучками с железными набойками незатейливый мотивчик пара танцоров. Звуки переплетались между собой, рождая дикую какофонию, но мне все нравилось.
— Ты собираешься мне помогать? — уточнила я, жуя пончик с ягодной начинкой. Повидло норовило утечь сквозь пальцы, в результате чего их пришлось облизать. Липкие ладошки просились в фонтан, но до него еще нужно было дойти, поэтому лень победила.
— Конечно, это же так интересно, — подруга была полна энтузиазма. Создавалось ощущение, что это она уговаривает меня на очередную авантюру, а не я согласилась принять ее в соучастницы. Ну хочет, так хочет, я не против.
— В полнолуние, точный день я рассчитала.
До этого дня оставалась еще уйма времени, беспокоиться заранее я посчитала излишним.
— Ой, так у меня же день рождения будет, — воскликнула Элая, подпрыгивая на лавке. От резкого движения флакончик с настойкой улетел на землю, где столкнувшись с острым камнем, закончил свое существование. Ну вот, а там еще немного оставалось. Как раз на покусанные ляжки хватало, думала в комнате смажу, не задирать же юбку на людях, но видно, не судьба.
— Что тебе подарить? И сколько лет исполняется? — понадеялась получить ответ от соседки, лишая себя мучений и лишних поисков. Подарок должен быть нужным, а с этим угадать довольно трудно.
— Двадцать пять будет, а что мне подарить, – не знаю даже, — замялась подруга. Она вцепилась в подол платья и стала его теребить, открывая вид на голые ноги, чем весьма заинтересовала проходящих мимо парней. От их взглядов Элая осознала, что делает и расправила юбку.
— Мне, в принципе, ничего не надо, — неуверенно промямлила она, как и любой человек, ждущий деньги в конверте, но стесняющийся об этом заикнуться. Я только печально вздохнула, – придется напрячь мозги.
— Только организовать бы все, выбрать место, закуски, — в процессе перечисления девушка энергично жестикулировала руками, дабы придать больший вес своим словам.
— Организуем, не волнуйся. Время еще есть, — успокоила я ее. — Как раз будет повод Ромула напоить. Только нужно же еще и зелье варить, как бы он не пронюхал это дело. К тебе, небось, еще с утра паломничество начнется.
— А варить разве не ночью нужно? Луна же только ближе к вечеру на небе появится.
— Не обязательно, — опровергла я ее опасения. — Там по лунным суткам считается, а они уже часов с девяти утра начинаются. Я вот думаю, если варить у меня в комнате будем, как парней туда не пускать. Они ведь обычно разрешения не спрашивают, вламываются и все.
— А замок тебе на что? — удивилась подруга моей несообразительности. – В каждой комнате он есть.
— Ну не закрывать же его постоянно. Ладно, если я внутри комнаты буду, а если выйду на пять минут? Нет, так не пойдет.
На минуту воцарилось молчание, мы напряженно думали, что же предпринять, чтобы все прошло гладко. Может попросить Энберга задержать своего соседа, пока дело не будет сделано? А если...
— У меня идея, — улыбаясь всеми тридцатью зубами (два зуба мудрости так и не вылезли) и сверкая глазами заговорщицки прошептала я. — Будем варить в ванной!
Глаза подруги вылупились на меня, как ничего не понимающие новорожденные птенцы, вылезшие из скорлупы. И чего так реагировать? Для непонятливых я пояснила:
— Засунем котел в душевую кабину, под него что-нибудь подстелем, а лучше чары наложим, чтобы грелся только с внутренней стороны, тогда точно ничего не спалим. И в раковине воду включим, если парни и придут, то скажем, что одна из нас принимает очистительные процедуры. А когда все будет готово, то просто шторкой котел закроем и все, – я довольно улыбнулась и вскинула подбородок. — Ну скажи, я гений!
Хвалить меня подруга не собиралась, но признала, что логика в моем варианте присутствует, и, если ничего более умного не придумаем, то остановимся на нем. Я сразу скисла, скривив кончик рта. Как по мне, мысль замечательная и критике не подлежит, но раз приняла соучастницу, то ее мнение тоже следует учитывать.
— Нужно еще волосы Ромы добыть, — призналась в отсутствии главного ингредиента.
— Попросим Энберга или сами его причешем?
— Зачем его причесывать? Это слишком подозрительно. Ладно, сама достану, есть у меня идейка...
— Ну как хочешь, — обиженно надула губки девушка, — если нужна будет моя помощь, обращайся.
Я благодарно кивнула и тихо усмехнулась, – она еще такой ребенок.
