Глава восьмая
Бугай кивнул головой, подошёл ко мне вплотную и тихо заговорил, продолжая трогать себя за член толстыми пальцами.
— Сейчас ты сделаешь мне хорошо своим смачным ртом и можешь убираться отсюда куда хочешь! Нам ты не нужна. Но если ты вернёшься сюда и снова начнёшь портить нашего Костюшу, мы поймаем тебя и накажем! Я это умею очень хорошо. Поняла меня?
— Поняла!- выдавила я, не сводя испуганного взгляда с его рожи.- Я всё сделаю, только отпустите! Обещаю, что больше не стану приходить сюда, я уеду домой и забуду обо всём этом!
— Вот и умница, касатка!- тут же воскликнула бабка, погано улыбаясь.- Не нужно тебе больше развратничать с мужичками, милая, очень дурно это! Сделай Митеньке приятно и уходи отсюда. От тебя вред один, ты похабно живёшь и других к этому толкаешь, нехорошо существовать так мерзостно! Избавь нашу семью от себя, исчезни просто и не возвращайся!
Нисколько не стесняясь матери, бугай спустил штаны и взял в руку свой чудовищный шланг, увидев который я задрожала ещё сильнее. Давно мне не приходилось видеть такого ужасного члена. Толстый, оплетённый набухшими венами, с крупной блестящей головкой, он покачивался перед моим лицом и вселял в меня ужас. Мне придётся постараться, чтобы ублажить этого удава, иначе...
Выбора у меня не было.
— Начинай, сынушка!- прокаркала ведьма, усаживаясь на кровать. - Слей в её рот свои излишки, освободи свои яйки уставшие, это не возбраняется! Напои её своей кефиркой застоявшейся, а я полюбуюсь на это! Как вы с Костюшей смотрели на нас с батькой в детстве, так и я посмотрю! Я люблю это, молодость сразу вспоминаю!
От услышанного у меня полезли глаза на лоб. Теперь понятно, почему их Костюша стал таким ненормальным, бабкины слова всё сразу же объяснили. Здесь у любого чердак съедет.
Ну и семейка... Угораздило же меня попасть в лапы к таким извращенцам! Но кто мог это предполагать?
Я послушно наклонилась и взяла член в рот. Мне понадобилось некоторое время, чтобы заглотить его хотя бы на пять сантиметров и я сразу же почувствовала рвотный рефлекс. Головка члена упёрлась мне в гортань, но останавливаться не собиралась и это испугало меня. Сблевать здесь мне никто не позволит.
Тут нужно было действовать по другому.
Слегка отстранившись, я принялась аккуратно ласкать пальцами надутые волосатые яйца бугая, при этом облизывая головку члена и нежно проводя губами по всей длине ствола. Такая практика не раз выручала меня, не подвела и теперь. Митя вздрогнул и негромко заурчал, выказывая свой восторг.
— Ай, мамка! - прогудел он, шумно вздыхая.- Она умеет это делать, хорошо дразнит меня! Я весь горю уже, эта сучечка хорошо драконит!
— Так она и Костюшу пленила, с пути истинного столкнула, хитрая!- отвечала бабка, внимательно наблюдая за моими стараниями.- Умелая девка, сразу видно! Опытная шалава, жадная до члена. Ишь как губами- то елозит, ублажает! Раньше бабы такого не творили, не выкачивали мужика ртом. Дырками ублажали, задом и передом трудились! Шлангу мужу не сосали, не позволялось этого, только руками играться можно было. Дымоход задний целовали, но это редко было. Я всё старалась для батьки вашего делать, не отказывала ему... Яички всегда вылизывала послушно, ну, и пальчиком его тоже... Он доволен был, хвалил меня..Ох, грехи наши тяжкие, куда только мир катится?!...
