Пролог
Солнце стояло в зените. Широкая дорога, ведущая сквозь густой лес, с высоты птичьего полёта походила на шрам-рубец, рассекающий тело зелёной чащи. По обеим сторонам лесной дороги возвышалась стена из вековых деревьев, сквозь густую крону которых с трудом проникал солнечный свет.
На участке длиной около ста шагов образовался затор из разбитых, кое-где перевёрнутых повозок, гружённых рудой. Рядом с ними лежали лошади. Они были ещё живы, но, впряженные в телеги, не могли подняться. Животные жалобно ржали, пытаясь вырваться.
Земля вдоль повозок была усеяна мёртвыми телами воинов в позолоченных доспехах и жутких существ. Эти необычные создания имели тело человека, защищённое чёрными, покрытыми острыми шипами, доспехами. Их головы напоминали головы кабанов, лишь с тем отличием, что имели более массивные клыки и были покрыты очень густой шерстью.
Всё говорило о том, что недавно здесь происходило ожесточённое сражение. Тела воинов и звероподобных существ лежали вперемешку, многие из них даже после смерти не отпускали друг друга, вцепившись мёртвой хваткой. Кровь продолжала идти из израненных тел, пропитывая землю. Были слышны стоны и мольбы о помощи тех, кто из последних сил держался за жизнь. Некоторые воины пытались ползти, оставляя за собой кровавый след.
На лугу, в нескольких сотнях шагов от поля битвы, происходило нечто любопытное. Высокий, облачённый в чёрные доспехи, человек могучего телосложения в обеих руках сжимал по мечу. Его окружали пятеро воинов в матовых, отливающих золотом доспехах. Каждый из них в одной руке держал меч, в другой – широкий прямоугольный щит.
Человек тяжело дышал, его броня была помята во многих местах, а на груди зияла дыра. Несмотря на это он держался уверенно. Окружившие его бойцы атаковали одновременно, казалось, шансов выжить у него нет. Однако незнакомец оказался на редкость быстрым. Он метнулся влево, отбив направленный на него меч одним из клинков, а вторым прикрыл себя сзади, парировав удар в спину. Остальные трое воинов промахнулись, не успев отреагировать на его быстрое движение. Затем человек в чёрном ударил сам. Его меч молнией мелькнул в воздухе и обрушился на ближайшего к нему бойца. Тот успел подставить щит, но от тяжести удара опустился на колено. Он не заметил выпада вторым клинком, который рассёк ему ногу. Удар был настолько сильным, что с лёгкостью разрубил позолоченные доспехи воина.
Человек в чёрных доспехах тут же переместился в противоположную сторону, не давая окружившим его воинам опомниться. Его мечи сверкали, отражая один удар за другим. В следующий миг он ловко пригнулся, пропуская взмах меча у себя над головой. Нападавший воин потерял равновесие и, вскрикнув, отступил назад, его горло было рассечено. Роковой удар был таким быстрым, что никто его даже не заметил.
Раненый в ногу боец поднялся, превозмогая боль, и, прикрываясь щитом, ринулся вперёд, намереваясь снести своего врага. Но тот шагнул в сторону, пропуская его вперёд, и, молниеносно развернувшись, ударил его мечом вслед. И тут же вторым клинком отбил удар другого воина. Всё происходило инстинктивно, движения сражающихся воинов были выверены. Но незнакомец в чёрных доспехах двигался как хищная кошка, ловко отражая удары и нанося их сам.
Теперь противников осталось трое. Двое других лежали на земле: один лицом вниз, второй на спине, зажимая горло ладонью и тщетно пытаясь остановить бьющую из раны кровь.
Воины в позолоченных доспехах отступили, потрясенные тем, как легко противник убил двоих. Незнакомец выпрямился. У него появилось время перевести дыхание, но он не стал ждать. Его атака была стремительной. Двигаясь то влево, то вправо, он обрушивал на своих врагов удар за ударом, не давая им опомниться.
