Овал не так и велик. Люди пропадают раз в двадцать восемь дней. И даже учитывая то, что если идти по дуге, от одного места появления до другого дойдешь за какой-то час, получается, что во многих местах этот портал открывался уже дважды.
Роана поблагодарили за сотрудничество и помощь, разослали по всем принимающим практикантов поселениям-крепостям гонцов с требованием вычислять возраст необычных растений и дав примерные их координаты, на чем и распрощались до того момента, как появятся новости.
Да и время на то, чтобы делать все не спеша и обстоятельно пока было. Двадцать восемь дней закончатся через две недели, как раз тогда, когда закончится и практика. И даже если предположить, что людей похищают за день-два до открытия порталов, спешить все равно не стоит. Лучше найти нужное место и ловить ведьм прямо там.
Роан даже спорить не стал.
— Лишь бы детки ни во что не влезли, — пробормотал он, возвращаясь в свой кабинет. — И где носит Оршара? А еще Хэнэ со своим шаром… Интересно, если он его все-таки поднимет, как собирался, может, у него получится рассмотреть места открытия портала сверху? Ага, а заодно и за границу тьмы посмотреть и увидеть там скелеты всадников на кошках и их пока живых родственников, клянущихся мстить неизвестно кому.
Целых два дня в крепости было тихо и мирно. Студентусы разбирались с заданиями, надоедали лекарке расспросами о растениях, а погранцам о том, не встречались ли им какие-нибудь странности и необычности.
Хэнэ, притащив из соседнего села заскучавшего там кузнеца, сооружал с его помощью какие-то загадочные приспособления, которые упорно называл то колышками, то якорями.
Еще в крепость стали заходить молодые селянки, якобы для того, чтобы покормить и попоить кузнеца, но пялились почему-то исключительно на Янира. А Яс развлекался рассказывая им, что это страшно-опасный оборотень, который раз в году превращается в такое чудовище, что увидев его, можно мгновенно умереть. Янир даже подтвердил, пробормотав, что когда напился той самогонки из ягод таким чудовищем был, что сам чуть не помер увидев себя в зеркале. Селянок, правда, эти рассказы не сильно напугали. А потом среди них еще и начала ходить незатейливая сказка о красавице расколдовавшей чудовище с помощью силы любви.
Фламма за селянками, бродящими стайкой за Яниром, наблюдала с каким-то непонятным интересом, а потом фыркала и уходила по своим делам. А Джульетте по секрету сказала, что со стороны это выглядит очень глупо. И бродить следом за мужчиной мечты по крепости она точно не станет.
В общем, в крепости было тихо и мирно. А потом случилось страшное — два дня закончились и началась ярмарка. Местная ярмарка оказалась мероприятием шумным даже без студентусов. А уж студентусы, предлагающие населения помощь, потому что у них такое вот задание, шума и веселья только добавили.
Олав настаивал, что надо срочно сооружать шатер, загонять туда студентусов и брать с населения деньги за вход. Потому что такого цирка в этих местах давно не было. Студентусы то проверяя дородную тетку на наличие проклятья, попутно умудрялись призвать дух одного из ее мужей, и этот несчастный летал по ярмарке, уверяя, что жена у него не очень хорошая женщина, потому что гулящая. То сооружая простенький амулет, защиту от воров и сигнализацию, создавали нечто сильное и отпугивающее все живое, начиная от лошадей и заканчивая комарами. А уж когда подслеповатый дедок попросил их помочь ему найти потерянный ключ от амбара и за это дело взялся Денька, никто даже не удивился, что попутно нашелся клад, зарытый на огороде прадедом этого дедка. Прадед, конечно, был разбойником, но клад отбирать никто не стал, а Денька стал самым популярным человеком в крепости. У него просили искать все, начиная ложки, заброшенной ребенком в кусты и заканчивая исподним, которое пару дней назад куда-то делось с веревки. Правда, кладов Денька больше так и не нашел. Зато натренировался на полгода вперед и заявил, что будет писать диплом о соответствии затраченных усилий на поиск тому, что в итоге было найдено.
