Бай Юй тут же забыла, что ей нельзя заходить в этот двор и разговаривать с чужими мужчинами.
- На вас напали?! - воскликнула она, подбегая.
Неужели войска Циня уже в Учжуне?! Как такое могло произойти?! Ни о чем подобном в исторических книгах не говорилось!
Солдаты попятились от Бай Юй и забормотали:
- Это ничего... Это просто генерал Сян тренируется... Поддерживает боевой дух в войсках...
С этими словами тот, что стоял на коленях, упал лицом в землю. Младший, в залитой кровью рубашке, заплакал.
С той стороны бамбуковой ограды раздавались мужская ругань звон железа и предсмертные крики. Это совсем не было похоже на практику с мечами. По звукам, это было похоже на смертельный бой.
Снедаемая и страхом, и любопытством, Бай Юй подобралась к бамбуковой ограде и прижалась глазом к промежутку между прутьями.
Несколько десятков солдат нападали на одного.
Тот, что был в центре схватки, возвышался над остальными, как скала в бушующем море. В руке у него было копье гэ длиной в два человеческих роста, выпученные глаза метали молнии во врагов, борода стояла дыбом, лицо было разгоряченное и яростное.
Лица всех остальных были несчастными.
С каждым взмахом гэ передние солдаты валились назад и натыкались на задних, сшибая их с ног и сами падая на них. Если кто-то пытался достать копьем Сян Юя, он без труда ломал ему оружие голой рукой, не прекращая атаки. Противники пытались собрать защитную формацию, но скорость и натиск, с которыми действовал Сян Юй, не давали им никаких шансов.
Огромное копье, которое нормальный человек с трудом держал двумя руками, генерал одной рукой вращал так стремительно, что оно неуловимо для глаза, со змеиным шипением проносилось над землей, обретя собственную злую волю.
Бай Юй забыла обо всем, увлеченная небывалым зрелищем.
Она всегда думала, в чем же разница между великим полководцем, которых в истории Поднебесной были сотни, и ??, богом войны, которых было несколько человек.
Теперь она поняла.
Бывает сила, перед которой великие стратегии рассыпаются в пыль.
Бывают люди, которые в одиночку побеждают армии, и это не сказки.
Обнаружив, что драться больше не с кем, Сян Юй что-то прорычал себе в бороду и сердито швырнул копьем в расползающихся врагов. Постояв две секунды с недовольным видом, он пошел забрать оружие.
Когда он нагнулся, на земле перед ним оказался один из солдат. Солдат был молодой и наивный, он подумал, что генерал Сян хочет помочь ему подняться. Он просиял благодарностью и потянулся навстречу, в ответ генерал Сян мстительно толкнул его так, что бедняга перекатился три раза и свалил еще несколько человек, которые только что с трудом поднялись. Сян Юй удовлетворенно хмыкнул, замкнул пальцы на копье и начал распрямляться.
В этот момент он получил удар ногой в затылок.
Бай Юй никогда не видела, чтобы человек мог так прыгать!
Юноша, на несколько лет младше Сян Юя, взлетел над землей, как будто у него были крылья, и врезал генералу ступней в основание черепа! Обычному человеку такой пинок вынес бы мозги.
Сян Юй взял копье и повернулся к неприятелю.
В руке у юноши был широкий прямой меч, которым он поигрывал, держа его в вытянутой руке. Отскочив от Сян Юя, он обходил его по кругу на расстоянии, выбирая момент для атаки.
- Ах ты, маленький засранец, - сказал Сян Юй. - Иди-ка сюда.
В дебрях его бороды блеснули два оскаленных белых клыка.
- Я уже пришел, братец, - дружелюбно ответил юноша и улыбнулся в ответ, сделав глазки счастливыми полумесяцами, так что светившееся в них желание убивать спряталось, как солнце за тучку.
Бай Юй, съежившаяся за забором, почувствовала, что по спине у нее побежали холодные мурашки.
