Луч был такой яркий и насыщенный, он просачивался сквозь маленькую щель меж занавесками и световые частички долетали до самой стены, превращая неказистый рисунок на обоях во что-то загадочно-сверкающее. Всего лишь он один наполнял комнату не только светом, но и каким-то спокойствием, неся в себе ощущение мира и безопасности. Кроме него и меня в комнате никого не было, даже мебели. Пол был безукоризненно вымыт и даже блестел свежим паркетным лаком. Я протянула руку к тонкому световому потоку, пробуя его на ощупь. Тепло. Я пошевелила пальцами, немного разгоняя вездесущую пыль, отчего та начала себя вести подобно каплям воды в невесомости.
Мы переехали в новую квартиру неделю назад. Мебели еще не было, поэтому девочкам было хорошо, еще бы, в трехкомнатной квартире есть, где разбежаться. Муж пока еще не осознал перемен, потому как его день как обычно начинался с чашки кофе и получасовой поездки на работу по оживленной трассе. Я с упоением драила полы, вытирала строительную пыль со стен и мыла огромные, от потолка до пола, окна. Отправив девочек в ближайший магазин за хлебом, я проверяла свою работу, ходя из комнаты в комнату и отмечая идеальный порядок. Проходя по длиннющему коридору, вдруг услышала какой-то шорох. Я остановилась. Звук повторился, и было похоже, что он доносился из ванной комнаты. Осторожно, хотя и напрасно, ступая по новеньким паркетным дощечкам, я подобралась к полуоткрытой двери и заглянула внутрь. И испуганно взвизгнула, отпрянув на метр. Но в следующую секунду я распахнула дверь настежь и увидела его целиком.
- Вы кто? Что вы здесь делаете?
Он мягко улыбнулся, пожал плечами, и казалось, ничуть не боялся меня. Более того, закинул ногу на ногу и таким мягким баритоном ответил:
- Спрятаться не успел.
- Что?! Спрятаться? Кто вы?
- Домовой, - он снова улыбнулся, и в этот раз его улыбка источала некое удовольствие, словно он был горд тем, что сказал.
Я была сбита с толку. Неужели он меня разыгрывает? Чушь и ерунда. Но чем больше я смотрела на него, тем меньше мне хотелось выбежать из дома и кричать о помощи. Я постояла так еще некоторое время, в течение которого он продолжал лениво сидеть на краю ванны и покачивать ногой в такт моему дыханию; щуря глаза, словно от солнца, он еле слышно барабанил пальцами по своим коленям. Я шумно выдохнула и молча вышла из ванной комнаты, закрыв за собой дверь.
Про домового я никому ничего не сказала. Даже мужу. Как то неловко было, что ли. Я продолжала жить, приводить квартиру в нормальный вид, отправлять детей в школу, мужа на работу, и каждый день встречаться с ним, с домовым. Мы сталкивались то на кухне, то в ванной, то в коридоре. Он не прятался, да и к чему, если я его уже видела и более того, мы говорили. А говорили мы часто, по делу и без дела. Он подсказывал, чем лучше отмыть пятно, как починить протекающий кран, где лежит потерянная вещь. Он никогда не материализовывался из воздуха, а уже был в комнате, когда я входила. Не могу сказать, что разговаривали мы по душам. Я подсознательно чувствовала его время. Время, которое он прожил. Оно давило, но он не замечал, или делал вид. В любом случае, его опыт был слишком велик для меня. Даже в масштабах не отстиранного пятна. Как-то раз мы поспорили, да так, что я в сердцах воскликнула: «Да зачем ты вообще здесь нужен? И без тебя справлюсь!». Стоит ли говорить о том, какой маленькой я еще тогда была, несмотря на наличие мужа и детей. Маленькой и несмышленой. И совершенно не благодарной.
