— Сядь.
Спокойный тон телохранителя покоробил Фера. Сидит здесь, рассиживается, жрёт куропатку, а на лужайке перед храмом, возможно, лежит сотня трупов, в том числе и...
— Фириель! — он подскочил к Валю и схватил его за грудки. — Надо вернуться за ней, этот рагуль убьёт её! Она там...
— Сядь! — рявкнул Валь, одним мощным толчком отправив Фера на землю. — Ты раньше видел рагуля?
— Нет, — буркнул Фер.
— А я видел. Много раз. И Вилма с Ливой тоже. И мы умеем нейтрализовать это проклятие. Это всё, что тебе нужно знать. Твоя сестра в порядке. Остальные тоже.
Фер обнял голову руками, закачал её, баюкая. Он не знал, что думать. Хотелось верить телохранителю, очень хотелось, но как? Они знакомы всего два дня, у Фера нет никакой информации о Вале, тот может быть как шпионом, предателем, так и честным парнем... На выбор, что называется.
— Держи.
Фер взял протянутое ему крылышко и с отвращением оторвал зубами кусок мяса:
— Суховато.
— Учту. В следующий раз будет сочнее.
— В следующий раз?! — Фер уже замахнулся крылышком, но передумал и только помахал им возле уха. — Мы что, обедать тоже здесь будем? Мы здесь вообще надолго?
— Пока не найдём убийцу, — с каменным спокойствием ответил Валь. — Не беспокойся, мы найдём его быстро.
— Откуда такая уверенность? Ты телохранитель или частный детектив? — хмыкнул Фер, ещё раз осматривая его с ног до головы. Обычный парень, ничего особенного — ни стати, ни масти. Глаза вот только... Цепкие, умные глаза. Знакомые... Где он мог видеть Валя? Где он мог видеть сероглазую охранницу, которая там, на лужайке, впала в транс? Что она делала: спасала их от рагуля или, наоборот, направляла его на Фера?
Как разобраться во всём? Как отделить правду от лжи? Даже ноябрьского мухомора нет под рукой... Хотя он уже употреблял его несколько дней назад! Фер лихорадочно размышлял, меряя шагами пятачок сырой земли вокруг костра. Лес молчал, придавленный тяжестью снега, лишь кое-где слышался одинокий треск ветки под лапами ночной птицы. Валь тоже молчал, обгрызая мясо с ножки. Надо бы аккуратно расспросить северянина: кто его нанял, откуда он вообще взялся, какие обязательства взял на себя. И, возможно, даже поймать на нестыковках...
— Я приготовлю тебе постель, — ровным голосом сказал Валь. — А потом отвечу на все твои вопросы, если, конечно, у тебя есть вопросы.
Он поднял голову, и Фер поймал взгляд телохранителя. Добродушный, даже почти ласковый, такой... Опасный взгляд. И поёжился. Что толку спрашивать, если подозреваешь человека в предательстве и лжи? Что толку слушать ответ, если каждое слово может оказаться вымышленным? И не проверишь, и не поверишь...
И где всё-таки он мог видеть Валя раньше?
Алиса сидела у костра, склонив голову к коленям, и изредка ворошила палочкой красные прогорающие угли. Фер приподнялся на локте, удивлённо протёр глаза. Откуда здесь, в лесу, Алиса? И в таком виде... Вся замотанная в какое-то потрёпанное покрывало, на голове платок, скрывающий волосы, босые ноги... Только её точёный профиль виднелся чётко в отблесках последних огоньков костра — печальный, строгий, такой красивый!
— Алиса? Это ты? Или мне всё снится? — тихо спросил Фер, боясь разбудить телохранителя.
Она повернула голову, и улыбка озарила тёмные глаза:
— Тебе лучше знать, Фёдор. Думала, ты мне скажешь...
— Я вообще ничего не понимаю в последнее время, — буркнул он, поднимаясь. Бросил взгляд на лежанку Валя — та была пуста. Фер огляделся с нарастающей тревогой:
— А где мой охранник?
— Он охотится, — ответила Алиса. — Я попросила дать нам немного времени, и он согласился.
— Вот так, во сне?
— Сон ли это, — задумчиво протянула она. — Всё так реально! Как в жизни!
Фер присел рядом с ней, тронул пальцами край тёмного платка:
— Почему такая одежда?