Юноша, как кобра, метнулся вперед, но за два шага до цели внезапно изменил направление броска и нацелил острие меча в бок противнику. Мускулистая туша Сян Юя с неожиданной легкостью переместилась, копье ударило юношу по руке, и в ту же секунду Сян Юй нанес ему удар открытой ладонью в грудь, от которого молодой человек отлетел назад на несколько метров. Он ловко приземлился на одно колено, оставив на земле борозду и, без паузы, снова бросился на противника, одним прыжком преодолев разделившее их расстояние. Он был встречен взмахом копья, проскочив под которым, он наткнулся на локоть старшего мужчины, врезавшийся ему в подбородок. Молодой человек отпрыгнул назад, пару раз мотнул головой и опять ринулся в атаку.
Поединок напоминал бой леопарда с носорогом - леопард нападал и отскакивал, изворачиваясь в воздухе, но не мог пробить оборону носорога. Носорог не мог поймать леопарда.
Звери скалились друг на друга, ни один не хотел уступить.
Мускулы играли под солдатскими рубашками, меч и копье двигались так стремительно, что в воздухе был виден только размытый контур.
Земля дрожала.
Желтая пыль завивалась смерчами.
Юноша был не такого массивного сложения, как Сян Юй и ниже его на ладонь, но его широкие плечи и упрямое скуластое лицо были типичными чертами мужчин из семейства Сян.
Бай Юй из своего укрытия хорошо видела все, что происходило на площадке, и начала понимать тактику Сян Юя. Он всегда дожидался, когда противник откроется, замахнувшись оружием, и гасил атаку прямым ударом, откидывая врага на несколько метров.
При этом, искусство боя юноши было несравненным. Трудно было поверить, что он не видит того, что видела Бай Юй. Долго ли он еще собирается получать пинки от генерала? В противоположность однообразным действиям Сян Юя, его молодой соперник выглядел намного более гибким и изобретательным.
Бай Юй от возбуждения стиснула стебли бамбука обеими руками и еще сильнее прижалась глазом к дырке в плетеном заборе.
В это время на площадке мечник наконец поймал момент, когда тигр покинул логово в горах*81: приняв грудью толчок ладонью от Сян Юя, он, вместо того чтобы отскочить, повернулся боком, уменьшив силу удара, и, не замахиваясь, коротким плоским движением направил меч ему в живот!
Меч не воткнулся в живот генералу.
Генерал держал лезвие своего гэ у горла противника.
Сян Юй тоже ждал этого момента!
Оба мужчины тяжело дышали и жгли друг друга взглядами.
(Сян Юй, довольный собой:) - Хе-хе.
(Юноша:) - ... (опускает меч)
(Сян Юй:) - ... (убирает копье от его горла)
(Юноша:) - Хе-хе... (мгновенно направляет лезвие под ребра генералу)
----------------------------------------------------
*80 ?? ша-и - желание, намерение убивать (состояние ярости, которое можно ощутить физически исходящим от человека)
*81 ???? "заставить тигра покинуть его горное логово" - т.е. дождаться, когда противник потеряет бдительность
* фотографию леди Дай можно увидеть в нашей группе "Ханьфу и история"
https://vk.com/wall-210866362_1522
----------------------------------------------------
? Благодетели, ставьте лайки, это полезно для кармы! ?
Сян Юй наподдал противнику коленом в бок, так что лезвие меча ушло в сторону и разрезало рубашку.
Юноша отпрыгнул.
Бой продолжался.
Теперь Сян Юй чаще нападал на противника, чертя круги и делая выпады своим гэ, которое на самом деле было скорее не копьем, а топором с заточенным клювом на конце. Юноша перемахивал через гэ или нырял под него, упрямо пытаясь достать генерала, пока копье было на отлете. Однако, каждый раз стоило ему приблизиться, Сян Юй использовал свободную руку, чтобы отбить запястье или локоть соперника, испортив ему атаку, не обращая внимания на мелкие раны и на то, что рукав его рубашки был уже пропитан кровью.
Толкнув юношу, Сян Юй отступил на несколько шагов, так что оказался почти вплотную к Бай Юй.
Бай Юй вся сжалась от испуга и спрятала голову в плечи.
Прямо у нее над головой слышалось шумное дыхание мужчин, забор затрясся, потом раздался звук удара кулаком в челюсть. Младший мужчина хрипло выругался. И наступила тишина.
