— А, профессор Реван Шейн. Блестящий исследователь древней истории, жил около двадцати тысяч лет назад. У него была обширная личная коллекция артефактов и документов.
— И где она сейчас?
— В физическом хранилище. Самые старые материалы мы не оцифровываем — слишком хрупкие носители, да и не всегда понятно, как правильно их считать. — Кессель помолчал. — К тому же, коллекция Шейна всегда считалась... проблематичной.
— В каком смысле?
— Шейн исследовал спорные теории. Утверждал, что современная цивилизация построена на руинах более древней. Называл их... как же... Раката, кажется. Академическое сообщество относилось к его работам скептически.
Алекс едва сдержал возбуждение. Значит, профессор Шейн изучал ту же тему!
— А можно посмотреть на эти материалы? Для полноты картины.
— Теоретически — да. У вас есть исследовательский доступ. — Кессель встал. — Но предупреждаю — там внизу довольно мрачно. Физическое хранилище находится на самых нижних уровнях.
Они спустились по лестнице еще на несколько этажей вниз. Здесь воздух был более застоялым, освещение тусклым, а коридоры казались бесконечными. Древние стеллажи тянулись во мраке, заполненные контейнерами, ящиками и запечатанными капсулами.
— Коллекция Шейна находится в секторе Д-7, — сказал Кессель, вручая Алексу портативный светильник. — Я не могу оставить вас здесь одного надолго, но час-другой у вас есть. Только будьте осторожны — некоторые носители очень хрупкие.
Сектор Д-7 оказался особенно мрачным уголком архива. Здесь пыль лежала толстым слоем, а некоторые контейнеры выглядели так, словно к ним не прикасались десятилетиями. Алекс методично изучал этикетки, ища что-то связанное с Раката.
И тут он вспомнил странную фразу из одного документа: "Подробности см. в моих заметках, раздел "Истинные строители", контейнер за стеллажом номер семь". Тогда он не обратил на нее внимания, но теперь понял — это могла быть подсказка, оставленная самим Шейном.
За стеллажом номер семь, в узком проходе между рядами, действительно стоял небольшой металлический контейнер. На нем не было никаких опознавательных знаков, только слой пыли и едва различимые царапины на поверхности.
Алекс осторожно извлек контейнер из укрытия. Он был запечатан старой печатью с символами на архаичном диалекте. Печать поддалась легко, словно время сделало металл хрупким.
Внутри лежали кристаллические носители данных и рукописные заметки. Алекс осторожно извлек одну из записок и попытался прочесть. Древний диалект был сложным, но отдельные фразы он разобрать смог:
"Раса, известная как Раката... первая истинно галактическая цивилизация... их технологии основывались на глубоком понимании связи между Силой и материей..."
"Их падение было внезапным и катастрофическим... причины остаются неясными, но последствия ощущаются до сих пор..."
"Эти знания опасны... слишком многие заинтересованы в том, чтобы правда о Раката никогда не стала известна... прячу материалы в надежде, что когда-нибудь найдется тот, кто сможет распорядиться ими лучше..."
Алекс почувствовал мурашки по коже. Профессор Шейн не просто изучал Раката — он раскрыл какую-то опасную истину и был вынужден ее скрывать. И теперь, через двадцать тысяч лет, эта истина попала в руки Алекса.
Алекс осторожно упаковал материалы обратно, но не собирался оставлять их здесь. Еще со времен работы у дяди Гаррека у него был портативный адаптер для считывания кристаллических носителей — универсальное устройство, которое пригодилось ему и в тайной лаборатории. Сейчас оно лежало в его рюкзаке.
Убедившись, что Кессель не видит его, Алекс быстро подключил адаптер к одному из кристаллов. Устройство тихо загудело, копируя данные на его личный накопитель. Процесс занял несколько минут — архив профессора Шейна оказался обширным. Когда копирование завершилось, Алекс аккуратно вернул все материалы в контейнер и поставил его обратно за стеллаж.
Поднявшись наверх, он вернулся к своему терминалу с видом человека, который провел время в пыльном архиве без особых результатов.
— Ну как, нашли что-нибудь интересное? — поинтересовался Кессель.
— Пока только общие материалы, — ответил Алекс. — Но это хорошая база для дальнейшей работы.
Следующие недели он методично прослеживал эволюцию гипердвигателей Кореллианской корпорации. Работа оказалась кропотливой — корпорации было уже пятнадцать тысяч лет, и за это время она выпустила сотни различных моделей двигателей.
Алекс двигался от современности к прошлому, изучая каждое поколение технологий. Современные двигатели серии КТ-400 были элегантными и эффективными. Модели тысячелетней давности — более громоздкими, но основанными на тех же принципах. Чем глубже в прошлое, тем примитивнее становилась периферия — системы управления, корпуса, интерфейсы.
