- Переодевайтесь, ныряйте под одеяло, я принесу вам поесть, - распорядился он и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Неужели он меня накормит? Даже не верится... Но кушать хочется, это правда.
Я торопливо надела рубашку, которая вполне прикрыла все самое ценное и забралась на постель, укутав ноги одеялом. Сижу, жду, мечтательно представляя картошечку, жареное мяско или рыбку... Или борщ... Или пирог какой-нибудь... Слюнями всю подушку укапала, а его все нет. Поди опять забыл про меня, склеротик зеленохвостый...
А нет, не забыл, даже вежливо постучал в собственную спальню прежде, чем войти.
- Открыто, - важно отозвалась я и первым делом уставилась на поднос, который он нес в руках.
- Фуууу... - разочарованно протянула голодная ведьмочка, едва он поставил поднос на тумбочку, заглянув в большую чашку. - Это что?
- Бульон, - холодно ответил декан, наблюдая, как я критично зачерпываю этот самый бульон ложкой, нюхаю, морщусь и выливаю обратно в чашку.
- Фуууу... - повторила я. - Даже есть страшно... такое... Да не, не есть, видеть и то...
Скулы василиска напряглись, венка на виске вздулась, а он предельно спокойным тоном поинтересовался:
- И почему страшно, адептка?
- Не, а вы видали, что принесли? - я, скривившись, ковырялась ложкой в мутной жидкости. - Вон, смотрите, шкурка куринная плавает. Так... А это что? Лук? Процеживать же надо, хотя бы... И зелени туда накрошить... Петрушечки там, укропчика... Ой, вам плохо, да?
- Ешьте, пожалуйста, молча... - процедил он сквозь зубы, покрываясь неровными пятнами странного происхождения. Не чешуей, точно. - Он полезный.
- А может вы сначала? - я протянула ложку ему. - Вдруг он несъедобный!
- Ничего, не отравитесь, - мрачно ответил декан.
Я осторожно лизнула ложку.
- Признайтесь честно, у вас безрукий домовой и вы терпите его только из жалости, - вынесла я вердикт блюду. - Солить-то тоже надо хоть немного! Так ему и передайте!
- У меня нет домовых, я не ведьма, - глухо произнес он.
- Уж не вы ли эту гадость приготовили? Спасибо, конечно, но спать я лягу голодной.
Я решительно положила ложку и спросила себе под нос:
- Василиски, кстати, случайно не от голода перемерли? Рядом с полным мешком продуктов?
- Нет, а вот у вас есть все шансы помереть рядом с полной тарелкой еды!
Сделав над собой демоническое усилие, декан придвинул чашку ко мне ближе.
- Ешьте! - угрожающе прорычал он.
- Нет!
- Ешьте!
- Нет!
- Ешьте!!!
Что-то зазвенело, наверное, в ушах.
- Ну что вы кричите так громко? Я от того, что оглохну, зрение и вкус не потеряю и съесть это все равно не смогу, а вы и охрипнуть можете, оно вам надо? - миролюбиво произнесла я.
- Если вы не съедите это сейчас же, я вылью вам содержимое на голову, - так же миролюбиво предложил он, а в голосе то и дело проскакивали рокочущие нотки.
Угрожает? Опять? И кому - беззащитной ведьмочке?! Ой, как зря... Ведьмочки этого не любят, пора бы знать.
Позор всему деканату, таких надо наказывать...
Я покорно взяла в руки ложку, зачерпнула бульон, подула на него, чтобы остыл. Декан слегка расслабился, но внимательно наблюдал за каждым моим движением.
- Ой, смотрите, а что это? - заинтересованно вгляделась я в ложку. - Не подскажете?
Он нахмурился и наклонился ко мне.
- Ничего тут нет.
- Ну как же, - пальчиком настойчиво тыкала я в ложку. - Вот же!
Он наклонился еще ближе:
- Да нет здесь ни...
Договорить он не успел, потому что я со всего размаху влила содержимое ложки ему в рот и другой рукой подбородок его запрокинула, чтобы проглотил.
- Ну как? Вкусно? Вкусно? - орала я, размахивая ложкой, пока он откашливался и отплевывался с перекошенным лицом. - Еще хотите?