Я продолжала старательно работать языком и губами, приближая Митю к завершению наших игр и старалась думать о чём то хорошем. Если я выберусь отсюда целой и невредимой, то с ночными прогулками будет покончено. Это решено окончательно, я не хочу больше этим заниматься. С меня хватит этого дерьма, я сыта им по горло.
Лишь бы выбраться отсюда.
— Мамка!- снова заговорил бугай, хватая меня за голову.- Я не могу больше выдержать, не удержусь долго! У неё рот сладкий, словно мёдом поливает, разжигает меня страстно! Моя Маринка так не умеет делать, не знал я такого вовсе! Никогда не полыхал так от языка блядского, это просто... Что же ты творишь, девка! Зачем мучаешь меня так?!
— Твоя Маринка вообще ничего не умеет, сынушка!- отозвалась тут же старуха, продолжая жадно наблюдать за нами.- Сисястая, жопастая да глазастая, а толку от этого мало!Видела я недавно как ты её возле коровника нагнул ловко и вставил! Она буфетник свой отклячила и давай им подмахивать, а что вышло? Не сумел ты излиться в тот раз, Митенька, осрамился перед супружницей неумелой! Зато другой сумел после! Не к месту будет сказано, сынок, а видела я так же, как Маринка бесстыжая Федяйке Штопору яйца волосатые облизывала, ртом его ублажала за огородом. Слышишь меня? Сосёт она у него, пока ты на работе навоз лопатой кидаешь, часто сосёт, срамница спелая!
— Я знаю о том! - задыхаясь, прогудел Митя, продолжая трахать мой рот. - Всё знаю. Ничего, пускай сосёт, бабам нужно это. Зато Федяйка меня самогоном угощает, да жену мою нахваливает! - "Хорошая, говорит, баба у тебя, Митя, безотказная и мягкая! Хочу её с зятем своим попробовать, на два ствола нанизать. Ты как-нибудь поговори с ней да и приводи к нам в гости вечерком!"
— Вот ведь какой похабник! - подхватила старуха, взмахивая руками. - В два ствола ему хочется! Да у меня в жизни такого сроду не было, чтобы с двумя мужиками сразу! Рта не хватит на двоих-то!
— Ничего, пускай потешатся! Маринка у меня баба крепкая, выдюжит. Я скажу ей о том. Уж больно самогон у Федяя хорош, люблю я его.
Мне хотелось зажать себе уши, чтобы не слышать этот кошмарный бред. Кто бы мне ответил, почему со мной происходит всё это? Почему мне так везёт на всяких больных извращенцев и приходится страдать от них? За что мне всё это?
Я постаралась заглотить член как можно больше и сделала плавное всасывающее движение губами, желая как можно быстрее довести большого идиота до оргазма. Мой трюк удался-спустя минуту Митя дернулся всем телом, тихонько вскрикнул, затем невнятно что-то промычал и замер, вцепившись мне в волосы. В гортань мне ударила мощная горячая струя, голову отбросило назад и я безвольно сползла с дивана на пол, хватая ртом воздух. Голова закружилась, а сильная тошнота сдавила горло. В лицо мне били вязкие вонючие струи, залепляя мне глаза и я хотела опустить голову вниз, но бугай не дал мне этого сделать. Схватив меня за подбородок, он невыносимо долго эякулировал мне на лицо и ревел от ослепмтельного удовольствия.
Мне показалось, что я теряю сознание.
— Сладко, как же это сладко! - задыхаясь бубнил бугай, исторгая из своих яиц остатки вонючего семени. - Ох, бубушки, ох, смачные! Это просто колдовство какое-то! У меня никогда такого не было!
Старуха поднялась с кровати и подошла к нам, тихонько охая.
— Бубушки- то бубушки, да на лице голубушки! - сказала она, ладонью стирая сперму с моего лица. - Перестарался ты, Митюша! Всю рожу ей залил, не пожалел спермочки! Ей даже дышать теперь тяжело, видишь?
— Мне нужно умыться! - едва ворочая языком прохрипела я. - Иначе меня сейчас вырвет.
