Бокалы, вазы, конфетницы - весь сервант был заставлен этими хрупкими прозрачными изделиями. Но могла ли какая-то домашняя коллекция сравниться с тем разнообразием, что она увидела в музее? Сколько всего, оказывается, можно придумать из этого драгоценного стекла! Посуда, которой владели князья, графы, императоры, из рубина с золотом, из уранового стекла, тянутые вазы начала века, сосуды в форме греческих амфор, популярные советские конфетницы красные с белыми узорами... Но больше всего Лизу впечатлили авторские работы. Чего только среди них не было! Туманно-дымчатые вазочки с неровными краями, набор узких ваз - синих с белыми узорами, называемый "Уроки жизни", розоватые стаканы "Северное сияние" с частой огранкой, зелёные многоярусные сосуды, "кружевные" бокалы "Вологда", ваза с "брызгами" салюта и надписью "Победа" на красном фоне, хрустальный собор Василия Блаженного, ларцы "Антимиры" с коническими крышками, тарелки "Лунный свет" с волнами. В углу стоял стол с разнообразной посудой, стилизованный под пасхальное пиршество. С потолка спускалась хрустальная люстра с ниспадающими сосульками и колокольчиками. Не мог также не запомниться красно-белый набор "Новоселье", многоярусная "Префектура" из бокалов, ваз и подносов, сосуды с синими птицами, бокалы и вазы на зелёных ножках, расцвеченные красками осени. Хотелось созерцать эту красоту, не отрываясь.
Однако время, отведённое на экскурсию, диктовало свои законы. После музея туристам дали немного времени зайти в магазин, чтобы прикупить хрустальной посуды. Ну и как, скажите на милость, из всего этого великолепия выбрать что-то одно? Может, посоветоваться с человеком разумным?
- Ну что, - недолго думая, молодая женщина спросила Андрея. - Что-нибудь себе присмотрел?
- Себе - нет, а вот брату двоюродному. У них с женой в феврале годовщина свадьбы, надо бы что-нибудь в подарок. Хотел, кстати, с тобой посоветоваться.
- Я бы, наверное, взяла вот эти рюмки в сеточку. Или те, что рядом - в мелкую сеточку и с ягодками. Вот как раз и название - "Новоселье".
- Нет, эти не хочу! В сеточку, думаю, ему не понравятся.
- Тогда, может, вон те, со звёздочками?
- Пожалуй.
Сама Лиза долго колебалась, какие из "Новоселья" ей взять, пока, в конце концов, не остановилась на том наборе, что с ягодками.
Хотя до храма "Неопалимая купина" было рукой подать, из-за морозной погоды туристов туда повезли на автобусе.
Оказавшись внутри храма, молодая женщина почувствовала, что не зря сюда приехала - определённо не зря. Однако, залюбовавшись хрустальным иконостасом, она не забыла поставить свечку за здравие того, кто, по её милости, на долгие три с половиной года был лишён радости путешествий и тёплого домашнего очага.
После был обед в местном кафе. Андрей, как обычно, занял для неё место. После трапезы туристы снова сели в автобус и почти до самого Овстуга слушали рассказ Татьяны Павловны о дамах-императрицах династии Романовых - начиная от Екатерины Первой и заканчивая дщерью Петровой - Лизиной тёзкой. Однако симпатии к ней Лиза не питала. Очень уж легкомысленной и расточительной казалась ей российская императрица. Да и то, как поступила она с маленьким Иоанном Антоновичем, едва ли можно назвать благим делом. "Хотя сама-то я многим лучше? Тоже ведь, по сути, засадила невиновного - пусть не ребёнка, а взрослого человека, но всё же... Я боялась, что посадят, она - что свергнут и отправят в монастырь. Тоже, считай, из страха. Вот так и погибает душа!".
В Овстуг приехали засветло. Вышли из автобуса, прошли в ворота покрытого снегом парка. А вот и дом с колоннами - жёлтый, одноэтажный. Дом-музей Фёдора Тютчева.
