— Что и? — с нетерпением спросила я, с возрастающим интересом глядя на стенд.
— Бесплатный спектакль. В одном из последних случаев нерадивый студент, войдя в кабинет, громким голосом спросил: «Профессор Вонюч, извините пожалуйста за опоздание, можно войти?»
— И что было дальше? — спросила я со смехом.
— К ректору его отправили и отработку влепили. Правда потом выяснилось, что это чья-то дурацкая шутка, и студент виноват только в том, что проспал. Но особое отношение преподавателя он заработал с первого дня. Так вот, чтобы таких случаев больше не повторялось, расписание стали зачаровывать так, чтобы студенты не могли ни порвать, ни написать на нем что-либо. Поэтому можешь вздохнуть спокойно и изучить расписание потом.
— Ну уж нет, давай лучше сейчас. А то я у меня от любопытства аппетит пропадет.
Может быть для Энберга ничего интересного там и не было, но для меня это все в новинку. А увидев предмет со странным названием «теория душ», который стоял в расписании у студентов второго курса, перед глазами образовалась картинка, где парочка то ли приведений, то ли духов с умным видом летает по аудитории и читает лекцию. Н-да, что только в голову не придет. Хотя, кто их знает, может здесь и приведения водятся.
Как и следовало ожидать, основную часть предметов составляли теоретические вводные дисциплины, что для меня было очень хорошо. Многому Ян меня научить не успел, поэтому восполнять пробелы в знаниях придется уже здесь. Запомнив на всякий случай расписание на первый день, мы пошли в таверну.
Интерьер «Веселой поварихи» всем своим видом говорил о натуральности здешних блюд и деревенском происхождении используемых продуктов. Помешаны они тут на таком стиле, что ли? Уже вторая похожая кафешка из двух же посещенных. Сомневаюсь, что в этот мир добралось вездесущее ГМО и пестициды, но как человеку, который привык видеть во всем попытку отравления своей родной тушки, внутреннее убранство таверны внушало доверие. На полу из светлого дерева стояли более темного цвета столы с бело-красными клетчатыми скатертями. Горшки с цветами украшали подоконники, создавая особый домашний уют, а окна были занавешены белым тюлем и зелеными шторами.
У нас на Земле так выглядят рестораны, пытающиеся создать деревенскую атмосферу и подающие простые русские, но жутко дорогие блюда. Надеюсь, что цены здесь более демократичные, иначе мне придется сесть на диету.
Несмотря на то, что я продала приличное количество зелий и заработала на них достаточную для жизни сумму, я не собиралась тратить их впустую. Я еще не выяснила, платят ли студентам стипендию и если платят, то какую. Опыт студенческой жизни показывает, что обычно ее и на еду не хватает. А такой запасливый хомяк, как я, всегда должен иметь заначку на неожиданные расходы. Поэтому никаких деликатесов. Экономия и только экономия.
С Энбергом мы выбрали столик у окна, откуда замечательно просматривалась вся таверна и проникал теплый ветер. Я не стала мудрить с выбором блюд и заказала то же, что и парень, благо цены оказались по карману даже мне.
Не буду долго рассказывать, что нам принесли, скажу только, что все было очень вкусно, а порции просто огромные. Я столько обычно за весь день съедаю, но оставлять вкуснятину «жаба душила», поэтому выкатилась я из-за стола настоящим колобком. Энберг же только посмеивался надо мной и говорил, что для него — это на один укус. Сколько же ему нужно еды, чтобы достичь моего состояния оставалось тайной, так как он и сам этого не знал.
— Нужно еще булочек с собой взять, — тоном знатока поведали мне. Я протяжно застонала — о еде думать уже не могла, но друг был более прагматичен:
— Это ты сейчас сытая, а вечером что делать будешь?