— А мы по вас соскучились! — с порога провозгласила я, вваливаясь в комнату к друзьям. Элая тихо прошмыгнула за мной и закрыла дверь.
— И когда успели? — усмехнулся все еще немного обиженный на нас Эни. Посвящать его, куда и зачем идем, мы не стали. Если бы сказали, что нам нужно сдать травы в лавку, последовали бы лишние вопросы, а тут Ромка рядом крутился.
— Целый день без вашего общества камнем лег на наши души, — поэтично пропела, заметив высунувшего на наши крики голову Ромки. Волосы парня были изрядно взлохмачены, значит опять писал стихи и трепал шевелюру для стимуляции вдохновения и творческой мысли.
— И где же вы ходили, что отказались взять нас собой? Или точнее будет спросить — с кем?
Мы с Элаей переглянулись и дружно усмехнулись, неужели он думает таким нехитрым образом выведать все подробности. Ха, не на тех напал.
— По городу гуляли, пирожки ели, — мило улыбнулась на недовольную физиономию парней. Подруга тоже изобразила улыбку чеширского кота, так что мальчики сразу поняли — большего от нас не дождутся.
— Ну я тогда пошел, — пробубнил рыжий и собрался закрыть дверь в свою комнату. Муза, она такая, если пришла, то нужно писать и не отвлекаться, тем более, что ничего интересного не предвидится.
— Куда? — возопила, потрясая ароматным пакетом. Выпечку для друзей мы тоже купили. — А чай пить кто будет?
Я подлетела к Ромулу и потянула за воротник рубашки в гостиную. Он пошатнулся, но я не дала ему свалиться, вовремя подставив плечо. И пока Рыжик прижимался ко мне, я провозгласила: «У тебя мусор в волосах» и провела пятерней сквозь густую огненную шевелюру, в ладони осталась пара волосков, мгновенно спрятанных в карман сумки. Последний и главный ингредиент был добыт.
Сделав дело, я смилостивилась над находящимся в состоянии творческого порыва друга, засунула ему в рот пирожок с картошкой и благословила на стихотворные подвиги. Энберг, глядя на «заткнутого» соседа, начал громко ржать.
«Не порядок», — подумала я, достала еще один мучной шедевр и ловко попала концом слоеной трубочки с грибами прямо в открытые от непрекращающегося смеха уста. Парень выкатил глаза и поперхнулся, не то от возмущения, не то из-за заполненного рта.
Спустя полчаса безрезультатных поисков хвост на моей голове стал напоминать насадку для швабры. Даже после прогулки под ураганным ветром с обрызганными тонной лака волосами, те не выглядели такими запутанными и растрепанными. У Элаи дела обстояли немногим лучше. Тугая коса сильно растрепалась, но была все еще целой.
Солнце почти не пробивалось сквозь густую чащу, и за ночь воздух успел порядком остыть, поэтому было прохладно идти в одной футболке. И чем я только думала отправляясь в ней в лес. И соседка не подсказала городской девчонке, что комары здесь голодные обитают. Сама-то кофту с длинными рукавами одела. Нет, я конечно уже успела поплутать среди дикой природы, сбегая от Макса, но тогда я была на эмоциях, и на укусы насекомых, а тем более на их жужжание было плевать. А позже Ян повесил какое-то хитрое заклинание от комаров. И почему я его не выучила, сейчас бы не плясала джигу-дрыгу с хлопками.
— Я вижу ее! — радостно воскликнула подруга и, раскинув в стороны руки, закружилась вокруг своей оси. Случайно, она задела особенно лохматую хвойную ветку. Ветка колыхнулась, и с нее, покачиваясь на тонкой ниточке паутины, стремительно спикировал большой черный паук. Приземлившись точнехонько на голову Элаи, мохнатое существо пару раз оббежало по кругу новую территорию и замерло на макушке. Соседка замерла, с тихим ужасом глядя на меня, и подрагивающими от страха губами, и прошептала:
— Ч-ч-что у м-меня н-на голове?
От страха она начала заикаться, и сказать: «Подружка, на тебе сидит гадкое членистоногое», – я не решилась. Вместо этого, я нашла длинную палку и, крепко обхватив ее рукой, замахнулась. Элая, не ожидающая от меня такого подвоха, со вскриком отскочила, запнулась о кочку и с грохотом свалилась на землю. Паук, спасая свою лохматую тушку, вцепился в ее челку и повис на ней, болтаясь на уровне испуганных глаз. Истошный крик раздался по всему лесу, когда два представителя внеземной цивилизации столкнулись нос к носу.
