Только вот не всё так гладко, как может показаться на первый взгляд. Деньги, которые поступали на счета, находящиеся в ведении Игоря шли транзитом и разлетались обновлёнными и очищенными на счета кузена. Но вот в чём загвоздка: вливалась одна сумма, хранилась - другая, а отправлялась к кузену - третья.
Мы с ребятами долго разбирались с этим вопросом и кучу книг перерыли и советовались со специалистами, пока не удалось заметить некоторую закономерность: счетов больше чем партнёров. Самым удивительным оказалось то, что одним из контрагентов оказался наш пансион. Сашка проник в «святая-святых» кабинет директора и ознакомился с Договором. Удивительно, но расчётный счет в реквизитах совершенно другой, чем счёт, на который перечислялись деньги.
Вопрос: откуда брались лишние деньги внутри комбинации? Мы с ребятами долго терзались, но однажды меня осенило - это средства от провалившихся операций. Например, во время поставки пропал товар на некоторую сумму и те, кто его проворонил, жестко наказаны, а потом похожая сумма всплывает на неофициальном счёте интерната. Мы с друзьями убедились, что догадка моя верна и решили забрать эту разницу. Для этого и собрались вокруг костра, чтобы в деталях обсудить готовящуюся поставку.
- Наша группа возьмёт на себя всю операцию, а другие будут отслеживать перемещения конкурентов, - сообщил Ёж.
Пламя заколыхалось от налетевшего ветра и на лице друга заплясали желто-красные отблески, подаренные светом костра.
- Ада, мы с Ванькой всё проверили. Ошибки быть не может, - подтвердил слова напарника Сашка и, взяв тонкий прутик, принялся ворошить дрова.
Я ничего не ответила и только утвердительно кивнула. В нашем плане мне отведена роль жертвы и это не слишком здорово. Главное убедить всех, что жертва не напрасна.
- Ты не хочешь расставаться с Каримом? - задал вопрос Финист.
- Я не очень верю в любовь такого парня как Карим, - пожала плечами я. - Он сольёт меня при первой же опасности… Уже слил.
- С чего ты взяла? - Сашкины брови поползли на лоб, и в глазах читалось неподдельное удивление.
- Я думала над этим…У меня нет уверенности в том, что обе семьи не морочат головы своим партнёрами. Деньги могут распределяться по обоюдному согласию. На входе одна сумма, на выходе та же, а что происходит внутри процесса, это тонкости не для посторонних.
- М-да, похоже, ребята любят играть по-крупному, - произнёс Суворов и посмотрел на меня. - А вдруг это ошибка?
- Почему? - поинтересовался Финист и посмотрел сначала на меня, а потом на Ваньку. - Я говорил об этом только Адке…короче, фирма куда пансион переправляет деньги и дальше отсылает по этапам, это фирма её отца. На воплощение проекта уходит малая часть денег, а все остальные доходы расползаются по всем щелям и затем снова формируются на счёте Адкиной мачехи. Отец составил завещание в пользу дочери и отписал всё имущество ей, как совладельцу. Адка в любой момент может поинтересоваться делами фирмы и тогда «лавочку» придётся прикрыть.
- Если я умру первой, то Инга успокоится, - добавила я объяснение к словам Ежа.
- М-да дела-а-а… - тихо протянул слова Саша и почесал затылок. - Выходит, мы будем разыгрывать смерть?
- Не совсем так, - улыбнулась я. - Когда мы украдём деньги, останутся хозяева банковских счетов и начнут землю рыть, разыскивая виноватого. Не уверена, что мы не попадём под подозрение. Скорее всего, так и будет.
- Ладно. Расскажите мне, что задумали? - хохотнул Финист.
- Пока ничего не придумали. Ждём твоих идей. В общих чертах мы тебе рассказали, а детали надо обсудить, - подмигнув другу, ответила я. - И еще, ребята, я хочу всё. Все деньги этой шайки. Теперь мне мало только разницы, которая остаётся мошенникам. Хочу натравить их друг на друга.