Попутно со студентусами бедлама добавляли купцы. Одни пытались обмануть селян, привезших остатки прошлогодней пшеницы, решив, что она им больше не пригодится и можно продавать. Другие были биты погранцами как за то, что приставали к чьей-то невесте, так и за то, что под видом хорошего пива продали какую-то мочу. Третьи умудрялись забрести в лес и там потеряться. Зачем им в лес понадобилось, они не признавались. Но все подозревали, что ходили туда добрые мужи за кладами, слухи о которых до них дошли.
Эти слухи вообще были странные. Они взялись неизвестно откуда и утверждали, что вокруг Тамьянки выкопано очень много ям, в которых буквально под открытым небом валяются сокровища невиданной ценности. И никто их не берет, потому что взять их могут только те, кому они предназначены изначально. Вот и ходили купцы попытать счастья. А то вдруг им там сокровища предназначены, а они и не знают.
Олав, когда впервые услышал эту сказочку, собрал погранцов и пообещал кого-то наказать, но, к сожалению, так и не выяснил кого именно. Хотя и не сомневался, что это они под пиво эту сказочку где-то рассказали. По крайней мере, кто-то один из них.
А потом еще более неожиданно, чем началась ярмарка, случилось еще более страшное. В крепость со скрипом приехали старые фургоны. Роан даже обрадовался, решив, что это цирк и что Олав наконец отстанет со своим шатром. Но из фургонов полезли вовсе не глотатели огня и канатоходцы с дрессированными собаками. Оттуда стали выпархивать нежные создания, сотрясать декольте, сверкать ножками и обещать экзотические танцы всего лишь за три медяка.
Нет, шатер эти дивные создания установили. Точнее его установили здоровенные, страшные на морды мужики, которые постом замерли у входа, чтобы никто бесплатно не прошел. Но вот спокойствия это цирк не принес. Мало того, что в крепость сбежались женщины с окрестных сел, уверенные, что их мужья в том шатре, а молодые девицы пытались еще и таскать экзотических танцовщиц за волосы, в уверенности, что это поможет отвадить от тех девиц женихов. Так еще и студентусы туда повадились, опять забросив задания и помощь населению. И что странно, не только парни. Девушкам тоже оказалось любопытно. А одна вообще заявила, что такие танцы могут пригодиться в будущем замужестве.
Роан, выслушав жалобы Олава на дочь, которая тоже сочла необходимым побывать в шатре и вынести оттуда какие-то нужные всем девушкам знания, махнул рукой, пообещал уйти в лес, вырыть там землянку и впасть в спячку. Потому что чувствовал, что иначе его в покое не оставят. А воевать с девицами нетяжелого поведения, которые за дополнительную плату не только танцевали, он не собирался. И плевать ему было на то, что никогда раньше подобные девицы в крепости не появлялись. И на неясные подозрения Олава было плевать.
Роану просто хотелось покоя.
Впрочем, как потом оказалось, подозрения вовсе не были беспочвенны.
О ловушках, пользе слежки и неумении сопоставлять одно с другим.
Третий день ярмарки начался с грандиозного циркового номера в исполнении Хэнэ. Он наконец поднял свой шар, а потом с нечеловеческой ловкостью забрался на него по веревкам, немного там попрыгал, походил туда-сюда и что-то долго высматривал.
Порадовав зрителей этим номером, кикх-хэй спустился, покопался немного в своих многочисленных сумках и стал изображать шамана, раскладывая вокруг тени от шара какие-то амулеты, втыкая в землю крохотные флюгера и флажки на высоких палках, чертя загадочные знаки сначала прямо в пыли, а потом, отчаянно взмахнув руками и куда-то сбегав, на большом куске белого полотна. Присутствующие на представлении женщины даже заспорили о том, скатерть это или все-таки простыня.
