Дорана кивнула и поспешила уйти. Оставаться в помещении, из которого невозможно выйти, ей совершенно не хотелось. Книгу девушка засунула за пазуху и пояс затянула, чтобы она не выпала. Размышляя о состоявшемся разговоре, незаметно для себя дошла до защитного рисунка. Там даже забытая сумка Хията лежала, как укор непослушной девчонке, которой хозяин этой сумки добра желал и о безопасности которой беспокоился.
— И во что я вляпалась? — спросила у самой себя Дорана, сев на сумку.
Почему-то ни сожаления, ни сомнения так и не пришли. Книга была теплая и какая-то живая, похожая на пригретого за пазухой котенка. Ее даже погладить хотелось. И вообще было хорошо. Словно Дорана сделала что-то очень правильное и нужное.
Потом пришли замученные парни, причем Хият был замученее, чем Ладай. Они согнали Дорану с сумки, напились воды и сообщили, что можно уходить. Одних призраков они изгнали. Другие ушли сами, даже просить их не понадобилось. Словно держали в подземелье их именно зеленые мужики.
Дорана покивала и ничего не стала рассказывать. Книге вряд ли понравится, если ее будут трогать мужчины. Это книга женской богини.
А потом они отправились к выходу. Который Дорана нашла легко и просто, даже карабкаться никуда не понадобилось. Там была каменная лестница. Старая, с побитыми ступенями и без перил. Но прочная и основательная, ведущая к еще одной двери, которую девушка открыла и вывела парней на зеленую полянку. На ней брал начало ручей с полезной водой.
Так они по ручью и вышли к Деспо. Ладай еще и удивлялся, почему никому не пришло в голову пройтись по ручью вместо того, чтобы рыскать по кустам? На что Хият только зевнул.
Не до вас, и ваше счастье, что это так!
Вернуться тихо и незаметно у Дораны не получилось. Впрочем, у парней это тоже не вышло, и им было хуже. Девушка даже искренне поблагодарила Хията, что он не стал вдаваться в подробности, когда позвал ее в гости к призракам. Потому что ее не расспрашивали. Точнее, не расспрашивал — раздраженный дядька, какой-то там по счету в шестом десятке помощник Даринэ Атаны. Он узнал, что девушку просто позвали, а она согласилась сходить, не уточняя подробности о том, куда и зачем. Обозвал Дорану дурой и переключился на парней. Их он расспрашивал долго и обо всем. Начиная с того, кто им рассказал о необходимой женщине, и заканчивая тем, почему они поперлись к призракам никому об этом не сообщив?
Парни отвечали по очереди. Спокойно отвечали, многословно и путано.
Хият утверждал, что ему приснилась огромная змея и предупредила, что ходить в развалины храма без женщины нельзя. Помощник Дораны кивал, смотрел на фиолетовый камень, подвешенный на веревочку, и просил повторить этот бред. Хият повторял. Помощник опять смотрел на камень.
— Да не вру я! — в итоге не выдержал парень.
Помощник вынужденно кивнул. Хищно улыбнулся и потребовал рассказ о том, как парни изгоняли призраков. Парни переглянулись и рассказали. И о том, что ритуал нашли в книге, рассказали. И о том, что Хият призраков изгонял впервые в своей жизни, рассказать не забыли. И о том, что большая часть призраков ушла сама, сообщили. И о том, что Дорана сидела в это время в защитном рисунке далеко от места событий, сказали.
Несчастный помощник их слушал, качал головой и продолжал вглядываться в камень.
— Не лжете, — сказал устало. — Идиоты. Ваше счастье, что сейчас всем не до вас. Но, не думайте, что об этой выходке все забудут.
Ладай заявил, что думать не будет. Вообще. С чем охотников на призраков и отпустили.
Покинув неприветливый Дом Следопытов, Дорана сразу же поблагодарила Хията и поспешила домой. Нужно было унести книгу подальше от помощников с фиолетовыми камнями и прочих нехороших личностей. А то еще Вельда появится с требованием очередной экскурсии и придется таскать книгу с собой по городу.