Через две недели я в сопровождении верзилы-охранника уселась в купейный вагон. В мои задачи вошло отследить передвижение важного груза. Собственно это обычная легковая машина, которая на некотором участке пути поедет параллельно железной дороге. Как только она окажется в зоне досягаемости начнется моя работа. В момент, как я нажму на клавишу компьютера, произойдет перевод денег от продавца к покупателю. В конце отрезка я должна буду снова нажать на клавишу и тем самым оповестить неведомых мне людей, что груз прибывает. Дальше дело техники. Окончательная передача денег состоится после моего подтверждения.
С утра мне нездоровилось и я всё время держалась за живот. Охранник хмурился, но мою унылую физиономию вроде бы не замечал. Я попросила у проводника чай и уставилась в компьютер. Через десять минут пришла женщина в форменной одежде и поставила передо мной горячий напиток. Я размешала сахар в стакане и положила ложку на столик. Промахнулась. Ложка полетела вниз и я наклонилась, чтобы поднять. Верзила неожиданно резко согнулся, чтобы помочь мне и наши руки переплелись над ложкой. Я увидела то, что произойдёт в скором времени.
Дуло пистолета нацелено на меня, я смотрела на компьютер, который развернула к себе, и видела, что загрузочная дорожка не двигалась и высветилась табличка программного сообщения. Боль в груди и струйка крови стекала по рубашке. Убийца молод, ему примерно лет тридцать пять. Я видела его в соседнем вагоне. Хотела сообщить хозяину, но не могла пошевелиться. В глазах потемнело, и я провалилась во мрак.
Боже, я снова видела чужую смерть будто это должно было случиться со мной! Что же это за дар такой, при котором умираешь вместе с другими людьми. Мне жаль попутчика. Больно осознавать, что через несколько мгновений его жизнь оборвется, а ведь парень наверняка продумывал планы на вечер.
Я одёрнула руку, и охранник продолжил тянуться за ложкой. Ухватил ее и положил рядом с моим стаканом. Меня тошнило, и острая боль скрутила живот. Та табличка из видения, это мой сигнал Ваньке. Если нажать на нее, то вся операция будет отменена. Судя по всему, мы продолжим.
Почувствовала недомогание, встала и вышла из вагона. Я знала, почему будет только один труп. Туалет оказался свободен, и я заперлась внутри. Главное отсидеться сейчас, а на станции незаметно сойти. У меня были документы, которыми мы пользовались в Узбекистане и проблем с возвращением не возникнет.
Сейчас меня мучил другой вопрос: предательство. Карим согласился с тем, чтобы я участвовала в операции. Он подошел к тому парню из соседнего вагона, что сейчас, наверное, убивал моего попутчика, и говорил с ним долгое время. Значит, мы с Ванькой правы и моя смерть выгодна. Только я никак не могла предположить, что меня убьют вот так. Хотя, план отличный. Погибла при выполнении боевого задания, а денежки и груз исчезли. Виноватых нет, а товар можно продать повторно. Бедный мой папа! Я знаю, что вытащу его, но не сейчас. Главное красиво «умереть» и зажить потом вполне себе счастливо.
Поезд замедлился, а значит станция уже не далеко. Я покинула туалет и вошла в тамбур. Приставила к стеклу приспособление по типу пистолетного, которым снабдил меня Сашка, и несколько раз нажала на спусковой крючок. Стекло тихо треснуло и я, стянув джинсовую куртку, намотала её на руку. Резко ударила по прозрачной преграде. Затем вылезла наружу и прыгнула. Полетела кубарем под откос и, зацепившись за корень какого-то дерева. В общем и целом мне повезло…
На железнодорожный вокзал я вернулась поздно вечером на попутке и позвонила ребятам.
- Привет, Адка! - кинулся обниматься Сашка, а Ванька обхватил нас обоих. - Мы уж думали, тебя пристрелили. Товар у покупателя и у нас двойная цена за него. Ёж всё забрал и счета у них голые. Твой отец банкрот.
- Да, охранника убили, а я в туалете отсиделась, - коротко пояснила я.