Но одна вещь оставалась неизменной — гиперпространственный резонатор, мотивационная камера и навигационный вычислительный комплекс. Эти компоненты, составлявшие сердце любого гипердвигателя, практически не изменились за тысячелетия. Их конструкция была настолько совершенной, что инженеры просто не находили способов ее улучшить.
Дойдя до самых ранних прототипов пятнадцатитысячелетней давности, Алекс был поражен контрастом. Корпуса были грубыми, системы охлаждения примитивными, интерфейсы управления неуклюжими. Но резонатор, мотивационная камера и вычислительный комплекс были точно такими же сложными и совершенными, как в современных двигателях.
Это не имело смысла. Как могли древние инженеры, не умевшие создать приличный корпус, разработать настолько сложную основу?
Алекс попытался проследить происхождение технологий еще глубже, но наткнулся на странность. Кореллианская инженерная корпорация не изобретала гипердвигатели — она их производила по лицензии. Более того, сама корпорация была объединением нескольких более мелких фирм, каждая из которых специализировалась на определенных компонентах.
Копая дальше, он обнаружил, что все эти фирмы получали ключевые компоненты от одного поставщика — компании "Звёздные Пути Галактики". Эта фирма производила гиперпространственные резонаторы и навигационные комплексы не только для Кореллианской корпорации, но и для всех крупных производителей гипердвигателей в галактике.
И что самое удивительное — "Звездные Пути Галактики" существовали еще до основания Республики. Компания была старше современной галактической цивилизации!
Алекс запросил информацию о "Звездных Путях" и получил обширный архив. Компания имела богатую историю, полную взлетов и падений, слияний и разделений. Но неизменно она оставалась единственным производителем критически важных компонентов для гиперпространственных полётов.
Он проследил историю компании назад, через тысячелетия. Модели менялись, названия эволюционировали, но суть оставалась той же. И везде — те же самые базовые компоненты, практически неизменные на протяжении десятков тысяч лет.
Наконец он дошел до самого начала. Первый прототип гипердвигателя "Звёздных Путей" был создан двадцать семь тысяч лет назад — еще до Великого Гиперпространственного Коллапса. И что поразительно — многие документы той эпохи были засекречены на десять тысяч лет, срок который тогда казался бесконечным.
Но сроки секретности истекли. Ирония заключалась в том, что никто даже не знал об открывшихся секретах — кому сейчас было интересно изучать документы тридцатитысячелетней давности?
Алекс получил доступ к рассекреченным материалам и обнаружил поразительную вещь. Даже в самом первом прототипе использовались те же самые компоненты. Словно эти технологии появились из ниоткуда, в готовом виде.
В технических отчетах он нашел упоминания о "базовых компонентах неизвестного происхождения" и "артефактах, найденных на археологических раскопках". Но подробности отсутствовали — видимо, они были засекречены еще сильнее.
А потом он наткнулся на рабочую переписку между учеными той эпохи. Сообщения были краткими, но красноречивыми:
"Доктор Кренн, мы точно знаем, что гиперпространственный двигатель возможен — у нас есть обломки древних устройств. Но все попытки воссоздать их терпят неудачу. Кажется, критически важные компоненты требуют какого-то неизвестного нам энергетического поля."
"Профессор Валек, я изучил ваши отчеты. Если я правильно понимаю, речь идет о Силе? Тогда воссоздайте устройство с использованием Силы!"
"Доктор Кренн, где я вам возьму звёздную кузню? Только наши древние хозяева умели создавать механизмы, использующие Силу в промышленных масштабах. Современные джедаи могут двигать камни, но не производить сложные устройства."
Через несколько месяцев тон переписки изменился:
"Профессор Валек! Звёздная кузня найдена! Археологическая экспедиция на Талусе обнаружила частично функционирующий комплекс. Первые тесты показывают, что он способен производить компоненты, идентичные древним образцам!"
"Доктор Кренн, это потрясающие новости! Теперь вопрос массового производства гипердвигателей — дело ближайших двадцати-тридцати лет!"
Алекс откинулся на спинку стула, пораженный открытием. Значит, современные гипердвигатели производились на древних заводах Раката! Звёздные кузни все еще работали, создавая компоненты по технологиям, которые никто не понимал полностью.
Зайдя в тупик с официальными источниками, Алекс решил изучить архив профессора Шейна. Он запустил автоматический переводчик и начал просматривать древние тексты. Большая часть материалов касалась общих гипотез о Раката, но в одном из документов он нашел подробное описание звёздных кузней:
"Звёздные кузни представляют собой автоматические производственные комплексы, способные создавать сложнейшие устройства без участия разумных существ. Они используют Силу как источник энергии и руководящий принцип, что позволяет им производить технологии, недоступные обычным методам. Раката построили тысячи таких комплексов по всей галактике, и многие из них продолжают функционировать спустя тысячелетия после падения их создателей."
