— Схилка? — вот зачем я это спросила. Нет, ну, правда, зачем?! Диагноз-то налицо.
— Чего ты удивляешься? Они много платят. Золотом. Закрытая планета для них не преграда, а значит они сами озаботятся с доставкой. Как видишь, одни сплошные плюсы. Для меня.
— А для меня? — выдохнула тихо.
— А ты разве никогда не мечтала посмотреть на звезды? — злая усмешка исказила его лицо. — Так вот, твоя мечта исполнится, — и тихий смех явно сумасшедшего мужчины огласил окрестности.
Значит, в космос решил меня отправить и ждет неведомых схилков. А на деле разбираться с бредом сумасшедшего мне некогда… надо бежать. Только вот как, когда я не контролирую собственное тело, сижу-то с трудом.
Из панических размышлений меня вывела тихая трель сотового телефона. Веселенькая мелодия в совсем невеселой ситуации.
— Да, — громко ответил Стас и залихватски мне подмигнул. Делая шаг от меня, наверное, для того, чтобы я не слышала разговора. Только вот я все равно слышала.
— На месте. Да. Товар готов. Все верно. Мед карты у меня.
—Что?! Не понадобятся?
Стас сделал еще пару шагов в пространство, и я больше не слышала его разговора с неизвестным, но продолжала внимательно наблюдать за его фигурой, маячившей на границе света. Я аккуратно стряхнула веревки с ног, но рвануть сейчас не решалась — догонит и возможности убежать уже не будет. Надо выбрать момент, подождать, и я уверена шанс для побега мне представится. В конце концов, добро всегда побеждает!
Разговор по телефону Стас закончил и решительно зашагал в мою сторону.
— Пить хочешь?
Я резко покачала головой, что означало «нет». Спасибо, напилась уже…
— Надо пить, детка. Надо, — и с неудовольствием взглянул на мое перекошенное страхом лицо. — Давай-ка приведем тебя в порядок, умоем, волосы в хвост заберем… товарный вид, так сказать, вернем. А то, боюсь, сделки не будет, — тихий смешок вырвался из его груди, — правда, схилков меньше всего интересует твой вид. Их интересует несколько другое… — и снова тихий смешок.
Стас аккуратно поправил бретельку, сползшую на плечо и, обмакнув платок в воду из бутылки, вытер мне лицо. Я не сопротивлялась и не отвечала. Пусть думает, что я смирилась со своей участью или беспомощна после отравы, что он влил в меня вместе с манговым соком.
— Ну вот, ты опять красавица. Просто загляденье! Схилки будут довольны. А теперь пей, — и протянул мне стеклянную бутыль минералки, ту самую воду, которой протирал мне лицо. Да, и стоит заметить, в пластике воду Стас не признавал.
Я собралась с силами, понимая, что это мой шанс. И, может быть, единственный. Я медленно отпила из самого горла, зажав прочно бутылку в руках, а потом, резко вскакивая, ударила Стасу по запястью. Просто дотянуться выше не получилось.
— Ах, ты, дрянь! — заорал Стас то ли от боли, то ли от неожиданности и бросился ко мне, но на мгновение потерял равновесия, поскальзываясь на луже воды. Пока он пытался устоять на ногах, я из последних сил подскочила к нему и разбила бутылку об его голову, вложив в этот удар все свои силы. Стас дернулся и начал заваливаться набок, инстинктивно прижимая руки к больному месту. А я бросилась «на выход», огибая его распростертое тело.
Ноги не слушались, разъезжались, и в первое мгновение я была уверена, что упаду, не добравшись даже до забора. Но я добралась, раскрыла «калитку» и бросилась к лесу, что опоясывал это поистине «милое» местечко, жадно хватая воздух раскрытыми губами. Почему в лес, а не к охранникам? Решила, что они заодно! Неспроста же Стас привез меня сюда, прекрасно зная о камерах, охране и… прочем! Если они в доле, то шанса у меня больше не будет.
И повалилась в траву, потому что сил больше не было. Силы покинули мое тело, рождая новый приступ страха, и встать я уже не смогла, пытаясь ползти, извиваясь всем телом и очень надеясь на какое-нибудь укрытие.
