- Молчать! Поспорьте мне ещё! – добродушно прикрикнула Айриэ и поинтересовалась: – Мирниас, откуда вы здесь взялись, кстати?
Сие своевременное появление выглядит крайне подозрительно, с этим трудно спорить.
- С того берега. Увидел вспышки ваших файерболов и догонялки с хогрошем, переплыл реку и решил… поучаствовать в вашей эпической битве, - съязвил он, стараясь отвлечься от боли.
Айриэ давно отобрала у него тряпки и кое-как перетянула ему рану, чтобы унять текущую кровь. Он со свистом втягивал воздух сквозь зубы и глотал окончания слов, пока рассказывал, но терпел.
- А на том берегу вы что делали?
- Вас это никоим образом не касается, мэора Айнура. Хозяин твари – не я, поверьте.
- А кто вас знает? – задумчиво вопросила небеса магесса. – Может быть, это лишь талантливо разыгранное представление, чтобы отвести от себя подозрения?
Его скулы вспыхнули, а мокрые волосы встали дыбом от возмущения:
- Мэора, да вы что? Как вы могли подумать?.. Я к русалкам ходил.
- Ах, к руса-а-алкам! Надо же, как интересно, - вкрадчиво заметила Айриэ. – А зачем именно, не поведаете?
- Мириться, - признался он неохотно, пряча глаза.
- Я смотрю, мэор Фирниор, несмотря на юный возраст, умеет быть очень убедительным, - констатировала Айриэ.
Артефактор зло сверкнул глазами, но проигнорировал упоминание о младшем Ниарасе.
– Точнее, я попытался помириться, но тут как раз вы стали гоняться за хогрошем. То есть я-то не понял, что там происходит, мне Таллани сказала. Ну, я попросил у неё позволения переплыть реку – меня ведь утопить обещали, если посмею подойти к воде.
- Как же, как же, наслышана.
- И утоплю! – мрачно пообещали со стороны реки. – Иди сюда, плюхатель косорукий! И ты, Айнура, подойди, пожалуйста!
Они перебрались на берег, к Таллани.
- Что, не получилось? – вздохнула русалка.
- Не получилось. Честно признаюсь, я глупо поступила, - покритиковала себя магесса. – Мне бы с самого начала зачаровать место, хоть какой-нибудь "болотной трясиной", к примеру. Тварь не смогла бы быстро бегать и уворачиваться, а я бы её забила файерболами. Но я и представить не могла, что её хозяин сможет так легко и быстро блокировать мои заклинания. У него щиты ставились один за другим, будто магу это вообще ничего не стоило. Представить не могу, сколько сил он потратил – и как щедро! Проклятье, да чтоб он в гномьей Кошмарной шахте потерялся! Я и сама бы не смогла, наверное, ставить щиты быстрее. В общем, не нравится мне этот противник. Ловить и давить такого, как можно скорее.
- Да помогут тебе Текучие Воды! – пожелала Таллани.
Самым скверным было то, что маг неожиданно оказался лучше подготовлен к устроенной на него ловушке, чем сама Айриэ – к нападению. Будто знал заранее... или сориентировался на месте.
- Таллани, - негромко окликнула русалку Айриэ, - ты кому-нибудь говорила про ту вещь, которую дала мне днём?
Русалка недоумённо покрутила головой; зеленоватая грива красивой волной окутала округлые белые плечики, соблазнительно прикрыла высокую упругую грудь. Мирниас заворожённо уставился на русалку и шумно сглотнул, явно забыв про все свои боевые ранения и не слыша, о чём тут говорится.
- Айнура, да зачем бы я стала кому-нибудь говорить? Фирио не в счёт, он хороший, - простодушно добавила она, заставив Айриэ мысленно простонать.
- Что? Ты говорила ему про зачарованную свирель? И когда успели, ведь он, кажется, в замок возвращался?
- Он ещё раз был у реки, разговаривал о моей Ильви и… этом плюхателе! – неприязненно кивнула русалка на молодого мага и плеснула в того водой.
Та-а-ак, очаровательно. Всё те же, всё там же. Рассуждая теоретически, Мирниас мог почуять нападение на тварь, если как раз "выгуливал" её и управлял действиями хогроша. Или про свирель и "зов ундины" его предупредил Фирниор. Или юный Фирио сам – маг и лично управлял хогрошем.
