Также мать настояла на том, чтобы Настя срочно постригла ногти и покрасила их в розовый цвет. В тот же цвет она покрасила губы дочери и выпроводила, попросив, чтобы та непременно позвонила ей как только встретит своего бойфренда.
Андрей был приятно удивлён, увидев Настю нарядной. Сам он был одет в джинсы и футболку, но это отнюдь не испортило впечатления девушки о новом знакомом. В конце концов, все так одеваются в кино, да она бы и сама так оделась, если бы мама не настояла. Андрей шёл, высоко подняв голову вверх, словно гордясь тем, что рядом с ним такая элегантная девушка. "Посмотрите какой я! - словно говорил он всем своим видом. - Видите, с какой девушкой я гуляю!"
- Надо бы позвонить маме, - сказала Настя, когда они были у кинотеатра. - Я обещала позвонить ей.
- Конечно, конечно, - сказал Андрей. - Родители - это святое дело. Их нельзя заставлять волноваться.
Набрав номер мобильного матери, Настя поспешила успокоить её, сказав, что всё нормально, что Андрей рядом с ней. Мать пожелала ей удачи и на прощание сказала:
- Ну ладно, пока, зайчик мой!
- Пока, моя абрикоска!
Она обычно называла маму именно так, и маме это нравилось. Во-первых, абрикос был её любимым фруктом, а во-вторых, волосы у мамы были огненно-рыженькими, совсем как эти оранжевые плоды. И как тут не назвать мать абрикоской!
Положив трубку, Настя заметила, что лицо Андрея стало каким-то не то что недовольным, а даже злым. Можно даже сказать, искажённым яростью.
- Ты что же это? - набросился он на девушку. - Ты как с матерью разговариваешь?
- А как я с ней разговариваю? - спросила Настя, недоумевая, что сталось с её новым знакомым.
- Как как? Непочтительно, распущенно! Что это за обращение "абрикоска"!
- Ну а что же тут обидного. Я ж её любя.
- А то, что в таком тоне, - ответил Андрей ещё более резко, - ты можешь разговаривать с подружкой, но никак не с матерью! Родители - это святое, а такое обращение - чистейшее панибратство!
- Но она любит абрикосы, - ответила Настя, пожав плечами. - И кроме того, она рыженькая, как абрикос.
- Может быть, ты её ещё и рыжей зовёшь? - тон Андрея стал ещё более раздражённым.
- Иногда и рыженькой называю.
- Ну это уж совсем никуда не годится! А если бы она любила змеиную кожу, как бы ты называла свою мать? Коброй? Гадюкой? Или вообще гюрзой?
- Тише, не ори так - на нас все смотрят.
- Ещё лучше! И тебе не стыдно?
- За что мне должно быть стыдно?
- За то, как ты к матери относишься. Это не то что неуважение, это, можно сказать, циничное глумление.
- Но мама не обижается, а значит...
- Ничего это не значит! - отрезал Андрей. - Просто твоя мама очень терпеливая, раз терпит такое отношение! Другая бы взяла да выпорола как следует! И между прочим, правильно бы сделала!
- Не всякая. Я бы, допустим, не обижалась.
- Да ты просто ненормальная! - закричал Андрей, отстраняясь от неё. - Это ж надо: так вот внаглую не почитать родителей! Да ещё и гордиться этим! С меня довольно! Вот тебе твой билет, иди в кино сама, а я не желаю иметь с тобой ничего общего!
С этими словами он достал из кармана оба билета и буквально швырнул ей в руки. Не успела Настя толком ничего понять, как Андрей развернулся и пошёл в сторону метро.
- Андрей, постой! - закричала ему вслед Настя. - Ты чего?
Но тот даже не обернулся.
Целую неделю после этого Настя ждала, что Андрей позвонит или напишет СМС, но её мобильный молчал. После пар спускалась в столовую и нарочно садилась за тот же столик, надеясь, что Андрей снова подойдёт и спросит, свободно ли здесь. Но его там вообще не было видно. В принципе, она могла посмотреть расписание занятий на факультете экономики и сама подойти к нему, но строго-настрого приказала себе не делать этого - надо же иметь девичью гордость. Однажды она всё же увидела его в коридоре института и специально прошла мимо него, ожидая, что он её остановит. Но он прошёл, даже не поздоровавшись с ней.
