- Безопасно?! – Герверт так выделил голосом это слово, что стало понятно, что никаких странностей от сада обычного городского поместья он не ожидал и очень удивлён тем фактом.
Они вместе двинулись по дорожке, выложенной из желтовато-серых плит местного песчаника.
- О, ничего по-настоящему серьёзно угрожающего вашему здоровью и, тем более, жизни, но вот вступить в заросли лианы-кровохлёбки было бы крайне неприятно, и кувшиночник охотится в основном на крупных насекомых и мелких ящерок, но, если выплеснете на себя сок из его кувшина, можно заработать небольшой ожог, а костюм уж точно пострадает непоправимо.
- Какой странный у вас подбор растений, - покачал головой Герверт с некоторым удивлением. Впрочем, не слишком сильным. Чего только не делают некоторые семейства, чтобы выделиться из числа прочих и коллекционирование опасных растений не самое экстравагантное, что только можно придумать.
- Это не у нас, мы, если честно в этом имеем разве что совещательный голос, - Вая иронично хмыкнула. – Но наша садовница считает, что пусть цветут все цветы, а раз уж мы не вмешиваемся в её деятельность, то пусть цветут все цветы прямо у нас в саду.
- Она тоже ваша родственница? - в представлении Герверда подобные вольности можно было позволить только родственникам и родственникам любимым. – Вроде бы садоводство лежит далеко от артефакторики.
- Нет, - настроение Ваи моментально и совершенно необъяснимым образом испортилось. – Майфай нам не родственница, она местная, жрица Ступающей Тихо и подруга одной из моих невесток. А позволено ей действовать на своё усмотрение потому, что мы так решили.
Несколько шагов они прошли в молчании, во время которого Герверт прикидывал: спросить или не спросить?
- Я вас чем-то раздражаю?
А как же! Вая и не думала это как-то скрывать: он мужчина, вот он пусть и придумывает как справляться с этой проблемой!
- Вы – артефактор-големостроитель! – прозвучало практически как обвинение.
Передвижение их постепенно замедлилось и Вая с Гервертом практически остановились напротив друг друга.
- Я часто сталкивался с тем, что наше фамильное дело внушает людям страх, навеянный историями из смутных времён. Вы из их числа? – он наклонился, приблизив своё лицо к её лицу на расстояние, которое уже почти перестало быть приличным.
- Ну, при чём тут это! – Вая досадливо сморщила носик, но не отпрянула. – Просто ваши големы – это те же куклы, только много серьёзнее. Ваши способны двигаться и, до некоторой степени самостоятельны, а мои просто красиво выглядят. Считайте это ревностью менее успешного мастера.
- Ах, если бы это было правдой! – Герверт выпрямился и закатил глаза. – Но нет, всё вами описанное имеет место быть, однако это истории более чем трёхсотлетней давности, когда мои предки экспериментировали с человекоподобными болванами. Сейчас же самый ходовой артефакт, изготавливаемый моей семьёй, это дверные петли, которые будут сами раскрывать двери перед владельцем, а перед кем не надо, не раскрывать. Сейфы и сейфовые шкатулки, которые раскроются только перед владельцем. Самобеглые сервировочные столики тоже пользуются некоторой популярностью.
- Это правда? – доверчиво спросила Вая. От сердца у неё немного отлегло, но не потому, что вдруг возросло самоуважение как у мастера своего дела, а от его стараний её утешить и успокоить.
- Чистая, - соврал Герверт.
Всё, что было сверх этой правды, было либо запрещено, либо засекречено и даже рассуждать на эти темы с посторонним человеком он права не имел.
Вая заглянула ему в глаза, кивнула своим каким-то мыслям и потянула идти дальше.
- Мы уже почти пришли.
И действительно, спустя всего несколько шагов, стало видно, что дорожка расширяется, кольцом охватывая монструозного вида куст. Герверт, как ни силился, не мог узнать, что это за экзотическое растение или, хотя бы, к какому роду его отнести.