Имелся и ещё один вариант, даже думать о котором было мерзко и тоскливо. Тианор.
Тианор, узнавший о её планах и, опять же теоретически, вполне могший успеть предупредить Файханасов о ловушке. Нет, сам менестрель никак не мог быть хозяином твари из-за отцовской крови. Эльфы неспособны к Запретной магии, даже полукровки. Но играть на стороне Файханасов он мог, как ни противно предполагать подобное развитие событий. Тианора она считала своим - пусть даже условно, временно - а своих подозревать особенно мерзко… и никуда от этого не денешься. Такая роскошь, как безоговорочное доверие, ей сейчас недоступна.
- Тьфу, кхе-кхе!.. – закашлялся и принялся отплёвываться разом очнувшийся Мирниас. – За что? Сама передо мной тут своими прелестями трясёшь, а потом злишься, что я на тебя пялюсь?
Он сердито размазывал по лицу грязь и кровь, поморщился от боли, задев рану, потом спустился к воде и осторожно умылся.
- Ну и кто здесь у нас кобель? – зло прищурилась русалка и подбоченилась. – Вспомни-ка, в чём ты мою Ильви обвинить пытался, а? Она, значит, распутница, потому что с тобой одним любиться не хочет, а ты у нас чистенький? Что ты про русалок вообще знаешь, сопляк косорукий? Ты женщину-то толком удовлетворить не можешь, судя по тому, что Ильви рассказывала, а туда же, права заявить на неё пытается! Сначала научись, потом лезь во взрослые игры играть! Кто тебе вообще позволил судить нас людскими мерками, когда мы – не люди и живём по своим законам? Да, у нас нет и не может быть одного партнёра. Иначе мы не выживем как раса! Да, нам нужно переспать со многими людьми, и не по одному разу, чтобы хоть трое-четверо из нас смогли зачать в это лето. Но тебе-то, надменный слепец, кто дал право нас осуждать?
- Никто! Я очень сильно ошибался, – побледнев для разнообразия, тихо и твёрдо ответил Мирниас, чем разом остудил гнев русалки. – Таллани, я действительно пришёл просить прощения у Ильвилы. Я понимаю, что сильно её обидел и что она не хочет меня видеть, но прошу тебя, передай, что я сожалею. Я… я приревновал тогда и наговорил глупостей, как дурак.
- Как скотина и последний негодяй, - желчно поправила его Таллани.
- Если тебе так будет легче, зови как хочешь, - одними губами улыбнулся Мирниас. – Кажется, я заслужил…
- Ильви – доверчивая девочка, а ты… Эх!.. Дурак и есть, - махнула рукой русалка и отвернулась, устав ругаться.
- Я прошу у неё прощения, - с трудом выговорил артефактор. – Я ей подарок принёс, на том берегу лежит… Возьми, пожалуйста, передай Ильви, если тебе не трудно.
- Ишь, какой умненький выискался! – снова начала заводиться русалка. – Думаешь, подарочком откупишься? Ну нет, не выйдет у тебя так легко… Эй, ты чего падаешь?..
Ослабевший от потери крови Мирниас резко осел, почти рухнул на прибрежный песок и шевельнул немеющими губами:
- Ну, не выйдет так не выйдет… А подарок возьми, это светильник зачарованный, подводный. Будет у вас зимой своё солнце…
Магесса скептически осмотрела почти потерявшего сознание Мирниаса и велела Таллани:
- Оставь его, пожалуйста, а то он кровью истечёт, пожалуй, пока ты всласть его изругаешь.
- Туда и дорога, - пробурчала русалка, но гнев её явно остыл. – Вылечишься, приходи… продолжим разговор, плюхатель! А сейчас сплаваю, так уж и быть, за твоим подарочком.
Она кокетливо помахала рукой на прощание и скрылась под водой, вынырнув уже почти на середине реки. Айриэ свистнула коню, оставленному на лесной дороге чуть подальше, чтобы не подвергался опасности пострадать от когтей хогроша. Шоко вскоре появился, а магесса задумчиво произнесла:
- Кажется, Шоко, нам с тобой пора заказывать двухместное седло. Слишком часто в нашу компанию затёсывается этот третий лишний.