- Директора интерната пристрелили, - тихо произнес Ванька. - Несколько часов назад. По телевизору в новостях сказали. Карим разыскивает тебя, так ребята знакомые говорят. Боюсь не отыграть нам второй акт мелодрамы.
- Напротив, сейчас самое время. Хочу выяснить отношения с женихом, - воспротивилась я, и ребята согласно кивнули. – Тебе видней, Ада.
Я взяла телефон у Ежа, который он купил у какого-то алкаша вместе с симкой, и набрала номер Карима. Свой я специально не взяла, чтобы не отследили моё передвижение. Сашка тоже поступил так же, и поехал на встречу со вторым покупателям без мобильного.
- Карим, это Ада. Надо встретиться.
- Малышка, моя, ты жива! - голос в трубке захрипел, и мне показалось, что связь прервалась. - Ты где? Я сейчас приеду.
Я объяснила, где готова встретиться с женихом и в сопровождении Финиста отбыла на встречу. Ванька поехал улаживать ожидаемые проблемы.
Ждать пришлось достаточно долго, но для меня это проблемой не стало. Сашка залез на дерево, а я присела на невысокий пень и попробовала вспомнить, что-нибудь из стихов. На ум ничего не пришло, и я просто таращилась в темноту.
Поднялся сильный ветер, а над головой сверкнула молния. Мелкий весенний дождь прошил каплями пространство между небом и землёй. Неожиданно сверкнувший свет фар в общую картину не вписался. Это точно по мою душу. Я вышла из укрытия и направилась к машине. Карим вышел из машины и грянул выстрел.
Он упал, словно мешок картошки и распластался в луже. Я бросилась на землю, и немного приподняв голову, огляделась.
- Сашка! – позвала я.
Друг откликнулся и через пару минут по-пластунски подполз к благодетелю, перед этим приказав мне не шевелиться. Пощупав на шее пульс мужчины, дружок сказал, что Карим жив.
Сердце бешено застучало у меня в груди, а затем сжалось, будто в предчувствии беды. Я знала, что будет дальше и мне в это верить не хотелось. Пусть Карим подлец, но он не заслуживал такой участи. Было еще нечто, в чем признаться не желала даже самой себе: я любила его. Было бы легче знать, что он жив и ругать от досады, вспоминая его выходку, чем понимать - его больше нет.
- За деревьями мелькнул свет фар, - бросила я. - Стреляли оттуда.
- Там трасса. Твою за ногу, - выругался Сашка.
- Что делать будем?
- Встаём и везем в больницу.
Я подбежала к автомобилю Карима и открыла дверцу. Ключи зажигания на месте и я, не раздумывая, уселась на место водителя. Подогнала легковушку ближе к раненому и вместе с Финистом положила его на заднее сиденье. Перед тем как пойти на это дело Сашка хорошенько изучил карту местности, и мы сейчас прямёхонько направлялись в областную больницу. Там мы передали моего жениха с рук на руки врачам и те, записав наши координаты направились в операционную.
Дожидаться приговора врачей не желала, но отчего-то стояла в нерешительности в коридоре больницы. Сашка замер рядом, обняв за плечи. Я уткнулась в его широкую грудь, а дружок погладил меня по спине. Вспомнился наш с ребятами разговор накануне:
- Третий акт самый трудный, Ада, - предупредил меня Ванька.
Он оказался прав. Но не настолько же… Карим умрет, и от осознания этого в душе воцарилась пустота. Неизбежность – покруче самого большого проклятья будет. Это наказание за наши с ребятами необычные возможности. Я знала, что так будет и не могла противиться судьбе. Чтоб ее… Ладно, у меня есть друзья, а их точно нужно спасать, пусть только их, а не его…
Ванька появился в больнице, чуть позже, чем приехали мы. Застал нас в коридоре в обнимку. Он коротко обхватил нас и почти сразу отпустил.
- Надо уходить, - поторопил Ванька, и мы вышли на улицу.