В воскресенье мать Насти решила печь блины и послала дочь в магазин за молоком. Идя по улице, девушка не переставала думать об Андрее. Мечтала, как завтра увидит его в институте, как он подойдёт к ней и пригласит её куда-нибудь. В конце концов, все ссорятся, но ведь после ссоры многие остывают и мирятся. Точно так же будет и у неё с Андреем.
И вдруг перед её глазами появился... Андрей. Ошибки быть не могло - Настя хорошо помнила, как он выглядит. Не замечая её, Андрей разговаривал по мобильному, очевидно, со своим отцом. Даже по голосу можно было узнать, что это он.
- Ты что, предок, совсем охренел! - вдруг закричал Андрей. - Ты что за фигню несёшь, старый козёл!... Да засунь ты его себе в задницу!.. Что? Ну ты, папаша, полный дебил. У тебя что, совсем к старости шарики за ролики заехали?... Что ты ко мне прилип, как жвачка! Ты меня задобал!...
Он сказал своему отцу ещё много "ласковых" слов, но Настя уже не слушала. К своему удивлению она вдруг поняла, что ничуть не жалеет о разлуке с ним.
- Ай-ай-ай, какой невоспитанный парень! - услышала Настя чей-то старческий голос. - Разве можно так разговаривать с родителями?
- Хам, дедуля, - ответил ему другой, молодой и энергичный.
Настя оглянулась: позади стояли двое: молодой человек с золотыми кудрями и его старый дедушка. Увидев девушку, молодой улыбнулся ей очаровательной улыбкой. "А он милый", - подумала Настя, кокетливо улыбаясь ему в ответ.
Май 2006
Эксперимент
- Чем больше масса тела, тем медленнее на нём бежит время, - говорил 12-летней Лилечке её отец, в прошлом физик-любитель, а в настоящем инженер. - Если, допустим, одни часы поставить на Юпитер, а другие - на Землю, и потом сверить их, то получится, что юпитерские будут отставать на несколько секунд. Если, конечно, они с самого начала шли правильно. То же самое будет и в том случае, если тело движется со скоростью, близкой к скорости света.
- А если скорость больше скорости света? - спрашивала Лиля.
- Такого не бывает, даже теоретически. Скорость света - это предел.
Это ещё Эйнштейн доказал. При такой скорости масса тела стремится к бесконечности, а время останавливается. И это притом, что размеры тела стремятся к нулю.
- Как у "чёрных дыр"?
- Именно. Размеры у них маленькие, а вот весят они во много раз больше Солнца. Да что Солнце? Даже больше, чем сверхгиганты типа Бетельгейзе. За счёт массы они и притягивают всё, что попадается на их пути. И не отпускают.
- Даже свет?
- Даже свет. Потому они и тёмные такие.
- А если бы, - вдруг спросила Лиля, - можно было бы двигаться быстрее света, получается, время бы шло в обратном направлении. И тогда можно было бы попасть в прошлое?
- Теоретически да.
Такие дискуссии были в семье не редкостью. Лиля не меньше отца любила физику и в школе получала по этому предмету преимущественно отличные оценки. Назло одноклассникам, которые предпочли бы, чтобы она не хуже разбиралась в бытовом мате и специфических терминах касательно размножения. Причём не бактерий и вирусов, в размножении которых Лиля как раз таки разбиралась, а двуногих млекопитающих. Зато физичка Елена Александровна не имела никаких претензий по поводу любви своей ученицы к её предмету.
Однако для того, чтобы наука стала наукой, одной теории мало - нужны научные подтверждения, а проще говоря, нужен эксперимент. И этот эксперимент Лиля и решила провести.
