Они сейчас ждут возвращения учителя с новыми братьями, которых наверняка изловят погранцы и дознаватели, и верят, что вот-вот начнутся эксперименты по изменению их дара. И доказать им, что не начнутся, будет невозможно. Скорее, саму Елли заподозрят в предательстве, в том, что она хочет получить побольше силы, в том, что она изначально пришла, чтобы помешать. Да мало ли в чем еще?
В общем, помощь следовало искать где-то в другом месте.
И вот тогда Елли вспомнила, куда и к кому направлялся пропавший Овир, и решила слетать туда же. Ее, конечно, поймают. Наверняка накажут. Но отомстить хотелось очень сильно.
А еще хотелось быть поближе к балбесу Овиру. Но в этом Елли не созналась бы даже самой себе.
Пичуга, как истинная женщина, ворвавшись в комнату и превратившись человека, первым делом поправила одежду и пригладила волосы. Вторым делом она посмотрела на мрачных дядек, смотревших на нее молча, но с непонятным интересом, немного подумала и стала всхлипывать. Не забывая перемежать всхлипы невнятным бормотанием о том, что они никого не хотят спасать, всех обманули и предали, что учитель оказался гадом, а его друг еще больший гад и что ей теперь жить не хочется.
Трое мужчин внимательно слушали и все больше мрачнели. Думали они при этом каждый о своем.
Олав в душе радовался, что его Ольда никогда не была плаксой и обидчиков предпочитала бить кулаком в нос. А то он бы, овдовев, наверняка сошел с ума.
Маг крепости наивно пытался вычленить из бормотания что-то способное прояснить ситуацию, но все больше запутывался.
А Роан думал о том, что это видимо судьба у него такая — утешать плачущих девчонок-недолеток. И объяснять им прописные истины. Иначе непонятно почему они вечно попадаются у него на пути.
Поплакав, немного успокоившись, представившись и попив водички девушка наконец смогла рассказать в чем дело. О том, как случайно подслушала разговор не шибко трезвых учителя и его друга рассказала. И о том, как после этого стала их подслушивать целенаправленно. О том, что узнала и о своих выводах.
— Дела, — только и смог сказать Олав. — Значит, приятель вашего учителя умеет заклинать животных, и собирался загнать в портал медведей и прочую крупную живность, чтобы смогли выйти люди?
— На самом деле не собирался, на самом деле он кому-то письмо отправил, что учитель умеет разворачивать порталы и скоро оттуда оборотни полезут. Дикие. А на самом деле он помогал отправлять туда людей, чтобы побольше набрать тумана, с которым он экспериментировал. Туман всегда появляется взамен чего-то туда попавшего. Поэтому учитель решил, что если попадет чего-то очень много, то можно людей вывести. А он о своей стае мечтал и в нас разочаровался. Оказывается, с нашим даром ничего нельзя сделать. Но он нам не сказал, мы для него мусор.
Высказавшись, девушка подумала и опять заплакала.
Роан тяжко вздохнул и начал утешать, а маг крепости охлопывать карманы в поисках успокоительного. Оба понимали, что если пичуга продолжит плакать, разговор может затянуться до вечера. И угрозами тут не поможешь. Напуганная она вообще откажется что-либо рассказывать.
Успокоительное так и не было найдено, и за ним послали маячившего за окном погранца. Девушку опять напоили водичкой, пообещали защиту, поклялись, что с Овиром все в порядке и стали расспрашивать дальше.
Елли рассказала о грибах и пчелах. Мужчины даже сразу догадались, что оно такое, в отличие от девушки, но так и не смогли придумать, зачем туда добавлять еще и наловленный в магические ловушки зеленый туман. Поэтому следующего несчастного, которому не повезло оказаться вблизи от окна, отправили искать Оршара, который вроде о чем-то договаривался с Хэнэ, но где они это делали, Роан не знал.
