Дана и сама первое время долго могла смотреть в окно в квартире. Там всегда висел Юпитер, иногда появлялись спутники, а частенько доводилось увидеть Солнце. Как ни странно, той безумной тоски по огромному светилу уже не было. А ведь первое время казалось, что она с ума сойдёт. Вечный мрак на орбите Сатурна, маленький фонарик вместо родного Солнца… Как хотелось обратно на Землю! Не на Землю – к Солнцу.
На Ганимеде оно было куда больше. Амир сказал, что можно даже погреться, но не под куполом.
Конечно, смотреть в окно одной не так интересно. Никто не расскажет, как называются спутники, что это за пятна на Юпитере, в какой стороне Земля.
Но куда интереснее оказался сам город. Он жил вечерней жизнью, яркой, богатой, искрился множеством огней, шумел и суетился. Мчались скоростные капсулы и лифты, играла музыка – самая разная, маленькие кафе аппетитно пахли.
В одно они зашли поесть мороженого. Дана пробовала мороженое в детстве. Вкус давно забылся, но осталось воспоминание о почти внеземном удовольствии.
Нежная холодная масса с шоколадной крошкой и сливочным вкусом оправдала все надежды. Хотелось есть килограммами, но Амир не позволил много. Но обещал ещё раз привести сюда в скором времени.
Кафе и само можно было долго разглядывать – стены переливались голограммами. Амир сказал, это картины современных художников. Дане они понравились – очень реалистичные пейзажи Земли, в памяти даже промелькнули несколько собственных впечатлений. Но слишком давно она была на Земле, просто на улице, слишком давно рассматривала голубое небо, траву, деревья. Эти образы поблекли, казались ненастоящими, ещё менее реальными, чем картины.
Гуляли они часа два, но впечатлений хватило с лихвой. Ганимед начал казаться дружелюбным и гостеприимным.
Тем не менее по возвращении Дану ждал серьёзный разговор.
Амир усадил её на диван и заключил в объятия.
– Не сказал тебе сразу. Не хотел портить удовольствие от прогулки. Звонил Андрей, мой друг из космополиции, который занимается твоим делом, пока на досуге. Он посадил жену за поиск, пока не хочет на работе афишировать. Мало ли кто стоит за теми людьми. Так вот, жена нашла несколько роликов, подобных первому. Один из них – с твоим участием.
Дана посмотрела на него с опаской:
– Ты его смотрел?
– Да.
– И как?
– Не всё так плохо. Как будто инсценировка какая-то… Там некий молодой человек.
– А! – поняла Дана. – Это тоже из наших. Нас к парням не подпускали почти, только что-нибудь потренировать. Но когда вывозили, такое бывало, да. Я теперь узнала, что видео снимали. Но там ничего страшного не было, иногда даже просто надо было ласкать себя, и всё. Вообще ерунда. Легко.
Руки Амира закаменели, он чуть отвернулся.
– Мы их найдём. Обещаю. Эти ролики Андрей уберёт вообще, где бы они не были. Есть у него под рукой специалисты. В общем, он считает, что для создания такого нужны приличные средства. Скорее всего, клиентами могут быть богатые люди, которые ищут запретных развлечений.
– Это может быть, – согласилась Дана. – Они вроде бы платили немало. Просто нам никогда не говорили, сколько.
– Если это так – их будем ловить на живца, – Амир поджал губы
– Это как?
– Увидишь.
31.
Потом Амиру позвонили, он куда-то сорвался и пришёл очень поздно, Дана уже успела заснуть. Он не стал её будить, возможно даже из-за того, что сам хотел выспаться.
С утра снова были лечебные процедуры. А на обед Амир повёл её не в столовую. Обещал кое с кем познакомить.
То ли кафе, то ли ресторан. Отдельные кабинки бывают в ресторанах – но здесь нет живых официантов. Заказ готовился и доставлялся автоматически.
Так и лучше. Дана не привыкла к официантам.
Стоило Амиру придвинуть ей стул, как в кабинке появилось ещё одно действующее лицо.
Ростом немного пониже директора «Метролаба», он не уступал ему в развороте плеч. Такое же нагромождение мускулов, бычье лицо – и точно такой же взгляд – простой, открытый, честный… А если приглядеться – хищный.