- Знакомься, это Фикус, Лоен любимчик. Фикус он не по рождению, а по имени и так, вообще не опасен, если не попытаться причинить ему вред намеренно. Ну и Лоя расстроится, так что лучше всё-таки, не надо.
- Хорошо, а что надо? – попробовал пошутить Герверт.
- Лапу ему пожми, - предложила Вая.
Герверт, дабы отыграть шутку до конца, выбрал ветку, которая действительно была немного похожа на пятерню, и аккуратно пожал её. И только сила воли и выдержка заставили его остаться на месте, а не отскочить назад с воплем ужаса, когда ощутил ответное пожатие.
Вая звонко рассмеялась.
- Простите, богов ради, что не предупредила, но это наша семейная шутка, мы всех гостей так с Фикусом знакомим.
Герверт аккуратно высвободил руку, а куст над его головой зашумел листьями нечто сочувствующе-осуждающее.
- Предупреждать надо, - попросил он со скорбью в голосе и во взоре.
- Обязательно. Дальше буду, - торжественно пообещала Вая и тайком погладив кожистый лист, сунула в пазуху между ветками нечто маленькое и шуршащее, вроде конфеты в бумажном фантике. Фантики Фикус тоже любил, особенно синяя краска на них казалась необыкновенно вкусной.
Диковинок в саду Башен Мастеров оказалось достаточно, чтобы ходить до позднего вечера, разговаривать, познакомиться по-настоящему, а не в полуофициальной обстановке и даже перейти на «ты», когда «выкать» друг другу надоело. Всё же официоз довольно сильно мешает близкому знакомству.
- А вот в эту часть сада по весне лучше не забредать, здесь у нас заросли дурманницы, она когда цветёт, от запаха голову сильно повести может.
Герверт уже даже не стал спрашивать, зачем оно им такое нужно, понятно же, что ему скажут, что либо как ценное алхимическое сырьё, либо потому, что и такие странные странности имеют право на существование.
- Вон там дом Ли-О-Ши и Ликос, там, если нужно, есть ещё один выход с территории нашего поместья на Липовую Аллею. Следующий дом – мой, за ним, если следовать вдоль забора, есть ещё один, там живут Мия и Алой, а дальше можно не ходить, там пока ещё никто не отстроился.
Почему родичи отстраиваются домами только по самому краю поместья, было понятно любому члену магического семейства без дополнительных пояснений. Камень Этельганов, правда, вёл себя достаточно мирно и боковые ветви семейства от себя не гонял, но никто не даст гарантий, что это не случится в ближайшем будущем. Собственно, радиус, за которым селиться вполне безопасно очертила Лоя, а Лое в этих вопросах принято было доверять.
- Род Этельган настолько невелик? – удивился Герверт. У него на этот счёт были несколько иные сведения.
- Невелик, да. И часть родичей, которых принял наш Камень, всё ещё проживают на севере – переезд связан с большими хлопотами и расходами не все способны решиться на подобное в один момент. А кое-кто, я имею в виду парочку своих безбашенных кузенов, отстроились домиком, который теперь за гостевой, потом всё бросили, решили, что жить со всеми вместе им не подходит, а лучше они поселятся на другой стороне реки. Чем закончится – не знаю, пока только участок присматривают.
История отдавала лёгкой безуминкой, что вполне вписывалось в портрет этого семейства, который у Герверта уже начал потихоньку складываться.
- А вот если ты дойдёшь до конца вот этой дорожки, - продолжила Вая, - по прямой и никуда не сворачивая, то там и будет твой гостевой дом. Тем более что уже совсем темно становится и почти ничего не видно.
- А как же показать мне ваш сад ещё и в лунном свете? - округлил глаза Герверт. – Оно выглядит в темноте совершенно по-другому! Вдруг я поздно возвращаться буду да заблужусь?
- А потом ты меня провожать будешь до дома, как вежливый кавалер, а потом я тебя, потому как дорогу назад ты не найдёшь и так по кругу? – Вая неподкупно поджала губы.