Вместо Оршара сначала прибежали трое запыхавшихся дознавателей, расспросили Олава, не рискнув трогать заплаканную девчонку, и куда-то умчались, сообщив, что спасательную операцию придется отложить, а то мало ли что из портала полезет. И пообещав не подпускать туда ни медведей, ни лошадей, ни даже белок на всякий случай.
Потом, вместо Оршара, появился гонец со срочным письмом. Олав его осмотрел, открыл и стал читать, почему-то все больше веселея.
— Ты смотри, — сказал ворчливо. — Действительно написал про толпу оборотней, которые наверняка сошли с ума и скоро полезут из портала. Только утверждает, что раскаялся, но сам не пришел, чтобы повиниться, потому что нашего ворона боится и его страшнющих учеников.
Все присутствующие посмотрели на «страшнющую ученицу» и переглянулись. Ученица была вполне себе симпатичная, даже в заплаканном виде.
После гонца явился второй маг крепости с успокоительным, которым наконец напоили пичугу, уверив ее, что это не яд, что ее, похоже, даже немного расстроило.
Потом опять появился дознаватель, один из убежавшей троицы, и принес с собой амулет, способный опознать ложь. После чего Елли пришлось повторять рассказ, что ее уже не сильно волновало — успокоительное оказалось сильным и явно рассчитанным на здоровенных мужиков, а не на мелких хрупких девчонок. Рассказ Елли получился длинным, подробным и полным жутковато-спокойных обещаний лично поймать учителя, его приятеля и укоротить их на головы отцовским мечом. И закончился этот рассказ просьбой дать ей бумагу и пишущую палочку, потому что меч хранится в семейной сокровищнице, и достать его оттуда может только папа.
— Странно, — сказал Роан, которого повторение истории успело утомить. — А почему этот папа не беспокоится, что его дочь пропала? Если бы мои дети пропали, об этом бы уже все королевство знало, честное слово. А тут тишина, ни единой жалобы или просьбы поискать от оборотней.
— А мы не пропадали, — мрачно сказала Елли. — Мы учимся во Второй Северной Школе Магии и Искусств. А сейчас мы на практике.
— Так… — задумчиво протянул дознаватель. — Наш ворон учитель?
— Ага, — легко признала Елли. — Раньше он в какой-то другой школе учил, она была похуже нашей. А потом смог перевестись к нам. Два года назад.
— Спорим, я знаю в какой школе он раньше преподавал? — мрачно сказа Роан.
— У вас там, похоже, что не учитель, то уникум, — поддержал его Олав, которому дочка успела написать в письме о мерзком аспиранте, бывшем учителе хорошего Роана.
— Да, обыкновенные. Просто, видимо, уникумы стараются оттуда сбежать, — сказал бывший ученик и тяжело вздохнул.
— Практиканты, — проворчал маг крепости.
Оршар же появился тогда, когда Елли из-за действия успокоительного начала дремать, дознаватель почти дописал письмо начальству, а Роан с Олавом и магами обсудить недостатки некоторых учителей, попадавшихся им на жизненном пути. И узнав, зачем его оторвали от интереснейшего разговора с кикх-хэй, пчелов всплеснул руками и без каких-либо сомнений заявил, что кто-то, похоже, решил приручить Границу. А следовательно, заполучить и всю накопленную ею энергию. Ну и всяких сонных змей, и прочую странную живность, в качестве дополнения к подарку.
— Так, — мрачно сказал Олав, а дознаватель достал следующий лист бумаги, сразу поняв, что еще не все написал начальству. — Как он собирается ее приручать?
— Так с помощью личинок, — догадался Роан.
— Да, — подтвердил Оршар.
— Все рано не понимаю, — упрямо сказал Олав. — А ваших личинок он как приручать будет?
— Не знаю, — честно ответил пчелов.
— И тумана он зачем-то наловил, — вспомнил один из магов крепости. — Изменяющего. Вдруг он научился как-то этими изменениями управлять?
— Хм, — только и смог сказать Олав, а пчелов напомнил:
— Туман на нас не влияет, мы потому хотели там жить. Разве что… разве что может ускорить развитие и взросление.
