– Итак, – подвёл он итог, – этого замечательного аромата ты, считай, лишилась. Пожалуй, я оставлю его себе на память. Двигаемся дальше: мои часы.
– У меня их нет, – скрипя зубами, доложила Мира, и парень с готовностью кивнул.
– Ага, слышал: вы их потеряли. Так вот если не хочешь так же потерять и своего щенка, то советую поторопиться и всё же вспомнить, куда, в какой тёмный угол вы «потеряли» мои часы. Времени тебе даю до утра. Нет… – он развёл руками, – обижайся только на себя. Не успеешь – посажу на цепь с остальными зубастыми тварями.
– Но я… – Мира хватанула воздух ртом, а парень резко расправил плечи, не позволяя возмутиться.
– Я уже говорил, что не намерен шутить? – он вызывающе приподнял одну бровь. – Мне не жаль тебя. Ни тебя, ни этого щенка. И за свои мелкие пакости вам двоим придётся ответить, – пригрозил он, бесцеремонно тыча пальцем Миру в грудь.
В какой-то момент парень нахмурился и задумчиво пробубнил:
– А впрочем… ты мне ничего не должна. Не хочешь впрягаться за своего пацана, можешь не возвращаться. Всё! – решительно подвёл он черту под сказанным. – Из посёлка выберешься на электричке. Станция в двух километрах. А вообще… думаю, такие как ты, дети улиц, не нуждаются в инструкциях, не так ли?.. – парень многозначительно хмыкнул, бросил на Миру последний, весьма вызывающий взгляд, и она поспешила сорваться с места, чтобы всё же вытащить Ваньку из беды.
У виски был странный, неприятно горький вкус, но он безотказно и непозволительно быстро бил по шарам, отключая сознание, зрение... да и остальные органы чувств по списку. Предстоял разговор с отцом. Впрочем, Ромка готовился к нему уже не первый день. Да и как готовился… тупо пасовал.
Две недели назад его нашёл нотариус и нёс по телефону сущий бред. Дело было в каком-то завещании. А что: было бы забавно похоронить неизвестную, но оттого не менее горячо любимую тётушку где-нибудь за океаном, получить её домишко с банковским счётом и десятком котов в придачу и вырваться, наконец, из-под опеки отца. Почему бы и нет?.. Котов Рома любил…
В кабинете нотариуса стало не до смеха. Завещание оказалось вовсе не глупой шуткой, а вполне себе реальным документом. А наследство Роме оставила мать. Так странно… она умерла больше года назад, а о завещании он узнал только что. Щекастый юрист в дурацком галстуке пояснил, что такова была её воля: Ромке должен был исполниться двадцать один год. Обмозговав эту новость, парень пришёл к выводу, что подобное условие было вполне разумным. Кто знает, что бы он мог накуролесить ещё год назад. На эмоциях, только лишь из желания бросить вызов отцу и всему миру в придачу!.. Сейчас же он чётко осознавал, что делать со средствами. Было у него несколько толковых идей. «Домишко», к слову, тоже поступал в его распоряжение.
А ведь Ромка и не знал, что загородный особняк достался их семье от маминых родителей. Ему всегда казалось, что роскошный дом, участок и остальные прелести деревенской жизни – результат упорного отцовского труда. Ведь тот так часто напоминал о своей важности, что помыслить о другом казалось противоестественным. Сейчас же всё виделось в ином свете. И отцовские старания оказались не более чем попыткой доказать тому же тестю свою состоятельность как мужчины. А ещё у матери были деньги. Свои деньги. И очень внушительная сумма. Ромка смотрел на выписку с унаследованного банковского счёта и будто наяву слышал, как скрипит зубами отец. Весьма сомнительно, что он мог позволить себе подобные траты.
