— Да, тетя Анжина. Можно выходить, — и сама подала пример.
С заднего сиденья выбирались близняшки, которых укачало, потом практически вывалился дядюшка, он, выходя, сразу захватил из салона почти все вещи.
— Мия, куда все нести?
— Вот наш дом. Пойдемте, я сейчас отопру.
Люди, сидящие на ступенях, их уже даже снежком припорошило, поднялись при нашем появлении. Я узнала лопоухого дядюшку Люриуса.
— Вы что тут делаете? Почему тут сидите? — удивилась я. — Кэсс же должен быть дома!
У всех были белые носы и щеки. Бедолаги, совсем замерзли. У этих родственников с вещами оказалось не густо: маленький чемоданчик на колесиках, да пара рюкзачков у мальчишек.
— Нет, дома никого нет, — покачал головой дядюшка Люриус.
— Пропустите скорее! Я отопру дверь! Вы совсем замерзли!
— Мы звонили! — жаловалась тетушка Эсмильда, фигуристая шатенка с немного простоватым, но довольно симпатичным округлым лицом, усыпанным веснушками. Обычно ее круглые щечки светились румянцем, но сейчас были бледны от холода. — Мы стучали! Мы же предупреждали, что приедем! Почему вы нас не ждали?
Я пыталась протиснуться с вещами своих родственников мимо родственников мужа, но они напирали, не давая дороги, будто не хотели попасть в тепло.
— Да! Мы ждали! Кэсс оставался дома, а я отправилась встречать своих родственников.
— Как это ваших родственников?! — возмутился дядюшка Люриус. — Как мы все поместимся?! Мы же предупреждали, что прибудем в гости! — повторил он в очередной раз.
— Как-то придется, — очередная попытка прорваться ко входу провалилась.
— Милейший! — подала из-за моего плеча голос тетушка Анжина. — А почему это вы можете приехать к моей племяннице, а мы нет?!
— Мы заранее договорились с МОИМ племянником, — дядюшка Люриус был довольно высокого роста, да еще стоял на несколько ступенек выше тетушки Анжины, так что навис над ней. — И надо как-то поинтересоваться было, не помешаете ли вы своим приездом!
— Я! — ахнула тетушка. — Я помешаю?! Да я любимая тетушка Миечки! Как я могу ей помешать?!
Тут заговорили все разом, доказывая друг другу, кто должен был приехать. И тут входная дверь открылась, и на пороге появился Кэсс.
— А что тут происходит? — вид у мужа был слегка помятый, будто со сна, но все равно, он был хорош, так что я даже сейчас невольно залюбовалась. — Почему вы стоите на улице и не заходите?
— Заходим-заходим. Давайте, гости дорогие. Милости прошу в дом.
Скандал сам собой утих, но почти тут же возобновился, когда одновременно пытающиеся войти родственники застряли в дверях. Хорошо, что дети проявили вежливость и сначала решили пропустить взрослых, а то бы их затоптали. Тетушка Анжина продолжала ругаться с дядюшкой Люриусом. Они никак не желали уступать друг другу, сзади на них напирали тетушка Эсмильда и дядюшка Пантей с вещами, рвущиеся к теплу и аппетитным запахам еды. Под этим напором более худосочные родственники все же пропихнулись внутрь, но на ногах не удержались, образовав кучу малу. Мне сразу вспомнились вчерашние грабители. Один из мальчишек тихо хихикнул.
Кэсс, придя в себя от шока, начал помогать подняться сначала дамам, потом мужчинам, оттащил вещи с совершенно расплющенного дядюшки Люриуса. Тогда и мы смогли войти.
Я, как хозяйка дома, сразу начала командовать, велев детям раздеваться, мыть руки и проходить на кухню, сейчас будем пить горячий чай, а потом обедать. Но мою инициативу почти сразу перехватила тетушка Анжина.
— Надо же разгрузить машину!
— Подождите, успеем, — попыталась возражать я. — Сейчас согреемся, покушаем и все сделаем.
— Там же все замерзнет!
— В машине тепло. Да и на улице не такой сильный мороз. Не успеет.
