Камера постоянно перемещалась, показывая крупным планом гадкий половой акт, затем концентрируясь на полных боли глазах Нонны, намеренно показывая страдания жертвы. Извращенный оператор хорошо знал своё дело, скрупулёзно фиксируя каждое действие бесчеловечного насильника, показывая весь процесс акта досконально. Толстый блестящий член грузина безжалостно погружался в растянутое лоно женщины, совершал несколько неглубоких фрикций, затем выходил, чтобы через секунду погрузиться снова. Нонна уже не дергалась, она молча смотрела в сторону, крепко сжав кулаки. Лицо женщины покраснело, выражая неистовые мучения, но это абсолютно никого не трогало.
У всех присутствующих в этом кабинете просто не было сердец и нервов. Это было очевидно.
Любитель прилюдно удовлетворять себя больше не мог терпеть и резво приступил к своему излюбленному занятию- спустив штаны, он принялся мерзко теребить свой отросток, не обращая внимания на остальных мужчин, косящихся на него. Слабоумный Антоша, увидев это, затрясся ещё сильнее и, подобравшись поближе к больному онанисту, стал что-то шептать ему на ухо.
Я снова почувствовала подкатывающую тошноту.
— Помоги ему, не стесняйся!- сдавленным голосом произнесла я, с отвращением глядя на этих тошнотных извращенцев.- Хоть какая-то польза от тебя будет. Возьми у него в рот, гадкий мальчишка и покажи, на что ты способен!
Но Антоша не захотел брать в рот у онаниста. Вместо этого он начал внимательно наблюдать за его действиями, подпрыгивая на месте и что-то тихо бормоча себе под нос. В сторону кресла с Нонной он больше не смотрел.
Грузин продолжал безостановочно двигаться, вцепившись своими лапами в задранные ляжки пленницы. Кресло скрипело под его могучими ударами, словно умоляя это волосатое чудовище остановиться, но Нугзар и не думал останавливаться. Шумно выдыхая, он беспощадно насиловал женщину и улыбался в камеру, вызывая тем самым мои возмущенные вопли и семиэтажный мат. Этот бугай получал удовольствие от своей работы и ничего не слышал. К моему великому сожалению.
— Я думаю, что пора сменить процедуру раскрепощения!- раздался надменный голос Луизы, заставивший грузина остановиться.- Теперь можно перейти к анальной стимуляции нашей пациентки, она уже готова к этому! Начинай, пожалуйста!
Я злобно вскрикнула от переполнявшего меня отчаяния. Кто мог сомневаться, что эта шайка извращенцев сможет обойтись без такого издевательства? Для этого нужно было совершенно не знать тварюжную Луизу и её противные наклонности.
Я сразу же вспомнила как эта ведьма по вечерам грубо, с больным наслаждением насиловала меня в задницу и заскрипела зубами от злости. У этой сволочи было особенное отношение к анальному сексу, она была просто без ума от этого. У неё был какой-то бзик на эту тему, сильно пугающий меня.
Поставив меня на четвереньки, Луиза пальцами раздвигала мои ягодицы и подолгу рассматривала анус, шепча слова восхищения и томно постанывая от предвкушения кайфа. Повернув голову, я видела как у неё по подбородку стекают слюни и дрожала от омерзения, отказываясь понимать подобное проявление нездоровых чувств. Мне было непонятно, как можно так кайфовать глядя в чужую задницу. Это было вне моего понимания, но сказать об этом я не могла...
Насладившись видом моего заднего прохода, ведьма принималась смачно целовать мою задницу, лаская себя пальцами и шепча грязные непристойности, от которых у меня начинали ныть зубы. Всё это было настолько отвратительно, что мне хотелось выть во весь голос.
Но это делать было запрещено.
Глава пятая.
Покончив с поцелуями, Луиза начинала страстно вылизывать мою несчастную духовку, стараясь проникнуть языком как можно глубже. Чувствуя её скользкий язык на своём анусе, я принималась громко стонать, изображая дикую страсть, при этом испытывая странное злорадство. Пускай эта сука лижет мою попку, она это заслужила. Заслужила своим скотским поведением и отношением ко мне. Пусть как свинья вылизывает это нечистое отверстие и грязно кайфует, будет и на моей улице праздник. Когда-нибудь...