... ...
Тишина.
Уйдут они когда-нибудь?
Чего вы дальше не деретесь?
Бай Юй осторожно подняла голову.
Сян Юй молча смотрел на нее сверху, с той стороны забора, который доходил ему до середины груди.
Его широкая тень накрывала ее, как ночь, полная кошмаров.
- Господин, - сказала Бай Юй.
Она уже стояла на коленях, поэтому дальше она просто замолчала и не шевелилась. Ей хотелось поклониться и уткнуться лбом в землю, как страус, чтобы не видеть господина, но прямо перед ней был забор.
- Бай Юй, - бесцветным голосом сказал Сян Юй.
В его голосе не было ни гнева, ни удивления, ни вопроса.
Это просто была констатация факта.
С клена упал пожелтевший лист и начал плавно кружиться в воздухе, постепенно опускаясь на землю.
- Почему ты здесь? - отсутствующе произнес он, сам понимая бесполезность разговора.
- Эмм... я думала, что началась война, - ответила Бай Юй. - И хотела посмотреть.
Когда она услышала саму себя, она в душе заплакала горькими слезами.
Ей даже стало немного жалко Сян Юя.
- Бай Юй, в усадьбе две сотни человек. Почему никто из них не подумал, что началась война? - спросил Сян Юй.
- Гм.. Потому что я все время начеку? - робко предположила Бай Юй.
Сян Юй потер ладонью висок.
В его глазах отразилась безнадежность бытия.
Одна минута разговора с дочкой Бай утомила его больше, чем два часа вооруженного боя с сотней солдат!
- Иди, - сказал он. - Поздоровайся с братом.
Дочка Бай, забыв подняться с колен, глупо разинула рот и уставилась на младшего мужчину, который вышел в проем бамбуковой ограды и стоял, прислонившись к боковому столбу. Она его разглядывала, словно он был небывалым чудом.
Сян Юй тяжело вздохнул.
Юноша неловко улыбнулся и не знал, что сказать.
- Сян Чжуан? - спросила Бай Юй, как будто не могла поверить собственным глазам.
В мире был только один человек, который был для Сян Юя братом - второй приемный сын Сян Ляна, прославленный мастер боя Сян Чжуан! По рождению, он приходился Сян Юю двоюродным братом и везде следовал за ним. После смерти Сян Юя судьба его была неизвестна. История сохранила мало записей о Сян Чжуане, в основном он был знаменит неудачным покушением на будущего императора Лиу Бана. Известно, что его излюбленным оружием был прямой меч цзянь.
- Цзецзе, - сказал Сян Чжуан и поклонился. - Сестрица.
У него только начинали расти усы и лет ему было ненамного больше, чем Бай Юй, но его широкие плечи и уверенные движения говорили о редкой физической силе. Как все мужчины Сян, он обычно сохранял на лице бесстрастное выражение, но чаще других улыбался, изгибая при этом глаза приветливыми полумесяцами, так что невозможно было разглядеть, что в них прячется - радость, ненависть, угроза или желание убить на месте.
Вот он какой, ее Чжуан-диди (?? младший брат).*81
В небе над поместьем одна на другую громоздились тучи.
Надвигалась гроза.
На западе среди свинцовых облаков мелькали зарницы, они росли, приближались и сливались в светлую полосу, из которой били молнии, заставляя вспыхивать половину мира и погружая вторую половину в непроницаемую тьму.
Там, в двух тысячах ли за горами, под защитой западных застав, строились сотни тысяч солдат с узкими голодными глазами.
- Кто, сказал, нет у нас одежды? - пели они.
Мы разделим плащ,
Мы разделим на всех нижнюю рубашку,
Мы наточим копья,
Мы наточим мечи,
У нас у всех одна ненависть,
У нас у всех один враг... *82
Их врагом был весь мир.
Их презрительно называли "лошадники", потому что Цинь был нацией скотоводов, которые еще недавно были нищими дикими племенами.
