Голос затих… Камеры последний раз мигнули красным и метнулись в сторону хозяйственного помещения, туда, где за пультом сидел Никос.
Я встала первой, но путь из беседки мне преградил мужчина, сидящий всё это время от меня по правую руку.
- Я провожу, – раздался уверенный голос.
- Я сама справлюсь.
Однако руку перехватила сильная мужская ладонь, и маска потянул меня в сторону пляжа. Кинув взгляд назад, я заметила, что за каждой девушкой стоял мужчина в маске, готовый отвести ее туда, куда она пожелает, и лишь за Диварой стоял Динор, что-то сосредоточенно ей объясняющий. Обреченно выдохнув, последовала за сопровождающим.
- Куда мы идем? – поинтересовалась я спустя пару минут.
От беседки мы прилично отошли, а все попытки вернуть ладонь себе ни к чему не привели.
- Гуляем, – проинформировал мужчина.
- Ага, – отозвалась я, еще раз дернув руку, но сильные пальцы лишь плотнее сомкнулись вокруг моей конечности. – А может, догуляем до бунгало? – поинтересовалась я.
- Приглашаешь к себе? – резко уточнил мужчина, останавливаясь и поворачиваясь ко мне.
Всё бы ничего, вот только ни эмоций от слов, ни взгляда я уловить не могла, а очень хотелось. Но всё изменилось, когда смысл слов, сказанных моим спутником, наконец-то дошел до моего не слишком шустрого сознания.
- Что?! – опешила я, тут же сорвав маску со своего лица и возмущенно уставившись на мужчину.
- Я так и подумал, – меж тем отозвался спутник и, удобнее перехватив мою ладонь, потянул дальше вдоль берега, напрочь игнорируя бунгало, оставшееся чуть в стороне.
- Я хотела изучить информацию о лами… – почему-то робко буркнула я, следуя за мужчиной, словно на поводке.
- В этом нет необходимости, я сам расскажу.
- А может, я вам не доверяю? – тут же насторожилась я.
- Может быть… – эхом отозвался мужчина в маске, – только это глупо.
- Это еще почему? – я не просто возмутилась, но еще и каким-то образом умудрилась вырвать свою конечность и теперь с прищуром рассматривала обернувшегося мужчину.
- Потому что именно мне ты, – при этом он намеренно перешел на более личное обращение, – можешь доверять, – а увидев скептицизм в моем взоре, продолжил: – Камилла, ты зря себя накручиваешь, этот остров, впрочем, как и все его обитали, полностью безопасны для тебя. Поверь…
Уж не знаю, что сейчас отображала моя мимика, но пару раз переступив с ноги на ногу, игнорируя факт того, что мелкий песок нагло засыпается в босоножки, я все-таки решила, что от общения с представителем жениха хуже не будет. В том, что под маской именно жених – сомневалась. Умом я не блистала, но к определенным выводам за это время пришла. Участницы, а точнее невесты, были одна другой родовитее и краше. О материальном благополучии красоток вообще отдельный разговор, и лишь я выбивалась из отбора. Почему-то мне хотелось верить, что о моем положении, а уж тем более о моей особенности авары – никто не знал.
Из раздумий вывел факт того, что мы остановились перед белоснежной беседкой, полностью увитой живым плющом, на котором робко раскачивались маленькие желтые цветочки. Экзотические деревья создавали тень с трех сторон сооружения, а вход был направлен на море. Бесконечная голубизна превращалась в тонкую белую линию на горизонте, маня в свои ласковые объятия. Завистливо вздохнув и мысленно пообещав себе ночное купание, я решительно отвернулась от побережья и нырнула в прохладу строения. По периметру стояли низкие, но широкие скамьи с мягкими подушками, а посередине возвышался металлический столик, заставленный тарелками с закусками. За обилием фруктов и маленьких кусочков хлеба со всевозможными мясными нарезками я не сразу заметила пузатый литровый графин, наполненный зеленоватой жидкостью. Рот тут же наполнился слюной, ведь напиток больше всего походил на молодое кисло-сладкое вино из неспелых яблок.