Я позвонила начальнику службы безопасности предприятия, хозяином которого является Карим и сообщила о ранении его руководителя. Второй звонок я посветила отцу и предупредила, что жива и здорова. Поведала о трагедии, что постигла жениха и о том, что желаю поскорее воссоединиться с родителем. Папа предложил приехать за мной, но я отказалась. Довод, что приеду на машине Карима и не одна, а с другом из интерната возымел силу и мы с Ванькой отправились в сторону мачехиной дачи.
Рассвело, когда мы с Суворовым оказались на шоссе. Видеокамеры развешаны через каждые пятьсот метров и то, что кульминация будет замечена и не вызовет ни у кого сомнений в нашей с Ванькой гибели стопроцентная.
Я перестроила машину и покатила в крайнем правом ряду. Бензовоз, что плелся впереди, перестроился в другой ряд и, по всей видимости, не рассчитал свои габариты. Его развернуло поперек дороги, и автомобиль Карима пробил его бок. Произошел взрыв. Пламя взметнулось вверх. Я схватила друга за рукав и открыла дверь. Перелезла к нему на колени, и он меня обнял.
Ванька со мною на руках покинул горящую машину, и я увидела, как освободившееся пространство заполняет пламя. Друг поставил меня на землю, и мы в коридоре огня добрались до кустов. Там нас нашел Сашка, который по нашей задумке стал водителем бензовоза.
Марш-бросок по лесу дался с трудом. Финист при прыжке из машины подвернул ногу.
На одном из дачных участков обнаружили потрёпанный «жигулёнок». Мы с друзьями обнялись и, постояв так немного, разорвали объятья. Сказывалось напряжение последних дней.
Мы сели в машину и продолжили движение. Меня снедало боль и отчаянье, но я старалась держаться. Знала точно: смотреть новости не стану, ведь там объявят, что Карима больше нет, а для меня он останется живым. Я так хотела.
Просёлочными дорогами добрались до ближайшего областного центра. Уже в машине Ванька вдруг спросил у меня:
- Вдруг Карим не виноват и…
- Карим не виноват, но теперь без разницы, - ответила я.
- Почему? – удивился Ёж.
- Он умер. Я предсказала ему это десять лет назад.
- Соболезную, - процедил Ванька сквозь зубы, а Сашка вздохнул.
- В любом случае, - положив голову к Сашке на плечо, произнесла я, - и при любом раскладе, обманутые партнёры весь гнев обрушат на Ингу и Игорька.
В тот день мы отправились в Москву. Добирались долго, но на «жигуленке» и это хорошо. Потом купили билеты до Турции, оттуда в Египет, потом Францию. В Париже мы жили около года, и перебрались в Америку.
Кто бы мог подумать, что спустя пять лет я увижу на фото парня удивительно похожего на моего бывшего жениха и при этом он знаком с Викой, девушкой с даром Борея.
- Этого не может быть, - тихо прошептала я.
Мой собственный кабинет, который так любила, вдруг показался тюрьмой. Я подошла к бару, открыла и взяв бутылку водки, плеснула ее содержимое в рюмку. Опрокинув в себя водку, снова наполнила емкость. Выпив еще порцию, вернулась к столу и, взяв мобильный телефон, набрала знакомый номер:
- Суворов зайди ко мне. Немедленно!
- Что случилось? – спросил Ванька, едва открыв дверь моего кабинета.
- Смотри сюда, - указала я пальцем на человека со светлыми волосами. – Не узнаёшь? Кто это? Приведение?
- Ого, подруга! - приглядевшись к фотографии, произнёс Ванька. – Еще немного и я с тобой соглашусь. Сейчас проверю.
- Позвони мне на домашний. Устала, спать хочу. Как только будет результат, тут же сообщи.
Я вышла на улицу и пошла вдоль длинного ряда офисных зданий. Поймала такси и отправилась на свою квартиру. Вошла в дом и пересекла холл. Лифт подъехал бесшумно и распахнул передо мной свои двери.
Войдя в лифт, нажала на свой этаж. Кабинка дёрнулась и подъемное устройство зажужжало. Цифры этажей высвечивались одна за другой и на «двенадцати» лифт замер. Двери распахнулись, и я оказалась у себя в квартире. Сбросила туфли и прошла в гостиную.