Они доказали, что побеждает не самый умный и не самый богатый, а самый сплоченный и агрессивный. Они, как лавина, вырвались из-за горных хребтов, уничтожили Поднебесную и подчинили всех своим варварским законам.
Теперь, после смерти Шихуанди, их хватка ослабела, и местные командиры убивали ванов, подчинявшихся Циню, и объявляли себя правителями.
Нужно было их уничтожить.
Сотни тысяч солдат с узкими глазами вставали в строй и сжимали копья гэ.
Их копья были из золота, их кони были из железа.*83
Они смотрели на восток.
Они смотрели на Хань, Чжао и Чу.
Тлетворный ветер и кровавый дождь*84 с новой силой готовы были обрушиться на Срединные Равнины.
Удар грома сотряс небо и землю.
Оконные рамы вздрогнули.
Створка дверь отъехала в сторону и врезалась в стену.
Огонь в светильниках заплясал и согнулся, а угли в бронзовой жаровне вспыхнули ярким алым светом, испустив язычки пламени.
Бай Юй подняла голову от каллиграфии и повернулась к дверям.
На пороге стол Сян Юй.
Он был сильно пьян.
В последнее время в поместье прибывали командиры из южных уездов Чу. Они вместе с Сян Ляном готовились выступить на север в Се, туда, где стояли основные силы царства. Видимо, по этому поводу весь день пировали. Пьяные песни гремели под небесами и заставляли выть всех собак в Учжуне.
В противоположность простому солдатскому платью, Сян Юй был наряжен в парчу и золото: малиновая юбка с золотыми фазанами, зеленая рубашка, отороченная блестящей вышивкой и верхнее одеяние с широкими рукавами из узорчатого шелка цзинь. Талия была обернута широким поясом в две ладони и с нее, ниже колен, свисал изукрашеный биси*85.
Бай Юй поморгала, потому что у нее зарябило в глазах. Художественный вкус Сянов оставлял далеко позади хлопотливых сорок, которые тащат к себе в гнездо все блестящее.
Сян Юй подозрительно посмотрел на стол, заваленный бамбуковыми дощечками с записями.
Потом он покачнулся и широким рукавом смел со стола дощечки и пару светильников. Он посмотрел на результат и нетрезво ухмыльнулся.
- Господин приказал прочитать "Наставления женщинам", - прошептала Бай Юй, опустив глаза.
Сян Юй подумал.
- Ты длжна... должна уважать своего господина? - наконец спросил он и грозно нахмурился.
- Путь послушания и уважения приличиствует наложнице, - ответила Бай Юй, немного сбитая с толку. - Э-э... Мужчина в мудрости своей руководит семьей...
Она никогда не могла предположить, что ей придется сдавать экзамен по этическим нормам эпохи Воюющих Царств пьяному генералу!
Они немного помолчали.
Генерал, очевидно, сам не был специалистом по конфуцианской морали. Ему хватало десятка простых истин, которые он заучил наизусть со слов приемного отца.
Сян Юй помрачнел.
Больше на ум ничего не приходило.
- А как ты должна называть своего господина? - спросил он.
- Я должна называть моего господина "мой господин", - ответила Бай Юй., гадая, сможет ли он придумать более идиотский вопрос.
- Мда, - неохотно признал Сян Юй.
Он вздохнул.
(Сян Юй, с недовольным видом:) - ...
(Сян Юй:) - Как должна располагаться армия в условиях гористой местности?
(Бай Юй:) - ...
(Сян Юй:) - (усмехается)
(Бай Юй:) - (молча смотрит, как Сян Юй усмехается)
(Бай Юй:) - Придя заранее на место битвы, расположи свою армию на высоте, на солнечном склоне, и ожидай противника.
Ты думал, я не читала "Семь военных канонов"?!*87 Выкуси.
- Умничаешь? - спросил Сян Юй и толкнул ее на кровать.
Потом он нагнулся над ней и полез рукой под юбку, пытаясь ее задрать. Потом он свалился на Бай Юй плашмя.
Его рука упрямо продолжала пытаться поднять юбку - видимо, в процессе попойки с чускими командирами в организме Сян Юя выделилось слишком много адреналина, чтобы алкоголь мог усыпить его.
