Академия Межрасовых Отношений. Дри Ада.

18.09.2017, 15:42 Автор: Рыськова Светлана


Показано 1 из 27 страниц

1 2 3 4 ... 26 27


Академия Межрасовых Отношений. Дри Ада
       


        ГЛАВА 1


       Осень пришла незаметно. Она позолотила кроны деревьев, придав им нарядный весёлый вид. Раскрасила красным все листики рябины, да так умело, что круглые кисловато-горькие (до первых заморозков) ягоды сливались с листвой. Наградила золотыми серёжками большую часть берёзок. Однако яркие кисти осени ещё не коснулись изумрудной, сочной травы. И опавшие листья в ней казались рассыпанными монетами сокровищ, что в спешке, убегая, обронили пираты. Кристальный воздух пах мокрой палой листвой и грибами, которые, словно специально обученные шпионы, прятались в высокой густой траве.
       Я вдохнула чистый осенний воздух полной грудью, сожалея о том, что у меня так мало возможности побыть в родной стихии. Среди бетонных коробок, что люди называют своим жильём, давно позабывшие, как жили в гармонии с природой, я с каждым днём медленно умирала. Как и все лесные нимфы, я олицетворяла круговорот в природе, вечное умирание и вечное возрождение. Поэтому мне было тяжело находиться далеко от родной стихии.
       И вот такие кратковременные прогулки в парк, находившийся на другом конце города, я ценила больше любых драгоценных камней, что в избытке дарили мне поклонники. На эти вылазки меня сопровождает мой самый верный друг – Макс, который на протяжении нескольких лет прыгает вместе со мной из одного мира в другой. Но оставаться здесь, в парке, надолго мне нельзя, иначе меня ждёт участь похуже смерти. Меня может найти и поймать мой самый страшный кошмар во всех мирах.
       Не удержавшись, легла на жёлто-зелёную поляну, всё ещё влажную после утреннего дождика и зарылась пальцами в опавшие листья. С наслаждением, словно смакуя самое вкусное мороженое на свете, начала перебирать ближайшие "монетки". Осень постаралась на славу. Такому разнообразию и такой фантазии может позавидовать любой художник этого мира. Иногда даже жалко, что родные леса никогда не радовали глаз буйством красок и многообразием расцветок. Священный лес – мой родной дом – всегда оставался вечнозеленым.
       Мой лениво-ласкающий взгляд наткнулся на два чёрных, словно от ожога, пятна, что раковыми очагами поселились на ярко-красном кленовом листке. Это не рисунок прекрасной художницы – Осени, это метка. Его чёрная метка.
       Я резко села, не отрывая испуганного взгляда от испорченного листка.
       – Этого не может быть. Этого не может быть, – неверяще вслух повторяла я. – Он не мог меня найти. Ведь столько времени прошло, что он должен был либо забыть о моём существовании, либо решить, что меня больше нет.
       Оглядевшись вокруг, я громко застонала. Чёрные пятна на листьях, что лежали вокруг меня и раньше не бросались в глаза, теперь пылали мрачными маяками, предупреждая о том, что он здесь и скоро будет близко.
       Резко отбросив листок в сторону, словно испорченный эскиз, я встала и зашагала прочь из леса. Душа шипела и рыдала, не желая покидать родную стихию, но я упрямо шла вперёд, вновь задвигая свою сущность на задний план. Если бы я не пошла против неё, то уже давно Он… а не время вспоминать о прошлом, куда важнее сейчас настоящее.
       Практически бегом я покинула парк, лихорадочно на ходу обдумывая план дальнейших действий.
       Макс ждал меня, как обычно, у ворот парка. Сев в припаркованный чёрный внедорожник, я глухо попросила:
       – Домой, пожалуйста. И поскорее.
       – Что случилось? – с друга моментально слетела расслабленная дрёма.
       Взглянув на него наверняка до сих пор сияющими зеленью глазами, выдохнула только два слова:
       – Он здесь.