— Ага, — азартно сказал Роан и посмотрел на задремавшую Елли. — И тут возникает вопрос: а вашим детям столь же легко задурить головы, при желании, как нашим, или нет?
Оршар задумчиво пожужжал, а потом совершенно по-человечески пожал плечами и признался, что понятия не имеет. Потому что никто и никогда не пробовал.
С другой стороны, если хороший человек, который помог, скажет, что так и надо, что кто-то плохой ему угрожает, а они не будут знать других людей, то, вероятно, ему поверят и помогут. И память предков здесь не подскажет ничего, обычно пчеловы сотрудничали с людьми, которые не желали зла ни им, ни другим людям.
— В общем, еще проще, чем нашим, — сделал вывод Роан.
А дознаватель застрочил следующее письмо, пробормотав, что в первую очередь придется искать грибную поляну с личинками, иначе никак.
О найденных в лесу светляках Фламма умудрилась позабыть.
Сначала, ей пришлось выслушивать персональную лекцию от Роана и долго обещать, что больше никогда так глупо не поступит, и доказывать, что все поняла. Потом, писать отчеты, радуясь, что хотя бы Малак помог и объяснил. Потом, разбираться с практическими заданиями, которых, как ей казалось, учителя надавали слишком много, и разумно писать для самой себя план, чтобы в процессе не запутаться.
А потом, в крепость еще и пророчица в лохмотьях прибрела. К ней сразу выстроилась очередь из селянок, а потом, присоединились некоторые практикантки, просто из любопытства. Пророчица, пророчила несколько странно, раскидывала на платке разноцветные камешки, долго их рассматривала и лишь потом начинала говорить. И Фламме она сказала, что ищет она не то, что ей нужно. И если вовремя не остановится, навлечет на себя кучу несчастий.
Об этом пророчестве Фламма думала до самого вечера.
Так и получилось, что о светляках она вспомнила только утром следующего дня. Да и то, если бы не кот, пытавшийся открыть лапой шкаф, могла и не вспомнить.
— Ой, светлячки! — заполошно воскликнула девушка, сообразив, зачем коту это нужно, огляделась, убеждаясь, что в комнате кроме Рыжего посторонних нет и отпихнув кота ногой в сторону, открыла дверцу.
Светляки были там, где она их и положила. Все так же светились. Некоторые ползали внутри колючих шаров, тихо при этом шебарша.
Фламма немного понаблюдала, посмотрела на кота и задумчиво спросила:
— Как думаешь, они голодные?
Кот в ответ мяукнул, но что он имел в виду, Фламма не поняла.
— Наверное голодные, — решила она, понаблюдав за светляками еще немного. — Интересно, что они едят?
Кот ответа на этот вопрос либо не знал, либо решил не отвечать, поэтому загадочно промолчал. Фламма вздохнула, закрыла шкаф и отправилась искать ответ за пределами комнаты.
В крепости происходило что-то странное. Бегали туда-сюда какие-то незнакомые, ни разу не встреченные до сих пор люди. Было излишне много погранцов, к которым Фламма попросту побоялась подходить, такой собранный и суровый у них был вид. Зато почти сразу нашлась Ольда.
Фламма к ней подкралась, немного понаблюдала, подумала и решила, что она вполне подходящий человек для задавания вопросов — выросла ведь в этой крепости, рядом с лесом, где нашлись светляки.
— Ольда, — голосом неупокоенного привидения позвала Фламма, бедная блондинка даже подпрыгнула. — Ольда, ты не знаешь, что едят светлячки?
Дочь погранца медленно обернулась и одарила Фламму таким взглядом, что она даже отступила на шаг.
— Не пугай так! — потребовала Ольда. — Таким тоном сообщают о чьей-то смерти.
— Я нечаянно, — прошептала Фламма и подошла к подруге поближе. — Так что они едят, ты не знаешь?
— А тебе зачем? — с подозрением спросила Ольда.
— Ну, в заданиях спрашивается, — не шибко уверенно сказала Фламма.