Закончив с этой странной подготовкой, кикх-хэй позвал парней посильнее из воинов-учеников и погранцов и при их помощи спустил шар настолько низко, что смог привязать к нему снизу большую плетеную корзину, а еще одну закрепил на конце овала, который тут же обозвал задней частью, и к ней каким-то хитрым способом прицепил винт, явно снятый с летающей машины кикх-хэй. И это все, к восторгу зрителей, оказалось всего лишь второй частью подготовки. Потому что потом, Хэнэ забрался в висящую снизу корзину и велел отвязать веревки. А после этого куда-то полетел, подгоняемый ветром.
Приехавшие на ярмарку селяне и купцы смотрели на это дело кто восторженно, кто с большим сомнением в уме кикх-хэй. Погранцы же наблюдали за полетом большей частью озабочено, подозревая, что именно им придется потом ненормального нелюдя искать. И хорошо, если его занесет не на сторону тьмы. Там его уже вряд ли отыщешь.
Ко всеобщему восторгу, шар немного полетал гонимый ветром, потом маленькая фигурка в корзине что-то сделала и он стал поворачивать вправо, постепенно выписал в небе полукруг и полетел обратно к крепости.
— Интересно, приземляться он как собирается? — задумчиво спросил Олав, наблюдавший за этими маневрами с воза груженного корзинами с ранними яблоками.
Собственно взлетевший шар там его и застал. Олав как раз примерялся к яблокам, думая купить или ну их, а тут такая чудасия. Вот он теперь и стоял вместе с хозяином воза на облучке, наблюдая за летающей штуковиной.
Как оказалось, спуск у Хэнэ был продуман заранее. И был он прост и незатейлив — кикх-хэй стал попросту выпускать из шара особо легкий газ и, когда долетел до ярмарки уже почти чиркал по земле днищем корзины.
— Вот ему зачем столько тех бочек, — неожиданно разгадал одну из занимавших его загадок Олав. — Похоже, он еще не раз собирается здесь летать.
Стоявший рядом хозяин яблок жизнерадостно закивал, хотя наверняка понятия не имел о каких бочках идет речь. Скорее размышлял о том, как будет рассказывать об этом бесплатном цирке приятелям. А те будут сначала не верить, потом удивляться, а потом сожалеть, что не отправились на ярмарку вместе с ним. Когда еще увидишь нелюдя в корзине привязанной к большому летающему огурцу? А то, как нелюдь по этому огурцу бегал. И как повернул прямо в небе.
Чудеса же.
Приятели точно завидовать будут. А потом расскажут эту историю еще кому-то, знатно ее приукрасив. И окажется, что кикх-хэй свой шар сотворил из шкуры дракона, и взлетал с помощью страшно-опасного артефакта.
В общем, Тамьянке грозило в ближайшем будущем стать очень популярным местом. А кикх-хэй не менее популярным народом.
Прекрасные девы с их экзотическими танцами нравились всем, кроме Фламмы. Девушка даже понимала почему. Вон Малак, Льен и даже Яс не ходили после просмотра танцев с этими девами под ручку, не покупали им конфеты и засахаренные фрукты в коробочках и не пропадали с ними непонятно где. А Янир всем этим занимался.
— У него вообще слабость к веселым девочкам, — сказала Джульетта, проследив взглядом за тем, как Янир сопровождает очередную прекрасную, громко обещая купить ей самую красивую шляпку.
Фламма посмотрела на подругу удивленно. И Джульетта, вздохнув, объяснила:
— Он, когда учился в школе, все время с девочками из ближайшего веселого дома по городу бродил. А иногда с женщинами гораздо вульгарнее и, видимо, дешевле. То ли вкусы у него такие, то ли… хм…
Фламма только кивнула и задумалась о вечном. По ее мнению прекрасные принцы так вести себя не должны. Они должны быть благородны и если и гулять по городу с девушками, то только с теми, кого любят, ну или думают, что любят, пока не встретят истинную любовь.
