.. ГЛАВА 1
- Реджи!!! Я тебе хвост оторву!..
Рык разъярённой донельзя ведьмы сотряс стены дома, эхом отразился от всех поверхностей и, не найдя виновника, бессильно канул где-то в недрах закрытой по случаю выходного дня лавки. Или, если угодно, ведьминского салона, достаточно успешного, где столичные модницы могли приобрести чудо-притирания для лица, столичные модники – надёжные средства от появления нежеланного потомства, а все прочие смертные – разные полезные мелочи, вроде талисманов на удачу, талисманов на неудачу (чужую, естественно), всевозможных зелий и магических штучек.
- Оторву, а потом пришью обратно и скажу, что так и было! – чуть тише посулила ведьма Мьюриэль Дэлли и старательно прислушалась.
Слабый шорох раздался где-то за красивыми резными дверцами старинного буфета, примостившегося в углу просторной кухни. Ну конечно, фамильяр, нашкодив в очередной раз, укрылся в своём любимом убежище, кто бы сомневался. Он мудро пережидал, пока хозяйка выкричится и остынет, чтобы потом вылезти и быстренько помириться.
Но совершённое страшное преступление требовало возмездия. Немедленного.
- Реджимельд, вылезай из своего буфета, пока я тебя оттуда сама не вытащила! За хвост!
- Который потом же и оторвёшь? – поинтересовался рыжий котяра, опасливо высунув голову из-за дверцы и виновато прижав уши.
- И оторву! – буркнула ведьма уже без прежнего запала, а потом грозно потрясла найденной уликой: - Это что такое, по-твоему, а?
- Ну-у-у… э-э-э… - невразумительно промычал кот, вылезая из буфета и стряхивая лапой паутину с усов. Похоже, пора пройтись по всем шкафчикам очищающим заклятием. – Кажется, это твоё манто. Парадно-выходное.
- Бывшее манто! – рявкнула хозяйка, снова начиная заводиться. – Бывшее!
В доказательство она вновь потрясла упомянутым предметом одежды – когда-то роскошным, длинным, из серебристого, магически выращенного меха. Сейчас манто выглядело донельзя жалко, испещрённое многочисленными дырами и словно бы побитое молью. Целой стаей молей, если бы эти проклятые мотыльки вдруг появились к осени и вдобавок смогли бы уцелеть после надёжного ведьминого заклятья, защищающего весь дом от подобных вредителей.
- Это не я! – пискнул кот, но виновато прижатые уши выдавали его, можно сказать, с головой. К тому же Мьюра прекрасно помнила, что на днях негодник попросил у неё манто ненадолго, чтобы "проверить одну любопытную штуку".
- А кто, позвольте осведомиться?
- Моя Молли!
- Кто-о-о? – не веря ушам своим, переспросила ведьма. – Ты что, посмел таскать сюда своих блохастых подружек?
- На себя посмотри! – обиженно огрызнулся кот и попытался выдвинуть встречную претензию. – Тебе, значит, своих дружков в нашу спальню таскать можно?
- Во-первых, своих дружков я заставляю отмыться, прежде чем веду в спальню, а во-вторых, никто из них моё манто ни разу не прогрыз, в отличие от твоей драной кошки!
- Да никакая это не подружка, что за гнусные подозрения? Не вожу я домой уличных кошек, будто не знаешь, - ещё более обиженно буркнул Реджи и наконец выбрался из своего буфета. – Это мой фамильяр!
- Твой – кто?.. – вытаращила глаза Мьюра и с размаху села на стул. Хорошо, не мимо.
- Ты же знаешь, что я у тебя уникальный, - надулся от гордости кот и встопорщил очищенные от пыли усы.