Дома было тихо и пустынно. Даже половицы не скрипели, а родственников будто изгнанные Хиятом призраки утащили с собой. Девушка на всякий случай послушала тишину, рысью пробежала по коридору, шмыгнула в свою комнату и замерла, размышляя, куда бы спрятать книгу.
Тайников в комнате не было. Засовывать книгу под матрас глупо, если у мамы случится очередной приступ хозяйственности, и она решит провести генеральную уборку, никто не станет спрашивать у Дораны надо или нет чистить ее матрас. Братья просто схватят и потащат, пока мама ругаться не стала. А там книга. Они наверняка заинтересуются.
Проще хранить на полке среди других книг. Их никто из родственников точно читать не возьмется. Там, в основном, учебники, которые девушке было жалко выбросить и несколько фривольных романчиков, от которых братья дружно плевались. Мужики там, видите ли, неправильные.
Приняв решение, Дорана подошла к полке, сдвинула книги влево и прежде, чем засунуть на освобожденное место ценность в зеленой обложке, решила в нее заглянуть. Тем более, вопрос был подходящий. Давно назревший вопрос.
— Что мне делать с Хиятом? — спросила девушка, раскрыв книгу примерно посередине.
«… плащ из зеленого атласа и родовой знак на ленте.
Дверь открылась от толчка ладонью. Риена проскользнула в комнату, закрыла дверь и задвинула щеколду. Взгляд сам собой остановился на сундуке. Если его придвинуть к двери, Кейхо точно не сбежит, не успеет. А выпрыгивать в окно на такой высоте он не станет.
Риена вздохнула, отвела взгляд от сундука и шагнула вперед, к окну, в которое заглядывала бесстыжая луна, освещая спящего на полу мужчину.
Кейхо все еще ненавидел кровати. А может, не доверял им. Они для него обманчивы, как мягкое болото. Заманивают, затягивают и не пускают, когда нужно резко вскочить. Пол, он надежнее. А неудобства ему привычнее удобств.
Риена шаловливо улыбнулась луне и громко топнула.
Кейхо отреагировал мгновенно — взвился вверх, словно пытался превратиться в свое тотемное животное. И замер, очень похожий на большого гривастого кота. И ножи как когти.
— Ты? — спросил хрипло.
Риена улыбнулась, шагнула еще раз, чтобы луна освещала ее полностью и отпустила плащ, в который куталась, будто бабочка – в крылья. Зеленый атлас скользнул к ногам, превратившись в крошечное озеро. А великий воин ошеломленно замер, глядя на обнаженную девушку.
— Я выросла, — сказала Риена и подошла к Кейхо совсем близко. — Посмотри на меня, я выросла.
Ножи он отдал без сопротивления. Риена положила их на подоконник, прижавшись к мужчине всем телом, чтобы дотянуться, а потом просто не стала отстраняться. Теперь он не сбежит…»
— Да ни за что на свете! — оскорбленно сказала книге Дорана, сообразив к чему идет дело у мужика, опасающегося кроватей, и девицы, неравнодушной к сундукам. — Тем более, на него не действует!
Страница перевернулась сама собой и девушка прочла:
— Нападать лучше тогда, когда противник к нападению не готов. Его следует ошеломить и победить прежде, чем он опомнится.
Дорана очень ярко представила, как запрыгивает на Хията, одетая в плащ на голое тело, а тот ошеломленно таращится и пытается стряхнуть с себя полоумную девицу. Ага, а на самом интересном месте еще и кто-то заходит в комнату.
— А главное, где его ловить? Я голой по городу бегать не собираюсь!
Книга оскорблено захлопнулась, прищемив девушке пальцы. Дорана потрясла рукой, засунула книгу на полку и решила пойти поесть. А заодно и подумать. Хотя б о том, почему получила именно такой совет. Может, все зависит от того, как сформулирован вопрос? Спросила, что делать с парнем и получила подсказку. Там дальше наверняка весь процесс описан в подробностях, куда тем фривольным романам.