Возле окна стоял мужчина.
Мы с ребятами долго разбирались с этим вопросом и кучу книг перерыли и советовались со специалистами, пока не удалось заметить некоторую закономерность: счетов больше чем партнёров. Самым удивительным оказалось то, что одним из контрагентов оказался наш пансион. Сашка проник в «святая-святых» кабинет директора и ознакомился с Договором. Удивительно, но расчётный счет в реквизитах совершенно другой, чем счёт, на который перечислялись деньги.
Вопрос: откуда брались лишние деньги внутри комбинации? Мы с ребятами долго терзались, но однажды меня осенило - это средства от провалившихся операций. Например, во время поставки пропал товар на некоторую сумму и те, кто его проворонил, жестко наказаны, а потом похожая сумма всплывает на неофициальном счёте интерната. Мы с друзьями убедились, что догадка моя верна и решили забрать эту разницу. Для этого и собрались вокруг костра, чтобы в деталях обсудить готовящуюся поставку.
- Наша группа возьмёт на себя всю операцию, а другие будут отслеживать перемещения конкурентов, - сообщил Ёж.
Пламя заколыхалось от налетевшего ветра и на лице друга заплясали желто-красные отблески, подаренные светом костра.
- Ада, мы с Ванькой всё проверили. Ошибки быть не может, - подтвердил слова напарника Сашка и, взяв тонкий прутик, принялся ворошить дрова.
Я ничего не ответила и только утвердительно кивнула. В нашем плане мне отведена роль жертвы и это не слишком здорово. Главное убедить всех, что жертва не напрасна.
- Ты не хочешь расставаться с Каримом? - задал вопрос Финист.
- Я не очень верю в любовь такого парня как Карим, - пожала плечами я. - Он сольёт меня при первой же опасности… Уже слил.
- С чего ты взяла? - Сашкины брови поползли на лоб, и в глазах читалось неподдельное удивление.
- Я думала над этим…У меня нет уверенности в том, что обе семьи не морочат головы своим партнёрами. Деньги могут распределяться по обоюдному согласию. На входе одна сумма, на выходе та же, а что происходит внутри процесса, это тонкости не для посторонних.
- М-да, похоже, ребята любят играть по-крупному, - произнёс Суворов и посмотрел на меня. - А вдруг это ошибка?
- Почему? - поинтересовался Финист и посмотрел сначала на меня, а потом на Ваньку. - Я говорил об этом только Адке…короче, фирма куда пансион переправляет деньги и дальше отсылает по этапам, это фирма её отца. На воплощение проекта уходит малая часть денег, а все остальные доходы расползаются по всем щелям и затем снова формируются на счёте Адкиной мачехи. Отец составил завещание в пользу дочери и отписал всё имущество ей, как совладельцу. Адка в любой момент может поинтересоваться делами фирмы и тогда «лавочку» придётся прикрыть.
- Если я умру первой, то Инга успокоится, - добавила я объяснение к словам Ежа.
- М-да дела-а-а… - тихо протянул слова Саша и почесал затылок. - Выходит, мы будем разыгрывать смерть?
- Не совсем так, - улыбнулась я. - Когда мы украдём деньги, останутся хозяева банковских счетов и начнут землю рыть, разыскивая виноватого. Не уверена, что мы не попадём под подозрение. Скорее всего, так и будет.
- Ладно. Расскажите мне, что задумали? - хохотнул Финист.
- Пока ничего не придумали. Ждём твоих идей. В общих чертах мы тебе рассказали, а детали надо обсудить, - подмигнув другу, ответила я. - И еще, ребята, я хочу всё. Все деньги этой шайки. Теперь мне мало только разницы, которая остаётся мошенникам. Хочу натравить их друг на друга.