— Какую дали, такую надела, — Алиса пожала плечами и придвинулась ближе к нему. Фер обнял её, прижал к себе, но девушка решительно освободилась:
— Не стоит. Они могут вернуться в любой момент.
— Кто они? Валь?
— Да, и не только...
— Почему ты мне всё время снишься?
— Помоги мне!
Она схватила Фера за руку, заглянула в глаза с умоляющим выражением:
— Я не понимаю ничего! Я не хочу всего этого! Я устала и хочу домой! Хочу, чтобы всё закончилось!
— Что случилось? — он всё же обнял её, с намереньем защитить, никому не отдать, но Алиса вырвалась, оглянулась на мрачный лес и вскочила:
— Он идёт! Помоги мне! Слышишь? Помоги!
...Фер вздрогнул всем телом, проснувшись, и долго таращился на северянина, который ощипывал очередную пойманную птицу. Костёр давно прогорел, только угли слегка дымились между камней. В лесу светлело. С учётом времени года это означало, что сейчас часов восемь утра. Валь поднял голову от тушки и спросил:
— Кошмар приснился?
— Ты никого не видел? — напряжённо ответил встречным вопросом Фер, оглядываясь по сторонам. Это было глупо: ведь всего лишь сон, очередной сон, но…
— Никого. Хочешь поговорить о чём-то?
Телохранитель глянул исподлобья, но уже не так дружелюбно, как вчера. Во взгляде ясно читалась озабоченность. Поэтому Фер подозрительно прищурился:
— Что? У нас проблемы? В чём дело?
— Надо идти дальше, — просто сказал Валь и сунул ощипанную дичь в большую кожаную сумку.
— Откуда у тебя это? Вчера же не было?
— Вилма приходила, принесла кое-каких припасов и два одеяла.
— Вилма? Это та, сероглазая? — Фер вспомнил серьёзный взгляд охранницы сестры и поёжился. Было в этих северянах что-то странное, не поддающееся объяснению. Вроде его и тянуло, и отталкивало одновременно.
— Нет, светлость, это Лива. Вилма приставлена к твоей мачехе. Довольно болтать, собирайся!
— Не ори на меня! — вскинулся Фер от резкости последней фразы. — Кто ты такой, чтобы на меня орать?
Валь медленно встал и глянул так, что всё внутри похолодело. Прямо мороз по коже! С кем лучше не ссориться, так это с собственным телохранителем...
— Меня наняли охранять тебя, и мой контракт пока не окончен. Поэтому нам надо сразу договориться о главном. Я отвечаю за твою безопасность, светлость, — северянин словно выплюнул это слово, и черты его лица на миг исказились в непонятной гримасе. Фер выдохнул и забыл, как надо дышать. Валь взял себя в руки и продолжил:
— Ты будешь слушаться меня беспрекословно. Скажу бежать — побежишь. Скажу упасть — упадёшь. Имеешь полное право послать меня к Хель, но в этом случае я не гарантирую, что ты доберёшься живым до вашего храма и получишь свой венок на голову.
Он помолчал, неспешно сворачивая одеяло в валик, потом сказал уже спокойнее:
— Кто-то очень хочет, чтобы ты умер. А я, по разным причинам, этого не хочу. И не допущу.
Перекинув валик через плечо, северянин поправил сумку с припасами, уже знакомым жестом передвинул чуть налево на груди свой ремень с ножнами и совсем будничным голосом велел:
— Понесёшь второе одеяло и мехи с водой. В путь, светлость!
Он провёл рукой над огнищем, и камни сами собой расползлись в разные стороны, пепел и угли втянулись под землю, а на их месте появились тонкие зелёные ростки травы. Фер хмыкнул. С камнями он и сам бы сумел, а вот вырастить траву так быстро — это уже высшая форма магии. Валь очень сильный колдун. Почему же работает телохранителем?
Они шли долго, пробираясь по чаще. Валь почти не пользовался магией, поэтому приходилось перелезать через коряги, рубить широким ножом заросли кустарника, который они не могли обойти. Фер терпел. Он никогда не был неженкой, но их вылазки с Леви не имели ничего общего с нынешним походом. Бегство из дворца казалось Феру неправильным. Да — рагуль, да — нападение, но ведь они, северяне, могут справиться с проклятьем! Они умеют, наверное, даже больше, чем когда-либо признаются... Но если они могут защитить его, тогда зачем бежать?