И вот как раз на эту тему им и предстояло поговорить. Ромка должен был заявить о самостоятельности, и, признаться, наконец, что давно имеет собственное видение жизни, свои особенные представления о ведении бизнеса. За последний год он мог похвастаться тремя удачными стартапами. И это только те, которые приносили реальную прибыль. Идей была уйма, но не на каждую хватало времени и сил на раскрутку. Поиск инвесторов, опять же… Но именно эти три были вполне перспективными в смысле построения бизнеса. Стартовый капитал давно ждал своего часа. Первый миллион он заработал едва ли не шутя, второй, третий – по накатанной. И, пожалуй, только отец так этого и не заметил. Новая идея требовала развития, масштабирования, серьёзных материальных вливаний. Но всё время казалось, что обратиться за помощью к отцу рано, что он не поймёт. Добросовестность, намерения, возможности и результаты – четыре столпа бизнеса, которые уже были в копилке Ромы. Вот только отец не признавал каких-то новшеств. Строительство, алкоголь, продукты питания, здравоохранение – вот те позиции, к которым следовало стремиться. Основа основ! Потому что народ всегда хочет есть, пить, жить в собственной лачуге и чувствовать себя умеренно здоровым. Так твердил отец. Твердил и всячески способствовал тому, чтобы Ромка пробился, продавил себе дорожку в нужную сторону. И хотя сама идея с продуктами питания тоже топталась в очереди, Роме не нужна была «правильная» сторона, ему было нужно время. И потому практике в серьёзной строительной организации он предпочёл сомнительное место в заштатной конторке. Уж там времени было вагон!
И вот сейчас он напивался. Не для того, чтобы разобраться в себе, а чтобы заглушить обиду, ведь отец в него не верил и вместо такой необходимой сейчас поддержки только успевал выдавать нагоняи, устраивать разносы и втаптывать амбиции в пол.
Пришёл в себя Ромка от гневного рыка отца, хотя точно помнил, что засыпал, устроив локти на барной стойке. Батя нёс какой-то бред и плевался обвинениями. В себе Рома был уверен, потому и не торопился покаянно опускать голову, но отец гнул свою линию и уступать не собирался.
Слово за слово, агрессия в ответ на агрессию и вот из банальной перепалки они вышли на реальную ссору с последствиями. Ромка вспылил, да!.. Но и отец не подарок. Чего только стоило его нелепое обвинение, будто он кого-то трахнул и избил. Бред! А впрочем, Рома давно не в ладах с администратором клуба и чаще являлся туда, чтобы поиграть на нервах. Доигрался, что б его! Из путаных объяснений отца выходило, что где-то Ромка всё же накосячил, где-то попался. На ум сразу пришла Алинка с её закидонами. Она предпочитала пожёстче и ловила кайф от ролевых игр в подчинение. Несколько раз девчонка нарывалась на откровенных садистов и вот закономерный результат. Правда, в качестве овцы выбрали Ромку. Обидно. Но не так обидно, как обвинительный взгляд отца. Хотя разочарования в этом его взгляде было куда больше. И как закономерный результат – громкие фразы вроде «ты мне больше не сын».
Ромка ответил. Просто ответил, не более. И про наследство вспомнил, и про права. А в результате вышло так, как вышло. И вот он остался один в огромном доме. Разве не этого хотел? Не этого, ***дь! И как граната в спину прилетело заявление, будто Ромка отцу неродной. Звучало до примитивного тупо. Но так низко и подло обычно мстят бабы. Не в характере отца выкидывать подобный фортель – в этом батя был кремень. Его слово – закон. И что же тогда получается?..
На эмоциях Рома даже набрал лучшую мамину подругу, Агнию. Та была барышней с чудинкой, но в целом адекватной. На простой вопрос она заметно замялась и весьма неумело ушла от ответа. Пригласила на чай. Да так затейливо пригласила, что аппетит пропал напрочь… впрочем, как и желание спать.
Для чая рановато, но ждать сейчас было подобно самоубийству, и Рома отправился в гости. Агния улыбалась ему как своему лучшему любовнику и, несмотря на ранний час, пригласила войти. Стоит отметить, что в подростковом возрасте в её присутствии Рома часто испытывал характерную неловкость. Сейчас он с ностальгией припомнил её фокусы и вынужден был признать, что все прежние улыбочки, ужимочки, намёки – не более чем тонкий и весьма изысканный флирт. А, учитывая, что виделись они часто, Агния надрессировала Ромку «на отлично» и в присутствии ровесниц он откровенно скучал, повышая планку до девушек с фантазией. Поэтому у него были лучшие подружки. Самые азартные, самые заводные, самые горячие. Правда, глядя сейчас на Агнию, Рома был вынужден признать, что любую из его бывших пассий эта мадам с лёгкостью заткнёт за пояс.