Ничего другого ей в голову не пришло, а рассказывать о том, что прячет в шкафу, почему-то не хотелось.
— О, — как-то даже сочувственно сказала Ольда. — Тут смотря девочки это или мальчики. Самки едят жуков, червяков, плотоядные они. А самцы или ничего вообще, потому что долго не живут, или пыльцу всякую, нектар. Мы это в начальной школе учили, у нас один учитель вообще очень жуками увлекался. Так что в этом я уверена.
— Благодарю! — просияла Фламма и, крутанувшись на каблуке, отправилась на поиски жуков-червяков к ближайшему кусту.
— Эй, червей лучше возле конюшни ищи, слева, они там точно есть, я для ловли рыбы всегда копала, — решила дать еще один совет Ольда.
Фламма опять поблагодарила и умчалась.
— Странная она, — пробормотала Ольда и задумалась о том, а дождевые червяки ли нужны? Но потом решила, что для начала и такие сойдут и пошла к лекарке, расспрашивать о осеннецветущих местных растениях, которые следовало найти, выкопать и как-то довезти до школы.
Это ей так преподаватель отомстил за нечаянно растоптанный в оранжерее цветок. Ольда в этом была уверена. Правда, как довезти, она уже придумала. Стазис растениям не мешает, а наоборот, помогает оберегать их в пути.
Фламма же благополучно выкопала несколько червей, выпросила на кухне немного меда, решив, что он вполне способен заменить нектар, и отправилась кормить питомцев.
И они, как ни странно, ели. Причем с одинаковым аппетитом что нарезанных на кусочки червей, что кусочки прошлогоднего меда.
— Ага, значит не издохнут, — сказала девушка и решила, что на сегодня уделила им достаточно внимания, а значит пора заняться своими делами.
А в лесу, тем временем, неприметный человек, с виду селянин, отправившийся поискать целенных травок на продажу или по какой-то другой надобности, неспешно шел то по тропинкам, то углубляясь в чащу. При этом, он умудрялся счастливо разминуться как с патрулями, так и с теми, кто начал поиски пчеловских личинок и подозрительных грибных полян. Еще и начинал время от времени монотонно бормотать, перемежая злорадные пожелания с чем-то похожим на лекции:
— Ищите-ищите, туда вы даже не подойдете. Я все-таки мастер отпугивающих плетений, в простонародье называемых отводом глаз. Устаревшая техника, да, бессмысленная для маскировки что тайников, что людей. О да, бесполезная, совсем бесполезная, идиоты. Ну да, человека, если будут искать, естественно найдут, хоть с помощью собак. Да, от современных защитных и проверочных амулетов так не спрячешься. Да и тайник найдут, просто потому, что довольно быстро поймут, куда не хочется смотреть. Да, идиоты, какие идиоты. А вы попробуйте понять, куда вам не хочется ни смотреть, ни идти в лесу. Да, попробуйте. Посмотрю я на вас. Пока не искали, вполне себе годилось, теперь придется носить с собой, да. Хорошо, что недолго.
Человек мрачно хихикнул, оглянулся с подозрением на куст, с которого с шумом слетела птица, и пошел дальше.
Отвод глаз он сплел качественный. Ни один человек туда просто не захочет пойти. И даже не заметит, что не пошел, постепенно сместившись в сторону.
Отличная же вещь на самом деле.
Человек усмехнулся, раздвинул ветви и шагнул на поляну. А потом так и замер, с перекошенной улыбкой на лице и непониманием во взгляде.
Того, зачем он пришел, на поляне больше не было. Грибы белели в полумраке, над ними вились какие-то насекомые, а лично сплетенные этим человеком клетки и их содержимое куда-то делось.
— Да не может быть, — сказал он растерянно. — Ни один же человек не мог подойти достаточно близко для того, чтобы вообще эту поляну заметить. Я же проверял.