Если он что-то и хотел, так только меня убить. Мельком взглянув на него, как-то сразу это поняла и ложку в сторону отбросила. Бежать надо мне, бежать быстрее куда-нибудь... А получалось только медленно отползать...
- Вы мне чуть зубы не повыбивали, - прижав ко рту ладонь, прорычал он.
- Сами виноваты! - выкрикнула я, подтягивая к себе подушку. - Не надо было заставлять угрозами! Вы от одной ложки чуть в мир иной не отправились, а я должна была всю тарелку съесть?!
- Вы у меня сейчас всю кастрюлю съедите! - рыкнул он и бросился ко мне.
С диким визгом вскочила на ноги прямо на кровати и замахнулась единственным оружием - подушкой.
- Вы говорили - вы приличный! - со всего размаху ударила его ей по лицу.
- Вы говорили - уравновешенный! - второй удар с другой стороны.
- Вы говорили - не сделаете ничего плохого! - третий удар.
Подушку из рук вырвали с шипением:
- Убью лучше!
Как это убьет? Меня?
Умирать я не собиралась. Я еще молода и красива, мне еще жить и жить! И не важно, что василиск так не считает. Пришлось прибегнуть к крайним мерам. Бабушка учила, что шок - лучшее лекарство от ярости.
- Не убивайте, я вас люблю!
С этим отчаянным визгом я с кровати прыгнула прямо на него, повиснув на его шее, и звонко поцеловала куда попало. Попала в нос. Декан от неожиданности пошатнулся, подушку из рук выпустил, а я еще ногами его обвила, чтобы не упасть. Срам, конечно, в одной рубашке на мужчине висеть, но зато он про убийство и думать забыл. И, кажется, дышать даже перестал.
- Чокнутая! - крикнул он после минутного ступора и начал меня от себя отдирать. - Бешеная!
Я отдиралась от него плохо, потому что держалась крепко. На нем даже рубашка где-то треснула, судя по характерному звуку.
- Ненормальная!
Пусть ненормальная, зато цеплючая. Он, пока пытался меня от себя отцепить, столько слов новых произнес...
Наконец разжал мои руки, схватил за талию, размахнулся и швырнул меня в кровать. Я мягко приземлилась и испуганно замерла, не сводя с него взгляд. Неужели все-таки убьет?
- Да, чтоб я еще раз... Да, чтоб... - он тяжело дышал и, видимо, слов подходящих и цензурных не находил. Да и выглядел он не лучшим образом: на рубашке пятно от бульона, капнувшего с ложки при дегустации, короткий рукав по шву порвался, пара пуговиц тоже отлетело, сам взъерошенный, в красных пятнах. Жуть, короче!
- Ведьма! - зло бросил мне напоследок, словно оскорбление, и вышел вон, громко хлопнув дверью. А потом там еще чем-то хлопнул. И звякнул. И уронил, что ли, что-то тяжелое.
Я честно попыталась заснуть, но несмотря на усталость у меня не получалось. Мало того, что я переживала из-за декана, из-за его реальной угрозы меня убить, из-за того, что я в конце концов его обидела. Злость за наказание смешалась с неприятным чувством вины. В голове до сих пор звенел его голос, кричащий: "Ведьма! " и от этого было как-то не по себе.
Так вот, кроме душевных переживаний меня вполне ощутимо терзал голод. Я - молодой организм, в некоторых местах даже все еще растущий, и я не привыкла ложиться спать голодной.
Поворочавшись еще некоторое время в постели, я не выдержала. Откинула в сторону одеяло, села, прислушалась. Греметь он давно перестал и ничего не нарушало тишину этого дома, наверное, уже уснул. Что он там про кастрюлю говорил? Пойду, проверю, может что-то еще можно сделать...
Подумала еще немного, накинула халат и выскользнула за дверь. Шлеп, шлеп, шлеп, босиком по холодному полу в полумраке... Кухню нашла интуитивно, видимо, желудок подсказал верное направление...
- Свет, - шепнула сианитам. Они тут же ярко вспыхнули.
- Не так ярко, - попросила тихонько. Умные магические камни потухли через один и мягкий свет уже не так сильно бил по глазам.