Размер кабинки, да и мебели, позволял юпитерианам умещаться без труда. Ещё бы, на Ганимеде таких – большинство мужского населения.
Незнакомец внушал страх, почти такой же, как при первом знакомстве с юпитерианами. Дана сжалась на стуле, жалея, что Амир далеко и она не может хотя бы взять его за руку.
Вошедший вперил взгляд в потолок и произнёс со злостью:
– Рахимов, ты ведь знаешь, насколько я тебя ненавижу?
– Дана, это Николай Котласов, мой главный противник и конкурент, – невозмутимо отозвался Амир.
– Директор «Госкосмостройнадзора»? – уточнила Дана, вспомнив фамилию.
– Он самый. А о вас, Даная, я наслышан.
Он сел и вывел на экран меню.
– Если можно, Дана, – попросила та, рассматривая, как мужчины набирают какие-то шифры. – Амир, мы будем кушать здесь?
– Да, мы здесь пообедаем. Заказывай.
– А ты что будешь брать?
– Паёк, – засмеялся он. – У меня диета.
Странные названия блюд и непонятные изображения. Дана вздохнула и посмотрела на Котласова:
– А вы?
– Паёк! – усмехнулся тот.
– О! Простите.
Разумеется, раз он тоже так выглядит, значит, работает на Юпитере. И тоже живёт по строгому расписанию.
Снова уставилась в меню. Вообще ничего не понятно. Разбираться казалось не просто сложно, но и долго.
– Амир, а что мне здесь заказать? – жалобно спросила Дана. Тот в ответ усмехнулся:
– Я тебе что-нибудь выберу вкусненькое. В общем, Коль, мы с Андреем тебе рассказали историю Даны, но не сказали, зачем ты нам нужен.
– Амир, враг мой самый злейший, благодаря тебе у меня и так хватает сейчас геморроя.
– Проект «Пан»? – с весёлым сочувствием спросил тот.
– На кого же я повешу это? Со всей массой проблем. Ты в курсе, что там пропало восемнадцать человек, и, предположительно, они мертвы?
Дана тихо ахнула. Сжалась, вперив взгляд в колени и осмелилась спросить:
– Это… Даниэль?
– Неверов? – хмыкнул Котласов. – Он же Джаггернаут? Думаю, не собственноручно, но приказы однозначно раздавал.
Воспоминания последних дней нахлынули лавиной. И они причиняли боль. Теперь Даниэль не казался даже просто симпатичным, что уж там говорить о любви.
Бывший идеал только пугал.
– Но ведь только один человек погиб! Остальные либо работали, либо увольнялись, – очень тихо сказала она.
– Никто не увольнялся, так, Коль? – предположил Амир.
– По крайней мере, по документам у них был билет на Землю. Они есть в списках прибывших. Но никто больше о них не слышал. Так что, думаю, списки в космопортах тоже подделали как-то. Скорее всего, кто-то летел по чужим документам.
– А Миша?.. – ещё тише спросила Дана.
– Какой Миша? – не понял Котласов.
– Лерин. Правая рука Неверова. Её муж, – пояснил Амир.
– Так она у тебя замужем? – ехидно уточнил тот.
– Это фиктивный брак.
Дана совсем погрустнела. Даже еда, которую заказывал ей Амир, уже не радовала. Зачем об этом так, во всеуслышание говорить? Она себя временами чувствовала – совсем немного – замужней дамой, а не проституткой для всеобщего пользования. По крайней мере, казалось, что незнакомые люди не знают правды.
– Данечка, чего ты? – заметил мужчина. – Неприятные воспоминания?
Она пожала плечами. При незнакомых людях обсуждать что-либо не стоит.
Правда, Котласов смотрел с сочувствием.
– Дана, если я вам могу как-нибудь помочь…
– Ты как раз можешь, – бесцеремонно перебил Амир.
– Мы работаем на Сатурне с космополицией, правда пираты или сбежали, или уже на Церере в СИЗО. Джаггернаута здесь, на Ганимеде, вы можете не бояться.