Темнота вокруг давила и пугала, и различить в ней то, что впереди практически было невозможно, поэтому я натыкалась на кусты, царапала руки крапивой и кустарником, но продолжала упорно ползти вперед. Безумно надеясь, что след после меня не сильно заметен. А иначе все зря… иначе найдут быстро.
Спуск к реке перед самым носом я не заметила и кубарем покатилась вниз, царапая руки о ветки ивняка, росшего здесь. Кусты не позволили свалиться в воду. И я вновь поползла, на этот раз в сторону, пытаться забраться вверх я не рискнула, да и сил практически не осталось.
Дыхание вырывалось со свистом. Казалось, что этот неравномерный звук слышно по всей округе. Сердце кололось, как сумасшедшее. Тихо… миленькое… тихо… В лесу темнота, а значит будет не просто меня найти. Я отдышалась, осмотрелась и аккуратно, не спеша, поползла дальше… надеюсь, что «глубже». И двигаться надо быстрее, потому что я все еще очень близко к дачам, а если у Стаса есть фонарь, то найти меня будет легко. А убегать беззвучно я, к сожалению, не умею.
Справившись с эмоциями, цепляясь за ветви ближайшего куста, я кое-как поднялась. Поднялась, перевела дух, с трудом удерживая тело в горизонтальном положении, и потихоньку побрела. Глаза, как и прежде ничего не различали, мутная пелена расплывчатой тьмы. Темнота… оно и хорошо. Только не видно ничего!
Я продолжала брести по лесу, цепляясь за стволы деревьев. Освещенный дачный поселок скрылся из виду. Сколько я прошла — не знаю, но казалось, что мало. Главное, дожить до рассвета, а там… я обязательно выйду к трассе и поймаю попутку. А дальше милиция и бояться будет нечего. Совсем нечего.
И я прибавила шаг и задела плечом корягу, застонала от боли и, не удержав равновесие, упала прямо в углубление под упавшим деревом. А вот и укрытие на ночь — хорошо лето на дворе, ночи относительно теплые — не замерзну.
Я старательно заползла внутрь и свернулась калачиком. Сидеть на холодной земле в тонком платье было холодно, но искать новое убежище сил не было. Меня бил озноб… то ли от холода, то ли от страха. В голове никак не могла сложиться картинка. Два года! Я и Стас! Как я могла не заметить… просто как?! Сумасшествие это тебе не бородавка на попе вроде бы и есть, но никто и не подозревает о ее существовании! Я безвольно опустила голову на колени… зачем думать об этом, пусть о сумасшествии Стаса думают соответствующие органы. Да и мне есть о чем подумать. О выживании. И о тошноте, внезапно накатившей и болезненно отдающейся во всем теле.
Озноб, желудок сжался в комок, и меня вытошнило прямо под корягой. Да, все прелести «ночевки на природе» мне обеспечены. Вот не зря я никогда не любила походы! Просто темнота, лес, комары и звезды над головой — это не мое. Обессиленная, изнеможенная и «протравленная» я немного задремала.
Выспалась, называется. Удивительно, как это меня еще не обнаружили!
Я старательно разлепила глаза и уставилась в проем между корягой и землей. Из моего убежища был виден яркий свет… значит, расцвело! И это радовало! Все-таки блуждать в темноте в лесу было страшновато. Да и звери, наверное, здесь не редкость. Впрочем, дикие звери не любят близость человека, а элитный поселок совсем рядом, так что есть надежда не натолкнуться на кого-нибудь из них, чтобы не быть съеденной.
Я кое-как выбралась из своего укрытия, предварительно разведав обстановку, и вновь побрела по лесу. Мне ощутимо стало лучше, дышалось легче, а здравомыслие вернулось ко мне вместе с жаждой мести.
— Чем он меня опоил, что после долгой ночи глаза никак не встают на место? — тихо прошептала, размышляя о том, что эта дрянь, скорее всего, еще плещется в моей крови, а значит у меня есть нехилые доказательства произошедшего. Главное, эти доказательства… донести в целостности и сохранности.