Через две недели я в сопровождении верзилы-охранника уселась в купейный вагон. В мои задачи вошло отследить передвижение важного груза. Собственно это обычная легковая машина, которая на некотором участке пути поедет параллельно железной дороге. Как только она окажется в зоне досягаемости начнется моя работа. В момент, как я нажму на клавишу компьютера, произойдет перевод денег от продавца к покупателю. В конце отрезка я должна буду снова нажать на клавишу и тем самым оповестить неведомых мне людей, что груз прибывает. Дальше дело техники. Окончательная передача денег состоится после моего подтверждения.
С утра мне нездоровилось и я всё время держалась за живот. Охранник хмурился, но мою унылую физиономию вроде бы не замечал. Я попросила у проводника чай и уставилась в компьютер. Через десять минут пришла женщина в форменной одежде и поставила передо мной горячий напиток. Я размешала сахар в стакане и положила ложку на столик. Промахнулась. Ложка полетела вниз и я наклонилась, чтобы поднять. Верзила неожиданно резко согнулся, чтобы помочь мне и наши руки переплелись над ложкой. Я увидела то, что произойдёт в скором времени.
Дуло пистолета нацелено на меня, я смотрела на компьютер, который развернула к себе, и видела, что загрузочная дорожка не двигалась и высветилась табличка программного сообщения. Боль в груди и струйка крови стекала по рубашке. Убийца молод, ему примерно лет тридцать пять. Я видела его в соседнем вагоне. Хотела сообщить хозяину, но не могла пошевелиться. В глазах потемнело, и я провалилась во мрак.
Боже, я снова видела чужую смерть будто это должно было случиться со мной! Что же это за дар такой, при котором умираешь вместе с другими людьми. Мне жаль попутчика. Больно осознавать, что через несколько мгновений его жизнь оборвется, а ведь парень наверняка продумывал планы на вечер.
Я одёрнула руку, и охранник продолжил тянуться за ложкой. Ухватил ее и положил рядом с моим стаканом. Меня тошнило, и острая боль скрутила живот. Та табличка из видения, это мой сигнал Ваньке. Если нажать на нее, то вся операция будет отменена. Судя по всему, мы продолжим.
Почувствовала недомогание, встала и вышла из вагона. Я знала, почему будет только один труп. Туалет оказался свободен, и я заперлась внутри. Главное отсидеться сейчас, а на станции незаметно сойти. У меня были документы, которыми мы пользовались в Узбекистане и проблем с возвращением не возникнет.
Сейчас меня мучил другой вопрос: предательство. Карим согласился с тем, чтобы я участвовала в операции. Он подошел к тому парню из соседнего вагона, что сейчас, наверное, убивал моего попутчика, и говорил с ним долгое время. Значит, мы с Ванькой правы и моя смерть выгодна. Только я никак не могла предположить, что меня убьют вот так. Хотя, план отличный. Погибла при выполнении боевого задания, а денежки и груз исчезли. Виноватых нет, а товар можно продать повторно. Бедный мой папа! Я знаю, что вытащу его, но не сейчас. Главное красиво «умереть» и зажить потом вполне себе счастливо.
Поезд замедлился, а значит станция уже не далеко. Я покинула туалет и вошла в тамбур. Приставила к стеклу приспособление по типу пистолетного, которым снабдил меня Сашка, и несколько раз нажала на спусковой крючок. Стекло тихо треснуло и я, стянув джинсовую куртку, намотала её на руку. Резко ударила по прозрачной преграде. Затем вылезла наружу и прыгнула. Полетела кубарем под откос и, зацепившись за корень какого-то дерева. В общем и целом мне повезло…
На железнодорожный вокзал я вернулась поздно вечером на попутке и позвонила ребятам.
- Привет, Адка! - кинулся обниматься Сашка, а Ванька обхватил нас обоих. - Мы уж думали, тебя пристрелили. Товар у покупателя и у нас двойная цена за него. Ёж всё забрал и счета у них голые. Твой отец банкрот.
- Да, охранника убили, а я в туалете отсиделась, - коротко пояснила я.
- Директора интерната пристрелили, - тихо произнес Ванька. - Несколько часов назад. По телевизору в новостях сказали. Карим разыскивает тебя, так ребята знакомые говорят. Боюсь не отыграть нам второй акт мелодрамы.