Пришлось признать, что он прав и купить с собой пару пирогов. Вообще, маги — существа вечно голодные. Чем больше магичат, тем больше хотят есть из-за траты энергии. И хотя эту самую энергию можно восполнить с помощью медитаций, многие предпочитали более приятный способ, а именно — съесть вкусняшку. Да, прокормить мага — дело накладное, но, с другой стороны, у них и зарплата приличная должна быть.
День перевалил за свою половину, и вскоре стало темнеть. На улице было душно, а над ухом то и дело жужжали комары. Хотелось небольшого дождя, чтобы и воздух освежил, и насекомых прибил. Вспомнился увиденный не так давно митинг.
— Ты слышал о надвигающейся засухе? — нарушила я тишину, когда мы возвращались в академию.
— А кто же о ней не слышал? — пожал плечами парень. — Народ недоволен, но сдвигов никаких нет. Как будто специально кто-то тучи не пускает в город.
Я задумалась, а может действительно кто-то препятствует появлению осадков? Есть ли такие маги, которые в прямом смысле слова могут развести тучи руками?
— А есть такие, кто на это способен? — озвучила я свои мысли. — Может и правда это чьи-то делишки?
— Знаешь, — задумчиво ответил Энберг, глядя в безоблачное небо, — с одной стороны, это невозможно, слишком большая территория охвачена. Здесь нужно как минимум триста сильнейших магов, причем они должны круглосуточно поддерживать своеобразный купол. Ни купола ни подозрительных магов обнаружено не было, но, с другой стороны, все это очень странно. Вмешательство очевидно, но каким образом оно осуществляется – большой вопрос. В общем, не забивай себе голову, сейчас у нас и без этого найдется о чем подумать. Есть в королевстве компетентные люди, пусть они и ищут виновных.
Я была с ним согласна и лезть не в свое дело не собиралась, но узнать, в чем тут дело, очень хотелось. Неразгаданная загадка манила меня как пламя мотылька. Только в отличие от него, в моей анатомии наличествовал мозг. И поэтому я искренне желала, чтобы все поскорее прояснилось.
Как-то так вышло, что всех желающих поступить успели принять за один день, а кто приедет позже — ну так это их проблемы, раз не пришли в первый день, значит не так и хотели учиться, решил ректор академии. Уж не знаю, то ли у главы было плохое настроение, то ли места в общежитии закончились, но уже вечером в холле вывесили список поступивших с указанием группы, в которой они будут учиться.
Как мы и думали, напротив моей фамилии стоял факультет воды, а через запятую — воздух. Осмотрела весь список, нашла подобное лишь у пяти студентов, но хоть не одна – и то хорошо. У Энберга числился только факультет воздуха. Везунчик.
— И как я буду совмещать две специальности? Я же не могу раздвоиться!
— Да не волнуйся ты так, — попытался успокоить меня друг, — таких уникумов как ты, мало, под вас и подстраивают расписание. К тому же, ты ведь видела, что почти все предметы у нас общие, так что на первом курсе у тебя добавится только пара дополнительных предметов, и их ставят так, чтобы не было пересечения с другими дисциплинами.
Я задумалась, лишняя нагрузка — это не очень хорошо, но, с другой стороны, знания лишними не бывают, тем более в этом мире. Это же не наши бесполезные вузовские предметы, которые сдал и забыл. Здесь речь идет об использовании магии, а о ней, если честно, я с детства мечтала. И если уж в приемной комиссии меня посчитали счастливицей, то мне действительно стоило радоваться.
Так как группы студентов были набраны, то было решено не медлить с началом обучения, которое согласно информации, вывешенной все в том же холле, начиналось уже завтра. Для меня это было начало чего-то нового, невиданного, но в то же время знакомого. Я снова стала просто студенткой в большом и незнакомом городе, которая надеялась на светлое будущее.