И побрела дальше мимо деревьев, пытаясь усмотреть какой-нибудь ориентир впереди, тупо шагая на негнущихся ногах. Главное, идти! Не сдаваться и идти, и тогда обязательно, рано или поздно, но куда-нибудь придешь. Зачем я согласилась на «последнюю гастроль»?! Но кто же мог подумать, что Стас… такой благородный Стас, такой нежный, не требующий близости и все понимающий… и окажется таким уродом! Так тебе и надо дуре! Корми теперь комаров и ищи своего принца в лесу, у черта на куличках!
Зубы отбивали барабанную дробь от холода так, что шишки падали с сосен. Впрочем, мне было не до шишек — я была занята тем, что вспоминала все ругательства, которые узнала за всю свою жизнь. Скудного запаса хватило ненадолго, поэтому пришлось смириться и пойти по второму кругу. Сейчас главное занять себя делом, а значит не заснуть и, наконец, выйти к дороге. Хотя летом это не так страшно, как к примеру, зимой. Так себе надежда, слабая… но мне удалось убежать. Впрочем, в таком состоянии я вряд ли далеко уйду, но и так просто не сдамся! Опять же, главное не заблудиться… и добраться до дома.
И продолжила идти по лесу в неизвестном направлении, но надеясь на чудо и бурча под нос приятные сердцу гадости:
— Чего бы мне это ни стоило, но я дойду до дороги и вызову полицию и тогда, «мой милый» Стасик, мой Стасик-пид***ик ты получишь! И камера у тебя будет одноместная! Без сан-узла, естественно! А нужду ты будешь справлять… прямо на пол!
Главное, теперь не накаркать…
Время шло, я брела молча, устав и от гадостей о Стасе и от мыслей о мести. Шума дороги слышно не было, хотя я была уверена, что она где-то рядом. Да ее просто не может не быть поблизости! Поселок… в него же ведет несколько дорог, а еще где-то рядом имеются деревни… опять же лето, то есть «ягодников—грибников» никто не отменял!
Только вот ни первого, ни второго, ни даже третьего нигде не наблюдалось. Сколько времени я нахожусь в лесу — не имела понятия, но казалось долго, очень долго… Однообразный пейзаж окончательно утомил, запас ругательств иссяк, да и усталость брала свое. А еще пить — пить хотелось жутко, и сейчас я жалела, что не прихватила с собой водички в это без сомнения «приятное» путешествие. И вот сладкие мысли о воде прервала другая мысль — мысль о том, что пейзаж изменился, привнося в окружающую атмосферу что-то новенькое. И этим новеньким был огонек. Обыкновенный, тусклый, мерцающий среди деревьев и ждущий меня!
— Спасение, я иду! — выдохнула тихо. И стянула с волос резинку в знак величайшей радости. Но бросаться к огню не спешила, просто лес кругом, дороги нигде нет. Да и вообще мало ли что! Стасика в прошлом достаточно. И приключений достаточно!
Я аккуратно присела и поползла в сторону кострища. Чем ближе я ползла, тем сильнее путались мысли. Пахло едой… жареным мясом. И еще баней…
Я обогнула разросшиеся кусты и вновь уставилась на костер. Нет, все-таки, он был странным. Призывным, ярким, но каким-то… ненастоящим, и этот запах пищи… не знаю, как в супер-маркете, когда не хочется хлеба, но ты все равно берешь батон и тащишь домой. А дома осознаешь, что… не хочешь хлеба. Сейчас, я все-таки хотела мяса, но огонь… было в нем что-то неправильное, чужеродное, искусственное. Я упорно пялилась на него и не видела вспышек пламени, буйство стихии, скорее, жалкое подобие чего-то величественного.
То ли от усталости, не то от выпитой отравы, но сфокусироваться на пламени удалось далеко не сразу. И все-таки я разглядела одну, но важную вещь — от костра тянулся едва заметный, поблескивающий на солнце, шнур. Увидев его, я словно «споткнулась», резко замерла, боясь пошевелиться.