— Консервация после заморозки потеряет весь вкус! Так, мужчины! Срочно одевайтесь обратно и идите за вещами!
Мужчины замерли. Идти никому не хотелось, но я протянула Кэссу ключи от машины. И они пошли разгружать. Я же провела тетушек и детей по первому этажу, показав гостиную, ванную комнату и кухню.
Тетушка Анжина недовольно поджимала губы, оглядывая дом и обстановку.
— Мия, вам срочно нужно делать ремонт! — выдала она свой вердикт, наконец. — Ты отвратительная хозяйка! Нельзя жить в таком бардаке! Обои нужно менять, потолки белить, полы перестилать. А мебель! Срочно купите новую мебель!
Тетушка Эсмильда внимала тетушке Анжине и согласно кивала.
— Тетя Анжина, но мы ведь совсем недавно въехали, только недавно внесли последний платеж за дом.
— И сразу должны были начать делать ремонт!
Да, серьезный ремонт мы не делали, так, довели кое-что по мелочи до ума, да все в порядок привели, на что-то более капитальное не было ни денег, ни времени, ни сил. Чтобы поскорее закрыть платежи, мы с Кэссом пахали как проклятые.
Старая мебель была не современной, местами потертой, но качественной и прочной, мне она нравилась, создавала некий колорит семидесятых годов прошлого века, тогда в моде были такие мягкие формы с закругленными углами без излишних украшательств.
— Да, конечно. — Я решила не заострять внимания на этом моменте, хотя так и хотелось сказать тетушке что-нибудь резкое. — Пройдемте на кухню, давайте накроем на стол, пока мужчины перетаскивают вещи.
Столовой у нас в доме не было, зато была просторная кухня, мы с Кэссом ели там, но все гости за небольшим кухонным столом не поместились бы, так что накрывать стали в гостиной. Кэсс еще вчера разложил стол книжку, придвинул к нему второй прямоугольный стол, я накрыла их специально купленной скатертью. Смотрелось очень неплохо, этакий длинный обеденный стол, как в благородных домах.
Я разложила дополнительные круглые салфетки, тетушка Анжина расставляла на них тарелки, девочки под ее командованием раскладывали столовые приборы. Хорошо, что нам на свадьбу подарили большой сервиз, тарелок на всех хватит. Тетушка Эсмильда тоже суетилась вокруг, что-то поправляя и переставляя. Тетушка Анжина потом шла переставляла и поправляла уже за ней. Мальчишки притихли на диване. Я хотела идти ставить разогревать суп и рагу, как дверь открылась и появились мужчины. У Кэсса было какое-то странное, перекошенное лицо, дядюшка Пантей пучил глаза и выглядел сильно испуганным, а вот дядюшка Люриус был весь измазан в какой-то гадости.
Увидев мужчин, тетушка Анжина ахнула.
— Моя лучшая овощная икра! — сразу опознала она гадость. — Что случилось?! Зачем вы размазали ее по себе?!
Бледный дядюшка Люриус с яростью посмотрел на мою родственницу, ноздри у него раздувались, как у породистого скакуна.
— Я?! Я размазал?! Зачем вы притащили с собой еду в стеклотаре?! Это же просто-напросто опасно! Могла пострадать не только одежда, но и я!
— Вы что?! Разбили мои банки?! — с ужасом догадалась тетушка Анжина.
Дядюшка Люриус ей не ответил, гордо отвернувшись и задрав нос. К нему тут же подскочила тетушка Эсмильда, оглядывая масштаб катастрофы с верхней одеждой.
— Милый, пойдем! Тебе надо переодеться! — и она, прихватив мужа и чемодан, увлекла их в сторону ванной.
Тетушка Анжина, закатив глаза и заламывая руки, жалобно причитала, что теперь мы все умрем с голоду.
— Анжечка, не переживай, — пытался успокоить жену дядюшка Пантей. — Это была всего одна сумка.
Я подошла к Кэссу и тихо спросила:
— Что там случилось?
— Дядюшка Люриус поскользнулся и упал. В одной из сумок были банки.
