После обеда Жаргал сказал, что мы начнём учиться делать расчёты. Прямо всё как в академии - с утра теория, после обеда практика. Всё-таки понабрался премудрости за свою долгую жизнь этот бывший полудикий воин, вполне на магистра тянет.
- Садись за стол и пиши, - скомандовал Жаргал.
Он стал диктовать мне какую-то тарабарщину, которую я никак не могла запомнить на слух и переспрашивала его на каждом слоге, несказанно его зля этим. Выяснилось, что это было заклинание для концентрации мысли и вхождения в особый транс с этой концентрацией. Я испугалась - помнится, господин ректор читал заклинания очень долго, и я тут сама посинею, что твои кристаллы, пока всё запишу. Но нет, всё оказалось проще - заклинание было не длинным.
- Твой ректор, вероятно, просто повторял заклинание много раз, чтобы ты не теряла ритм твоей мысли. На самом деле действует это заклинание один раз, а дальше ты можешь произносить любые слова или звуки, главное, чтобы твои мысли имели выраженный структурный ритм.
- Например, читать стихи?
- Да, хорошо знакомые тебе стихи подойдут, если у них ритм не сбивчивый.
- А ты сам тоже стихи читаешь?
- Сейчас увидишь.
Жаргал согнал меня со стула, достал большой лист бумаги, который легко закрепился на столешнице подвижными плоскими рамками. На левое запястье он надел петлю с игрушкой-гранатом, в правую взял обычный карандаш, прикрыл глаза и стал произносить заклинание. А потом он запел.
Я даже не поверила, что те низкие вибрирующие звуки доносятся из его горла. До мурашек по коже. Я стояла рядом и завороженно смотрела, как его правая рука начинает двигаться, чертит круг и наполняет его каракулями. Два радиальных отрезка, как и у меня, разделили круг на два сегмента, только один из них был большой, а второй совсем маленький. Две вероятности - поняла я, и одна из них гораздо более вероятна, если будет простительна такая тавтология. Сеанс длился совсем недолго, и всё равно старик выглядел после него уставшим. Уставшим, но отчего-то очень довольным. Что именно он рассчитывал и что видел, он мне не сказал. Ну да это не моё дело.
Потом он отправил за парту меня и протянул мне гранат. Я сделала всё, как делал он - нацепила тяжёлую драгоценную игрушку на левую руку, заправила лист в столешницу и взяла в руки карандаш.
- Сосредоточься на своём вопросе, - велел старик, усевшийся на подушку.
Я уже знала, что буду спрашивать. Эта мысль свербила меня ещё с самого первого ужина в малой королевской столовой. Я вызвала свой поток магии, окутала им лист и кисть правой руки и обнаружила, что из игрушечного драгоценного граната тянется дополнительное облачко, уплотняя мой поток. С трудом я смогла отвлечься от этого зрелища и и сконцентрироваться на своём вопросе - всё-таки не привыкла я ещё ко всем этим чудесам.
Жаргал начал произносить заклинание, а я стала вполголоса читать на родном языке стихи, где особый ритм задавало последнее слово в каждой строчке, и которые хорошо помнила.
Я сегодня влюблена в город.
Он притих перед дождём утром.
Вот такой он мне сейчас дорог,
Погружённым сам в себя, Буддой.
Он не выпил своего кофе,
И не сел ещё за руль, в массе.
Ещё чист его дорог профиль,
Он славянской на часок расы.
Так бывает у меня редко:
Хоть на час найти любить повод.
Я заставкою окна – веткой
Заслоняюсь от тебя, город.
Под эти строфы перед моими глазами постепенно проявлялась картина.
Поля со следами убранных зерновых, трясущаяся подо мной телега с лошадью движутся по грунтовой дороге между этих полей, несколько человек, сидящих на телеге, и среди них - беременая женщина. Женщина стонет и сообщает, что ей уже пришёл час родить ребёнка. Злой мужик оборачивается к ней с козел и говорит, что его и остальных пассажиров ждут на праздник рукомесленниц, и что им некогда возиться с роженицей, которая и сама байстрючка каднеевская, и ребёнка прижила неизвестно от кого. Не смогла дотерпеть, пока они приедут в Ломанку, так пусть немедленно освобождает телегу и не задерживает их, а потом добирается до Ломанки, как знает - может, подберёт кто-то другой.