- Прошу. – Мужчина жестом указал на одну из скамеек, сам же занял место напротив.
Не уточняя моего желания, он разлил вино в широкие хрустальные бокалы на массивных ножках и жестом предложил поднять тот, что предназначался для меня. Отсалютовав своим бокалом, я пригубила напиток, тут же прикрыв глаза от наслаждения. Это вино было моей давней слабостью, которую я упорно скрывала. Списав всё на совпадение, я таяла от ощущений, предвкушая удовольствие, которое не заставило себя ждать. Лишь утолив голод и поняв, что алкоголь уже начал слегка туманить мое сознание, я откинулась на резную стенку беседки и устремила вопросительный взор на соседа. Мужчина точно смотрел на меня, я это ощущала каждой клеточкой своего тела, но молчал.
- Лами… – не выдержав интереса к своей персоне, напомнила я.
- Ламирии… – эхом отозвался чуть вибрирующий голос, заставив меня слегка насторожиться. – Как оказалось, до недавнего времени мы слишком мало знали об этом древнем обряде, а точнее успели позабыть. Несмотря на особый статус самих ламирий, мало кто отважится пройти те испытания, которые уготовили боги.
- Испытания? – нахмурилась я.
- Странно, мне казалось, что организатор конкурса, тем более будущая ведущая, должна была изучить всю информацию, – поддел мужчина, и в этот раз я отчетливо услышала сарказм в его голосе.
- О том, что я буду ведущей, узнала за сутки до конкурса, – не хотела оправдываться, но вышло как-то жалко. – Вы можете рассказать мне об испытаниях?
- Только в общих чертах, ведь даже мы не знаем, что уготовил для вас остров.
- Остров?! – опешила я.
Смутно осознавая, что, кажется, вообще ничего не знаю, закусила губу, прикрыв глаза. Как я могла попасть в эту авантюру, и почему моя интуиция спит, будто вообще прекратила существовать?
Спутник сжалился надо мной, и спустя час я не просто искусала несчастные губы, но истрепала несколько салфеток, а также пару раз порывалась сгрызть ногти, да только воспитание не позволило проявлять столь яркие эмоции.
Всё, что я уже знала о лами, было правдой, только слишком поверхностной. Как оказалось, в нашем мире существует место, где можно призвать богов в свидетели. После чего озвучить им свою просьбу, а может, и проблему, рассказчик осознанно пару раз оговорился, а я так и не смогла понять значение этого обращения. Так вот, если боги услышат, то они присылают пророка, а точнее оживляют его, загружая в него часть своей божественной сущности. Именно этот «камень», а по-другому я глыбу, встретившую нас на причале, не воспринимаю, определял участниц конкурса. Загоравшиеся на камне руны давали подсказки. Обратившийся жених с помощью своих «стражей» – чаще всего в стражах были друзья или братья жениха – рассылал приглашения невестам. В программе конкурса заявлено четыре испытания. Суть их сводилась к определению той ламирии, которая духовно подойдет жениху. В том, что такая девушка присутствует на острове, никто не сомневался, ведь пророк дал старт испытаниям. Как только закончится последнее испытание, ламирия обретет новый статус, став с женихом единым целым. Пророк от лица всех богов благословит пару, и они станут лами. Первой парой справедливости в мире за последние сто лет.
- А как же любовь? – уточнила я.
- Если между женихом и ламирией не будет чувств, то соискательница не пройдет испытание, – отозвался мужчина, подливая в мой бокал пьянящий напиток.
- А как же остальные? – не унималась я.
- Камилла, – в голосе маски послышался намек на усмешку, – неужели ты не веришь в богов?
- Скажем так… – пожав плечами, скользнула взглядом по столу, – я давно не получала подтверждения их наличия.
- А тебе всё надо доказывать? – раздался резкий вопрос.