Обойдя поляну по кругу, он убедился, что очень даже может. Он нашел следы, едва различимые, потому что вор шел по камням, лишь изредка ступая на смесь земли и прошлогодних листьев. А потом еще и дождь пошел, либо сам, либо призванный.
— Как же такое могло случиться? — растерянно спросил сам у себя человек.
В общем, помощь следовало искать где-то в другом месте.
И вот тогда Елли вспомнила, куда и к кому направлялся пропавший Овир, и решила слетать туда же. Ее, конечно, поймают. Наверняка накажут. Но отомстить хотелось очень сильно.
А еще хотелось быть поближе к балбесу Овиру. Но в этом Елли не созналась бы даже самой себе.
***
Пичуга, как истинная женщина, ворвавшись в комнату и превратившись человека, первым делом поправила одежду и пригладила волосы. Вторым делом она посмотрела на мрачных дядек, смотревших на нее молча, но с непонятным интересом, немного подумала и стала всхлипывать. Не забывая перемежать всхлипы невнятным бормотанием о том, что они никого не хотят спасать, всех обманули и предали, что учитель оказался гадом, а его друг еще больший гад и что ей теперь жить не хочется.
Трое мужчин внимательно слушали и все больше мрачнели. Думали они при этом каждый о своем.
Олав в душе радовался, что его Ольда никогда не была плаксой и обидчиков предпочитала бить кулаком в нос. А то он бы, овдовев, наверняка сошел с ума.
Маг крепости наивно пытался вычленить из бормотания что-то способное прояснить ситуацию, но все больше запутывался.
А Роан думал о том, что это видимо судьба у него такая — утешать плачущих девчонок-недолеток. И объяснять им прописные истины. Иначе непонятно почему они вечно попадаются у него на пути.
Поплакав, немного успокоившись, представившись и попив водички девушка наконец смогла рассказать в чем дело. О том, как случайно подслушала разговор не шибко трезвых учителя и его друга рассказала. И о том, как после этого стала их подслушивать целенаправленно. О том, что узнала и о своих выводах.
— Дела, — только и смог сказать Олав. — Значит, приятель вашего учителя умеет заклинать животных, и собирался загнать в портал медведей и прочую крупную живность, чтобы смогли выйти люди?
— На самом деле не собирался, на самом деле он кому-то письмо отправил, что учитель умеет разворачивать порталы и скоро оттуда оборотни полезут. Дикие. А на самом деле он помогал отправлять туда людей, чтобы побольше набрать тумана, с которым он экспериментировал. Туман всегда появляется взамен чего-то туда попавшего. Поэтому учитель решил, что если попадет чего-то очень много, то можно людей вывести. А он о своей стае мечтал и в нас разочаровался. Оказывается, с нашим даром ничего нельзя сделать. Но он нам не сказал, мы для него мусор.
Высказавшись, девушка подумала и опять заплакала.
Роан тяжко вздохнул и начал утешать, а маг крепости охлопывать карманы в поисках успокоительного. Оба понимали, что если пичуга продолжит плакать, разговор может затянуться до вечера. И угрозами тут не поможешь. Напуганная она вообще откажется что-либо рассказывать.
Успокоительное так и не было найдено, и за ним послали маячившего за окном погранца. Девушку опять напоили водичкой, пообещали защиту, поклялись, что с Овиром все в порядке и стали расспрашивать дальше.
Елли рассказала о грибах и пчелах. Мужчины даже сразу догадались, что оно такое, в отличие от девушки, но так и не смогли придумать, зачем туда добавлять еще и наловленный в магические ловушки зеленый туман. Поэтому следующего несчастного, которому не повезло оказаться вблизи от окна, отправили искать Оршара, который вроде о чем-то договаривался с Хэнэ, но где они это делали, Роан не знал.
Вместо Оршара сначала прибежали трое запыхавшихся дознавателей, расспросили Олава, не рискнув трогать заплаканную девчонку, и куда-то умчались, сообщив, что спасательную операцию придется отложить, а то мало ли что из портала полезет. И пообещав не подпускать туда ни медведей, ни лошадей, ни даже белок на всякий случай.