— Он не поранился?
— Нет, все в порядке. Все битые стекла остались в сумке, просочилась только икра.
Дальше разгрузка происходила под чутким руководством тетушки Анжины. Она проконтролировала не только как донесли сумки, но и заставила меня разобрать все банки и переставить в шкафы. Через слово она причитала о загубленной овощной икре, о том, какая та была вкусная, чудесная, сытная, питательная, полезная. Ее, правда, еще никто не пробовал, потому что тетушка заготавливала овощную икру первый год, но тетушка Анжина не сомневалась, что погиб настоящий шедевр. Причитания прерывались для того, чтобы поведать о том, что там в очередной банке, которую я вытаскивала из сумки.
— Мы непременно должны что-то открыть к столу! — велела мне тетя. — Давай вот эти маринованные патиссоны. Банка большая, на всех хватит.
Я молча кивнула. Буквально кожей чувствовались голодные взгляды других родственников из гостиной.
Наконец последняя банка исчезла в недрах шкафа, я разогрела суп, перелила его в большую фарфоровую супницу, достала из шкафа большой мельхиоровый половник наконец-то дождавшийся своего часа, и все это торжественно понесла в гостиную.
Голодные гости встретили меня чуть ли не аплодисментами. В хрустальном салатнике, посреди стола красовались маринованные патиссоны, но никто отчего-то не стремился их попробовать, в воздухе витал ядреный уксусный запах.
Кэсс сел во главе стола, место с противоположной стороны оставили для меня, а наши родственники устроились друг напротив друга, при этом недовольно поглядывали через стол и выглядели так, будто собрались идти стенка на стенку. У моих родственников было численное преимущество, но Кэссовы так не считали, решив, что три девочки котируются ниже двух парней.
Я разлила всем суп, подала хлеб, сбегала на кухню за клюквенным морсом, только потом смогла устроиться за столом.
Вежливые гости ожидали хозяйку, не начиная есть. Я решила, что надо что-то сказать, как-то поприветствовать гостей, подала Кэссу знак глазами. Тот смотрел недоуменно. Я подмигнула мужу. Кэсс растерянно заморгал в ответ. Дядюшка Люриус заметил, что племянник куда-то пристально смотрит, проследил его взгляд и тоже уставился на меня. Вскоре на мне скрестились взгляды всех родственников. Что же, придется все самой. Я немного откашлялась.
— Дорогие родственники, мы рады приветствовать вас у нас дома. Ваш приезд — это приятный подарок к Новому году. А сейчас давайте покушаем!
Уговаривать никого не пришлось. Промерзшие и проголодавшиеся тетушки, дядюшки и их дети съели весь суп, потом принесенное мной рагу, потом все печенье, которое я купила на несколько дней. Мне стало страшно, что продуктов на все праздничные дни не хватит. Как бы и в самом деле не пришлось пробавляться тетушкиными консервами. Патиссоны, кстати, так и стояли нетронутыми. Кэсс, которому тетушка активно их впихивала, мужественно надкусил один, цветисто похвалил, потом незаметно спрятал остаток патиссона в салфетку.
Сытые и согревшиеся гости возжелали отдохнуть. Я повела их на второй этаж, показывать спальни.
Взрослых все удовлетворило, мальчишки тоже пришли в восторг, что ночевать придется в походных условиях. Закапризничали девочки.
— Это что, мы должны спать с Диной?! — скуксились близняшки. — Она храпит во сне.
— Что?! — возмутилась старшая дочь тетушки Анжины. — Это неправда!
— Правда-правда! Еще ты пукаешь!
Парни, слушая это, начали хихикать. Дина покраснела, как свекла, разозлилась и готова была прибить сестер.
— Крепитесь, девочки, — величаво велела тетя Анжина. — Зато мы в столице. Да, ночевка кошмарная, но представьте, сколько всего чудесного вы сможете увидеть!
Девочек перспективы не вдохновили.
Мальчишки за спинами родителей изобразили звуки пукания, когда Дина прошла мимо них. Девушка гордо вскинула голову и, сжав кулаки, прошла дальше.