– Джаггернаута можно бы бояться скорее, мне, – пожал плечами Амир. – Вряд ли он тронет Дану. Меня может, чтобы душу отвести. Я теперь приобрёл злейшего врага – среди пиратов, – усмехнулся он.
– Злейшего врага?! – обиделся Котласов. – А как же я?
– Ой, прости, Коль, – серьёзно и виновато. – Второго по злейшести. Но нам не с пиратами помощь нужна. Здесь космополиция справится лучше. Тебе же Андрей рассказывал, откуда Дану привезли на Сатурн.
– Эта мерзкая история про подпольный бордель? Амир, если я что-то могу сделать, я в лепёшку расшибусь. Но слабо представляю себе – что.
Дана попыталась сосредоточиться на еде. Они так и договаривались, что всем расскажут, и что она будет терпеть. Больно и неприятно, когда душу публично выворачивают наизнанку. Но только так можно помочь остальным. Амир вообще не должен это делать, и, пока он не передумал, надо делать всё, что он скажет.
– Андрей из космополиции, информаторов на Земле у него нет, а прежде чем подключить кого-то, надо, во-первых, иметь хоть что-то кроме слов Даны. А во-вторых, надо знать – кого. Такое масштабное злодеяние должны прикрывать могущественные люди. Надо найти хоть какие-нибудь следы, что-то конкретное.
– Ты ведь не хочешь, чтобы я притворился богатым извращенцем, который любит молоденьких девочек?
– Я очень не хочу. Но это простой и быстрый способ выйти на кого-нибудь. Для нас с тобой это безопасно, и я бы сделал это сам, но не знаю, что известно этим людям. Вдруг они следят за Даной и знают, что она у меня.
– Могут подумать, что она тебе рассказала о таком волшебном месте и ты хочешь ещё, – нахмурился Котласов.
– Могут. Но это маловероятно. Правда, я бы сам сделал это, но не уверен, что на меня рыбка клюнет. Тебе, скорее всего, не придётся ничего делать на самом деле.
– Скорее всего?! Ты с ума сошёл? Несовершеннолетние девочки?
– Не стоит, мало ли что. Возьмёшь совершеннолетних на садомазо.
– Я тебе рожу сейчас расквашу, Рахимов, – мрачно сказал тот. – Ты станешь замаскирован и сам сможешь их взять.
– Коль, если ты сделаешь это, можешь хоть рожу мне расквасить.
Тот ещё больше помрачнел:
– Да сделаю я. Ни один нормальный человек не откажется помочь. Только ничего такого делать не буду. В конце концов, какая разница, что я делаю с заказанной проституткой? Может, я её на поболтать взял.
– Если вы ничего делать не будете, – неожиданно сказала Дана, – они заподозрят неладное. На поболтать можно практически легальных взрослых женщин на Земле найти, которые ищут «свободной любви за небольшие подарки».
– И под этим подразумевается… – Амир удивлённо поднял брови.
Но его неведению Дана удивилась ещё сильнее:
– Проституция запрещена в чистом виде. Так они обходят запрет. А вы что, не знали?
– Как-то не интересовались, – пожал плечами Котласов. – У нас такого нет. Кто будет нарушать режим своей свободной любовью, быстро вылетит с Ганимеда. К Амиру в земной филиал. Дана, а нельзя ли найти кого-то надёжного там, из твоих подруг, и просто попросить их молчать.
– А раны, ожоги и рубцы она сама себе делать будет? – девушка начала злиться, хотя, разумеется, тщательно скрыла это.
Котласов резко выдохнул:
– Когда Амир рассказал, я всё-таки не мог поверить, что до сих пор существуют такие мрази. Дана, я ведь в любом случае не смогу сделать девушке никаких рубцов и ожогов.
– Тогда просто побьёте плетью. На первый раз большего от вас не будут ждать, с самого начала обычно клиенты боятся чего-то более серьёзного.
– Коль, – вмешался Амир. – Это самый крайний случай. Мы постараемся всё устроить так, чтобы тебе не пришлось.
Тот вздохнул, мотнул головой.
– Не самая приятная просьба, конечно.
– Буду должен, ты же понимаешь.
– Рахимов, не мели чушь. Я, думаешь, меньше твоего хочу, чтобы эти мрази оказались за решёткой?
