О нужде, мотивации и оргиях

Нет вещей страшней чем изобилие, достаток и успех. (За исключением чумы и холокоста, конечно.) Лишь только человек решает все свои серьезные проблемы, его счет пополняется приличной суммой в твердой валюте, едва лишь он достигает желаемого, всё – пишите письма, человек испекся. Его глаза, искрящиеся молодецким задором, живые, тут же гаснут; мышцы теряют свой рабочий тонус, а что уж происходит с несчастными мозгами – не описать, без слез не поведать. Жил человек, горел факелом, да весь вышел. «Берегись своих желаний! Они имеют привычку исполняться» - предупреждает древняя мудрость. Но не в интригах коварного джинна тут дело. Даже если вы получите ровно то, о чем мечтали – дальше-то что? Три минуты кайфа и ленивый увалень растекся по дивану? Всегда необходимо иметь наготове запасной план. На случай нечаянной удачи. Застраховать себя от (не)счастий.
Герой Райана Гослинга из фильма «Фанатик» даже серьезно задумывался о самоубийстве от счастья. И это не дешевый парадокс из задачек на сообразительность. С вершины все дороги ведут вниз – поневоле завтыкаешь, запутаешься.
С детства вызывали вопросы эти загадочные медные трубы, что идут после очевидных огня и воды из традиционных сказочных испытаний. И только с возрастом становится понятно: насколько было точно – поместить эти триумфальные завывания на финишную прямую как самого страшного противника. Достаточно посмотреть, в кого так быстро превращаются успешные спортсмены, артисты, политики – глазам больно. Не выдержали славы, возгордились, ошалели. А там и наркотики, и драки вплоть до уголовщины, и сладостные оргии. И нечего облизываться! Ничего упоительного в таком приторном содоме нет! Лишь вечная неутолимая жажда, тлен и безнадега: люди в этом мире глубоко несчастны именно из-за отсутствия внятной цели, устремленности, мотивации. Не от развращенности, не от гнили внутренней они куролесят – от безысходности и скуки!
На другом берегу всё несколько иначе. Голодный человек всегда сосредоточен. Он мотивирован добыть жратвы и тепла (в т.ч. человеческого). На самом дне все мысли только – выбраться, подняться наверх. Догнать, достать, уделать. Доказать, чтобы засвидетельствовали, приняли, наградили, полюбили. Ты будешь вгрызаться, ломать копья и когти, цепляясь за самую крохотную возможность, самую призрачную надежду. Будешь живым, злым, собранным. Забыл про лень и хандру – пусть этим упиваются избалованные, зажратые, успешные. Пусть сходят с ума от ломки в дорогущих рехабах. На каждое теплое место под софитами нацелены тысячи жадных бессонных глаз, туда тянутся тысячи крепких жилистых рук. И отстанут они, отвалятся только в одном случае – от действительного отчаяния, от выученной беспомощности, когда разочарования от неудач перешагнут критический рубеж. Но пожелать им, как ни парадоксально, стоит одного: чтоб их мечты никогда не осуществились. Чтоб они оставались некормлеными, алчущими, настойчивыми, амбициозными. И не отчаивались. В любом случае, только в жесткой конкурентной среде возможно появление, произрастание чего-то стоящего, примечательного, уникального.