Впрочем, Янир и без того не сильно соответствовал образу этого самого принца, если подумать. И к отцу он наверняка не вернется, потому что оборотни ему милее престола княжества. Это Фламма уже тоже понимала.
— Но он такой красивый, — печально сказала девушка и тоже побрела к шляпкам.
Выбирала шляпку танцовщица долго и шумно, словно это было очередное представление для привлечения зрителей. А ветер все норовил задрать ей юбку повыше, оголяя ноги, трепал локоны, наверняка фальшивые, накрученные на щипцы. А мужчины все собирались и собирались, чтобы посмотреть на эту примерку шляпок.
— Дураки, — пробормотала Фламма и, купив себе чашку из красной глины с красиво нарисованным оленем, гордо ушла, решив больше на Янира даже не смотреть. По крайней мере пока эти экзотические танцовщицы не уедут.
Судьба разбрасывающая камни, о которой Фламма даже не подозревала, потому что никогда не интересовалась во что верят кикх-хэй, загадочно улыбнулась и швырнула к ее ногам горсть гальки. И Фламма, вместо того, чтобы пойти к подругам, споткнулась и неожиданно для себя решила еще погулять. И гуляла довольно долго, старательно мечтая и грустя о несовершенной мужской природе. А потом дошла до стены Тамьянки, постояла немного возле сирени и услышала как недалеко кто-то хихикает. И зачем-то пошла смотреть кто.
Подкравшись к строению, похожему на сарайчик для садовых инструментов, Фламма выглянула из-за угла и обнаружила, что хихикает очередная танцовщица, обнимавшая Янира, заглядывая ему в глаза. А в это же время другая танцовщица что-то шустро сыпала в медную кружку, стоявшую справа за спиной парня.
Фламма удивилась, похлопала глазами, но так и не поняла, что происходит, пока эту кружку не взял в руки Янир.
Точнее, она и после этого не сильно поняла, решив, что в кружке приворотное зелье и даже успев позлорадствовать, представив, как Янир, сраженный фальшивой любовью будет увиваться вокруг девицы. И то, как спасет его от этого ненастоящего чувства, Фламма тоже представила. В книгах влюбленные девы часто это делали, находя рецепты спасения в старинных фолиантах, а то и выпытывая их у знахарок. И тогда Янир точно бы полюбил Фламму, просто из благодарности.
Девушка замерла, сморщила носик и задумалась о том, а бывает ли настоящая любовь просто из благодарности.
А Янир, вместо того чтобы резко воспылать к коварной танцовщице чувствами, пошатнулся, закатил глаза и упал лицом в траву. Фламма на это даже отреагировать не успела, вытаращилась с ужасом, сразу решив, что оборотня убили.
— Точно не проснется? — спросила тем временем коварная танцовщица.
— Точно. Теперь главное его связать покрепче, а то мало ли. И успеть донести, — сказала вторая.
— Успеем, — легкомысленно отозвалась первая.
А Фламма развернулась и побежала искать помощь, решив, что ее надо найти до того, как Янира свяжут и унесут.
На связывание ведь время нужно, правильно?
Вот и надо за это время кого-то найти и привести сюда. Потому что роя искорок танцовщицы могут и не испугаться, даже если им волосы подпалить. А что-то посильнее у Фламмы получалось редко.
Как тут отбивать мужчину мечты без чужой помощи?
Яс выгуливал кота.
Вот когда у человека куча дел, а делать эту кучу совсем не хочется, он начинает искать что-то, чем можно себя занять, чтобы отложить все дела разом. И Яс в этом виде спорта был настоящим мастером, хотя даже не подозревал об этом.
Идея выгулять Рыжего ему пришла в голову, когда окончательно надоело описывать очередной, особо ценный, местный сорняк.
Кот за попытками что-то там описать наблюдал с подоконника, нагло вылизывая пузо, и гулять явно не собирался. Несмотря на то, что пузо несколько округлилось, да и весь кот потяжелел.