Остаток дня пролетел в один миг: разложила вещи, познакомилась с соседкой, которая, как и я, была магом воды. Она, кстати, оказалась человеком и на одну восьмую эльфийкой, что подтверждалось сиреневыми глазами. Я, понятное дело, не знала о такой отличительной особенности, о ней мне с гордостью поведала Элая. Не знаю, о чем в этот момент думала девушка: о том, как круто иметь необычные глаза или же гордилась ушастыми предками, меня это мало волновало. Я размышляла о том, что и на Земле есть люди с сиреневыми очами. Уж не потомки ли они эльфов?
А когда за окном наступила ночь, Энберг пришел к нам отмечать начало учебного года. В одной руке он держал тарелку с купленным пирогом, а в другой, неизвестно откуда добытый поднос с кружками и чайником, из которого шел пар. Я тоже достала свой пирог. Лишь одного предусмотрительный друг не учел — ножа ни у кого не было. В итоге, разламывали местные кулинарные шедевры мы руками, что сделало вечер еще теплее. Элая, сначала смущенная появлением в наших апартаментах мужчины, стала с интересом поглядывать в его сторону, думая, что никто не видит. В общем, весело посидели.
В академии мне нравилось то, что не было никаких ограничений в общении девушек с парнями. Можно было не опасаться, что «балуясь плюшками», а то и чем другим с представителями противоположного пола, в комнату вломится комендант, куратор или другой кайфолом. Продвинутая все-таки мне попалась страна, интересно, а как здесь относятся к представителям «оно»? Или здесь такие не водятся? Какие-то странные вопросы лезут в голову, точно спать пора.
Ночью мне снился полнейший бред: большие бородатые гномы скакали вокруг костра, а чуть сбоку стоял шаман и с чувством читал то ли стихи, то ли призыв к богам:
Родила царица в ночь
Не то сына, не то дочь.
К вам, могучие взываю,
Я народу помогаю.
А ему не нужен гомик,
Будет мужественный гномик!
Произнеся последнее слово, шаман ударил в бубен, и со звонким «бооом» я подскочила на кровати.
Я знаю точно — невозможное возможно,
Сойти с ума, влюбиться так неосторожно...
(Дима Билан)
Местный способ побудки мне абсолютно не понравился. Не нравилось мне и то, что времени на сборы с момента звона колокола оставалось полтора часа. Зачем так много? Помнится, когда я еще училась в школе, которая находилась в пятнадцати минутах ходьбы, я вставала минут за сорок до начала уроков. Вот и здесь добираться до учебной аудитории на автобусе не нужно, столовая под боком, так почему мне не дают поспать?
Умывшись, я вытащила из шкафа выданную комендантшей форму. Мне, как и соседке, досталось два одинаковых платья, но студенты, учащиеся в магистратуре, получали еще и брюки, так как имели предметы, на которых приходилось бегать и прыгать.
Я одела форму и стала разглядывать себя перед зеркалом. Темно синее свободное платье чуть выше колена имело пышные голубые манжеты и того же оттенка подол, что выдавало мою принадлежность к факультету воды. Под левой грудью был вышит изящный растительный узор, похожий на трилистник — символ академии. К платью прилагался широкий пояс из того же материала, что и платье. Завязав его на талии, я еще раз покрутилась из стороны в сторону и осталась довольна результатом.
Управившись за десять минут, я достала немногочисленную косметику, которую купила в городе. Подвела ресницы местным аналогом туши и мазнула губы помадой-несмывашкой. Продавец клялся, что если не использовать специальное средство для снятия макияжа, продержится она минимум восемь часов. На мой вопрос: «Из чего же сделана помада?», продавец замялся и отвернул голову, а я сделала вывод, что лучше мне об этом не знать.
Взглянула в расписание. Так, у нас сегодня две пары по теории магии, травология и основы управления стихиями. Загрузила сумку всем необходимым, а именно, тремя тетрадями и парой ручек. Учебники нам будут выдавать постепенно на каждой новой паре. По-моему, здорово они здесь придумали. Не нужно стоять в очередях в библиотеке и тащить всю эту неподъемную кучу. А так, считается, что если ты присутствовал на первой паре, то и учебник должен был получить.