- На вас напали?! - воскликнула она, подбегая.
Неужели войска Циня уже в Учжуне?! Как такое могло произойти?! Ни о чем подобном в исторических книгах не говорилось!
Солдаты попятились от Бай Юй и забормотали:
- Это ничего... Это просто генерал Сян тренируется... Поддерживает боевой дух в войсках...
С этими словами тот, что стоял на коленях, упал лицом в землю. Младший, в залитой кровью рубашке, заплакал.
С той стороны бамбуковой ограды раздавались мужская ругань звон железа и предсмертные крики. Это совсем не было похоже на практику с мечами. По звукам, это было похоже на смертельный бой.
Снедаемая и страхом, и любопытством, Бай Юй подобралась к бамбуковой ограде и прижалась глазом к промежутку между прутьями.
Несколько десятков солдат нападали на одного.
Тот, что был в центре схватки, возвышался над остальными, как скала в бушующем море. В руке у него было копье гэ длиной в два человеческих роста, выпученные глаза метали молнии во врагов, борода стояла дыбом, лицо было разгоряченное и яростное.
Лица всех остальных были несчастными.
С каждым взмахом гэ передние солдаты валились назад и натыкались на задних, сшибая их с ног и сами падая на них. Если кто-то пытался достать копьем Сян Юя, он без труда ломал ему оружие голой рукой, не прекращая атаки. Противники пытались собрать защитную формацию, но скорость и натиск, с которыми действовал Сян Юй, не давали им никаких шансов.
Огромное копье, которое нормальный человек с трудом держал двумя руками, генерал одной рукой вращал так стремительно, что оно неуловимо для глаза, со змеиным шипением проносилось над землей, обретя собственную злую волю.
Бай Юй забыла обо всем, увлеченная небывалым зрелищем.
Она всегда думала, в чем же разница между великим полководцем, которых в истории Поднебесной были сотни, и ??, богом войны, которых было несколько человек.
Теперь она поняла.
Бывает сила, перед которой великие стратегии рассыпаются в пыль.
Бывают люди, которые в одиночку побеждают армии, и это не сказки.
Обнаружив, что драться больше не с кем, Сян Юй что-то прорычал себе в бороду и сердито швырнул копьем в расползающихся врагов. Постояв две секунды с недовольным видом, он пошел забрать оружие.
Когда он нагнулся, на земле перед ним оказался один из солдат. Солдат был молодой и наивный, он подумал, что генерал Сян хочет помочь ему подняться. Он просиял благодарностью и потянулся навстречу, в ответ генерал Сян мстительно толкнул его так, что бедняга перекатился три раза и свалил еще несколько человек, которые только что с трудом поднялись. Сян Юй удовлетворенно хмыкнул, замкнул пальцы на копье и начал распрямляться.
В этот момент он получил удар ногой в затылок.
Бай Юй никогда не видела, чтобы человек мог так прыгать!
Юноша, на несколько лет младше Сян Юя, взлетел над землей, как будто у него были крылья, и врезал генералу ступней в основание черепа! Обычному человеку такой пинок вынес бы мозги.
Сян Юй взял копье и повернулся к неприятелю.
В руке у юноши был широкий прямой меч, которым он поигрывал, держа его в вытянутой руке. Отскочив от Сян Юя, он обходил его по кругу на расстоянии, выбирая момент для атаки.
- Ах ты, маленький засранец, - сказал Сян Юй. - Иди-ка сюда.
В дебрях его бороды блеснули два оскаленных белых клыка.
- Я уже пришел, братец, - дружелюбно ответил юноша и улыбнулся в ответ, сделав глазки счастливыми полумесяцами, так что светившееся в них желание убивать спряталось, как солнце за тучку.
Бай Юй, съежившаяся за забором, почувствовала, что по спине у нее побежали холодные мурашки.
