Глава первая.
Глядя с отвращением на происходящий на экране кошмар, я чувствовала как от отчаяния и бессильной злости у меня перехватывает горло и мне становится трудно дышать. Какими бы врагами мы не расстались в то утро с Нонной, я от души жалела её сейчас, видя то, в каком унизительном и страшном положении находится молодая женщина. Мне не приходило в голову объяснение того, каким образом моя недавняя знакомая сумела попасть в лапы Луизы, для меня это было неразрешимой загадкой.
Где они могли познакомиться? Почему Нонна решила уехать из Москвы, раз оказалась в этом подмосковном захолустье? Что с ней могло произойти за эти два года, которые я находилась в плену у чёртовой Луизы?
Ответов на эти вопросы у меня не было, отчего я страдала ещё сильнее.
То, что происходило сейчас на экране ноутбука, вообще не должно было происходить. Этот ужас не имел никакого права на существование, он был плодом больной фантазии грязных извращенцев и людей с больной психикой. Иначе назвать этот мрак было трудно.
Всё это выглядело омерзительно и непередаваемо.
Кто позволил этим упырям так жестоко ломать человеческие судьбы, наплевав на все понятия о совести и морали? Кто мог спонсировать эти бесчеловечные съёмки для маньяков и разрушать нормальную жизнь их жертв? Кто вообще стоит за всем этим произволом, интересно знать?
На кого так усердно работает моя чокнутая тюремщица, потеряв свой человеческий облик? Неужели ей самой всё это нравится?
Моя несчастная голова пошла кругом и я на секунду прикрыла глаза, стараясь придти в себя. Мне следовало выключить этот поганый ноутбук и убраться из комнаты в свою постель, чтобы сохранить остатки нормального мышления но что-то неясно и упрямо мешало это сделать.
Возможно, я была отравлена атмосферой этой мрачной квартиры, где жила с ненормальной ведьмой. Скорее всего, я уже пропиталась нездоровой гадостью, которая поселилась в этих тёмных стенах, иначе как объяснить то, что я снова сжала кулаки, глухо застонала и уставилась в мерцающий монитор, бессильно кусая губы?...
Луиза изуродовала меня, сделав такой же извращенкой, какой была сама. Мне следовало давно понять это и сделать выводы, но я даже думать о таком не желала. Я трусливо боялась признаться самой себе в том, что уже давно и так очевидно лезло в глаза-я стала ненормальной. И виновата в этом вовсе не больная психичка Луиза, а я сама.
Я позволила себя изуродовать. Позволила сделать из себя похотливую и безвольную шлюху, которой на всё плевать. И оправдания для этого не существует.
... Неторопливо подрачивая окрепший член, страшный Нугзар быстро приблизился к дергающейся Нонне, схватил её за ляжки и попытался с ходу овладеть несчастной женщиной, но тут же отступил и с досадой оглянулся на Луизу. Глаза у него стали скучными и сонными, а полные губы скривились в непонятной усмешке.
Что-то помешало этому уроду приступить к исполнению своей омерзительной роли и я затаила дыхание, радуясь непредвиденной отсрочке.
— Эта курица не готова! - пророкотал насильник, обращаясь к мужчинам, с любопытством смотрящих на его действия. - Она слишком суха и зажата, я не смогу мощно пронзить её! Надо что-то сделать, иначе ничего не выйдет. Мне нужно готовое мясо для работы, а не эта дергающаяся кукла с тесной дыркой!
Раздался чей-то разочарованный вздох и мужчины в белых халатах беспокойно зашевелились, словно удивляясь тому, что их пленница сейчас не желает секса. Их подлые сальные рожи выражали такую откровенную досаду, что это моментально вывело меня из себя.
— Ах, вы уроды невыносимые! - выкрикнула я, стукнув кулаком по столу, не отрывая воспаленного взгляда от происходящего на экране. - Мясо им подавай готовое, надо же! Название- то какое придумали, твари! Да вы сами как мясо гнилое, даже хуже! Дерьмо размазанное, слякоть сопливая! Кто вам вообще дал право...