Несчастная женщина с трудом сползла с телеги и, согнувшись, прошла прямо в поле. Моё видение моргнуло. Я увидела ту же женщину, рядом с тем же местом. Мёртвую. А возле её руки громко плачет лежащий на подстеленной тряпице ребёнок. Мальчик.
Видение закончилось, я обрела обычное зрение, но тут всё у меня перед глазами сильно закружилось. Я попыталась ухватиться обеими руками за стол, чтобы не упасть, но он был лёгким, и я повалила его вместе с собой на бок.
- Глупая, глупая, глупая Ольга! - где-то кричал Жаргал, пока я пережидала головокружение, лёжа на полу, - Зачем ты смотрела так далеко во времени? Куда ты полезла, слабая неумеха? Зачем так много людей сразу? Ты что, магистр? Ты что, богатырь-воин? Твой ум совсем короток, как хвостик полевой мыши!
- Хватит кричать, Жаргал, - разлепила я, наконец, губы, - Лучше налей мне чаю.
- Чаю ей налей, нашла прислужника, молодого да проворного. С таким обучением мне никаких сил продержаться до обмена душ не хватит, - ворчал Жаргал, удаляясь в кухню и как-то особо злобно пристукивая клюкой по полу.
Я кое-как собрала себя в кучку и поднялась с пола. Постояла, потом смогла поднять парту. Поплелась за ушедшим стариканом. Тот, молча насупившись, сидел за столом и пил чай. А мне не налил, гад лысый. Ладно, я не гордая. Налила сама, плюхнулась на стул и подвинула к себе так кстати несъеденное за обедом пирожное.
- Ответ на твой вопрос только один, - сказал Жаргал, видимо, немного оттаяв, - Ты сама-то поняла?
- Я всё поняла. Спасибо, что помог получить мне его. Это очень важно, будет спасена как минимум одна жизнь.
- Доела? Проваливай, спасительница жизней. К завтрашнему дню чтобы выучила заклинание наизусть.
У себя в комнате я предупредила горничную:
- До ужина меня не беспокоить, в случае пожара выносить в первую очередь.
И провалилась в сон, успев понадеяться, что фразу про пожар она не сочла предсказанием. А то раздуют тут свой пожар, в переносном смысле.
На ужин я пришла, уже почти оклемавшись. Не до конца, но - почти.
- Ваше величество, вы, оказывается, не единственный, кто сделал сегодня леди Кадней дорогой подарок, - съехидничала сестрица королевы.
Я даже не сразу поняла, про что она, и удивлённо на неё воззрилась, а потом заметила взгляды всех сотрапезников на свою правую руку.
- А, это... - покрутила я кистью, ловя отражение люстры фиолетовым камнем, - Жаргал дал, велел носить как амулет-накопитель.
После ужина принц спросил меня с обаятельной улыбкой:
- В парк, на лавочку?
- Ох, Винсент... Мне жаль, но я должна выучить заклинание, иначе Жаргал меня завтра сожрёт с потрохами. А там такая тарабарщина, что я, боюсь, до полуночи промучаюсь, пока всё наизусть запомню.
- Ладно, удачи тебе в этом многотрудном деле - ничуть не расстроился с виду его высочество и прибавил шаг, оставляя меня идти по коридору в одиночестве в сторону лестницы на свой этаж.
Мне хотелось заплакать - вдруг он сейчас пойдёт к той девице, которая его браслет обронила, и повод есть хороший - цацку отдать... Но приходилось выбирать - либо я учусь всерьёз, набирая максимум тех знаний, что может дать мне Жаргал в эти оставшиеся ему дни, либо я повторяю судьбу Филис, которая однажды выбрала общество принца и в результате потеряла всё. Нет уж, мне нужно твёрдо состояться, и только тогда я могу надеяться всерьёз увлечь принца. В крайнем случае - подмигнула я самой себе мысленно - моя магия будет мне в помощь.