Одному из бойцов удалось обойти его сзади, и, казалось, незнакомец этого не заметил. На самом деле он отлично контролировал происходящее вокруг. Как только тот бросился в атаку, человек в чёрных доспехах внезапно развернулся, одновременно нанося удар. Меч снёс напавшему сзади воину голову. Обезглавленное тело замерло, потом медленно наклонилось вперёд и, наконец, рухнуло на землю. Незнакомец крутанул мечами в обеих руках, готовясь к очередной атаке. Казалось, он совсем не устал.
Оставшиеся двое воинов пришли в ужас. Не сговариваясь, они бросились прочь. Один из них вскрикнул - человек в чёрных доспехах, устремившись вслед за ним, воткнул меч ему сзади в бедро. Второй продолжал бежать, не оборачиваясь назад. От страха он не чувствовал веса своих позолоченных доспехов. Незнакомец воткнул один меч в землю, а второй, перехватив обеими руками, метнул вслед убегающему воину. Тяжелый клинок, со свистом рассекая воздух, за доли секунды настиг врага. Он пробил воину доспехи вместе с грудной клеткой, и тот рухнул как подкошенный.
Боец, раненый в ногу, развернулся в попытке защититься, но незнакомец быстро вытащил меч из земли и пронзил противника клинком.
Бой был окончен. Человек в чёрных доспехах осмотрелся. Его взгляд упал на лесную дорогу, где лежали тела убитых воинов и перевёрнутые повозки с рудой. Пошатываясь, то ли от усталости, то ли от полученных ранений, он направился к лесу.
Глава 1 - Виридия
История королевства Виридия насчитывает более тысячи лет. И только сто из них омрачены тьмой, подступающей к его стенам. Она пришла с востока, со стороны гор, за которыми всё мертво. Королевские стражники днём и ночью держат оборону, но на наши земли периодически прорывается нечто, похожее на свирепых человекоподобных кабанов. Их называют выродками, порождением тьмы или детьми Тёмного короля, о хладнокровности и невероятной хитрости которого ходят легенды.
Несмотря на эту угрозу, моя жизнь кажется мне светлой сказкой. Отец занимает высокое положение в Совете, что обеспечивает нашей семье влияние. Мой жених Эдуард прекрасен внешне и внутренне. Мы дружим с самого детства. Он тоже готовится к вступлению в Совет, что сделает его достойной парой для меня, несмотря на его простое происхождение. Отец Эдуарда служит в Королевской страже, что, безусловно, достойно уважения, но менее престижно.
Моя жизнь прекрасна, но… я не чувствую её вкуса. Не чувствовала до сегодняшнего дня.
Каждую неделю я посещаю Восточный луг, где растут редкие травы. Невероятным образом я ощущаю их силу, умею смешивать и распознавать целебные свойства. Луг – одно из моих самых любимых мест, второе – оранжерея, где я, в рамках благотворительности, ухаживаю за растениями. Здесь, на лугу, вдали от башни и городских стен, я наслаждаюсь свободой. Природа дарит мне силу и спокойствие.
Восточный луг считается безопасным, потому что охраняется Королевской стражей. Но если посмотреть вдаль, на линию горизонта, то можно различить выжженную тёмной магией землю, опалённые ею чёрные стволы деревьев и мрачно возвышающиеся горы - границу с владениями Тёмного короля.
О нём я знала лишь обрывки страхов, шёпотом передаваемых родителями. Говорили, что его дар не имеет равных. Сто лет назад его магия обратила наше войско в прах. С тех пор на наши земли хлынули чудовища – то ли дикие кабаны, то ли человекоподобные чудовища. Но никто не проливал свет на истинные причины этой войны между Виридией и соседним королевством. Меня всегда терзало желание узнать, что же породило эту череду несчастий. Мы жили, годами оглядываясь на эти горы с замиранием сердца, словно ожидая, что однажды Тёмный король явится и поглотит нашу цветущую землю в своей тьме.
Обычно я собираю здесь травы, наслаждаясь птичьими трелями, пьянящим ароматом цветов и умиротворяющим жужжанием пчёл. Но сегодня на траве я увидела капли крови. С детства я не испытывала страха ни перед видом, ни перед запахом крови. Но сейчас, будто кожей ощущая опасность, я застыла в нерешительности: бежать, спасая свою жизнь, или остаться, пытаясь помочь тому, кто, возможно, нуждался в моей помощи. Принять решение я так и не успела.