Все эти вопросы, однако, весь день оставались без ответов. Только к вечеру, когда зимнее солнце принялось лизать верхушки сосен, Валь обернулся и сказал:
— Привал. Проголодался, светлость?
— Даже не представляешь, как сильно, — пробормотал Фер и тяжело опустился на землю. Поляна, на которой они остановились, была почти целиком свободна от снега, лишь кое-где по краям, под деревьями, он ещё не успел растаять. Скоро начнётся весна, а они так и не поохотились на лис... Отец любил конную охоту. И лисьи шубы...
Валь бросил в него валиком из одеяла:
— Простудишь наследную задницу, подстели. А я пока разожгу огонь.
— Можно тебя попросить? — расстеливая одеяло на жухлой прошлогодней траве, спросил Фер, так вежливо, как только мог.
— Попроси.
Валь уже принёс ветки для костра. За неимением камней он ножом снял верхний слой дёрна, потом ободрал несколько длинных кусков коры и уложил их в ямку. Собрал горсть иголок с одной из еловых лап, бросил их на кору и принялся кресать огонь.
— Ты не мог бы обращаться со мной поучтивей? Просто совсем чуть-чуть...
Валь бросил на него быстрый взгляд и ответил, раздувая робкий огонёк:
— Хорошо.
— Хорошо? Так просто?
— Достаточно попросить по-человечески, — Валь склонился совсем низко над разгорающимся костерком, и Фер не видел его лица, но был уверен, что телохранитель улыбается.
— Ты надо мной издеваешься, — Фер устало закрыл глаза. Каждую мышцу его тела начало крутить. Завтра будет болеть. Очень сильно... Надо выспаться, он так устал...
...Алиса присела рядом с ним на корточки и коснулась ладонью его щеки. Фер с трудом поднял руку и стащил с её головы платок. Тёмные волосы рассыпались по плечам, три белые прядки между ними, словно парикмахер-хиппи решил поэкспериментировать с цветом. Алиса улыбнулась и шепнула:
— Вид у тебя ещё тот.
— У тебя не лучше, — усмехнулся он. — На тебе опять украшение моей матушки...
Она коснулась ожерелья на шее и погладила пальцем самый большой камень:
— Оно мне нравится. Наверное, поэтому оно мне и снится. А тебе что, жалко?
Фер помотал головой:
— Носи на здоровье... Просто странно, что ты мне снишься постоянно с этим ожерельем, и что мы разговариваем, и что я помню наши разговоры...
— И не только разговоры, — добавила Алиса едва слышно, а потом добавила: — У меня есть ещё что-то от тебя.
— Что именно? — улыбнулся он. — Ещё одно украшение, которое ты свистнула из сокровищницы?
— Твой перстень, — она сунула ему под нос руку, на одном из пальцев которой расположился его артефакт.
— Откуда он у тебя? — подхватился Фер...
Валь придержал его за плечо:
— Эй, светлость, полегче! Я только спросил, хочешь ли ты крылышко или ножку?
— Тьфу ты, все драконы Нового мира! Такой сон оборвал... — пробормотал Фер, с усилием садясь. Северянин поддержал его:
— Мышцы болят? Сейчас заварю зелье...
— Почему мы бежим? — вдруг спросил Фер, взглянув ему в глаза. — Разве нельзя вернуться во дворец, допросить всех присутствовавших на церемонии, найти сильнейшего мага, который смог бы вызвать этого рагуля...
— Не волнуйся, ваш главный как раз этим и занимался целый день, — Валь похлопал его по плечу, успокаивая, и протянул целую ножку от куропатки. — Поешь, пока я готовлю зелье.
Фер вдохнул запах жареного мяса и впился зубами в ножку. Прожевал половину, и только потом до него дошло:
— Откуда ты знаешь, чем занимался главный... то есть, канцлер?
— Лива сказала, — в глазах телохранителя снова появилась хитринка, и он отошёл к костру.
— Лива, да? По мобильнику, небось? И как связь? Хорошая в этих лесах?
— Теперь ты надо мной издеваешься, светлость? — открыто рассмеялся Валь. — Зачем нам гаджеты Старого мира, если есть ментальная связь?