Неделю его было ни видно, ни слышно. Я задирала нос, заставляя себя чувствовать победительницей, но на душе скребли кошки, как ни банально это звучит. Пару раз я выкрикивала кроликовское «Ага!» и резко разворачивалась, надеясь увидеть лохматую голову. Но, как вы понимаете, от этого «волшебного» слова ничего не менялось.
Все изменилось в пятницу. В полдень, когда я кормила дочерей свежесваренным супом, раздался телефонный звонок. Сбивчивым голосом муж сообщил о предполагаемом землетрясении и сказал быстро бежать в ближайшее укрытие. Потом в трубке раздались частые гудки и мне ничего не оставалось, как бросить ее и бежать из дома. Схватив девочек, я выскочила из подъезда, не взяв ничего, даже паспортов. И тут все началось. Землю затрясло, воздух завибрировал и в ушах начало звенеть. Выскочив на улицу, я в панике начала озираться, не понимая, куда бежать. Девочки тянули в разные стороны и вскоре победу одержала старшая, подтащив нас к дороге. На ее кромке мы и остановились, удивленно разинув рты. Стоит отметить, что открывшаяся панорама действительно впечатляла. Дома складывались как карточные домики, поднимая, несмотря на тряску, ровные клубы пыли. Уже через минуту серая скрыла все вокруг. Я видела, что мимо пролетали балки, куски фанеры и даже деревья. Одно из них упало прямо на проезжающую по дороге иномарку, смяв ее в один тонкий слой жестянки. Скрежет металла не оставлял возможности пассажирам. Прямо передо мной на асфальт шлепнулась ворона с подбитым крылом. Я инстинктивно подобрала ее и прижала к себе. В следующую секунду я поняла, что все это время мы стоим на краю дороге. Вокруг рушился мир, а на наши головы даже не падает пепел. И нет даже ветра. Я все слышала, но как будто с экрана телевизора с эффектом 3д. Того самого, который хоть я обещает присутствие, но вовсе его не дает. Рядом со мной послышалось легкое покашливание. Я повернула голову направо. Он стоял на той же линии трассы, что и мы, и улыбался. Лохматые волосы стояли торчком, льняная рубашка была немного выпачкана сажей, обуви на ногах нет.
- Ну вот, а ты говорила «не нужен», - не смотря на меня, он протянул руку.
В следующую секунду все погасло и я проснулась.
Мы переехали в новую квартиру неделю назад. Мебели еще не было, поэтому девочкам было хорошо, еще бы, в трехкомнатной квартире есть, где разбежаться. Муж пока еще не осознал перемен, потому как его день как обычно начинался с чашки кофе и получасовой поездки на работу по оживленной трассе. Я с упоением драила полы, вытирала строительную пыль со стен и мыла огромные, от потолка до пола, окна. Отправив девочек в ближайший магазин за хлебом, я проверяла свою работу, ходя из комнаты в комнату и отмечая идеальный порядок. Проходя по длиннющему коридору, вдруг услышала какой-то шорох. Я остановилась. Звук повторился, и было похоже, что он доносился из ванной комнаты. Осторожно, хотя и напрасно, ступая по новеньким паркетным дощечкам, я подобралась к полуоткрытой двери и заглянула внутрь. И испуганно взвизгнула, отпрянув на метр. Но в следующую секунду я распахнула дверь настежь и увидела его целиком.
- Вы кто? Что вы здесь делаете?
Он мягко улыбнулся, пожал плечами, и казалось, ничуть не боялся меня. Более того, закинул ногу на ногу и таким мягким баритоном ответил:
- Спрятаться не успел.
- Что?! Спрятаться? Кто вы?
- Домовой, - он снова улыбнулся, и в этот раз его улыбка источала некое удовольствие, словно он был горд тем, что сказал.