Входя в этот дом, Лиза ничего не знала о жизни великого поэта. А жизнь у него выдалась насыщенная. Его первая любовь - красавица Амалия - отвечала ему взаимностью. Но в то время девушки редко решали свою судьбу. Родители Амалии сочли Тютчева неподходящей партией для своей дочери и выдали её за другого. Уже через много лет, встретив её, Фёдор Иванович посвятит ей свой стих, который станет романсом:
"Я встретил Вас - и всё былое
В остывшем сердце ожило.
Я вспомнил время, время золотое,
И сердцу стало так тепло".
Его первой женой была Элеонора. Женщина старше него, к тому же с детьми от первого брака. Однако здоровьем она похвастаться не могла и после пожара на корабле, на котором путешествовала с детьми, умерла от переохлаждения. Тютчев некоторое время погоревал, а потом женился на немке Эрнестине.
Вторая жена оказалась верной и мудрой, его трёх дочерей от первого брака приняла как родных. Чтобы читать произведения мужа в оригинале, специально выучила русский язык. Даже к его интрижке на стороне отнеслась с пониманием. А интрижка, имя которой было Елена Александровна Денисьева, родила ему двоих деток, которых после её смерти воспитывала дочь Тютчева Мария Фёдоровна.
Хоть и много было детей было у Фёдора Ивановича, до наших дней дожили только потомки его незаконнорожденного сына - Фёдора Фёдоровича. Они иногда наведываются в этот музей.
Когда туристы вышли на улицу, уже стемнело. Хлопья пушистого снега кружились в свете фонарей, падая на дорожку аллеи, летали возле светящихся окон дома, как мотыльки.
- Ещё бы летом сюда приехать! - мечтательно произнёс Андрей. - Тогда здесь, должно быть, ещё красивее.
- Наверное, - согласилась с ним Лиза. - Говорят, тут пруд с лебедями.
На обратном пути для пассажиров включили видеомагнитофон. Однако фильм "Иван Васильевич меняет профессию" досмотреть до конца не удалось - автобус прибыл в Брянск неожиданно быстро. До ужина оставался целый час, и Лиза решила не терять его даром - пройтись до супермаркета. Завтра ужина не будет - придётся что-нибудь соображать сегодня.
- Пойдёмте, Надежда Викторовна? - спросила она соседку.
- Ой, нет, мне сейчас не до этого! Пойду приводить себя в порядок. Хочу сегодня выглядеть потрясающе.
Зато Лена сама предложила составить ей компанию. И в очередной раз удивила Лизу своими кулинарными пристрастиями - купила сыр, бекон и чернослив с петрушкой. Сама Лиза, чтобы не тратить время на приготовление бутербродов, взяла пиццу с йогуртом.
- Знаешь, Лиз, о чём я думаю, - призналась Лена на обратном пути. - Мне тут Костя позвонил - хочет завтра встретить.
- А Костя - это твой молодой человек?
- Не совсем. Костя Пирогов - тот самый отсидевший "болотник", с которым я переписывалась. Теперь, когда освободился, пытается за мной ухаживать.
- Ну а ты?
- Не знаю, что ему ответить. Вообще-то он мне нравится.
- Так в чём дело? Смущает, что сидел?
- Да нет. Просто боюсь, как бы опять не ошибиться... Наверное, пойду завтра в церковь, поставлю свечку. Может, Бог подскажет.
Лиза от души пожелала ей удачи, а про себя подумала:
"Надо было бы и мне сделать то же самое. Ещё когда с Кириллом встречалась. Тогда бы, может, не совершила греха и не страдала бы так".
Но тут же в голову пришла другая мысль: а что если Бог как раз подавал ей знаки? Что если всячески давал понять: окстись, Елизавета, не тот человек рядом с тобой? Только она к этим знакам была слепа и глуха, ничего, кроме своей любви, не видела и не слышала.