Молодой маг на подковырку не отреагировал, с трудом оставаясь в сознании. Конь надменно фыркнул, принимая на себя вес хозяйки. Магесса, резерв которой восстановился уже почти на четверть, наложила на Мирниаса заклинание левитации и притянула того к себе, заставив мага зависнуть над конём.
- Ножки раздвиньте, Мирниас, - насмешливо велела она и, когда он послушался, опустила полуобморочного юнца в седло. Он тут же вцепился в одежду магессы и навалился ей на спину.
- В следующий раз потащу его волоком или поперёк седла - как орки пленников перевозят, - мрачно пообещала себе магесса. – Он мне надоел!.
.
Пришедший на другой день Тианор был непривычно тих, ласков и нежен, просто котёночек прирученный. Ну или пасторальный барашек, жаль только, не белоснежный.
Прямо с порога страстно набросился, целуя куда придётся, бормоча ласковые глупости про то, как он хочет свою ненаглядную магессу прямо сейчас и сразу, всю целиком.
- Тин, ты голодный? – невинно осведомилась Айриэ. – Я чувствую себя слегка неуютно - опасаюсь стать твоим обедом.
Он гордо проигнорировал язвительность любовницы и удвоил старания. Айриэ позволила себя ублажить и охотно отвечала на ласки. Только после любовных игр менестрель расспросил про её вчерашние приключения. Айриэ целенаправленно очерняла бедолагу Мирниаса, рассказывая о своих подозрениях в его адрес, якобы усилившихся после столь своевременного появления артефактора на поле битвы с тварью. Тианориннир старательно охал и возмущался в нужных местах. А может, не старательно, а вполне искренне, кто его разберёт.
Айриэ, надо сказать, с некоторых пор усомнилась в своей способности чувствовать ложь. После переполненного искренностью Фирниора, такого солнечного и сияющего… и так великолепно лгущего, что она даже не заподозрила. М-да… каждый раз, как соприкоснёшься с людьми поближе, они умудряются тебя чем-нибудь поразить, после стольких-то лет. Давно бы привыкнуть пора, а всё не получается…
Ничего, не в первый раз люди так… царапают душу и не в последний. Переживём. Если Тианор играет против неё, это неприятно и грязно даже, но не так уж и тяжело. К полуэльфу Айриэ не привязывалась, он просто ещё один знакомец, возникший на её пути и обречённый на неизбежное забвение, как только она уедет. Если бы она всех своих любовников запоминала, никакой памяти не хватило бы… даже легендарной драконьей. Но расставаться Айриэ предпочитала легко и по-доброму, не питая отрицательных эмоций (кому они нужны?..) и не посылая проклятий вслед предавшему её доверие бывшему приятелю. По прошлому опыту она помнила, как долго потом что-то ноет и тянет глубоко в душе, а тебе приходится делать вид, что всё в порядке и ты вообще бесчувственная, людские выходки тебя задеть не способны.
Нет, если кто и постоянен, так это эльфы, с которыми Айриэ, правду сказать, общалась довольно мало, но всегда к взаимному удовольствию, и гномы. Вот уж кто надёжен, как скалы. Никакое землетрясение гномью дружбу не разрушит, если сумеешь её заслужить. Честность в ответ на честность, доверие в ответ на доверие, и спину всегда прикроют, не спрашивая, насколько это выгодно. В отличие от.
Айриэннис фыркнула, подсмеиваясь больше над собственными претензиями к роду людскому. Ничего. Если подозрения в адрес Тианориннира подтвердятся, она это легко переживёт - просто окончательно причислит менестреля к людям, несмотря на всю его отцовскую кровь. И это будет приговором, до конца его долгой жизни.
Почему-то гораздо сильнее её задевало двуличие Фирниора. Может, потому что сначала он показался таким живым, настоящим, а потом выяснилось, что ничем он от большинства людей и не отличается. Люди такие противоречивые… но когда-нибудь Айриэ привыкнет, обязательно.
- Айнура, ты меня слушаешь? – насмешливо поинтересовался менестрель, хотя обиженные нотки в голосе также наличествовали.