Юноша, как кобра, метнулся вперед, но за два шага до цели внезапно изменил направление броска и нацелил острие меча в бок противнику. Мускулистая туша Сян Юя с неожиданной легкостью переместилась, копье ударило юношу по руке, и в ту же секунду Сян Юй нанес ему удар открытой ладонью в грудь, от которого молодой человек отлетел назад на несколько метров. Он ловко приземлился на одно колено, оставив на земле борозду и, без паузы, снова бросился на противника, одним прыжком преодолев разделившее их расстояние. Он был встречен взмахом копья, проскочив под которым, он наткнулся на локоть старшего мужчины, врезавшийся ему в подбородок. Молодой человек отпрыгнул назад, пару раз мотнул головой и опять ринулся в атаку.
Поединок напоминал бой леопарда с носорогом - леопард нападал и отскакивал, изворачиваясь в воздухе, но не мог пробить оборону носорога. Носорог не мог поймать леопарда.
Звери скалились друг на друга, ни один не хотел уступить.
Мускулы играли под солдатскими рубашками, меч и копье двигались так стремительно, что в воздухе был виден только размытый контур.
Земля дрожала.
Желтая пыль завивалась смерчами.
Юноша был не такого массивного сложения, как Сян Юй и ниже его на ладонь, но его широкие плечи и упрямое скуластое лицо были типичными чертами мужчин из семейства Сян.
Бай Юй из своего укрытия хорошо видела все, что происходило на площадке, и начала понимать тактику Сян Юя. Он всегда дожидался, когда противник откроется, замахнувшись оружием, и гасил атаку прямым ударом, откидывая врага на несколько метров.
При этом, искусство боя юноши было несравненным. Трудно было поверить, что он не видит того, что видела Бай Юй. Долго ли он еще собирается получать пинки от генерала? В противоположность однообразным действиям Сян Юя, его молодой соперник выглядел намного более гибким и изобретательным.
Бай Юй от возбуждения стиснула стебли бамбука обеими руками и еще сильнее прижалась глазом к дырке в плетеном заборе.
В это время на площадке мечник наконец поймал момент, когда тигр покинул логово в горах*81: приняв грудью толчок ладонью от Сян Юя, он, вместо того чтобы отскочить, повернулся боком, уменьшив силу удара, и, не замахиваясь, коротким плоским движением направил меч ему в живот!
Меч не воткнулся в живот генералу.
Генерал держал лезвие своего гэ у горла противника.
Сян Юй тоже ждал этого момента!
Оба мужчины тяжело дышали и жгли друг друга взглядами.
(Сян Юй, довольный собой:) - Хе-хе.
(Юноша:) - ... (опускает меч)
(Сян Юй:) - ... (убирает копье от его горла)
(Юноша:) - Хе-хе... (мгновенно направляет лезвие под ребра генералу)
----------------------------------------------------
*80 ?? ша-и - желание, намерение убивать (состояние ярости, которое можно ощутить физически исходящим от человека)
*81 ???? "заставить тигра покинуть его горное логово" - т.е. дождаться, когда противник потеряет бдительность
* фотографию леди Дай можно увидеть в нашей группе "Ханьфу и история"
https://vk.com/wall-210866362_1522
----------------------------------------------------
? Благодетели, ставьте лайки, это полезно для кармы! ?
Прода от 27.05.2023, 14:18
ГЛАВА 28. У дочки Бай совсем нет стыда
Сян Юй наподдал противнику коленом в бок, так что лезвие меча ушло в сторону и разрезало рубашку.
Юноша отпрыгнул.
Бой продолжался.
Теперь Сян Юй чаще нападал на противника, чертя круги и делая выпады своим гэ, которое на самом деле было скорее не копьем, а топором с заточенным клювом на конце. Юноша перемахивал через гэ или нырял под него, упрямо пытаясь достать генерала, пока копье было на отлете. Однако, каждый раз стоило ему приблизиться, Сян Юй использовал свободную руку, чтобы отбить запястье или локоть соперника, испортив ему атаку, не обращая внимания на мелкие раны и на то, что рукав его рубашки был уже пропитан кровью.
Толкнув юношу, Сян Юй отступил на несколько шагов, так что оказался почти вплотную к Бай Юй.
Бай Юй вся сжалась от испуга и спрятала голову в плечи.
Прямо у нее над головой слышалось шумное дыхание мужчин, забор затрясся, потом раздался звук удара кулаком в челюсть. Младший мужчина хрипло выругался. И наступила тишина.