Стрелки часов показывали, что прошло всего двадцать минут, а я уже была полностью готова. От соседки не доносилось ни звука, и, заглянув к ней в комнату, я увидела ее спящее тельце на кровати. Надо же, кто-то способен дрыхнуть после такой жуткой побудки. Завтракать одной абсолютно не хотелось, поэтому я пошла к Энбергу.
Дверь мне открыл уже полностью одетый и немного удивленный парень.
— Ты чего так рано? — оглядывая меня спросил он. — Колокол же только прозвенел.
— Ну так и ты не в трусах стоишь, — парировала я. — Идем в столовую?
— Ага, только Ромула позову.
И не успела я задать вопрос, кто такой Ромул, как за спиной друга увидела улыбающееся солнышко. Невысокий парень засветил широкой улыбкой и тряхнул длинной гривой огненно рыжих волос. Никогда не видела такой цвет. Не просто рыжий, они имели красный отлив и струились водопадом, словно лава разбуженного вулкана. На секунду захотелось зажмуриться, так как я почти физически ощутила лижущие языки пламени. И совсем неожиданным было услышать:
Как хорошо, что я вас встретил,
Позвольте вам представиться.
Со мною будет день ваш светел,
На Ромул откликаюся.
О как, поэт значится. Помнится мне, что и я когда-то стишки строчила. Однозначно интересный экземпляр.
— Рада познакомиться, — улыбнулась парню, — я Амелия.
— Все-все, идем есть, — быстро произнес Энберг. И на мой удивленный взгляд пояснил, — если его рот не забит едой, то из него вылетают исключительно стихи, а меня от них уже тошнит.
Ромул надул губы, подумал с полминуты и выдал:
И вовсе нет, мой юный друг,
Лишь иногда стихи так прут.
Поэтому для вдохновенья,
Мне нужен блинчик и варенье!
Мучительный стон Энберга и мой смешок были ему ответом.
Столовая встретила нас немногочисленными студиозами. Они лениво колупались в тарелках и выглядели не слишком довольными.
— Что? — воскликнул друг подойдя к столу с раздачей, — омлет и бутерброды? Я хочу мясо!
Но его тирада не возымела эффекта, — повар сделал вид, что ничего не слышал, жареные кабанчики не упали в протянутую тарелку, а омлет пах. Причем пах хорошо. А нахаляву – вообще отлично. Избалованные они тут какие-то. Вот у меня на работе, если не отравился в столовой, то уже счастье. А тут все свое, фермерское, экологичное. Куры фигню не жуют. Красота – одним словом. Поэтому я обошла друга и с радостью получила свою порцию омлетика (его с некоторых пор я особенно нежно люблю) и бутерброд с сыром. Поставила на поднос травяной чай и потопала к столику рядом с окном.
Сижу, наслаждаюсь тающими во рту кусочками и наблюдаю за студентами. В большинстве высокие и симпатичные, на вид лет двадцати — двадцати пяти, они заполняли столовую и искали свободные места. Становилось все более шумно, росла очередь за завтраком. Время от времени очередной студент негодовал из-за отсутствия хоть какого-то разнообразия, после чего получал тычок от стоящих позади с требованием шевелиться. Хорошо, что мы рано пришли. И место самое лучшее заняли с красивым видом из окна. Здесь просматривалась вся столовая, зато мы не привлекали внимания.
Мой взгляд зацепился за влетевшую в зал девушку. Она показалась мне знакомой, и я вспомнила, что это ее вопль об уровне дара я слышала на поступлении. Девица стремилась к началу очереди, не желая долго ждать и не слушая возмущенных студентов.
В это же время зеленоволосая красотка, продвигающаяся с полным подносом сквозь толпу, оказалась у нее на пути. Истошный визг огласил столовую, когда нахалка задела локтем стакан с горячим чаем, расплывавшимся теперь мокрым пятном на ее платье.