С заднего сиденья выбирались близняшки, которых укачало, потом практически вывалился дядюшка, он, выходя, сразу захватил из салона почти все вещи.
— Мия, куда все нести?
— Вот наш дом. Пойдемте, я сейчас отопру.
Люди, сидящие на ступенях, их уже даже снежком припорошило, поднялись при нашем появлении. Я узнала лопоухого дядюшку Люриуса.
— Вы что тут делаете? Почему тут сидите? — удивилась я. — Кэсс же должен быть дома!
У всех были белые носы и щеки. Бедолаги, совсем замерзли. У этих родственников с вещами оказалось не густо: маленький чемоданчик на колесиках, да пара рюкзачков у мальчишек.
— Нет, дома никого нет, — покачал головой дядюшка Люриус.
— Пропустите скорее! Я отопру дверь! Вы совсем замерзли!
— Мы звонили! — жаловалась тетушка Эсмильда, фигуристая шатенка с немного простоватым, но довольно симпатичным округлым лицом, усыпанным веснушками. Обычно ее круглые щечки светились румянцем, но сейчас были бледны от холода. — Мы стучали! Мы же предупреждали, что приедем! Почему вы нас не ждали?
Я пыталась протиснуться с вещами своих родственников мимо родственников мужа, но они напирали, не давая дороги, будто не хотели попасть в тепло.
— Да! Мы ждали! Кэсс оставался дома, а я отправилась встречать своих родственников.
— Как это ваших родственников?! — возмутился дядюшка Люриус. — Как мы все поместимся?! Мы же предупреждали, что прибудем в гости! — повторил он в очередной раз.
— Как-то придется, — очередная попытка прорваться ко входу провалилась.
— Милейший! — подала из-за моего плеча голос тетушка Анжина. — А почему это вы можете приехать к моей племяннице, а мы нет?!
— Мы заранее договорились с МОИМ племянником, — дядюшка Люриус был довольно высокого роста, да еще стоял на несколько ступенек выше тетушки Анжины, так что навис над ней. — И надо как-то поинтересоваться было, не помешаете ли вы своим приездом!
— Я! — ахнула тетушка. — Я помешаю?! Да я любимая тетушка Миечки! Как я могу ей помешать?!
Тут заговорили все разом, доказывая друг другу, кто должен был приехать. И тут входная дверь открылась, и на пороге появился Кэсс.
— А что тут происходит? — вид у мужа был слегка помятый, будто со сна, но все равно, он был хорош, так что я даже сейчас невольно залюбовалась. — Почему вы стоите на улице и не заходите?
— Заходим-заходим. Давайте, гости дорогие. Милости прошу в дом.
Скандал сам собой утих, но почти тут же возобновился, когда одновременно пытающиеся войти родственники застряли в дверях. Хорошо, что дети проявили вежливость и сначала решили пропустить взрослых, а то бы их затоптали. Тетушка Анжина продолжала ругаться с дядюшкой Люриусом. Они никак не желали уступать друг другу, сзади на них напирали тетушка Эсмильда и дядюшка Пантей с вещами, рвущиеся к теплу и аппетитным запахам еды. Под этим напором более худосочные родственники все же пропихнулись внутрь, но на ногах не удержались, образовав кучу малу. Мне сразу вспомнились вчерашние грабители. Один из мальчишек тихо хихикнул.
Кэсс, придя в себя от шока, начал помогать подняться сначала дамам, потом мужчинам, оттащил вещи с совершенно расплющенного дядюшки Люриуса. Тогда и мы смогли войти.
Я, как хозяйка дома, сразу начала командовать, велев детям раздеваться, мыть руки и проходить на кухню, сейчас будем пить горячий чай, а потом обедать. Но мою инициативу почти сразу перехватила тетушка Анжина.
— Надо же разгрузить машину!
— Подождите, успеем, — попыталась возражать я. — Сейчас согреемся, покушаем и все сделаем.
— Там же все замерзнет!
— В машине тепло. Да и на улице не такой сильный мороз. Не успеет.
— Консервация после заморозки потеряет весь вкус! Так, мужчины! Срочно одевайтесь обратно и идите за вещами!