Правду сказать, это донельзя хвастливое заявление имело под собой все основания, достаточно вспомнить очень нетипичную историю появления фамильяра у Мьюры. Прежняя хозяйка Реджимельда, которого и звали тогда по-другому, оказалась не только редкостной дурочкой, не оценившей своей удачи, но и вдобавок подлой особой. Он, защищаясь, оцарапал драгоценного хозяйского сыночка (между прочим, пытавшегося со всей младенческой дури оторвать у кота лапу). Она, обозлившись, отреклась от фамильяра и выбросила слабого, умирающего без магии своей хозяйки котёнка на мороз. И если бы Мьюра, бродившая в тот вечер по городу, не наткнулась случайно на бедолагу и не вдохнула в него крохи своей собственной, почти угасшей магии, всё обернулось бы гораздо печальнее. Но ведьма и бывший чужой фамильяр обрели друг друга, сумев сотворить настоящее чудо. К Мьюриэль вернулась утраченная, казалось бы, навсегда магия, а Реджимельд получил "лучшую ведьму на свете". Так кот часто шептал, разнежившись в объятиях любимой хозяйки. И никакие размолвки вроде сегодняшней, никакие шалости активного, умного и любознательного магического существа не могли нарушить эту идиллию. Потому что ведьма и её фамильяр всегда будут связаны друг с другом особыми узами.
"Мы с тобой ближе, чем родные по крови, ближе, чем самые нежные возлюбленные, ты – мой мир, Мью-у-урра моя!.." – обожающе мурлыкал ей фамильяр, и хозяйка была с ним совершенно согласна. Возлюбленный (особенно подвида "муж законный, узами брака опутанный") может наскучить, может предать, может состариться и умереть, если он обычный человек, а не маг. Дети в любом случае вырастут и заживут своей жизнью; внуки, а тем более правнуки – это уже слишком дальняя родня, чтобы принимать их всерьёз и делать центром своего мира. И только фамильяр останется с ведьмой до самого конца; он не состарится, не умрёт, не предаст и всегда будет разделять интересы и вкусы своей хозяйки.
Реджимельд, важничая, выдержал торжественную паузу и гордо заявил:
- Мьюра, у меня получилось! Помнишь, я тебе говорил, что провожу важный эксперимент?
- У тебя все такие, - хмыкнула хозяйка.
Кот не так давно обзавёлся собственной "лабораторией", как он пышно именовал комнатку по соседству с той, где ведьма варила свои зелья и делала талисманы. Реджи, само собой, всегда помогал хозяйке в работе, но ещё он обожал экспериментировать и творить что-то своё. Справедливости ради надо сказать, многие из его задумок были отличными и помогали усилить действие талисманов и зелий, что быстренько отметили довольные клиенты. Золото текло в их карман пусть небольшим, но стабильным ручейком, так что Мьюра никогда не мешала фамильяру экспериментировать. Ведьминских салонов в Лай-Тери имелось немало, конкуренция среди столичных ведьм была высока, а жизнь в приличном богатом квартале съедала доходы с очень неприличной скоростью. Мьюра не бедствовала, но и не шиковала особо. Впрочем, их с котом нынешний достаток вполне устраивал, а незапланированные траты в виде расплавленных котлов, взорванных бытовых артефактов и испорченных редких ингредиентов они вполне могли пережить. Однако же прожранное насквозь дорогущее манто – это уже было несколько чересчур!..
- Ха, на этот раз мне удалось нечто особенное! – ещё более важно заявил рыжий безобразник и нежно мурлыкнул в сторону буфета: - Молли, детка! Вылезай!
Ведьма искренне порадовалась тому, что уже сидела, иначе точно промахнулась бы мимо стула. Ибо из недр старинного буфета на свет выбралась… выбралось нечто серо-серебристое в коричневато-рыжую крапинку. Больше всего это существо напоминало огромного мотылька около фута в поперечнике или, если уж совсем точно, то здоровенную, бессовестно разожравшуюся моль. И Мьюра даже догадывалась, на каких именно харчах эту дрянь так разнесло. Ибо магически выращенный мех – он в некотором роде очень питательный для столь же магических существ, коим явно была эта проклятущая моль. Молли, надо же! Что за дурновкусие…
- "Фамильяр моего фамильяра" звучит донельзя коряво, - угрожающе отметила ведьма и добавила: - "Труп моего врага", который, как известно, всегда хорошо пахнет, было бы куда уместнее. А ещё точнее – "труп преступницы, казнённой за свои злодеяния".