— Бесплатный спектакль. В одном из последних случаев нерадивый студент, войдя в кабинет, громким голосом спросил: «Профессор Вонюч, извините пожалуйста за опоздание, можно войти?»
— И что было дальше? — спросила я со смехом.
— К ректору его отправили и отработку влепили. Правда потом выяснилось, что это чья-то дурацкая шутка, и студент виноват только в том, что проспал. Но особое отношение преподавателя он заработал с первого дня. Так вот, чтобы таких случаев больше не повторялось, расписание стали зачаровывать так, чтобы студенты не могли ни порвать, ни написать на нем что-либо. Поэтому можешь вздохнуть спокойно и изучить расписание потом.
— Ну уж нет, давай лучше сейчас. А то я у меня от любопытства аппетит пропадет.
Может быть для Энберга ничего интересного там и не было, но для меня это все в новинку. А увидев предмет со странным названием «теория душ», который стоял в расписании у студентов второго курса, перед глазами образовалась картинка, где парочка то ли приведений, то ли духов с умным видом летает по аудитории и читает лекцию. Н-да, что только в голову не придет. Хотя, кто их знает, может здесь и приведения водятся.
Как и следовало ожидать, основную часть предметов составляли теоретические вводные дисциплины, что для меня было очень хорошо. Многому Ян меня научить не успел, поэтому восполнять пробелы в знаниях придется уже здесь. Запомнив на всякий случай расписание на первый день, мы пошли в таверну.
Интерьер «Веселой поварихи» всем своим видом говорил о натуральности здешних блюд и деревенском происхождении используемых продуктов. Помешаны они тут на таком стиле, что ли? Уже вторая похожая кафешка из двух же посещенных. Сомневаюсь, что в этот мир добралось вездесущее ГМО и пестициды, но как человеку, который привык видеть во всем попытку отравления своей родной тушки, внутреннее убранство таверны внушало доверие. На полу из светлого дерева стояли более темного цвета столы с бело-красными клетчатыми скатертями. Горшки с цветами украшали подоконники, создавая особый домашний уют, а окна были занавешены белым тюлем и зелеными шторами.
У нас на Земле так выглядят рестораны, пытающиеся создать деревенскую атмосферу и подающие простые русские, но жутко дорогие блюда. Надеюсь, что цены здесь более демократичные, иначе мне придется сесть на диету.
Несмотря на то, что я продала приличное количество зелий и заработала на них достаточную для жизни сумму, я не собиралась тратить их впустую. Я еще не выяснила, платят ли студентам стипендию и если платят, то какую. Опыт студенческой жизни показывает, что обычно ее и на еду не хватает. А такой запасливый хомяк, как я, всегда должен иметь заначку на неожиданные расходы. Поэтому никаких деликатесов. Экономия и только экономия.
С Энбергом мы выбрали столик у окна, откуда замечательно просматривалась вся таверна и проникал теплый ветер. Я не стала мудрить с выбором блюд и заказала то же, что и парень, благо цены оказались по карману даже мне.
Не буду долго рассказывать, что нам принесли, скажу только, что все было очень вкусно, а порции просто огромные. Я столько обычно за весь день съедаю, но оставлять вкуснятину «жаба душила», поэтому выкатилась я из-за стола настоящим колобком. Энберг же только посмеивался надо мной и говорил, что для него — это на один укус. Сколько же ему нужно еды, чтобы достичь моего состояния оставалось тайной, так как он и сам этого не знал.
— Нужно еще булочек с собой взять, — тоном знатока поведали мне. Я протяжно застонала — о еде думать уже не могла, но друг был более прагматичен:
— Это ты сейчас сытая, а вечером что делать будешь?
Пришлось признать, что он прав и купить с собой пару пирогов. Вообще, маги — существа вечно голодные. Чем больше магичат, тем больше хотят есть из-за траты энергии. И хотя эту самую энергию можно восполнить с помощью медитаций, многие предпочитали более приятный способ, а именно — съесть вкусняшку. Да, прокормить мага — дело накладное, но, с другой стороны, у них и зарплата приличная должна быть.