Агния предложила ему устроиться за столом и действительно подала чай. До последнего Ромка считал, что это её приглашение лишь способ развеять скуку. А, учитывая, что галантностью он в принципе никогда не отличался и вёл себя довольно резко, то вести светские беседы отказался.
– Что там с моим отцом? – напомнил он суть вопроса, и Агния капризно надула губы.
– Рома, Рома, ромашка, – ласково рассмеялась она и с материнской заботой пригладила его непослушные волосы. – И когда только успел вырасти? Я помню тебя прежним: ты с удовольствием слушал мои рассказы, не смея подать голос – всё чаще прятался за вот такой же чашкой чая и очаровательно краснел.
Женщина с умилением вздохнула, и Рома вскинул подбородок, давая понять, что вести в этом диалоге будет не она.
– Мама мне завещала дом и счёт в банке. Ты что-нибудь об этом знаешь? – весьма невежливо продолжил он, и в этот раз Агния вздохнула опечаленно.
– И всё-таки жаль, что ты вырос…
Она склонила голову набок и криво улыбнулась. Это её ничуть не портило, ведь Агния была из тех женщин, которые с возрастом становятся только лучше. Она умудрялась злиться, язвить, ненавидеть… и при этом оставаться божественно красивой. Красивой, яркой, незабываемой. Но на Ромкин вкус приторно-сладкой. В ней всего было слишком, всего с избытком. С избытком игры и с избытком честности. Но только если она того хотела. Сейчас Агнию не посетило желание развлекаться, и это её расстраивало куда больше прозвучавшего вопроса. И вот она передёрнула острыми плечиками, из-за чего шёлковый халатик сполз набок, чуть открывая полную грудь. Она старательно вздохнула и выдала вымученную улыбку.
– Я не была знакома с твоим отцом, – на этом Агния извинительно развела руками. – Но я видела его несколько раз. Вы очень похожи.
Рома едва сдержался от того, чтобы чертыхнуться.
– Да ладно… – сплюнул он в сердцах. – И ты туда же! Ну, понятно отец злился…
Ромка непроизвольно вскинул руки и сжал кулаки. Агния обольстительно улыбнулась.
– А какой смысл отпираться, если это правда? – резонно заметила она. – А что с Борей, почему он злится?
– Да там… – Рома запнулся и бросил на женщину опасный взгляд: она хотела увести разговор в сторону. – Давай не сейчас… – весьма деликатно предупредил он её следующие попытки.
Агния вскинула руки в знаке капитуляции.
– Ты хочешь сказать, что мама изменяла отцу?
– Я не знаю, что произошло между ними, но едва ли это была измена. А впрочем, Лия была такой женщиной… – Агния довольно зажмурилась и причмокнула губами. – Это сложно описать словами, это можно только прочувствовать.
Рома противно оскалился.
– Ну, ты уж постарайся. Ради меня.
Агния игриво прикусила губу и закатила глаза, словно испытывала состояние блаженства.
– Перед ней нельзя было устоять. Одним своим присутствием Лия связывала мужчин по рукам и ногам. Как бомба отсроченного действия. Сначала поражала, а, уходя, убивала наповал. Она обладала какой-то особой энергетикой. Скажу честно, я ей завидовала, – на этом Агния подмигнула и раскованно рассмеялась глухому Ромкиному рыку. – Когда Лия вышла замуж, я даже отчасти была рада, что лишилась такой сильной соперницы. Но ведь мужчинам совершенно безразлично, какую женщину желать: не обременённую отношениями или находящуюся глубоко замужем. Это какая-то магия. Или игра гормонов.