Стукнула в дверь к Петрику, выслушала отчёт и пару незначительных сплетен, где самой обсуждаемой был сегодняшний подарок мне от его величества, поблагодарила за отправленный обед.
- Господин Петрик, принесите мне конверт и бумагу для письма. Потом заберёте и отправите. И ещё - назавтра нам к обеду отправьте, пожалуйста, особый десерт...
"Здравствуйте, дорогие родные.
Отец и матушка, это письмо только для вас. Сестрицам то, что я напишу, знать не надобно.
Занимаясь своей магией, я увидела такую вероятность:
Ваш отец, папенька, в своё время нагулял на стороне ребёнка, девочку. Сейчас она взрослая женщина, из крестьян, и сама ожидает дитя. В день празднования рукомесленниц по дороге к деревне Ломанка она будет ехать на телеге через поля, судя по солнцу, с восточной стороны. Там она сойдёт с телеги и родит ребёнка прямо в поле, и сможет немного обиходить его, а после умрёт. И эта несчастная женщина и её дитя - не чужие вам, а сводная сестра и племянник. Я думаю, вы должны спасти хотя бы этого ребёнка, если не сможете разыскать и уберечь от родов в холодном поле его мать. Она, к сожалению, в любом случае не выживет. Матушка может заранее сказаться беременной, и этого мальчика вы сможете объявить своим собственным сыном. Внешне он будет похож на всех Каднеев, такой же курносый, как мы с сестрицами. Тем вы и сбережёте невинную жизнь, и род баронов Кадней ещё долго не угаснет.
Я написала вам всё, что узнала, чтобы ваши поиски могли осуществиться.
Остаюсь любящей вас, ваша дочь Филис".
А ещё спасибо королеве - подумала я - хоть она и не предрекала такого результата своих язвительных слов.
Ладно, где там моя бумажка с заклинанием...
- Жаргал, я тут подумала... только ты не ругайся на меня, как обычно! Так вот, тебе не кажется, что мы, маги вероятностей - на самом деле самые могущественные в мире люди?
Старик как-то странно затрясся. Ой, мамочки, это у него стремительно развившийся Альцгеймер, что ли? А я так мало узнала!
- И-и-и-и, насмешила меня, - вымолвил, наконец, дед и перестал трястись, - В чём ты увидела своё могущество, Ольга с севера?
- Так ведь мы меняем действительность, мы способны её подстраивать под нужный результат!
- Все люди на свете только этим и заняты, с разным успехом.
- Да, но мы-то почти точно знаем, что нужно сделать!
- Ну да, маги вероятностей имеют свой дар, свою магическую силу предвидения. Не меньше, но и не больше. Почему ты думаешь, что твоё могущество больше, чем у мага-целителя, который избавляет от смерти многих людей, или чем у стихийного мага, способного разметать к шайтану целый вражеский лагерь, или чем у нашего короля, повелевающего своими подданными?
- Никто больше не умеет менять своей магией то, что предопределено, - упрямо насупилась я, - только мы.
- Ты вчера делала свой расчёт. Потом сказала, что это спасёт кому-то жизнь. Это ты сама спасёшь ту жизнь?
- Нет, я написала письму тому, кто может это сделать.
- Вот именно, Ольга, вот именно! Менять то, что предопределено, может любой дурак! Да и даже если это сделаешь ты сама, разве ты при этом будешь действовать своей особой магией? Нет, и ещё раз нет! Ты будешь действовать так, как и обычный человек, не маг. Или, допустим, ты рассчитаешь вероятность для другого мага, и он для нужного результата применит магию - он что, применит магию вероятностей? Нет, он применит собственную, другую магию. Разве можно считать все эти воздействия на действительность частью нашей магии? Так что не обольщайся - наша с тобой магия заканчивается только предсказанием на основе расчёта вероятностей. А воздействия на реальность происходят уже без неё.