Потом, вместо Оршара, появился гонец со срочным письмом. Олав его осмотрел, открыл и стал читать, почему-то все больше веселея.
— Ты смотри, — сказал ворчливо. — Действительно написал про толпу оборотней, которые наверняка сошли с ума и скоро полезут из портала. Только утверждает, что раскаялся, но сам не пришел, чтобы повиниться, потому что нашего ворона боится и его страшнющих учеников.
Все присутствующие посмотрели на «страшнющую ученицу» и переглянулись. Ученица была вполне себе симпатичная, даже в заплаканном виде.
После гонца явился второй маг крепости с успокоительным, которым наконец напоили пичугу, уверив ее, что это не яд, что ее, похоже, даже немного расстроило.
Потом опять появился дознаватель, один из убежавшей троицы, и принес с собой амулет, способный опознать ложь. После чего Елли пришлось повторять рассказ, что ее уже не сильно волновало — успокоительное оказалось сильным и явно рассчитанным на здоровенных мужиков, а не на мелких хрупких девчонок. Рассказ Елли получился длинным, подробным и полным жутковато-спокойных обещаний лично поймать учителя, его приятеля и укоротить их на головы отцовским мечом. И закончился этот рассказ просьбой дать ей бумагу и пишущую палочку, потому что меч хранится в семейной сокровищнице, и достать его оттуда может только папа.
— Странно, — сказал Роан, которого повторение истории успело утомить. — А почему этот папа не беспокоится, что его дочь пропала? Если бы мои дети пропали, об этом бы уже все королевство знало, честное слово. А тут тишина, ни единой жалобы или просьбы поискать от оборотней.
— А мы не пропадали, — мрачно сказала Елли. — Мы учимся во Второй Северной Школе Магии и Искусств. А сейчас мы на практике.
— Так… — задумчиво протянул дознаватель. — Наш ворон учитель?
— Ага, — легко признала Елли. — Раньше он в какой-то другой школе учил, она была похуже нашей. А потом смог перевестись к нам. Два года назад.
— Спорим, я знаю в какой школе он раньше преподавал? — мрачно сказа Роан.
— У вас там, похоже, что не учитель, то уникум, — поддержал его Олав, которому дочка успела написать в письме о мерзком аспиранте, бывшем учителе хорошего Роана.
— Да, обыкновенные. Просто, видимо, уникумы стараются оттуда сбежать, — сказал бывший ученик и тяжело вздохнул.
— Практиканты, — проворчал маг крепости.
Оршар же появился тогда, когда Елли из-за действия успокоительного начала дремать, дознаватель почти дописал письмо начальству, а Роан с Олавом и магами обсудить недостатки некоторых учителей, попадавшихся им на жизненном пути. И узнав, зачем его оторвали от интереснейшего разговора с кикх-хэй, пчелов всплеснул руками и без каких-либо сомнений заявил, что кто-то, похоже, решил приручить Границу. А следовательно, заполучить и всю накопленную ею энергию. Ну и всяких сонных змей, и прочую странную живность, в качестве дополнения к подарку.
— Так, — мрачно сказал Олав, а дознаватель достал следующий лист бумаги, сразу поняв, что еще не все написал начальству. — Как он собирается ее приручать?
— Так с помощью личинок, — догадался Роан.
— Да, — подтвердил Оршар.
— Все рано не понимаю, — упрямо сказал Олав. — А ваших личинок он как приручать будет?
— Не знаю, — честно ответил пчелов.
— И тумана он зачем-то наловил, — вспомнил один из магов крепости. — Изменяющего. Вдруг он научился как-то этими изменениями управлять?
— Хм, — только и смог сказать Олав, а пчелов напомнил:
— Туман на нас не влияет, мы потому хотели там жить. Разве что… разве что может ускорить развитие и взросление.
— Ага, — азартно сказал Роан и посмотрел на задремавшую Елли. — И тут возникает вопрос: а вашим детям столь же легко задурить головы, при желании, как нашим, или нет?