За ужином она сидела за одним столом с Андреем и Надеждой Викторовной. Та действительно выглядела великолепно. Даже не столько благодаря причёске и макияжу. Едва ли что-то способно украсить женщину больше, нежели загадочная улыбка. Торопливо поужинав, Надежда Викторовна чуть ли не бегом полетела на свидание. Ещё через несколько минут ушла и парочка, с которой Лиза так и не познакомилась. И вот они с Андреем одни.
- Как тебе Тютчев?
- Неплохо. Стихи у него хорошие - о природе. Если бы он ещё хранил верность Эрнестине - цены б ему не было.
- Согласен.
Его ответ Лизу слегка удивил.
- А я думала, сейчас ты станешь его оправдывать: мол, творческая личность.
- И что что творческая? Всё равно, считаю, надо думать головой и отвечать за свои поступки.
- Только отвечала одна Денисьева. Её гнали отовсюду, а Тютчев тут как бы не причём. Разве это справедливо?
- Думаю, что нет. Если уж осуждать за незаконную связь - то правильно было бы обоих, а не одну женщину. Кстати, какие у тебя планы на вечер?
- Даже не знаю. Может, прогуляться.
- А я думаю пойти к шару. Ну, который мы видели из окна автобуса.
- К памятнику Чернобылю? Можно и туда.
- Окей. Встречаемся внизу.
Поднявшись к себе в комнату и наскоро одевшись, Лиза спустилась на первый этаж. Андрей уже ждал её у дверей.
Снег всё падал и падал. Ветер то затихал, а то вновь поднимался. Нечищеные тротуары шалили, хватая пешеходов за сапоги. Но Лизу это всё только забавляло.
Наконец, на перекрёстке двух дорог показался заснеженный земной шар, расколотый в нескольких местах. Напоминание о хрупкости жизни на Земле.
- Как насчёт пройтись до кургана? - поинтересовался Андрей.
- До Чащина? - глаза Лизы округлились.
- Вообще-то я имел в виду Курган Бессмертия. Но можем и до Чащина, если хочешь.
До Кургана Бессмертия путь, собственно, тоже был неблизким - три автобусные остановки. Проваливаясь в снег, Лиза с Андреем брели вдоль домов, закрытых магазинов, дороги со спешащими в обе стороны автомобилями.
Их старания, в конце концов, были вознаграждены. Справа показалась высокая стела. За ней на пригорке виднелась каменная звезда. Туда и побежали молодые люди. Вблизи монумент смотрелся ещё внушительнее. Справа и слева вели к нему две тропинки.
- Ну что, будем подниматься?
- Давай, - Лиза кивнула.
Делать это, однако же, пришлось с осторожностью. Утоптанный снег скользил под ногами, и приходилось, чтобы не сорваться, сворачивать в сугробы. Но усилия не прошли даром - высота была успешно взята.
За курганом в вечерней мгле пролегал парк, тёмный и таинственный. Позади - знакомая дорожка, освещаемая фонарями, по которой Лиза и Андрей сюда пришли. Если повернуть голову направо, взору представал, как на ладони, город весь в огнях. В овраге тоже жили люди.
- Здесь очень красиво! Особенно вечером. И особенно зимой.
- Согласен. Хотя, признаться, никогда не был здесь днём и летом.
- Так ещё всё впереди. Пошли, наверное, а то замёрзнем.
Андрей стал аккуратно спускаться с кургана. Лиза последовала за ним. Но вдруг... Не успела молодая женщина испуганно вскрикнуть, как неверные сапоги помимо её воли устремились вперёд, а тело, потеряв равновесие, оказалось в крепких мужских руках.
- Ой, мамочки! Опять чуть не полетела!
- О, мне сегодня везёт!
"Почему везёт?" - хотела было спросить Лиза.
Но вдруг, посмотрев Андрею в глаза, утонула в этих омутах. Сердце пропустило удар и неожиданно застучало с удвоенной силой. Молнией средь тёмного неба вспыхнула мысль, что этого человека она ждала всю жизнь. Когда она, как все девочки, грезила о сказочном принце, теперь ей казалось, она представляла лицо Андрея. Это его бархатный голос она слышала во снах под Рождество.