Роана поблагодарили за сотрудничество и помощь, разослали по всем принимающим практикантов поселениям-крепостям гонцов с требованием вычислять возраст необычных растений и дав примерные их координаты, на чем и распрощались до того момента, как появятся новости.
Да и время на то, чтобы делать все не спеша и обстоятельно пока было. Двадцать восемь дней закончатся через две недели, как раз тогда, когда закончится и практика. И даже если предположить, что людей похищают за день-два до открытия порталов, спешить все равно не стоит. Лучше найти нужное место и ловить ведьм прямо там.
Роан даже спорить не стал.
— Лишь бы детки ни во что не влезли, — пробормотал он, возвращаясь в свой кабинет. — И где носит Оршара? А еще Хэнэ со своим шаром… Интересно, если он его все-таки поднимет, как собирался, может, у него получится рассмотреть места открытия портала сверху? Ага, а заодно и за границу тьмы посмотреть и увидеть там скелеты всадников на кошках и их пока живых родственников, клянущихся мстить неизвестно кому.
Целых два дня в крепости было тихо и мирно. Студентусы разбирались с заданиями, надоедали лекарке расспросами о растениях, а погранцам о том, не встречались ли им какие-нибудь странности и необычности.
Хэнэ, притащив из соседнего села заскучавшего там кузнеца, сооружал с его помощью какие-то загадочные приспособления, которые упорно называл то колышками, то якорями.
Еще в крепость стали заходить молодые селянки, якобы для того, чтобы покормить и попоить кузнеца, но пялились почему-то исключительно на Янира. А Яс развлекался рассказывая им, что это страшно-опасный оборотень, который раз в году превращается в такое чудовище, что увидев его, можно мгновенно умереть. Янир даже подтвердил, пробормотав, что когда напился той самогонки из ягод таким чудовищем был, что сам чуть не помер увидев себя в зеркале. Селянок, правда, эти рассказы не сильно напугали. А потом среди них еще и начала ходить незатейливая сказка о красавице расколдовавшей чудовище с помощью силы любви.
Фламма за селянками, бродящими стайкой за Яниром, наблюдала с каким-то непонятным интересом, а потом фыркала и уходила по своим делам. А Джульетте по секрету сказала, что со стороны это выглядит очень глупо. И бродить следом за мужчиной мечты по крепости она точно не станет.
В общем, в крепости было тихо и мирно. А потом случилось страшное — два дня закончились и началась ярмарка. Местная ярмарка оказалась мероприятием шумным даже без студентусов. А уж студентусы, предлагающие населения помощь, потому что у них такое вот задание, шума и веселья только добавили.
Олав настаивал, что надо срочно сооружать шатер, загонять туда студентусов и брать с населения деньги за вход. Потому что такого цирка в этих местах давно не было. Студентусы то проверяя дородную тетку на наличие проклятья, попутно умудрялись призвать дух одного из ее мужей, и этот несчастный летал по ярмарке, уверяя, что жена у него не очень хорошая женщина, потому что гулящая. То сооружая простенький амулет, защиту от воров и сигнализацию, создавали нечто сильное и отпугивающее все живое, начиная от лошадей и заканчивая комарами. А уж когда подслеповатый дедок попросил их помочь ему найти потерянный ключ от амбара и за это дело взялся Денька, никто даже не удивился, что попутно нашелся клад, зарытый на огороде прадедом этого дедка. Прадед, конечно, был разбойником, но клад отбирать никто не стал, а Денька стал самым популярным человеком в крепости. У него просили искать все, начиная ложки, заброшенной ребенком в кусты и заканчивая исподним, которое пару дней назад куда-то делось с веревки. Правда, кладов Денька больше так и не нашел. Зато натренировался на полгода вперед и заявил, что будет писать диплом о соответствии затраченных усилий на поиск тому, что в итоге было найдено.