Да, сейчас я начала осознавать происходящее…и это осознание испугало меня в тысячу раз сильнее, чем сумасшествие Стасика. Просто то, что я видела перед собой, огнем не было. Это скорее я, изнеможенная и плохо соображающая надумала сама — это мой мозг неправильно подобрал ассоциацию!
А вот на самом деле я видела перед собой огненную странную штуку неизвестного происхождения. От нее исходило пламя… Нет, не так! От нее шел свет, но свет неровный, дерганный и странный. Он колыхался от ветра, изменял свою форму и мерцал, как новогодняя гирлянда в темноте. Эта штука не только переливалась, сияла и искрилась, еще она периодически горела, крутилась и поднималась над землей на добрый метр, а потом плавно пикировала вниз. Эта штука однозначно имела внеземное происхождение. Инопланетное изобретение, здесь в глухом лесу, прямо под крылышком у богатеев!
И я боялась поверить в то, что вижу! Зажмурилась и резко открыла глаза, надеясь, что все происходящее мне привиделось. Но ведь бывает так… я даже знаю название — глюки! И признаюсь честно, я безумно надеялась, что все так: Стасик, отрава в моей крови и глюки — цепь единых событий. И да, лучше так — ведь это лечится! А вот видение с инопланетной штуковиной из моей памяти вряд ли испарится. А как жить дальше, зная, что «истина где-то рядом», что они среди нас?!
Я медленно сместила свой тыл правее, чтобы лучше рассмотреть инопланетный аппарат, хотя скажем прямо, не знаю, зачем мне это понадобилось, и чуть было не вскрикнула. По другую сторону «мерцания» стояли неведомые существа в количестве двух особей. Ну, конечно, я могла бы подумать что-то типа: «О, именно так я и представляла зеленых человечков!» или «Товарищи зеленые, вы именно такие, как в фантастических фильмах!», но нет, они такими не были. В смысле, не были маленькими, худенькими, с длинными конечностями и изумрудным цветом тела. И голыми они тоже не были. Хотя, если подробно разобраться в оттенках зеленого, может быть, с натягом и можно назвать этот «ржаво» зеленый изумрудным. Можно. При желании. При большом желании. Одним словом, около причудливой блестящей штуковины стояли двое «изумрудно» — зеленых личностей в абсолютно одинаковых серебристых комбинезонах, застегнутых по самое горло. Ушек, антенн или еще каких-либо приспособлений на голове личности не имели, лишь голый, обтянутый чем-то плотным, похожим на шапочку для бассейна, череп. Боковых конечностей у существ тоже не наблюдалось, лишь два коротеньких ответвления снизу, которые могли быть чем угодно, в смысле не обязательно «ногами». Хотя нет, они служили именно для передвижения!
От страха я зажмурилась, пытаясь вжаться в холодную землю с головой, собственно твердость поверхности в этот момент меня волновала мало, а сверху прикрыться веточками кустика. Просто один из «зеленых» очень не вовремя решил продемонстрировать собственно способности к перемещению. И это было что-то с чем-то. Нижние конечности вытянулись в струнку и засеменили, как пальцы рук по клавишам фортепиано, перемещая грузное тело. Инопланетное существо замерло с другой стороны от блестящей штуковины и что-то тихо прощебетало. Звук был специфическим, запоминающимся и… таким знакомым. Трель дверного звонка… знакомая трель дверного звонка…
По телу пробежал озноб, сердце сковало страхом. Просто эти звуки я слышала и не раз — в квартире Стасика… Мужчина говорил, что это звонок у соседей — стены тонкие и все слышно. Странный звонок, неприятная трель. Неужели они были там. Были. Перед глазами промелькнули взбешенные глаза Стасика, когда я тюкнула его бутылкой минералки по голове. «Он не был сумасшедшим», — пришла поспешная мысль, — «а это схилки, собственной персоной, приятно познакомиться».
Я сжала зубы и замерла в своем укрытии, боясь ненароком привлечь к себе внимание. Рассматривать инопланетных монстров расхотелось категорически, впрочем, как и дышать. Главное, отлежаться здесь в тени кустов и дождаться их отлета. Они же ведь скучают по «родине»?! И наверняка рано или поздно свалят с нашей планеты!