Хорошая кухонька, небольшая, аккуратная, сразу видно, что готовят здесь редко. В столовой Матренушка замечательно кормит, там поди и питается. Мужчина, что с него взять...
Кастрюльку на плите увидела сразу. Туда и направилась. Открыла крышку, заглянула... Нет, это все-таки "Фу-у"... В этом виде съесть варево не представляется возможным даже самой голодной на свете ведьмочке.
Ладно, сейчас все исправим...
Щелкнула по плите. Огонек весело зажегся, а я принялась шариться по ящикам в поисках продуктов. Улов меня порадовал - картошка, морковка, зелень даже. Я с довольной улыбкой почистила овощи, промыла зелень. Халатик пришлось снять и бросить на стул рядом с обеденным столом, потому что в нем готовить было неудобно. Бульончик подогрелся и я бросилась искать что-нибудь, через что можно было бы его процедить. Моему разочарованию не было предела - ничего подходящего не нашла! Побултыхала ложкой в кастрюле... Бе-е... Процедить просто необходимо.
Немного посомневавшись, рискнула и ножницами, которые нашла в одном из ящичков залавка, обстригла один из рукавов декановской рубашки, которая была сейчас на мне. Ну, и второй для симметрии тоже...
Процедила через белую ткань бульон, снова поставила на огонь, бросила туда нарезанные овощи и потянулась за солонкой.
- И что вы здесь делаете, адептка? - раздался за спиной усталый голос.
Я на месте подпрыгнула и развернулась, судорожно прижимая двумя руками к груди солонку. Декан, с мокрыми волосами, переодевшийся в чистое, стоял на пороге, как всегда сложив руки на груди и прислонившись плечом к дверному косяку. И как я не услышала его шагов?
- Я... Это... - слова не находились, взгляд сам собой опустился на мои босые ноги и вот я уже разглядываю свои маленькие пальчики, как будто вижу их в первый раз. - Это... Вот.
Василиск молча продолжал на меня смотреть и мне захотелось спрятаться куда-нибудь подальше, хоть он и взял себя в руки, заметно успокоившись, и убивать меня не собирался. И еще стыдно было почему-то.
- Я извиниться пришла, - выдохнула из себя наконец через силу, подняв на него взгляд и даже почти не соврав.
- На кухню? - скептически изогнутая бровь и насмешливый тон выражали безграничное сомнение в моей честности.
- И поесть, - буркнула я, снова опуская взгляд. Осознав, что я стою перед ним полуголая, смутилась не на шутку и съежилась, но уже поздно - прикрыться могла только солонкой.
- Кто бы сомневался, - хмыкнул он и добавил язвительно. - Где кухня - там и ведьмочка. А вы меня убеждали, что ляжете спать голодной. Что такую гадость, что я приготовил есть невозможно.
- Вы простите меня, правда, - я, набравшись смелости, посмотрела все-таки прямо на него. - Я ведь не хотела вас обидеть, но через брезгливость врожденную перешагнуть не могу. Но все можно исправить, я уже начала, смотрите...
С этими словами деловито повернулась к бурлящему супчику, помешала, посолила, снова помешала, попробовала, подув на ложку, и обрадованно повернулась к декану:
- Скоро будет готово!
Он вздохнул, покачал головой, развернулся и скрылся в коридоре.
Я даже расстроилась, что он со мной разговаривать не стал и на новое блюдо не посмотрел. Недовольно пыхтя, нарезала зелень и собиралась высыпать ее в суп, как на плечи легла мягкая ткань халата, а под ноги упали мягкие коричневые тапочки.
- Замерзнете, - прозвучало над ухом. Я вздрогнула, а он, накинув на меня одежду, так и стоял и, слегка сжав мои плечи, придерживал халат, чтобы он с меня не сполз.
- Я даже спрашивать боюсь, что вы сделали с очередной моей рубашкой, - наклонившись ко мне, спросил он, а его дыхание защекотало кожу на моей шее.
- А знали бы вы, как я боюсь вам отвечать, - в тон ему призналась я, отставив в сторону досочку с нарезанной зеленью и позволяя ему помочь мне попасть руками в рукава халата.