Так они и спустились к подножью кургана - Андрей и Лиза у него на руках. Там он аккуратно и с явной неохотой её отпустил. При этом смотрел на неё, не отрываясь, и даже, казалось, дышать забывал.
- Что-то случилось? - осведомилась Лиза.
- Нет... То есть да.
Осторожно, словно опасаясь разбить хрустальную вазу, он обхватил её обеими руками и коснулся губами её губ. Лиза не пыталась противиться - она лишь сильнее прижалась к Андрею. Всё остальное вмиг показалось пустым и суетным, былое - произошедшем когда-то и будто не с ней. Любимый человек рядом, обнимает, целует - и ничего в жизни больше не надо.
- Лисёнок, ты не замёрзла? - с трудом оторвавшись, спросил Андрей.
- Немного, ноги.
- Может, зайдём в кафешку, выпьем горячего чая?
- Не откажусь.
Ближайшее кафе оказалось прямо через дорогу. Молодой парочке быстро подали чай с пряностями.
- Скажи, Андрюша, - осторожно поинтересовалась Лиза. - Ты никогда не был женат?
- Нет, но невеста у меня была. Я уже собирался сделать ей предложение, но застал её с другом.
- Понимаю, что ты чувствовал. Я вот тоже своего бывшего мужа с лучшей подругой застала. Самое грустное - ради этого человека я сделала большую подлость.
- Ты шутишь? Никогда не поверю, чтобы такая девушка, как ты, была способна на подлости.
"Если бы ты знал, Андрюша! Если бы знал!"
Что он сделал бы тогда? Отвернулся бы с презрением? Или сумел бы понять, простить? Хотя можно ли простить такое?
"Я расскажу, обязательно расскажу. Только не сейчас!"
Не сейчас, когда его глаза напротив смотрят на Лизу с таким обожанием, когда его руки так нежно касаются его ладоней. Когда в мягком свете огоньков звучит живая музыка:
"Лиза! Я так хотел признаться тебе,
Что я навек обязан судьбе,
За то, что мы с тобою повстречались, Лиза,
Однажды на огромной Земле".
- Кажется, это про нас, - в глазах Андрея загорелся лукавый огонёк.
- Может быть. Не зря же с детства моя любимая.
Но вот отзвучала песня, последние капли чая остались на самом донышке. Заказать бы ещё чайник и сидеть бы так до самого утра. Но надо ещё собрать чемоданы. И хоть немного поспать.
Снова заснеженные тротуары, снующие туда-сюда машины, жёлтые фонари. И, какая досада - родная гостиница! Так скоро?
Впрочем, необязательно идти туда сразу. Можно пройти по глубоким сугробам к монастырю, что расположился позади и стоит незаметным с дороги. Или к церкви напротив парка. А ещё лучше - и туда, и туда... Но сказать друг другу: "Спокойной ночи!" - в конце концов пришлось.
Остаток вечера молодая женщина собирала чемодан, совсем не думая при этом о вещах, которые клала вовнутрь. Лишь Андрей занимал её мысли. Взгляд его бездонных глаз, горячий поцелуй. Лиза думала, что вспоминая всё это, так и не сможет заснуть. Однако, к собственному разочарованию, отключилась довольно быстро.
Утро прошло в спешке и нетерпеливом ожидании. Хотя времени на то, чтобы собраться и позавтракать, было предостаточно, желание как можно скорее увидеть Андрея заставляло молодую женщину бежать впереди часов.
Наконец, Лиза спустилась в ресторан. Любимый был уже там.
- Привет, Лисёнок!
- Привет, Андрюша!
И ничего более не надо, чтобы быть счастливыми. Каждое утро бы начинать с этих слов. На собственной кухне. И пусть это лишь мечта. О том, что она не сбудется, думать не хотелось. Как, собственно, и о скором расставании.