- Напротив, сейчас самое время. Хочу выяснить отношения с женихом, - воспротивилась я, и ребята согласно кивнули. – Тебе видней, Ада.
Я взяла телефон у Ежа, который он купил у какого-то алкаша вместе с симкой, и набрала номер Карима. Свой я специально не взяла, чтобы не отследили моё передвижение. Сашка тоже поступил так же, и поехал на встречу со вторым покупателям без мобильного.
- Карим, это Ада. Надо встретиться.
- Малышка, моя, ты жива! - голос в трубке захрипел, и мне показалось, что связь прервалась. - Ты где? Я сейчас приеду.
Я объяснила, где готова встретиться с женихом и в сопровождении Финиста отбыла на встречу. Ванька поехал улаживать ожидаемые проблемы.
Ждать пришлось достаточно долго, но для меня это проблемой не стало. Сашка залез на дерево, а я присела на невысокий пень и попробовала вспомнить, что-нибудь из стихов. На ум ничего не пришло, и я просто таращилась в темноту.
Поднялся сильный ветер, а над головой сверкнула молния. Мелкий весенний дождь прошил каплями пространство между небом и землёй. Неожиданно сверкнувший свет фар в общую картину не вписался. Это точно по мою душу. Я вышла из укрытия и направилась к машине. Карим вышел из машины и грянул выстрел.
Он упал, словно мешок картошки и распластался в луже. Я бросилась на землю, и немного приподняв голову, огляделась.
- Сашка! – позвала я.
Друг откликнулся и через пару минут по-пластунски подполз к благодетелю, перед этим приказав мне не шевелиться. Пощупав на шее пульс мужчины, дружок сказал, что Карим жив.
Сердце бешено застучало у меня в груди, а затем сжалось, будто в предчувствии беды. Я знала, что будет дальше и мне в это верить не хотелось. Пусть Карим подлец, но он не заслуживал такой участи. Было еще нечто, в чем признаться не желала даже самой себе: я любила его. Было бы легче знать, что он жив и ругать от досады, вспоминая его выходку, чем понимать - его больше нет.
- За деревьями мелькнул свет фар, - бросила я. - Стреляли оттуда.
- Там трасса. Твою за ногу, - выругался Сашка.
- Что делать будем?
- Встаём и везем в больницу.
Я подбежала к автомобилю Карима и открыла дверцу. Ключи зажигания на месте и я, не раздумывая, уселась на место водителя. Подогнала легковушку ближе к раненому и вместе с Финистом положила его на заднее сиденье. Перед тем как пойти на это дело Сашка хорошенько изучил карту местности, и мы сейчас прямёхонько направлялись в областную больницу. Там мы передали моего жениха с рук на руки врачам и те, записав наши координаты направились в операционную.
Дожидаться приговора врачей не желала, но отчего-то стояла в нерешительности в коридоре больницы. Сашка замер рядом, обняв за плечи. Я уткнулась в его широкую грудь, а дружок погладил меня по спине. Вспомнился наш с ребятами разговор накануне:
- Третий акт самый трудный, Ада, - предупредил меня Ванька.
Он оказался прав. Но не настолько же… Карим умрет, и от осознания этого в душе воцарилась пустота. Неизбежность – покруче самого большого проклятья будет. Это наказание за наши с ребятами необычные возможности. Я знала, что так будет и не могла противиться судьбе. Чтоб ее… Ладно, у меня есть друзья, а их точно нужно спасать, пусть только их, а не его…
Ванька появился в больнице, чуть позже, чем приехали мы. Застал нас в коридоре в обнимку. Он коротко обхватил нас и почти сразу отпустил.
- Надо уходить, - поторопил Ванька, и мы вышли на улицу.
Я позвонила начальнику службы безопасности предприятия, хозяином которого является Карим и сообщила о ранении его руководителя. Второй звонок я посветила отцу и предупредила, что жива и здорова. Поведала о трагедии, что постигла жениха и о том, что желаю поскорее воссоединиться с родителем. Папа предложил приехать за мной, но я отказалась. Довод, что приеду на машине Карима и не одна, а с другом из интерната возымел силу и мы с Ванькой отправились в сторону мачехиной дачи.