Прода от 06.01.2026, 16:50
ГЛАВА 4. Резиновый дом
Мужчины замерли. Идти никому не хотелось, но я протянула Кэссу ключи от машины. И они пошли разгружать. Я же провела тетушек и детей по первому этажу, показав гостиную, ванную комнату и кухню.
Тетушка Анжина недовольно поджимала губы, оглядывая дом и обстановку.
— Мия, вам срочно нужно делать ремонт! — выдала она свой вердикт, наконец. — Ты отвратительная хозяйка! Нельзя жить в таком бардаке! Обои нужно менять, потолки белить, полы перестилать. А мебель! Срочно купите новую мебель!
Тетушка Эсмильда внимала тетушке Анжине и согласно кивала.
— Тетя Анжина, но мы ведь совсем недавно въехали, только недавно внесли последний платеж за дом.
— И сразу должны были начать делать ремонт!
Да, серьезный ремонт мы не делали, так, довели кое-что по мелочи до ума, да все в порядок привели, на что-то более капитальное не было ни денег, ни времени, ни сил. Чтобы поскорее закрыть платежи, мы с Кэссом пахали как проклятые.
Старая мебель была не современной, местами потертой, но качественной и прочной, мне она нравилась, создавала некий колорит семидесятых годов прошлого века, тогда в моде были такие мягкие формы с закругленными углами без излишних украшательств.
— Да, конечно. — Я решила не заострять внимания на этом моменте, хотя так и хотелось сказать тетушке что-нибудь резкое. — Пройдемте на кухню, давайте накроем на стол, пока мужчины перетаскивают вещи.
Столовой у нас в доме не было, зато была просторная кухня, мы с Кэссом ели там, но все гости за небольшим кухонным столом не поместились бы, так что накрывать стали в гостиной. Кэсс еще вчера разложил стол книжку, придвинул к нему второй прямоугольный стол, я накрыла их специально купленной скатертью. Смотрелось очень неплохо, этакий длинный обеденный стол, как в благородных домах.
Я разложила дополнительные круглые салфетки, тетушка Анжина расставляла на них тарелки, девочки под ее командованием раскладывали столовые приборы. Хорошо, что нам на свадьбу подарили большой сервиз, тарелок на всех хватит. Тетушка Эсмильда тоже суетилась вокруг, что-то поправляя и переставляя. Тетушка Анжина потом шла переставляла и поправляла уже за ней. Мальчишки притихли на диване. Я хотела идти ставить разогревать суп и рагу, как дверь открылась и появились мужчины. У Кэсса было какое-то странное, перекошенное лицо, дядюшка Пантей пучил глаза и выглядел сильно испуганным, а вот дядюшка Люриус был весь измазан в какой-то гадости.
Увидев мужчин, тетушка Анжина ахнула.
— Моя лучшая овощная икра! — сразу опознала она гадость. — Что случилось?! Зачем вы размазали ее по себе?!
Бледный дядюшка Люриус с яростью посмотрел на мою родственницу, ноздри у него раздувались, как у породистого скакуна.
— Я?! Я размазал?! Зачем вы притащили с собой еду в стеклотаре?! Это же просто-напросто опасно! Могла пострадать не только одежда, но и я!
— Вы что?! Разбили мои банки?! — с ужасом догадалась тетушка Анжина.
Дядюшка Люриус ей не ответил, гордо отвернувшись и задрав нос. К нему тут же подскочила тетушка Эсмильда, оглядывая масштаб катастрофы с верхней одеждой.
— Милый, пойдем! Тебе надо переодеться! — и она, прихватив мужа и чемодан, увлекла их в сторону ванной.
Тетушка Анжина, закатив глаза и заламывая руки, жалобно причитала, что теперь мы все умрем с голоду.
— Анжечка, не переживай, — пытался успокоить жену дядюшка Пантей. — Это была всего одна сумка.
Я подошла к Кэссу и тихо спросила:
— Что там случилось?
— Дядюшка Люриус поскользнулся и упал. В одной из сумок были банки.