Оршар задумчиво пожужжал, а потом совершенно по-человечески пожал плечами и признался, что понятия не имеет. Потому что никто и никогда не пробовал.
С другой стороны, если хороший человек, который помог, скажет, что так и надо, что кто-то плохой ему угрожает, а они не будут знать других людей, то, вероятно, ему поверят и помогут. И память предков здесь не подскажет ничего, обычно пчеловы сотрудничали с людьми, которые не желали зла ни им, ни другим людям.
— В общем, еще проще, чем нашим, — сделал вывод Роан.
А дознаватель застрочил следующее письмо, пробормотав, что в первую очередь придется искать грибную поляну с личинками, иначе никак.
О найденных в лесу светляках Фламма умудрилась позабыть.
Сначала, ей пришлось выслушивать персональную лекцию от Роана и долго обещать, что больше никогда так глупо не поступит, и доказывать, что все поняла. Потом, писать отчеты, радуясь, что хотя бы Малак помог и объяснил. Потом, разбираться с практическими заданиями, которых, как ей казалось, учителя надавали слишком много, и разумно писать для самой себя план, чтобы в процессе не запутаться.
А потом, в крепость еще и пророчица в лохмотьях прибрела. К ней сразу выстроилась очередь из селянок, а потом, присоединились некоторые практикантки, просто из любопытства. Пророчица, пророчила несколько странно, раскидывала на платке разноцветные камешки, долго их рассматривала и лишь потом начинала говорить. И Фламме она сказала, что ищет она не то, что ей нужно. И если вовремя не остановится, навлечет на себя кучу несчастий.
Об этом пророчестве Фламма думала до самого вечера.
Так и получилось, что о светляках она вспомнила только утром следующего дня. Да и то, если бы не кот, пытавшийся открыть лапой шкаф, могла и не вспомнить.
— Ой, светлячки! — заполошно воскликнула девушка, сообразив, зачем коту это нужно, огляделась, убеждаясь, что в комнате кроме Рыжего посторонних нет и отпихнув кота ногой в сторону, открыла дверцу.
Светляки были там, где она их и положила. Все так же светились. Некоторые ползали внутри колючих шаров, тихо при этом шебарша.
Фламма немного понаблюдала, посмотрела на кота и задумчиво спросила:
— Как думаешь, они голодные?
Кот в ответ мяукнул, но что он имел в виду, Фламма не поняла.
— Наверное голодные, — решила она, понаблюдав за светляками еще немного. — Интересно, что они едят?
Кот ответа на этот вопрос либо не знал, либо решил не отвечать, поэтому загадочно промолчал. Фламма вздохнула, закрыла шкаф и отправилась искать ответ за пределами комнаты.
В крепости происходило что-то странное. Бегали туда-сюда какие-то незнакомые, ни разу не встреченные до сих пор люди. Было излишне много погранцов, к которым Фламма попросту побоялась подходить, такой собранный и суровый у них был вид. Зато почти сразу нашлась Ольда.
Фламма к ней подкралась, немного понаблюдала, подумала и решила, что она вполне подходящий человек для задавания вопросов — выросла ведь в этой крепости, рядом с лесом, где нашлись светляки.
— Ольда, — голосом неупокоенного привидения позвала Фламма, бедная блондинка даже подпрыгнула. — Ольда, ты не знаешь, что едят светлячки?
Дочь погранца медленно обернулась и одарила Фламму таким взглядом, что она даже отступила на шаг.
— Не пугай так! — потребовала Ольда. — Таким тоном сообщают о чьей-то смерти.
— Я нечаянно, — прошептала Фламма и подошла к подруге поближе. — Так что они едят, ты не знаешь?
— А тебе зачем? — с подозрением спросила Ольда.
— Ну, в заданиях спрашивается, — не шибко уверенно сказала Фламма.
Ничего другого ей в голову не пришло, а рассказывать о том, что прячет в шкафу, почему-то не хотелось.