- Не дам! – тут же вскинулся фамильяр, вставая на задние лапы и выпячивая пушистую грудку. – Молли – уникальное существо! И очень полезное!
- Да, уж я вижу, - протянула Мьюриэль, кидая мрачный взгляд на безвременно почившее манто.
Моль пристыженно потупила глазки и уселась на кухонном столе, раскинув крылышки и скромно сложив верхнюю пару лапок. Кающаяся преступница, да и только. Хоть скульптуру ваяй.
- Мы всё исправим! – пылко заверил Реджи и водрузил на стол прожранное манто. – Молли, детка, покажи Мьюре, как ты умеешь!
Вот тут-то ведьма и поняла, что появление новой обитательницы в их доме чревато неприятностями – крупными, как эта проклятущая моль. Ибо почти мгновенно ощутила отток магических сил в сторону Реджи, как и всегда, если фамильяр много и сильно колдовал. Реджи мог восстановить магию своей хозяйки, а мог и позаимствовать, если собственных сил не хватало. В данном же случае он передавал силы своей драгоценной моли, которая поглощала магию, как сухой песок – воду. Единственным положительным моментом творящегося безобразия было то, что моль сумела зарастить пару особенно крупных дыр, сделав мех ещё более пышным и красивым, чем до прожирания.
- Замечательно, я потрясена, - саркастично похвалила Мьюра. – Сначала сотворённая тобой вредительница сожрала моё манто, а потом – мою же собственную магию, чтобы исправить содеянное. Чем она подзакусит в следующий раз? Твоим хвостом?
Кот нервно дёрнул упомянутой частью тела и обиженно заметил:
- Для тебя же старались! Я же сказал, мы всё исправим, просто не сразу. Молли пока ещё маленькая и не умеет правильно расходовать магию.
- Хочешь сказать, эта пакость ещё вырастет? – с ужасом вопросила ведьма. – Тучки небесные, мне же её не прокормить! И будь любезен объяснить своей зверушке, что шерстяная рухлядь, раздобытая в лавке старьёвщика, годится в пищу ничуть не меньше дорогого манто!
- Взрослые моли не питаются шерстью и мехом, только их гусеницы, - машинально поправил её кот.
- Без тебя знаю! – вновь заводясь, рявкнула ведьма. - Но у тебя же всё не как у людей… то есть, не как у нормальных фамильяров! Она ведь сожрала моё манто!
- Просто ей требовался магически выращенный мех в первое время, чтобы не умереть и не развеяться, - принялся защищать свою новую питомицу Реджи. – Магия призыва фамильяра в моём исполнении оказалась нестабильна, но не мог же я позволить моей малышке исчезнуть!
Моль благодарно обняла крылышками своего создателя и замерла – не иначе, от безмерного счастья. Мьюра скривилась от отвращения, уже понимая, что терпеть ей эту пакость в доме ещё очень долго. Нельзя же огорчать любимого фамильяра, так искренне гордящегося результатами своего эксперимента.
- Молли больше не испортит твои вещи, Мьюра… ну разве только если ей будет грозить развоплощение. Она станет питаться нашей с тобой магией. Скоро научится брать совсем немного, обещаю! Я её и научу.
- Как ты вообще до такого додумался, экспериментатор ты мой? – спросила хозяйка, устало потирая виски. Резкий отток магии спровоцировал головную боль. Чем быстрее восстановишь опустевший резерв, тем меньше придётся мучиться.
- Просто я ужасно умный и любознательный, - лукаво и нахально сверкнул зелёными глазищами кот. – Захотелось проверить, что получится - и вот. Молли очень полезная, ты не сомневайся! Просто она пока ещё многого не умеет. В размерах она не увеличится, не пугайся, а опыта наберётся очень быстро. Как думаешь, неплохо будет самим выращивать для тебя шубки и манто, вместо того чтобы тратить на них деньги? А Молли это сумеет, вот увидишь. Да за магическими мехами от моей малышки столичные модницы в очередь выстраиваться будут!
- Угу, а их кавалеры в это время будут выстраиваться в очередь к дверям моей спальни, - мрачно поддакнула ведьма, - потому что мне придётся восполнять резерв раза три-четыре в день. Больше я просто не выдержу.