— Ничего, я сформулирую этот вопрос иначе, — мстительно пообещала девушка и вышла из комнаты.
О книге она беспокоиться перестала. Почему-то казалось, что никуда она теперь с той полки не денется. Наверняка у такой книги есть защита как от воров, так и тех, кто взял ее в руки хоть и без разрешения, но абсолютно случайно.
А с другой стороны, аватара богини говорила же, что пользоваться советами книги нужно нечасто и только по большому поводу. А тут, всего лишь парень, с которым непонятно как себя вести. Именно потому, что нравится — непонятно. Доране мало кто нравился.
— И зачем я из больницы тогда сбежала? — сама у себя спросила девушка. — Посидела бы рядом с ним, поухаживала, с ложечки покормила. Наверняка хоть что-то бы прояснилось… Вот почему ко мне вечно цепляются какие-то идиоты и никогда не пытались знакомиться нормальные парни? Я действительно как-то не так себя веду?
Отвечать на эти вопросы никто не стал. И хорошо. А то если бы ответил кто-то из родственников, Доране бы пришлось из дома сбегать. Они бы после этого замучили ее советами.
— Не умею я притворяться, — вздохнула девушка и открыла кастрюлю, в которой оказалась каша с мясом. — Хоть поем, пока никому не нужна.
Почему всем не до них, Хият узнал совершенно случайно и ближе к вечеру. Он сидел на заборе, ел яблоко и никому не мешал, когда подошел не шибко трезвый сосед и начал жаловаться на уродов, пытавшихся уничтожить городское водохранилище.
Хият удивился и уточнил, как именно уроды пытались это сделать? Водохранилище находилось под землей, его оберегали и кого попало туда не пускали.
Оказалось, произошла какая-то дикость. Стражу усыпили, распылив газ. Пассивная защита естественно на это отреагировала и развернула шит, в который довольно долго долбились неизвестные, пока кто-то не заметил аномальное поведение энергии. После этого параноик-следопыт, которому об этой аномалии рассказали, возомнил себя героем баллады, обвесился артефактами и пошел проверять, что там происходит. В результате у города есть труп неизвестного. Свидетельство параноика о том, что еще двое неизвестных сбежали и что труп стал трупом из-за того, что какой-то артефакт отразил то, что этот труп в следопыта бросил. Клятвы стражей ворот, что никого, похожего на труп, они не видели, тоже есть.
В общем, всем очень весело. Следопыты ищут дыры в обороне города. Атана на всех орет и требует хранящего, без которого эти дыры вряд ли найдешь. Еще она проклинает уродов, которых не устраивало поведение предыдущего хранящего, и требует их головы. Половина совета ее поддерживает. Другая половина неожиданно и очень дружно заболела. А тут еще кандидаты в хранящие ходят к Атане по очереди и нагло предлагают помощь, если поможет она. Причем, чем именно она должна помочь, эти идиоты не знают. Один из них заикнулся о каком-то всеобщем прошении. Вроде все до единого жители одновременно должны попросить город выбрать в хранящие именно его. После этого бедолага был послан уговаривать всех до единого жителей на эту глупость и от идеи почему-то отказался.
Хият слушал, покачивал головой и в нем росло желание погулять ночью вдоль городской стены. Просто погулять, посмотреть, пощупать. А потом отправиться к одной белой змее и спросить у нее, почему он ничего не почувствовал, когда кто-то пытался разрушить защиту водохранилища? Он ведь должен чувствовать, если происходит что-то из ряда вон выходящее. Это он разные пустяки научился игнорировать, а тут явно не пустяк.
Еще немного поговорив и повозмущавшись, не обращая внимания на то, что Хият думает о чем-то своем, сосед угомонился, передал привет отсутствующему Таладату и отправился ругаться с женой, которой он не нравился в нетрезвом виде. Хият еще немного посидел, зашвырнул яблочный огрызок в кусты и, пока не передумал, отправился к городской стене, к той ее части, которая была выстроена между двумя скалами и отделяла город от порта. Там очень много воды совсем рядом с городом, и эта вода соленая. Говорят, соленая вода быстрее разрушает плетения, чем даже текущая.