В качестве лаборатории была выбрана квартира бабушки. Время проведения эксперимента, естественно, самое удобное - когда в квартире никого не было - родители с бабушкой ушли на рынок. Хотя как это никого?! В квартире, кроме неё, остался бабушкин кот Сеня. Но его можно было не опасаться - этот полосатый сибирский плут никому не скажет, и даже не потребует "Вискаса" за молчание. Одним словом, всё чисто.
Для начала требовалось подобрать подходящее тело. Нет, не тяжёлое, а такое, чтобы запросто можно было двигать. Двигать, к примеру, тумбочку или холодильник ну никак не входило в Лилькины планы. Наконец, Лиля остановилась на плюшевой собачке, которую бабушка подарила ей, когда та была ребёнком.
Однако какие же эксперименты со временем без часов! Это получится даже неуважение к "царице наук"! Тем более, если у самого экспериментатора с чувством времени большие проблемы. Наиболее подходящими для этой цели оказались бабушкины часы, стоящие на столе. Они отсчитывали каждую секунду с таким хрустом, как будто бабушка ела яблоки.
Оставалось зафиксировать часы на поверхности тела. С этой целью Лиля полчаса рылась в бабушкиной тумбочке, пока, наконец, не нашла бинт.
Ещё полчаса было потрачено на то, чтобы как можно крепче привязать часы к собачке. Наконец, когда Лиле показалось, что она привязала их достаточно крепко, она схватила собачку за хвост и принялась раскручивать несчастную по окружности, стараясь раскрутить с как можно большей скоростью.
Вдруг часы выскользнули из-под привязи и, повинуясь закону инерции, полетели в сторону прихожей, а там не без помощи закона всемирного тяготения, благополучно приземлились на линолеум.
Сеня, никогда за свою кошачью жизнь не изучавший физики, наблюдал результат эксперимента, вытаращив зелёные светящиеся глаза. А Лиля побежала уточнять степень несоответствия полученных и ожидаемых результатов. Впрочем, в одном таки было соответствие - часы работали так, словно в настоящий момент двигались со скоростью света, а проще говоря, вообще остановились. Кроме того, откололась одна деталь, без которой они уже не могли служить будильником. "Ну, всё, бабушка меня убьёт!" - испугалась Лиля.
Чтобы избежать наказания, Лиля поставила часы на прежнее место, а то, что отломилось, положила сверху. Увидев такое, Сеня подошёл к ней и мяукнул, глядя на неё хитрыми глазками.
"Это не поможет, - истолковала Лиля его мяуканье. - Бабушка всё равно узнает".
- Конечно, узнает. Только заметит потом, когда я уйду домой. А когда я снова приду к ней, она уже простит и не будет меня ругать.
Хотя сама-то не верила. Ведь часы постоянно хрустели, а теперь по тишине бабушка может понять, что часы не идут. Конечно же, начнёт присматриваться и обнаружит поломку. Не лучше ли тогда самой признаться? Говорят, повинную голову меч не сечёт.
Наконец, с рынка вернулись родители и бабушка. Лиля и Сеня побежали встречать их. Лиля целовала, а Сеня лёг на спину, требуя, чтобы каждый из пришедших почесал ему живот. Встал только тогда, когда его требования были выполнены. Родители пошли на кухню выкладывать из сумок продукты, а бабушка направилась прямиком в комнату.
Но бабушка ничего не замечала. Она то и дело говорила о том, какую хорошую и недорогую пряжу она купила, и что она собирается вязать из этой пряжи. Каждый раз, когда внучка открывала рот для чистосердечного покаяния, бабушка вставляла какую-нибудь фразу, касающуюся то кулинарных планов на обед, то дороговизны всего самого необходимого, то перспективы избавления Сеньки от блох. При этом приближалась к журнальному столику с неработающими часами. А приблизившись, поставила сумку на столик и принялась выкладывать клубки серой пряжи. Вдруг она сделала одно неосторожное движение локтём, и часы кубарем покатились со стола.
- Ой, какая я неловкая! - запричитала бабушка, поднимая часы. - Ой, кажется, сломала! Ну а ты-то чего улыбаешься?