Арахнид, не ожидая столь громкой встречи, разжал лапки и скатился по лицу вниз. Достигнув твердой почвы, он перевернулся брюхом вверх, изобразив хладный трупик. А хорошо так изображает, сразу виден опыт в подобных делах. «Интересно, а есть ли у него семья?» — внезапно родилась глупая мысль, я резко подняла голову вверх, высматривая лохматую стаю, только и выжидающую момент, чтобы наброситься всем скопом, отомстив за смерть кормильца. Но никого живого, кроме роя комаров, я не увидела, зато было кое-что поинтереснее.
На соседнем дереве примерно на две головы выше человеческого роста, была нарисована красная стрелка, указывала она как раз на заросли медуницы. Хм, кто-то пометил путь к кустам? Тогда стрелок должно быть несколько.
Пока я оглядывалась в поисках других указателей, подруга перестала верещать и подошла ко мне. Только мокрые красные глаза говорили о пережитом кошмаре.
— Смотри, — кивнула я на разукрашенное дерево, — кто-то пометил себе путь. Нигде такого больше не видела?
Элая задрала голову, с любопытством оглядывая находку, и отрицательно ей мотнула. Ладно, не суть важно, главное, что медуницу мы нашли раньше, чем предполагаемые сборщики трав.
Мы подошли к заветным кустикам и за пять минут заполнили принесенные для них пакеты. Были ободраны не только листики, а целые стебли. А ну как в будущем пригодится. А даже если и нет, то можно на них чуток заработать, сдав в лавку.
Справившись с одной полянкой, мы нашли чуть дальше еще одну. С ней дела обстояли таким же образом. Разогнув затекшую спину и потянувшись всем телом вверх, я увидела знакомую картину. На дереве красовалась красная стрелка, аналогичная встреченной сотней метров ранее, и вела она направо.
Заинтригованные, мы последовали по указанному направлению и через десяток минут вышли по едва виднеющейся тропке — явном свидетельстве периодического пребывания здесь людей, на поредевшую поляну. Только невысокая колючая трава пробивалась сквозь твердую сухую землю, а точнее, глину, испещренную сеточкой мелких трещин. Даже странно, что структура почвы так сильно изменилась за какие-то несколько сотен метров. Никаких кустов здесь не было и быть не могло, зато стрелку не увидел бы только слепой.
— Слушай, — нахмурившись, озвучила я нерадостные выводы, — эти стрелки точно не к медунице ведут. Далее только сухая земля да несколько полузасохших деревьев. Проверим, что там или обратно пойдем?
— Давай возвращаться, — не раздумывая сказала Элая, ей ситуация тоже не нравилась, и передернув плечами, она пояснила:
— Как-то мне не по себе. Есть что-то жуткое во всех этих стрелочках, еще и цвет у них красный. Если честно, то мне даже знать не хочется, кто и для чего их рисовал. Тем более, здесь скоро должен появиться обрыв, а после него дороги нет, так что есть большая вероятность напороться на кого-нибудь.
Мне было интересно, но в то же время и боязно. Две девчонки недоучки мало что смогут противопоставить, если возникнет опасность. Поэтому пора валить.
— Разворачиваемся, — дала я отмашку на тактическое отступление. Возможно, когда-нибудь я узнаю, что скрывается за этой таинственностью и посмеюсь над нелепыми страхами. Но это в будущем, а сейчас, главное чтобы нас никто не заметил. Вдруг решат, что мы можем помешать чьим-то коварным планам?
В прочитанных мною книгах фэнтези, главные герои всегда лезли, куда их не просят и, конечно же, влипали в неприятности. Я в такие моменты жутко переживала и стенала, какие они тупицы. Так вот, я вполне адекватная особа, не имеющая предрасположенности к внезапному атрофированию мозга даже в условиях смены пространственно-временного континуума, поэтому никакая требующая приключений попа не заставит меня полезть в логово льва добровольно.
Путь назад оказался в два раза быстрее, и дело не только в стремлении поскорее смыться с отмеченной стрелками тропинки, хотя не спорю, ускорение оно нам придало, еще один фактор нагло жужжал над ухом и норовил укусить в шею, лоб и прочие неприкрытые части тела. Даже созданный нами ветер не помогал полностью избавиться от кровососов, которые не иначе как позаимствовали идею у пауков, спикируя с веток прямо на макушки незадачливых студентов.
Волшебный пендель, порожденный перечисленными выше причинами, дополнялся хорошей памятью и умением Элаи ориентироваться на местности. Она и была моим путеводным светлячком в царстве мрака, то есть мрачных и абсолютно одинаковых, на мой взгляд, деревьев.