Но моя эйфория длилась недолго. Утомившись от ануслинга, Луиза доставала лубрикант и начинала смазывать меня, подготавливая к дальнейшим мучениям. Я всегда умоляла её остановиться и не делать этого, но мои просьбы только ещё больше распаляли больную суку.
Обильно смазав анус, ведьма доставала резиновый член и начинала медленно вводить его в меня, успокаивая ласковыми словами и признаниями в любви, что впрочем, нисколько не помогало мне спокойно вынести эту пытку. Чувствуя как инородное тело медленно погружается в меня, разрывая на части стенки заднего прохода, я принималась рыдать, умоляя свою мучительницу прекратить этот сексуальный кошмар, но всё было бесполезно. Луиза трахала меня, пуская слюни и постепенно увеличивая темп, чем доводила меня до истерики и умопомрачения. Моя задница полыхала огнём, всё тело ломало от боли, я громко кричала об этом, но злой стерве было на это наплевать. Луиза трахала меня и одновременно мастурбировала себя, с лёгкостью выполняя эту двойную работу. Кончив с громкими воплями, она оставляла меня одну заливаться слезами, а сама исчезала, прихватив с собой резиновую игрушку.
А утром делала вид, будто ничего не произошло, улыбалась и была со мной мила и заботлива...
От этих воспоминаний у меня снова глухо заболела голова. Я стала ненавидеть анальный секс после того, как меня принудили к нему пьяные бугаи в сауне, когда мне пришлось выручать из долгов Павлушу. В тот раз меня грубо трахали одновременно трое мужиков и я до сих пор не понимаю, как смогла вынести всё это. Это был реальный кошмар, ещё долго потом не дававший мне спокойно спать. Огненная боль в растерзанном анусе и противный привкус липкой спермы во рту преследовали меня некоторое время, сводя с ума, покуда не стали постепенно испаряться, даря мне такое долгожданное забвение.
И ради чего мне пришлось так страдать в ту ночь? Ради лживого подлеца, который коварно обманул меня, обокрал и бросил? Где была моя голова?... О чём я вообще тогда думала?
Ответа не было.
Дверь кабинета открылась и в помещение вошли ещё трое мужчин, одетых в комбинезоны сотрудников "Скорой помощи". Кивнув Луизе, они молча присоединились к присутствующим и стали с интересом смотреть на то, что творилось в этом невыносимо ужасном месте. Лица их были пусты и неинтересны.
Нугзар выдавил из тюбика смазку на палец и ввёл его в анус Нонны, отчего та снова дёрнулась и громко застонала, прекрасно понимая что её ожидает. Грузин сразу же добавил второй палец и начал умело расширять задний проход своей жертвы, подготавливая её к извращенному вторжению. Замычав, женщина снова принялась биться в кресле и мотать головой, всеми силами пытаясь избавиться от приближающегося кошмара, но всё было тщетно- с глумливой улыбкой грузин трахал её своими толстыми пальцами и улыбался в камеру, словно присутствуя на каком-то нереальном юмористическом шоу. Я всей душой ненавидела этого низкого урода и хотела уничтожить.
Поганый дрочер продолжал терзать свой член, не сводя глумливых глаз с Нонны, а Антоша смотрел на это гадство и хрюкал от удовольствия. По видимому, ему доставляло удовольствие смотреть на то, как кто-то возбуждается от реального насилия и это поразило меня своим непотребством и жестокостью. Почему эти люди так кайфуют от чужих страданий ? Что движет ими в эти ужасные мгновения ? Почему они стали такими? Кто их заставил?
Компания здесь подобралась та ещё...
Что ещё можно было ожидать от нездоровой психички Луизы?
