— Эй, парень! — крикнул один из грабителей. — Знаем, что ты там. Выходи, и никто не пострадает.
Нужно попробовать договориться, решил Алекс. Если я буду здесь ранен, то меня даже никто не отыщет. Тело исчезнет в том же переработчике, что и жертва три года назад. Родители никогда не узнают, что с ним случилось. Никто не станет искать его в этой промышленной помойке.
Стимулятор помогал — эмоции отступили, сознание стало кристально ясным. Любопытно, что в этой дряни намешано? Но сейчас это может его спасти. Он мог мыслить логически, планировать, оценивать варианты.
— Что вам надо? — крикнул он в ответ, одновременно проверяя заряд бластера.
— Деньги, ценности, всё что есть, — ответил тот же голос. — Нужно поддержать ребят, смотри как им кредитов не хватает... Да парни? — Голос заржал. — А ну, выходи!
— У меня при себе около тысячи кредитов, — Алекс говорил громко, дабы его слышали все. — Возьмите их и уходите.
Последовал смех — грубый, презрительный.
— Тысяча? Да ты издеваешься! Такой мальчик из богатой семьи, с дорогим снаряжением, и всего тысяча?
— Это всё, что у меня есть наличными. — сказал он в спешке. И сразу понял свою ошибку. Он чуть не стукнул себя от досады по лбу за свою тупость. Он сам дал им знать, что это не всё.
— Тогда покажешь, где спрятано остальное. А заодно расскажешь, что за игрушки у тебя там.
Алекс понял, что переговоры тщетны. Эти разумные не собирались довольствоваться малым. Они желали всего — денег, оборудования, а затем избавиться от свидетеля. Он видел это во взглядах подобных им три года назад, когда наблюдал за тем убийством.
Стимулятор превратил страх в холодную ярость. Они думают, что он беспомощен? Что можно просто взять и ограбить его, как ограбили бы любого иного богатенького мальчика? Они заблуждаются. Он не жертва. Нет.
— Хорошо, — сказал он. — Я выхожу. Только не стреляйте.
Алекс медленно отворил дверь, немного выглядывая. Пятеро мужчин стояли полукругом, один держал в руках бластер. Лица жёсткие, глаза холодные. Он понял этот взгляд — взгляд людей, уже принявших решение убить.
Воспоминания вновь попытались захлестнуть его, но стимулятор держал их под контролем. Он видел сцену словно со стороны — семнадцатилетний юноша в окружении вооруженных разбойников. Статистически его шансы были близки к нулю. Но статистика не учитывала месяцы тренировок, не учитывала холодную решимость, не учитывала химическую ясность мышления.
— Умный мальчик, — усмехнулся их предводитель, высокий мужчина со шрамом на щеке. — Теперь покажи, где деньги.
Алекс достал чип и показал его.
— Это всё. Тысяча кредитов. Больше у меня нет.
— Лжёшь, — главный стоял, не сводя с Алекса взгляда. — Такое снаряжение стоит состояние. Где остальное?
— Оборудование самодельное, — Алекс старался говорить спокойно. — Собрано из старых деталей. Особой ценности не представляет.
— Посмотрим.
Алекс бросил чип к ногам. Движение было рассчитанным — заставить их расслабиться, поверить в его покорность. Стимулятор обострил все чувства до предела. Время словно замедлилось. Алекс видел каждое движение, каждый жест, каждое изменение в позах разбойников. Грабитель у двери отвлекся, смотря на чип. Предводитель с бластером тоже на секунду отвел взгляд. Остальные трое держали оружие, но не целились точно — они не ожидали сопротивления от семнадцатилетнего парня.
Ошибка. Последняя ошибка в их жизни.
Алекс выхватил бластер одним плавным движением. Все те часы тренировок с Риком, все те упражнения на скорость и точность — все слилось в одно совершенное движение.
Ззт! — первый выстрел пришелся в грудь главного, прожигая плоть и кости. Мужчина рухнул, даже не успев вскрикнуть.
Ззт! — второй луч настиг разбойника у двери, что попытался обернуться на звук выстрела. Плазма вошла в затылок и прожгла половину черепа.
Остальные трое попытались среагировать. Один начал поднимать бластер, другой бросился в сторону, третий замер в ступоре. Но время работало против них.
Ззт! — третий выстрел настиг пытавшегося увернуться разбойника в спину, прожигая позвоночник насквозь. Он упал лицом вниз, конвульсивно дергая ногами.
Ззт! — четвертый луч пронзил грудь того, кто почти успел навести оружие. Плазма выжгла сердце, и мужчина рухнул, словно подкошенный.
Ззт! — пятый и последний выстрел настиг последнего оставшегося в живых, что стоял, не в силах пошевелиться от ужаса. Луч вошел точно в лоб, мгновенно оборвав его жизнь.
Через пару секунд все было кончено. Пятеро тел лежали на полу, а Алекс стоял с дымящимся бластером в руке, ощущая, как адреналин и стимулятор бурлят в крови.
Он не чувствовал раскаяния. Не чувствовал ужаса от содеянного. Лишь холодное удовлетворение от правильно исполненной работы. Химическое спокойствие от военного стимулятора. Эти люди желали его убить, и он убил их первым. Справедливо. Логично. Необходимо.