... ...
Тишина.
Уйдут они когда-нибудь?
Чего вы дальше не деретесь?
Бай Юй осторожно подняла голову.
Сян Юй молча смотрел на нее сверху, с той стороны забора, который доходил ему до середины груди.
Его широкая тень накрывала ее, как ночь, полная кошмаров.
- Господин, - сказала Бай Юй.
Она уже стояла на коленях, поэтому дальше она просто замолчала и не шевелилась. Ей хотелось поклониться и уткнуться лбом в землю, как страус, чтобы не видеть господина, но прямо перед ней был забор.
- Бай Юй, - бесцветным голосом сказал Сян Юй.
В его голосе не было ни гнева, ни удивления, ни вопроса.
Это просто была констатация факта.
С клена упал пожелтевший лист и начал плавно кружиться в воздухе, постепенно опускаясь на землю.
- Почему ты здесь? - отсутствующе произнес он, сам понимая бесполезность разговора.
- Эмм... я думала, что началась война, - ответила Бай Юй. - И хотела посмотреть.
Когда она услышала саму себя, она в душе заплакала горькими слезами.
Ей даже стало немного жалко Сян Юя.
- Бай Юй, в усадьбе две сотни человек. Почему никто из них не подумал, что началась война? - спросил Сян Юй.
- Гм.. Потому что я все время начеку? - робко предположила Бай Юй.
Сян Юй потер ладонью висок.
В его глазах отразилась безнадежность бытия.
Одна минута разговора с дочкой Бай утомила его больше, чем два часа вооруженного боя с сотней солдат!
- Иди, - сказал он. - Поздоровайся с братом.
Дочка Бай, забыв подняться с колен, глупо разинула рот и уставилась на младшего мужчину, который вышел в проем бамбуковой ограды и стоял, прислонившись к боковому столбу. Она его разглядывала, словно он был небывалым чудом.
Сян Юй тяжело вздохнул.
Юноша неловко улыбнулся и не знал, что сказать.
- Сян Чжуан? - спросила Бай Юй, как будто не могла поверить собственным глазам.
В мире был только один человек, который был для Сян Юя братом - второй приемный сын Сян Ляна, прославленный мастер боя Сян Чжуан! По рождению, он приходился Сян Юю двоюродным братом и везде следовал за ним. После смерти Сян Юя судьба его была неизвестна. История сохранила мало записей о Сян Чжуане, в основном он был знаменит неудачным покушением на будущего императора Лиу Бана. Известно, что его излюбленным оружием был прямой меч цзянь.
- Цзецзе, - сказал Сян Чжуан и поклонился. - Сестрица.
У него только начинали расти усы и лет ему было ненамного больше, чем Бай Юй, но его широкие плечи и уверенные движения говорили о редкой физической силе. Как все мужчины Сян, он обычно сохранял на лице бесстрастное выражение, но чаще других улыбался, изгибая при этом глаза приветливыми полумесяцами, так что невозможно было разглядеть, что в них прячется - радость, ненависть, угроза или желание убить на месте.
Вот он какой, ее Чжуан-диди (?? младший брат).*81
В небе над поместьем одна на другую громоздились тучи.
Надвигалась гроза.
На западе среди свинцовых облаков мелькали зарницы, они росли, приближались и сливались в светлую полосу, из которой били молнии, заставляя вспыхивать половину мира и погружая вторую половину в непроницаемую тьму.
Там, в двух тысячах ли за горами, под защитой западных застав, строились сотни тысяч солдат с узкими голодными глазами.
- Кто, сказал, нет у нас одежды? - пели они.
Мы разделим плащ,
Мы разделим на всех нижнюю рубашку,
Мы наточим копья,
Мы наточим мечи,
У нас у всех одна ненависть,
У нас у всех один враг... *82
Их врагом был весь мир.
Их презрительно называли "лошадники", потому что Цинь был нацией скотоводов, которые еще недавно были нищими дикими племенами.
