*** ЛИРИКА
КОШКА, ГУЛЯЮЩАЯ САМА ПО СЕБЕ
Закрою дверь на все замки,
Бесшумно соскользнув с окошка,
Отныне мы с тобой враги,
Я стала сильной дикой кошкой.
Другая сущность от потерь
Во мне проснулась поневоле,
Я стала дикой… Ты теперь
Не причинишь мне столько боли.
Свобода! В прошлом слово «мы»,
Лишь в памяти наш день вчерашний,
Я стала дикою, увы…
А так хотелось быть домашней.
ПОД СВОДОМ ДРЕВНЕГО СОБОРА
Под сводом древнего собора,
В душе мятущейся и злой,
Росток любви немым укором
Пророс, нарушив в ней покой.
Душа под чувством окрылённым
Сдалась, колени преклонив,
Забыв, что именно к влюблённым
Бывает мир несправедлив.
В признаньях робких, неумелых
Ей любовался, чуть дыша,
Ведь чем уродливее тело,
Тем благороднее душа.
Своими планами на счастье
И видно, этим согрешив,
Всё потерял он в одночасье,
Людей и Бога насмешив.
Уставший ангел смотрит с крыши,
Печален колокольный звон,
Осиротел собор в Париже,
Горбун с любовью обручён!
ВСТРЕЧА НА ПАТРИАРШИХ
На Патриарших в знойный майский день
Ведёт неторопливую беседу
Плечистый парень в кепке набекрень
С маститым знатоком-искусствоведом.
Аллеи парка девственно чисты,
Пичугам по весне и в выси тесно,
Прекрасны Патриаршие пруды,
В тандеме с небом образуют бездну.
Скамейки, тень прохладная от лип,
Лучом тепла подмигивает солнце,
Лишь слышится гудка трамвайный всхлип…
Но всё изменит встреча с незнакомцем.
ДЕРЕВНЯ
Покосившиеся избы да колодец без воды,
Не смогла моя деревня уберечься от беды,
Спозаранку не разбудит перекличка петухов
И рассвет здесь неуютен без мычания коров.
Не затопит больше бани, не наварит баба щец,
Не поедет за дровами мужичок в ближайший лес,
И гармонь не заиграет, детвора не зашалит,
До утра не загуляет здесь с невестою жених.
На завалинке не будет говорливый пересуд
И без спроса, по-соседски, на минутку не зайдут.
Что ж, Россия, так цинично распрощалась ты с душой?
Скоро станешь ты обычной европейскою страной.
БАБОЧКА-ОДНОДНЕВКА
Девчоночка – красотка,
Духи с цветочной ноткой,
С волнующей походкой,
Любить и жить спешит.
Выкладывает фотки
В красивых модных шмотках,
На фальшь и век короткий
Как бабочка летит.
Девчонка – сумасбродка!
Неужто быть кокоткой,
Для «папика» находкой,
Нисколько не претит?
ГОРЕЧЬ ПОЛЫНИ
Ветхая, убогая избушка,
А вокруг полынь да вороньё,
Век свой коротает здесь старушка,
Неуютно в доме у неё.
По углам лохмотья паутины
Да на окнах грязи толстый слой,
И хозяйка запахом полыни
Пропиталась со своей бедой.
Шалый ветер, ставнями играя,
Скрипнет ими, будто вор в ночи,
День тоскливый тихо угасает,
Ночь пройдёт с огарочком свечи.
Оперившись, разлетелись дети,
Позабыв родимый отчий дом,
Ни к чему бескрайние им степи,
Ковыля раздольный окоём.
А старушка каждый божий вечер,
Щурясь слеповато, смотрит вдаль,
Терпеливо ожидая встречи,
В выцветших глазах тая печаль.
Ставни заколочены в избушке,
Пустоте нет места средь святынь*,
Разрослась на память о старушке
Буйным цветом горькая полынь.
* - поговорка «Свято место пусто не бывает, а пусто место не бывает свято».
ГРЁЗЫ
Хохотушкой звонкою
Промелькнёт она,
С непослушной чёлкою
Девочка-Весна.
Скромные серёжки
Искоркой в ушах,
Целый мир в ладошке
И неведом страх.
Тайные желания,
Цокот каблучков,
Лёгкое касание
Нежных лепестков.
Платьице в горошек
Завернула в шаль,
Кормит старых кошек,
На душе – февраль.
И сбылись желания
Далеко не все,
Ночью седовласая
Грезит по Весне.
Больше не чарует
Листьев бахрома,
Тихо увядает
Женщина-Зима.