Но теперь требовалось решать практические вопросы. Пять трупов в промышленном секторе, следы бластерных выстрелов, возможные свидетели. Полиция начнет расследование, будет искать убийцу. Нужно было все тщательно продумать.
Алекс спрятал бластер и быстро осмотрел тела. Никаких документов, лишь дешевое оружие и немного мелочи. Обычные уличные разбойники, которых никто не хватится. Но это не решало проблемы.
Он вспомнил то место, где три года назад видел убийство. Шахта для переработки мусора в двух уровнях ниже. Машина, что превращала отходы в полезные материалы, не задавая вопросов об их происхождении. Тогда это место внушало ему ужас. Но под воздействием таблетки оно казалось просто удобным решением логистической проблемы.
Следующий час Алекс провел в напряженной работе. Стимулятор поддерживал его силы, заглушая усталость и отвращение. Он перетаскивал тела к переработчику по одному, используя грузовую тележку из мастерской.
Первым он взял предводителя — самого тяжелого. Мертвое тело оказалось удивительно неподатливым, словно сопротивлялось даже после смерти. Алекс хладнокровно взвалил труп на тележку, не обращая внимания на кровь, что пропитывала его одежду. В его сознании, очищенном стимулятором от лишних эмоций, это было просто мясо — биологический материал, требующий утилизации.
Второй труп — тот, что лишился половины головы — оставлял за собой кровавый след. Алекс методично вытирал его тряпкой, найденной в мастерской. Каждое движение было рассчитанным, каждое действие — логичным. Никаких эмоций, никаких сомнений. Лишь холодная эффективность.
Машина работала в автоматическом режиме, шахта переработчика не различали органику от металлолома. Тела исчезали в металлической пасти, превращаясь в безликую массу переработанных материалов. Алекс наблюдал за процессом с тем же научным интересом, с каким разбирал технику. Сколько килограммов биомассы в среднем человеческом теле? Как долго длится полная переработка? Насколько эффективно машина перемалывает кости?
Третий, четвертый, пятый... Каждый труп становился просто очередной задачей. Взвалить на тележку, довезти до тоннеля переработчика, сбросить в пасть машины, вернуться за следующим. Монотонная работа, требующая лишь физических усилий. Разум оставался кристально ясным, анализируя каждую деталь, запоминая каждый нюанс.
Когда последнее тело исчезло в переработчике, Алекс ощутил странное удовлетворение. Не от убийства — от решения сложной логистической задачи. Пять трупов, которые могли стать уликами, превратились в анонимную биомассу. Проблема решена эффективно и без лишнего шума.
Оружие разбойников он разобрал на части и выбросил туда же. Кровь на пластобетоне смыл из пожарного гидранта. Следы своего присутствия тщательно уничтожил. К утру от происшествия не осталось никаких следов.
Вернувшись в мастерскую, Алекс закончил упаковку оборудования. Работа шла механически, но руки вновь начали дрожать. Стимулятор постепенно выветривался из организма, и вместе с ним уходила химическая спокойствие и ясность мышления.
Отходняк начался внезапно. Сначала просто слабость в ногах, потом тошнота. Алекс успел добраться до старого кресла в углу мастерской, прежде чем его начало трясти. От вернувшегося страха и от химической реакции организма на исчезновение стимулятора из крови.
Он сидел в кресле, обхватив голову руками, и ощущал, как реальность происшедшего медленно проникает в сознание. Он убил пятерых человек. Пятерых. И самое страшное — он не жалел об этом.
Тошнота усилилась. Алекс еле добрался до мусорного ведра, прежде чем его вырвало. Потом еще раз. И еще. Организм избавлялся от остатков стимулятора, а вместе с ним — от искусственной уверенности и холодной логики.
Но даже в этом состоянии, даже чувствуя себя разбитым и опустошенным, он понимал — он поступил правильно. Те люди сделали свой выбор, когда решили его ограбить и убить. Он просто ответил на их выбор своим.
В его сознании, словно в зеркале, отражались две личности. Одна — семнадцатилетний юноша, что содрогался от содеянного и изрыгал желчь в мусорное ведро. Другая — хладнокровный убийца под стимулятором, что методично утилизировал трупы и анализировал эффективность своих действий. И обе были одинаково реальными, одинаково его частями.
Он понимал, что изменился. Тот парень, что три года назад в ужасе наблюдал за убийством, более не существовал. На его месте был молодой человек, готовый делать трудные выборы и жить с их последствиями.
Светало. Алекс закрыл мастерскую и направился домой. Через месяц он пойдет в институт, начнет изучать космическую инженерию, делать первые шаги к осуществлению своих планов.
Пятеро разбойников более никого не ограбят. Пятеро семей, возможно, никогда не узнают, что случилось с их родственниками. Но это была не его проблема. Он дал им выбор, и они выбрали неправильно. Он повторял себе это снова и снова.