- Это уже третья испорченая вами рубашка за сутки. Третья! - странно, в его голосе даже злости не было, лишь какое-то восхищенное недоверие.
- Злитесь? - на всякий случай уточнила я, воровато покосившись на него через плечо.
- Кажется, свой лимит на сегодня я уже исчерпал, но проверять не советую. Вдруг я кого-то из нас недооцениваю.
Я запахнула полы халата, подвязала пояс и вернулась к готовке. Попробовала получившийся суп и осталась довольна.
- Составите мне компанию в позднем ужине? - робко предложила я. Все-таки мало того, что хозяйничаю на чужой кухне, так еще и оставить самого хозяина голодным было бы совсем неправильно.
- А вы уверены, что никто не пострадает от этой еды? - спросил он довольно серьезно.
- Не бойтесь, если отравимся, так вместе, - отмахнулась я. - Лучше достаньте мне сверху пару тарелок - я не дотягиваюсь.
И даже на цыпочки встала, продемонстрировав, что совсем даже не вру.
Он подошел, протянул руку, достал с верхней полки тарелку и передал ее мне. Одну.
- Я не буду, - коротко ответил он на мой непонимающий взгляд.
- Как?! - внезапно обиделась я. Это что ж, он даже не узнает, какой из его неказистого бульончика замечательный суп можно сделать? - Да вы же даже не пробовали!
Зачерпнув полную ложку супа, повернулась к василиску. Он тут же на два шага назад отошел, руки вперед выставив.
- Адептка, стойте, где стоите!
- Ну, вы хотя бы попробуйте! - возмутилась я, надвигаясь на него.
- Не подходите ближе, - пятясь назад, предупредил василиск.
Я огорченно опустила ложку, выплеснув содержимое в мойку.
- Тогда я тоже не буду!
И к окну отвернулась обиженно.
- Упрямство вас не красит, - осуждающе донеслось в спину.
- Вас тоже, - буркнула недовольно, не оборачиваясь. Какое-то время затылком чувствовала на себе пристальный взгляд, но не шелохнулась.
Тихонько об половник звякнула тарелка, потом вторая, и я вдруг невольно улыбнулась, поняв, что декан уступил маленькой обиженной ведьмочке.
- Садитесь, - позвал он негромко, но уверенно. - Так и быть, будем травиться вместе.
- А у меня-то есть противоядие, а у вас нет, - радостно сообщила ему, забираясь с ногами на стул и прикрывая коленки халатом.
- Сочувствую, вам придется меня или откачивать, или тайно закопать, чтобы никто не нашел, - невесело усмехнулся он, усаживаясь за стол напротив меня. - А это не легко.
- Вы пробуйте, пробуйте, - спрятав улыбку, распорядилась я и пригрозила ложкой. А сама внимательно наблюдала, как он подносит ложку, полную супа, ко рту.
- Хватит смотреть, - поперхнулся он, остановив ложку у самых губ. Я тут же виновато уткнулась в тарелку и принялась за еду. Впрочем, следить за ним расхотелось после первой же съеденной ложки. Голодный и измученный организм забыл про все на свете, пока не приговорил всю порцию. Стало тепло, сыто и сонно.
- Вы замечательно готовите, - услышала я, едва приоткрыла незаметно потяжелевшие веки.
- Научу потом, - снисходительно кивнула я, снова прикрыв глаза, и зевнула, уткнувшись в ладони.
- Идите уже спать, я все уберу, - он вдруг оказался рядом и, взяв под локоток, помог подняться со стула. - Не заблудитесь?
- Думаю нет, - вяло переставляя ноги, пошла по коридору.
- Ладно, доведу, - ворчливо донеслось сзади и меня опять схватили за локоть, проводили до спальни. Я брякнулась на кровать прямо лицом вниз и зарылась в подушку, обняв ее двумя руками. Недовольно дернула ногой, когда с нее стащили тапочек.
- Халат хотя бы сами снимите, - пробурчал он, я только вяло отмахнулась, не открывая глаз и не отпуская подушку.
Что-то прорычав себе под нос, развязал пояс, вытряхнул возмущенно постанывающую меня из халата, укутал одеялом и вышел, тихонько притворив за собой дверь.