Вскинувшись, устремила взор на маску, но отвечать не стала. Бесполезно. Я отказалась от своих чувств, не желая выгореть или стать рабыней чужих желаний. Верю я в богов? Раз всё это время я жила, не пересекаясь с Мигаром, значит, они слышали мои молитвы и помогали. Вот только, кажется, именно на этом острове что-то пошло… Не так…
- А что потом? – спросила то, что давно пульсировало в мозгах.
- Жить счастливо, – усмехнулся маска, и теперь я это точно расслышала.
- Неужели будущие лами захотят сделать свое счастье достоянием общественности? – изумилась я.
- Сама суть существования лами – это решение общественных вопросов, – пустился в объяснения мужчина.
Да, я знала, что из мужчин лами получаются лучшие руководители и судьи секторов, женщины же остаются хранителями очага, только заботятся не столько о своем доме, сколько о секторе, в котором живут. Они, словно наместницы богини благополучия, решают проблемы других, убирая даже зачатки агрессии и зависти. Любой сектор будет мечтать увидеть на своей территории лами – живых представителей богов, действиями которых руководит само правосудие.
Однако меня не покидало ощущение, что несмотря на всю историческую серьезность мероприятия, на этом острове разворачивалось шоу, где все знали и понимали свои роли… Кроме меня.
В этот раз организаторы мероприятия скрыли список тех участников, которых призвал пророк. Провели отборочный тур, хотя сразу было ясно, кто окажется в коге. Разумеется, вопрос о моей персоне был жестко проигнорирован, лишь после третьей попытки выяснить, почему так произошло, мужчина буркнул, что, мол, форс-мажоры никто не отменял. Не знаю почему, но я успокоилась, перестав настырно приставать к маске.
Вино шумело в голове, а солнце до такой степени нагрело воздух, что тень от массивных деревьев не спасала. Казалось, открытые участки кожи обгорали не из-за прямых лучей, а по вине раскалённого ветра. Осознав, что мне жизненно необходим душ и кратковременный сон, я резко поднялась, желая покинуть беседку. Маска тут же встал и сделал шаг в сторону. Когда же я резко повернулась к выходу, то оказалась впритык к мужчине. Судорожно вдохнув, с сожалением осознала, что его запах слишком приятен. Резко мотнула головой, дабы изгнать будоражащий аромат, и чуть не упала.
- Осторожно, – едва слышно произнес мужчина.
Я замерла, словно пойманный мотылек. Кислород застрял в легких. Боясь поднять взор, я лишь медленно вдыхала запах чужого тела, дурея от осознания того, что ничего милее никогда не ощущала. С досадой прикусив губы, попыталась сделать шаг назад, да только горячие сильные руки обвили мою талию, не позволяя отдалиться.
- Пустите… – пискнула я.
Рваный вдох над моей макушкой, после чего руки разомкнулись, но уже через миг горячие пальцы нашли мою похолодевшую и почему-то влажную ладонь, чтобы увлечь на улицу.
Жар солнца, раскаленный воздух и шум в голове от вина сыграли злую шутку. До бунгало я шла молча, глядя на песок. Сознание нудно билось в голове, раз за разом задавая вопрос: «Интересно, а как он целуется?» Лишь ворвавшись в отведенное мне жилище, скинув одежду и встав под ледяные струи воды, я смогла протяжно выдохнуть.
- Что за глупости?! Какая разница как он целуется?! Это всё не для меня! Мне этого не надо…
Спустя некоторое время я лежала, глядя, как легкий тюль, подвластный потокам холодного воздуха, вырывающегося из климат-контроля, развевается по спальному помещению, и четко осознавала лишь одно: я хочу, чтобы он меня поцеловал. Хоть раз. Хоть украдкой. Просто, чтобы знать… Что это не мужчина моей мечты…
- А если ты ошибешься? – сама себе задала вопрос, и тут же накрылась простыней с головой.
Кажется, ответ я знать не желала.
-У-у-у… – простонала, стараясь и дальше игнорировать монотонный стук в дверь.
- Камилла, через тридцать минут прямой эфир, – голос Динора заставил подпрыгнуть на месте и лишь затем с усилием раскрыть глаза. – Поторопись, дорогая, между прочим, твой ролик показывать будем.