— Чего ты удивляешься? Они много платят. Золотом. Закрытая планета для них не преграда, а значит они сами озаботятся с доставкой. Как видишь, одни сплошные плюсы. Для меня.
— А для меня? — выдохнула тихо.
— А ты разве никогда не мечтала посмотреть на звезды? — злая усмешка исказила его лицо. — Так вот, твоя мечта исполнится, — и тихий смех явно сумасшедшего мужчины огласил окрестности.
Значит, в космос решил меня отправить и ждет неведомых схилков. А на деле разбираться с бредом сумасшедшего мне некогда… надо бежать. Только вот как, когда я не контролирую собственное тело, сижу-то с трудом.
Из панических размышлений меня вывела тихая трель сотового телефона. Веселенькая мелодия в совсем невеселой ситуации.
— Да, — громко ответил Стас и залихватски мне подмигнул. Делая шаг от меня, наверное, для того, чтобы я не слышала разговора. Только вот я все равно слышала.
— На месте. Да. Товар готов. Все верно. Мед карты у меня.
—Что?! Не понадобятся?
Стас сделал еще пару шагов в пространство, и я больше не слышала его разговора с неизвестным, но продолжала внимательно наблюдать за его фигурой, маячившей на границе света. Я аккуратно стряхнула веревки с ног, но рвануть сейчас не решалась — догонит и возможности убежать уже не будет. Надо выбрать момент, подождать, и я уверена шанс для побега мне представится. В конце концов, добро всегда побеждает!
Разговор по телефону Стас закончил и решительно зашагал в мою сторону.
— Пить хочешь?
Я резко покачала головой, что означало «нет». Спасибо, напилась уже…
— Надо пить, детка. Надо, — и с неудовольствием взглянул на мое перекошенное страхом лицо. — Давай-ка приведем тебя в порядок, умоем, волосы в хвост заберем… товарный вид, так сказать, вернем. А то, боюсь, сделки не будет, — тихий смешок вырвался из его груди, — правда, схилков меньше всего интересует твой вид. Их интересует несколько другое… — и снова тихий смешок.
Стас аккуратно поправил бретельку, сползшую на плечо и, обмакнув платок в воду из бутылки, вытер мне лицо. Я не сопротивлялась и не отвечала. Пусть думает, что я смирилась со своей участью или беспомощна после отравы, что он влил в меня вместе с манговым соком.
— Ну вот, ты опять красавица. Просто загляденье! Схилки будут довольны. А теперь пей, — и протянул мне стеклянную бутыль минералки, ту самую воду, которой протирал мне лицо. Да, и стоит заметить, в пластике воду Стас не признавал.
Я собралась с силами, понимая, что это мой шанс. И, может быть, единственный. Я медленно отпила из самого горла, зажав прочно бутылку в руках, а потом, резко вскакивая, ударила Стасу по запястью. Просто дотянуться выше не получилось.
— Ах, ты, дрянь! — заорал Стас то ли от боли, то ли от неожиданности и бросился ко мне, но на мгновение потерял равновесия, поскальзываясь на луже воды. Пока он пытался устоять на ногах, я из последних сил подскочила к нему и разбила бутылку об его голову, вложив в этот удар все свои силы. Стас дернулся и начал заваливаться набок, инстинктивно прижимая руки к больному месту. А я бросилась «на выход», огибая его распростертое тело.
Ноги не слушались, разъезжались, и в первое мгновение я была уверена, что упаду, не добравшись даже до забора. Но я добралась, раскрыла «калитку» и бросилась к лесу, что опоясывал это поистине «милое» местечко, жадно хватая воздух раскрытыми губами. Почему в лес, а не к охранникам? Решила, что они заодно! Неспроста же Стас привез меня сюда, прекрасно зная о камерах, охране и… прочем! Если они в доле, то шанса у меня больше не будет.
И повалилась в траву, потому что сил больше не было. Силы покинули мое тело, рождая новый приступ страха, и встать я уже не смогла, пытаясь ползти, извиваясь всем телом и очень надеясь на какое-нибудь укрытие.