Неужели он меня накормит? Даже не верится... Но кушать хочется, это правда.
Я торопливо надела рубашку, которая вполне прикрыла все самое ценное и забралась на постель, укутав ноги одеялом. Сижу, жду, мечтательно представляя картошечку, жареное мяско или рыбку... Или борщ... Или пирог какой-нибудь... Слюнями всю подушку укапала, а его все нет. Поди опять забыл про меня, склеротик зеленохвостый...
А нет, не забыл, даже вежливо постучал в собственную спальню прежде, чем войти.
- Открыто, - важно отозвалась я и первым делом уставилась на поднос, который он нес в руках.
- Фуууу... - разочарованно протянула голодная ведьмочка, едва он поставил поднос на тумбочку, заглянув в большую чашку. - Это что?
- Бульон, - холодно ответил декан, наблюдая, как я критично зачерпываю этот самый бульон ложкой, нюхаю, морщусь и выливаю обратно в чашку.
- Фуууу... - повторила я. - Даже есть страшно... такое... Да не, не есть, видеть и то...
Скулы василиска напряглись, венка на виске вздулась, а он предельно спокойным тоном поинтересовался:
- И почему страшно, адептка?
- Не, а вы видали, что принесли? - я, скривившись, ковырялась ложкой в мутной жидкости. - Вон, смотрите, шкурка куринная плавает. Так... А это что? Лук? Процеживать же надо, хотя бы... И зелени туда накрошить... Петрушечки там, укропчика... Ой, вам плохо, да?
- Ешьте, пожалуйста, молча... - процедил он сквозь зубы, покрываясь неровными пятнами странного происхождения. Не чешуей, точно. - Он полезный.
- А может вы сначала? - я протянула ложку ему. - Вдруг он несъедобный!
- Ничего, не отравитесь, - мрачно ответил декан.
Я осторожно лизнула ложку.
- Признайтесь честно, у вас безрукий домовой и вы терпите его только из жалости, - вынесла я вердикт блюду. - Солить-то тоже надо хоть немного! Так ему и передайте!
- У меня нет домовых, я не ведьма, - глухо произнес он.
- Уж не вы ли эту гадость приготовили? Спасибо, конечно, но спать я лягу голодной.
Я решительно положила ложку и спросила себе под нос:
- Василиски, кстати, случайно не от голода перемерли? Рядом с полным мешком продуктов?
- Нет, а вот у вас есть все шансы помереть рядом с полной тарелкой еды!
Сделав над собой демоническое усилие, декан придвинул чашку ко мне ближе.
- Ешьте! - угрожающе прорычал он.
- Нет!
- Ешьте!
- Нет!
- Ешьте!!!
Что-то зазвенело, наверное, в ушах.
- Ну что вы кричите так громко? Я от того, что оглохну, зрение и вкус не потеряю и съесть это все равно не смогу, а вы и охрипнуть можете, оно вам надо? - миролюбиво произнесла я.
- Если вы не съедите это сейчас же, я вылью вам содержимое на голову, - так же миролюбиво предложил он, а в голосе то и дело проскакивали рокочущие нотки.
Угрожает? Опять? И кому - беззащитной ведьмочке?! Ой, как зря... Ведьмочки этого не любят, пора бы знать.
Позор всему деканату, таких надо наказывать...
Я покорно взяла в руки ложку, зачерпнула бульон, подула на него, чтобы остыл. Декан слегка расслабился, но внимательно наблюдал за каждым моим движением.
- Ой, смотрите, а что это? - заинтересованно вгляделась я в ложку. - Не подскажете?
Он нахмурился и наклонился ко мне.
- Ничего тут нет.
- Ну как же, - пальчиком настойчиво тыкала я в ложку. - Вот же!
Он наклонился еще ближе:
- Да нет здесь ни...
Договорить он не успел, потому что я со всего размаху влила содержимое ложки ему в рот и другой рукой подбородок его запрокинула, чтобы проглотил.
- Ну как? Вкусно? Вкусно? - орала я, размахивая ложкой, пока он откашливался и отплевывался с перекошенным лицом. - Еще хотите?