- Ролик… – пискнула я.
Вот только бежать к двери было неразумно, ведь спать я улеглась, будучи полностью обнаженной. С досады ударив кулаком по матрасу, направилась в ванную, но, не дойдя, замерла, во все глаза уставившись на стул. Изумрудное нечто спадало до пола, поблёскивая камушками, украшавшими пояс наряда.
- Я что, должна быть в этом?!
Хотя кого спрашивала? Встрепенувшись, умчалась в ванную. Так быстро я еще не собиралась. Пара минут ушла на обливание несчастного лица ледяной водой, еще несколько на то, чтобы посиневшие щеки приобрели розовый оттенок. Глаза сверкали, губы тряслись, а волосы не желали распрямляться, уверенно заворачиваясь в гнездо. Кое-как разделив космы на две части, заплела две косы. Отражение радовало образом, мягко говоря, далеким от образца красоты.
- Да чтоб вас всех… – выдохнула я, примостив на лицо маску. – Угу, без штанов, но в маске!
Однако атрибут на лице не помещал натянуть несуразный наряд через голову. Обнаженные плечи. Плотный, я бы даже сказала, тугой лиф, зафиксированный на спине молнией. Далее три ряда вшитых в ткань резинок, делающих и без того узкую талию еще уже. А ниже – несколько прозрачных слоев юбок разной длины. Замерев перед зеркалом, я рассматривала свой облик. Лицо, разумеется, расплывалось, а вот две косички красноречиво спадали на грудь, придавая облику странную «невинность».
- Да уж… – выдохнула я. – Невинная дева…
Взгляд, брошенный на часы, придал ускорения. Подхватив невесомые юбки, я сунула стопы в мягкие туфли и кинулась на улицу.
- Приветствуем зрителей и участников самого долгожданного шоу этого года! – раздался под сводами куполообразной площадки голос Никоса.
Стоило мне занять место за накрытым столом, как шоу началось. Я окинула взглядом помещение, смутно осознавая, что эта площадка каждый раз меняет свой облик. Сейчас это был намек на празднично оформленную столовую с красивой полупрозрачной крышей, уверенно разместившейся на витых колоннах. Там, где должны были быть стены, открывался прекрасный вид на заходящее в море солнце и на темнеющий лес.
- Готовы ли вы увидеть лица последних ламирий? – не унимался жизнерадостный Никос.
С обеих сторон от меня сидели мужчины в одинаковых масках, но почему-то смотреть хотелось лишь на того, кто располагался по правую руку. Сосед слева невозмутимо наполнил мою тарелку мясом и салатом с общих блюд, тогда как интересующий меня мужчина протянул руку к хрустальному графину.
- Не надо, – качнула я головой, помня о том, что сознание, кажется, не до конца прояснилось от предыдущих возлияний.
Рука соседа справа сместилась, и вместо графина с вином он подхватил емкость с оранжевым напитком и наполнил мой бокал густым соком из экзотических фруктов.
- Внимание на экран… – произнес Никос.
Услышав призыв, вскинула взор на камеры, зависшие над столом. По спине пробежал холодок, а в желудке заворочалось зашуганное предвкушение.
- Встречайте удивительную девушку! Самый плодородный сектор нашего мира, Аюфер, представляет истинную жемчужину – Оливию Тюф.
В голосе Никоса прозвучала гордость, и я, пользуясь тем, что маска пока еще скрывает мои эмоции, позволила себе кривую ухмылку. Меж тем по экрану пробежала рябь, вспыхнул свет, заставляя на миг зажмуриться. Затем кисточка, будто зависшая в воздухе, стала очерчивать контур фигуры. Раздался звонкий, заливистый смех, и всю фигурку покрыли яркие бутоны роз. Опять вспышка. Посередине огромного поля с ярко-синими цветами кружилась блондинка. Подол ярко-желтого платья взметнулся, оголяя стройные ножки, но камера, взмыв вверх, отразила живое солнышко на ковре, поразительно похожем на небо. Опять вспышка. Та же девушка сидит на коленях возле сломанного куста и тонкими пальцами поглаживает изуродованную ветку.