Они доказали, что побеждает не самый умный и не самый богатый, а самый сплоченный и агрессивный. Они, как лавина, вырвались из-за горных хребтов, уничтожили Поднебесную и подчинили всех своим варварским законам.
Теперь, после смерти Шихуанди, их хватка ослабела, и местные командиры убивали ванов, подчинявшихся Циню, и объявляли себя правителями.
Нужно было их уничтожить.
Сотни тысяч солдат с узкими глазами вставали в строй и сжимали копья гэ.
Их копья были из золота, их кони были из железа.*83
Они смотрели на восток.
Они смотрели на Хань, Чжао и Чу.
Тлетворный ветер и кровавый дождь*84 с новой силой готовы были обрушиться на Срединные Равнины.
Удар грома сотряс небо и землю.
Оконные рамы вздрогнули.
Створка дверь отъехала в сторону и врезалась в стену.
Огонь в светильниках заплясал и согнулся, а угли в бронзовой жаровне вспыхнули ярким алым светом, испустив язычки пламени.
Бай Юй подняла голову от каллиграфии и повернулась к дверям.
На пороге стол Сян Юй.
Он был сильно пьян.
В последнее время в поместье прибывали командиры из южных уездов Чу. Они вместе с Сян Ляном готовились выступить на север в Се, туда, где стояли основные силы царства. Видимо, по этому поводу весь день пировали. Пьяные песни гремели под небесами и заставляли выть всех собак в Учжуне.
В противоположность простому солдатскому платью, Сян Юй был наряжен в парчу и золото: малиновая юбка с золотыми фазанами, зеленая рубашка, отороченная блестящей вышивкой и верхнее одеяние с широкими рукавами из узорчатого шелка цзинь. Талия была обернута широким поясом в две ладони и с нее, ниже колен, свисал изукрашеный биси*85.
Бай Юй поморгала, потому что у нее зарябило в глазах. Художественный вкус Сянов оставлял далеко позади хлопотливых сорок, которые тащат к себе в гнездо все блестящее.
Сян Юй подозрительно посмотрел на стол, заваленный бамбуковыми дощечками с записями.
Потом он покачнулся и широким рукавом смел со стола дощечки и пару светильников. Он посмотрел на результат и нетрезво ухмыльнулся.
- Господин приказал прочитать "Наставления женщинам", - прошептала Бай Юй, опустив глаза.
Сян Юй подумал.
- Ты длжна... должна уважать своего господина? - наконец спросил он и грозно нахмурился.
- Путь послушания и уважения приличиствует наложнице, - ответила Бай Юй, немного сбитая с толку. - Э-э... Мужчина в мудрости своей руководит семьей...
Она никогда не могла предположить, что ей придется сдавать экзамен по этическим нормам эпохи Воюющих Царств пьяному генералу!
Они немного помолчали.
Генерал, очевидно, сам не был специалистом по конфуцианской морали. Ему хватало десятка простых истин, которые он заучил наизусть со слов приемного отца.
Сян Юй помрачнел.
Больше на ум ничего не приходило.
- А как ты должна называть своего господина? - спросил он.
- Я должна называть моего господина "мой господин", - ответила Бай Юй., гадая, сможет ли он придумать более идиотский вопрос.
- Мда, - неохотно признал Сян Юй.
Он вздохнул.
(Сян Юй, с недовольным видом:) - ...
(Сян Юй:) - Как должна располагаться армия в условиях гористой местности?
(Бай Юй:) - ...
(Сян Юй:) - (усмехается)
(Бай Юй:) - (молча смотрит, как Сян Юй усмехается)
(Бай Юй:) - Придя заранее на место битвы, расположи свою армию на высоте, на солнечном склоне, и ожидай противника.
Ты думал, я не читала "Семь военных канонов"?!*87 Выкуси.
- Умничаешь? - спросил Сян Юй и толкнул ее на кровать.
Потом он нагнулся над ней и полез рукой под юбку, пытаясь ее задрать. Потом он свалился на Бай Юй плашмя.
Его рука упрямо продолжала пытаться поднять юбку - видимо, в процессе попойки с чускими командирами в организме Сян Юя выделилось слишком много адреналина, чтобы алкоголь мог усыпить его.