Закончив подготавливать задний проход Нонны, волосатый грузин смазал головку члена, приставил её к сморщенному отверстию ануса и слегка надавил, проталкивая член вглубь кишечника. Крупная Залупа насильника вошла с некоторым усилием, но потом дело застопорилось- член дальше не двигался, словно не желая больше мучить свою невинную жертву. Нугзар надавил сильнее и сумел погрузиться ещё немного, чем вызвал новый шквал аплодисментов зрителей.
Глаза Нонны широко раскрылись, затем несчастная женщина крепко зажмурилась, перестала биться и из под её длинных ресниц потекли обильные слёзы, вызвав моё содрогание. Эта сцена была отвратна и невыносима. Глядя на весь этот ужас я сама готова была истерично разрыдаться.
Снова раздались чьи-то аплодисменты, вызвав поток моей грязной и отчаянной брани. Откровенная радость при виде чужих страданий была мне всегда противна и понимать это я не желала никак. Эти нелюди реально были с другой планеты, в чём я уже нисколько не сомневалась.
Иначе и быть не могло.
Глава шестая.
Нугзар начал активно и жестко трахать несчастную женщину, заливающуюся жгучими слезами. Пальцы Нонны судорожно сжимались и хватали воздух, ляжки не переставали дрожать мелкой дрожью, а из под скотча, заклеившего рот раздавались мучительные сдавленные рыдания. На лбу женщины появилась испарина, а глаза обречённо закатились, уже не в силах созерцать рожу наглого насильника.
Мужчины в белых халатах молча смотрели на происходящее, их лица теперь были грубы и суровы, они походили на лица каменных статуй. Никто из них не шевелился, кроме ничтожного дрочера. Даже дебильный Антоша застыл на месте, заворожённо глядя на то, что творилось в кресле.
Мне снова стало не по себе, насколько это было возможно. Я реально увидела, что эти беспощадные существа ненавидели бедную женщину, которую так мерзко истязали у них на глазах. Не зная её, они тем не менее презирали эту несчастную, презирали за то, что она согласилась участвовать в их поганой оргии и стала блядью в их глазах. Она продалась их грязным желаниям и потеряла всякое человеческое уважение. Они теперь желали её страданий и получали удовольствие от их вида, кайфовали и наслаждались этим. Насыщались этим и получали новую энергию.
Мне показалось, что я неотвратимо схожу с ума.
Это продолжалось долго, невыносимо долго. Казалось, что проклятый грузин был неутомим и был способен истязать женщину ещё неопределённое время. Силы его не иссякали и это было реально ужасно. Мне показалось, что Нонна потеряла сознание, во всяком случае теперь она походила на безвольную куклу, которую свирепо содомирует озверевший маньяк. Голова её безвольно болталась на изголовье кресла, лицо побагровело, глаза были закрыты, а из одной ноздри появилась струйка крови.
По всей видимости, именно это и подстегнуло к оргазму кровавого насильника. Спустя две минуты маньяк задрожал, что-то пробормотал себе под нос и тут же заорал как ненормальный, вцепившись в ноги женщины и застыв как бронзовый памятник. Мускулистые ягодицы урода напряглись и тут же расслабились под воздействием сладостного кайфа.
У меня закружилась голова и потемнело в глазах.
Чудовище добилось своего удовольствия и выглядело это очень противно.
Эякулировал он тоже долго. Не вытаскивая член, грузин наполнял задний проход жертвы своим поганым семенем и пускал слюни, уставившись немигающим взором в пустоту.
Вид его был ужасен.
Аплодисменты зрителей не стихали минут пять, а когда стихли, раздался какой-то поросячий визг и камера показала безумного дрочера, судорожно поливающего пол кабинета белёсыми струями. Стоявшие рядом мужчины брезгливо отодвигались от больного идиота, боясь запачкаться спермой, а Антоша хлопал в ладоши и странно приплясывал на месте, не скрывая своего безумного счастья.
Эти существа были здесь по настоящему счастливы.
— Наш сеанс экстремально- шоковой сексотерапии окончен! - провозгласила Луиза, поднимаясь из-за стола и поправляя шапочку на голове.- Я убеждена, что она принесла свои результаты! Можете позволить говорить нашей пациентке, она явно захочет что-то сказать о наших нестандартных методах! Дайте женщине сказать, пожалуйста! Освободите её и помогите встать!