Я встала первой, но путь из беседки мне преградил мужчина, сидящий всё это время от меня по правую руку.
- Я провожу, – раздался уверенный голос.
- Я сама справлюсь.
Однако руку перехватила сильная мужская ладонь, и маска потянул меня в сторону пляжа. Кинув взгляд назад, я заметила, что за каждой девушкой стоял мужчина в маске, готовый отвести ее туда, куда она пожелает, и лишь за Диварой стоял Динор, что-то сосредоточенно ей объясняющий. Обреченно выдохнув, последовала за сопровождающим.
***
- Куда мы идем? – поинтересовалась я спустя пару минут.
От беседки мы прилично отошли, а все попытки вернуть ладонь себе ни к чему не привели.
- Гуляем, – проинформировал мужчина.
- Ага, – отозвалась я, еще раз дернув руку, но сильные пальцы лишь плотнее сомкнулись вокруг моей конечности. – А может, догуляем до бунгало? – поинтересовалась я.
- Приглашаешь к себе? – резко уточнил мужчина, останавливаясь и поворачиваясь ко мне.
Всё бы ничего, вот только ни эмоций от слов, ни взгляда я уловить не могла, а очень хотелось. Но всё изменилось, когда смысл слов, сказанных моим спутником, наконец-то дошел до моего не слишком шустрого сознания.
- Что?! – опешила я, тут же сорвав маску со своего лица и возмущенно уставившись на мужчину.
- Я так и подумал, – меж тем отозвался спутник и, удобнее перехватив мою ладонь, потянул дальше вдоль берега, напрочь игнорируя бунгало, оставшееся чуть в стороне.
- Я хотела изучить информацию о лами… – почему-то робко буркнула я, следуя за мужчиной, словно на поводке.
- В этом нет необходимости, я сам расскажу.
- А может, я вам не доверяю? – тут же насторожилась я.
- Может быть… – эхом отозвался мужчина в маске, – только это глупо.
- Это еще почему? – я не просто возмутилась, но еще и каким-то образом умудрилась вырвать свою конечность и теперь с прищуром рассматривала обернувшегося мужчину.
- Потому что именно мне ты, – при этом он намеренно перешел на более личное обращение, – можешь доверять, – а увидев скептицизм в моем взоре, продолжил: – Камилла, ты зря себя накручиваешь, этот остров, впрочем, как и все его обитали, полностью безопасны для тебя. Поверь…
Уж не знаю, что сейчас отображала моя мимика, но пару раз переступив с ноги на ногу, игнорируя факт того, что мелкий песок нагло засыпается в босоножки, я все-таки решила, что от общения с представителем жениха хуже не будет. В том, что под маской именно жених – сомневалась. Умом я не блистала, но к определенным выводам за это время пришла. Участницы, а точнее невесты, были одна другой родовитее и краше. О материальном благополучии красоток вообще отдельный разговор, и лишь я выбивалась из отбора. Почему-то мне хотелось верить, что о моем положении, а уж тем более о моей особенности авары – никто не знал.
Из раздумий вывел факт того, что мы остановились перед белоснежной беседкой, полностью увитой живым плющом, на котором робко раскачивались маленькие желтые цветочки. Экзотические деревья создавали тень с трех сторон сооружения, а вход был направлен на море. Бесконечная голубизна превращалась в тонкую белую линию на горизонте, маня в свои ласковые объятия. Завистливо вздохнув и мысленно пообещав себе ночное купание, я решительно отвернулась от побережья и нырнула в прохладу строения. По периметру стояли низкие, но широкие скамьи с мягкими подушками, а посередине возвышался металлический столик, заставленный тарелками с закусками. За обилием фруктов и маленьких кусочков хлеба со всевозможными мясными нарезками я не сразу заметила пузатый литровый графин, наполненный зеленоватой жидкостью. Рот тут же наполнился слюной, ведь напиток больше всего походил на молодое кисло-сладкое вино из неспелых яблок.