– Не тебе жаловаться на отсутствие мужского внимания, – заметил Ромка, и Агния уклончиво кивнула.
– У Лии область поражения превосходила мою во сто крат! – произнесла она так, будто хвастала, но Рома не оценил, и ей пришлось свернуть эту тему. – Я, правда, не знаю, что между ними произошло. Я имею в виду твоих родителей, – с хитрецой уточнила Агния, и Рома беспомощно прикрыл глаза: эта женщина будет говорить то, что хочет или не будет говорить вообще!
– А что произошло между матерью и её любовником, знаешь?
– Фу, какой ты стал грубый! Это была вовсе не постельная утеха, как ты успел себе представить.
– А что же?
– Что? – Агния выглядела так, будто и сама впервые задумалась над этим, а затем едва не облизнулась от удовольствия. – Это был ядерный взрыв! У этих двоих просто не было шанса разминуться или как-то обойти судьбу.
– Ну, раз всё было так серьёзно, почему же она не ушла от отца?
– Думаю, потому что любила.
Рома едва не поперхнулся той патокой, которую женщина вложила в свои слова и в общий смысл.
– Отца? – прокашлявшись, уточнил Рома, и Агния скривилась в отвращении.
– При чём здесь твой отец?! – фыркнула женщина. – Лия влюбилась в того мальчишку! До одури, как сказали бы сейчас! – глаза Агнии сверкнули. Сверкнули азартом и… да… это, действительно, была зависть.
– Что значит в мальчишку?
Агния снова пожала плечиками, но в этот раз придержала ворот халатика рукой.
– Я точно не помню… кажется, ему было всего шестнадцать, – разглядев в лице Ромы растерянность, Агния поспешила добавить: – Но уверяю: потерять голову от этого парня могла любая. Правда, лично я не удивилась, что он выбрал твою мать.
– Ты выдумала это только что? – рыкнул Рома, не желая мириться с мыслями, что сейчас бродили в его голове.
– Лия боялась испортить мальчику жизнь и потому вернулась к мужу. Никто не знал. Просто глаза, которые искрятся счастьем, не утаить.
Рома внимательно выслушал этот бред и решительно выдохнул.
– Ну, отлично! Вот просто груз с плеч! Агния, ты это серьёзно?!
– Более чем… – отозвалась она так, будто подобное было в порядке вещей. – К тому же ты совершенно не похож на Борю, а вот на мальчишку… – Агния примерилась. – У тебя тот же волчий взгляд и обезьянья ловкость по жизни. Я слышала о твоих последних успехах, – будто секретом поделилась она, приставив ладошки к уголкам рта. – Мама была бы довольна.
– Серьёзно? Рад, что ты так считаешь, – язвительно скривился Рома и вымученно простонал: – Чё-ёрт!.. Да какого хрена, а?! Какого хрена всё это дерьмо выплеснулось на меня сейчас?!
– Ты напрасно так расстраиваешься. Всё вышло более чем удачно. В конце концов, считай, что теперь у тебя два отца!
– Я подозреваю, что теперь у меня ни одного, – зло процедил Рома и сжал в кулаках набалдашники дубовых подлокотников. – Сегодня утром отец выгнал меня из дома на вольные хлеба. И если бы не наследство, я бы остался на улице, – пояснил он.
Агния прогнулась в спине, выставляя вперёд роскошную грудь.
– Не говори глупостей, я бы всегда приютила тебя. В конце концов, я многим обязана твоей маме…
Рома бессмысленно кивнул этим её словам, как вдруг нахмурился.
– А когда ты сказала «два отца»… Ты что имела в виду?
– Только то, что Юра вернулся несколько лет назад.
– А Юра, как я понял, это тот самый…
Отчего-то продолжить Рома не осмелился. По правде говоря, так и не свыкся с той истиной, что стоит внести поправки в родословную.
– Помню, когда он только появился в городе, твой папаша вознамерился проесть Лие плешь, так зудел! Можно подумать, она звала его!
– Ты ведь сказала, что не знакома с ним, – Рома подловил Агнию на лжи, а та независимо тряханула головой.