32.
Амир довёл её до квартиры. Ему снова надо было идти на работу.
После разговора с директором «Госкосмоса» даже забрезжила какая-то надежда. Может, действительно оставшимся девочкам можно будет помочь? Она не думала о наказании и возмездии, подобные мысли казались кощунственными и чересчур смелыми. Но если получится хоть кого-нибудь спасти – это будет самым большим счастьем.
Амир водил её по коридорам исключительно обнимая за плечи, и Дана начала привыкать к этой надёжной поддержке и защите. Разумеется, по-прежнему хотелось самой быть кем-то, хотелось полной жизни, а не сладкой тюрьмы. Никуда не делись мечты о самостоятельности, о собственном пути. Но как же невероятно здорово не бояться! Хотя бы просто вечерок посидеть в компании интересного мужчины, не ожидая ни боли, ни унижения. А если вести себя тихо, молчать побольше – то Амир не разозлится, и всё будет хорошо.
А ночью – ещё лучше. Дана радовалась, что может сделать ему приятное, гордилась тем, как это у неё получалось. Но, надо признаться, всё это – большей частью его заслуга. Только сейчас стало понятно, что Амир имел в виду, когда настаивал, что она тоже должна что-то чувствовать.
Воспоминание прошло электрическим разрядом и заставило крепче прижаться к нему.
– Что, малышка? – спросил обеспокоенно.
Дана бросила взгляд из-под ресниц и с лёгкой улыбкой ответила:
– Кое-что вспомнила.
– Что же? – тревога его прошла, так же мимолётно, как и появилась.
– Ночью и тебе напомню, – позволила себе лёгкую лукавую улыбку.
Дана была готова к последствиям в полной мере. И получила то, что спровоцировала. Амир резко остановился, подхватил её на руки и жадно впился в губы. Она обхватила его за шею руками и прижалась сильнее. Пока не очень умела отвечать на поцелуи, поэтому просто слегка раскрыла губы. Риск казался огромным – если сейчас кто-нибудь пойдёт по коридору, будет ужасно.
Несколько мгновений, будоражащих кровь – и он поставил её на ноги, обнял и повёл дальше.
– Дана, не провоцируй меня сейчас, мне ещё полдня работать.
Виновато улыбнулась в ответ.
– Малышка, ты сегодня же с Ярославой куда-то идёшь?
– Да, – просто ответила Дана, стараясь вести себя по-прежнему непринуждённо.
– Не задерживайся, ладно? Пока я не могу отпустить тебя надолго.
Надолго она и не хотела. Так, чуть-чуть. Ничего страшного они не задумали, правда ведь?
Дело даже не в том, что ей чему-то там хотелось научиться. Девушка предпочла бы не сталкиваться с мужчинами вообще, а не уметь отшивать. Просто она впервые в жизни с кем-то куда-то шла развлекаться. Ну, пусть не развлекаться – всё равно! Не за вещами по приказу Амира, просто так, сама. С другой девушкой.
Он разозлится, Дана это понимала. Главное, чтобы не очень попало Ярославе, надо взять всё на себя. Просто… есть в её арсенале мощное оружие. Она постарается заработать прощение. Даже если он что-нибудь сделает ей, как-нибудь накажет… Дана готова потерпеть. Ради такого – точно.
А может, обойдётся. Сделать так, чтобы Амир и не подумал о наказании. Кажется, несмотря на свой возраст и статус, он не слишком искушён в некоторых вещах. Ему хватает просто секса, без боли и тому подобного. Заслужить прощение раньше, чем он что-либо сделает. Может, сгодится тот восхитительный комплект из тёмно-синего атласа и кружев. Очень оригинальный бюстгальтер, простые, но соблазнительные трусики. Дане он нравился почти так же, как вишнёвый.
Или стоит выбрать чёрный? Во-первых, он с чулками, во-вторых, чёрное кружево вроде как сексуальней. И в третьих… красный, синий. Амиру это точно не напомнит её цыганское прошлое? Или попугая из детских книжек с картинками.
Ладно, синий в другой раз.
Вечер Дана будет ждать со страхом и предвкушением.
33.