Однако, могу сказать тебе в утешение - единственная предсказательская магия, которая может существовать в мире, это магия вероятностей. Все остальные гадатели и прорицатели, утверждающие, что они видят будущее, либо шарлатаны, либо сумасшедшие. Да, кому-то может присниться вещий сон, кто-то погадает на картах или по куриным косточкам, но угадать он сможет только случайно, либо сделать вывод из того, что ему уже известно или подсознательно чувствуется.
Так вот и рушатся замки из иллюзий. Жаргал по клочкам разнёс мою начавшую нарождаться теорию, что я - чуть ли не диктатор реальности. Ха-ха три раза.
- Жаргал, твой опыт для меня бесценен, - вырвалось у меня, - Без тебя я бы тыкалась во все ошибки, как слепой щенок. И ещё - я думаю, что этот твой опыт не должен пропасть и во мне. Нужно составить учебник, вдруг когда-нибудь появятся ещё маги вероятностей?
- Ну-ну, составь свой учебник. Который, скорее всего, никого научить ничему не сможет, - хихикнул старикан, - ведь для появления мага вероятностей нужно перемещение другой души в тело мага-металиста.
Я раскрыла рот, чтобы задать новый вопрос, первый из множества появившихся, но потом захлопнула его. Сначала мне нужно всё обдумать самой. Да и опасно было в разговоре с Жаргалом становиться на скользкую тему артефакта обмена душ.
После лекции нам, как и вчера, принесли обед. Пока мы ели основное блюдо, я с затаённым ожиданием приготовилась осуществить свою задуманную месть Жаргалу за вчерашнее поедание вишенки с моего пирожного. И вот настала минула, когда служанка стала подавать десерт.
- Эй, креманка моя, твой десерт вот, на блюдце лежит! - вскричала я, глядя, как старик шустро выхватил из рук служанки серебряную вазочку-креманку, закрытую крышкой.
- А мне этот больше приглянулся, - нагло заявил Жаргал, даже не открывая вазочку.
- Гадский старикашка, - прошипела я, подвигая к себе блюдце и открывая находящийся там кусочек обычного сладкого пирога.
Ну а Жаргал с удовольствием открыл креманку, наполненную одними вишенками, и стал демонстративно их поедать, причмокивая. То есть делал то, что собиралась делать сегодня я.
- Ты знал! - осенило меня, - Вчера ты рассчитывал какую-то простую вероятность, ещё довольный такой после этого сидел...
- Ну а почему бы мне было и не рассчитать, если у тебя на лице было написано, что ты что-то задумала? - хихикнул старик.
Я поняла, что в сравнении с этим многовековым монстром я - просто младенец. Он переиграет меня, что бы я ни придумала. Ладно. Главное, чтобы не переиграл в главном.
- Вчера я пережила от тебя обиду, потому что ты мне перстень подарил. А сегодня как? Мне, между прочим, надо небольшие подарочки сделать моей горничной и помощнику. А денег у меня мало.
Жаргал молчал, будто и не слышал. Ах, да, я ж ничего не спросила, только намекнула.
- Можно я для них выберу что-нибудь недорогое из твоих запасов? Чтобы как-то пережить поедание моих вишенок.
- Посмотри в красном ларце, в углу. Там лом всякий, - разрешил он.
Я спустилась в подвал, нашла ларец и осмотрела содержимое. Сломанные браслеты, порванные бусы, непарные серьги... Я выбрала золотую цепочку со сломанным не открывающимся замочком для горничной, которую и так можно было надеть через голову, а для Петрика - пару некрупных жемчужин с рассыпавшихся бус. Вышла, показала Жаргалу. Он лишь взглянул равнодушно. Ну да, стоя на пороге вечности, и я так же смотрела бы.
До вечера Жаргал заставил меня практиковаться в расчёте вероятностей для самых близких по времени и незначительных событий, заодно проверил, как я запомнила заклинание и немного выправил его произношение. Он сказал, что даже от таких простых упражнений я бы устала гораздо больше, не будь у меня подспорья в виде висящего на руке граната. Всё-таки довольно энергозатратная у нас с ним магия. Обычные менталисты гораздо легче магичат.