Май 2006
За экологию и здоровье нации
- Поедем на озеро, - предложил Никита.
- Поехали, - согласилась Люба.
Наскоро собрав всё самое необходимое, Люба заперла калитку, оставила записку, и они с Никитой пошли вдоль огородов.
Несмотря на то, что Петушки - город маленький и до озера можно было дойти пешком менее чем за два часа, парочка предпочла доехать на маршрутном такси - зачем зря время терять. Причём предложил Никита - Люба не очень-то жаловала маршрутки как экологически опасный вид транспорта и предпочитала, если можно, идти на своих двоих. Но перспектива не успеть вдоволь накупаться и позагорать (Никите было вредно загорать после двенадцати) заставила её отказаться от экологических убеждений.
Во время пути они познакомились с одним молодым попутчиком - мальчиком лет девяти. Он также ехал на озеро и, что самое удивительное, без родителей. Звали мальчика Антоном. Всю дорогу Никита давал молодому человеку советы: сколько минут в день надо делать зарядку; на каком расстоянии от глаз держать книгу во время чтения и тетрадь при выполнении домашнего задания; что может случиться, если кушать много сладкого, часто смотреть телевизор, курить и, наконец, употреблять алкоголь. И, по правде сказать, имел на это право - у него было неоконченное медицинское образование. Люба в свою очередь рассказывала Антону о том, почему нельзя кидать фантики от конфет на тротуары и выбрасывать мусор в лес или в воду.
Замолчали они только тогда, когда, наконец, доехали, порядком утомившиеся от просветительской деятельности. Зато заговорил Антон, представитель просвещённой молодёжи. Рассказывал, как у них в школе ученики застали учителя за курением в туалете; как пьяный сосед поругался с собственным котом, и оба после этого ходили поцарапанными; и как его лучший друг нечаянно уронил в озеро (не в это - в другое) горшок с навозом.
Купались они то всей компанией, то каждый по отдельности. Вскоре Антон ушёл, и Люба предложила Никите доплыть до противоположного берега. Тот, дабы не давать девушке повода почувствовать своё превосходство, поплыл с ней.
Доплыли они уже почти замученные, но довольные. Ещё бы! Ведь погода была лучше некуда: и солнце светило, и вода была тёплая, да и озеро чистое (на грязное Люба и Никита и не пошли бы). На берегу сидели три девушки и о чём-то оживлённо беседовали. А у самого берега, зацепившись ручками за камыши, плавал большой полиэтиленовый пакет. Причём явно не пустой.
"Ну это уж совсем никуда не годится, - подумала Люба. - Мало того, что бросили пакет в воду, да ещё и неизвестно какого мусора туда накидали!"
Обычно брезгливая в таких случаях, Люба подошла к камышам, осторожно отцепила от них источник загрязнения и бросила его к берегу. Однако до берега не добросила - пакет оказался довольно тяжёлым.
Девчонки, сидевшие на берегу, отчего-то разволновались.
- Ой! - закричала одна. - Наше пиво выбрасывают!
Не успела Люба сообразить, что произошло (но уже успела понять, что сделала что-то не то), как Никита проворно подплыл к берегу, поднял плавающий пакет и прицепил его обратно к камышам, ожидая, что Люба начнёт возмущаться.
- Девушки пиво охлаждать поставили, - объяснил он подруге. - А ты взяла да выбросила.
- Так это ваш пакет? - переспросила Люба девчонок. - А я думала, кто-то выбросил, ушёл да так и оставил. Тогда извините.
- Да ничего страшного! - хором ответили девушки и засмеялись.
Никите и Любе ничего не оставалось кроме как хохотать вместе с ними.
- Да, Люба, - смеясь, сказал Никита, когда они пешком добирались до своего берега. - Ну ты и учудила! Хорошо ещё девчонки нормальные попались. Будь это мужская компания, они бы, наверное, нас побили.