- Нет, - лениво приподняла уголки губ магесса.
- Честность украшает, не спорю. – Полуэльф с глубокомысленным видом изучал недавно побелённый потолок. – Но если тебе вдруг станет интересно, я повторю, на всякий случай. В течение ближайшего часа мне должны прислать "письмоносца", так что, если ты не возражаешь, я ещё немного позлоупотребляю твоим терпением. Но если я мешаю, ты скажи, я как раз успею уехать куда-нибудь в лес, где никто не увидит, что я получаю письмо.
- Тин, не говори глупостей.
Айриэ произнесла это спокойно, лишь самую малость обозначив голосом предупреждение остановиться. Сцен ей только не хватало и выяснения отношений. Тогда Тианор сразу же перейдёт в длинную шеренгу её "бывших мимолётных", несмотря на всю его полезность и приятность.
Менестрель был умным полукровкой и вдобавок прекрасно улавливал малейшие оттенки чувств в голосе собеседника. Он моментально заулыбался, извинился и предложил в знак раскаяния сделать массаж. Знал, как подлизаться. Айриэ это всецело одобрила, уже успев познакомиться с его умелыми, очень чуткими пальцами. Тин делал массаж просто восхитительно; каждая клеточка спины прямо-таки пела и даже мурлыкала после его волшебных рук.
- Иди сюда, Тин, я тебя тоже порадую… Ручками, ручками… я в рот что попало не тяну и тебе не советую… Вот так… и так…
Радовался Тин бурно, до громких блаженных стонов и ошалело-счастливого вида. Оценив дело рук своих, Айриэ хмыкнула и оставила полуэльфа отдыхать, а сама удалилась в мыльню, прихватив полотенце и бутылёк жидкого мыла с запахом моря и солёного ветра. Закончить бы это расследование поскорее, да съездить куда-нибудь на юг Картивии, а то и вовсе к эльфам в Альтиналь – там море ещё долго будет ласковым и тёплым…
Возвращаясь обратно, Айриэ услышала доносящийся с улицы непривычный для тихого заведения Гриллода гомон. Любопытства ради выглянула во двор и с приятным удивлением обнаружила только что прибывший гномий обоз - несколько крытых повозок, запряжённых статными мохноногими тяжеловозами. Ну вот, не успела затосковать по общению с бородатыми, а они тут как тут! По двору деловито сновало десятка полтора гномов, и Айриэ принялась крутить головой, высматривая, нет ли знакомых среди прибывших. Тут же справа на неё налетел бородатый вихрь и приветственно взревел, стискивая магессу в горячих объятиях:
-Айнур-ра! Тебя ли я вижу, алмазная моя!
Висевшее на её плече полотенце едва не свалилось в лужу, но было подхвачено у самой земли и с галантным поклоном возвращено владелице. При этом заплетённая в косицу борода гнома, аккуратно заткнутая за пояс, выскользнула и едва не окунулась в ту же самую лужу, но также была вовремя поймана и водворена на место. Да, у Конхора из клана Фиар-хорр-Зандаг всегда была отменная реакция.
- Конхор, старый бродяга, а ты здесь что делаешь? – Магесса, улыбаясь до ушей, стиснула в ответ широкие плечи приятеля и поймала любопытный взгляд Фирниора Ниараса, разговаривавшего с одним из гномов.
Юноша вежливо поклонился магессе, продолжая слушать своего собеседника, горячо размахивавшего руками и показывавшего на одну из повозок.
- Горы-долы, Айни, тебе ли не знать, что мы ведём дела со здешним герцогом! Просто я напросился с обозом, проветриться захотелось.
- И к копчёной свининке поближе оказаться, а? – подмигнула Айриэ.
- Не без этого! – оглушительно захохотал гном. – А ты-то здесь чем занимаешься?
- Работаю, Кон, - притворно вздохнула Айриэ. – Вечерком посидим, поговорим.
С "глушителем", а то и под "пологом тишины". Конхор понятливо кивнул, но от подколки не удержался, он всегда любил пошутить:
- Работаешь, значит? Это теперь так называется? Да у тебя же вид удовлетворённой женщины, только что бывшей с мужчиной! И опять не со мной, кстати!..