Клуб был сосредоточием ярких пятен, жизнерадостной музыки, вспышек света и красивых, но бессмысленных голограмм. Дана замерла прямо на пороге зала.
Слава устала ждать её и потянула за руку:
– Ты чего, испугалась?
На Ганимеде оно было куда больше. Амир сказал, что можно даже погреться, но не под куполом.
Конечно, смотреть в окно одной не так интересно. Никто не расскажет, как называются спутники, что это за пятна на Юпитере, в какой стороне Земля.
Но куда интереснее оказался сам город. Он жил вечерней жизнью, яркой, богатой, искрился множеством огней, шумел и суетился. Мчались скоростные капсулы и лифты, играла музыка – самая разная, маленькие кафе аппетитно пахли.
В одно они зашли поесть мороженого. Дана пробовала мороженое в детстве. Вкус давно забылся, но осталось воспоминание о почти внеземном удовольствии.
Нежная холодная масса с шоколадной крошкой и сливочным вкусом оправдала все надежды. Хотелось есть килограммами, но Амир не позволил много. Но обещал ещё раз привести сюда в скором времени.
Кафе и само можно было долго разглядывать – стены переливались голограммами. Амир сказал, это картины современных художников. Дане они понравились – очень реалистичные пейзажи Земли, в памяти даже промелькнули несколько собственных впечатлений. Но слишком давно она была на Земле, просто на улице, слишком давно рассматривала голубое небо, траву, деревья. Эти образы поблекли, казались ненастоящими, ещё менее реальными, чем картины.
Гуляли они часа два, но впечатлений хватило с лихвой. Ганимед начал казаться дружелюбным и гостеприимным.
Тем не менее по возвращении Дану ждал серьёзный разговор.
Амир усадил её на диван и заключил в объятия.
– Не сказал тебе сразу. Не хотел портить удовольствие от прогулки. Звонил Андрей, мой друг из космополиции, который занимается твоим делом, пока на досуге. Он посадил жену за поиск, пока не хочет на работе афишировать. Мало ли кто стоит за теми людьми. Так вот, жена нашла несколько роликов, подобных первому. Один из них – с твоим участием.
Дана посмотрела на него с опаской:
– Ты его смотрел?
– Да.
– И как?
– Не всё так плохо. Как будто инсценировка какая-то… Там некий молодой человек.
– А! – поняла Дана. – Это тоже из наших. Нас к парням не подпускали почти, только что-нибудь потренировать. Но когда вывозили, такое бывало, да. Я теперь узнала, что видео снимали. Но там ничего страшного не было, иногда даже просто надо было ласкать себя, и всё. Вообще ерунда. Легко.
Руки Амира закаменели, он чуть отвернулся.
– Мы их найдём. Обещаю. Эти ролики Андрей уберёт вообще, где бы они не были. Есть у него под рукой специалисты. В общем, он считает, что для создания такого нужны приличные средства. Скорее всего, клиентами могут быть богатые люди, которые ищут запретных развлечений.
– Это может быть, – согласилась Дана. – Они вроде бы платили немало. Просто нам никогда не говорили, сколько.
– Если это так – их будем ловить на живца, – Амир поджал губы
– Это как?
– Увидишь.
31.
Потом Амиру позвонили, он куда-то сорвался и пришёл очень поздно, Дана уже успела заснуть. Он не стал её будить, возможно даже из-за того, что сам хотел выспаться.
С утра снова были лечебные процедуры. А на обед Амир повёл её не в столовую. Обещал кое с кем познакомить.
То ли кафе, то ли ресторан. Отдельные кабинки бывают в ресторанах – но здесь нет живых официантов. Заказ готовился и доставлялся автоматически.
Так и лучше. Дана не привыкла к официантам.
Стоило Амиру придвинуть ей стул, как в кабинке появилось ещё одно действующее лицо.
Ростом немного пониже директора «Метролаба», он не уступал ему в развороте плеч. Такое же нагромождение мускулов, бычье лицо – и точно такой же взгляд – простой, открытый, честный… А если приглядеться – хищный.
Размер кабинки, да и мебели, позволял юпитерианам умещаться без труда. Ещё бы, на Ганимеде таких – большинство мужского населения.