Со своего берега парочка ещё раз сплавала до того, где сидели девушки с пивом. Никита в шутку предложил подруге ещё раз выбросить пиво, сказав при этом "Дубль два", но Люба почему-то отказалась.
***
Андрей был приятно удивлён, увидев Настю нарядной. Сам он был одет в джинсы и футболку, но это отнюдь не испортило впечатления девушки о новом знакомом. В конце концов, все так одеваются в кино, да она бы и сама так оделась, если бы мама не настояла. Андрей шёл, высоко подняв голову вверх, словно гордясь тем, что рядом с ним такая элегантная девушка. "Посмотрите какой я! - словно говорил он всем своим видом. - Видите, с какой девушкой я гуляю!"
- Надо бы позвонить маме, - сказала Настя, когда они были у кинотеатра. - Я обещала позвонить ей.
- Конечно, конечно, - сказал Андрей. - Родители - это святое дело. Их нельзя заставлять волноваться.
Набрав номер мобильного матери, Настя поспешила успокоить её, сказав, что всё нормально, что Андрей рядом с ней. Мать пожелала ей удачи и на прощание сказала:
- Ну ладно, пока, зайчик мой!
- Пока, моя абрикоска!
Она обычно называла маму именно так, и маме это нравилось. Во-первых, абрикос был её любимым фруктом, а во-вторых, волосы у мамы были огненно-рыженькими, совсем как эти оранжевые плоды. И как тут не назвать мать абрикоской!
Положив трубку, Настя заметила, что лицо Андрея стало каким-то не то что недовольным, а даже злым. Можно даже сказать, искажённым яростью.
- Ты что же это? - набросился он на девушку. - Ты как с матерью разговариваешь?
- А как я с ней разговариваю? - спросила Настя, недоумевая, что сталось с её новым знакомым.
- Как как? Непочтительно, распущенно! Что это за обращение "абрикоска"!
- Ну а что же тут обидного. Я ж её любя.
- А то, что в таком тоне, - ответил Андрей ещё более резко, - ты можешь разговаривать с подружкой, но никак не с матерью! Родители - это святое, а такое обращение - чистейшее панибратство!
- Но она любит абрикосы, - ответила Настя, пожав плечами. - И кроме того, она рыженькая, как абрикос.
- Может быть, ты её ещё и рыжей зовёшь? - тон Андрея стал ещё более раздражённым.
- Иногда и рыженькой называю.
- Ну это уж совсем никуда не годится! А если бы она любила змеиную кожу, как бы ты называла свою мать? Коброй? Гадюкой? Или вообще гюрзой?
- Тише, не ори так - на нас все смотрят.
- Ещё лучше! И тебе не стыдно?
- За что мне должно быть стыдно?
- За то, как ты к матери относишься. Это не то что неуважение, это, можно сказать, циничное глумление.
- Но мама не обижается, а значит...
- Ничего это не значит! - отрезал Андрей. - Просто твоя мама очень терпеливая, раз терпит такое отношение! Другая бы взяла да выпорола как следует! И между прочим, правильно бы сделала!
- Не всякая. Я бы, допустим, не обижалась.
- Да ты просто ненормальная! - закричал Андрей, отстраняясь от неё. - Это ж надо: так вот внаглую не почитать родителей! Да ещё и гордиться этим! С меня довольно! Вот тебе твой билет, иди в кино сама, а я не желаю иметь с тобой ничего общего!
С этими словами он достал из кармана оба билета и буквально швырнул ей в руки. Не успела Настя толком ничего понять, как Андрей развернулся и пошёл в сторону метро.
- Андрей, постой! - закричала ему вслед Настя. - Ты чего?
Но тот даже не обернулся.
***
Целую неделю после этого Настя ждала, что Андрей позвонит или напишет СМС, но её мобильный молчал. После пар спускалась в столовую и нарочно садилась за тот же столик, надеясь, что Андрей снова подойдёт и спросит, свободно ли здесь. Но его там вообще не было видно. В принципе, она могла посмотреть расписание занятий на факультете экономики и сама подойти к нему, но строго-настрого приказала себе не делать этого - надо же иметь девичью гордость. Однажды она всё же увидела его в коридоре института и специально прошла мимо него, ожидая, что он её остановит. Но он прошёл, даже не поздоровавшись с ней.