Как оказалось, Хият был не единственным, кто вспомнил о теории соленой воды. Возле стены была куча народа. Наверху стены из белого камня, словно большие муравьи, ползали следопыты. Внизу группами и по одному собрались амулетчики. Некоторые страстно прижимались к камню, другие стояли, вытянув перед собой руки и закрыв глаза. Несколько человек даже застыли в проеме ворот, мешая грузчикам затаскивать в город какие-то ящики. Помимо занятых попытками что-то обнаружить людей, вдоль стены прогуливались зеваки, рядом рекламировали выпечку лоточницы, и позвякивали бутылками в корзинах веселые мужики, считавшие, что их веселость лучшая реклама товару. Мрачные стражи и воины даже не пытались эту стихийную ярмарку разогнать. Далеко ведь не уйдут. А если и уйдут, у многих хватит ума и наглости позвать магов-недоучек, чтобы подглядывали, подслушивали и всячески мешали заниматься делом.
Хияту очень хотелось подойти к стене, прижаться щекой и просто послушать. Но вряд ли в таком случае на него не обратят внимание. Он ведь не амулетчик, не следопыт и даже не взрослый маг с цепью. А привлекать излишнее внимание не хотелось. И так некоторые с интересом смотрят после сражения с цеповиками. Хорошо хоть те самые взрослые маги, заслуживающие всяческого доверия, объяснили, что защиту разбило именно сочетание воды и огня. Противоположные стихии не могут ужиться в одном плетении. И счастье, что при этом выжили рисковые недоучки, за что благодарить нужно цеповиков. Их защита сожрала почти всю энергию, прежде чем рухнуть.
Возможно, кто-то и не поверил, но к Хияту с Ладаем не цеплялись. Если кто-то кроме мальчишек знает, что они сделали, значит, это не такая и тайна. А раз никто кроме них сделать не пытался, то получиться оно могло только при большом везении, которое штука очень ненадежная. А мальчишки, это мальчишки, что с балбесов взять?
Хият вздохнул, осмотрелся и решительно пошел к Дому стражи. Людей рядом с этим зданием было меньше, чем в других местах, хоть никто толкать и мешать сосредоточиться не будет.
Парень спокойно дошел до выбранного здания, немного постоял, опираясь спиной на стену, тяжело вздохнул и решил сесть. Сидя все-таки сосредоточиться легче.
Со стороны он, наверное, выглядел как жертва алкоголя. Сидит на земле, руки опираются предплечьями на колени, кисти сжаты в кулаки, голова опущена. Разморило парня, теперь вот отдыхает, набирается сил для рывка домой.
Но, пускай думают, что хотят. Вряд ли кто-то побеспокоит.
Хият закрыл глаза и стал дышать, спокойно и размеренно. Глубокий вдох, длинный выдох, ни о чем не думать, просто дышать и слушать, настраиваться на город. Ветерок, шевелящий волосы, пахнет морем, водорослями и почему-то смолой. Чайка кричит, перекрикивая даже торговок. Какой-то ребенок что-то требует. Все не то.
Интересно, а чем пахнут камни?
Мостовая пылью и немного рыбой. А стена… та, что за спиной пахнет теплом, а та, в которой сейчас ищут нарушенную защиту — прохладой и древностью. А еще магией. Не стихиями и не энергией, а чем-то вросшим в сам камень, ставшим с ним одним целым. Даже не плетение, что-то другое, больше всего почему-то похожее на духов. Не злобных зеленых мужиков, которых Хият изгнал, а на тех других, которые ушли сами, и которых он так и не увидел.
— Воля и сознание, — сказал кто-то рядом с Хиятом и парень открыл глаза.
— Что? — переспросил.