Фер пристально посмотрел на него:
— Ты врёшь! На таком расстоянии ментальная связь не работает!
— Между близнецами она работает на любом расстоянии. А чем сильнее магия близнецов, тем крепче связь.
— Так вы...
— Да, все трое, — кивнул Валь, помешивая закипающее зелье. — Наша мать — из древнего рода друидов.
— Скажи мне, Валь, только честно... — Фер догрыз последний кусок мяса с ножки и отшвырнул кость за спину. — Почему тройняшки из древнего рода друидов нанялись телохранителями наследников аригоната? Неужели только из-за денег?
— Ну... Это своего рода инициация, — с запинкой ответил Валь, принюхавшись к пару из чудного котелка, который он соорудил за две минуты из полосок коры. Фер покачал головой:
— Валь, ты что-то скрываешь! И мне это совсем не нравится.
— Я понял, — коротко ответил северянин и замолчал, помешивая зелье.
Фер подождал немного, но Валь, похоже, не собирался продолжать. И Фер позволил себе деликатно возмутиться:
— И это всё? Ты понял и всё? Не расскажешь, что ты скрываешь?
— А если я солгу? — прищурился телохранитель. — Тебе хочется услышать красивую сказочку? Или предпочитаешь правду, но не сразу?
— Правду, — выбрал Фер без тени сомнения.
— Тогда тебе придётся подождать.
— Сколько?
— Этого я не знаю. Но обещаю: как только смогу, сразу всё тебе расскажу.
— Ты... Ты странный, — подытожил Фер и улёгся на своё одеяло. — Но ты мне нравишься.
— Вот и отлично! Глотай зелье и спи — утром рано вставать.
Валь передал ему котелок и устроился поудобнее на лежанке. Фер начал пить горькое зелье, то и дело морщась, а потом пробурчал:
— Всё равно не высплюсь из-за дурацких снов...
— Сны какого жанра? — неожиданно серьёзно спросил Валь.
— Того жанра, что спать не дают...
— Рассказывай!
Фер усмехнулся и покрутил головой:
— Ну конечно: я тебе всё, а ты мне ничего! Немного напрягает, тебе не кажется?
— Я думал, тебе нужна помощь, — Валь пожал плечами, откинулся на спину и прикрыл глаза. Вот жук! Сплошное наказание, а не охранник! И что делать? Принимать его условия?
Фер снова сел, нашёл в стороне ветку и, как Алиса во сне, начал ворошить угли. Искры вспыхнули, брызнули в стороны и умерли в последнем полёте. Он тоже умрёт. Возможно, совсем скоро... Кто-то хочет убить его и этот кто-то — настойчивый человек. Вопрос не самый срочный, конечно, но закономерный — кто? А к нему паровозиком цепляются остальные вопросы. Почему ушёл артефакт? Почему убили отца? Из-за чего каждую ночь Феру снится Алиса в маминых драгоценностях? И да, последний вопрос, чисто для информации — какое отношение эта девушка имеет к его перстню? Ведь в ней ни капли магии, а артефакт может снять и надеть только маг! Алиса, конечно, милашка, с ней было хорошо, с ней до сих пор хорошо каждую ночь в этих странных перекрёстных снах, но она обычная. У Фера давно есть невеста в Ностра-Дамнии, чуть ли не с детства обещанная как знак дружбы двух держав, и мамины драгоценности перейдут к ней после венчания... Так почему Алиса? Какой в этом смысл?
Голова отказывалась соображать. Никто ему не помогает. Даже северянин скрывает что-то важное! И Фер обозлился:
— Слушай, наследник друидов! Перестань изображать из себе великого магистра тайных наук и отвечай, кто стоит за всем этим? Я знаю, что ты знаешь!
— Светлость, мы же договорились, — удивлённо ответил Валь. — Чего землю носом роешь? Ложись лучше спать.
— Мне ещё никто никогда не указывал, когда спать, а когда не спать! Ни отец, ни мачеха, ни Леви! И уж точно, никто из слуг!
Ярость закипела в жилах, точно кровь дракона. Впервые в жизни Фер почувствовал себя на грани. Раньше все удовлетворяли его желания практически мгновенно, все любили его
Спокойный тон телохранителя покоробил Фера. Сидит здесь, рассиживается, жрёт куропатку, а на лужайке перед храмом, возможно, лежит сотня трупов, в том числе и...