В воскресенье мать Насти решила печь блины и послала дочь в магазин за молоком. Идя по улице, девушка не переставала думать об Андрее. Мечтала, как завтра увидит его в институте, как он подойдёт к ней и пригласит её куда-нибудь. В конце концов, все ссорятся, но ведь после ссоры многие остывают и мирятся. Точно так же будет и у неё с Андреем.
И вдруг перед её глазами появился... Андрей. Ошибки быть не могло - Настя хорошо помнила, как он выглядит. Не замечая её, Андрей разговаривал по мобильному, очевидно, со своим отцом. Даже по голосу можно было узнать, что это он.
- Ты что, предок, совсем охренел! - вдруг закричал Андрей. - Ты что за фигню несёшь, старый козёл!... Да засунь ты его себе в задницу!.. Что? Ну ты, папаша, полный дебил. У тебя что, совсем к старости шарики за ролики заехали?... Что ты ко мне прилип, как жвачка! Ты меня задобал!...
Он сказал своему отцу ещё много "ласковых" слов, но Настя уже не слушала. К своему удивлению она вдруг поняла, что ничуть не жалеет о разлуке с ним.
- Ай-ай-ай, какой невоспитанный парень! - услышала Настя чей-то старческий голос. - Разве можно так разговаривать с родителями?
- Хам, дедуля, - ответил ему другой, молодой и энергичный.
Настя оглянулась: позади стояли двое: молодой человек с золотыми кудрями и его старый дедушка. Увидев девушку, молодой улыбнулся ей очаровательной улыбкой. "А он милый", - подумала Настя, кокетливо улыбаясь ему в ответ.
Май 2006
Эксперимент
- Чем больше масса тела, тем медленнее на нём бежит время, - говорил 12-летней Лилечке её отец, в прошлом физик-любитель, а в настоящем инженер. - Если, допустим, одни часы поставить на Юпитер, а другие - на Землю, и потом сверить их, то получится, что юпитерские будут отставать на несколько секунд. Если, конечно, они с самого начала шли правильно. То же самое будет и в том случае, если тело движется со скоростью, близкой к скорости света.
- А если скорость больше скорости света? - спрашивала Лиля.
- Такого не бывает, даже теоретически. Скорость света - это предел.
Это ещё Эйнштейн доказал. При такой скорости масса тела стремится к бесконечности, а время останавливается. И это притом, что размеры тела стремятся к нулю.
- Как у "чёрных дыр"?
- Именно. Размеры у них маленькие, а вот весят они во много раз больше Солнца. Да что Солнце? Даже больше, чем сверхгиганты типа Бетельгейзе. За счёт массы они и притягивают всё, что попадается на их пути. И не отпускают.
- Даже свет?
- Даже свет. Потому они и тёмные такие.
- А если бы, - вдруг спросила Лиля, - можно было бы двигаться быстрее света, получается, время бы шло в обратном направлении. И тогда можно было бы попасть в прошлое?
- Теоретически да.
Такие дискуссии были в семье не редкостью. Лиля не меньше отца любила физику и в школе получала по этому предмету преимущественно отличные оценки. Назло одноклассникам, которые предпочли бы, чтобы она не хуже разбиралась в бытовом мате и специфических терминах касательно размножения. Причём не бактерий и вирусов, в размножении которых Лиля как раз таки разбиралась, а двуногих млекопитающих. Зато физичка Елена Александровна не имела никаких претензий по поводу любви своей ученицы к её предмету.
Однако для того, чтобы наука стала наукой, одной теории мало - нужны научные подтверждения, а проще говоря, нужен эксперимент. И этот эксперимент Лиля и решила провести.