- Когда выучишься и будешь рассчитывать вероятности для других людей за вознаграждение, старайся делать это редко.
- Садись за стол и пиши, - скомандовал Жаргал.
Он стал диктовать мне какую-то тарабарщину, которую я никак не могла запомнить на слух и переспрашивала его на каждом слоге, несказанно его зля этим. Выяснилось, что это было заклинание для концентрации мысли и вхождения в особый транс с этой концентрацией. Я испугалась - помнится, господин ректор читал заклинания очень долго, и я тут сама посинею, что твои кристаллы, пока всё запишу. Но нет, всё оказалось проще - заклинание было не длинным.
- Твой ректор, вероятно, просто повторял заклинание много раз, чтобы ты не теряла ритм твоей мысли. На самом деле действует это заклинание один раз, а дальше ты можешь произносить любые слова или звуки, главное, чтобы твои мысли имели выраженный структурный ритм.
- Например, читать стихи?
- Да, хорошо знакомые тебе стихи подойдут, если у них ритм не сбивчивый.
- А ты сам тоже стихи читаешь?
- Сейчас увидишь.
Жаргал согнал меня со стула, достал большой лист бумаги, который легко закрепился на столешнице подвижными плоскими рамками. На левое запястье он надел петлю с игрушкой-гранатом, в правую взял обычный карандаш, прикрыл глаза и стал произносить заклинание. А потом он запел.
Я даже не поверила, что те низкие вибрирующие звуки доносятся из его горла. До мурашек по коже. Я стояла рядом и завороженно смотрела, как его правая рука начинает двигаться, чертит круг и наполняет его каракулями. Два радиальных отрезка, как и у меня, разделили круг на два сегмента, только один из них был большой, а второй совсем маленький. Две вероятности - поняла я, и одна из них гораздо более вероятна, если будет простительна такая тавтология. Сеанс длился совсем недолго, и всё равно старик выглядел после него уставшим. Уставшим, но отчего-то очень довольным. Что именно он рассчитывал и что видел, он мне не сказал. Ну да это не моё дело.
Потом он отправил за парту меня и протянул мне гранат. Я сделала всё, как делал он - нацепила тяжёлую драгоценную игрушку на левую руку, заправила лист в столешницу и взяла в руки карандаш.
- Сосредоточься на своём вопросе, - велел старик, усевшийся на подушку.
Я уже знала, что буду спрашивать. Эта мысль свербила меня ещё с самого первого ужина в малой королевской столовой. Я вызвала свой поток магии, окутала им лист и кисть правой руки и обнаружила, что из игрушечного драгоценного граната тянется дополнительное облачко, уплотняя мой поток. С трудом я смогла отвлечься от этого зрелища и и сконцентрироваться на своём вопросе - всё-таки не привыкла я ещё ко всем этим чудесам.
Жаргал начал произносить заклинание, а я стала вполголоса читать на родном языке стихи, где особый ритм задавало последнее слово в каждой строчке, и которые хорошо помнила.
Я сегодня влюблена в город.
Он притих перед дождём утром.
Вот такой он мне сейчас дорог,
Погружённым сам в себя, Буддой.
Он не выпил своего кофе,
И не сел ещё за руль, в массе.
Ещё чист его дорог профиль,
Он славянской на часок расы.
Так бывает у меня редко:
Хоть на час найти любить повод.
Я заставкою окна – веткой
Заслоняюсь от тебя, город.
Под эти строфы перед моими глазами постепенно проявлялась картина.
Поля со следами убранных зерновых, трясущаяся подо мной телега с лошадью движутся по грунтовой дороге между этих полей, несколько человек, сидящих на телеге, и среди них - беременая женщина. Женщина стонет и сообщает, что ей уже пришёл час родить ребёнка. Злой мужик оборачивается к ней с козел и говорит, что его и остальных пассажиров ждут на праздник рукомесленниц, и что им некогда возиться с роженицей, которая и сама байстрючка каднеевская, и ребёнка прижила неизвестно от кого. Не смогла дотерпеть, пока они приедут в Ломанку, так пусть немедленно освобождает телегу и не задерживает их, а потом добирается до Ломанки, как знает - может, подберёт кто-то другой.