       Дальше Максу ничего не надо было объяснять. Он понимал меня с полуслова.
       – Как поняла? – резко газуя, начал расспрашивать друг.
       – Пятна… – откидываясь на спинку мягкого кожаного сиденья, пояснила я. И, горько улыбнувшись, добавила: – Он не меняется.
       – Сколько у нас времени? – выворачивая руль вправо, поинтересовался мой союзник.
       – Думаю, что до конца дня есть время. Успеем собрать необходимые вещи и дойти до второго портала.
       – Ты думаешь, Он ещё о нём не знает? – поинтересовался друг, косясь на меня золотистыми глазами.
       – Пока нет, – мрачно улыбнулась я. – Я на него в прошлый раз сигналку поставила. Туда никто не совался с того времени, как мы его обнаружили.
       – Цены бы тебе не было, – руки мужчины перестали яростно сжимать руль, вмятины на кожаной оплетке предмета управления с трудом выпрямлялись. Немного расслабившись, он всё же добавил газу, продолжив: – Если бы ты окончила академию.
       – Знаю. Но ты же помнишь, обстоятельства мне не позволили получить диплом, – вспоминая, где находится мой "тревожный чемоданчик", тихо произнесла я.
       – Сколько тебе надо времени? – поинтересовался Макс, тормозя у моей многоэтажки.
       – Пару часов мне с лихвой хватит, – прикинув в уме, ответила я. И, придержав дверь с улицы, предупредила: – Только, смотри, не затягивай, как в прошлый раз, иначе уйду без тебя.
       – Не буду, – подмигнув, под оглушительный визг шин, поехал друг. Я еле успела захлопнуть дверь и отпрыгнуть от машины.
       Вбежав в съемную квартиру, которая вот уже полгода была моим домом, я решительно направилась в свою комнату. Не зажигая света, ловко обогнула кровать и невысокий пуфик. Включила прикроватное бра и прошла к платяному небольшому шкафу, где в самом углу стоял невзрачный потёртый чемоданчик орехового цвета.
       Взяла его и, положив на кровать, открыла. Провела инспекцию содержимого и выяснила, что необходимо ещё доложить пару комплектов нижнего белья, ванные принадлежности, не помешало бы добавить пару-тройку тёплых вещей, и надо было не забыть собрать все драгоценности, которыми я успела здесь обзавестись. Потому что не важно, в какой мир мы попадём на этот раз, золото и драгоценные камни ценятся везде. Ещё кинула в чемодан несколько пар удобной и тёплой обуви. Мне было тяжело найти подходящую обувь в связи с очень чувствительной кожей стоп и маленьким размером. Благодаря магическим свойствам чемодана, все вещи вполне уместились в нем, не добавляя веса самому саквояжу.
       Приняв душ и одевшись удобнее, я отнесла багаж ближе к двери. С грустью оглядела комнаты, к которым успела уже привыкнуть и напоследок посмотрелась в зеркало.
       На меня усталым взглядом смотрела миловидная бледная девушка с овальным лицом, острыми скулами и большими голубыми с зелёной окантовкой глазами. Длинные пушистые ресницы угольного цвета делали их очень яркими и приметными. Густые тёмные брови вразлёт, тонкий нос с широкими крыльями и злой румянец, отчётливо проявляющийся на щёках. Да, я начинала злиться. На виновника моих скитаний, на ситуацию в целом и на себя в частности. Ведь если бы не мой упрямый характер, этого ничего не было бы.
       Я бы со спокойной совестью сдавала сейчас последние экзамены и выбирала место в офисе, которое стало бы счастливым обладателем перспективной сотрудницы в моём лице.
       Но это были лишь мечты. Сейчас я согласилась бы на самую низкооплачиваемую работу, да что там. Я даже на протекцию отца была согласна, но судьба распорядилась иначе.
       Тряхнув волосами цвета красного дерева, ещё немного мокрыми после душа, я глубоко вздохнула и вышла из дома, не зная, что ждёт меня впереди.