Попутно со студентусами бедлама добавляли купцы. Одни пытались обмануть селян, привезших остатки прошлогодней пшеницы, решив, что она им больше не пригодится и можно продавать. Другие были биты погранцами как за то, что приставали к чьей-то невесте, так и за то, что под видом хорошего пива продали какую-то мочу. Третьи умудрялись забрести в лес и там потеряться. Зачем им в лес понадобилось, они не признавались. Но все подозревали, что ходили туда добрые мужи за кладами, слухи о которых до них дошли.
Эти слухи вообще были странные. Они взялись неизвестно откуда и утверждали, что вокруг Тамьянки выкопано очень много ям, в которых буквально под открытым небом валяются сокровища невиданной ценности. И никто их не берет, потому что взять их могут только те, кому они предназначены изначально. Вот и ходили купцы попытать счастья. А то вдруг им там сокровища предназначены, а они и не знают.
Олав, когда впервые услышал эту сказочку, собрал погранцов и пообещал кого-то наказать, но, к сожалению, так и не выяснил кого именно. Хотя и не сомневался, что это они под пиво эту сказочку где-то рассказали. По крайней мере, кто-то один из них.
А потом еще более неожиданно, чем началась ярмарка, случилось еще более страшное. В крепость со скрипом приехали старые фургоны. Роан даже обрадовался, решив, что это цирк и что Олав наконец отстанет со своим шатром. Но из фургонов полезли вовсе не глотатели огня и канатоходцы с дрессированными собаками. Оттуда стали выпархивать нежные создания, сотрясать декольте, сверкать ножками и обещать экзотические танцы всего лишь за три медяка.
Нет, шатер эти дивные создания установили. Точнее его установили здоровенные, страшные на морды мужики, которые постом замерли у входа, чтобы никто бесплатно не прошел. Но вот спокойствия это цирк не принес. Мало того, что в крепость сбежались женщины с окрестных сел, уверенные, что их мужья в том шатре, а молодые девицы пытались еще и таскать экзотических танцовщиц за волосы, в уверенности, что это поможет отвадить от тех девиц женихов. Так еще и студентусы туда повадились, опять забросив задания и помощь населению. И что странно, не только парни. Девушкам тоже оказалось любопытно. А одна вообще заявила, что такие танцы могут пригодиться в будущем замужестве.
Роан, выслушав жалобы Олава на дочь, которая тоже сочла необходимым побывать в шатре и вынести оттуда какие-то нужные всем девушкам знания, махнул рукой, пообещал уйти в лес, вырыть там землянку и впасть в спячку. Потому что чувствовал, что иначе его в покое не оставят. А воевать с девицами нетяжелого поведения, которые за дополнительную плату не только танцевали, он не собирался. И плевать ему было на то, что никогда раньше подобные девицы в крепости не появлялись. И на неясные подозрения Олава было плевать.
Роану просто хотелось покоя.
Впрочем, как потом оказалось, подозрения вовсе не были беспочвенны.
Прода от 06.07.2019, 16:32
Глава 17
О ловушках, пользе слежки и неумении сопоставлять одно с другим.
Третий день ярмарки начался с грандиозного циркового номера в исполнении Хэнэ. Он наконец поднял свой шар, а потом с нечеловеческой ловкостью забрался на него по веревкам, немного там попрыгал, походил туда-сюда и что-то долго высматривал.
Порадовав зрителей этим номером, кикх-хэй спустился, покопался немного в своих многочисленных сумках и стал изображать шамана, раскладывая вокруг тени от шара какие-то амулеты, втыкая в землю крохотные флюгера и флажки на высоких палках, чертя загадочные знаки сначала прямо в пыли, а потом, отчаянно взмахнув руками и куда-то сбегав, на большом куске белого полотна. Присутствующие на представлении женщины даже заспорили о том, скатерть это или все-таки простыня.