– Я всего лишь имела в виду, что мы не были представлены друг другу.
– У меня их нет, – скрипя зубами, доложила Мира, и парень с готовностью кивнул.
– Ага, слышал: вы их потеряли. Так вот если не хочешь так же потерять и своего щенка, то советую поторопиться и всё же вспомнить, куда, в какой тёмный угол вы «потеряли» мои часы. Времени тебе даю до утра. Нет… – он развёл руками, – обижайся только на себя. Не успеешь – посажу на цепь с остальными зубастыми тварями.
– Но я… – Мира хватанула воздух ртом, а парень резко расправил плечи, не позволяя возмутиться.
– Я уже говорил, что не намерен шутить? – он вызывающе приподнял одну бровь. – Мне не жаль тебя. Ни тебя, ни этого щенка. И за свои мелкие пакости вам двоим придётся ответить, – пригрозил он, бесцеремонно тыча пальцем Миру в грудь.
В какой-то момент парень нахмурился и задумчиво пробубнил:
– А впрочем… ты мне ничего не должна. Не хочешь впрягаться за своего пацана, можешь не возвращаться. Всё! – решительно подвёл он черту под сказанным. – Из посёлка выберешься на электричке. Станция в двух километрах. А вообще… думаю, такие как ты, дети улиц, не нуждаются в инструкциях, не так ли?.. – парень многозначительно хмыкнул, бросил на Миру последний, весьма вызывающий взгляд, и она поспешила сорваться с места, чтобы всё же вытащить Ваньку из беды.
Глава 3
У виски был странный, неприятно горький вкус, но он безотказно и непозволительно быстро бил по шарам, отключая сознание, зрение... да и остальные органы чувств по списку. Предстоял разговор с отцом. Впрочем, Ромка готовился к нему уже не первый день. Да и как готовился… тупо пасовал.
Две недели назад его нашёл нотариус и нёс по телефону сущий бред. Дело было в каком-то завещании. А что: было бы забавно похоронить неизвестную, но оттого не менее горячо любимую тётушку где-нибудь за океаном, получить её домишко с банковским счётом и десятком котов в придачу и вырваться, наконец, из-под опеки отца. Почему бы и нет?.. Котов Рома любил…
В кабинете нотариуса стало не до смеха. Завещание оказалось вовсе не глупой шуткой, а вполне себе реальным документом. А наследство Роме оставила мать. Так странно… она умерла больше года назад, а о завещании он узнал только что. Щекастый юрист в дурацком галстуке пояснил, что такова была её воля: Ромке должен был исполниться двадцать один год. Обмозговав эту новость, парень пришёл к выводу, что подобное условие было вполне разумным. Кто знает, что бы он мог накуролесить ещё год назад. На эмоциях, только лишь из желания бросить вызов отцу и всему миру в придачу!.. Сейчас же он чётко осознавал, что делать со средствами. Было у него несколько толковых идей. «Домишко», к слову, тоже поступал в его распоряжение.
А ведь Ромка и не знал, что загородный особняк достался их семье от маминых родителей. Ему всегда казалось, что роскошный дом, участок и остальные прелести деревенской жизни – результат упорного отцовского труда. Ведь тот так часто напоминал о своей важности, что помыслить о другом казалось противоестественным. Сейчас же всё виделось в ином свете. И отцовские старания оказались не более чем попыткой доказать тому же тестю свою состоятельность как мужчины. А ещё у матери были деньги. Свои деньги. И очень внушительная сумма. Ромка смотрел на выписку с унаследованного банковского счёта и будто наяву слышал, как скрипит зубами отец. Весьма сомнительно, что он мог позволить себе подобные траты.