Луиза строго посмотрела на молодого грузина, переставшего дрочить свой ужасный член, затем перевела взгляд на мужчин, топтавшихся у стены и кивнула головой. Лицо у неё снова превратилось в застывшую маску, словно в этом помещении ничего ужасного не происходило.
— Антоша! - громко произнесла ведьма, постукивая ручкой по столешнице. - Хватит скалить зубы, лучше помоги Нугзару сделать свою работу, подготовь пациентку! Ты это умеешь, я знаю. Давай!
Молодой парень, громко восхищавшийся фигурой Нонны, отделился от группы мужчин и быстро приблизился к креслу, на котором продолжала дергаться несчастная пленница.
— Я постараюсь! - гордо заявил он, с сальной улыбкой разглядывая голую женщину. - Я сделаю своё дело и предоставлю вам годный материал для работы! Обещаю всё исполнить качественно и чётко! Это будет непросто, но я весьма опытен и смогу...
— Приступай! - перебила его Луиза, снова глядя на волосатого поникшего грузина, отвернувшегося к закрытому жалюзями окну. - Нугзар не любит долго ждать, он любит жарко трахать. Не задерживай людей, у нас сегодня мало времени!
— Один момент!
Глава вторая.
Склонившись над пленницей, молодой поганец неторопливо и смачно расцеловал её раздвинутые ляжки, постепенно опускаясь к ягодицам и при этом нервно хватая себя за шининку. Подолгу задерживая мокрые губы на коже женщины, он словно хищно принюхивался к ней и готовился к чему-то важному. Вид у парня стал какой-то отстраненный и я окончательно убедилась в том, что он тоже больной и озабоченный психопат, ничем не уступающий остальной компании психов. Его молодость была не в счёт.
Камера фиксировала каждое движение извращенца, улавливая сдавленные стоны обездвиженной пленницы и я снова почувствовала себя дурно.
Лишь бы не сблевать в этой помойной комнате...
— Можешь ласкать себя, Антоша! - снова раздался голос Луизы в тишине кабинета. - Если тебе требуется, тогда делай это, но только не затягивай!
Кто-то из мужчин хохотнул, но тут же умолк под змеиным взглядом ведьмы в белом халате. Дисциплина в этой компании была на серьёзном уровне, но меня это только раздражало, вызывая горькую улыбку.
— Да, я хочу этого... - глухо пробормотал молодой извращенец, продолжая мерзко слюнявить ягодицы Нонны. - У меня уже встал и можно...
Расстегнув брюки, он достал свой мелкий отросток и принялся быстро дрочить его двумя пальцами, аккуратно двигая крайнюю плоть по блестящей головке. Член у Антоши оказался маленьким и невзрачным, что снова вызвало у меня измученную улыбку.
— Рыбка-бычок, вздрочь и молчок! - тихо пропела я, глядя на гадкие действия юного извращенца. - Куда ты лезешь с таким сухариком, дурачок?! Это же смешно просто! Она даже не почувствует тебя! Иди лучше дрочить к стенке, пацан, там тебе самое место!
От отчаяния я даже не заметила собственной иронии, злобно прозвучавшей в тишине комнаты.
Но, как оказалось, членомелкий Антоша и не намеревался трахать несчастную Нонну. Его задача была здесь совсем в другом.
Спустившись к ягодицам дергающейся женщины, парень раздвинул их и бесстыдно предоставил на обзор камеры тугое кольцо ануса, которое принялся внимательно рассматривать, не переставая при этом дрочить себя. Теперь вид у него стал сосредоточенным и умиротворенным, словно он достиг всего, к чему так долго стремился.
Я тяжело вздохнула и вцепилась в подлокотники кресла. Ничего хорошего ожидать не приходилось.
Высунув длинный розовый язык, Антоша сладострастно коснулся им ануса женщины, затем жадно поцеловал вульву и принялся с явным знанием дела вылизывать свою жертву. Его тонкие пальцы плотнее обхватили худосочный член и начали интенсивнее дрочить его, распаляя ещё больше его ненормального хозяина. Смотреть на это было противно, но отвернуться я не могла.