Незнакомец внушал страх, почти такой же, как при первом знакомстве с юпитерианами. Дана сжалась на стуле, жалея, что Амир далеко и она не может хотя бы взять его за руку.
Вошедший вперил взгляд в потолок и произнёс со злостью:
– Рахимов, ты ведь знаешь, насколько я тебя ненавижу?
– Дана, это Николай Котласов, мой главный противник и конкурент, – невозмутимо отозвался Амир.
– Директор «Госкосмостройнадзора»? – уточнила Дана, вспомнив фамилию.
– Он самый. А о вас, Даная, я наслышан.
Он сел и вывел на экран меню.
– Если можно, Дана, – попросила та, рассматривая, как мужчины набирают какие-то шифры. – Амир, мы будем кушать здесь?
– Да, мы здесь пообедаем. Заказывай.
– А ты что будешь брать?
– Паёк, – засмеялся он. – У меня диета.
Странные названия блюд и непонятные изображения. Дана вздохнула и посмотрела на Котласова:
– А вы?
– Паёк! – усмехнулся тот.
– О! Простите.
Разумеется, раз он тоже так выглядит, значит, работает на Юпитере. И тоже живёт по строгому расписанию.
Снова уставилась в меню. Вообще ничего не понятно. Разбираться казалось не просто сложно, но и долго.
– Амир, а что мне здесь заказать? – жалобно спросила Дана. Тот в ответ усмехнулся:
– Я тебе что-нибудь выберу вкусненькое. В общем, Коль, мы с Андреем тебе рассказали историю Даны, но не сказали, зачем ты нам нужен.
– Амир, враг мой самый злейший, благодаря тебе у меня и так хватает сейчас геморроя.
– Проект «Пан»? – с весёлым сочувствием спросил тот.
– На кого же я повешу это? Со всей массой проблем. Ты в курсе, что там пропало восемнадцать человек, и, предположительно, они мертвы?
Дана тихо ахнула. Сжалась, вперив взгляд в колени и осмелилась спросить:
– Это… Даниэль?
– Неверов? – хмыкнул Котласов. – Он же Джаггернаут? Думаю, не собственноручно, но приказы однозначно раздавал.
Воспоминания последних дней нахлынули лавиной. И они причиняли боль. Теперь Даниэль не казался даже просто симпатичным, что уж там говорить о любви.
Бывший идеал только пугал.
– Но ведь только один человек погиб! Остальные либо работали, либо увольнялись, – очень тихо сказала она.
– Никто не увольнялся, так, Коль? – предположил Амир.
– По крайней мере, по документам у них был билет на Землю. Они есть в списках прибывших. Но никто больше о них не слышал. Так что, думаю, списки в космопортах тоже подделали как-то. Скорее всего, кто-то летел по чужим документам.
– А Миша?.. – ещё тише спросила Дана.
– Какой Миша? – не понял Котласов.
– Лерин. Правая рука Неверова. Её муж, – пояснил Амир.
– Так она у тебя замужем? – ехидно уточнил тот.
– Это фиктивный брак.
Дана совсем погрустнела. Даже еда, которую заказывал ей Амир, уже не радовала. Зачем об этом так, во всеуслышание говорить? Она себя временами чувствовала – совсем немного – замужней дамой, а не проституткой для всеобщего пользования. По крайней мере, казалось, что незнакомые люди не знают правды.
– Данечка, чего ты? – заметил мужчина. – Неприятные воспоминания?
Она пожала плечами. При незнакомых людях обсуждать что-либо не стоит.
Правда, Котласов смотрел с сочувствием.
– Дана, если я вам могу как-нибудь помочь…
– Ты как раз можешь, – бесцеремонно перебил Амир.
– Мы работаем на Сатурне с космополицией, правда пираты или сбежали, или уже на Церере в СИЗО. Джаггернаута здесь, на Ганимеде, вы можете не бояться.
– Джаггернаута можно бы бояться скорее, мне, – пожал плечами Амир. – Вряд ли он тронет Дану. Меня может, чтобы душу отвести. Я теперь приобрёл злейшего врага – среди пиратов, – усмехнулся он.
– Злейшего врага?! – обиделся Котласов. – А как же я?