- Ну, вот видишь, как ты хорошо придумала! – восхитился Герверт.
- Нет уж! Иди, - сказала она повелительно, и он пошёл, покачивая головой и тихо посмеиваясь.
Хорошее его настроение продержалось долго, вплоть до того времени как Герверт, подготовившись ко сну и устроившись в мягкой кровати, вместо того, чтобы закрыть глаза и уснуть, принялся размышлять.
Если отвлечься от того, что девушка ему весьма даже понравилась (а сделать это оказалось не так уж просто), что-то промелькнуло в их беседе, что показалось ему ценным для расследования и что он, по давней своей привычке, заметил себе обдумать позже.
Ах да, вот оно.
То, что девушка считает себя недостойной звания мастера-артефактора и весьма комплексует по этому поводу. И то, что она не знала, чем на самом деле занимаются големостроители, имея представление об этом деле, основанное на легендах и домыслах. Насколько это впечатление истинно и не морочат ли ему голову, ещё предстояло выяснить, а для этого следовало как-то навязаться ей в компанию и посмотреть, как работает Вая-О-Лоя.
Это по умолчанию было сложной задачей. Мастерская, для всех магов, кто из себя хоть что-то представляет, место гораздо более сокровенное, чем даже спальня и чужаков туда допускают крайне редко. Но время у него вроде бы есть, в конце концов, можно предложить научить её чему-нибудь простенькому из арсенала умений собственного дома, а такого рода занятия можно проводить только в мастерской. В общем, что-нибудь да придумает.
На этой успокаивающей мысли он и уснул.
На завтрак ему подали большой графин освежающего напитка, что ввиду царящих ныне погод, было очень даже нелишне. Какие-то странные коржики из не пойми чего и салат. Последний, наоборот, похоже, был из всего, что под руку (лапу) подвернулось. Не то, чтобы Герверту угощение совсем не понравилось, но хорошо, что его предупредили, чтобы не спрашивал из чего приготовлено.
Зато завтрак оказался в достаточной степени лёгким, чтобы не появилось соблазна ещё некоторое время полениться, отложить дела, остаться дома и отдохнуть, что было бы весьма некстати, потому как дела у Герверта имелись и их было немало. Сразу после него, Герверт отправился по делам, не дожидаясь, пока солнце поднимется достаточно высоко, чтобы сделать пребывание в городе невыносимым.
Гулять он направился по лавкам, как бы странно это не звучало.
Но не по любым. Заранее вызнал, через какие Этельганы сбывают продукты своего маготворчества и с удивлением выяснил, что их не так уж и много. По большей части это семейство работало либо на заказ, либо находило «добрые руки» своим артефактам напрямую, сразу же, как только их разработка доходила до завершающей фазы. Глава семьи вообще предпочитал продавать готовую технологию производства артефактов, а не самих их поштучно, что уж вовсе ни в какие рамки не лезло. Обычно-то семейные секреты было принято хранить, а не предоставлять всем желающим.
Работ его «невесты» в лавках артефактов, подарков и экзотических редкостей не было, что Герверта, признаться, здорово удивило. Он считал, что прехорошеньким куколкам в богатых нарядах там самое место. Но нет, чтобы посмотреть на то, чем занимается Вая-О-Лоя и составить максимально непредвзятое мнение, нужно было направиться именно в магазин игрушек.
Признаться, не часто ему доводилось захаживать в подобные места. Герверт даже забыл, насколько любопытным может оказаться это место даже на взгляд взрослого серьёзного мужчины. Лавка - не лавка, а целый город, где вдоль стен проложены дороги, по которым ездят игрушечные авто (а чтобы они не падали, дорогу ограждали высокие бордюры), кукольные домики стояли вдоль дороги, а их предполагаемые обитательницы устраивали кукольное чаепитие, в отдалении, словно бы остановившись на марше, расположился большой отряд солдатиков в ярких мундирах… Особенно его внимание привлекла модель авто точь-в-точь такая, как та, на которой он ездил. По крайней мере, внешне.