Темнота вокруг давила и пугала, и различить в ней то, что впереди практически было невозможно, поэтому я натыкалась на кусты, царапала руки крапивой и кустарником, но продолжала упорно ползти вперед. Безумно надеясь, что след после меня не сильно заметен. А иначе все зря… иначе найдут быстро.
Спуск к реке перед самым носом я не заметила и кубарем покатилась вниз, царапая руки о ветки ивняка, росшего здесь. Кусты не позволили свалиться в воду. И я вновь поползла, на этот раз в сторону, пытаться забраться вверх я не рискнула, да и сил практически не осталось.
Дыхание вырывалось со свистом. Казалось, что этот неравномерный звук слышно по всей округе. Сердце кололось, как сумасшедшее. Тихо… миленькое… тихо… В лесу темнота, а значит будет не просто меня найти. Я отдышалась, осмотрелась и аккуратно, не спеша, поползла дальше… надеюсь, что «глубже». И двигаться надо быстрее, потому что я все еще очень близко к дачам, а если у Стаса есть фонарь, то найти меня будет легко. А убегать беззвучно я, к сожалению, не умею.
Справившись с эмоциями, цепляясь за ветви ближайшего куста, я кое-как поднялась. Поднялась, перевела дух, с трудом удерживая тело в горизонтальном положении, и потихоньку побрела. Глаза, как и прежде ничего не различали, мутная пелена расплывчатой тьмы. Темнота… оно и хорошо. Только не видно ничего!
Я продолжала брести по лесу, цепляясь за стволы деревьев. Освещенный дачный поселок скрылся из виду. Сколько я прошла — не знаю, но казалось, что мало. Главное, дожить до рассвета, а там… я обязательно выйду к трассе и поймаю попутку. А дальше милиция и бояться будет нечего. Совсем нечего.
И я прибавила шаг и задела плечом корягу, застонала от боли и, не удержав равновесие, упала прямо в углубление под упавшим деревом. А вот и укрытие на ночь — хорошо лето на дворе, ночи относительно теплые — не замерзну.
Я старательно заползла внутрь и свернулась калачиком. Сидеть на холодной земле в тонком платье было холодно, но искать новое убежище сил не было. Меня бил озноб… то ли от холода, то ли от страха. В голове никак не могла сложиться картинка. Два года! Я и Стас! Как я могла не заметить… просто как?! Сумасшествие это тебе не бородавка на попе вроде бы и есть, но никто и не подозревает о ее существовании! Я безвольно опустила голову на колени… зачем думать об этом, пусть о сумасшествии Стаса думают соответствующие органы. Да и мне есть о чем подумать. О выживании. И о тошноте, внезапно накатившей и болезненно отдающейся во всем теле.
Озноб, желудок сжался в комок, и меня вытошнило прямо под корягой. Да, все прелести «ночевки на природе» мне обеспечены. Вот не зря я никогда не любила походы! Просто темнота, лес, комары и звезды над головой — это не мое. Обессиленная, изнеможенная и «протравленная» я немного задремала.
Выспалась, называется. Удивительно, как это меня еще не обнаружили!
Я старательно разлепила глаза и уставилась в проем между корягой и землей. Из моего убежища был виден яркий свет… значит, расцвело! И это радовало! Все-таки блуждать в темноте в лесу было страшновато. Да и звери, наверное, здесь не редкость. Впрочем, дикие звери не любят близость человека, а элитный поселок совсем рядом, так что есть надежда не натолкнуться на кого-нибудь из них, чтобы не быть съеденной.
Я кое-как выбралась из своего укрытия, предварительно разведав обстановку, и вновь побрела по лесу. Мне ощутимо стало лучше, дышалось легче, а здравомыслие вернулось ко мне вместе с жаждой мести.
— Чем он меня опоил, что после долгой ночи глаза никак не встают на место? — тихо прошептала, размышляя о том, что эта дрянь, скорее всего, еще плещется в моей крови, а значит у меня есть нехилые доказательства произошедшего. Главное, эти доказательства… донести в целостности и сохранности.