— Фириель! — он подскочил к Валю и схватил его за грудки. — Надо вернуться за ней, этот рагуль убьёт её! Она там...
— Сядь! — рявкнул Валь, одним мощным толчком отправив Фера на землю. — Ты раньше видел рагуля?
— Нет, — буркнул Фер.
— А я видел. Много раз. И Вилма с Ливой тоже. И мы умеем нейтрализовать это проклятие. Это всё, что тебе нужно знать. Твоя сестра в порядке. Остальные тоже.
Фер обнял голову руками, закачал её, баюкая. Он не знал, что думать. Хотелось верить телохранителю, очень хотелось, но как? Они знакомы всего два дня, у Фера нет никакой информации о Вале, тот может быть как шпионом, предателем, так и честным парнем... На выбор, что называется.
— Держи.
Фер взял протянутое ему крылышко и с отвращением оторвал зубами кусок мяса:
— Суховато.
— Учту. В следующий раз будет сочнее.
— В следующий раз?! — Фер уже замахнулся крылышком, но передумал и только помахал им возле уха. — Мы что, обедать тоже здесь будем? Мы здесь вообще надолго?
— Пока не найдём убийцу, — с каменным спокойствием ответил Валь. — Не беспокойся, мы найдём его быстро.
— Откуда такая уверенность? Ты телохранитель или частный детектив? — хмыкнул Фер, ещё раз осматривая его с ног до головы. Обычный парень, ничего особенного — ни стати, ни масти. Глаза вот только... Цепкие, умные глаза. Знакомые... Где он мог видеть Валя? Где он мог видеть сероглазую охранницу, которая там, на лужайке, впала в транс? Что она делала: спасала их от рагуля или, наоборот, направляла его на Фера?
Как разобраться во всём? Как отделить правду от лжи? Даже ноябрьского мухомора нет под рукой... Хотя он уже употреблял его несколько дней назад! Фер лихорадочно размышлял, меряя шагами пятачок сырой земли вокруг костра. Лес молчал, придавленный тяжестью снега, лишь кое-где слышался одинокий треск ветки под лапами ночной птицы. Валь тоже молчал, обгрызая мясо с ножки. Надо бы аккуратно расспросить северянина: кто его нанял, откуда он вообще взялся, какие обязательства взял на себя. И, возможно, даже поймать на нестыковках...
— Я приготовлю тебе постель, — ровным голосом сказал Валь. — А потом отвечу на все твои вопросы, если, конечно, у тебя есть вопросы.
Он поднял голову, и Фер поймал взгляд телохранителя. Добродушный, даже почти ласковый, такой... Опасный взгляд. И поёжился. Что толку спрашивать, если подозреваешь человека в предательстве и лжи? Что толку слушать ответ, если каждое слово может оказаться вымышленным? И не проверишь, и не поверишь...
И где всё-таки он мог видеть Валя раньше?
Глава 11. Как получить ответ на незаданный вопрос
Алиса сидела у костра, склонив голову к коленям, и изредка ворошила палочкой красные прогорающие угли. Фер приподнялся на локте, удивлённо протёр глаза. Откуда здесь, в лесу, Алиса? И в таком виде... Вся замотанная в какое-то потрёпанное покрывало, на голове платок, скрывающий волосы, босые ноги... Только её точёный профиль виднелся чётко в отблесках последних огоньков костра — печальный, строгий, такой красивый!
— Алиса? Это ты? Или мне всё снится? — тихо спросил Фер, боясь разбудить телохранителя.
Она повернула голову, и улыбка озарила тёмные глаза:
— Тебе лучше знать, Фёдор. Думала, ты мне скажешь...
— Я вообще ничего не понимаю в последнее время, — буркнул он, поднимаясь. Бросил взгляд на лежанку Валя — та была пуста. Фер огляделся с нарастающей тревогой:
— А где мой охранник?
— Он охотится, — ответила Алиса. — Я попросила дать нам немного времени, и он согласился.
— Вот так, во сне?
— Сон ли это, — задумчиво протянула она. — Всё так реально! Как в жизни!