Несчастная женщина с трудом сползла с телеги и, согнувшись, прошла прямо в поле. Моё видение моргнуло. Я увидела ту же женщину, рядом с тем же местом. Мёртвую. А возле её руки громко плачет лежащий на подстеленной тряпице ребёнок. Мальчик.
Видение закончилось, я обрела обычное зрение, но тут всё у меня перед глазами сильно закружилось. Я попыталась ухватиться обеими руками за стол, чтобы не упасть, но он был лёгким, и я повалила его вместе с собой на бок.
- Глупая, глупая, глупая Ольга! - где-то кричал Жаргал, пока я пережидала головокружение, лёжа на полу, - Зачем ты смотрела так далеко во времени? Куда ты полезла, слабая неумеха? Зачем так много людей сразу? Ты что, магистр? Ты что, богатырь-воин? Твой ум совсем короток, как хвостик полевой мыши!
- Хватит кричать, Жаргал, - разлепила я, наконец, губы, - Лучше налей мне чаю.
- Чаю ей налей, нашла прислужника, молодого да проворного. С таким обучением мне никаких сил продержаться до обмена душ не хватит, - ворчал Жаргал, удаляясь в кухню и как-то особо злобно пристукивая клюкой по полу.
Я кое-как собрала себя в кучку и поднялась с пола. Постояла, потом смогла поднять парту. Поплелась за ушедшим стариканом. Тот, молча насупившись, сидел за столом и пил чай. А мне не налил, гад лысый. Ладно, я не гордая. Налила сама, плюхнулась на стул и подвинула к себе так кстати несъеденное за обедом пирожное.
- Ответ на твой вопрос только один, - сказал Жаргал, видимо, немного оттаяв, - Ты сама-то поняла?
- Я всё поняла. Спасибо, что помог получить мне его. Это очень важно, будет спасена как минимум одна жизнь.
- Доела? Проваливай, спасительница жизней. К завтрашнему дню чтобы выучила заклинание наизусть.
У себя в комнате я предупредила горничную:
- До ужина меня не беспокоить, в случае пожара выносить в первую очередь.
И провалилась в сон, успев понадеяться, что фразу про пожар она не сочла предсказанием. А то раздуют тут свой пожар, в переносном смысле.
На ужин я пришла, уже почти оклемавшись. Не до конца, но - почти.
- Ваше величество, вы, оказывается, не единственный, кто сделал сегодня леди Кадней дорогой подарок, - съехидничала сестрица королевы.
Я даже не сразу поняла, про что она, и удивлённо на неё воззрилась, а потом заметила взгляды всех сотрапезников на свою правую руку.
- А, это... - покрутила я кистью, ловя отражение люстры фиолетовым камнем, - Жаргал дал, велел носить как амулет-накопитель.
После ужина принц спросил меня с обаятельной улыбкой:
- В парк, на лавочку?
- Ох, Винсент... Мне жаль, но я должна выучить заклинание, иначе Жаргал меня завтра сожрёт с потрохами. А там такая тарабарщина, что я, боюсь, до полуночи промучаюсь, пока всё наизусть запомню.
- Ладно, удачи тебе в этом многотрудном деле - ничуть не расстроился с виду его высочество и прибавил шаг, оставляя меня идти по коридору в одиночестве в сторону лестницы на свой этаж.
Мне хотелось заплакать - вдруг он сейчас пойдёт к той девице, которая его браслет обронила, и повод есть хороший - цацку отдать... Но приходилось выбирать - либо я учусь всерьёз, набирая максимум тех знаний, что может дать мне Жаргал в эти оставшиеся ему дни, либо я повторяю судьбу Филис, которая однажды выбрала общество принца и в результате потеряла всё. Нет уж, мне нужно твёрдо состояться, и только тогда я могу надеяться всерьёз увлечь принца. В крайнем случае - подмигнула я самой себе мысленно - моя магия будет мне в помощь.