Сие своевременное появление выглядит крайне подозрительно, с этим трудно спорить.
- С того берега. Увидел вспышки ваших файерболов и догонялки с хогрошем, переплыл реку и решил… поучаствовать в вашей эпической битве, - съязвил он, стараясь отвлечься от боли.
Айриэ давно отобрала у него тряпки и кое-как перетянула ему рану, чтобы унять текущую кровь. Он со свистом втягивал воздух сквозь зубы и глотал окончания слов, пока рассказывал, но терпел.
- А на том берегу вы что делали?
- Вас это никоим образом не касается, мэора Айнура. Хозяин твари – не я, поверьте.
- А кто вас знает? – задумчиво вопросила небеса магесса. – Может быть, это лишь талантливо разыгранное представление, чтобы отвести от себя подозрения?
Его скулы вспыхнули, а мокрые волосы встали дыбом от возмущения:
- Мэора, да вы что? Как вы могли подумать?.. Я к русалкам ходил.
- Ах, к руса-а-алкам! Надо же, как интересно, - вкрадчиво заметила Айриэ. – А зачем именно, не поведаете?
- Мириться, - признался он неохотно, пряча глаза.
- Я смотрю, мэор Фирниор, несмотря на юный возраст, умеет быть очень убедительным, - констатировала Айриэ.
Артефактор зло сверкнул глазами, но проигнорировал упоминание о младшем Ниарасе.
– Точнее, я попытался помириться, но тут как раз вы стали гоняться за хогрошем. То есть я-то не понял, что там происходит, мне Таллани сказала. Ну, я попросил у неё позволения переплыть реку – меня ведь утопить обещали, если посмею подойти к воде.
- Как же, как же, наслышана.
- И утоплю! – мрачно пообещали со стороны реки. – Иди сюда, плюхатель косорукий! И ты, Айнура, подойди, пожалуйста!
Они перебрались на берег, к Таллани.
- Что, не получилось? – вздохнула русалка.
- Не получилось. Честно признаюсь, я глупо поступила, - покритиковала себя магесса. – Мне бы с самого начала зачаровать место, хоть какой-нибудь "болотной трясиной", к примеру. Тварь не смогла бы быстро бегать и уворачиваться, а я бы её забила файерболами. Но я и представить не могла, что её хозяин сможет так легко и быстро блокировать мои заклинания. У него щиты ставились один за другим, будто магу это вообще ничего не стоило. Представить не могу, сколько сил он потратил – и как щедро! Проклятье, да чтоб он в гномьей Кошмарной шахте потерялся! Я и сама бы не смогла, наверное, ставить щиты быстрее. В общем, не нравится мне этот противник. Ловить и давить такого, как можно скорее.
- Да помогут тебе Текучие Воды! – пожелала Таллани.
Самым скверным было то, что маг неожиданно оказался лучше подготовлен к устроенной на него ловушке, чем сама Айриэ – к нападению. Будто знал заранее... или сориентировался на месте.
- Таллани, - негромко окликнула русалку Айриэ, - ты кому-нибудь говорила про ту вещь, которую дала мне днём?
Русалка недоумённо покрутила головой; зеленоватая грива красивой волной окутала округлые белые плечики, соблазнительно прикрыла высокую упругую грудь. Мирниас заворожённо уставился на русалку и шумно сглотнул, явно забыв про все свои боевые ранения и не слыша, о чём тут говорится.
- Айнура, да зачем бы я стала кому-нибудь говорить? Фирио не в счёт, он хороший, - простодушно добавила она, заставив Айриэ мысленно простонать.
- Что? Ты говорила ему про зачарованную свирель? И когда успели, ведь он, кажется, в замок возвращался?
- Он ещё раз был у реки, разговаривал о моей Ильви и… этом плюхателе! – неприязненно кивнула русалка на молодого мага и плеснула в того водой.
Та-а-ак, очаровательно. Всё те же, всё там же. Рассуждая теоретически, Мирниас мог почуять нападение на тварь, если как раз "выгуливал" её и управлял действиями хогроша. Или про свирель и "зов ундины" его предупредил Фирниор. Или юный Фирио сам – маг и лично управлял хогрошем.