— Он не поранился?
— Нет, все в порядке. Все битые стекла остались в сумке, просочилась только икра.
Дальше разгрузка происходила под чутким руководством тетушки Анжины. Она проконтролировала не только как донесли сумки, но и заставила меня разобрать все банки и переставить в шкафы. Через слово она причитала о загубленной овощной икре, о том, какая та была вкусная, чудесная, сытная, питательная, полезная. Ее, правда, еще никто не пробовал, потому что тетушка заготавливала овощную икру первый год, но тетушка Анжина не сомневалась, что погиб настоящий шедевр. Причитания прерывались для того, чтобы поведать о том, что там в очередной банке, которую я вытаскивала из сумки.
— Мы непременно должны что-то открыть к столу! — велела мне тетя. — Давай вот эти маринованные патиссоны. Банка большая, на всех хватит.
Я молча кивнула. Буквально кожей чувствовались голодные взгляды других родственников из гостиной.
Наконец последняя банка исчезла в недрах шкафа, я разогрела суп, перелила его в большую фарфоровую супницу, достала из шкафа большой мельхиоровый половник наконец-то дождавшийся своего часа, и все это торжественно понесла в гостиную.
Голодные гости встретили меня чуть ли не аплодисментами. В хрустальном салатнике, посреди стола красовались маринованные патиссоны, но никто отчего-то не стремился их попробовать, в воздухе витал ядреный уксусный запах.
Кэсс сел во главе стола, место с противоположной стороны оставили для меня, а наши родственники устроились друг напротив друга, при этом недовольно поглядывали через стол и выглядели так, будто собрались идти стенка на стенку. У моих родственников было численное преимущество, но Кэссовы так не считали, решив, что три девочки котируются ниже двух парней.
Я разлила всем суп, подала хлеб, сбегала на кухню за клюквенным морсом, только потом смогла устроиться за столом.
Вежливые гости ожидали хозяйку, не начиная есть. Я решила, что надо что-то сказать, как-то поприветствовать гостей, подала Кэссу знак глазами. Тот смотрел недоуменно. Я подмигнула мужу. Кэсс растерянно заморгал в ответ. Дядюшка Люриус заметил, что племянник куда-то пристально смотрит, проследил его взгляд и тоже уставился на меня. Вскоре на мне скрестились взгляды всех родственников. Что же, придется все самой. Я немного откашлялась.
— Дорогие родственники, мы рады приветствовать вас у нас дома. Ваш приезд — это приятный подарок к Новому году. А сейчас давайте покушаем!
Уговаривать никого не пришлось. Промерзшие и проголодавшиеся тетушки, дядюшки и их дети съели весь суп, потом принесенное мной рагу, потом все печенье, которое я купила на несколько дней. Мне стало страшно, что продуктов на все праздничные дни не хватит. Как бы и в самом деле не пришлось пробавляться тетушкиными консервами. Патиссоны, кстати, так и стояли нетронутыми. Кэсс, которому тетушка активно их впихивала, мужественно надкусил один, цветисто похвалил, потом незаметно спрятал остаток патиссона в салфетку.
Сытые и согревшиеся гости возжелали отдохнуть. Я повела их на второй этаж, показывать спальни.
Взрослых все удовлетворило, мальчишки тоже пришли в восторг, что ночевать придется в походных условиях. Закапризничали девочки.
— Это что, мы должны спать с Диной?! — скуксились близняшки. — Она храпит во сне.
— Что?! — возмутилась старшая дочь тетушки Анжины. — Это неправда!
— Правда-правда! Еще ты пукаешь!
Парни, слушая это, начали хихикать. Дина покраснела, как свекла, разозлилась и готова была прибить сестер.
— Крепитесь, девочки, — величаво велела тетя Анжина. — Зато мы в столице. Да, ночевка кошмарная, но представьте, сколько всего чудесного вы сможете увидеть!
Девочек перспективы не вдохновили.
Мальчишки за спинами родителей изобразили звуки пукания, когда Дина прошла мимо них. Девушка гордо вскинула голову и, сжав кулаки, прошла дальше.