И побрела дальше мимо деревьев, пытаясь усмотреть какой-нибудь ориентир впереди, тупо шагая на негнущихся ногах. Главное, идти! Не сдаваться и идти, и тогда обязательно, рано или поздно, но куда-нибудь придешь. Зачем я согласилась на «последнюю гастроль»?! Но кто же мог подумать, что Стас… такой благородный Стас, такой нежный, не требующий близости и все понимающий… и окажется таким уродом! Так тебе и надо дуре! Корми теперь комаров и ищи своего принца в лесу, у черта на куличках!
Зубы отбивали барабанную дробь от холода так, что шишки падали с сосен. Впрочем, мне было не до шишек — я была занята тем, что вспоминала все ругательства, которые узнала за всю свою жизнь. Скудного запаса хватило ненадолго, поэтому пришлось смириться и пойти по второму кругу. Сейчас главное занять себя делом, а значит не заснуть и, наконец, выйти к дороге. Хотя летом это не так страшно, как к примеру, зимой. Так себе надежда, слабая… но мне удалось убежать. Впрочем, в таком состоянии я вряд ли далеко уйду, но и так просто не сдамся! Опять же, главное не заблудиться… и добраться до дома.
И продолжила идти по лесу в неизвестном направлении, но надеясь на чудо и бурча под нос приятные сердцу гадости:
— Чего бы мне это ни стоило, но я дойду до дороги и вызову полицию и тогда, «мой милый» Стасик, мой Стасик-пид***ик ты получишь! И камера у тебя будет одноместная! Без сан-узла, естественно! А нужду ты будешь справлять… прямо на пол!
Главное, теперь не накаркать…
Время шло, я брела молча, устав и от гадостей о Стасе и от мыслей о мести. Шума дороги слышно не было, хотя я была уверена, что она где-то рядом. Да ее просто не может не быть поблизости! Поселок… в него же ведет несколько дорог, а еще где-то рядом имеются деревни… опять же лето, то есть «ягодников—грибников» никто не отменял!
Только вот ни первого, ни второго, ни даже третьего нигде не наблюдалось. Сколько времени я нахожусь в лесу — не имела понятия, но казалось долго, очень долго… Однообразный пейзаж окончательно утомил, запас ругательств иссяк, да и усталость брала свое. А еще пить — пить хотелось жутко, и сейчас я жалела, что не прихватила с собой водички в это без сомнения «приятное» путешествие. И вот сладкие мысли о воде прервала другая мысль — мысль о том, что пейзаж изменился, привнося в окружающую атмосферу что-то новенькое. И этим новеньким был огонек. Обыкновенный, тусклый, мерцающий среди деревьев и ждущий меня!
— Спасение, я иду! — выдохнула тихо. И стянула с волос резинку в знак величайшей радости. Но бросаться к огню не спешила, просто лес кругом, дороги нигде нет. Да и вообще мало ли что! Стасика в прошлом достаточно. И приключений достаточно!
Я аккуратно присела и поползла в сторону кострища. Чем ближе я ползла, тем сильнее путались мысли. Пахло едой… жареным мясом. И еще баней…
Я обогнула разросшиеся кусты и вновь уставилась на костер. Нет, все-таки, он был странным. Призывным, ярким, но каким-то… ненастоящим, и этот запах пищи… не знаю, как в супер-маркете, когда не хочется хлеба, но ты все равно берешь батон и тащишь домой. А дома осознаешь, что… не хочешь хлеба. Сейчас, я все-таки хотела мяса, но огонь… было в нем что-то неправильное, чужеродное, искусственное. Я упорно пялилась на него и не видела вспышек пламени, буйство стихии, скорее, жалкое подобие чего-то величественного.
То ли от усталости, не то от выпитой отравы, но сфокусироваться на пламени удалось далеко не сразу. И все-таки я разглядела одну, но важную вещь — от костра тянулся едва заметный, поблескивающий на солнце, шнур. Увидев его, я словно «споткнулась», резко замерла, боясь пошевелиться.