Имелся и ещё один вариант, даже думать о котором было мерзко и тоскливо. Тианор.
Тианор, узнавший о её планах и, опять же теоретически, вполне могший успеть предупредить Файханасов о ловушке. Нет, сам менестрель никак не мог быть хозяином твари из-за отцовской крови. Эльфы неспособны к Запретной магии, даже полукровки. Но играть на стороне Файханасов он мог, как ни противно предполагать подобное развитие событий. Тианора она считала своим - пусть даже условно, временно - а своих подозревать особенно мерзко… и никуда от этого не денешься. Такая роскошь, как безоговорочное доверие, ей сейчас недоступна.
- Тьфу, кхе-кхе!.. – закашлялся и принялся отплёвываться разом очнувшийся Мирниас. – За что? Сама передо мной тут своими прелестями трясёшь, а потом злишься, что я на тебя пялюсь?
Он сердито размазывал по лицу грязь и кровь, поморщился от боли, задев рану, потом спустился к воде и осторожно умылся.
- Ну и кто здесь у нас кобель? – зло прищурилась русалка и подбоченилась. – Вспомни-ка, в чём ты мою Ильви обвинить пытался, а? Она, значит, распутница, потому что с тобой одним любиться не хочет, а ты у нас чистенький? Что ты про русалок вообще знаешь, сопляк косорукий? Ты женщину-то толком удовлетворить не можешь, судя по тому, что Ильви рассказывала, а туда же, права заявить на неё пытается! Сначала научись, потом лезь во взрослые игры играть! Кто тебе вообще позволил судить нас людскими мерками, когда мы – не люди и живём по своим законам? Да, у нас нет и не может быть одного партнёра. Иначе мы не выживем как раса! Да, нам нужно переспать со многими людьми, и не по одному разу, чтобы хоть трое-четверо из нас смогли зачать в это лето. Но тебе-то, надменный слепец, кто дал право нас осуждать?
- Никто! Я очень сильно ошибался, – побледнев для разнообразия, тихо и твёрдо ответил Мирниас, чем разом остудил гнев русалки. – Таллани, я действительно пришёл просить прощения у Ильвилы. Я понимаю, что сильно её обидел и что она не хочет меня видеть, но прошу тебя, передай, что я сожалею. Я… я приревновал тогда и наговорил глупостей, как дурак.
- Как скотина и последний негодяй, - желчно поправила его Таллани.
- Если тебе так будет легче, зови как хочешь, - одними губами улыбнулся Мирниас. – Кажется, я заслужил…
- Ильви – доверчивая девочка, а ты… Эх!.. Дурак и есть, - махнула рукой русалка и отвернулась, устав ругаться.
- Я прошу у неё прощения, - с трудом выговорил артефактор. – Я ей подарок принёс, на том берегу лежит… Возьми, пожалуйста, передай Ильви, если тебе не трудно.
- Ишь, какой умненький выискался! – снова начала заводиться русалка. – Думаешь, подарочком откупишься? Ну нет, не выйдет у тебя так легко… Эй, ты чего падаешь?..
Ослабевший от потери крови Мирниас резко осел, почти рухнул на прибрежный песок и шевельнул немеющими губами:
- Ну, не выйдет так не выйдет… А подарок возьми, это светильник зачарованный, подводный. Будет у вас зимой своё солнце…
Магесса скептически осмотрела почти потерявшего сознание Мирниаса и велела Таллани:
- Оставь его, пожалуйста, а то он кровью истечёт, пожалуй, пока ты всласть его изругаешь.
- Туда и дорога, - пробурчала русалка, но гнев её явно остыл. – Вылечишься, приходи… продолжим разговор, плюхатель! А сейчас сплаваю, так уж и быть, за твоим подарочком.
Она кокетливо помахала рукой на прощание и скрылась под водой, вынырнув уже почти на середине реки. Айриэ свистнула коню, оставленному на лесной дороге чуть подальше, чтобы не подвергался опасности пострадать от когтей хогроша. Шоко вскоре появился, а магесса задумчиво произнесла:
- Кажется, Шоко, нам с тобой пора заказывать двухместное седло. Слишком часто в нашу компанию затёсывается этот третий лишний.