— Воля и сознание, — прищурился, как довольный кот, Ильтар. — А еще древность. Любая вещь, если она достаточно старая, приобретает подобие души, но не совсем душу. Правильнее это называть волей и сознанием.
— И во что я вляпалась? — спросила у самой себя Дорана, сев на сумку.
Почему-то ни сожаления, ни сомнения так и не пришли. Книга была теплая и какая-то живая, похожая на пригретого за пазухой котенка. Ее даже погладить хотелось. И вообще было хорошо. Словно Дорана сделала что-то очень правильное и нужное.
Потом пришли замученные парни, причем Хият был замученее, чем Ладай. Они согнали Дорану с сумки, напились воды и сообщили, что можно уходить. Одних призраков они изгнали. Другие ушли сами, даже просить их не понадобилось. Словно держали в подземелье их именно зеленые мужики.
Дорана покивала и ничего не стала рассказывать. Книге вряд ли понравится, если ее будут трогать мужчины. Это книга женской богини.
А потом они отправились к выходу. Который Дорана нашла легко и просто, даже карабкаться никуда не понадобилось. Там была каменная лестница. Старая, с побитыми ступенями и без перил. Но прочная и основательная, ведущая к еще одной двери, которую девушка открыла и вывела парней на зеленую полянку. На ней брал начало ручей с полезной водой.
Так они по ручью и вышли к Деспо. Ладай еще и удивлялся, почему никому не пришло в голову пройтись по ручью вместо того, чтобы рыскать по кустам? На что Хият только зевнул.
Глава 5
Не до вас, и ваше счастье, что это так!
Вернуться тихо и незаметно у Дораны не получилось. Впрочем, у парней это тоже не вышло, и им было хуже. Девушка даже искренне поблагодарила Хията, что он не стал вдаваться в подробности, когда позвал ее в гости к призракам. Потому что ее не расспрашивали. Точнее, не расспрашивал — раздраженный дядька, какой-то там по счету в шестом десятке помощник Даринэ Атаны. Он узнал, что девушку просто позвали, а она согласилась сходить, не уточняя подробности о том, куда и зачем. Обозвал Дорану дурой и переключился на парней. Их он расспрашивал долго и обо всем. Начиная с того, кто им рассказал о необходимой женщине, и заканчивая тем, почему они поперлись к призракам никому об этом не сообщив?
Парни отвечали по очереди. Спокойно отвечали, многословно и путано.
Хият утверждал, что ему приснилась огромная змея и предупредила, что ходить в развалины храма без женщины нельзя. Помощник Дораны кивал, смотрел на фиолетовый камень, подвешенный на веревочку, и просил повторить этот бред. Хият повторял. Помощник опять смотрел на камень.
— Да не вру я! — в итоге не выдержал парень.
Помощник вынужденно кивнул. Хищно улыбнулся и потребовал рассказ о том, как парни изгоняли призраков. Парни переглянулись и рассказали. И о том, что ритуал нашли в книге, рассказали. И о том, что Хият призраков изгонял впервые в своей жизни, рассказать не забыли. И о том, что большая часть призраков ушла сама, сообщили. И о том, что Дорана сидела в это время в защитном рисунке далеко от места событий, сказали.
Несчастный помощник их слушал, качал головой и продолжал вглядываться в камень.
— Не лжете, — сказал устало. — Идиоты. Ваше счастье, что сейчас всем не до вас. Но, не думайте, что об этой выходке все забудут.
Ладай заявил, что думать не будет. Вообще. С чем охотников на призраков и отпустили.
Покинув неприветливый Дом Следопытов, Дорана сразу же поблагодарила Хията и поспешила домой. Нужно было унести книгу подальше от помощников с фиолетовыми камнями и прочих нехороших личностей. А то еще Вельда появится с требованием очередной экскурсии и придется таскать книгу с собой по городу.