И вот как раз на эту тему им и предстояло поговорить. Ромка должен был заявить о самостоятельности, и, признаться, наконец, что давно имеет собственное видение жизни, свои особенные представления о ведении бизнеса. За последний год он мог похвастаться тремя удачными стартапами. И это только те, которые приносили реальную прибыль. Идей была уйма, но не на каждую хватало времени и сил на раскрутку. Поиск инвесторов, опять же… Но именно эти три были вполне перспективными в смысле построения бизнеса. Стартовый капитал давно ждал своего часа. Первый миллион он заработал едва ли не шутя, второй, третий – по накатанной. И, пожалуй, только отец так этого и не заметил. Новая идея требовала развития, масштабирования, серьёзных материальных вливаний. Но всё время казалось, что обратиться за помощью к отцу рано, что он не поймёт. Добросовестность, намерения, возможности и результаты – четыре столпа бизнеса, которые уже были в копилке Ромы. Вот только отец не признавал каких-то новшеств. Строительство, алкоголь, продукты питания, здравоохранение – вот те позиции, к которым следовало стремиться. Основа основ! Потому что народ всегда хочет есть, пить, жить в собственной лачуге и чувствовать себя умеренно здоровым. Так твердил отец. Твердил и всячески способствовал тому, чтобы Ромка пробился, продавил себе дорожку в нужную сторону. И хотя сама идея с продуктами питания тоже топталась в очереди, Роме не нужна была «правильная» сторона, ему было нужно время. И потому практике в серьёзной строительной организации он предпочёл сомнительное место в заштатной конторке. Уж там времени было вагон!
И вот сейчас он напивался. Не для того, чтобы разобраться в себе, а чтобы заглушить обиду, ведь отец в него не верил и вместо такой необходимой сейчас поддержки только успевал выдавать нагоняи, устраивать разносы и втаптывать амбиции в пол.
Пришёл в себя Ромка от гневного рыка отца, хотя точно помнил, что засыпал, устроив локти на барной стойке. Батя нёс какой-то бред и плевался обвинениями. В себе Рома был уверен, потому и не торопился покаянно опускать голову, но отец гнул свою линию и уступать не собирался.
Слово за слово, агрессия в ответ на агрессию и вот из банальной перепалки они вышли на реальную ссору с последствиями. Ромка вспылил, да!.. Но и отец не подарок. Чего только стоило его нелепое обвинение, будто он кого-то трахнул и избил. Бред! А впрочем, Рома давно не в ладах с администратором клуба и чаще являлся туда, чтобы поиграть на нервах. Доигрался, что б его! Из путаных объяснений отца выходило, что где-то Ромка всё же накосячил, где-то попался. На ум сразу пришла Алинка с её закидонами. Она предпочитала пожёстче и ловила кайф от ролевых игр в подчинение. Несколько раз девчонка нарывалась на откровенных садистов и вот закономерный результат. Правда, в качестве овцы выбрали Ромку. Обидно. Но не так обидно, как обвинительный взгляд отца. Хотя разочарования в этом его взгляде было куда больше. И как закономерный результат – громкие фразы вроде «ты мне больше не сын».
Ромка ответил. Просто ответил, не более. И про наследство вспомнил, и про права. А в результате вышло так, как вышло. И вот он остался один в огромном доме. Разве не этого хотел? Не этого, ***дь! И как граната в спину прилетело заявление, будто Ромка отцу неродной. Звучало до примитивного тупо. Но так низко и подло обычно мстят бабы. Не в характере отца выкидывать подобный фортель – в этом батя был кремень. Его слово – закон. И что же тогда получается?..
На эмоциях Рома даже набрал лучшую мамину подругу, Агнию. Та была барышней с чудинкой, но в целом адекватной. На простой вопрос она заметно замялась и весьма неумело ушла от ответа. Пригласила на чай. Да так затейливо пригласила, что аппетит пропал напрочь… впрочем, как и желание спать.
Для чая рановато, но ждать сейчас было подобно самоубийству, и Рома отправился в гости. Агния улыбалась ему как своему лучшему любовнику и, несмотря на ранний час, пригласила войти. Стоит отметить, что в подростковом возрасте в её присутствии Рома часто испытывал характерную неловкость. Сейчас он с ностальгией припомнил её фокусы и вынужден был признать, что все прежние улыбочки, ужимочки, намёки – не более чем тонкий и весьма изысканный флирт. А, учитывая, что виделись они часто, Агния надрессировала Ромку «на отлично» и в присутствии ровесниц он откровенно скучал, повышая планку до девушек с фантазией. Поэтому у него были лучшие подружки. Самые азартные, самые заводные, самые горячие. Правда, глядя сейчас на Агнию, Рома был вынужден признать, что любую из его бывших пассий эта мадам с лёгкостью заткнёт за пояс.