Молодой маг на подковырку не отреагировал, с трудом оставаясь в сознании. Конь надменно фыркнул, принимая на себя вес хозяйки. Магесса, резерв которой восстановился уже почти на четверть, наложила на Мирниаса заклинание левитации и притянула того к себе, заставив мага зависнуть над конём.
- Ножки раздвиньте, Мирниас, - насмешливо велела она и, когда он послушался, опустила полуобморочного юнца в седло. Он тут же вцепился в одежду магессы и навалился ей на спину.
- В следующий раз потащу его волоком или поперёк седла - как орки пленников перевозят, - мрачно пообещала себе магесса. – Он мне надоел!.
.
ГЛАВА 13
Пришедший на другой день Тианор был непривычно тих, ласков и нежен, просто котёночек прирученный. Ну или пасторальный барашек, жаль только, не белоснежный.
Прямо с порога страстно набросился, целуя куда придётся, бормоча ласковые глупости про то, как он хочет свою ненаглядную магессу прямо сейчас и сразу, всю целиком.
- Тин, ты голодный? – невинно осведомилась Айриэ. – Я чувствую себя слегка неуютно - опасаюсь стать твоим обедом.
Он гордо проигнорировал язвительность любовницы и удвоил старания. Айриэ позволила себя ублажить и охотно отвечала на ласки. Только после любовных игр менестрель расспросил про её вчерашние приключения. Айриэ целенаправленно очерняла бедолагу Мирниаса, рассказывая о своих подозрениях в его адрес, якобы усилившихся после столь своевременного появления артефактора на поле битвы с тварью. Тианориннир старательно охал и возмущался в нужных местах. А может, не старательно, а вполне искренне, кто его разберёт.
Айриэ, надо сказать, с некоторых пор усомнилась в своей способности чувствовать ложь. После переполненного искренностью Фирниора, такого солнечного и сияющего… и так великолепно лгущего, что она даже не заподозрила. М-да… каждый раз, как соприкоснёшься с людьми поближе, они умудряются тебя чем-нибудь поразить, после стольких-то лет. Давно бы привыкнуть пора, а всё не получается…
Ничего, не в первый раз люди так… царапают душу и не в последний. Переживём. Если Тианор играет против неё, это неприятно и грязно даже, но не так уж и тяжело. К полуэльфу Айриэ не привязывалась, он просто ещё один знакомец, возникший на её пути и обречённый на неизбежное забвение, как только она уедет. Если бы она всех своих любовников запоминала, никакой памяти не хватило бы… даже легендарной драконьей. Но расставаться Айриэ предпочитала легко и по-доброму, не питая отрицательных эмоций (кому они нужны?..) и не посылая проклятий вслед предавшему её доверие бывшему приятелю. По прошлому опыту она помнила, как долго потом что-то ноет и тянет глубоко в душе, а тебе приходится делать вид, что всё в порядке и ты вообще бесчувственная, людские выходки тебя задеть не способны.
Нет, если кто и постоянен, так это эльфы, с которыми Айриэ, правду сказать, общалась довольно мало, но всегда к взаимному удовольствию, и гномы. Вот уж кто надёжен, как скалы. Никакое землетрясение гномью дружбу не разрушит, если сумеешь её заслужить. Честность в ответ на честность, доверие в ответ на доверие, и спину всегда прикроют, не спрашивая, насколько это выгодно. В отличие от.
Айриэннис фыркнула, подсмеиваясь больше над собственными претензиями к роду людскому. Ничего. Если подозрения в адрес Тианориннира подтвердятся, она это легко переживёт - просто окончательно причислит менестреля к людям, несмотря на всю его отцовскую кровь. И это будет приговором, до конца его долгой жизни.
Почему-то гораздо сильнее её задевало двуличие Фирниора. Может, потому что сначала он показался таким живым, настоящим, а потом выяснилось, что ничем он от большинства людей и не отличается. Люди такие противоречивые… но когда-нибудь Айриэ привыкнет, обязательно.
- Айнура, ты меня слушаешь? – насмешливо поинтересовался менестрель, хотя обиженные нотки в голосе также наличествовали.