— Вот ведь какая неблагодарная! - рассердилась бабка, проводя ладонью по моему пылающему лбу. - Ей услугу оказали, чистым семенем облагородили, а она рожу воротит! Ступай, умывайся и иди прочь отсюда, надоела ты нам уже!
Митя отпустил мой подбородок и я, шатаясь как пьяная, поднялась на ноги. Сперма капала с подбородка на ковёр, несколько крупных капель лежали на моём измятом костюме, но мне уже было ни до чего. Смыв с лица липкую субстанцию, я тщательно прополоскала рот и вернулась в комнату, равнодушно глядя на улыбающегося во весь рот Митю. Бугай был счастлив.
— Я могу идти? - тихо поинтересовалась я, держась за спинку кресла и стараясь не шататься.
— Выметайся! - махнула рукой старуха и посмотрела на сына. - Ничего не хочешь ей сказать?
Митя перестал улыбаться и подошёл ко мне ближе, отчего внутри у меня всё сжалось. Я боялась этого человека.
— Жаль расставаться с ней! - прогудел он, трогая меня за задницу. - Очень уж она аппетитная и умелая, сосёт волшебно просто! Я давно уже таких бубушек не сливал, Маринка так не умеет. Понравилась мне эта сосалка, умеет мужика ублажить. Может, возьмём её с собой в деревню? Пускай с нами живёт, места всем хватит! Работу ей подыщем, одежу хорошую дадим, а я её на гармони играть научу! Возьмём?
Мне показалось, что я умираю. Если через минуту я отсюда не выйду, это произойдёт по настоящему. Прямо здесь.
— Не думай о таком, Митюша, не надо! -замахала руками бабка, скорчив недовольную рожу. - Не нужна она нам! Ты вспомни как твоя Маринка в духовочку давать любит, никто так не сумеет как она! И эта шалава не сумеет. Не выдержит она твой шланг могучий в своей заднице, сомлеет быстро! Пускай катится на все четыре стороны, а мы утром домой поедем. Забудь её.
Митя разочарованно вздохнул, махнул рукой и вышел из комнаты, опустив голову. Я незаметно перевела дыхание.
Старуха вытолкала меня в прихожую, подождала когда я обую туфли и открыла передо мной дверь. Не веря своему счастью, я вышла за порог этой ужасной квартиры, обернулась через плечо и глубоко вздохнула, глядя на ненормальную ведьму. Мне хотелось кое-что сказать ей на прощание.
— Чего тебе ещё? - неприязненно спросила она, готовясь закрыть дверь. - Катись давай отсюда, надоела уже!
— Неужели Вы не видите, что наделали? - тихо спросила я, глядя ей в глаза. - Неужели не видите, как изуродовали своих детей и сделали из них извращенцев, по которым психушка давно соскучилась? Или Вы не понимаете этого? Вы же сломали им всю жизнь своим поведением, они теперь...
— А ты меня не суди, шлында доступная! - сразу же окрысилась бабка, замахиваясь на меня кулаком. - На себя сперва посмотри, а потом других жить учи! Ишь, умная какая нашлась! Умеешь только ляжки раздвигать перед мужиками и ртом блядским их ублажать, а в башке и нет ничего! Ты дура деревянная, больше никто! Иди отсюда, пока я тебя с лестницы не спустила, шлюха дырявая! Исчезни с глаз моих, я тебя видеть больше не могу!
Захлопнув дверь, она закрыла её на замок и на площадке воцарилась тишина. Я была свободна.
Плюнув от злости на дверь поганой квартиры, я быстро спустилась по лестнице и вышла на улицу, жадно вдыхая свежий ночной воздух. Слова старухи глубоко задели меня, и шагая по бульвару я чувствовала как злость быстро вытесняет мой страх, заставляя глаза полыхать свирепым огнём.
Конец пятнадцатой части.