Если он что-то и хотел, так только меня убить. Мельком взглянув на него, как-то сразу это поняла и ложку в сторону отбросила. Бежать надо мне, бежать быстрее куда-нибудь... А получалось только медленно отползать...
- Вы мне чуть зубы не повыбивали, - прижав ко рту ладонь, прорычал он.
- Сами виноваты! - выкрикнула я, подтягивая к себе подушку. - Не надо было заставлять угрозами! Вы от одной ложки чуть в мир иной не отправились, а я должна была всю тарелку съесть?!
- Вы у меня сейчас всю кастрюлю съедите! - рыкнул он и бросился ко мне.
С диким визгом вскочила на ноги прямо на кровати и замахнулась единственным оружием - подушкой.
- Вы говорили - вы приличный! - со всего размаху ударила его ей по лицу.
- Вы говорили - уравновешенный! - второй удар с другой стороны.
- Вы говорили - не сделаете ничего плохого! - третий удар.
Подушку из рук вырвали с шипением:
- Убью лучше!
Как это убьет? Меня?
Умирать я не собиралась. Я еще молода и красива, мне еще жить и жить! И не важно, что василиск так не считает. Пришлось прибегнуть к крайним мерам. Бабушка учила, что шок - лучшее лекарство от ярости.
- Не убивайте, я вас люблю!
С этим отчаянным визгом я с кровати прыгнула прямо на него, повиснув на его шее, и звонко поцеловала куда попало. Попала в нос. Декан от неожиданности пошатнулся, подушку из рук выпустил, а я еще ногами его обвила, чтобы не упасть. Срам, конечно, в одной рубашке на мужчине висеть, но зато он про убийство и думать забыл. И, кажется, дышать даже перестал.
- Чокнутая! - крикнул он после минутного ступора и начал меня от себя отдирать. - Бешеная!
Я отдиралась от него плохо, потому что держалась крепко. На нем даже рубашка где-то треснула, судя по характерному звуку.
- Ненормальная!
Пусть ненормальная, зато цеплючая. Он, пока пытался меня от себя отцепить, столько слов новых произнес...
Наконец разжал мои руки, схватил за талию, размахнулся и швырнул меня в кровать. Я мягко приземлилась и испуганно замерла, не сводя с него взгляд. Неужели все-таки убьет?
- Да, чтоб я еще раз... Да, чтоб... - он тяжело дышал и, видимо, слов подходящих и цензурных не находил. Да и выглядел он не лучшим образом: на рубашке пятно от бульона, капнувшего с ложки при дегустации, короткий рукав по шву порвался, пара пуговиц тоже отлетело, сам взъерошенный, в красных пятнах. Жуть, короче!
- Ведьма! - зло бросил мне напоследок, словно оскорбление, и вышел вон, громко хлопнув дверью. А потом там еще чем-то хлопнул. И звякнул. И уронил, что ли, что-то тяжелое.
Глава 8
Я честно попыталась заснуть, но несмотря на усталость у меня не получалось. Мало того, что я переживала из-за декана, из-за его реальной угрозы меня убить, из-за того, что я в конце концов его обидела. Злость за наказание смешалась с неприятным чувством вины. В голове до сих пор звенел его голос, кричащий: "Ведьма! " и от этого было как-то не по себе.
Так вот, кроме душевных переживаний меня вполне ощутимо терзал голод. Я - молодой организм, в некоторых местах даже все еще растущий, и я не привыкла ложиться спать голодной.
Поворочавшись еще некоторое время в постели, я не выдержала. Откинула в сторону одеяло, села, прислушалась. Греметь он давно перестал и ничего не нарушало тишину этого дома, наверное, уже уснул. Что он там про кастрюлю говорил? Пойду, проверю, может что-то еще можно сделать...
Подумала еще немного, накинула халат и выскользнула за дверь. Шлеп, шлеп, шлеп, босиком по холодному полу в полумраке... Кухню нашла интуитивно, видимо, желудок подсказал верное направление...
- Свет, - шепнула сианитам. Они тут же ярко вспыхнули.
- Не так ярко, - попросила тихонько. Умные магические камни потухли через один и мягкий свет уже не так сильно бил по глазам.