Дома было тихо и пустынно. Даже половицы не скрипели, а родственников будто изгнанные Хиятом призраки утащили с собой. Девушка на всякий случай послушала тишину, рысью пробежала по коридору, шмыгнула в свою комнату и замерла, размышляя, куда бы спрятать книгу.
Тайников в комнате не было. Засовывать книгу под матрас глупо, если у мамы случится очередной приступ хозяйственности, и она решит провести генеральную уборку, никто не станет спрашивать у Дораны надо или нет чистить ее матрас. Братья просто схватят и потащат, пока мама ругаться не стала. А там книга. Они наверняка заинтересуются.
Проще хранить на полке среди других книг. Их никто из родственников точно читать не возьмется. Там, в основном, учебники, которые девушке было жалко выбросить и несколько фривольных романчиков, от которых братья дружно плевались. Мужики там, видите ли, неправильные.
Приняв решение, Дорана подошла к полке, сдвинула книги влево и прежде, чем засунуть на освобожденное место ценность в зеленой обложке, решила в нее заглянуть. Тем более, вопрос был подходящий. Давно назревший вопрос.
— Что мне делать с Хиятом? — спросила девушка, раскрыв книгу примерно посередине.
«… плащ из зеленого атласа и родовой знак на ленте.
Дверь открылась от толчка ладонью. Риена проскользнула в комнату, закрыла дверь и задвинула щеколду. Взгляд сам собой остановился на сундуке. Если его придвинуть к двери, Кейхо точно не сбежит, не успеет. А выпрыгивать в окно на такой высоте он не станет.
Риена вздохнула, отвела взгляд от сундука и шагнула вперед, к окну, в которое заглядывала бесстыжая луна, освещая спящего на полу мужчину.
Кейхо все еще ненавидел кровати. А может, не доверял им. Они для него обманчивы, как мягкое болото. Заманивают, затягивают и не пускают, когда нужно резко вскочить. Пол, он надежнее. А неудобства ему привычнее удобств.
Риена шаловливо улыбнулась луне и громко топнула.
Кейхо отреагировал мгновенно — взвился вверх, словно пытался превратиться в свое тотемное животное. И замер, очень похожий на большого гривастого кота. И ножи как когти.
— Ты? — спросил хрипло.
Риена улыбнулась, шагнула еще раз, чтобы луна освещала ее полностью и отпустила плащ, в который куталась, будто бабочка – в крылья. Зеленый атлас скользнул к ногам, превратившись в крошечное озеро. А великий воин ошеломленно замер, глядя на обнаженную девушку.
— Я выросла, — сказала Риена и подошла к Кейхо совсем близко. — Посмотри на меня, я выросла.
Ножи он отдал без сопротивления. Риена положила их на подоконник, прижавшись к мужчине всем телом, чтобы дотянуться, а потом просто не стала отстраняться. Теперь он не сбежит…»
— Да ни за что на свете! — оскорбленно сказала книге Дорана, сообразив к чему идет дело у мужика, опасающегося кроватей, и девицы, неравнодушной к сундукам. — Тем более, на него не действует!
Страница перевернулась сама собой и девушка прочла:
— Нападать лучше тогда, когда противник к нападению не готов. Его следует ошеломить и победить прежде, чем он опомнится.
Дорана очень ярко представила, как запрыгивает на Хията, одетая в плащ на голое тело, а тот ошеломленно таращится и пытается стряхнуть с себя полоумную девицу. Ага, а на самом интересном месте еще и кто-то заходит в комнату.
— А главное, где его ловить? Я голой по городу бегать не собираюсь!
Книга оскорблено захлопнулась, прищемив девушке пальцы. Дорана потрясла рукой, засунула книгу на полку и решила пойти поесть. А заодно и подумать. Хотя б о том, почему получила именно такой совет. Может, все зависит от того, как сформулирован вопрос? Спросила, что делать с парнем и получила подсказку. Там дальше наверняка весь процесс описан в подробностях, куда тем фривольным романам.
— Ничего, я сформулирую этот вопрос иначе, — мстительно пообещала девушка и вышла из комнаты.