- Мьюра, мы что, у тебя так много сил забрали? Прости, прости, мы немножко не рассчитали для первого раза!
Кот наконец оторвался от сладких грёз и заметил состояние хозяйки, тут же кинувшись к ней и прижавшись как можно теснее. За прошедшие почти семь лет с момента их знакомства фамильяр из тощего котёнка превратился в здоровенного пушистого красавца размерами с хорошую среднюю собаку. Магия позволяла ему проделывать то, на что никогда бы не был способен обычный кот: запросто ходить на задних лапах, держать в передних разные предметы и даже писать изящным красивым почерком. Сейчас, стоя на цыпочках, он без труда дотягивался до плеча сидящей хозяйки, куда и уткнулся головой. Обычно он так делился своей магией, но сейчас, увы, мог предложить лишь извинения и сочувствие, ибо сам изрядно потратился на свой крылатый эксперимент.
Моль же вдруг взяла и примостилась рядом, на другом плече, виновато хлопая длинными-предлинными стрельчатыми ресницами, каких у обычного мотылька и быть-то не могло. Лапки изящные, тельце мохнатое, на крылышках золотистая и серебристая пыльца переливается – что и говорить, создание Реджимельда смотрелось вполне приятно с эстетической точки зрения.
- Красотка, - хмыкнула Мьюриэль. – И подлиза вдобавок. Живи уж, демоны с тобой.
- Ты у меня самая лучшая, Мью-у-урра моя!..
- И ты подлиза! Ужин лучше приготовь к моему возвращению, - улыбнулась ведьма и с некоторым трудом поднялась со стула, ибо ноги от слабости явственно подрагивали.
- Ты к Тиккерсу?
- Угу, сейчас вестника ему отправлю. Пусть порадуется незапланированному свиданию.
- Уж этот порадуется, - проворчал кот, на дух не переносивший нынешнего любовника своей ведьмы. – Жаль, я с тобой не смогу пойти, у меня тоже сил нет, я их только из тебя тянуть буду…
- Зачем мне охрана, Реджи, сам подумай! Я же в приличный ведьминский дом свиданий иду, а не в третьесортный бордель в трущобах, - насмешливо заметила Мьюра, хотя забота фамильяра всё равно была приятна.
- В Лай-Тери нет трущоб, - буркнул кот, - а вот шушеры всякой, увы, хватает. Будь ты при магии, я бы не волновался, а так…
- И так тоже не стоит, я излишней опеки не терплю, а уж за себя постоять смогу и без магии, в случае чего. Уймись, а то опять поссоримся.
Кот, явно собиравшийся ещё что-то добавить, благоразумно оставил фразу при себе или после поделился ею с обожаемой молью, это Мьюру уже не интересовало. Наскоро приняв душ, она надела удобные замшевые брючки и свободную тёплую тунику с кожаным поясом. Добавив капельку духов за ушком, сочла приготовления к свиданию законченными. Магия вскоре доставила ответ Тиккерса, что он через полчаса будет на месте.
Погодный артефакт в прихожей показывал, что на улице дождливо и ветрено, пейзаж за окном это подтверждал, но Мьюра всё-таки решила взять метлу. Тащиться пешком в таком состоянии не слишком хотелось, хоть тут и недалеко идти, да и Реджи спокойнее будет. Ничего, непромокаемая куртка с капюшоном и перчатки не дадут замёрзнуть, а прокатиться с ветерком будет даже приятно.
Сбежав с крыльца и подставив лицо мелкой холодной мороси, ведьма несколько минут просто стояла в своём саду и впитывала в себя запахи близкой осени, мокрой земли, цветов и пряных трав. Верная метла послушно дождалась, пока хозяйка усядется, а после стремительно взмыла в серое небо, поднявшись выше крыш и дымовых труб.
Ведьминский дом свиданий на Ткаческой улице был и в самом деле заведением исключительно приличным. Если, конечно, не прислушиваться к ханжескому шипению возмущённых кумушек, именовавших это место притоном, гнездом разврата и ещё как похлеще. Но когда это ведьмы прислушивались к ханжам? Да не бывать этому!