Сама не знала почему.
Камера переместилась на лицо Нонны с заклеенным ртом и показала её полные отчаяния глаза. Женщина бессильно мычала, умоляя своих мучителей прекратить подлое издевательство, но это лишь ещё больше распаляло их больные головы.
Глупо было рассчитывать на что-то иное.
Мужчины в белых халатах с жадным любопытством смотрели на происходящий кошмар и о чём - то перешептывались, гадко улыбаясь. Любитель прилюдно подрочить стоял в сторонке и нервно топтался на месте, не сводя глаз с голой женщины и поминутно вытирая ладонью потное круглое лицо, в которое мне хотелось плюнуть.
Этот человек вызывал у меня наибольшую неприязнь, его глупая рожа раздражала.
Луиза по- прежнему сидела за столом и с непроницаемым выражением лица смотрела на старания Антоши. Я никак не могла понять, что заставляло эту обеспеченную женщину участвовать во всём этом безумии. Чего ей не хватало? Деньги у неё имелись, просторная квартира была в её полном распоряжении, а в этой квартире находилась покорная и безмолвная пленница-рабыня, которую можно трахать, унижать и всячески запугивать когда вздумается. Что ей ещё нужно? Полной власти над людьми, которые находятся в её распоряжении? Но для чего?
Над этим можно было ломать голову бесконечно, и в итоге просто сойти с ума.
Всё это от скуки и полной безнаказанности, которая расхолаживает нездоровые дикие головы и ведёт их к явной гибели. Их ненормальные желания в конечном итоге погубят их всех и в мире станет намного чище и светлее. Надо только подождать и это будет.
Мне очень хотелось верить в такой исход.
Глава третья.
Сделав такой утешительный вывод, я закусила губу и сосредоточилась на происходящем на экране ноутбука. Ломать голову над тем, что так стимулировало к насилию Луизу сейчас не имело смысла.
Молодой извращенец, опустившись перед креслом на колени, продолжал активно вылизывать несчастную женщину, не обращая ни малейшего внимания на её жалобные стоны и при этом не забывая удовлетворять свой смехотворный отросток. Остальные мужчины с явным удовольствием наблюдали за этой картиной, ничем не нарушая тишину в кабинете. Было видно, что всем нравится происходящее в кресле и никто из них даже не подумает прекратить всё это безобразие. Они сюда пришли для другого.
Спустя некоторое время Нонна перестала биться в своём проклятом кресле и покорно замерла, предоставив свои чисто выбритые интимные места жадному языку извращенца. Камера ловко зафиксировала момент когда вдруг мелко задрожали её ляжки, а пальцы на ногах напряглись. Несчастная женщина закрыла глаза и повернула голову набок, не желая больше видеть перед собой подлые рожи своих мучителей и волна жалости снова накрыла меня, мешая сдержать эмоции.
— О чём ты думала, когда связывалась с ними?! - хрипло выкрикнула я, бессильно ломая руки и ерзая в кресле. - Неужели ты не видела, что это больные нелюди, от которых надо держаться подальше? Почему поверила им? Как ты могла так ошибиться, бедная моя? Где была твоя голова в тот момент?!
Слышать меня моя знакомая не могла при всём моём желании. Она продолжала безучастно лежать в кресле с разведенными ногами, изредка открывая глаза и с болью глядя в камеру, словно желая выплеснуть в неё всё своё отчаяние. Слёз в её глазах не было, но что-то мне ясно говорило, что это не надолго.
Её безумные палачи останавливаться не собирались.
По - видимому, Антоша сумел всё - таки разогреть свою несчастную жертву, активно работая мерзким языком-Нонна неожиданно дернулась, её тело выгнулось в кресле, затем так же быстро обмякло, а из заклееных скотчем губ раздался глухой протяжный стон. Не успела я сообразить в чём дело, как молодой похабник тонко взвизгнул, быстро отстранился от Нонны и начал бурно эякулировать на пол мутно-белыми струями, вызвав тем самым целый шквал аплодисментов всех присутствующих.