О книге она беспокоиться перестала. Почему-то казалось, что никуда она теперь с той полки не денется. Наверняка у такой книги есть защита как от воров, так и тех, кто взял ее в руки хоть и без разрешения, но абсолютно случайно.
А с другой стороны, аватара богини говорила же, что пользоваться советами книги нужно нечасто и только по большому поводу. А тут, всего лишь парень, с которым непонятно как себя вести. Именно потому, что нравится — непонятно. Доране мало кто нравился.
— И зачем я из больницы тогда сбежала? — сама у себя спросила девушка. — Посидела бы рядом с ним, поухаживала, с ложечки покормила. Наверняка хоть что-то бы прояснилось… Вот почему ко мне вечно цепляются какие-то идиоты и никогда не пытались знакомиться нормальные парни? Я действительно как-то не так себя веду?
Отвечать на эти вопросы никто не стал. И хорошо. А то если бы ответил кто-то из родственников, Доране бы пришлось из дома сбегать. Они бы после этого замучили ее советами.
— Не умею я притворяться, — вздохнула девушка и открыла кастрюлю, в которой оказалась каша с мясом. — Хоть поем, пока никому не нужна.
Почему всем не до них, Хият узнал совершенно случайно и ближе к вечеру. Он сидел на заборе, ел яблоко и никому не мешал, когда подошел не шибко трезвый сосед и начал жаловаться на уродов, пытавшихся уничтожить городское водохранилище.
Хият удивился и уточнил, как именно уроды пытались это сделать? Водохранилище находилось под землей, его оберегали и кого попало туда не пускали.
Оказалось, произошла какая-то дикость. Стражу усыпили, распылив газ. Пассивная защита естественно на это отреагировала и развернула шит, в который довольно долго долбились неизвестные, пока кто-то не заметил аномальное поведение энергии. После этого параноик-следопыт, которому об этой аномалии рассказали, возомнил себя героем баллады, обвесился артефактами и пошел проверять, что там происходит. В результате у города есть труп неизвестного. Свидетельство параноика о том, что еще двое неизвестных сбежали и что труп стал трупом из-за того, что какой-то артефакт отразил то, что этот труп в следопыта бросил. Клятвы стражей ворот, что никого, похожего на труп, они не видели, тоже есть.
В общем, всем очень весело. Следопыты ищут дыры в обороне города. Атана на всех орет и требует хранящего, без которого эти дыры вряд ли найдешь. Еще она проклинает уродов, которых не устраивало поведение предыдущего хранящего, и требует их головы. Половина совета ее поддерживает. Другая половина неожиданно и очень дружно заболела. А тут еще кандидаты в хранящие ходят к Атане по очереди и нагло предлагают помощь, если поможет она. Причем, чем именно она должна помочь, эти идиоты не знают. Один из них заикнулся о каком-то всеобщем прошении. Вроде все до единого жители одновременно должны попросить город выбрать в хранящие именно его. После этого бедолага был послан уговаривать всех до единого жителей на эту глупость и от идеи почему-то отказался.
Хият слушал, покачивал головой и в нем росло желание погулять ночью вдоль городской стены. Просто погулять, посмотреть, пощупать. А потом отправиться к одной белой змее и спросить у нее, почему он ничего не почувствовал, когда кто-то пытался разрушить защиту водохранилища? Он ведь должен чувствовать, если происходит что-то из ряда вон выходящее. Это он разные пустяки научился игнорировать, а тут явно не пустяк.
Еще немного поговорив и повозмущавшись, не обращая внимания на то, что Хият думает о чем-то своем, сосед угомонился, передал привет отсутствующему Таладату и отправился ругаться с женой, которой он не нравился в нетрезвом виде. Хият еще немного посидел, зашвырнул яблочный огрызок в кусты и, пока не передумал, отправился к городской стене, к той ее части, которая была выстроена между двумя скалами и отделяла город от порта. Там очень много воды совсем рядом с городом, и эта вода соленая. Говорят, соленая вода быстрее разрушает плетения, чем даже текущая.