Рассвело, когда мы с Суворовым оказались на шоссе. Видеокамеры развешаны через каждые пятьсот метров и то, что кульминация будет замечена и не вызовет ни у кого сомнений в нашей с Ванькой гибели стопроцентная.
Я перестроила машину и покатила в крайнем правом ряду. Бензовоз, что плелся впереди, перестроился в другой ряд и, по всей видимости, не рассчитал свои габариты. Его развернуло поперек дороги, и автомобиль Карима пробил его бок. Произошел взрыв. Пламя взметнулось вверх. Я схватила друга за рукав и открыла дверь. Перелезла к нему на колени, и он меня обнял.
Ванька со мною на руках покинул горящую машину, и я увидела, как освободившееся пространство заполняет пламя. Друг поставил меня на землю, и мы в коридоре огня добрались до кустов. Там нас нашел Сашка, который по нашей задумке стал водителем бензовоза.
Марш-бросок по лесу дался с трудом. Финист при прыжке из машины подвернул ногу.
На одном из дачных участков обнаружили потрёпанный «жигулёнок». Мы с друзьями обнялись и, постояв так немного, разорвали объятья. Сказывалось напряжение последних дней.
Мы сели в машину и продолжили движение. Меня снедало боль и отчаянье, но я старалась держаться. Знала точно: смотреть новости не стану, ведь там объявят, что Карима больше нет, а для меня он останется живым. Я так хотела.
Просёлочными дорогами добрались до ближайшего областного центра. Уже в машине Ванька вдруг спросил у меня:
- Вдруг Карим не виноват и…
- Карим не виноват, но теперь без разницы, - ответила я.
- Почему? – удивился Ёж.
- Он умер. Я предсказала ему это десять лет назад.
- Соболезную, - процедил Ванька сквозь зубы, а Сашка вздохнул.
- В любом случае, - положив голову к Сашке на плечо, произнесла я, - и при любом раскладе, обманутые партнёры весь гнев обрушат на Ингу и Игорька.
В тот день мы отправились в Москву. Добирались долго, но на «жигуленке» и это хорошо. Потом купили билеты до Турции, оттуда в Египет, потом Францию. В Париже мы жили около года, и перебрались в Америку.
***
Кто бы мог подумать, что спустя пять лет я увижу на фото парня удивительно похожего на моего бывшего жениха и при этом он знаком с Викой, девушкой с даром Борея.
- Этого не может быть, - тихо прошептала я.
Мой собственный кабинет, который так любила, вдруг показался тюрьмой. Я подошла к бару, открыла и взяв бутылку водки, плеснула ее содержимое в рюмку. Опрокинув в себя водку, снова наполнила емкость. Выпив еще порцию, вернулась к столу и, взяв мобильный телефон, набрала знакомый номер:
- Суворов зайди ко мне. Немедленно!
- Что случилось? – спросил Ванька, едва открыв дверь моего кабинета.
- Смотри сюда, - указала я пальцем на человека со светлыми волосами. – Не узнаёшь? Кто это? Приведение?
- Ого, подруга! - приглядевшись к фотографии, произнёс Ванька. – Еще немного и я с тобой соглашусь. Сейчас проверю.
- Позвони мне на домашний. Устала, спать хочу. Как только будет результат, тут же сообщи.
Я вышла на улицу и пошла вдоль длинного ряда офисных зданий. Поймала такси и отправилась на свою квартиру. Вошла в дом и пересекла холл. Лифт подъехал бесшумно и распахнул передо мной свои двери.
Войдя в лифт, нажала на свой этаж. Кабинка дёрнулась и подъемное устройство зажужжало. Цифры этажей высвечивались одна за другой и на «двенадцати» лифт замер. Двери распахнулись, и я оказалась у себя в квартире. Сбросила туфли и прошла в гостиную.
Возле окна стоял мужчина.