Агния предложила ему устроиться за столом и действительно подала чай. До последнего Ромка считал, что это её приглашение лишь способ развеять скуку. А, учитывая, что галантностью он в принципе никогда не отличался и вёл себя довольно резко, то вести светские беседы отказался.
– Что там с моим отцом? – напомнил он суть вопроса, и Агния капризно надула губы.
– Рома, Рома, ромашка, – ласково рассмеялась она и с материнской заботой пригладила его непослушные волосы. – И когда только успел вырасти? Я помню тебя прежним: ты с удовольствием слушал мои рассказы, не смея подать голос – всё чаще прятался за вот такой же чашкой чая и очаровательно краснел.
Женщина с умилением вздохнула, и Рома вскинул подбородок, давая понять, что вести в этом диалоге будет не она.
– Мама мне завещала дом и счёт в банке. Ты что-нибудь об этом знаешь? – весьма невежливо продолжил он, и в этот раз Агния вздохнула опечаленно.
– И всё-таки жаль, что ты вырос…
Она склонила голову набок и криво улыбнулась. Это её ничуть не портило, ведь Агния была из тех женщин, которые с возрастом становятся только лучше. Она умудрялась злиться, язвить, ненавидеть… и при этом оставаться божественно красивой. Красивой, яркой, незабываемой. Но на Ромкин вкус приторно-сладкой. В ней всего было слишком, всего с избытком. С избытком игры и с избытком честности. Но только если она того хотела. Сейчас Агнию не посетило желание развлекаться, и это её расстраивало куда больше прозвучавшего вопроса. И вот она передёрнула острыми плечиками, из-за чего шёлковый халатик сполз набок, чуть открывая полную грудь. Она старательно вздохнула и выдала вымученную улыбку.
– Я не была знакома с твоим отцом, – на этом Агния извинительно развела руками. – Но я видела его несколько раз. Вы очень похожи.
Рома едва сдержался от того, чтобы чертыхнуться.
– Да ладно… – сплюнул он в сердцах. – И ты туда же! Ну, понятно отец злился…
Ромка непроизвольно вскинул руки и сжал кулаки. Агния обольстительно улыбнулась.
– А какой смысл отпираться, если это правда? – резонно заметила она. – А что с Борей, почему он злится?
– Да там… – Рома запнулся и бросил на женщину опасный взгляд: она хотела увести разговор в сторону. – Давай не сейчас… – весьма деликатно предупредил он её следующие попытки.
Агния вскинула руки в знаке капитуляции.
– Ты хочешь сказать, что мама изменяла отцу?
– Я не знаю, что произошло между ними, но едва ли это была измена. А впрочем, Лия была такой женщиной… – Агния довольно зажмурилась и причмокнула губами. – Это сложно описать словами, это можно только прочувствовать.
Рома противно оскалился.
– Ну, ты уж постарайся. Ради меня.
Агния игриво прикусила губу и закатила глаза, словно испытывала состояние блаженства.
– Перед ней нельзя было устоять. Одним своим присутствием Лия связывала мужчин по рукам и ногам. Как бомба отсроченного действия. Сначала поражала, а, уходя, убивала наповал. Она обладала какой-то особой энергетикой. Скажу честно, я ей завидовала, – на этом Агния подмигнула и раскованно рассмеялась глухому Ромкиному рыку. – Когда Лия вышла замуж, я даже отчасти была рада, что лишилась такой сильной соперницы. Но ведь мужчинам совершенно безразлично, какую женщину желать: не обременённую отношениями или находящуюся глубоко замужем. Это какая-то магия. Или игра гормонов.
– Не тебе жаловаться на отсутствие мужского внимания, – заметил Ромка, и Агния уклончиво кивнула.