- Прошу. – Мужчина жестом указал на одну из скамеек, сам же занял место напротив.
Не уточняя моего желания, он разлил вино в широкие хрустальные бокалы на массивных ножках и жестом предложил поднять тот, что предназначался для меня. Отсалютовав своим бокалом, я пригубила напиток, тут же прикрыв глаза от наслаждения. Это вино было моей давней слабостью, которую я упорно скрывала. Списав всё на совпадение, я таяла от ощущений, предвкушая удовольствие, которое не заставило себя ждать. Лишь утолив голод и поняв, что алкоголь уже начал слегка туманить мое сознание, я откинулась на резную стенку беседки и устремила вопросительный взор на соседа. Мужчина точно смотрел на меня, я это ощущала каждой клеточкой своего тела, но молчал.
- Лами… – не выдержав интереса к своей персоне, напомнила я.
- Ламирии… – эхом отозвался чуть вибрирующий голос, заставив меня слегка насторожиться. – Как оказалось, до недавнего времени мы слишком мало знали об этом древнем обряде, а точнее успели позабыть. Несмотря на особый статус самих ламирий, мало кто отважится пройти те испытания, которые уготовили боги.
- Испытания? – нахмурилась я.
- Странно, мне казалось, что организатор конкурса, тем более будущая ведущая, должна была изучить всю информацию, – поддел мужчина, и в этот раз я отчетливо услышала сарказм в его голосе.
- О том, что я буду ведущей, узнала за сутки до конкурса, – не хотела оправдываться, но вышло как-то жалко. – Вы можете рассказать мне об испытаниях?
- Только в общих чертах, ведь даже мы не знаем, что уготовил для вас остров.
- Остров?! – опешила я.
Смутно осознавая, что, кажется, вообще ничего не знаю, закусила губу, прикрыв глаза. Как я могла попасть в эту авантюру, и почему моя интуиция спит, будто вообще прекратила существовать?
Спутник сжалился надо мной, и спустя час я не просто искусала несчастные губы, но истрепала несколько салфеток, а также пару раз порывалась сгрызть ногти, да только воспитание не позволило проявлять столь яркие эмоции.
Всё, что я уже знала о лами, было правдой, только слишком поверхностной. Как оказалось, в нашем мире существует место, где можно призвать богов в свидетели. После чего озвучить им свою просьбу, а может, и проблему, рассказчик осознанно пару раз оговорился, а я так и не смогла понять значение этого обращения. Так вот, если боги услышат, то они присылают пророка, а точнее оживляют его, загружая в него часть своей божественной сущности. Именно этот «камень», а по-другому я глыбу, встретившую нас на причале, не воспринимаю, определял участниц конкурса. Загоравшиеся на камне руны давали подсказки. Обратившийся жених с помощью своих «стражей» – чаще всего в стражах были друзья или братья жениха – рассылал приглашения невестам. В программе конкурса заявлено четыре испытания. Суть их сводилась к определению той ламирии, которая духовно подойдет жениху. В том, что такая девушка присутствует на острове, никто не сомневался, ведь пророк дал старт испытаниям. Как только закончится последнее испытание, ламирия обретет новый статус, став с женихом единым целым. Пророк от лица всех богов благословит пару, и они станут лами. Первой парой справедливости в мире за последние сто лет.
- А как же любовь? – уточнила я.
- Если между женихом и ламирией не будет чувств, то соискательница не пройдет испытание, – отозвался мужчина, подливая в мой бокал пьянящий напиток.
- А как же остальные? – не унималась я.
- Камилла, – в голосе маски послышался намек на усмешку, – неужели ты не веришь в богов?
- Скажем так… – пожав плечами, скользнула взглядом по столу, – я давно не получала подтверждения их наличия.
- А тебе всё надо доказывать? – раздался резкий вопрос.
Вскинувшись, устремила взор на маску, но отвечать не стала. Бесполезно. Я отказалась от своих чувств, не желая выгореть или стать рабыней чужих желаний. Верю я в богов? Раз всё это время я жила, не пересекаясь с Мигаром, значит, они слышали мои молитвы и помогали. Вот только, кажется, именно на этом острове что-то пошло… Не так…
- А что потом? – спросила то, что давно пульсировало в мозгах.