После завтрака Андрей и Лиза успели ещё зайти в монастырь, который уже был открыт, и поставить свечку Николаю Чудотворцу. Как-никак, покровитель путников. Лена, стоя у иконы Богородицы, молилась о чём-то своём и парочки не заметила.
В автобусе место рядом с Лизой оказалось подозрительно пустым.
- Сотникова позвонила, сказала, что не поедет, - прокомментировала Татьяна Павловна. - Решила задержаться в Брянске. Причину, к сожалению, не назвала. Так что есть одно свободное место.
Да, видимо, у Надежды Викторовны с её кавалером действительно всё серьёзно, раз она решила остаться. Что ж, если так, Лиза только рада за неё.
Радости прибавилось, когда подошёл Андрей:
Однако время, отведённое на экскурсию, диктовало свои законы. После музея туристам дали немного времени зайти в магазин, чтобы прикупить хрустальной посуды. Ну и как, скажите на милость, из всего этого великолепия выбрать что-то одно? Может, посоветоваться с человеком разумным?
- Ну что, - недолго думая, молодая женщина спросила Андрея. - Что-нибудь себе присмотрел?
- Себе - нет, а вот брату двоюродному. У них с женой в феврале годовщина свадьбы, надо бы что-нибудь в подарок. Хотел, кстати, с тобой посоветоваться.
- Я бы, наверное, взяла вот эти рюмки в сеточку. Или те, что рядом - в мелкую сеточку и с ягодками. Вот как раз и название - "Новоселье".
- Нет, эти не хочу! В сеточку, думаю, ему не понравятся.
- Тогда, может, вон те, со звёздочками?
- Пожалуй.
Сама Лиза долго колебалась, какие из "Новоселья" ей взять, пока, в конце концов, не остановилась на том наборе, что с ягодками.
Хотя до храма "Неопалимая купина" было рукой подать, из-за морозной погоды туристов туда повезли на автобусе.
Оказавшись внутри храма, молодая женщина почувствовала, что не зря сюда приехала - определённо не зря. Однако, залюбовавшись хрустальным иконостасом, она не забыла поставить свечку за здравие того, кто, по её милости, на долгие три с половиной года был лишён радости путешествий и тёплого домашнего очага.
После был обед в местном кафе. Андрей, как обычно, занял для неё место. После трапезы туристы снова сели в автобус и почти до самого Овстуга слушали рассказ Татьяны Павловны о дамах-императрицах династии Романовых - начиная от Екатерины Первой и заканчивая дщерью Петровой - Лизиной тёзкой. Однако симпатии к ней Лиза не питала. Очень уж легкомысленной и расточительной казалась ей российская императрица. Да и то, как поступила она с маленьким Иоанном Антоновичем, едва ли можно назвать благим делом. "Хотя сама-то я многим лучше? Тоже ведь, по сути, засадила невиновного - пусть не ребёнка, а взрослого человека, но всё же... Я боялась, что посадят, она - что свергнут и отправят в монастырь. Тоже, считай, из страха. Вот так и погибает душа!".
В Овстуг приехали засветло. Вышли из автобуса, прошли в ворота покрытого снегом парка. А вот и дом с колоннами - жёлтый, одноэтажный. Дом-музей Фёдора Тютчева.
Входя в этот дом, Лиза ничего не знала о жизни великого поэта. А жизнь у него выдалась насыщенная. Его первая любовь - красавица Амалия - отвечала ему взаимностью. Но в то время девушки редко решали свою судьбу. Родители Амалии сочли Тютчева неподходящей партией для своей дочери и выдали её за другого. Уже через много лет, встретив её, Фёдор Иванович посвятит ей свой стих, который станет романсом:
"Я встретил Вас - и всё былое
В остывшем сердце ожило.
Я вспомнил время, время золотое,
И сердцу стало так тепло".
Его первой женой была Элеонора. Женщина старше него, к тому же с детьми от первого брака. Однако здоровьем она похвастаться не могла и после пожара на корабле, на котором путешествовала с детьми, умерла от переохлаждения. Тютчев некоторое время погоревал, а потом женился на немке Эрнестине.