– У Лии область поражения превосходила мою во сто крат! – произнесла она так, будто хвастала, но Рома не оценил, и ей пришлось свернуть эту тему. – Я, правда, не знаю, что между ними произошло. Я имею в виду твоих родителей, – с хитрецой уточнила Агния, и Рома беспомощно прикрыл глаза: эта женщина будет говорить то, что хочет или не будет говорить вообще!
– А что произошло между матерью и её любовником, знаешь?
– Фу, какой ты стал грубый! Это была вовсе не постельная утеха, как ты успел себе представить.
– А что же?
– Что? – Агния выглядела так, будто и сама впервые задумалась над этим, а затем едва не облизнулась от удовольствия. – Это был ядерный взрыв! У этих двоих просто не было шанса разминуться или как-то обойти судьбу.
– Ну, раз всё было так серьёзно, почему же она не ушла от отца?
– Думаю, потому что любила.
Рома едва не поперхнулся той патокой, которую женщина вложила в свои слова и в общий смысл.
– Отца? – прокашлявшись, уточнил Рома, и Агния скривилась в отвращении.
– При чём здесь твой отец?! – фыркнула женщина. – Лия влюбилась в того мальчишку! До одури, как сказали бы сейчас! – глаза Агнии сверкнули. Сверкнули азартом и… да… это, действительно, была зависть.
– Что значит в мальчишку?
Агния снова пожала плечиками, но в этот раз придержала ворот халатика рукой.
– Я точно не помню… кажется, ему было всего шестнадцать, – разглядев в лице Ромы растерянность, Агния поспешила добавить: – Но уверяю: потерять голову от этого парня могла любая. Правда, лично я не удивилась, что он выбрал твою мать.
– Ты выдумала это только что? – рыкнул Рома, не желая мириться с мыслями, что сейчас бродили в его голове.
– Лия боялась испортить мальчику жизнь и потому вернулась к мужу. Никто не знал. Просто глаза, которые искрятся счастьем, не утаить.
Рома внимательно выслушал этот бред и решительно выдохнул.
– Ну, отлично! Вот просто груз с плеч! Агния, ты это серьёзно?!
– Более чем… – отозвалась она так, будто подобное было в порядке вещей. – К тому же ты совершенно не похож на Борю, а вот на мальчишку… – Агния примерилась. – У тебя тот же волчий взгляд и обезьянья ловкость по жизни. Я слышала о твоих последних успехах, – будто секретом поделилась она, приставив ладошки к уголкам рта. – Мама была бы довольна.
– Серьёзно? Рад, что ты так считаешь, – язвительно скривился Рома и вымученно простонал: – Чё-ёрт!.. Да какого хрена, а?! Какого хрена всё это дерьмо выплеснулось на меня сейчас?!
– Ты напрасно так расстраиваешься. Всё вышло более чем удачно. В конце концов, считай, что теперь у тебя два отца!
– Я подозреваю, что теперь у меня ни одного, – зло процедил Рома и сжал в кулаках набалдашники дубовых подлокотников. – Сегодня утром отец выгнал меня из дома на вольные хлеба. И если бы не наследство, я бы остался на улице, – пояснил он.
Агния прогнулась в спине, выставляя вперёд роскошную грудь.
– Не говори глупостей, я бы всегда приютила тебя. В конце концов, я многим обязана твоей маме…
Рома бессмысленно кивнул этим её словам, как вдруг нахмурился.
– А когда ты сказала «два отца»… Ты что имела в виду?
– Только то, что Юра вернулся несколько лет назад.
– А Юра, как я понял, это тот самый…
Отчего-то продолжить Рома не осмелился. По правде говоря, так и не свыкся с той истиной, что стоит внести поправки в родословную.
– Помню, когда он только появился в городе, твой папаша вознамерился проесть Лие плешь, так зудел! Можно подумать, она звала его!
– Ты ведь сказала, что не знакома с ним, – Рома подловил Агнию на лжи, а та независимо тряханула головой.
– Я всего лишь имела в виду, что мы не были представлены друг другу.