- Жить счастливо, – усмехнулся маска, и теперь я это точно расслышала.
- Неужели будущие лами захотят сделать свое счастье достоянием общественности? – изумилась я.
- Сама суть существования лами – это решение общественных вопросов, – пустился в объяснения мужчина.
Да, я знала, что из мужчин лами получаются лучшие руководители и судьи секторов, женщины же остаются хранителями очага, только заботятся не столько о своем доме, сколько о секторе, в котором живут. Они, словно наместницы богини благополучия, решают проблемы других, убирая даже зачатки агрессии и зависти. Любой сектор будет мечтать увидеть на своей территории лами – живых представителей богов, действиями которых руководит само правосудие.
Однако меня не покидало ощущение, что несмотря на всю историческую серьезность мероприятия, на этом острове разворачивалось шоу, где все знали и понимали свои роли… Кроме меня.
В этот раз организаторы мероприятия скрыли список тех участников, которых призвал пророк. Провели отборочный тур, хотя сразу было ясно, кто окажется в коге. Разумеется, вопрос о моей персоне был жестко проигнорирован, лишь после третьей попытки выяснить, почему так произошло, мужчина буркнул, что, мол, форс-мажоры никто не отменял. Не знаю почему, но я успокоилась, перестав настырно приставать к маске.
Вино шумело в голове, а солнце до такой степени нагрело воздух, что тень от массивных деревьев не спасала. Казалось, открытые участки кожи обгорали не из-за прямых лучей, а по вине раскалённого ветра. Осознав, что мне жизненно необходим душ и кратковременный сон, я резко поднялась, желая покинуть беседку. Маска тут же встал и сделал шаг в сторону. Когда же я резко повернулась к выходу, то оказалась впритык к мужчине. Судорожно вдохнув, с сожалением осознала, что его запах слишком приятен. Резко мотнула головой, дабы изгнать будоражащий аромат, и чуть не упала.
- Осторожно, – едва слышно произнес мужчина.
Я замерла, словно пойманный мотылек. Кислород застрял в легких. Боясь поднять взор, я лишь медленно вдыхала запах чужого тела, дурея от осознания того, что ничего милее никогда не ощущала. С досадой прикусив губы, попыталась сделать шаг назад, да только горячие сильные руки обвили мою талию, не позволяя отдалиться.
- Пустите… – пискнула я.
Рваный вдох над моей макушкой, после чего руки разомкнулись, но уже через миг горячие пальцы нашли мою похолодевшую и почему-то влажную ладонь, чтобы увлечь на улицу.
Жар солнца, раскаленный воздух и шум в голове от вина сыграли злую шутку. До бунгало я шла молча, глядя на песок. Сознание нудно билось в голове, раз за разом задавая вопрос: «Интересно, а как он целуется?» Лишь ворвавшись в отведенное мне жилище, скинув одежду и встав под ледяные струи воды, я смогла протяжно выдохнуть.
- Что за глупости?! Какая разница как он целуется?! Это всё не для меня! Мне этого не надо…
Спустя некоторое время я лежала, глядя, как легкий тюль, подвластный потокам холодного воздуха, вырывающегося из климат-контроля, развевается по спальному помещению, и четко осознавала лишь одно: я хочу, чтобы он меня поцеловал. Хоть раз. Хоть украдкой. Просто, чтобы знать… Что это не мужчина моей мечты…
- А если ты ошибешься? – сама себе задала вопрос, и тут же накрылась простыней с головой.
Кажется, ответ я знать не желала.
***
-У-у-у… – простонала, стараясь и дальше игнорировать монотонный стук в дверь.
- Камилла, через тридцать минут прямой эфир, – голос Динора заставил подпрыгнуть на месте и лишь затем с усилием раскрыть глаза. – Поторопись, дорогая, между прочим, твой ролик показывать будем.
- Ролик… – пискнула я.