Фер присел рядом с ней, тронул пальцами край тёмного платка:
— Почему такая одежда?
— Какую дали, такую надела, — Алиса пожала плечами и придвинулась ближе к нему. Фер обнял её, прижал к себе, но девушка решительно освободилась:
— Не стоит. Они могут вернуться в любой момент.
— Кто они? Валь?
— Да, и не только...
— Почему ты мне всё время снишься?
— Помоги мне!
Она схватила Фера за руку, заглянула в глаза с умоляющим выражением:
— Я не понимаю ничего! Я не хочу всего этого! Я устала и хочу домой! Хочу, чтобы всё закончилось!
— Что случилось? — он всё же обнял её, с намереньем защитить, никому не отдать, но Алиса вырвалась, оглянулась на мрачный лес и вскочила:
— Он идёт! Помоги мне! Слышишь? Помоги!
...Фер вздрогнул всем телом, проснувшись, и долго таращился на северянина, который ощипывал очередную пойманную птицу. Костёр давно прогорел, только угли слегка дымились между камней. В лесу светлело. С учётом времени года это означало, что сейчас часов восемь утра. Валь поднял голову от тушки и спросил:
— Кошмар приснился?
— Ты никого не видел? — напряжённо ответил встречным вопросом Фер, оглядываясь по сторонам. Это было глупо: ведь всего лишь сон, очередной сон, но…
— Никого. Хочешь поговорить о чём-то?
Телохранитель глянул исподлобья, но уже не так дружелюбно, как вчера. Во взгляде ясно читалась озабоченность. Поэтому Фер подозрительно прищурился:
— Что? У нас проблемы? В чём дело?
— Надо идти дальше, — просто сказал Валь и сунул ощипанную дичь в большую кожаную сумку.
— Откуда у тебя это? Вчера же не было?
— Вилма приходила, принесла кое-каких припасов и два одеяла.
— Вилма? Это та, сероглазая? — Фер вспомнил серьёзный взгляд охранницы сестры и поёжился. Было в этих северянах что-то странное, не поддающееся объяснению. Вроде его и тянуло, и отталкивало одновременно.
— Нет, светлость, это Лива. Вилма приставлена к твоей мачехе. Довольно болтать, собирайся!
— Не ори на меня! — вскинулся Фер от резкости последней фразы. — Кто ты такой, чтобы на меня орать?
Валь медленно встал и глянул так, что всё внутри похолодело. Прямо мороз по коже! С кем лучше не ссориться, так это с собственным телохранителем...
— Меня наняли охранять тебя, и мой контракт пока не окончен. Поэтому нам надо сразу договориться о главном. Я отвечаю за твою безопасность, светлость, — северянин словно выплюнул это слово, и черты его лица на миг исказились в непонятной гримасе. Фер выдохнул и забыл, как надо дышать. Валь взял себя в руки и продолжил:
— Ты будешь слушаться меня беспрекословно. Скажу бежать — побежишь. Скажу упасть — упадёшь. Имеешь полное право послать меня к Хель, но в этом случае я не гарантирую, что ты доберёшься живым до вашего храма и получишь свой венок на голову.
Он помолчал, неспешно сворачивая одеяло в валик, потом сказал уже спокойнее:
— Кто-то очень хочет, чтобы ты умер. А я, по разным причинам, этого не хочу. И не допущу.
Перекинув валик через плечо, северянин поправил сумку с припасами, уже знакомым жестом передвинул чуть налево на груди свой ремень с ножнами и совсем будничным голосом велел:
— Понесёшь второе одеяло и мехи с водой. В путь, светлость!
Он провёл рукой над огнищем, и камни сами собой расползлись в разные стороны, пепел и угли втянулись под землю, а на их месте появились тонкие зелёные ростки травы. Фер хмыкнул. С камнями он и сам бы сумел, а вот вырастить траву так быстро — это уже высшая форма магии. Валь очень сильный колдун. Почему же работает телохранителем?
Они шли долго, пробираясь по чаще. Валь почти не пользовался магией, поэтому приходилось перелезать через коряги, рубить широким ножом заросли кустарника, который они не могли обойти. Фер терпел. Он никогда не был неженкой, но их вылазки с Леви не имели ничего общего с нынешним походом. Бегство из дворца казалось Феру неправильным. Да — рагуль, да — нападение, но ведь они, северяне, могут справиться с проклятьем! Они умеют, наверное, даже больше, чем когда-либо признаются... Но если они могут защитить его, тогда зачем бежать?