– Ой, прости, Коль, – серьёзно и виновато. – Второго по злейшести. Но нам не с пиратами помощь нужна. Здесь космополиция справится лучше. Тебе же Андрей рассказывал, откуда Дану привезли на Сатурн.
– Эта мерзкая история про подпольный бордель? Амир, если я что-то могу сделать, я в лепёшку расшибусь. Но слабо представляю себе – что.
Дана попыталась сосредоточиться на еде. Они так и договаривались, что всем расскажут, и что она будет терпеть. Больно и неприятно, когда душу публично выворачивают наизнанку. Но только так можно помочь остальным. Амир вообще не должен это делать, и, пока он не передумал, надо делать всё, что он скажет.
– Андрей из космополиции, информаторов на Земле у него нет, а прежде чем подключить кого-то, надо, во-первых, иметь хоть что-то кроме слов Даны. А во-вторых, надо знать – кого. Такое масштабное злодеяние должны прикрывать могущественные люди. Надо найти хоть какие-нибудь следы, что-то конкретное.
– Ты ведь не хочешь, чтобы я притворился богатым извращенцем, который любит молоденьких девочек?
– Я очень не хочу. Но это простой и быстрый способ выйти на кого-нибудь. Для нас с тобой это безопасно, и я бы сделал это сам, но не знаю, что известно этим людям. Вдруг они следят за Даной и знают, что она у меня.
– Могут подумать, что она тебе рассказала о таком волшебном месте и ты хочешь ещё, – нахмурился Котласов.
– Могут. Но это маловероятно. Правда, я бы сам сделал это, но не уверен, что на меня рыбка клюнет. Тебе, скорее всего, не придётся ничего делать на самом деле.
– Скорее всего?! Ты с ума сошёл? Несовершеннолетние девочки?
– Не стоит, мало ли что. Возьмёшь совершеннолетних на садомазо.
– Я тебе рожу сейчас расквашу, Рахимов, – мрачно сказал тот. – Ты станешь замаскирован и сам сможешь их взять.
– Коль, если ты сделаешь это, можешь хоть рожу мне расквасить.
Тот ещё больше помрачнел:
– Да сделаю я. Ни один нормальный человек не откажется помочь. Только ничего такого делать не буду. В конце концов, какая разница, что я делаю с заказанной проституткой? Может, я её на поболтать взял.
– Если вы ничего делать не будете, – неожиданно сказала Дана, – они заподозрят неладное. На поболтать можно практически легальных взрослых женщин на Земле найти, которые ищут «свободной любви за небольшие подарки».
– И под этим подразумевается… – Амир удивлённо поднял брови.
Но его неведению Дана удивилась ещё сильнее:
– Проституция запрещена в чистом виде. Так они обходят запрет. А вы что, не знали?
– Как-то не интересовались, – пожал плечами Котласов. – У нас такого нет. Кто будет нарушать режим своей свободной любовью, быстро вылетит с Ганимеда. К Амиру в земной филиал. Дана, а нельзя ли найти кого-то надёжного там, из твоих подруг, и просто попросить их молчать.
– А раны, ожоги и рубцы она сама себе делать будет? – девушка начала злиться, хотя, разумеется, тщательно скрыла это.
Котласов резко выдохнул:
– Когда Амир рассказал, я всё-таки не мог поверить, что до сих пор существуют такие мрази. Дана, я ведь в любом случае не смогу сделать девушке никаких рубцов и ожогов.
– Тогда просто побьёте плетью. На первый раз большего от вас не будут ждать, с самого начала обычно клиенты боятся чего-то более серьёзного.
– Коль, – вмешался Амир. – Это самый крайний случай. Мы постараемся всё устроить так, чтобы тебе не пришлось.
Тот вздохнул, мотнул головой.
– Не самая приятная просьба, конечно.
– Буду должен, ты же понимаешь.
– Рахимов, не мели чушь. Я, думаешь, меньше твоего хочу, чтобы эти мрази оказались за решёткой?
ГЛАВА 9
32.
Амир довёл её до квартиры. Ему снова надо было идти на работу.