Вторая жена оказалась верной и мудрой, его трёх дочерей от первого брака приняла как родных. Чтобы читать произведения мужа в оригинале, специально выучила русский язык. Даже к его интрижке на стороне отнеслась с пониманием. А интрижка, имя которой было Елена Александровна Денисьева, родила ему двоих деток, которых после её смерти воспитывала дочь Тютчева Мария Фёдоровна.
Хоть и много было детей было у Фёдора Ивановича, до наших дней дожили только потомки его незаконнорожденного сына - Фёдора Фёдоровича. Они иногда наведываются в этот музей.
Когда туристы вышли на улицу, уже стемнело. Хлопья пушистого снега кружились в свете фонарей, падая на дорожку аллеи, летали возле светящихся окон дома, как мотыльки.
- Ещё бы летом сюда приехать! - мечтательно произнёс Андрей. - Тогда здесь, должно быть, ещё красивее.
- Наверное, - согласилась с ним Лиза. - Говорят, тут пруд с лебедями.
На обратном пути для пассажиров включили видеомагнитофон. Однако фильм "Иван Васильевич меняет профессию" досмотреть до конца не удалось - автобус прибыл в Брянск неожиданно быстро. До ужина оставался целый час, и Лиза решила не терять его даром - пройтись до супермаркета. Завтра ужина не будет - придётся что-нибудь соображать сегодня.
- Пойдёмте, Надежда Викторовна? - спросила она соседку.
- Ой, нет, мне сейчас не до этого! Пойду приводить себя в порядок. Хочу сегодня выглядеть потрясающе.
Зато Лена сама предложила составить ей компанию. И в очередной раз удивила Лизу своими кулинарными пристрастиями - купила сыр, бекон и чернослив с петрушкой. Сама Лиза, чтобы не тратить время на приготовление бутербродов, взяла пиццу с йогуртом.
- Знаешь, Лиз, о чём я думаю, - призналась Лена на обратном пути. - Мне тут Костя позвонил - хочет завтра встретить.
- А Костя - это твой молодой человек?
- Не совсем. Костя Пирогов - тот самый отсидевший "болотник", с которым я переписывалась. Теперь, когда освободился, пытается за мной ухаживать.
- Ну а ты?
- Не знаю, что ему ответить. Вообще-то он мне нравится.
- Так в чём дело? Смущает, что сидел?
- Да нет. Просто боюсь, как бы опять не ошибиться... Наверное, пойду завтра в церковь, поставлю свечку. Может, Бог подскажет.
Лиза от души пожелала ей удачи, а про себя подумала:
"Надо было бы и мне сделать то же самое. Ещё когда с Кириллом встречалась. Тогда бы, может, не совершила греха и не страдала бы так".
Но тут же в голову пришла другая мысль: а что если Бог как раз подавал ей знаки? Что если всячески давал понять: окстись, Елизавета, не тот человек рядом с тобой? Только она к этим знакам была слепа и глуха, ничего, кроме своей любви, не видела и не слышала.
За ужином она сидела за одним столом с Андреем и Надеждой Викторовной. Та действительно выглядела великолепно. Даже не столько благодаря причёске и макияжу. Едва ли что-то способно украсить женщину больше, нежели загадочная улыбка. Торопливо поужинав, Надежда Викторовна чуть ли не бегом полетела на свидание. Ещё через несколько минут ушла и парочка, с которой Лиза так и не познакомилась. И вот они с Андреем одни.
- Как тебе Тютчев?
- Неплохо. Стихи у него хорошие - о природе. Если бы он ещё хранил верность Эрнестине - цены б ему не было.
- Согласен.
Его ответ Лизу слегка удивил.
- А я думала, сейчас ты станешь его оправдывать: мол, творческая личность.
- И что что творческая? Всё равно, считаю, надо думать головой и отвечать за свои поступки.