Хорошая кухонька, небольшая, аккуратная, сразу видно, что готовят здесь редко. В столовой Матренушка замечательно кормит, там поди и питается. Мужчина, что с него взять...
Кастрюльку на плите увидела сразу. Туда и направилась. Открыла крышку, заглянула... Нет, это все-таки "Фу-у"... В этом виде съесть варево не представляется возможным даже самой голодной на свете ведьмочке.
Ладно, сейчас все исправим...
Щелкнула по плите. Огонек весело зажегся, а я принялась шариться по ящикам в поисках продуктов. Улов меня порадовал - картошка, морковка, зелень даже. Я с довольной улыбкой почистила овощи, промыла зелень. Халатик пришлось снять и бросить на стул рядом с обеденным столом, потому что в нем готовить было неудобно. Бульончик подогрелся и я бросилась искать что-нибудь, через что можно было бы его процедить. Моему разочарованию не было предела - ничего подходящего не нашла! Побултыхала ложкой в кастрюле... Бе-е... Процедить просто необходимо.
Немного посомневавшись, рискнула и ножницами, которые нашла в одном из ящичков залавка, обстригла один из рукавов декановской рубашки, которая была сейчас на мне. Ну, и второй для симметрии тоже...
Процедила через белую ткань бульон, снова поставила на огонь, бросила туда нарезанные овощи и потянулась за солонкой.
- И что вы здесь делаете, адептка? - раздался за спиной усталый голос.
Я на месте подпрыгнула и развернулась, судорожно прижимая двумя руками к груди солонку. Декан, с мокрыми волосами, переодевшийся в чистое, стоял на пороге, как всегда сложив руки на груди и прислонившись плечом к дверному косяку. И как я не услышала его шагов?
- Я... Это... - слова не находились, взгляд сам собой опустился на мои босые ноги и вот я уже разглядываю свои маленькие пальчики, как будто вижу их в первый раз. - Это... Вот.
Василиск молча продолжал на меня смотреть и мне захотелось спрятаться куда-нибудь подальше, хоть он и взял себя в руки, заметно успокоившись, и убивать меня не собирался. И еще стыдно было почему-то.
- Я извиниться пришла, - выдохнула из себя наконец через силу, подняв на него взгляд и даже почти не соврав.
- На кухню? - скептически изогнутая бровь и насмешливый тон выражали безграничное сомнение в моей честности.
- И поесть, - буркнула я, снова опуская взгляд. Осознав, что я стою перед ним полуголая, смутилась не на шутку и съежилась, но уже поздно - прикрыться могла только солонкой.
- Кто бы сомневался, - хмыкнул он и добавил язвительно. - Где кухня - там и ведьмочка. А вы меня убеждали, что ляжете спать голодной. Что такую гадость, что я приготовил есть невозможно.
- Вы простите меня, правда, - я, набравшись смелости, посмотрела все-таки прямо на него. - Я ведь не хотела вас обидеть, но через брезгливость врожденную перешагнуть не могу. Но все можно исправить, я уже начала, смотрите...
С этими словами деловито повернулась к бурлящему супчику, помешала, посолила, снова помешала, попробовала, подув на ложку, и обрадованно повернулась к декану:
- Скоро будет готово!
Он вздохнул, покачал головой, развернулся и скрылся в коридоре.
Я даже расстроилась, что он со мной разговаривать не стал и на новое блюдо не посмотрел. Недовольно пыхтя, нарезала зелень и собиралась высыпать ее в суп, как на плечи легла мягкая ткань халата, а под ноги упали мягкие коричневые тапочки.
- Замерзнете, - прозвучало над ухом. Я вздрогнула, а он, накинув на меня одежду, так и стоял и, слегка сжав мои плечи, придерживал халат, чтобы он с меня не сполз.
- Я даже спрашивать боюсь, что вы сделали с очередной моей рубашкой, - наклонившись ко мне, спросил он, а его дыхание защекотало кожу на моей шее.
- А знали бы вы, как я боюсь вам отвечать, - в тон ему призналась я, отставив в сторону досочку с нарезанной зеленью и позволяя ему помочь мне попасть руками в рукава халата.