- Вы уже что-нибудь присмотрели? – к нему неспешно подошёл один из присматривающих за залом продавцов. – Девочка? Мальчик? Какого возраста?
- А? Что? – Герверт внезапно очнулся от разглядывания детских богатств, и чуть было не сболтнул, что мальчику уже тридцать два исполнилось, но в последний момент попридержал язык, решил, что шутки не поймут. – Девочка. Десять.
Разумеется, никакой-такой девочки десяти лет от роду у него на примете не было, но он решил, что именно в таком возрасте им нравятся куклы и это прекрасный предлог для того, чтобы предметно познакомиться с творчеством Ваи. Да и даже если он всё же купит какую-нибудь игрушку, всегда найдётся, кому её подарить.
- Какие-нибудь особые пожелания? – продавец окинул пристальным ищущим взглядом полки. Выбор был так велик, что без каких-либо наводящих уточнений сделать его хоть как-нибудь осознанно не представлялось возможным.
- О да! Мне хотелось бы, чтобы это было нечто особенное! Работа настоящего Мастера! Возможно, мастера-мага.
Конечно же, Вая-О-Лоя была не единственным таким мастером, признаться, Герверт был весьма удивлён, какое количество мастеров-магов задействовано в этой отрасли и насколько велика была конкуренция. Герверт сам от себя не ожидал, но в детские игрушки закопался с большим удовольствием, хотя ту куклу, которая, предположительно, была сделана его «невестой», заметил сразу. Эдакая прехорошенькая дама с фарфоровым личиком, вся в кружевах и оборках, сделанная с большим вниманием к мелким деталям. У одной из его вполне взрослых и даже уже замужних кузин, была целая полка подобных. Её он, спустя некоторое время, и взял в руки.
- Ну, эту, не ребёнку давать, - протянул он с сомнением. – Разве что как украшение куда-нибудь поставить.
- Вот как раз нет, - поспешно возразил продавец. – Это, насколько я помню, творение дамы Этельган. Да, точно, это она. Эти игрушки сделаны именно для детей. Сама мастер рассказывала, что когда-то в детстве ей стало очень обидно, что с такими красивыми куколками почти и не играют даже. Причём, - продавец позволил себе улыбку, - обидно как за детей, которым не достаются такие красивые игрушки, так и за кукол, которые стоят бесполезные. Так что её игрушки, все, не только куклы, повышенной прочности: не рвутся, не ломаются, даже почти не пачкаются. Мне рассказывали, не поручусь, правда, за истинность, что даже после случайного попадания в горящий камин, куклу всё ещё можно было привести в порядок.
- Надо же как! Эту я обязательно возьму. Она у вас одна?
- Кукла? Да, сейчас одна. Мастер не делает их по многу и даже с учётом того, что стоят они весьма и весьма недёшево, раскупаются они неплохо. Зато, вот, имейте видеть, сонные коты работы того же мастера. Им можно придать любую позу – внутри гибкий каркас, мех прочный, мягкий и весьма приятный наощупь, а главное, с ним любой ребёнок засыпает легко, быстро и без плохих снов.
- У одной из моих племянниц есть сонная подушечка, - протянул Герверт припоминая. От неё, свежекупленной на тот момент, ещё и ощутимо какими-то травами несло.
- Сонный Кот – лучше! Вот, попробуйте!
И сунул Герверту в руки пушистое зверьё отдалённо-кошачьего вида. С умильно лукавой мордахой, с острыми ушками, с тяжёлыми и плотными лапами и длинным хвостом, с очень мягким, искусно выкрашенным мехом. Его действительно не хотелось выпускать из рук, и потому Герверт поспешил вернуть сонного кота продавцу. А, впрочем…
- Пожалуй, я определился с выбором. Запакуйте мне и его, и вот эту даму-куклу тоже.
- Отличный выбор, господин! Девочка, которая получит такие замечательные подарки точно останется довольной. Подождите только, я карточки заполню.