Внезапное ощущение чужого присутствия заставило меня обернуться. Передо мной стоял незнакомец. Он шатался, с трудом переставляя ноги, и, казалось, не замечал ничего вокруг, направляясь к лесу. Его чёрные доспехи, словно вторая кожа, были истерзаны и смяты. Нагрудник зиял пробоиной, сквозь которую воин, зажимая рану ладонью, пытался остановить кровотечение. Лицо его, покрытое грязью и запекшейся кровью, осунулось, глаза затянула мутная пелена. Но даже в этом жалком состоянии он излучал угрозу.
– Вам нужно в город! – окликнула я незнакомца, сама не ожидая от себя такой смелости.
Обычно я не отличаюсь храбростью, но когда вижу, что кто-то нуждается в помощи, забываю обо всем, даже о собственной безопасности. Это был именно такой случай.
Разум кричал, что лучше пройти мимо, не вмешиваясь, но голос совести был сильнее.
Несмотря на мой возглас, воин продолжал идти, словно не слыша меня.
«С такой потерей крови он не доживёт до вечера», - пронеслось в голове.
Подхватив корзинку с травами, которую выронила от испуга, я бросилась за ним.
– Я могу помочь! Остановить кровотечение!
Незнакомец замедлил шаг. Он обернулся, пристально взглянул на меня в пол-оборота и тихо, но твердо произнес:
– Мне не нужна помощь.
Но тут же крепче зажал рану.
– Боюсь, что нужна, – уверенно ответила я. – Сядьте у дерева, я попробую остановить кровь.
Видимо, он трезво оценивал свое состояние, потому что решение принял мгновенно. Тяжело опираясь на ствол, мужчина медленно осел на землю. Не теряя ни секунды, я нашла нужные травы, приложила их к кровоточащей ране и накрыла своей ладонью.
Через несколько минут глаза раненого начали проясняться. Теперь он уже с интересом разглядывал меня, и это почему-то смущало.
– Ваша ладонь излучает тепло… Ваш дар – исцеление? – спросил он уже бодрее.
Видимо, моя сила помогала.
– Да, – ответила я, всё ещё держа руку под его бронёй. – Я редко использую свой дар, но и он бывает полезен.
– Прекрасный дар, – заключил мужчина.
Я быстро взглянула на него. Вблизи незнакомец казался менее пугающим. Его глаза, которые сначала показались мне тёмными, оказались светло-карими, с зеленоватым оттенком. В отличие от утонченной красоты Эдуарда с его голубыми глазами и пепельными волосами, тёмные волосы и глаза этого воина лишь подчёркивали его мужественность. От него исходила внутренняя сила и уверенность. Внешне он совсем не походил на виридийца. Я поймала себя на мысли, что подсознательно оцениваю его внешность, хотя встретила его только что, и наши пути вот-вот разойдутся.
– Смотря с чьей точки зрения, – заметила я. – Родители считают мои способности не боевыми и потому не ценными.
– Ваш дар бесценен, – с лёгкой улыбкой ответил мужчина.
Казалось, он знал, о чём говорит.
Я промолчала, хотя мне было приятно это слышать. Не только родители считали мой дар исцеления бесполезным. Эдуард однажды заметил, что способность, не защищающая меня саму, лишена смысла. Но я всегда верила, что дар, особенно тот, что приносит облегчение другим, не может быть бессмысленным.
– Теперь Ваша жизнь в безопасности, – произнесла я, убирая ладонь. Быстро собрав корзину, я собиралась уйти. Рана затянулась, и оставаться наедине с незнакомцем, да ещё и вдали от дома, мне совсем не хотелось. Но он неожиданно схватил меня за руку.
– Назовите своё имя, – вкрадчиво попросил мужчина.
– Мне пора идти, – стараясь скрыть страх, ответила я.
Незнакомец смотрел на меня так, что становилось понятно - он не отпустит, пока я не подчинюсь.