У него всё получилось.
— Молодец, Антоша! - раздался снова торжественный голос Луизы. - Ты хорошо сделал свою работу, я в тебе не сомневалась! Наша пациентка теперь полностью готова к следующим процедурам и мы можем продолжать. Нугзар, теперь твоя очередь!
Брутальный грузин себя упрашивать не заставил.
Избавившись от остальной одежды и показав камере волосатую задницу, он снова принялся раздрачивать свой хобот, задумчиво рассматривая обнаженную женщину, лежавшую перед ним. Посмотрев на влажную вульву пленницы, из которой сочилась мутная жидкость, насильник вдруг широко улыбнулся и что-то пробормотал себе под нос, не переставая возбуждать себя. На его грубой роже появилось хищное выражение оголодавшего по женщине дикаря, от которого мне стало не по себе. Уж этот точно не пощадит Нонну, а станет трахать до потери сознания. На что-то другое этот питекантроп не способен.
На что я вообще надеялась? На то, что несчастную безмозглую женщину отпустят с миром и на этом всё закончится? Разве это не смешно? И почему я продолжаю смотреть на этот ужас, лживо рассуждая о нравственности людей и жалея саму себя? Чем я лучше этих нездоровых нелюдей со страшным блеском в глазах и равнодушием в словах? Что я сделала для того, чтобы Луиза прекратила свои ужасные занятия?
Я такая же как они. Ничем не лучше.
Мерзкий Антоша застегнул штаны и, сгорбившись, отошёл к стене, где тихо встал, глядя себе под ноги. Из парня словно выпустили воздух, таким безвольным и потерянным он выглядел со стороны. Голова его странно качалась, глаза уставились в одну точку, а губы беззвучно шевелились, словно молодой изврик шептал про себя какое-то заклинание.
Глядя на это выдроченное недоразумение, я вдруг почувствовала, что мне становится смешно.
— Что, утомился свинота?! - злорадно произнесла я, глядя на извращенца. - Натрудил язычок и теперь плохо себя чувствуешь? Это тебе поделом, скотина! Будешь знать как женщин беззащитных обижать! Смотри не сблюй теперь от проявленного усердия, ничтожество больное!
Глава четвертая.
К сожалению, моих едких слов никто не слышал-все внимательно смотрели на действия волосатого Нугзара. Приблизившись вплотную к креслу, грузин сладострастно потрогал пленницу за вульву, затем взял свой член в руку и начал медленно вводить его в женщину. Камера фиксировала его действия крупным планом.
Снова раздались чьи-то аплодисменты и Луиза, повернувшись к хлопающему, погрозила тому пальцем. Ведьма не желала, чтобы хоть что-то отвлекало грузина от его работы, ей хотелось чтобы всё было четко и правильно. Лучше бы она так заботилась о своих мозгах, пользы было бы намного больше.
Нонна судорожно дернулась и снова начала биться в кресле, желая избавиться от толстого шланга в своём теле, но насильник быстро успокоил её, крепко хлопнув ладонью по животу. Пленница покорно замерла, позволяя грузину насиловать себя и не имея ни малейшей возможности освободиться. Положение её было ужасным.
Грузин делал своё подлое дело неторопливо, прекрасно зная, что ему сейчас некуда спешить. Луиза, с каменным выражением лица наблюдавшая за происходящим, не подгоняла его как больного Антошу, а только благосклонно кивала головой, полностью одобряя действия грузина. Было видно, что эта стерва получает реальный кайф от того, что происходило перед её глазами, и от этого мне становилось омерзительно вдвойне. Я всем сердцем ненавидела её в этот момент и желала растерзать эту погань, но вместо этого молча сидела в кресле и продолжала смотреть на творящийся беспредел, бессильно ломая пальцы. Что я могла сейчас сделать? Чем могла помочь Нонне?