       Когда я вышла из подъезда, машины с Максом не было, впрочем, я и не ожидала его увидеть так быстро. Чемоданчик приятно оттягивал руку, но не так сильно, чтобы я могла пожалеть о его тяжести. Быстро окинув взглядом пространство вокруг, тяжело вздохнула и направилась к стоянке такси неподалеку.
       До заброшенных одноэтажных домиков я доехала за полчаса. С того момента как мы расстались с Максом прошло около двух часов, но его машины нигде не было видно. Возможно, задержался на заправке. Насколько я помнила, бензин был практически на нуле.
       Таксист довольно долгое время скрашивал мое одиночество, пытаясь познакомиться и выпытать номер телефона. Я без зазрения совести флиртовала с ним и с легкостью дала номер. Все равно уже не вернусь в этот мир, пусть звонит.
       Через несколько минут я отделалась от навязчивого водителя такси и заспешила к порталу, который мы обнаружили четыре месяца назад.
       Заброшенные дачные домики, которых осталось всего пять штук, наблюдали за мной разбитыми пыльными стеклами, улыбались покосившимися открытыми настежь дверями. Влажная после дождя, усыпанная ковром опавших золотистых листьев земля тревожно звенела, словно натянутая тетива лука. И от этого становилось не по себе. Тревожное чувство в груди с каждой минутой усиливалось.
       За домами раскинулось неухоженное поле с начинающей желтеть травой. Такое огромное на фоне пустоши небо раскрасилось алыми всполохами начинающегося заката. Времени оставалось не больше получаса.
       – Ну где же ты, Макс? – повернувшись к чернеющим спинам деревянных домиков, окинула пустующую до сих пор дорогу.
       Взяла мобильный телефон из кармана джинсов и набрала номер друга. Механический голос ответил, что он недоступен.
       Чертыхнувшись, я с беспокойством вновь посмотрела на пламенеющее небо и подползающие серые сумерки.
       Посмотрела на циферблат все еще находящегося в руке телефона. С момента расставания с Максом прошло чуть больше трех часов. Ждать я больше не могла, судя по стремительно чернеющим пятнам на осенней листве под ногами. А рисковать – не намерена. Пусть сам теперь ищет меня в другом мире.
       – Я предупреждала тебя, Макс! – крикнула в сереющие сумерки и со злостью кинула телефон в ближайший дом. Он обиженно тренькнул напоследок, ударившись о темную стену, и затерялся в высокой траве за щербатым дощатым забором.
       Подхватила удобнее свой багаж и быстро зашагала к центру поля, где располагался второй незарегистрированный магами портал. Мы с Максом считали, что его сделали контрабандисты, чтобы продавать незаконные зелья, яды, артефакты с амулетами и редких магических животных. Но для нас он стал запасным вариантом.
       Когда я дошла до едва заметной переливающейся радужной пленки, красное солнышко уже наполовину скрылось за горизонтом. Оглянулась в последний раз в надежде увидеть опоздавшего друга, но его не было. Тяжело вздохнула и, отвернувшись, зашептала активирующее заклятье. Внезапно спина взмокла от холодного пота, а затылок зачесался от недружелюбного взгляда.
       Нервно передернув плечами, начала быстрее читать заклинание, от волнения и страха постоянно сбиваясь. Я боялась поворачиваться, ругалась сквозь зубы и начинала сначала. Когда прозрачная пленка пошла рябью, я вздохнула с облегчением и слегка улыбнулась.
       Я уже занесла ногу, чтобы сделать шаг навстречу новому миру и новой жизни, когда тяжелая рука с длинными пальцами опустилась на мое плечо, придавливая к месту.
       С возрастающим ужасом я осознала, что не могу пошевелиться. Я опоздала. На этот раз Он нашел меня. И жаркое злое дыхание, опалившее ухо, заставило внутренне содрогнуться от страха и… волнительного предвкушения:
       – Допрыгалась, моя лягушка!
       