Закончив с этой странной подготовкой, кикх-хэй позвал парней посильнее из воинов-учеников и погранцов и при их помощи спустил шар настолько низко, что смог привязать к нему снизу большую плетеную корзину, а еще одну закрепил на конце овала, который тут же обозвал задней частью, и к ней каким-то хитрым способом прицепил винт, явно снятый с летающей машины кикх-хэй. И это все, к восторгу зрителей, оказалось всего лишь второй частью подготовки. Потому что потом, Хэнэ забрался в висящую снизу корзину и велел отвязать веревки. А после этого куда-то полетел, подгоняемый ветром.
Приехавшие на ярмарку селяне и купцы смотрели на это дело кто восторженно, кто с большим сомнением в уме кикх-хэй. Погранцы же наблюдали за полетом большей частью озабочено, подозревая, что именно им придется потом ненормального нелюдя искать. И хорошо, если его занесет не на сторону тьмы. Там его уже вряд ли отыщешь.
Ко всеобщему восторгу, шар немного полетал гонимый ветром, потом маленькая фигурка в корзине что-то сделала и он стал поворачивать вправо, постепенно выписал в небе полукруг и полетел обратно к крепости.
— Интересно, приземляться он как собирается? — задумчиво спросил Олав, наблюдавший за этими маневрами с воза груженного корзинами с ранними яблоками.
Собственно взлетевший шар там его и застал. Олав как раз примерялся к яблокам, думая купить или ну их, а тут такая чудасия. Вот он теперь и стоял вместе с хозяином воза на облучке, наблюдая за летающей штуковиной.
Как оказалось, спуск у Хэнэ был продуман заранее. И был он прост и незатейлив — кикх-хэй стал попросту выпускать из шара особо легкий газ и, когда долетел до ярмарки уже почти чиркал по земле днищем корзины.
— Вот ему зачем столько тех бочек, — неожиданно разгадал одну из занимавших его загадок Олав. — Похоже, он еще не раз собирается здесь летать.
Стоявший рядом хозяин яблок жизнерадостно закивал, хотя наверняка понятия не имел о каких бочках идет речь. Скорее размышлял о том, как будет рассказывать об этом бесплатном цирке приятелям. А те будут сначала не верить, потом удивляться, а потом сожалеть, что не отправились на ярмарку вместе с ним. Когда еще увидишь нелюдя в корзине привязанной к большому летающему огурцу? А то, как нелюдь по этому огурцу бегал. И как повернул прямо в небе.
Чудеса же.
Приятели точно завидовать будут. А потом расскажут эту историю еще кому-то, знатно ее приукрасив. И окажется, что кикх-хэй свой шар сотворил из шкуры дракона, и взлетал с помощью страшно-опасного артефакта.
В общем, Тамьянке грозило в ближайшем будущем стать очень популярным местом. А кикх-хэй не менее популярным народом.
Прекрасные девы с их экзотическими танцами нравились всем, кроме Фламмы. Девушка даже понимала почему. Вон Малак, Льен и даже Яс не ходили после просмотра танцев с этими девами под ручку, не покупали им конфеты и засахаренные фрукты в коробочках и не пропадали с ними непонятно где. А Янир всем этим занимался.
— У него вообще слабость к веселым девочкам, — сказала Джульетта, проследив взглядом за тем, как Янир сопровождает очередную прекрасную, громко обещая купить ей самую красивую шляпку.
Фламма посмотрела на подругу удивленно. И Джульетта, вздохнув, объяснила:
— Он, когда учился в школе, все время с девочками из ближайшего веселого дома по городу бродил. А иногда с женщинами гораздо вульгарнее и, видимо, дешевле. То ли вкусы у него такие, то ли… хм…
Фламма только кивнула и задумалась о вечном. По ее мнению прекрасные принцы так вести себя не должны. Они должны быть благородны и если и гулять по городу с девушками, то только с теми, кого любят, ну или думают, что любят, пока не встретят истинную любовь.