День перевалил за свою половину, и вскоре стало темнеть. На улице было душно, а над ухом то и дело жужжали комары. Хотелось небольшого дождя, чтобы и воздух освежил, и насекомых прибил. Вспомнился увиденный не так давно митинг.
— Ты слышал о надвигающейся засухе? — нарушила я тишину, когда мы возвращались в академию.
— А кто же о ней не слышал? — пожал плечами парень. — Народ недоволен, но сдвигов никаких нет. Как будто специально кто-то тучи не пускает в город.
Я задумалась, а может действительно кто-то препятствует появлению осадков? Есть ли такие маги, которые в прямом смысле слова могут развести тучи руками?
— А есть такие, кто на это способен? — озвучила я свои мысли. — Может и правда это чьи-то делишки?
— Знаешь, — задумчиво ответил Энберг, глядя в безоблачное небо, — с одной стороны, это невозможно, слишком большая территория охвачена. Здесь нужно как минимум триста сильнейших магов, причем они должны круглосуточно поддерживать своеобразный купол. Ни купола ни подозрительных магов обнаружено не было, но, с другой стороны, все это очень странно. Вмешательство очевидно, но каким образом оно осуществляется – большой вопрос. В общем, не забивай себе голову, сейчас у нас и без этого найдется о чем подумать. Есть в королевстве компетентные люди, пусть они и ищут виновных.
Я была с ним согласна и лезть не в свое дело не собиралась, но узнать, в чем тут дело, очень хотелось. Неразгаданная загадка манила меня как пламя мотылька. Только в отличие от него, в моей анатомии наличествовал мозг. И поэтому я искренне желала, чтобы все поскорее прояснилось.
Как-то так вышло, что всех желающих поступить успели принять за один день, а кто приедет позже — ну так это их проблемы, раз не пришли в первый день, значит не так и хотели учиться, решил ректор академии. Уж не знаю, то ли у главы было плохое настроение, то ли места в общежитии закончились, но уже вечером в холле вывесили список поступивших с указанием группы, в которой они будут учиться.
Как мы и думали, напротив моей фамилии стоял факультет воды, а через запятую — воздух. Осмотрела весь список, нашла подобное лишь у пяти студентов, но хоть не одна – и то хорошо. У Энберга числился только факультет воздуха. Везунчик.
— И как я буду совмещать две специальности? Я же не могу раздвоиться!
— Да не волнуйся ты так, — попытался успокоить меня друг, — таких уникумов как ты, мало, под вас и подстраивают расписание. К тому же, ты ведь видела, что почти все предметы у нас общие, так что на первом курсе у тебя добавится только пара дополнительных предметов, и их ставят так, чтобы не было пересечения с другими дисциплинами.
Я задумалась, лишняя нагрузка — это не очень хорошо, но, с другой стороны, знания лишними не бывают, тем более в этом мире. Это же не наши бесполезные вузовские предметы, которые сдал и забыл. Здесь речь идет об использовании магии, а о ней, если честно, я с детства мечтала. И если уж в приемной комиссии меня посчитали счастливицей, то мне действительно стоило радоваться.
Так как группы студентов были набраны, то было решено не медлить с началом обучения, которое согласно информации, вывешенной все в том же холле, начиналось уже завтра. Для меня это было начало чего-то нового, невиданного, но в то же время знакомого. Я снова стала просто студенткой в большом и незнакомом городе, которая надеялась на светлое будущее.
Остаток дня пролетел в один миг: разложила вещи, познакомилась с соседкой, которая, как и я, была магом воды. Она, кстати, оказалась человеком и на одну восьмую эльфийкой, что подтверждалось сиреневыми глазами. Я, понятное дело, не знала о такой отличительной особенности, о ней мне с гордостью поведала Элая. Не знаю, о чем в этот момент думала девушка: о том, как круто иметь необычные глаза или же гордилась ушастыми предками, меня это мало волновало. Я размышляла о том, что и на Земле есть люди с сиреневыми очами. Уж не потомки ли они эльфов?