Нугзар медленно вытащил начавший опадать член из задницы Нонны, стряхнул с него капли бурой слизи и отошёл в сторону. Больше от него ничего не требовалось.
Камера сразу же сфокусировалась на воспаленном от долгого трения анусе изнасилованной женщины. Сперма жирными мутными каплями толчками вытекала наружу и сползала на кожаную обшивку кресла, потом пошла какая-то темная субстанция, пачкая кожу женщины длинными подтёками. Анус раскрылся, выпуская остатки погани, затем сжался и вспотевшие ягодицы женщины снова задрожали. Послышался глухой и жалобный стон Нонны, тут же заглушенный новым взрывом аплодисментов.
Что-то прохрипев, я свесилась с кресла и обильно сблевала на паркетный пол, уже не в силах сдерживать омерзение. Из глаз брызнули слёзы, промывая измученные донельзя мозги, уставшие от невыносимого зрелища, способного любого свести с ума. Мне хотелось зажмурить глаза и больше не видеть этого помойного ужаса с глазами сексуального маньяка. Это для меня уже было слишком.
Когда, убрав за собой, я вернулась к ноутбуку, Нонну уже отвязали от кресла и освободили от скотча рот. Женщина пришла в себя, но продолжала лежать в кресле с раздвинутыми ногами, безучастно глядя в потолок и не обращая никакого внимания на мужчин, стоявших поблизости. Лицо её покрывала нездоровая бледность, по нему стекали капли пота, а губы беззвучно шевелились, пытаясь что-то выдавить из истерзанного молодого тела, которое так грубо и бесстыдно опохабили тупые мужланы, превратившиеся в скотов.
Глава седьмая.
Луиза стояла рядом с ней и строго смотрела женщине в лицо, словно собираясь отчитать её за глупые детские ошибки в школьной тетради. Белоснежная шапочка её теперь была сдвинута на затылок, придавая старой стерве комичный вид, что меня в данный момент нисколько не развеселило.
Мне хотелось плакать от бессильной злости.
— Итак, Инесса Павловна...- равнодушно произнесла моя мучительница, шевеля в воздухе тонкими пальцами с длинными когтями.- Вы получили сейчас то, о чём тайно и бурно фантазировали по ночам в постели рядом со спящим мужем. Вы довольны этим или Вас что-то не устроило? Есть какие-то претензии к исполнению сеанса? Можете сказать это прямо.
Нонна медленно повернула голову, долгим взглядом посмотрела на Луизу, затем обвела глазами стоявших у стены мужчин и еле слышно прошелестела, облизывая пересохшие губы:
— Заберите... Заберите свои деньги, только отпустите! Мне сейчас... ничего не надо, просто отпустите меня! Я никому не скажу, обещаю вам! Дайте мне уйти, не убивайте! Я хочу уехать домой и...
— Никто Вас убивать не собирается, не надо так театральничать! - перебила её Луиза, отходя от кресла и кивая мужчинам в комбинезонах " Скорой помощи ".- Если Вы ничего не поняли, то это не наши проблемы, а Ваши заботы, понятно? Вас сразу предупредили, что эта терапия довольно- таки жёсткая и своеобразная и подходит она далеко не всем! Разве не так? Чем Вы недовольны?
— Заберите деньги. Я хочу уйти, мне очень плохо...
— Мы Вас больше не задерживаем! До свидания!
Обладатели комбинезонов бесцеремонно стащили Нонну с кресла и поставили на ноги. Но ноги не держали несчастную мученицу, поэтому она мешком осела на пол возле стены и осталась сидеть так, безучастно глядя на Луизу и кусая дрожащие губы.
Этим незамедлительно воспользовался один из мужиков в белом халате. Быстро расстегнув брюки, он подскочил к измученной женщине, схватил бесцеремонно её за подбородок и всунул ей в рот свой вздыбленный кривой член, удерживая за волосы.