Стукнула в дверь к Петрику, выслушала отчёт и пару незначительных сплетен, где самой обсуждаемой был сегодняшний подарок мне от его величества, поблагодарила за отправленный обед.
- Господин Петрик, принесите мне конверт и бумагу для письма. Потом заберёте и отправите. И ещё - назавтра нам к обеду отправьте, пожалуйста, особый десерт...
"Здравствуйте, дорогие родные.
Отец и матушка, это письмо только для вас. Сестрицам то, что я напишу, знать не надобно.
Занимаясь своей магией, я увидела такую вероятность:
Ваш отец, папенька, в своё время нагулял на стороне ребёнка, девочку. Сейчас она взрослая женщина, из крестьян, и сама ожидает дитя. В день празднования рукомесленниц по дороге к деревне Ломанка она будет ехать на телеге через поля, судя по солнцу, с восточной стороны. Там она сойдёт с телеги и родит ребёнка прямо в поле, и сможет немного обиходить его, а после умрёт. И эта несчастная женщина и её дитя - не чужие вам, а сводная сестра и племянник. Я думаю, вы должны спасти хотя бы этого ребёнка, если не сможете разыскать и уберечь от родов в холодном поле его мать. Она, к сожалению, в любом случае не выживет. Матушка может заранее сказаться беременной, и этого мальчика вы сможете объявить своим собственным сыном. Внешне он будет похож на всех Каднеев, такой же курносый, как мы с сестрицами. Тем вы и сбережёте невинную жизнь, и род баронов Кадней ещё долго не угаснет.
Я написала вам всё, что узнала, чтобы ваши поиски могли осуществиться.
Остаюсь любящей вас, ваша дочь Филис".
А ещё спасибо королеве - подумала я - хоть она и не предрекала такого результата своих язвительных слов.
Ладно, где там моя бумажка с заклинанием...
ГЛАВА 14
- Жаргал, я тут подумала... только ты не ругайся на меня, как обычно! Так вот, тебе не кажется, что мы, маги вероятностей - на самом деле самые могущественные в мире люди?
Старик как-то странно затрясся. Ой, мамочки, это у него стремительно развившийся Альцгеймер, что ли? А я так мало узнала!
- И-и-и-и, насмешила меня, - вымолвил, наконец, дед и перестал трястись, - В чём ты увидела своё могущество, Ольга с севера?
- Так ведь мы меняем действительность, мы способны её подстраивать под нужный результат!
- Все люди на свете только этим и заняты, с разным успехом.
- Да, но мы-то почти точно знаем, что нужно сделать!
- Ну да, маги вероятностей имеют свой дар, свою магическую силу предвидения. Не меньше, но и не больше. Почему ты думаешь, что твоё могущество больше, чем у мага-целителя, который избавляет от смерти многих людей, или чем у стихийного мага, способного разметать к шайтану целый вражеский лагерь, или чем у нашего короля, повелевающего своими подданными?
- Никто больше не умеет менять своей магией то, что предопределено, - упрямо насупилась я, - только мы.
- Ты вчера делала свой расчёт. Потом сказала, что это спасёт кому-то жизнь. Это ты сама спасёшь ту жизнь?
- Нет, я написала письму тому, кто может это сделать.
- Вот именно, Ольга, вот именно! Менять то, что предопределено, может любой дурак! Да и даже если это сделаешь ты сама, разве ты при этом будешь действовать своей особой магией? Нет, и ещё раз нет! Ты будешь действовать так, как и обычный человек, не маг. Или, допустим, ты рассчитаешь вероятность для другого мага, и он для нужного результата применит магию - он что, применит магию вероятностей? Нет, он применит собственную, другую магию. Разве можно считать все эти воздействия на действительность частью нашей магии? Так что не обольщайся - наша с тобой магия заканчивается только предсказанием на основе расчёта вероятностей. А воздействия на реальность происходят уже без неё.