В качестве лаборатории была выбрана квартира бабушки. Время проведения эксперимента, естественно, самое удобное - когда в квартире никого не было - родители с бабушкой ушли на рынок. Хотя как это никого?! В квартире, кроме неё, остался бабушкин кот Сеня. Но его можно было не опасаться - этот полосатый сибирский плут никому не скажет, и даже не потребует "Вискаса" за молчание. Одним словом, всё чисто.
Для начала требовалось подобрать подходящее тело. Нет, не тяжёлое, а такое, чтобы запросто можно было двигать. Двигать, к примеру, тумбочку или холодильник ну никак не входило в Лилькины планы. Наконец, Лиля остановилась на плюшевой собачке, которую бабушка подарила ей, когда та была ребёнком.
Однако какие же эксперименты со временем без часов! Это получится даже неуважение к "царице наук"! Тем более, если у самого экспериментатора с чувством времени большие проблемы. Наиболее подходящими для этой цели оказались бабушкины часы, стоящие на столе. Они отсчитывали каждую секунду с таким хрустом, как будто бабушка ела яблоки.
Оставалось зафиксировать часы на поверхности тела. С этой целью Лиля полчаса рылась в бабушкиной тумбочке, пока, наконец, не нашла бинт.
Ещё полчаса было потрачено на то, чтобы как можно крепче привязать часы к собачке. Наконец, когда Лиле показалось, что она привязала их достаточно крепко, она схватила собачку за хвост и принялась раскручивать несчастную по окружности, стараясь раскрутить с как можно большей скоростью.
Вдруг часы выскользнули из-под привязи и, повинуясь закону инерции, полетели в сторону прихожей, а там не без помощи закона всемирного тяготения, благополучно приземлились на линолеум.
Сеня, никогда за свою кошачью жизнь не изучавший физики, наблюдал результат эксперимента, вытаращив зелёные светящиеся глаза. А Лиля побежала уточнять степень несоответствия полученных и ожидаемых результатов. Впрочем, в одном таки было соответствие - часы работали так, словно в настоящий момент двигались со скоростью света, а проще говоря, вообще остановились. Кроме того, откололась одна деталь, без которой они уже не могли служить будильником. "Ну, всё, бабушка меня убьёт!" - испугалась Лиля.
Чтобы избежать наказания, Лиля поставила часы на прежнее место, а то, что отломилось, положила сверху. Увидев такое, Сеня подошёл к ней и мяукнул, глядя на неё хитрыми глазками.
"Это не поможет, - истолковала Лиля его мяуканье. - Бабушка всё равно узнает".
- Конечно, узнает. Только заметит потом, когда я уйду домой. А когда я снова приду к ней, она уже простит и не будет меня ругать.
Хотя сама-то не верила. Ведь часы постоянно хрустели, а теперь по тишине бабушка может понять, что часы не идут. Конечно же, начнёт присматриваться и обнаружит поломку. Не лучше ли тогда самой признаться? Говорят, повинную голову меч не сечёт.
Наконец, с рынка вернулись родители и бабушка. Лиля и Сеня побежали встречать их. Лиля целовала, а Сеня лёг на спину, требуя, чтобы каждый из пришедших почесал ему живот. Встал только тогда, когда его требования были выполнены. Родители пошли на кухню выкладывать из сумок продукты, а бабушка направилась прямиком в комнату.
Но бабушка ничего не замечала. Она то и дело говорила о том, какую хорошую и недорогую пряжу она купила, и что она собирается вязать из этой пряжи. Каждый раз, когда внучка открывала рот для чистосердечного покаяния, бабушка вставляла какую-нибудь фразу, касающуюся то кулинарных планов на обед, то дороговизны всего самого необходимого, то перспективы избавления Сеньки от блох. При этом приближалась к журнальному столику с неработающими часами. А приблизившись, поставила сумку на столик и принялась выкладывать клубки серой пряжи. Вдруг она сделала одно неосторожное движение локтём, и часы кубарем покатились со стола.
- Ой, какая я неловкая! - запричитала бабушка, поднимая часы. - Ой, кажется, сломала! Ну а ты-то чего улыбаешься?
Май 2006
За экологию и здоровье нации
- Поедем на озеро, - предложил Никита.