- Это уже третья испорченая вами рубашка за сутки. Третья! - странно, в его голосе даже злости не было, лишь какое-то восхищенное недоверие.
- Злитесь? - на всякий случай уточнила я, воровато покосившись на него через плечо.
- Кажется, свой лимит на сегодня я уже исчерпал, но проверять не советую. Вдруг я кого-то из нас недооцениваю.
Я запахнула полы халата, подвязала пояс и вернулась к готовке. Попробовала получившийся суп и осталась довольна.
- Составите мне компанию в позднем ужине? - робко предложила я. Все-таки мало того, что хозяйничаю на чужой кухне, так еще и оставить самого хозяина голодным было бы совсем неправильно.
- А вы уверены, что никто не пострадает от этой еды? - спросил он довольно серьезно.
- Не бойтесь, если отравимся, так вместе, - отмахнулась я. - Лучше достаньте мне сверху пару тарелок - я не дотягиваюсь.
И даже на цыпочки встала, продемонстрировав, что совсем даже не вру.
Он подошел, протянул руку, достал с верхней полки тарелку и передал ее мне. Одну.
- Я не буду, - коротко ответил он на мой непонимающий взгляд.
- Как?! - внезапно обиделась я. Это что ж, он даже не узнает, какой из его неказистого бульончика замечательный суп можно сделать? - Да вы же даже не пробовали!
Зачерпнув полную ложку супа, повернулась к василиску. Он тут же на два шага назад отошел, руки вперед выставив.
- Адептка, стойте, где стоите!
- Ну, вы хотя бы попробуйте! - возмутилась я, надвигаясь на него.
- Не подходите ближе, - пятясь назад, предупредил василиск.
Я огорченно опустила ложку, выплеснув содержимое в мойку.
- Тогда я тоже не буду!
И к окну отвернулась обиженно.
- Упрямство вас не красит, - осуждающе донеслось в спину.
- Вас тоже, - буркнула недовольно, не оборачиваясь. Какое-то время затылком чувствовала на себе пристальный взгляд, но не шелохнулась.
Тихонько об половник звякнула тарелка, потом вторая, и я вдруг невольно улыбнулась, поняв, что декан уступил маленькой обиженной ведьмочке.
- Садитесь, - позвал он негромко, но уверенно. - Так и быть, будем травиться вместе.
- А у меня-то есть противоядие, а у вас нет, - радостно сообщила ему, забираясь с ногами на стул и прикрывая коленки халатом.
- Сочувствую, вам придется меня или откачивать, или тайно закопать, чтобы никто не нашел, - невесело усмехнулся он, усаживаясь за стол напротив меня. - А это не легко.
- Вы пробуйте, пробуйте, - спрятав улыбку, распорядилась я и пригрозила ложкой. А сама внимательно наблюдала, как он подносит ложку, полную супа, ко рту.
- Хватит смотреть, - поперхнулся он, остановив ложку у самых губ. Я тут же виновато уткнулась в тарелку и принялась за еду. Впрочем, следить за ним расхотелось после первой же съеденной ложки. Голодный и измученный организм забыл про все на свете, пока не приговорил всю порцию. Стало тепло, сыто и сонно.
- Вы замечательно готовите, - услышала я, едва приоткрыла незаметно потяжелевшие веки.
- Научу потом, - снисходительно кивнула я, снова прикрыв глаза, и зевнула, уткнувшись в ладони.
- Идите уже спать, я все уберу, - он вдруг оказался рядом и, взяв под локоток, помог подняться со стула. - Не заблудитесь?
- Думаю нет, - вяло переставляя ноги, пошла по коридору.
- Ладно, доведу, - ворчливо донеслось сзади и меня опять схватили за локоть, проводили до спальни. Я брякнулась на кровать прямо лицом вниз и зарылась в подушку, обняв ее двумя руками. Недовольно дернула ногой, когда с нее стащили тапочек.
- Халат хотя бы сами снимите, - пробурчал он, я только вяло отмахнулась, не открывая глаз и не отпуская подушку.
Что-то прорычав себе под нос, развязал пояс, вытряхнул возмущенно постанывающую меня из халата, укутал одеялом и вышел, тихонько притворив за собой дверь.