- Нет, - лениво приподняла уголки губ магесса.
- Честность украшает, не спорю. – Полуэльф с глубокомысленным видом изучал недавно побелённый потолок. – Но если тебе вдруг станет интересно, я повторю, на всякий случай. В течение ближайшего часа мне должны прислать "письмоносца", так что, если ты не возражаешь, я ещё немного позлоупотребляю твоим терпением. Но если я мешаю, ты скажи, я как раз успею уехать куда-нибудь в лес, где никто не увидит, что я получаю письмо.
- Тин, не говори глупостей.
Айриэ произнесла это спокойно, лишь самую малость обозначив голосом предупреждение остановиться. Сцен ей только не хватало и выяснения отношений. Тогда Тианор сразу же перейдёт в длинную шеренгу её "бывших мимолётных", несмотря на всю его полезность и приятность.
Менестрель был умным полукровкой и вдобавок прекрасно улавливал малейшие оттенки чувств в голосе собеседника. Он моментально заулыбался, извинился и предложил в знак раскаяния сделать массаж. Знал, как подлизаться. Айриэ это всецело одобрила, уже успев познакомиться с его умелыми, очень чуткими пальцами. Тин делал массаж просто восхитительно; каждая клеточка спины прямо-таки пела и даже мурлыкала после его волшебных рук.
- Иди сюда, Тин, я тебя тоже порадую… Ручками, ручками… я в рот что попало не тяну и тебе не советую… Вот так… и так…
Радовался Тин бурно, до громких блаженных стонов и ошалело-счастливого вида. Оценив дело рук своих, Айриэ хмыкнула и оставила полуэльфа отдыхать, а сама удалилась в мыльню, прихватив полотенце и бутылёк жидкого мыла с запахом моря и солёного ветра. Закончить бы это расследование поскорее, да съездить куда-нибудь на юг Картивии, а то и вовсе к эльфам в Альтиналь – там море ещё долго будет ласковым и тёплым…
Возвращаясь обратно, Айриэ услышала доносящийся с улицы непривычный для тихого заведения Гриллода гомон. Любопытства ради выглянула во двор и с приятным удивлением обнаружила только что прибывший гномий обоз - несколько крытых повозок, запряжённых статными мохноногими тяжеловозами. Ну вот, не успела затосковать по общению с бородатыми, а они тут как тут! По двору деловито сновало десятка полтора гномов, и Айриэ принялась крутить головой, высматривая, нет ли знакомых среди прибывших. Тут же справа на неё налетел бородатый вихрь и приветственно взревел, стискивая магессу в горячих объятиях:
-Айнур-ра! Тебя ли я вижу, алмазная моя!
Висевшее на её плече полотенце едва не свалилось в лужу, но было подхвачено у самой земли и с галантным поклоном возвращено владелице. При этом заплетённая в косицу борода гнома, аккуратно заткнутая за пояс, выскользнула и едва не окунулась в ту же самую лужу, но также была вовремя поймана и водворена на место. Да, у Конхора из клана Фиар-хорр-Зандаг всегда была отменная реакция.
- Конхор, старый бродяга, а ты здесь что делаешь? – Магесса, улыбаясь до ушей, стиснула в ответ широкие плечи приятеля и поймала любопытный взгляд Фирниора Ниараса, разговаривавшего с одним из гномов.
Юноша вежливо поклонился магессе, продолжая слушать своего собеседника, горячо размахивавшего руками и показывавшего на одну из повозок.
- Горы-долы, Айни, тебе ли не знать, что мы ведём дела со здешним герцогом! Просто я напросился с обозом, проветриться захотелось.
- И к копчёной свининке поближе оказаться, а? – подмигнула Айриэ.
- Не без этого! – оглушительно захохотал гном. – А ты-то здесь чем занимаешься?
- Работаю, Кон, - притворно вздохнула Айриэ. – Вечерком посидим, поговорим.
С "глушителем", а то и под "пологом тишины". Конхор понятливо кивнул, но от подколки не удержался, он всегда любил пошутить:
- Работаешь, значит? Это теперь так называется? Да у тебя же вид удовлетворённой женщины, только что бывшей с мужчиной! И опять не со мной, кстати!..