- Реджи!!! Я тебе хвост оторву!..
Рык разъярённой донельзя ведьмы сотряс стены дома, эхом отразился от всех поверхностей и, не найдя виновника, бессильно канул где-то в недрах закрытой по случаю выходного дня лавки. Или, если угодно, ведьминского салона, достаточно успешного, где столичные модницы могли приобрести чудо-притирания для лица, столичные модники – надёжные средства от появления нежеланного потомства, а все прочие смертные – разные полезные мелочи, вроде талисманов на удачу, талисманов на неудачу (чужую, естественно), всевозможных зелий и магических штучек.
- Оторву, а потом пришью обратно и скажу, что так и было! – чуть тише посулила ведьма Мьюриэль Дэлли и старательно прислушалась.
Слабый шорох раздался где-то за красивыми резными дверцами старинного буфета, примостившегося в углу просторной кухни. Ну конечно, фамильяр, нашкодив в очередной раз, укрылся в своём любимом убежище, кто бы сомневался. Он мудро пережидал, пока хозяйка выкричится и остынет, чтобы потом вылезти и быстренько помириться.
Но совершённое страшное преступление требовало возмездия. Немедленного.
- Реджимельд, вылезай из своего буфета, пока я тебя оттуда сама не вытащила! За хвост!
- Который потом же и оторвёшь? – поинтересовался рыжий котяра, опасливо высунув голову из-за дверцы и виновато прижав уши.
- И оторву! – буркнула ведьма уже без прежнего запала, а потом грозно потрясла найденной уликой: - Это что такое, по-твоему, а?
- Ну-у-у… э-э-э… - невразумительно промычал кот, вылезая из буфета и стряхивая лапой паутину с усов. Похоже, пора пройтись по всем шкафчикам очищающим заклятием. – Кажется, это твоё манто. Парадно-выходное.
- Бывшее манто! – рявкнула хозяйка, снова начиная заводиться. – Бывшее!
В доказательство она вновь потрясла упомянутым предметом одежды – когда-то роскошным, длинным, из серебристого, магически выращенного меха. Сейчас манто выглядело донельзя жалко, испещрённое многочисленными дырами и словно бы побитое молью. Целой стаей молей, если бы эти проклятые мотыльки вдруг появились к осени и вдобавок смогли бы уцелеть после надёжного ведьминого заклятья, защищающего весь дом от подобных вредителей.
- Это не я! – пискнул кот, но виновато прижатые уши выдавали его, можно сказать, с головой. К тому же Мьюра прекрасно помнила, что на днях негодник попросил у неё манто ненадолго, чтобы "проверить одну любопытную штуку".
- А кто, позвольте осведомиться?
- Моя Молли!
- Кто-о-о? – не веря ушам своим, переспросила ведьма. – Ты что, посмел таскать сюда своих блохастых подружек?
- На себя посмотри! – обиженно огрызнулся кот и попытался выдвинуть встречную претензию. – Тебе, значит, своих дружков в нашу спальню таскать можно?
- Во-первых, своих дружков я заставляю отмыться, прежде чем веду в спальню, а во-вторых, никто из них моё манто ни разу не прогрыз, в отличие от твоей драной кошки!
- Да никакая это не подружка, что за гнусные подозрения? Не вожу я домой уличных кошек, будто не знаешь, - ещё более обиженно буркнул Реджи и наконец выбрался из своего буфета. – Это мой фамильяр!
- Твой – кто?.. – вытаращила глаза Мьюра и с размаху села на стул. Хорошо, не мимо.
- Ты же знаешь, что я у тебя уникальный, - надулся от гордости кот и встопорщил очищенные от пыли усы.