А когда за окном наступила ночь, Энберг пришел к нам отмечать начало учебного года. В одной руке он держал тарелку с купленным пирогом, а в другой, неизвестно откуда добытый поднос с кружками и чайником, из которого шел пар. Я тоже достала свой пирог. Лишь одного предусмотрительный друг не учел — ножа ни у кого не было. В итоге, разламывали местные кулинарные шедевры мы руками, что сделало вечер еще теплее. Элая, сначала смущенная появлением в наших апартаментах мужчины, стала с интересом поглядывать в его сторону, думая, что никто не видит. В общем, весело посидели.
В академии мне нравилось то, что не было никаких ограничений в общении девушек с парнями. Можно было не опасаться, что «балуясь плюшками», а то и чем другим с представителями противоположного пола, в комнату вломится комендант, куратор или другой кайфолом. Продвинутая все-таки мне попалась страна, интересно, а как здесь относятся к представителям «оно»? Или здесь такие не водятся? Какие-то странные вопросы лезут в голову, точно спать пора.
Ночью мне снился полнейший бред: большие бородатые гномы скакали вокруг костра, а чуть сбоку стоял шаман и с чувством читал то ли стихи, то ли призыв к богам:
Родила царица в ночь
Не то сына, не то дочь.
К вам, могучие взываю,
Я народу помогаю.
А ему не нужен гомик,
Будет мужественный гномик!
Произнеся последнее слово, шаман ударил в бубен, и со звонким «бооом» я подскочила на кровати.
ГЛАВА 7 Новые знакомства
Я знаю точно — невозможное возможно,
Сойти с ума, влюбиться так неосторожно...
(Дима Билан)
Местный способ побудки мне абсолютно не понравился. Не нравилось мне и то, что времени на сборы с момента звона колокола оставалось полтора часа. Зачем так много? Помнится, когда я еще училась в школе, которая находилась в пятнадцати минутах ходьбы, я вставала минут за сорок до начала уроков. Вот и здесь добираться до учебной аудитории на автобусе не нужно, столовая под боком, так почему мне не дают поспать?
Умывшись, я вытащила из шкафа выданную комендантшей форму. Мне, как и соседке, досталось два одинаковых платья, но студенты, учащиеся в магистратуре, получали еще и брюки, так как имели предметы, на которых приходилось бегать и прыгать.
Я одела форму и стала разглядывать себя перед зеркалом. Темно синее свободное платье чуть выше колена имело пышные голубые манжеты и того же оттенка подол, что выдавало мою принадлежность к факультету воды. Под левой грудью был вышит изящный растительный узор, похожий на трилистник — символ академии. К платью прилагался широкий пояс из того же материала, что и платье. Завязав его на талии, я еще раз покрутилась из стороны в сторону и осталась довольна результатом.
Управившись за десять минут, я достала немногочисленную косметику, которую купила в городе. Подвела ресницы местным аналогом туши и мазнула губы помадой-несмывашкой. Продавец клялся, что если не использовать специальное средство для снятия макияжа, продержится она минимум восемь часов. На мой вопрос: «Из чего же сделана помада?», продавец замялся и отвернул голову, а я сделала вывод, что лучше мне об этом не знать.
Взглянула в расписание. Так, у нас сегодня две пары по теории магии, травология и основы управления стихиями. Загрузила сумку всем необходимым, а именно, тремя тетрадями и парой ручек. Учебники нам будут выдавать постепенно на каждой новой паре. По-моему, здорово они здесь придумали. Не нужно стоять в очередях в библиотеке и тащить всю эту неподъемную кучу. А так, считается, что если ты присутствовал на первой паре, то и учебник должен был получить.