Впрочем, Янир и без того не сильно соответствовал образу этого самого принца, если подумать. И к отцу он наверняка не вернется, потому что оборотни ему милее престола княжества. Это Фламма уже тоже понимала.
— Но он такой красивый, — печально сказала девушка и тоже побрела к шляпкам.
Выбирала шляпку танцовщица долго и шумно, словно это было очередное представление для привлечения зрителей. А ветер все норовил задрать ей юбку повыше, оголяя ноги, трепал локоны, наверняка фальшивые, накрученные на щипцы. А мужчины все собирались и собирались, чтобы посмотреть на эту примерку шляпок.
— Дураки, — пробормотала Фламма и, купив себе чашку из красной глины с красиво нарисованным оленем, гордо ушла, решив больше на Янира даже не смотреть. По крайней мере пока эти экзотические танцовщицы не уедут.
Судьба разбрасывающая камни, о которой Фламма даже не подозревала, потому что никогда не интересовалась во что верят кикх-хэй, загадочно улыбнулась и швырнула к ее ногам горсть гальки. И Фламма, вместо того, чтобы пойти к подругам, споткнулась и неожиданно для себя решила еще погулять. И гуляла довольно долго, старательно мечтая и грустя о несовершенной мужской природе. А потом дошла до стены Тамьянки, постояла немного возле сирени и услышала как недалеко кто-то хихикает. И зачем-то пошла смотреть кто.
Подкравшись к строению, похожему на сарайчик для садовых инструментов, Фламма выглянула из-за угла и обнаружила, что хихикает очередная танцовщица, обнимавшая Янира, заглядывая ему в глаза. А в это же время другая танцовщица что-то шустро сыпала в медную кружку, стоявшую справа за спиной парня.
Фламма удивилась, похлопала глазами, но так и не поняла, что происходит, пока эту кружку не взял в руки Янир.
Точнее, она и после этого не сильно поняла, решив, что в кружке приворотное зелье и даже успев позлорадствовать, представив, как Янир, сраженный фальшивой любовью будет увиваться вокруг девицы. И то, как спасет его от этого ненастоящего чувства, Фламма тоже представила. В книгах влюбленные девы часто это делали, находя рецепты спасения в старинных фолиантах, а то и выпытывая их у знахарок. И тогда Янир точно бы полюбил Фламму, просто из благодарности.
Девушка замерла, сморщила носик и задумалась о том, а бывает ли настоящая любовь просто из благодарности.
А Янир, вместо того чтобы резко воспылать к коварной танцовщице чувствами, пошатнулся, закатил глаза и упал лицом в траву. Фламма на это даже отреагировать не успела, вытаращилась с ужасом, сразу решив, что оборотня убили.
— Точно не проснется? — спросила тем временем коварная танцовщица.
— Точно. Теперь главное его связать покрепче, а то мало ли. И успеть донести, — сказала вторая.
— Успеем, — легкомысленно отозвалась первая.
А Фламма развернулась и побежала искать помощь, решив, что ее надо найти до того, как Янира свяжут и унесут.
На связывание ведь время нужно, правильно?
Вот и надо за это время кого-то найти и привести сюда. Потому что роя искорок танцовщицы могут и не испугаться, даже если им волосы подпалить. А что-то посильнее у Фламмы получалось редко.
Как тут отбивать мужчину мечты без чужой помощи?
Яс выгуливал кота.
Вот когда у человека куча дел, а делать эту кучу совсем не хочется, он начинает искать что-то, чем можно себя занять, чтобы отложить все дела разом. И Яс в этом виде спорта был настоящим мастером, хотя даже не подозревал об этом.
Идея выгулять Рыжего ему пришла в голову, когда окончательно надоело описывать очередной, особо ценный, местный сорняк.
Кот за попытками что-то там описать наблюдал с подоконника, нагло вылизывая пузо, и гулять явно не собирался. Несмотря на то, что пузо несколько округлилось, да и весь кот потяжелел.