Правду сказать, это донельзя хвастливое заявление имело под собой все основания, достаточно вспомнить очень нетипичную историю появления фамильяра у Мьюры. Прежняя хозяйка Реджимельда, которого и звали тогда по-другому, оказалась не только редкостной дурочкой, не оценившей своей удачи, но и вдобавок подлой особой. Он, защищаясь, оцарапал драгоценного хозяйского сыночка (между прочим, пытавшегося со всей младенческой дури оторвать у кота лапу). Она, обозлившись, отреклась от фамильяра и выбросила слабого, умирающего без магии своей хозяйки котёнка на мороз. И если бы Мьюра, бродившая в тот вечер по городу, не наткнулась случайно на бедолагу и не вдохнула в него крохи своей собственной, почти угасшей магии, всё обернулось бы гораздо печальнее. Но ведьма и бывший чужой фамильяр обрели друг друга, сумев сотворить настоящее чудо. К Мьюриэль вернулась утраченная, казалось бы, навсегда магия, а Реджимельд получил "лучшую ведьму на свете". Так кот часто шептал, разнежившись в объятиях любимой хозяйки. И никакие размолвки вроде сегодняшней, никакие шалости активного, умного и любознательного магического существа не могли нарушить эту идиллию. Потому что ведьма и её фамильяр всегда будут связаны друг с другом особыми узами.
"Мы с тобой ближе, чем родные по крови, ближе, чем самые нежные возлюбленные, ты – мой мир, Мью-у-урра моя!.." – обожающе мурлыкал ей фамильяр, и хозяйка была с ним совершенно согласна. Возлюбленный (особенно подвида "муж законный, узами брака опутанный") может наскучить, может предать, может состариться и умереть, если он обычный человек, а не маг. Дети в любом случае вырастут и заживут своей жизнью; внуки, а тем более правнуки – это уже слишком дальняя родня, чтобы принимать их всерьёз и делать центром своего мира. И только фамильяр останется с ведьмой до самого конца; он не состарится, не умрёт, не предаст и всегда будет разделять интересы и вкусы своей хозяйки.
Реджимельд, важничая, выдержал торжественную паузу и гордо заявил:
- Мьюра, у меня получилось! Помнишь, я тебе говорил, что провожу важный эксперимент?
- У тебя все такие, - хмыкнула хозяйка.
Кот не так давно обзавёлся собственной "лабораторией", как он пышно именовал комнатку по соседству с той, где ведьма варила свои зелья и делала талисманы. Реджи, само собой, всегда помогал хозяйке в работе, но ещё он обожал экспериментировать и творить что-то своё. Справедливости ради надо сказать, многие из его задумок были отличными и помогали усилить действие талисманов и зелий, что быстренько отметили довольные клиенты. Золото текло в их карман пусть небольшим, но стабильным ручейком, так что Мьюра никогда не мешала фамильяру экспериментировать. Ведьминских салонов в Лай-Тери имелось немало, конкуренция среди столичных ведьм была высока, а жизнь в приличном богатом квартале съедала доходы с очень неприличной скоростью. Мьюра не бедствовала, но и не шиковала особо. Впрочем, их с котом нынешний достаток вполне устраивал, а незапланированные траты в виде расплавленных котлов, взорванных бытовых артефактов и испорченных редких ингредиентов они вполне могли пережить. Однако же прожранное насквозь дорогущее манто – это уже было несколько чересчур!..
- Ха, на этот раз мне удалось нечто особенное! – ещё более важно заявил рыжий безобразник и нежно мурлыкнул в сторону буфета: - Молли, детка! Вылезай!
Ведьма искренне порадовалась тому, что уже сидела, иначе точно промахнулась бы мимо стула. Ибо из недр старинного буфета на свет выбралась… выбралось нечто серо-серебристое в коричневато-рыжую крапинку. Больше всего это существо напоминало огромного мотылька около фута в поперечнике или, если уж совсем точно, то здоровенную, бессовестно разожравшуюся моль. И Мьюра даже догадывалась, на каких именно харчах эту дрянь так разнесло. Ибо магически выращенный мех – он в некотором роде очень питательный для столь же магических существ, коим явно была эта проклятущая моль. Молли, надо же! Что за дурновкусие…
- "Фамильяр моего фамильяра" звучит донельзя коряво, - угрожающе отметила ведьма и добавила: - "Труп моего врага", который, как известно, всегда хорошо пахнет, было бы куда уместнее. А ещё точнее – "труп преступницы, казнённой за свои злодеяния".
- Не дам! – тут же вскинулся фамильяр, вставая на задние лапы и выпячивая пушистую грудку. – Молли – уникальное существо! И очень полезное!