Как оказалось, Хият был не единственным, кто вспомнил о теории соленой воды. Возле стены была куча народа. Наверху стены из белого камня, словно большие муравьи, ползали следопыты. Внизу группами и по одному собрались амулетчики. Некоторые страстно прижимались к камню, другие стояли, вытянув перед собой руки и закрыв глаза. Несколько человек даже застыли в проеме ворот, мешая грузчикам затаскивать в город какие-то ящики. Помимо занятых попытками что-то обнаружить людей, вдоль стены прогуливались зеваки, рядом рекламировали выпечку лоточницы, и позвякивали бутылками в корзинах веселые мужики, считавшие, что их веселость лучшая реклама товару. Мрачные стражи и воины даже не пытались эту стихийную ярмарку разогнать. Далеко ведь не уйдут. А если и уйдут, у многих хватит ума и наглости позвать магов-недоучек, чтобы подглядывали, подслушивали и всячески мешали заниматься делом.
Хияту очень хотелось подойти к стене, прижаться щекой и просто послушать. Но вряд ли в таком случае на него не обратят внимание. Он ведь не амулетчик, не следопыт и даже не взрослый маг с цепью. А привлекать излишнее внимание не хотелось. И так некоторые с интересом смотрят после сражения с цеповиками. Хорошо хоть те самые взрослые маги, заслуживающие всяческого доверия, объяснили, что защиту разбило именно сочетание воды и огня. Противоположные стихии не могут ужиться в одном плетении. И счастье, что при этом выжили рисковые недоучки, за что благодарить нужно цеповиков. Их защита сожрала почти всю энергию, прежде чем рухнуть.
Возможно, кто-то и не поверил, но к Хияту с Ладаем не цеплялись. Если кто-то кроме мальчишек знает, что они сделали, значит, это не такая и тайна. А раз никто кроме них сделать не пытался, то получиться оно могло только при большом везении, которое штука очень ненадежная. А мальчишки, это мальчишки, что с балбесов взять?
Хият вздохнул, осмотрелся и решительно пошел к Дому стражи. Людей рядом с этим зданием было меньше, чем в других местах, хоть никто толкать и мешать сосредоточиться не будет.
Парень спокойно дошел до выбранного здания, немного постоял, опираясь спиной на стену, тяжело вздохнул и решил сесть. Сидя все-таки сосредоточиться легче.
Со стороны он, наверное, выглядел как жертва алкоголя. Сидит на земле, руки опираются предплечьями на колени, кисти сжаты в кулаки, голова опущена. Разморило парня, теперь вот отдыхает, набирается сил для рывка домой.
Но, пускай думают, что хотят. Вряд ли кто-то побеспокоит.
Хият закрыл глаза и стал дышать, спокойно и размеренно. Глубокий вдох, длинный выдох, ни о чем не думать, просто дышать и слушать, настраиваться на город. Ветерок, шевелящий волосы, пахнет морем, водорослями и почему-то смолой. Чайка кричит, перекрикивая даже торговок. Какой-то ребенок что-то требует. Все не то.
Интересно, а чем пахнут камни?
Мостовая пылью и немного рыбой. А стена… та, что за спиной пахнет теплом, а та, в которой сейчас ищут нарушенную защиту — прохладой и древностью. А еще магией. Не стихиями и не энергией, а чем-то вросшим в сам камень, ставшим с ним одним целым. Даже не плетение, что-то другое, больше всего почему-то похожее на духов. Не злобных зеленых мужиков, которых Хият изгнал, а на тех других, которые ушли сами, и которых он так и не увидел.
— Воля и сознание, — сказал кто-то рядом с Хиятом и парень открыл глаза.
— Что? — переспросил.
— Воля и сознание, — прищурился, как довольный кот, Ильтар. — А еще древность. Любая вещь, если она достаточно старая, приобретает подобие души, но не совсем душу. Правильнее это называть волей и сознанием.