Они вместе двинулись по дорожке, выложенной из желтовато-серых плит местного песчаника.
- О, ничего по-настоящему серьёзно угрожающего вашему здоровью и, тем более, жизни, но вот вступить в заросли лианы-кровохлёбки было бы крайне неприятно, и кувшиночник охотится в основном на крупных насекомых и мелких ящерок, но, если выплеснете на себя сок из его кувшина, можно заработать небольшой ожог, а костюм уж точно пострадает непоправимо.
- Какой странный у вас подбор растений, - покачал головой Герверт с некоторым удивлением. Впрочем, не слишком сильным. Чего только не делают некоторые семейства, чтобы выделиться из числа прочих и коллекционирование опасных растений не самое экстравагантное, что только можно придумать.
- Это не у нас, мы, если честно в этом имеем разве что совещательный голос, - Вая иронично хмыкнула. – Но наша садовница считает, что пусть цветут все цветы, а раз уж мы не вмешиваемся в её деятельность, то пусть цветут все цветы прямо у нас в саду.
- Она тоже ваша родственница? - в представлении Герверда подобные вольности можно было позволить только родственникам и родственникам любимым. – Вроде бы садоводство лежит далеко от артефакторики.
- Нет, - настроение Ваи моментально и совершенно необъяснимым образом испортилось. – Майфай нам не родственница, она местная, жрица Ступающей Тихо и подруга одной из моих невесток. А позволено ей действовать на своё усмотрение потому, что мы так решили.
Несколько шагов они прошли в молчании, во время которого Герверт прикидывал: спросить или не спросить?
- Я вас чем-то раздражаю?
А как же! Вая и не думала это как-то скрывать: он мужчина, вот он пусть и придумывает как справляться с этой проблемой!
- Вы – артефактор-големостроитель! – прозвучало практически как обвинение.
Передвижение их постепенно замедлилось и Вая с Гервертом практически остановились напротив друг друга.
- Я часто сталкивался с тем, что наше фамильное дело внушает людям страх, навеянный историями из смутных времён. Вы из их числа? – он наклонился, приблизив своё лицо к её лицу на расстояние, которое уже почти перестало быть приличным.
- Ну, при чём тут это! – Вая досадливо сморщила носик, но не отпрянула. – Просто ваши големы – это те же куклы, только много серьёзнее. Ваши способны двигаться и, до некоторой степени самостоятельны, а мои просто красиво выглядят. Считайте это ревностью менее успешного мастера.
- Ах, если бы это было правдой! – Герверт выпрямился и закатил глаза. – Но нет, всё вами описанное имеет место быть, однако это истории более чем трёхсотлетней давности, когда мои предки экспериментировали с человекоподобными болванами. Сейчас же самый ходовой артефакт, изготавливаемый моей семьёй, это дверные петли, которые будут сами раскрывать двери перед владельцем, а перед кем не надо, не раскрывать. Сейфы и сейфовые шкатулки, которые раскроются только перед владельцем. Самобеглые сервировочные столики тоже пользуются некоторой популярностью.
- Это правда? – доверчиво спросила Вая. От сердца у неё немного отлегло, но не потому, что вдруг возросло самоуважение как у мастера своего дела, а от его стараний её утешить и успокоить.
- Чистая, - соврал Герверт.
Всё, что было сверх этой правды, было либо запрещено, либо засекречено и даже рассуждать на эти темы с посторонним человеком он права не имел.
Вая заглянула ему в глаза, кивнула своим каким-то мыслям и потянула идти дальше.
- Мы уже почти пришли.
И действительно, спустя всего несколько шагов, стало видно, что дорожка расширяется, кольцом охватывая монструозного вида куст. Герверт, как ни силился, не мог узнать, что это за экзотическое растение или, хотя бы, к какому роду его отнести.