       

***


       
       Эта история началась два года назад. Когда я еще училась в Академии Межрасовых отношений на Факультете энергетической политики между темными и светлыми расами. Мне оставалось всего полтора года до выпуска, когда отец выдернул меня с зимней сессии и объявил, что я должна вспомнить о долге перед своим семейством. Другими словами, должна была выйти замуж, чтобы продлить славный род Дри.
       Мой папа – могущественный древень – был против моей учебы в АМО. Он считал, что каждая из его дочерей должна находиться в Священном лесу, пока не зацветет её дерево. После чего она была обязана отдать долг роду, выйдя замуж за выбранного отцом мужчину.
       Меня же – полукровку, ошибку юности отца – не устраивало такое положение дел. В академию я поступила тайно, а после зачисления попала под ее юрисдикцию, поэтому папа не мог забрать меня домой и выдать замуж по своему желанию. Именно из-за этого наши редкие встречи проходили на нейтральной территории департамента и в довольно-таки напряженной обстановке.
       В то солнечное зимнее утро, которое перечеркнуло мое прекрасное будущее, я приехала к отцу в департамент урегулирования межрасовых отношений, где отец занимал пост Консула со стороны Светлых. Отец был непривычно радостен, что сразу же заставило меня насторожиться. Обычно наши беседы проходили в тяжелой атмосфере непонимания и разногласий.
       – Адочка, я так рад тебя видеть, – отец поднялся из-за массивного стола из мореного дуба с позолоченной отделкой и просиял ослепительной улыбкой.
       – Здравствуйте, Фангорн Дри, – присела я в почтительном реверансе.
       – Просто папа, – направляясь ко мне, поправил отец. – Мы же не чужие, зачем так официально?
       Еще одно отступление от обычных встреч заставило подобраться и отступить на шаг к двери.
       Отец мой маневр заметил, так как в его изумрудных глазах блеснула холодная ярость, но ни один мускул на лице не выдал его гнева. Лишь приветливая улыбка стала шире, превращая лицо в восковую маску. Отец всегда умел держать лицо, что при его работе было неудивительно.
       Подойдя ко мне вплотную, могущественный древень в человеческом обличии ловко ухватил мою похолодевшую ладонь и крепко сжал, видимо, опасаясь, что я сбегу. И не зря, так как моя интуиция буквально кричала на всю округу, требуя мчаться сломя голову. Подавив в себе нарастающую панику, я попыталась улыбнуться. Видимо, у меня получилось не очень, так как по лицу отца пробежала тень неудовольствия.
       – Ты, наверное, недоумеваешь, зачем я вызвал тебя? – ласково спросил Фангорн Дри, провожая меня к одному из жестких кресел для посетителей. И, дождавшись, когда я провалюсь в глубокое сидение, продолжил: – Все очень просто! Я хотел первым поздравить тебя, твое дерево зацвело! И ты стала совсем взрослой…
       Окончание фразы не было произнесено, но ни для кого в этом кабинете этого не требовалось. Отец не потерял надежды выгодно выдать меня замуж. Раз уж я стала совершеннолетней, по меркам лесного народа, то защита Академии на меня больше не распространялась. Но и власть отца надо мной становилась значительно меньше. Я могла отказаться от избранника главы рода, если он мне не понравится. Но от самого замужества уклониться не имела права.
       Я взволнованно закусила нижнюю губу и посмотрела в большое окно, что находилось прямо за пустующим удобным креслом Консула. Солнечные лучи бриллиантовыми брызгами отражались на площади, что находилась перед департаментом. Большие пушистые хлопья неспешно кружились и падали на землю, укрывая невесомым покрывалом голые ветви деревьев и все вокруг. Неторопливо прогуливалась по улице за высоким забором молодая пара, веселилась неподалеку ребятня, играя в снежки, проезжали в одном только им известном направлении кары, сверкая темными боками.
       – Поздравляю, Адочка! – так и не дождавшись никакой реакции, напомнил о себе отец. От такого приторного обращения невольно передернула плечами. Папа никогда так ко мне не обращался. Всегда официально – Аделаида или Ада.
       – Но я не чувствую никаких изменений, – вместо слов благодарности, заявила я. – Возможно, отец, вы ошиблись и перепутали мое дерево.
       Высказывать вслух то, что почтенный древень мог и солгать ради выгодного союза, разумно не стала.
       Дело в том, что как только зацветает дерево дриады, ее природная сила возрастает десятикратно. А у таких как я, полукровок, чья сила изначально вполовину меньше, должна увеличиться хотя бы в пять раз. Поэтому мои сомнения были вполне обоснованными.
       

Показано 1 из 27 страниц

1 2 3 4 ... 26 27