Все эти вопросы, однако, весь день оставались без ответов. Только к вечеру, когда зимнее солнце принялось лизать верхушки сосен, Валь обернулся и сказал:
— Привал. Проголодался, светлость?
— Даже не представляешь, как сильно, — пробормотал Фер и тяжело опустился на землю. Поляна, на которой они остановились, была почти целиком свободна от снега, лишь кое-где по краям, под деревьями, он ещё не успел растаять. Скоро начнётся весна, а они так и не поохотились на лис... Отец любил конную охоту. И лисьи шубы...
Валь бросил в него валиком из одеяла:
— Простудишь наследную задницу, подстели. А я пока разожгу огонь.
— Можно тебя попросить? — расстеливая одеяло на жухлой прошлогодней траве, спросил Фер, так вежливо, как только мог.
— Попроси.
Валь уже принёс ветки для костра. За неимением камней он ножом снял верхний слой дёрна, потом ободрал несколько длинных кусков коры и уложил их в ямку. Собрал горсть иголок с одной из еловых лап, бросил их на кору и принялся кресать огонь.
— Ты не мог бы обращаться со мной поучтивей? Просто совсем чуть-чуть...
Валь бросил на него быстрый взгляд и ответил, раздувая робкий огонёк:
— Хорошо.
— Хорошо? Так просто?
— Достаточно попросить по-человечески, — Валь склонился совсем низко над разгорающимся костерком, и Фер не видел его лица, но был уверен, что телохранитель улыбается.
— Ты надо мной издеваешься, — Фер устало закрыл глаза. Каждую мышцу его тела начало крутить. Завтра будет болеть. Очень сильно... Надо выспаться, он так устал...
...Алиса присела рядом с ним на корточки и коснулась ладонью его щеки. Фер с трудом поднял руку и стащил с её головы платок. Тёмные волосы рассыпались по плечам, три белые прядки между ними, словно парикмахер-хиппи решил поэкспериментировать с цветом. Алиса улыбнулась и шепнула:
— Вид у тебя ещё тот.
— У тебя не лучше, — усмехнулся он. — На тебе опять украшение моей матушки...
Она коснулась ожерелья на шее и погладила пальцем самый большой камень:
— Оно мне нравится. Наверное, поэтому оно мне и снится. А тебе что, жалко?
Фер помотал головой:
— Носи на здоровье... Просто странно, что ты мне снишься постоянно с этим ожерельем, и что мы разговариваем, и что я помню наши разговоры...
— И не только разговоры, — добавила Алиса едва слышно, а потом добавила: — У меня есть ещё что-то от тебя.
— Что именно? — улыбнулся он. — Ещё одно украшение, которое ты свистнула из сокровищницы?
— Твой перстень, — она сунула ему под нос руку, на одном из пальцев которой расположился его артефакт.
— Откуда он у тебя? — подхватился Фер...
Валь придержал его за плечо:
— Эй, светлость, полегче! Я только спросил, хочешь ли ты крылышко или ножку?
— Тьфу ты, все драконы Нового мира! Такой сон оборвал... — пробормотал Фер, с усилием садясь. Северянин поддержал его:
— Мышцы болят? Сейчас заварю зелье...
— Почему мы бежим? — вдруг спросил Фер, взглянув ему в глаза. — Разве нельзя вернуться во дворец, допросить всех присутствовавших на церемонии, найти сильнейшего мага, который смог бы вызвать этого рагуля...
— Не волнуйся, ваш главный как раз этим и занимался целый день, — Валь похлопал его по плечу, успокаивая, и протянул целую ножку от куропатки. — Поешь, пока я готовлю зелье.
Фер вдохнул запах жареного мяса и впился зубами в ножку. Прожевал половину, и только потом до него дошло:
— Откуда ты знаешь, чем занимался главный... то есть, канцлер?
— Лива сказала, — в глазах телохранителя снова появилась хитринка, и он отошёл к костру.
— Лива, да? По мобильнику, небось? И как связь? Хорошая в этих лесах?