Я была сбита с толку. Неужели он меня разыгрывает? Чушь и ерунда. Но чем больше я смотрела на него, тем меньше мне хотелось выбежать из дома и кричать о помощи. Я постояла так еще некоторое время, в течение которого он продолжал лениво сидеть на краю ванны и покачивать ногой в такт моему дыханию; щуря глаза, словно от солнца, он еле слышно барабанил пальцами по своим коленям. Я шумно выдохнула и молча вышла из ванной комнаты, закрыв за собой дверь.
Про домового я никому ничего не сказала. Даже мужу. Как то неловко было, что ли. Я продолжала жить, приводить квартиру в нормальный вид, отправлять детей в школу, мужа на работу, и каждый день встречаться с ним, с домовым. Мы сталкивались то на кухне, то в ванной, то в коридоре. Он не прятался, да и к чему, если я его уже видела и более того, мы говорили. А говорили мы часто, по делу и без дела. Он подсказывал, чем лучше отмыть пятно, как починить протекающий кран, где лежит потерянная вещь. Он никогда не материализовывался из воздуха, а уже был в комнате, когда я входила. Не могу сказать, что разговаривали мы по душам. Я подсознательно чувствовала его время. Время, которое он прожил. Оно давило, но он не замечал, или делал вид. В любом случае, его опыт был слишком велик для меня. Даже в масштабах не отстиранного пятна. Как-то раз мы поспорили, да так, что я в сердцах воскликнула: «Да зачем ты вообще здесь нужен? И без тебя справлюсь!». Стоит ли говорить о том, какой маленькой я еще тогда была, несмотря на наличие мужа и детей. Маленькой и несмышленой. И совершенно не благодарной.
Неделю его было ни видно, ни слышно. Я задирала нос, заставляя себя чувствовать победительницей, но на душе скребли кошки, как ни банально это звучит. Пару раз я выкрикивала кроликовское «Ага!» и резко разворачивалась, надеясь увидеть лохматую голову. Но, как вы понимаете, от этого «волшебного» слова ничего не менялось.
Все изменилось в пятницу. В полдень, когда я кормила дочерей свежесваренным супом, раздался телефонный звонок. Сбивчивым голосом муж сообщил о предполагаемом землетрясении и сказал быстро бежать в ближайшее укрытие. Потом в трубке раздались частые гудки и мне ничего не оставалось, как бросить ее и бежать из дома. Схватив девочек, я выскочила из подъезда, не взяв ничего, даже паспортов. И тут все началось. Землю затрясло, воздух завибрировал и в ушах начало звенеть. Выскочив на улицу, я в панике начала озираться, не понимая, куда бежать. Девочки тянули в разные стороны и вскоре победу одержала старшая, подтащив нас к дороге. На ее кромке мы и остановились, удивленно разинув рты. Стоит отметить, что открывшаяся панорама действительно впечатляла. Дома складывались как карточные домики, поднимая, несмотря на тряску, ровные клубы пыли. Уже через минуту серая скрыла все вокруг. Я видела, что мимо пролетали балки, куски фанеры и даже деревья. Одно из них упало прямо на проезжающую по дороге иномарку, смяв ее в один тонкий слой жестянки. Скрежет металла не оставлял возможности пассажирам. Прямо передо мной на асфальт шлепнулась ворона с подбитым крылом. Я инстинктивно подобрала ее и прижала к себе. В следующую секунду я поняла, что все это время мы стоим на краю дороге. Вокруг рушился мир, а на наши головы даже не падает пепел. И нет даже ветра. Я все слышала, но как будто с экрана телевизора с эффектом 3д. Того самого, который хоть я обещает присутствие, но вовсе его не дает. Рядом со мной послышалось легкое покашливание. Я повернула голову направо. Он стоял на той же линии трассы, что и мы, и улыбался. Лохматые волосы стояли торчком, льняная рубашка была немного выпачкана сажей, обуви на ногах нет.
- Ну вот, а ты говорила «не нужен», - не смотря на меня, он протянул руку.
В следующую секунду все погасло и я проснулась.