- Да, уж я вижу, - протянула Мьюриэль, кидая мрачный взгляд на безвременно почившее манто.
Моль пристыженно потупила глазки и уселась на кухонном столе, раскинув крылышки и скромно сложив верхнюю пару лапок. Кающаяся преступница, да и только. Хоть скульптуру ваяй.
- Мы всё исправим! – пылко заверил Реджи и водрузил на стол прожранное манто. – Молли, детка, покажи Мьюре, как ты умеешь!
Вот тут-то ведьма и поняла, что появление новой обитательницы в их доме чревато неприятностями – крупными, как эта проклятущая моль. Ибо почти мгновенно ощутила отток магических сил в сторону Реджи, как и всегда, если фамильяр много и сильно колдовал. Реджи мог восстановить магию своей хозяйки, а мог и позаимствовать, если собственных сил не хватало. В данном же случае он передавал силы своей драгоценной моли, которая поглощала магию, как сухой песок – воду. Единственным положительным моментом творящегося безобразия было то, что моль сумела зарастить пару особенно крупных дыр, сделав мех ещё более пышным и красивым, чем до прожирания.
- Замечательно, я потрясена, - саркастично похвалила Мьюра. – Сначала сотворённая тобой вредительница сожрала моё манто, а потом – мою же собственную магию, чтобы исправить содеянное. Чем она подзакусит в следующий раз? Твоим хвостом?
Кот нервно дёрнул упомянутой частью тела и обиженно заметил:
- Для тебя же старались! Я же сказал, мы всё исправим, просто не сразу. Молли пока ещё маленькая и не умеет правильно расходовать магию.
- Хочешь сказать, эта пакость ещё вырастет? – с ужасом вопросила ведьма. – Тучки небесные, мне же её не прокормить! И будь любезен объяснить своей зверушке, что шерстяная рухлядь, раздобытая в лавке старьёвщика, годится в пищу ничуть не меньше дорогого манто!
- Взрослые моли не питаются шерстью и мехом, только их гусеницы, - машинально поправил её кот.
- Без тебя знаю! – вновь заводясь, рявкнула ведьма. - Но у тебя же всё не как у людей… то есть, не как у нормальных фамильяров! Она ведь сожрала моё манто!
- Просто ей требовался магически выращенный мех в первое время, чтобы не умереть и не развеяться, - принялся защищать свою новую питомицу Реджи. – Магия призыва фамильяра в моём исполнении оказалась нестабильна, но не мог же я позволить моей малышке исчезнуть!
Моль благодарно обняла крылышками своего создателя и замерла – не иначе, от безмерного счастья. Мьюра скривилась от отвращения, уже понимая, что терпеть ей эту пакость в доме ещё очень долго. Нельзя же огорчать любимого фамильяра, так искренне гордящегося результатами своего эксперимента.
- Молли больше не испортит твои вещи, Мьюра… ну разве только если ей будет грозить развоплощение. Она станет питаться нашей с тобой магией. Скоро научится брать совсем немного, обещаю! Я её и научу.
- Как ты вообще до такого додумался, экспериментатор ты мой? – спросила хозяйка, устало потирая виски. Резкий отток магии спровоцировал головную боль. Чем быстрее восстановишь опустевший резерв, тем меньше придётся мучиться.
- Просто я ужасно умный и любознательный, - лукаво и нахально сверкнул зелёными глазищами кот. – Захотелось проверить, что получится - и вот. Молли очень полезная, ты не сомневайся! Просто она пока ещё многого не умеет. В размерах она не увеличится, не пугайся, а опыта наберётся очень быстро. Как думаешь, неплохо будет самим выращивать для тебя шубки и манто, вместо того чтобы тратить на них деньги? А Молли это сумеет, вот увидишь. Да за магическими мехами от моей малышки столичные модницы в очередь выстраиваться будут!
- Угу, а их кавалеры в это время будут выстраиваться в очередь к дверям моей спальни, - мрачно поддакнула ведьма, - потому что мне придётся восполнять резерв раза три-четыре в день. Больше я просто не выдержу.