— Теперь ты надо мной издеваешься, светлость? — открыто рассмеялся Валь. — Зачем нам гаджеты Старого мира, если есть ментальная связь?
Фер пристально посмотрел на него:
— Ты врёшь! На таком расстоянии ментальная связь не работает!
— Между близнецами она работает на любом расстоянии. А чем сильнее магия близнецов, тем крепче связь.
— Так вы...
— Да, все трое, — кивнул Валь, помешивая закипающее зелье. — Наша мать — из древнего рода друидов.
— Скажи мне, Валь, только честно... — Фер догрыз последний кусок мяса с ножки и отшвырнул кость за спину. — Почему тройняшки из древнего рода друидов нанялись телохранителями наследников аригоната? Неужели только из-за денег?
— Ну... Это своего рода инициация, — с запинкой ответил Валь, принюхавшись к пару из чудного котелка, который он соорудил за две минуты из полосок коры. Фер покачал головой:
— Валь, ты что-то скрываешь! И мне это совсем не нравится.
— Я понял, — коротко ответил северянин и замолчал, помешивая зелье.
Фер подождал немного, но Валь, похоже, не собирался продолжать. И Фер позволил себе деликатно возмутиться:
— И это всё? Ты понял и всё? Не расскажешь, что ты скрываешь?
— А если я солгу? — прищурился телохранитель. — Тебе хочется услышать красивую сказочку? Или предпочитаешь правду, но не сразу?
— Правду, — выбрал Фер без тени сомнения.
— Тогда тебе придётся подождать.
— Сколько?
— Этого я не знаю. Но обещаю: как только смогу, сразу всё тебе расскажу.
— Ты... Ты странный, — подытожил Фер и улёгся на своё одеяло. — Но ты мне нравишься.
— Вот и отлично! Глотай зелье и спи — утром рано вставать.
Валь передал ему котелок и устроился поудобнее на лежанке. Фер начал пить горькое зелье, то и дело морщась, а потом пробурчал:
— Всё равно не высплюсь из-за дурацких снов...
— Сны какого жанра? — неожиданно серьёзно спросил Валь.
— Того жанра, что спать не дают...
— Рассказывай!
Фер усмехнулся и покрутил головой:
— Ну конечно: я тебе всё, а ты мне ничего! Немного напрягает, тебе не кажется?
— Я думал, тебе нужна помощь, — Валь пожал плечами, откинулся на спину и прикрыл глаза. Вот жук! Сплошное наказание, а не охранник! И что делать? Принимать его условия?
Фер снова сел, нашёл в стороне ветку и, как Алиса во сне, начал ворошить угли. Искры вспыхнули, брызнули в стороны и умерли в последнем полёте. Он тоже умрёт. Возможно, совсем скоро... Кто-то хочет убить его и этот кто-то — настойчивый человек. Вопрос не самый срочный, конечно, но закономерный — кто? А к нему паровозиком цепляются остальные вопросы. Почему ушёл артефакт? Почему убили отца? Из-за чего каждую ночь Феру снится Алиса в маминых драгоценностях? И да, последний вопрос, чисто для информации — какое отношение эта девушка имеет к его перстню? Ведь в ней ни капли магии, а артефакт может снять и надеть только маг! Алиса, конечно, милашка, с ней было хорошо, с ней до сих пор хорошо каждую ночь в этих странных перекрёстных снах, но она обычная. У Фера давно есть невеста в Ностра-Дамнии, чуть ли не с детства обещанная как знак дружбы двух держав, и мамины драгоценности перейдут к ней после венчания... Так почему Алиса? Какой в этом смысл?
Голова отказывалась соображать. Никто ему не помогает. Даже северянин скрывает что-то важное! И Фер обозлился:
— Слушай, наследник друидов! Перестань изображать из себе великого магистра тайных наук и отвечай, кто стоит за всем этим? Я знаю, что ты знаешь!
— Светлость, мы же договорились, — удивлённо ответил Валь. — Чего землю носом роешь? Ложись лучше спать.
— Мне ещё никто никогда не указывал, когда спать, а когда не спать! Ни отец, ни мачеха, ни Леви! И уж точно, никто из слуг!
Ярость закипела в жилах, точно кровь дракона. Впервые в жизни Фер почувствовал себя на грани. Раньше все удовлетворяли его желания практически мгновенно, все любили его