– Мира, – выдохнула я.
– Прекрасное имя, Мира, – с улыбкой произнёс он. – Я благодарен Вам за спасение.
Мужчина разжал пальцы, и я, не раздумывая, бросилась бежать.
___________ ____________
Встреча с незнакомцем на Восточном лугу вызвала во мне бурю давно забытых эмоций. Впервые я смогла по-настоящему помочь кому-то, используя свой дар. Я решила сохранить это втайне от родителей. Их реакция была предсказуема: неминуемый запрет на посещение луга. Их пугало всё, что могло угрожать моей жизни. Но мне не терпелось поделиться случившимся с Эдуардом. Мы знали друг о друге всё: наши страхи, тайны и мечты. Его заветной мечтой было стать членом Совета. Он всегда стремился к власти и почёту, хотя мне всё это было не нужно, чтобы любить его.
Наконец, он появился на пороге нашего дома. Ужины в кругу моей семьи по выходным стали для него своеобразной традицией. Утончённые черты лица моего жениха и его статная фигура могли бы выдать в нём человека знатного рода, но отсутствие дара подтверждало его простое происхождение. Родители никогда не говорили мне о своём недовольстве моим выбором, хотя Эдуард был убежден в обратном. Но я ни на секунду не сомневалась в нашей предназначенности друг другу, ведь он был моим лучшим другом.
– Здравствуй! – с нетерпением обняла его я и, взяв за руку, повела в обеденную, где слуги уже накрывали на стол. – Мне нужно с тобой поговорить…
– Хорошо, – послушно последовал за мной Эдуард.
Мы устроились в дальнем углу, на нашем любимом диване.
– Сегодня на Восточном лугу я спасла человека! Впервые, с помощью своего дара! – моё волнение было так велико, что Эдуард взял меня за руку, словно пытаясь успокоить.
– Это прекрасно, поздравляю тебя, – с улыбкой ответил он. – Как это произошло?
– Огромный страж в черной броне истекал кровью. Он пересекал луг как раз в тот момент, когда я собирала там травы…
– В чёрной броне? – перебил меня жених, нахмурившись. – Доспехи королевских стражников всегда в позолоте. Конечно, возможны исключения, но я никогда не видел боевых отрядов в чёрных доспехах.
Стол уже был накрыт, и на пороге появилась моя мама, Фургула. Её длинные светлые волосы были уложены в высокую прическу, украшенную тонкими золотыми нитями. Ясные голубые глаза смотрели строго, но с любовью. Тяжёлые золотые серьги и изысканное ожерелье лишь подчеркивали её природную красоту. Она всегда держалась с безупречным достоинством. Лёгким взмахом руки мама пригласила нас к столу. Мы тут же встали.
Отца не было дома. Даже по выходным он редко присутствовал на званых ужинах, будучи постоянно занятым. Обычно он возвращался под вечер, когда я уже готовилась ко сну. Я очень скучала по нему. Несмотря на то, что членство в Совете отнимало у отца почти всё свободное время, он был предан ему всей душой.
После моего короткого рассказа Эдуард показался мне взволнованным, и его волнение начало передаваться и мне.
– Тогда кто это был? – шёпотом спросила я.
– Даже не представляю, – так же тихо ответил он, его голос был полон беспокойства. – Но в следующий раз я буду сопровождать тебя на Восточный луг. Если такие ситуации случаются, значит, там уже небезопасно. Ты меня не на шутку встревожила, Мира. Думаю, стоит рассказать твоим родителям о том, кого ты видела. Возможно, они смогут что-то прояснить…
– Я не могу рассказать родителям, – прошептала я в ответ, чувствуя, как сердце сжимается.
Наш приглушённый разговор уже начал привлекать внимание. Среди приглашённых были жёны членов Совета, их взгляды, казалось, с укоризной скользили в нашу сторону. Выждав несколько минут, пока их интерес угаснет, я продолжила, стараясь говорить как можно тише:
– Они запретят мне ходить на Восточный луг. А такого состава трав я больше нигде не найду. Ты сам знаешь, я не могу этим пожертвовать…