Однако, могу сказать тебе в утешение - единственная предсказательская магия, которая может существовать в мире, это магия вероятностей. Все остальные гадатели и прорицатели, утверждающие, что они видят будущее, либо шарлатаны, либо сумасшедшие. Да, кому-то может присниться вещий сон, кто-то погадает на картах или по куриным косточкам, но угадать он сможет только случайно, либо сделать вывод из того, что ему уже известно или подсознательно чувствуется.
Так вот и рушатся замки из иллюзий. Жаргал по клочкам разнёс мою начавшую нарождаться теорию, что я - чуть ли не диктатор реальности. Ха-ха три раза.
- Жаргал, твой опыт для меня бесценен, - вырвалось у меня, - Без тебя я бы тыкалась во все ошибки, как слепой щенок. И ещё - я думаю, что этот твой опыт не должен пропасть и во мне. Нужно составить учебник, вдруг когда-нибудь появятся ещё маги вероятностей?
- Ну-ну, составь свой учебник. Который, скорее всего, никого научить ничему не сможет, - хихикнул старикан, - ведь для появления мага вероятностей нужно перемещение другой души в тело мага-металиста.
Я раскрыла рот, чтобы задать новый вопрос, первый из множества появившихся, но потом захлопнула его. Сначала мне нужно всё обдумать самой. Да и опасно было в разговоре с Жаргалом становиться на скользкую тему артефакта обмена душ.
После лекции нам, как и вчера, принесли обед. Пока мы ели основное блюдо, я с затаённым ожиданием приготовилась осуществить свою задуманную месть Жаргалу за вчерашнее поедание вишенки с моего пирожного. И вот настала минула, когда служанка стала подавать десерт.
- Эй, креманка моя, твой десерт вот, на блюдце лежит! - вскричала я, глядя, как старик шустро выхватил из рук служанки серебряную вазочку-креманку, закрытую крышкой.
- А мне этот больше приглянулся, - нагло заявил Жаргал, даже не открывая вазочку.
- Гадский старикашка, - прошипела я, подвигая к себе блюдце и открывая находящийся там кусочек обычного сладкого пирога.
Ну а Жаргал с удовольствием открыл креманку, наполненную одними вишенками, и стал демонстративно их поедать, причмокивая. То есть делал то, что собиралась делать сегодня я.
- Ты знал! - осенило меня, - Вчера ты рассчитывал какую-то простую вероятность, ещё довольный такой после этого сидел...
- Ну а почему бы мне было и не рассчитать, если у тебя на лице было написано, что ты что-то задумала? - хихикнул старик.
Я поняла, что в сравнении с этим многовековым монстром я - просто младенец. Он переиграет меня, что бы я ни придумала. Ладно. Главное, чтобы не переиграл в главном.
- Вчера я пережила от тебя обиду, потому что ты мне перстень подарил. А сегодня как? Мне, между прочим, надо небольшие подарочки сделать моей горничной и помощнику. А денег у меня мало.
Жаргал молчал, будто и не слышал. Ах, да, я ж ничего не спросила, только намекнула.
- Можно я для них выберу что-нибудь недорогое из твоих запасов? Чтобы как-то пережить поедание моих вишенок.
- Посмотри в красном ларце, в углу. Там лом всякий, - разрешил он.
Я спустилась в подвал, нашла ларец и осмотрела содержимое. Сломанные браслеты, порванные бусы, непарные серьги... Я выбрала золотую цепочку со сломанным не открывающимся замочком для горничной, которую и так можно было надеть через голову, а для Петрика - пару некрупных жемчужин с рассыпавшихся бус. Вышла, показала Жаргалу. Он лишь взглянул равнодушно. Ну да, стоя на пороге вечности, и я так же смотрела бы.
До вечера Жаргал заставил меня практиковаться в расчёте вероятностей для самых близких по времени и незначительных событий, заодно проверил, как я запомнила заклинание и немного выправил его произношение. Он сказал, что даже от таких простых упражнений я бы устала гораздо больше, не будь у меня подспорья в виде висящего на руке граната. Всё-таки довольно энергозатратная у нас с ним магия. Обычные менталисты гораздо легче магичат.
- Когда выучишься и будешь рассчитывать вероятности для других людей за вознаграждение, старайся делать это редко.