- Мьюра, мы что, у тебя так много сил забрали? Прости, прости, мы немножко не рассчитали для первого раза!
Кот наконец оторвался от сладких грёз и заметил состояние хозяйки, тут же кинувшись к ней и прижавшись как можно теснее. За прошедшие почти семь лет с момента их знакомства фамильяр из тощего котёнка превратился в здоровенного пушистого красавца размерами с хорошую среднюю собаку. Магия позволяла ему проделывать то, на что никогда бы не был способен обычный кот: запросто ходить на задних лапах, держать в передних разные предметы и даже писать изящным красивым почерком. Сейчас, стоя на цыпочках, он без труда дотягивался до плеча сидящей хозяйки, куда и уткнулся головой. Обычно он так делился своей магией, но сейчас, увы, мог предложить лишь извинения и сочувствие, ибо сам изрядно потратился на свой крылатый эксперимент.
Моль же вдруг взяла и примостилась рядом, на другом плече, виновато хлопая длинными-предлинными стрельчатыми ресницами, каких у обычного мотылька и быть-то не могло. Лапки изящные, тельце мохнатое, на крылышках золотистая и серебристая пыльца переливается – что и говорить, создание Реджимельда смотрелось вполне приятно с эстетической точки зрения.
- Красотка, - хмыкнула Мьюриэль. – И подлиза вдобавок. Живи уж, демоны с тобой.
- Ты у меня самая лучшая, Мью-у-урра моя!..
- И ты подлиза! Ужин лучше приготовь к моему возвращению, - улыбнулась ведьма и с некоторым трудом поднялась со стула, ибо ноги от слабости явственно подрагивали.
- Ты к Тиккерсу?
- Угу, сейчас вестника ему отправлю. Пусть порадуется незапланированному свиданию.
- Уж этот порадуется, - проворчал кот, на дух не переносивший нынешнего любовника своей ведьмы. – Жаль, я с тобой не смогу пойти, у меня тоже сил нет, я их только из тебя тянуть буду…
- Зачем мне охрана, Реджи, сам подумай! Я же в приличный ведьминский дом свиданий иду, а не в третьесортный бордель в трущобах, - насмешливо заметила Мьюра, хотя забота фамильяра всё равно была приятна.
- В Лай-Тери нет трущоб, - буркнул кот, - а вот шушеры всякой, увы, хватает. Будь ты при магии, я бы не волновался, а так…
- И так тоже не стоит, я излишней опеки не терплю, а уж за себя постоять смогу и без магии, в случае чего. Уймись, а то опять поссоримся.
Кот, явно собиравшийся ещё что-то добавить, благоразумно оставил фразу при себе или после поделился ею с обожаемой молью, это Мьюру уже не интересовало. Наскоро приняв душ, она надела удобные замшевые брючки и свободную тёплую тунику с кожаным поясом. Добавив капельку духов за ушком, сочла приготовления к свиданию законченными. Магия вскоре доставила ответ Тиккерса, что он через полчаса будет на месте.
Погодный артефакт в прихожей показывал, что на улице дождливо и ветрено, пейзаж за окном это подтверждал, но Мьюра всё-таки решила взять метлу. Тащиться пешком в таком состоянии не слишком хотелось, хоть тут и недалеко идти, да и Реджи спокойнее будет. Ничего, непромокаемая куртка с капюшоном и перчатки не дадут замёрзнуть, а прокатиться с ветерком будет даже приятно.
Сбежав с крыльца и подставив лицо мелкой холодной мороси, ведьма несколько минут просто стояла в своём саду и впитывала в себя запахи близкой осени, мокрой земли, цветов и пряных трав. Верная метла послушно дождалась, пока хозяйка усядется, а после стремительно взмыла в серое небо, поднявшись выше крыш и дымовых труб.
ГЛАВА 2
Ведьминский дом свиданий на Ткаческой улице был и в самом деле заведением исключительно приличным. Если, конечно, не прислушиваться к ханжескому шипению возмущённых кумушек, именовавших это место притоном, гнездом разврата и ещё как похлеще. Но когда это ведьмы прислушивались к ханжам? Да не бывать этому!