— О, — как-то даже сочувственно сказала Ольда. — Тут смотря девочки это или мальчики. Самки едят жуков, червяков, плотоядные они. А самцы или ничего вообще, потому что долго не живут, или пыльцу всякую, нектар. Мы это в начальной школе учили, у нас один учитель вообще очень жуками увлекался. Так что в этом я уверена.
— Благодарю! — просияла Фламма и, крутанувшись на каблуке, отправилась на поиски жуков-червяков к ближайшему кусту.
— Эй, червей лучше возле конюшни ищи, слева, они там точно есть, я для ловли рыбы всегда копала, — решила дать еще один совет Ольда.
Фламма опять поблагодарила и умчалась.
— Странная она, — пробормотала Ольда и задумалась о том, а дождевые червяки ли нужны? Но потом решила, что для начала и такие сойдут и пошла к лекарке, расспрашивать о осеннецветущих местных растениях, которые следовало найти, выкопать и как-то довезти до школы.
Это ей так преподаватель отомстил за нечаянно растоптанный в оранжерее цветок. Ольда в этом была уверена. Правда, как довезти, она уже придумала. Стазис растениям не мешает, а наоборот, помогает оберегать их в пути.
Фламма же благополучно выкопала несколько червей, выпросила на кухне немного меда, решив, что он вполне способен заменить нектар, и отправилась кормить питомцев.
И они, как ни странно, ели. Причем с одинаковым аппетитом что нарезанных на кусочки червей, что кусочки прошлогоднего меда.
— Ага, значит не издохнут, — сказала девушка и решила, что на сегодня уделила им достаточно внимания, а значит пора заняться своими делами.
А в лесу, тем временем, неприметный человек, с виду селянин, отправившийся поискать целенных травок на продажу или по какой-то другой надобности, неспешно шел то по тропинкам, то углубляясь в чащу. При этом, он умудрялся счастливо разминуться как с патрулями, так и с теми, кто начал поиски пчеловских личинок и подозрительных грибных полян. Еще и начинал время от времени монотонно бормотать, перемежая злорадные пожелания с чем-то похожим на лекции:
— Ищите-ищите, туда вы даже не подойдете. Я все-таки мастер отпугивающих плетений, в простонародье называемых отводом глаз. Устаревшая техника, да, бессмысленная для маскировки что тайников, что людей. О да, бесполезная, совсем бесполезная, идиоты. Ну да, человека, если будут искать, естественно найдут, хоть с помощью собак. Да, от современных защитных и проверочных амулетов так не спрячешься. Да и тайник найдут, просто потому, что довольно быстро поймут, куда не хочется смотреть. Да, идиоты, какие идиоты. А вы попробуйте понять, куда вам не хочется ни смотреть, ни идти в лесу. Да, попробуйте. Посмотрю я на вас. Пока не искали, вполне себе годилось, теперь придется носить с собой, да. Хорошо, что недолго.
Человек мрачно хихикнул, оглянулся с подозрением на куст, с которого с шумом слетела птица, и пошел дальше.
Отвод глаз он сплел качественный. Ни один человек туда просто не захочет пойти. И даже не заметит, что не пошел, постепенно сместившись в сторону.
Отличная же вещь на самом деле.
Человек усмехнулся, раздвинул ветви и шагнул на поляну. А потом так и замер, с перекошенной улыбкой на лице и непониманием во взгляде.
Того, зачем он пришел, на поляне больше не было. Грибы белели в полумраке, над ними вились какие-то насекомые, а лично сплетенные этим человеком клетки и их содержимое куда-то делось.
— Да не может быть, — сказал он растерянно. — Ни один же человек не мог подойти достаточно близко для того, чтобы вообще эту поляну заметить. Я же проверял.
Обойдя поляну по кругу, он убедился, что очень даже может. Он нашел следы, едва различимые, потому что вор шел по камням, лишь изредка ступая на смесь земли и прошлогодних листьев. А потом еще и дождь пошел, либо сам, либо призванный.
— Как же такое могло случиться? — растерянно спросил сам у себя человек.