- Знакомься, это Фикус, Лоен любимчик. Фикус он не по рождению, а по имени и так, вообще не опасен, если не попытаться причинить ему вред намеренно. Ну и Лоя расстроится, так что лучше всё-таки, не надо.
- Хорошо, а что надо? – попробовал пошутить Герверт.
- Лапу ему пожми, - предложила Вая.
Герверт, дабы отыграть шутку до конца, выбрал ветку, которая действительно была немного похожа на пятерню, и аккуратно пожал её. И только сила воли и выдержка заставили его остаться на месте, а не отскочить назад с воплем ужаса, когда ощутил ответное пожатие.
Вая звонко рассмеялась.
- Простите, богов ради, что не предупредила, но это наша семейная шутка, мы всех гостей так с Фикусом знакомим.
Герверт аккуратно высвободил руку, а куст над его головой зашумел листьями нечто сочувствующе-осуждающее.
- Предупреждать надо, - попросил он со скорбью в голосе и во взоре.
- Обязательно. Дальше буду, - торжественно пообещала Вая и тайком погладив кожистый лист, сунула в пазуху между ветками нечто маленькое и шуршащее, вроде конфеты в бумажном фантике. Фантики Фикус тоже любил, особенно синяя краска на них казалась необыкновенно вкусной.
Диковинок в саду Башен Мастеров оказалось достаточно, чтобы ходить до позднего вечера, разговаривать, познакомиться по-настоящему, а не в полуофициальной обстановке и даже перейти на «ты», когда «выкать» друг другу надоело. Всё же официоз довольно сильно мешает близкому знакомству.
- А вот в эту часть сада по весне лучше не забредать, здесь у нас заросли дурманницы, она когда цветёт, от запаха голову сильно повести может.
Герверт уже даже не стал спрашивать, зачем оно им такое нужно, понятно же, что ему скажут, что либо как ценное алхимическое сырьё, либо потому, что и такие странные странности имеют право на существование.
- Вон там дом Ли-О-Ши и Ликос, там, если нужно, есть ещё один выход с территории нашего поместья на Липовую Аллею. Следующий дом – мой, за ним, если следовать вдоль забора, есть ещё один, там живут Мия и Алой, а дальше можно не ходить, там пока ещё никто не отстроился.
Почему родичи отстраиваются домами только по самому краю поместья, было понятно любому члену магического семейства без дополнительных пояснений. Камень Этельганов, правда, вёл себя достаточно мирно и боковые ветви семейства от себя не гонял, но никто не даст гарантий, что это не случится в ближайшем будущем. Собственно, радиус, за которым селиться вполне безопасно очертила Лоя, а Лое в этих вопросах принято было доверять.
- Род Этельган настолько невелик? – удивился Герверт. У него на этот счёт были несколько иные сведения.
- Невелик, да. И часть родичей, которых принял наш Камень, всё ещё проживают на севере – переезд связан с большими хлопотами и расходами не все способны решиться на подобное в один момент. А кое-кто, я имею в виду парочку своих безбашенных кузенов, отстроились домиком, который теперь за гостевой, потом всё бросили, решили, что жить со всеми вместе им не подходит, а лучше они поселятся на другой стороне реки. Чем закончится – не знаю, пока только участок присматривают.
История отдавала лёгкой безуминкой, что вполне вписывалось в портрет этого семейства, который у Герверта уже начал потихоньку складываться.
- А вот если ты дойдёшь до конца вот этой дорожки, - продолжила Вая, - по прямой и никуда не сворачивая, то там и будет твой гостевой дом. Тем более что уже совсем темно становится и почти ничего не видно.
- А как же показать мне ваш сад ещё и в лунном свете? - округлил глаза Герверт. – Оно выглядит в темноте совершенно по-другому! Вдруг я поздно возвращаться буду да заблужусь?
- А потом ты меня провожать будешь до дома, как вежливый кавалер, а потом я тебя, потому как дорогу назад ты не найдёшь и так по кругу? – Вая неподкупно поджала губы.
- Ну, вот видишь, как ты хорошо придумала! – восхитился Герверт.