- Поехали, - согласилась Люба.
Наскоро собрав всё самое необходимое, Люба заперла калитку, оставила записку, и они с Никитой пошли вдоль огородов.
Несмотря на то, что Петушки - город маленький и до озера можно было дойти пешком менее чем за два часа, парочка предпочла доехать на маршрутном такси - зачем зря время терять. Причём предложил Никита - Люба не очень-то жаловала маршрутки как экологически опасный вид транспорта и предпочитала, если можно, идти на своих двоих. Но перспектива не успеть вдоволь накупаться и позагорать (Никите было вредно загорать после двенадцати) заставила её отказаться от экологических убеждений.
Во время пути они познакомились с одним молодым попутчиком - мальчиком лет девяти. Он также ехал на озеро и, что самое удивительное, без родителей. Звали мальчика Антоном. Всю дорогу Никита давал молодому человеку советы: сколько минут в день надо делать зарядку; на каком расстоянии от глаз держать книгу во время чтения и тетрадь при выполнении домашнего задания; что может случиться, если кушать много сладкого, часто смотреть телевизор, курить и, наконец, употреблять алкоголь. И, по правде сказать, имел на это право - у него было неоконченное медицинское образование. Люба в свою очередь рассказывала Антону о том, почему нельзя кидать фантики от конфет на тротуары и выбрасывать мусор в лес или в воду.
Замолчали они только тогда, когда, наконец, доехали, порядком утомившиеся от просветительской деятельности. Зато заговорил Антон, представитель просвещённой молодёжи. Рассказывал, как у них в школе ученики застали учителя за курением в туалете; как пьяный сосед поругался с собственным котом, и оба после этого ходили поцарапанными; и как его лучший друг нечаянно уронил в озеро (не в это - в другое) горшок с навозом.
Купались они то всей компанией, то каждый по отдельности. Вскоре Антон ушёл, и Люба предложила Никите доплыть до противоположного берега. Тот, дабы не давать девушке повода почувствовать своё превосходство, поплыл с ней.
Доплыли они уже почти замученные, но довольные. Ещё бы! Ведь погода была лучше некуда: и солнце светило, и вода была тёплая, да и озеро чистое (на грязное Люба и Никита и не пошли бы). На берегу сидели три девушки и о чём-то оживлённо беседовали. А у самого берега, зацепившись ручками за камыши, плавал большой полиэтиленовый пакет. Причём явно не пустой.
"Ну это уж совсем никуда не годится, - подумала Люба. - Мало того, что бросили пакет в воду, да ещё и неизвестно какого мусора туда накидали!"
Обычно брезгливая в таких случаях, Люба подошла к камышам, осторожно отцепила от них источник загрязнения и бросила его к берегу. Однако до берега не добросила - пакет оказался довольно тяжёлым.
Девчонки, сидевшие на берегу, отчего-то разволновались.
- Ой! - закричала одна. - Наше пиво выбрасывают!
Не успела Люба сообразить, что произошло (но уже успела понять, что сделала что-то не то), как Никита проворно подплыл к берегу, поднял плавающий пакет и прицепил его обратно к камышам, ожидая, что Люба начнёт возмущаться.
- Девушки пиво охлаждать поставили, - объяснил он подруге. - А ты взяла да выбросила.
- Так это ваш пакет? - переспросила Люба девчонок. - А я думала, кто-то выбросил, ушёл да так и оставил. Тогда извините.
- Да ничего страшного! - хором ответили девушки и засмеялись.
Никите и Любе ничего не оставалось кроме как хохотать вместе с ними.
- Да, Люба, - смеясь, сказал Никита, когда они пешком добирались до своего берега. - Ну ты и учудила! Хорошо ещё девчонки нормальные попались. Будь это мужская компания, они бы, наверное, нас побили.
Со своего берега парочка ещё раз сплавала до того, где сидели девушки с пивом. Никита в шутку предложил подруге ещё раз выбросить пиво, сказав при этом "Дубль два", но Люба почему-то отказалась.