Стрелки часов показывали, что прошло всего двадцать минут, а я уже была полностью готова. От соседки не доносилось ни звука, и, заглянув к ней в комнату, я увидела ее спящее тельце на кровати. Надо же, кто-то способен дрыхнуть после такой жуткой побудки. Завтракать одной абсолютно не хотелось, поэтому я пошла к Энбергу.
Дверь мне открыл уже полностью одетый и немного удивленный парень.
— Ты чего так рано? — оглядывая меня спросил он. — Колокол же только прозвенел.
— Ну так и ты не в трусах стоишь, — парировала я. — Идем в столовую?
— Ага, только Ромула позову.
И не успела я задать вопрос, кто такой Ромул, как за спиной друга увидела улыбающееся солнышко. Невысокий парень засветил широкой улыбкой и тряхнул длинной гривой огненно рыжих волос. Никогда не видела такой цвет. Не просто рыжий, они имели красный отлив и струились водопадом, словно лава разбуженного вулкана. На секунду захотелось зажмуриться, так как я почти физически ощутила лижущие языки пламени. И совсем неожиданным было услышать:
Как хорошо, что я вас встретил,
Позвольте вам представиться.
Со мною будет день ваш светел,
На Ромул откликаюся.
О как, поэт значится. Помнится мне, что и я когда-то стишки строчила. Однозначно интересный экземпляр.
— Рада познакомиться, — улыбнулась парню, — я Амелия.
— Все-все, идем есть, — быстро произнес Энберг. И на мой удивленный взгляд пояснил, — если его рот не забит едой, то из него вылетают исключительно стихи, а меня от них уже тошнит.
Ромул надул губы, подумал с полминуты и выдал:
И вовсе нет, мой юный друг,
Лишь иногда стихи так прут.
Поэтому для вдохновенья,
Мне нужен блинчик и варенье!
Мучительный стон Энберга и мой смешок были ему ответом.
***
Столовая встретила нас немногочисленными студиозами. Они лениво колупались в тарелках и выглядели не слишком довольными.
— Что? — воскликнул друг подойдя к столу с раздачей, — омлет и бутерброды? Я хочу мясо!
Но его тирада не возымела эффекта, — повар сделал вид, что ничего не слышал, жареные кабанчики не упали в протянутую тарелку, а омлет пах. Причем пах хорошо. А нахаляву – вообще отлично. Избалованные они тут какие-то. Вот у меня на работе, если не отравился в столовой, то уже счастье. А тут все свое, фермерское, экологичное. Куры фигню не жуют. Красота – одним словом. Поэтому я обошла друга и с радостью получила свою порцию омлетика (его с некоторых пор я особенно нежно люблю) и бутерброд с сыром. Поставила на поднос травяной чай и потопала к столику рядом с окном.
Сижу, наслаждаюсь тающими во рту кусочками и наблюдаю за студентами. В большинстве высокие и симпатичные, на вид лет двадцати — двадцати пяти, они заполняли столовую и искали свободные места. Становилось все более шумно, росла очередь за завтраком. Время от времени очередной студент негодовал из-за отсутствия хоть какого-то разнообразия, после чего получал тычок от стоящих позади с требованием шевелиться. Хорошо, что мы рано пришли. И место самое лучшее заняли с красивым видом из окна. Здесь просматривалась вся столовая, зато мы не привлекали внимания.
Мой взгляд зацепился за влетевшую в зал девушку. Она показалась мне знакомой, и я вспомнила, что это ее вопль об уровне дара я слышала на поступлении. Девица стремилась к началу очереди, не желая долго ждать и не слушая возмущенных студентов.
В это же время зеленоволосая красотка, продвигающаяся с полным подносом сквозь толпу, оказалась у нее на пути. Истошный визг огласил столовую, когда нахалка задела локтем стакан с горячим чаем, расплывавшимся теперь мокрым пятном на ее платье.