После разговора с директором «Госкосмоса» даже забрезжила какая-то надежда. Может, действительно оставшимся девочкам можно будет помочь? Она не думала о наказании и возмездии, подобные мысли казались кощунственными и чересчур смелыми. Но если получится хоть кого-нибудь спасти – это будет самым большим счастьем.
Амир водил её по коридорам исключительно обнимая за плечи, и Дана начала привыкать к этой надёжной поддержке и защите. Разумеется, по-прежнему хотелось самой быть кем-то, хотелось полной жизни, а не сладкой тюрьмы. Никуда не делись мечты о самостоятельности, о собственном пути. Но как же невероятно здорово не бояться! Хотя бы просто вечерок посидеть в компании интересного мужчины, не ожидая ни боли, ни унижения. А если вести себя тихо, молчать побольше – то Амир не разозлится, и всё будет хорошо.
А ночью – ещё лучше. Дана радовалась, что может сделать ему приятное, гордилась тем, как это у неё получалось. Но, надо признаться, всё это – большей частью его заслуга. Только сейчас стало понятно, что Амир имел в виду, когда настаивал, что она тоже должна что-то чувствовать.
Воспоминание прошло электрическим разрядом и заставило крепче прижаться к нему.
– Что, малышка? – спросил обеспокоенно.
Дана бросила взгляд из-под ресниц и с лёгкой улыбкой ответила:
– Кое-что вспомнила.
– Что же? – тревога его прошла, так же мимолётно, как и появилась.
– Ночью и тебе напомню, – позволила себе лёгкую лукавую улыбку.
Дана была готова к последствиям в полной мере. И получила то, что спровоцировала. Амир резко остановился, подхватил её на руки и жадно впился в губы. Она обхватила его за шею руками и прижалась сильнее. Пока не очень умела отвечать на поцелуи, поэтому просто слегка раскрыла губы. Риск казался огромным – если сейчас кто-нибудь пойдёт по коридору, будет ужасно.
Несколько мгновений, будоражащих кровь – и он поставил её на ноги, обнял и повёл дальше.
– Дана, не провоцируй меня сейчас, мне ещё полдня работать.
Виновато улыбнулась в ответ.
– Малышка, ты сегодня же с Ярославой куда-то идёшь?
– Да, – просто ответила Дана, стараясь вести себя по-прежнему непринуждённо.
– Не задерживайся, ладно? Пока я не могу отпустить тебя надолго.
Надолго она и не хотела. Так, чуть-чуть. Ничего страшного они не задумали, правда ведь?
Дело даже не в том, что ей чему-то там хотелось научиться. Девушка предпочла бы не сталкиваться с мужчинами вообще, а не уметь отшивать. Просто она впервые в жизни с кем-то куда-то шла развлекаться. Ну, пусть не развлекаться – всё равно! Не за вещами по приказу Амира, просто так, сама. С другой девушкой.
Он разозлится, Дана это понимала. Главное, чтобы не очень попало Ярославе, надо взять всё на себя. Просто… есть в её арсенале мощное оружие. Она постарается заработать прощение. Даже если он что-нибудь сделает ей, как-нибудь накажет… Дана готова потерпеть. Ради такого – точно.
А может, обойдётся. Сделать так, чтобы Амир и не подумал о наказании. Кажется, несмотря на свой возраст и статус, он не слишком искушён в некоторых вещах. Ему хватает просто секса, без боли и тому подобного. Заслужить прощение раньше, чем он что-либо сделает. Может, сгодится тот восхитительный комплект из тёмно-синего атласа и кружев. Очень оригинальный бюстгальтер, простые, но соблазнительные трусики. Дане он нравился почти так же, как вишнёвый.
Или стоит выбрать чёрный? Во-первых, он с чулками, во-вторых, чёрное кружево вроде как сексуальней. И в третьих… красный, синий. Амиру это точно не напомнит её цыганское прошлое? Или попугая из детских книжек с картинками.
Ладно, синий в другой раз.
Вечер Дана будет ждать со страхом и предвкушением.
33.
Клуб был сосредоточием ярких пятен, жизнерадостной музыки, вспышек света и красивых, но бессмысленных голограмм. Дана замерла прямо на пороге зала.
Слава устала ждать её и потянула за руку:
– Ты чего, испугалась?