- Нет уж! Иди, - сказала она повелительно, и он пошёл, покачивая головой и тихо посмеиваясь.
Хорошее его настроение продержалось долго, вплоть до того времени как Герверт, подготовившись ко сну и устроившись в мягкой кровати, вместо того, чтобы закрыть глаза и уснуть, принялся размышлять.
Если отвлечься от того, что девушка ему весьма даже понравилась (а сделать это оказалось не так уж просто), что-то промелькнуло в их беседе, что показалось ему ценным для расследования и что он, по давней своей привычке, заметил себе обдумать позже.
Ах да, вот оно.
То, что девушка считает себя недостойной звания мастера-артефактора и весьма комплексует по этому поводу. И то, что она не знала, чем на самом деле занимаются големостроители, имея представление об этом деле, основанное на легендах и домыслах. Насколько это впечатление истинно и не морочат ли ему голову, ещё предстояло выяснить, а для этого следовало как-то навязаться ей в компанию и посмотреть, как работает Вая-О-Лоя.
Это по умолчанию было сложной задачей. Мастерская, для всех магов, кто из себя хоть что-то представляет, место гораздо более сокровенное, чем даже спальня и чужаков туда допускают крайне редко. Но время у него вроде бы есть, в конце концов, можно предложить научить её чему-нибудь простенькому из арсенала умений собственного дома, а такого рода занятия можно проводить только в мастерской. В общем, что-нибудь да придумает.
На этой успокаивающей мысли он и уснул.
Прода от 11.08.2023, 11:38
На завтрак ему подали большой графин освежающего напитка, что ввиду царящих ныне погод, было очень даже нелишне. Какие-то странные коржики из не пойми чего и салат. Последний, наоборот, похоже, был из всего, что под руку (лапу) подвернулось. Не то, чтобы Герверту угощение совсем не понравилось, но хорошо, что его предупредили, чтобы не спрашивал из чего приготовлено.
Зато завтрак оказался в достаточной степени лёгким, чтобы не появилось соблазна ещё некоторое время полениться, отложить дела, остаться дома и отдохнуть, что было бы весьма некстати, потому как дела у Герверта имелись и их было немало. Сразу после него, Герверт отправился по делам, не дожидаясь, пока солнце поднимется достаточно высоко, чтобы сделать пребывание в городе невыносимым.
Гулять он направился по лавкам, как бы странно это не звучало.
Но не по любым. Заранее вызнал, через какие Этельганы сбывают продукты своего маготворчества и с удивлением выяснил, что их не так уж и много. По большей части это семейство работало либо на заказ, либо находило «добрые руки» своим артефактам напрямую, сразу же, как только их разработка доходила до завершающей фазы. Глава семьи вообще предпочитал продавать готовую технологию производства артефактов, а не самих их поштучно, что уж вовсе ни в какие рамки не лезло. Обычно-то семейные секреты было принято хранить, а не предоставлять всем желающим.
Работ его «невесты» в лавках артефактов, подарков и экзотических редкостей не было, что Герверта, признаться, здорово удивило. Он считал, что прехорошеньким куколкам в богатых нарядах там самое место. Но нет, чтобы посмотреть на то, чем занимается Вая-О-Лоя и составить максимально непредвзятое мнение, нужно было направиться именно в магазин игрушек.
Признаться, не часто ему доводилось захаживать в подобные места. Герверт даже забыл, насколько любопытным может оказаться это место даже на взгляд взрослого серьёзного мужчины. Лавка - не лавка, а целый город, где вдоль стен проложены дороги, по которым ездят игрушечные авто (а чтобы они не падали, дорогу ограждали высокие бордюры), кукольные домики стояли вдоль дороги, а их предполагаемые обитательницы устраивали кукольное чаепитие, в отдалении, словно бы остановившись на марше, расположился большой отряд солдатиков в ярких мундирах… Особенно его внимание привлекла модель авто точь-в-точь такая, как та, на которой он ездил. По крайней мере, внешне.