- Только отвечала одна Денисьева. Её гнали отовсюду, а Тютчев тут как бы не причём. Разве это справедливо?
- Думаю, что нет. Если уж осуждать за незаконную связь - то правильно было бы обоих, а не одну женщину. Кстати, какие у тебя планы на вечер?
- Даже не знаю. Может, прогуляться.
- А я думаю пойти к шару. Ну, который мы видели из окна автобуса.
- К памятнику Чернобылю? Можно и туда.
- Окей. Встречаемся внизу.
Поднявшись к себе в комнату и наскоро одевшись, Лиза спустилась на первый этаж. Андрей уже ждал её у дверей.
Снег всё падал и падал. Ветер то затихал, а то вновь поднимался. Нечищеные тротуары шалили, хватая пешеходов за сапоги. Но Лизу это всё только забавляло.
Наконец, на перекрёстке двух дорог показался заснеженный земной шар, расколотый в нескольких местах. Напоминание о хрупкости жизни на Земле.
- Как насчёт пройтись до кургана? - поинтересовался Андрей.
- До Чащина? - глаза Лизы округлились.
- Вообще-то я имел в виду Курган Бессмертия. Но можем и до Чащина, если хочешь.
До Кургана Бессмертия путь, собственно, тоже был неблизким - три автобусные остановки. Проваливаясь в снег, Лиза с Андреем брели вдоль домов, закрытых магазинов, дороги со спешащими в обе стороны автомобилями.
Их старания, в конце концов, были вознаграждены. Справа показалась высокая стела. За ней на пригорке виднелась каменная звезда. Туда и побежали молодые люди. Вблизи монумент смотрелся ещё внушительнее. Справа и слева вели к нему две тропинки.
- Ну что, будем подниматься?
- Давай, - Лиза кивнула.
Делать это, однако же, пришлось с осторожностью. Утоптанный снег скользил под ногами, и приходилось, чтобы не сорваться, сворачивать в сугробы. Но усилия не прошли даром - высота была успешно взята.
За курганом в вечерней мгле пролегал парк, тёмный и таинственный. Позади - знакомая дорожка, освещаемая фонарями, по которой Лиза и Андрей сюда пришли. Если повернуть голову направо, взору представал, как на ладони, город весь в огнях. В овраге тоже жили люди.
- Здесь очень красиво! Особенно вечером. И особенно зимой.
- Согласен. Хотя, признаться, никогда не был здесь днём и летом.
- Так ещё всё впереди. Пошли, наверное, а то замёрзнем.
Андрей стал аккуратно спускаться с кургана. Лиза последовала за ним. Но вдруг... Не успела молодая женщина испуганно вскрикнуть, как неверные сапоги помимо её воли устремились вперёд, а тело, потеряв равновесие, оказалось в крепких мужских руках.
- Ой, мамочки! Опять чуть не полетела!
- О, мне сегодня везёт!
"Почему везёт?" - хотела было спросить Лиза.
Но вдруг, посмотрев Андрею в глаза, утонула в этих омутах. Сердце пропустило удар и неожиданно застучало с удвоенной силой. Молнией средь тёмного неба вспыхнула мысль, что этого человека она ждала всю жизнь. Когда она, как все девочки, грезила о сказочном принце, теперь ей казалось, она представляла лицо Андрея. Это его бархатный голос она слышала во снах под Рождество.
Так они и спустились к подножью кургана - Андрей и Лиза у него на руках. Там он аккуратно и с явной неохотой её отпустил. При этом смотрел на неё, не отрываясь, и даже, казалось, дышать забывал.
- Что-то случилось? - осведомилась Лиза.
- Нет... То есть да.
Осторожно, словно опасаясь разбить хрустальную вазу, он обхватил её обеими руками и коснулся губами её губ. Лиза не пыталась противиться - она лишь сильнее прижалась к Андрею. Всё остальное вмиг показалось пустым и суетным, былое - произошедшем когда-то и будто не с ней. Любимый человек рядом, обнимает, целует - и ничего в жизни больше не надо.