Алекс попытался найти в архивах современную информацию о звёздных кузнях, но система не выдавала результатов. Возможно, использовались другие термины, или информация была слишком засекречена. Он экспериментировал с различными запросами — "автоматические заводы", "древние производственные комплексы", "археологические находки на Талусе" — но получал лишь фрагментарные упоминания.
Было ясно, что информация о звездных кузнях либо тщательно скрывалась, либо была утеряна. Но связь казалась очевидной — древние автоматические заводы Раката продолжали производить компоненты для гипердвигателей, и вся современная галактическая цивилизация зависела от этих забытых технологий.
Алекс скопировал все найденные данные на свой личный накопитель. У него теперь была обширная база информации — от современных технических спецификаций до древних теорий профессора Шейна. Картина начинала складываться, хотя многие детали еще оставались неясными.
Но официально ему нужно было подготовить отчет для доцента Велл. Алекс потратил несколько дней на составление подробного документа об эволюции гипердвигательных установок Кореллианской инженерной корпорации. Он описал техническое развитие, основные модели, ключевые инновации — всё, что требовалось для академической работы.
Но о своих истинных открытиях он не написал ни слова. Связь между современными технологиями и древними Раката, существование звёздных кузней, тайны "Звёздных Путей Галактики" — все это осталось его личным секретом.
Когда отчет был готов, Алекс отнес его доценту Велл.
— Отличная работа, — сказала она, просмотрев документ. — Очень подробно и систематично. Видно, что вы потратили много времени на исследования.
— Спасибо. Это действительно была увлекательная тема.
— И что вы думаете о развитии технологий? Есть ли какие-то закономерности?
Алекс осторожно ответил:
— Интересно, что базовые принципы остаются неизменными уже тысячелетия. Развивается в основном периферия — интерфейсы, системы управления, корпуса. А вот сердце технологии практически не меняется.
— Да, это характерно для многих зрелых технологий. Когда найдено оптимальное решение, дальнейшие улучшения становятся минимальными.
Если бы она знала, откуда взялось это "оптимальное решение", подумал Алекс, но лишь кивнул в ответ.
Покидая кабинет доцента Велл, он понимал, что его исследования только начинались. Архивы КТИ дали ему ценную информацию, но многие вопросы остались без ответов. Где сейчас находятся звёздные кузни? Кто контролирует "Звездные Пути Галактики"? И главное — знают ли они сами о истинном происхождении своих технологий?
***
Доцент Велл задумчиво смотрела на закрытую дверь и сказала про себя
— Молодец, мальчик. Знает о чем не стоит говорить.
Затем ее взгляд вернулся на датапад, где были видны его поисковые запросы.
Там стояло уведомление о подтверждении операции.
"Удалить историю запросов пользователя Алекс Коррен?"
Она нажала кнопку подтверждения.
Глава 28 - Нейроинтерфейс
Второй курс начался в атмосфере нарастающего военного напряжения. Война клонов охватила уже десятки систем, и ее влияние ощущалось даже в стенах КТИ. Многие преподаватели были мобилизованы как консультанты военных проектов, часть лабораторий переориентирована на оборонные исследования.
Университетские коридоры, некогда наполненные беззаботным гулом студенческих голосов, теперь звучали приглушенно. Повсюду висели голографические экраны с военными сводками, а между занятиями студенты собирались у них, обсуждая последние новости с фронтов. Многие старшекурсники уже получили повестки или записались добровольцами в технические подразделения армии Республики. Алекс часто слышал, как его сокурсники по космической инженерии обсуждали возможность досрочного призыва — военные корабли требовали постоянного ремонта и модернизации, а опытных инженеров катастрофически не хватало. Атмосфера была напряженной, словно весь институт находился в состоянии ожидания чего-то неизбежного.
Алекс с облегчением обнаружил, что доцент Велл осталась в институте и продолжала свои исследования, правда, теперь они официально назывались "изучением исторических аспектов технологической безопасности". Его основные занятия по проектированию корабельных систем тоже продолжались, хотя теперь большая часть практических заданий была связана с военными кораблями — студенты изучали схемы истребителей, крейсеров и транспортников армии Республики. Именно тогда он принял решение, которое изменило всю его дальнейшую судьбу.
После долгих размышлений о том, как лучше применить знания, полученные летом в архивах, Алекс решил записаться на дополнительную специализацию. Он понимал, что археотехнология может дополнить его основное образование в области космической инженерии — понимание принципов работы древних технологий могло помочь в разработке более совершенных корабельных систем. Его интересовала область археотехнологии — дисциплины, что изучает забытые технологии древних цивилизаций, восстанавливая их принципы работы по уцелевшим артефактам и записям и сравнивая развитие технологий у разных цивилизаций. Она расшифровывает "мертвые" языки машинных кодов и энергетических систем, как лингвисты – древние тексты.