Да, сейчас я начала осознавать происходящее…и это осознание испугало меня в тысячу раз сильнее, чем сумасшествие Стасика. Просто то, что я видела перед собой, огнем не было. Это скорее я, изнеможенная и плохо соображающая надумала сама — это мой мозг неправильно подобрал ассоциацию!
А вот на самом деле я видела перед собой огненную странную штуку неизвестного происхождения. От нее исходило пламя… Нет, не так! От нее шел свет, но свет неровный, дерганный и странный. Он колыхался от ветра, изменял свою форму и мерцал, как новогодняя гирлянда в темноте. Эта штука не только переливалась, сияла и искрилась, еще она периодически горела, крутилась и поднималась над землей на добрый метр, а потом плавно пикировала вниз. Эта штука однозначно имела внеземное происхождение. Инопланетное изобретение, здесь в глухом лесу, прямо под крылышком у богатеев!
И я боялась поверить в то, что вижу! Зажмурилась и резко открыла глаза, надеясь, что все происходящее мне привиделось. Но ведь бывает так… я даже знаю название — глюки! И признаюсь честно, я безумно надеялась, что все так: Стасик, отрава в моей крови и глюки — цепь единых событий. И да, лучше так — ведь это лечится! А вот видение с инопланетной штуковиной из моей памяти вряд ли испарится. А как жить дальше, зная, что «истина где-то рядом», что они среди нас?!
Я медленно сместила свой тыл правее, чтобы лучше рассмотреть инопланетный аппарат, хотя скажем прямо, не знаю, зачем мне это понадобилось, и чуть было не вскрикнула. По другую сторону «мерцания» стояли неведомые существа в количестве двух особей. Ну, конечно, я могла бы подумать что-то типа: «О, именно так я и представляла зеленых человечков!» или «Товарищи зеленые, вы именно такие, как в фантастических фильмах!», но нет, они такими не были. В смысле, не были маленькими, худенькими, с длинными конечностями и изумрудным цветом тела. И голыми они тоже не были. Хотя, если подробно разобраться в оттенках зеленого, может быть, с натягом и можно назвать этот «ржаво» зеленый изумрудным. Можно. При желании. При большом желании. Одним словом, около причудливой блестящей штуковины стояли двое «изумрудно» — зеленых личностей в абсолютно одинаковых серебристых комбинезонах, застегнутых по самое горло. Ушек, антенн или еще каких-либо приспособлений на голове личности не имели, лишь голый, обтянутый чем-то плотным, похожим на шапочку для бассейна, череп. Боковых конечностей у существ тоже не наблюдалось, лишь два коротеньких ответвления снизу, которые могли быть чем угодно, в смысле не обязательно «ногами». Хотя нет, они служили именно для передвижения!
От страха я зажмурилась, пытаясь вжаться в холодную землю с головой, собственно твердость поверхности в этот момент меня волновала мало, а сверху прикрыться веточками кустика. Просто один из «зеленых» очень не вовремя решил продемонстрировать собственно способности к перемещению. И это было что-то с чем-то. Нижние конечности вытянулись в струнку и засеменили, как пальцы рук по клавишам фортепиано, перемещая грузное тело. Инопланетное существо замерло с другой стороны от блестящей штуковины и что-то тихо прощебетало. Звук был специфическим, запоминающимся и… таким знакомым. Трель дверного звонка… знакомая трель дверного звонка…
По телу пробежал озноб, сердце сковало страхом. Просто эти звуки я слышала и не раз — в квартире Стасика… Мужчина говорил, что это звонок у соседей — стены тонкие и все слышно. Странный звонок, неприятная трель. Неужели они были там. Были. Перед глазами промелькнули взбешенные глаза Стасика, когда я тюкнула его бутылкой минералки по голове. «Он не был сумасшедшим», — пришла поспешная мысль, — «а это схилки, собственной персоной, приятно познакомиться».
Я сжала зубы и замерла в своем укрытии, боясь ненароком привлечь к себе внимание. Рассматривать инопланетных монстров расхотелось категорически, впрочем, как и дышать. Главное, отлежаться здесь в тени кустов и дождаться их отлета. Они же ведь скучают по «родине»?! И наверняка рано или поздно свалят с нашей планеты!