Через некоторое время нашего бега с препятствиями, в лесу стало светлее. Все тело к этому моменту дико чесалось от укусов насекомых, а ноги болели от усталости и расплывающихся синяков. Явное свидетельство начала конца наших мучений позволило нам выдохнуть с облегчением, а вскоре под ногами оказались такие родные и чудесные прогулочные дорожки.
Мы полностью расслабились и позволили себе перейти на спокойный шаг, а, дойдя до первой попавшейся лавочки, со стоном повалились на нее, откинувшись на спинку и вытянув вперед ноги. Красота — птички поют, бабочки летают, цветочки благоухают. Кстати, о цветочках. Нам удалось собрать целых три пакета медуницы, и все они остались относительно целыми (из созданных острыми ветками дырок стебли торчали, но не вываливались).
Пока она не испортилась, нужно решить, куда ее деть. Обходить газетки с сохнущими на ней будущими ингредиентами мне почему-то не хотелось. Думаю, соседка порыв тоже не оценит. Значит оставим себе немного, а что делать с остальной кучей, пусть решает хозяин травяной лавки. Заодно денег заработаем.
Вот так и получилось, что к полудню мы уже вернулись в академию, но отдыхать не стали. Быстро проглотив обед, мы направились в город, где и сбыли утренний улов, а заодно приобрели настойки от укусов, уж больно сильно все чесалось, а ногти у меня острые, уже до крови кожу расковыряли.
— Когда будем зелье варить? — поинтересовалась Элая, смазывая покусанный филей. Я, как наиболее пострадавшая от нападок насекомых, уже вылила на себя половину бутылька, – стало намного легче, и жизнь заиграла новыми красками. После насыщенного дня мы сидели в городском парке, прикупив пирожков с самыми разными начинками и глазели по сторонам. Бродячие музыканты, фокусники, поэты — кого только здесь не было. Донося до сердец извечную печаль, плакала скрипка, о любви и подвигах во имя нее пел юный менестрель, отбивала звонкими каблучками с железными набойками незатейливый мотивчик пара танцоров. Звуки переплетались между собой, рождая дикую какофонию, но мне все нравилось.
— Ты собираешься мне помогать? — уточнила я, жуя пончик с ягодной начинкой. Повидло норовило утечь сквозь пальцы, в результате чего их пришлось облизать. Липкие ладошки просились в фонтан, но до него еще нужно было дойти, поэтому лень победила.
— Конечно, это же так интересно, — подруга была полна энтузиазма. Создавалось ощущение, что это она уговаривает меня на очередную авантюру, а не я согласилась принять ее в соучастницы. Ну хочет, так хочет, я не против.
— В полнолуние, точный день я рассчитала.
До этого дня оставалась еще уйма времени, беспокоиться заранее я посчитала излишним.
— Ой, так у меня же день рождения будет, — воскликнула Элая, подпрыгивая на лавке. От резкого движения флакончик с настойкой улетел на землю, где столкнувшись с острым камнем, закончил свое существование. Ну вот, а там еще немного оставалось. Как раз на покусанные ляжки хватало, думала в комнате смажу, не задирать же юбку на людях, но видно, не судьба.
— Что тебе подарить? И сколько лет исполняется? — понадеялась получить ответ от соседки, лишая себя мучений и лишних поисков. Подарок должен быть нужным, а с этим угадать довольно трудно.
— Двадцать пять будет, а что мне подарить, – не знаю даже, — замялась подруга. Она вцепилась в подол платья и стала его теребить, открывая вид на голые ноги, чем весьма заинтересовала проходящих мимо парней. От их взглядов Элая осознала, что делает и расправила юбку.
— Мне, в принципе, ничего не надо, — неуверенно промямлила она, как и любой человек, ждущий деньги в конверте, но стесняющийся об этом заикнуться. Я только печально вздохнула, – придется напрячь мозги.
— Только организовать бы все, выбрать место, закуски, — в процессе перечисления девушка энергично жестикулировала руками, дабы придать больший вес своим словам.
— Организуем, не волнуйся. Время еще есть, — успокоила я ее. — Как раз будет повод Ромула напоить. Только нужно же еще и зелье варить, как бы он не пронюхал это дело. К тебе, небось, еще с утра паломничество начнется.
— А варить разве не ночью нужно? Луна же только ближе к вечеру на небе появится.