Глава 25 - Кореллианский технологический
Вот и начался учебный год в высшем учебном заведении. Кореллианский технологический институт встретил Алекса Коррена шумом толпы, снующими тут и там дроидами, голографическими табло с расписанием. Семнадцатилетний юноша стоял в центральном холле, наблюдая за суетой первокурсников.
Но началось все за час до этого, когда его спидер приближался к величественному зданию института. Алекс сидел на заднем сиденье скромного семейного спидера, наблюдая, как перед ними разворачивается впечатляющая картина. Главное здание КТИ возвышалось на километры в высоту, его стеклянные и металлические грани отражали утреннее солнце.
Воздушное пространство вокруг института кипело активностью. Десятки спидеров различных моделей и классов подлетали к специальным посадочным платформам на вершине здания. Алекс с интересом наблюдал за этим парадом. Вот роскошный спидер последней модели с зеркальным покрытием корпуса мягко приземлился на платформу. Из него неспешно вышла девушка в дорогой одежде, за ней последовал личный дроид-носильщик с багажом. Спидер тут же взмыл в воздух, растворившись в потоке городского транспорта.
Рядом приземлился потертый, но надежный спидер — явно семейный, как и тот, в котором ехал Алекс. Из него выскочил парень с огромным рюкзаком, торопливо помахал родителям и побежал ко входу. Спидер развернулся и улетел, оставив за собой легкий дымок от не совсем исправного двигателя.
Была здесь и золотая середина — спидеры среднего класса, аккуратные и функциональные, из которых выходили студенты с уверенным видом людей, привыкших к комфорту, но не к роскоши.
— Ну вот и приехали, сын, — сказал отец, мягко посадив их спидер на свободную платформу. — Помни, что мы в тебя верим. И не забывай звонить домой.
— Обещаю навещать вас каждый месяц, — сказал Алекс, обнимая отца и мать.
— Иди, сын. Твое будущее ждет.
Алекс взял свои вещи и направился к входу в институт, где его и застала вся эта суета первого дня.
— Эй, ты тоже на инженерное? — окликнул его светловолосый парень примерно его возраста, протискиваясь через толпу с чемоданом в руках.
— Да, — Алекс изобразил дружелюбную улыбку и протянул руку. — Алекс Коррен.
— Кайл Джанс. — Парень крепко пожал руку. — Слушай, может, вместе пойдём искать общежитие? А то тут такая толпа...
Пока они пробирались к административному корпусу, Кайл без умолку рассказывал о себе. Сын владельца небольшого производства, мечтает модернизировать семейный бизнес, считает КТИ лучшим техническим вузом в Основных мирах. Алекс кивал в нужных местах, задавал подходящие вопросы и запоминал каждую деталь.
— А ты как сюда попал? — поинтересовался Кайл. — Небось тоже хорошо экзамены сдал?
— Неплохо, — скромно ответил Алекс, не упоминая о том, что его результаты были в числе лучших по всей Кореллии. Это обеспечило ему скидку на обучение в размере девяноста трех процентов. Без этого семья не смогла бы оплатить учебу в престижном институте.
Система оплаты в КТИ была продуманной и жестокой одновременно. Базовая стоимость обучения составляла астрономическую сумму, доступную лишь самым богатым семьям. Но для талантливых студентов действовала система скидок, пересматриваемая каждый семестр. Если оценки падали — скидка уменьшалась. Если студент не мог платить, институт предлагал альтернативу — контракт с одной из корпораций-партнеров.
Алекс видел эти контракты в приемной комиссии. На первый взгляд они выглядели как обычные образовательные кредиты. Корпорация покрывала расходы на обучение, а выпускник постепенно возвращал долг после трудоустройства. Но дьявол крылся в деталях. При "удовлетворительной академической успеваемости и лояльности" корпорация могла простить долг полностью. Взамен выпускник обязывался проработать в корпорации не менее пятнадцати лет. Отказ от контракта после его подписания влек за собой штрафные санкции, способные разорить любую семью.
По сути, это была завуалированная форма долгового рабства. Корпорации получали лучших выпускников, связанных железными обязательствами. А студенты из небогатых семей оказывались перед выбором: либо отказаться от образования, либо продать свое будущее.
К счастью, семья Алекса, несмотря на все трудности, смогла накопить достаточно средств для оплаты оставшихся семи процентов стоимости обучения. Если быть честным, то если бы не различные махинации, то они не смогли бы оплачивать это учебное заведение даже по скидке. Простым людям это было недоступно.
Общежитие оказалось типичным студенческим — длинные коридоры, маленькие комнаты на двоих, шум и гам. Считалось, что студентам для погружения в учебный процесс лучше жить на территории института, хотя более шестидесяти процентов студентов были с Кореллии. Им достались комнаты на одном этаже, хотя и не соседние.
Первая лекция состоялась на следующий день. Профессор Лирак, седовласый кореллианец с проницательными глазами, читал "Основы технической инженерии". Алекс сидел в середине аудитории — не слишком близко, чтобы не привлекать внимания, но и не слишком далеко, чтобы не выглядеть незаинтересованным.
— Современная техническая цивилизация, — говорил профессор, — строится на фундаменте, заложенном тысячелетия назад. Каждое новое изобретение опирается на достижения предыдущих поколений...