- Вы уже что-нибудь присмотрели? – к нему неспешно подошёл один из присматривающих за залом продавцов. – Девочка? Мальчик? Какого возраста?
- А? Что? – Герверт внезапно очнулся от разглядывания детских богатств, и чуть было не сболтнул, что мальчику уже тридцать два исполнилось, но в последний момент попридержал язык, решил, что шутки не поймут. – Девочка. Десять.
Разумеется, никакой-такой девочки десяти лет от роду у него на примете не было, но он решил, что именно в таком возрасте им нравятся куклы и это прекрасный предлог для того, чтобы предметно познакомиться с творчеством Ваи. Да и даже если он всё же купит какую-нибудь игрушку, всегда найдётся, кому её подарить.
- Какие-нибудь особые пожелания? – продавец окинул пристальным ищущим взглядом полки. Выбор был так велик, что без каких-либо наводящих уточнений сделать его хоть как-нибудь осознанно не представлялось возможным.
- О да! Мне хотелось бы, чтобы это было нечто особенное! Работа настоящего Мастера! Возможно, мастера-мага.
Конечно же, Вая-О-Лоя была не единственным таким мастером, признаться, Герверт был весьма удивлён, какое количество мастеров-магов задействовано в этой отрасли и насколько велика была конкуренция. Герверт сам от себя не ожидал, но в детские игрушки закопался с большим удовольствием, хотя ту куклу, которая, предположительно, была сделана его «невестой», заметил сразу. Эдакая прехорошенькая дама с фарфоровым личиком, вся в кружевах и оборках, сделанная с большим вниманием к мелким деталям. У одной из его вполне взрослых и даже уже замужних кузин, была целая полка подобных. Её он, спустя некоторое время, и взял в руки.
- Ну, эту, не ребёнку давать, - протянул он с сомнением. – Разве что как украшение куда-нибудь поставить.
- Вот как раз нет, - поспешно возразил продавец. – Это, насколько я помню, творение дамы Этельган. Да, точно, это она. Эти игрушки сделаны именно для детей. Сама мастер рассказывала, что когда-то в детстве ей стало очень обидно, что с такими красивыми куколками почти и не играют даже. Причём, - продавец позволил себе улыбку, - обидно как за детей, которым не достаются такие красивые игрушки, так и за кукол, которые стоят бесполезные. Так что её игрушки, все, не только куклы, повышенной прочности: не рвутся, не ломаются, даже почти не пачкаются. Мне рассказывали, не поручусь, правда, за истинность, что даже после случайного попадания в горящий камин, куклу всё ещё можно было привести в порядок.
- Надо же как! Эту я обязательно возьму. Она у вас одна?
- Кукла? Да, сейчас одна. Мастер не делает их по многу и даже с учётом того, что стоят они весьма и весьма недёшево, раскупаются они неплохо. Зато, вот, имейте видеть, сонные коты работы того же мастера. Им можно придать любую позу – внутри гибкий каркас, мех прочный, мягкий и весьма приятный наощупь, а главное, с ним любой ребёнок засыпает легко, быстро и без плохих снов.
- У одной из моих племянниц есть сонная подушечка, - протянул Герверт припоминая. От неё, свежекупленной на тот момент, ещё и ощутимо какими-то травами несло.
- Сонный Кот – лучше! Вот, попробуйте!
И сунул Герверту в руки пушистое зверьё отдалённо-кошачьего вида. С умильно лукавой мордахой, с острыми ушками, с тяжёлыми и плотными лапами и длинным хвостом, с очень мягким, искусно выкрашенным мехом. Его действительно не хотелось выпускать из рук, и потому Герверт поспешил вернуть сонного кота продавцу. А, впрочем…
- Пожалуй, я определился с выбором. Запакуйте мне и его, и вот эту даму-куклу тоже.
- Отличный выбор, господин! Девочка, которая получит такие замечательные подарки точно останется довольной. Подождите только, я карточки заполню.