— Не обязательно, — опровергла я ее опасения. — Там по лунным суткам считается, а они уже часов с девяти утра начинаются. Я вот думаю, если варить у меня в комнате будем, как парней туда не пускать. Они ведь обычно разрешения не спрашивают, вламываются и все.
— А замок тебе на что? — удивилась подруга моей несообразительности. – В каждой комнате он есть.
— Ну не закрывать же его постоянно. Ладно, если я внутри комнаты буду, а если выйду на пять минут? Нет, так не пойдет.
На минуту воцарилось молчание, мы напряженно думали, что же предпринять, чтобы все прошло гладко. Может попросить Энберга задержать своего соседа, пока дело не будет сделано? А если...
— У меня идея, — улыбаясь всеми тридцатью зубами (два зуба мудрости так и не вылезли) и сверкая глазами заговорщицки прошептала я. — Будем варить в ванной!
Глаза подруги вылупились на меня, как ничего не понимающие новорожденные птенцы, вылезшие из скорлупы. И чего так реагировать? Для непонятливых я пояснила:
— Засунем котел в душевую кабину, под него что-нибудь подстелем, а лучше чары наложим, чтобы грелся только с внутренней стороны, тогда точно ничего не спалим. И в раковине воду включим, если парни и придут, то скажем, что одна из нас принимает очистительные процедуры. А когда все будет готово, то просто шторкой котел закроем и все, – я довольно улыбнулась и вскинула подбородок. — Ну скажи, я гений!
Хвалить меня подруга не собиралась, но признала, что логика в моем варианте присутствует, и, если ничего более умного не придумаем, то остановимся на нем. Я сразу скисла, скривив кончик рта. Как по мне, мысль замечательная и критике не подлежит, но раз приняла соучастницу, то ее мнение тоже следует учитывать.
— Нужно еще волосы Ромы добыть, — призналась в отсутствии главного ингредиента.
— Попросим Энберга или сами его причешем?
— Зачем его причесывать? Это слишком подозрительно. Ладно, сама достану, есть у меня идейка...
— Ну как хочешь, — обиженно надула губки девушка, — если нужна будет моя помощь, обращайся.
Я благодарно кивнула и тихо усмехнулась, – она еще такой ребенок.
***
— А мы по вас соскучились! — с порога провозгласила я, вваливаясь в комнату к друзьям. Элая тихо прошмыгнула за мной и закрыла дверь.
— И когда успели? — усмехнулся все еще немного обиженный на нас Эни. Посвящать его, куда и зачем идем, мы не стали. Если бы сказали, что нам нужно сдать травы в лавку, последовали бы лишние вопросы, а тут Ромка рядом крутился.
— Целый день без вашего общества камнем лег на наши души, — поэтично пропела, заметив высунувшего на наши крики голову Ромки. Волосы парня были изрядно взлохмачены, значит опять писал стихи и трепал шевелюру для стимуляции вдохновения и творческой мысли.
— И где же вы ходили, что отказались взять нас собой? Или точнее будет спросить — с кем?
Мы с Элаей переглянулись и дружно усмехнулись, неужели он думает таким нехитрым образом выведать все подробности. Ха, не на тех напал.
— По городу гуляли, пирожки ели, — мило улыбнулась на недовольную физиономию парней. Подруга тоже изобразила улыбку чеширского кота, так что мальчики сразу поняли — большего от нас не дождутся.
— Ну я тогда пошел, — пробубнил рыжий и собрался закрыть дверь в свою комнату. Муза, она такая, если пришла, то нужно писать и не отвлекаться, тем более, что ничего интересного не предвидится.
— Куда? — возопила, потрясая ароматным пакетом. Выпечку для друзей мы тоже купили. — А чай пить кто будет?
Я подлетела к Ромулу и потянула за воротник рубашки в гостиную. Он пошатнулся, но я не дала ему свалиться, вовремя подставив плечо. И пока Рыжик прижимался ко мне, я провозгласила: «У тебя мусор в волосах» и провела пятерней сквозь густую огненную шевелюру, в ладони осталась пара волосков, мгновенно спрятанных в карман сумки. Последний и главный ингредиент был добыт.
Сделав дело, я смилостивилась над находящимся в состоянии творческого порыва друга, засунула ему в рот пирожок с картошкой и благословила на стихотворные подвиги. Энберг, глядя на «заткнутого» соседа, начал громко ржать.
«Не порядок», — подумала я, достала еще один мучной шедевр и ловко попала концом слоеной трубочки с грибами прямо в открытые от непрекращающегося смеха уста. Парень выкатил глаза и поперхнулся, не то от возмущения, не то из-за заполненного рта.