Вот только бежать к двери было неразумно, ведь спать я улеглась, будучи полностью обнаженной. С досады ударив кулаком по матрасу, направилась в ванную, но, не дойдя, замерла, во все глаза уставившись на стул. Изумрудное нечто спадало до пола, поблёскивая камушками, украшавшими пояс наряда.
- Я что, должна быть в этом?!
Хотя кого спрашивала? Встрепенувшись, умчалась в ванную. Так быстро я еще не собиралась. Пара минут ушла на обливание несчастного лица ледяной водой, еще несколько на то, чтобы посиневшие щеки приобрели розовый оттенок. Глаза сверкали, губы тряслись, а волосы не желали распрямляться, уверенно заворачиваясь в гнездо. Кое-как разделив космы на две части, заплела две косы. Отражение радовало образом, мягко говоря, далеким от образца красоты.
- Да чтоб вас всех… – выдохнула я, примостив на лицо маску. – Угу, без штанов, но в маске!
Однако атрибут на лице не помещал натянуть несуразный наряд через голову. Обнаженные плечи. Плотный, я бы даже сказала, тугой лиф, зафиксированный на спине молнией. Далее три ряда вшитых в ткань резинок, делающих и без того узкую талию еще уже. А ниже – несколько прозрачных слоев юбок разной длины. Замерев перед зеркалом, я рассматривала свой облик. Лицо, разумеется, расплывалось, а вот две косички красноречиво спадали на грудь, придавая облику странную «невинность».
- Да уж… – выдохнула я. – Невинная дева…
Взгляд, брошенный на часы, придал ускорения. Подхватив невесомые юбки, я сунула стопы в мягкие туфли и кинулась на улицу.
***
- Приветствуем зрителей и участников самого долгожданного шоу этого года! – раздался под сводами куполообразной площадки голос Никоса.
Стоило мне занять место за накрытым столом, как шоу началось. Я окинула взглядом помещение, смутно осознавая, что эта площадка каждый раз меняет свой облик. Сейчас это был намек на празднично оформленную столовую с красивой полупрозрачной крышей, уверенно разместившейся на витых колоннах. Там, где должны были быть стены, открывался прекрасный вид на заходящее в море солнце и на темнеющий лес.
- Готовы ли вы увидеть лица последних ламирий? – не унимался жизнерадостный Никос.
С обеих сторон от меня сидели мужчины в одинаковых масках, но почему-то смотреть хотелось лишь на того, кто располагался по правую руку. Сосед слева невозмутимо наполнил мою тарелку мясом и салатом с общих блюд, тогда как интересующий меня мужчина протянул руку к хрустальному графину.
- Не надо, – качнула я головой, помня о том, что сознание, кажется, не до конца прояснилось от предыдущих возлияний.
Рука соседа справа сместилась, и вместо графина с вином он подхватил емкость с оранжевым напитком и наполнил мой бокал густым соком из экзотических фруктов.
- Внимание на экран… – произнес Никос.
Услышав призыв, вскинула взор на камеры, зависшие над столом. По спине пробежал холодок, а в желудке заворочалось зашуганное предвкушение.
- Встречайте удивительную девушку! Самый плодородный сектор нашего мира, Аюфер, представляет истинную жемчужину – Оливию Тюф.
В голосе Никоса прозвучала гордость, и я, пользуясь тем, что маска пока еще скрывает мои эмоции, позволила себе кривую ухмылку. Меж тем по экрану пробежала рябь, вспыхнул свет, заставляя на миг зажмуриться. Затем кисточка, будто зависшая в воздухе, стала очерчивать контур фигуры. Раздался звонкий, заливистый смех, и всю фигурку покрыли яркие бутоны роз. Опять вспышка. Посередине огромного поля с ярко-синими цветами кружилась блондинка. Подол ярко-желтого платья взметнулся, оголяя стройные ножки, но камера, взмыв вверх, отразила живое солнышко на ковре, поразительно похожем на небо. Опять вспышка. Та же девушка сидит на коленях возле сломанного куста и тонкими пальцами поглаживает изуродованную ветку.