- Лисёнок, ты не замёрзла? - с трудом оторвавшись, спросил Андрей.
- Немного, ноги.
- Может, зайдём в кафешку, выпьем горячего чая?
- Не откажусь.
Ближайшее кафе оказалось прямо через дорогу. Молодой парочке быстро подали чай с пряностями.
- Скажи, Андрюша, - осторожно поинтересовалась Лиза. - Ты никогда не был женат?
- Нет, но невеста у меня была. Я уже собирался сделать ей предложение, но застал её с другом.
- Понимаю, что ты чувствовал. Я вот тоже своего бывшего мужа с лучшей подругой застала. Самое грустное - ради этого человека я сделала большую подлость.
- Ты шутишь? Никогда не поверю, чтобы такая девушка, как ты, была способна на подлости.
"Если бы ты знал, Андрюша! Если бы знал!"
Что он сделал бы тогда? Отвернулся бы с презрением? Или сумел бы понять, простить? Хотя можно ли простить такое?
"Я расскажу, обязательно расскажу. Только не сейчас!"
Не сейчас, когда его глаза напротив смотрят на Лизу с таким обожанием, когда его руки так нежно касаются его ладоней. Когда в мягком свете огоньков звучит живая музыка:
"Лиза! Я так хотел признаться тебе,
Что я навек обязан судьбе,
За то, что мы с тобою повстречались, Лиза,
Однажды на огромной Земле".
- Кажется, это про нас, - в глазах Андрея загорелся лукавый огонёк.
- Может быть. Не зря же с детства моя любимая.
Но вот отзвучала песня, последние капли чая остались на самом донышке. Заказать бы ещё чайник и сидеть бы так до самого утра. Но надо ещё собрать чемоданы. И хоть немного поспать.
Снова заснеженные тротуары, снующие туда-сюда машины, жёлтые фонари. И, какая досада - родная гостиница! Так скоро?
Впрочем, необязательно идти туда сразу. Можно пройти по глубоким сугробам к монастырю, что расположился позади и стоит незаметным с дороги. Или к церкви напротив парка. А ещё лучше - и туда, и туда... Но сказать друг другу: "Спокойной ночи!" - в конце концов пришлось.
Остаток вечера молодая женщина собирала чемодан, совсем не думая при этом о вещах, которые клала вовнутрь. Лишь Андрей занимал её мысли. Взгляд его бездонных глаз, горячий поцелуй. Лиза думала, что вспоминая всё это, так и не сможет заснуть. Однако, к собственному разочарованию, отключилась довольно быстро.
***
Утро прошло в спешке и нетерпеливом ожидании. Хотя времени на то, чтобы собраться и позавтракать, было предостаточно, желание как можно скорее увидеть Андрея заставляло молодую женщину бежать впереди часов.
Наконец, Лиза спустилась в ресторан. Любимый был уже там.
- Привет, Лисёнок!
- Привет, Андрюша!
И ничего более не надо, чтобы быть счастливыми. Каждое утро бы начинать с этих слов. На собственной кухне. И пусть это лишь мечта. О том, что она не сбудется, думать не хотелось. Как, собственно, и о скором расставании.
После завтрака Андрей и Лиза успели ещё зайти в монастырь, который уже был открыт, и поставить свечку Николаю Чудотворцу. Как-никак, покровитель путников. Лена, стоя у иконы Богородицы, молилась о чём-то своём и парочки не заметила.
В автобусе место рядом с Лизой оказалось подозрительно пустым.
- Сотникова позвонила, сказала, что не поедет, - прокомментировала Татьяна Павловна. - Решила задержаться в Брянске. Причину, к сожалению, не назвала. Так что есть одно свободное место.
Да, видимо, у Надежды Викторовны с её кавалером действительно всё серьёзно, раз она решила остаться. Что ж, если так, Лиза только рада за неё.
Радости прибавилось, когда подошёл Андрей:
