Сон моментом слетает с меня.
— Точно, рисунок, — бью себя по лбу ладонью и нехотя встаю с кровати.
— Как ты думаешь, что мне лучше надеть? – спрашиваю я у подруги.
— Давай посмотрим, – Ксю распахивает гардероб и начинает перебирать мою одежду.
Через 15 минут наших стараний, мы сходимся на небесно —голубом платье, чуть выше колен. Оно изящно подчеркивает мою талию, а расклешенная юбка с кокетливо выглядывающим подъюбошником по линии низа придает моему образу романтический вид. Да и цвет этого платья создает идеальный контраст с моими волосами.
— Давай собирайся быстрее, а я пойду посмотрю, как там парни, может, уже поубивали друг друга.
Когда я спустилась на кухню, Эрика там уже не было. Легкая грусть коснулась меня. Где он опять?
— Привет, лучик солнца! – Кристиан как всегда светился своей улыбкой.
— Привет! Извини, что задержалась. Проспала.
— Ничего страшного. Я по дороге заехал в пекарню и решил купить тебе круассанов с шоколадом, – и Крис машет бумажным пакетом с выпечкой. – Надеюсь, ты такое любишь?
Ну конечно, откуда ему знать, что я терпеть не могу это слоенное великолепие, да еще и с шоколадом! Прям двойное комбо моей нелюбви, хуже, наверное, сельдерей! Поступок Кристиана весьма милый, конечно, я не скажу, что он не угадал с выбором моего завтрака.
— Да, — звучит мой ответ с легкой улыбкой на губах.
И практически в унисон со мной из дверного проема доносится голос с легкой хрипотцой:
— Нет, она терпеть их не может.
И на кухню, собственной персоной вплывает Эрик. Мое глупое сердце начинает сразу отплясывать канкан, а уголки губ готовы вот
—вот расползтись чуть ли не до самых ушей. Сразу вспоминаю недавний завтрак, где мы обсуждали с Дэвидом
, что лучше есть по утрам, и я невзначай сказала, что не люблю круассаны вообще, а с шоколадом
— тем более. Значит, Эрик услышал и запомнил. Как же это приятно!
«Джулия, ты что тут растаяла, как мороженое на солнце» — прорезается в голове мой внутренний голос на пару с гордостью «У него вообще
—то мисс породистая лошадь есть».
Не обращая внимания ни на кого, Эрик подходит к Крису и забирает пакет с выпечкой.
— Но я вполне могу их за нее съесть, – ухмыляется он.
— А вот и нет! – подлетев к Гризли, выдираю несчастную упаковку с выпечкой и, глядя на Криса, отвечаю на его вопрос — я люблю круассаны! А Эрик, наверное, перепутал меня с какой
—нибудь другой девушкой.
Рядом с собой я слышу хмыканье. Да пусть хоть обхмыкается, дубина двухметровая!
— Джул, а разве ты… – договорить брату я не даю.
— Дэв, отстань! Крис, – обращаюсь я к парню, – пойдем позавтракаем вдвоем на веранде, а то тут душно. И заодно обсудим наш план действий на сегодня.
— Как скажешь, принцесса.
Встав из —за стола, парень, как бы невзначай, задевает плечом Эрика, и я вижу, как у того желваки начинают играть на щеках и брови сходятся на переносице. Честное слово, он так часто это делает, что, наверное, его брови вообще скоро срастутся в одну линию.
Поняв, что обстановка начинает накаляться, я хватаю Криса за руку и волоку быстрее на веранду.
Там, усевшись в плетеное кресло, я просто молчу, уставившись вдаль.
— Джул, если ты не любишь круассаны, не обязательно делать вид, что ты их хочешь съесть. Это я ступил, не поинтересовался, что ты любишь. Но почему —то решил, что девочки любят такую сдобу и шоколад, – извиняющимся голосом говорит парень.
— Все нормально, честное слово. Спасибо, мне очень приятна твоя забота. Правда, все хорошо, – пытаюсь я успокоить Криса.
— А ты их вот так, в сухомятку, есть будешь? Хочешь, я чего —нибудь принесу? Чай, сок?
— Я кофе люблю. Не надо, я сама схожу. Подожди меня, пожалуйста.
На кухне остался только Эрик. У меня возникло дикое желание вернуться на веранду, и поэтому я немного замешкалась в дверном проеме.
— Не стесняйся, Джулия, проходи. Ты решила составить мне компанию? Бросила своего художника? Как его там зовут — Ржавый? — ухмыляется Гризли.
— Медный, а точнее сказать, Кристиан! Я за кофе пришла.
Пока готовилось кофе, я стояла спиной к Эрику и чувствовала его обжигающий взгляд на своей спине. Вдруг, над самым ухом я услышала шепот:
— Мелочь. Обманывать нехорошо! Я же знаю, что ты не любишь эти круассаны. Ты другое любишь, – и парень слегка дует мне в шею.
Он слишком близко подошел ко мне, я ощущаю жар его тела. Мое дыхание замирает.
— Ме —лочь, — опять по слогам, как бы пробуя это несчастное слово, произносит Эрик — ты себе хотя бы не ври.
После этих слов он зарывается носом в мои волосы и жадно вдыхает их аромат.
— Ты мой фиалковый космос, – слышу его хриплый голос.
До боли закусив губу, я стою и боюсь пошевелиться. Мое сердце бьется так громко, что мне кажется, его звук подобен барабану, разносящемуся далеко за пр
еделы моей груди. Время замерло... Задыхаясь от переполняющих меня чувств, таких острых и ярких, я боюсь повернуться и заглянуть в черные глаза. Знаю, что если сейчас посмотрю в них, то точно провалюсь в эту сверкающую бездну. Стоявший за мной парень отходит. А мне хочется кричать: «Ты куда? Не уходи! Обними меня! Пожалуйста!»
— Кофе готово, – спокойный голос парня возвращает меня в реальность.
Развернувшись, я вижу лукавую полуулыбку на его лице.
— Тебя ждет замечательный завтрак с шоколадными круассанами, Мелочь, – его улыбка становится еще шире.
Он издевается надо мной? От гнева у меня темнеет в глазах.
— Наглый Лис! – вырывается у меня. Я помню, как ему не понравилось это обращение. Пусть и сейчас будет неприятно!
Улыбка сразу сходит с лица парня. На лбу появляются гневные морщинки. Эрик медленно, будто реально превратился в Лиса, увидавшего свою добычу, подходит ко мне.
— Я говорил тебе, — не надо меня так называть.
Сколько звенящего металла и холода в этой фразе!
— А я сколько раз просила не называть меня Мелочью? И вообще, катись ты к черту! – оттолкнув парня и схватив кофе, ушла на веранду.
— Я вернулась, – с улыбкой сказала я Крису. – Пять минут и я свободна.
— Не спеши, пожалуйста. У нас полно времени, – вернул мне улыбку парень.
— Мне кажется, – продолжил он – идеально будет посадить тебя вон под то раскидистое дерево.
Эта была старая липа, которая раскинула свои ветви, подобно крыльям гигантской птицы.
— Посмотри, как солнечные лучи пробиваются через зеленое облако листвы! Я уже вижу, как они скользят по твоей молочной коже и исчезают, запутавшись в золотых кудрях!
Взяв плетеное кресло, Крис относит его к дереву, отходит, всматривается, чуть двигает его и опять смотрит. Потом сам себе кивает головой и идет к своей машине. Вскоре под деревом появляется этюдник, и оттуда, как из волшебного сундучка, начинают появляться бумага, кисти, краски, палитра и много других мелочей.
Я вижу, как горят глаза у парня, он такой милый. Надо действительно присмотреться к нему и выкинуть этого Гризли из головы.
— Вау! – говорю я, подходя к парню. – Столько всего интересного тут у тебя! Я готова. Как лучше сесть?
— Принцесса, ты немного испачкалась. – и Крис большим пальцем проводит вдоль губ, немного задержавшись на них, а потом облизывает свой палец, не отрывая взгляда от меня. –
Шоколад, но теперь все хорошо. – улыбается он мне.
Взяв мою руку, он подводит меня к креслу и сажает на него, словно королеву на трон.
— Вот так, — приговаривает он, поправляя мои волосы, – отлично!
Время начинает тянуться, как резиновое. Если бы знала, что так скучно быть моделью для художника, в жизни бы не согласилась!
— Можно посмотр
еть? – через пару часов интересуюсь я.
— Устала? — глаза Криса с теплотой смотрят на меня.
— Мне кажется, еще пять минут в этом кресле и мой портрет, что сейчас ты пишешь, станет посмертным. – совершенно серьезно, не меняя позы и выражения лица, говорю я.
— Принцесса, я этого не переживу, – смеется парень – иди сюда.
— Как здорово у тебя получается, ты талантище! — восхищение переполняет меня.
Портрет дышит легкостью, а невесомые мазки создают симфонию оттенков. Прозрачные, словно утренний туман краски, нежно обволакивают черты лица, придавая им загадочность. Портрет живой, он дышит
, и я это чувствую!
— Как, как так можно творить? Это же безумно сложно!
— Хочешь попробовать? – предлагает мне Крис.
— Ты что? Я не умею.
— Не бойся, я помогу. — и парень убирает мой портрет, прикрепляя новый лист шершавой бумаги, — иди сюда.
Крис ставит меня перед этюдником, а сам заходит мне за спину. Неспешно вкладывает в мою руку кисть и сжимает ее своей ладонью. Вторую его руку я ощущаю на своей талии.
— Расслабься, – слышу я над своим ухом, – ты очень напряжена.
«Серьезно? – проносится у меня в голове, – ты еще поближе подойди и я совсем расслаблюсь»
— Ага. – это все, что я смогла сказать.
Парень, держа мою руку, начинает давать мне урок.
— Так, возьмем немного этой краски, нанесем ее на палитру, теперь вот этой. Ага. Немного воды. Оп, и делаем легкий мазок.
Кисть, зажатая в моих руках и управляемая художником, начинает творить волшебство.
— А теперь попробуй сама. – и Крис отпускает меня.
Макнув кисть в краску, развернувшись, делаю резкий мазок по щеке Кристиана.
— Я попробовала, так мне нравится больше. – смеюсь я.
Парень резко хватает меня за талию и прижимает к себе, свободной рукой отбирает кисть и дотрагивается до кончика моего носа.
— Мне так тоже больше нравится, принцесса.
— Ах. — наиграно восклицаю я и
, вырвавшись из его объятий, убегаю.
Возле крыльца, когда расстояние между нами становится ничтожным, Крис заключает меня в крепкие объятия и, оторвав от земли, начинает кружить, погрузив в вихрь эмоций. Время замедляется, и мы замедляемся вместе с ним. Глаза в глаза. Его жаркое дыхание на моей щеке. Я продолжаю держаться за шею парня, а его руки не спешат ставить меня на землю. Легкий поцелуй в висок, задержавшись, Крис делает вдох и скользит губами по моей скуле.
— Принцесса. – и его дыхание обжигает мне губы.
Закрыв глаза, я отдаюсь новым ощущениям.
Его губы успевают только дотронуться до моих, как в доме раздается грохот. Вздрогнув, я освобождаюсь из объятий и замечаю взгляд черных колючих глаз, что устави
вшихся на меня через кухонное окно. Поправив платье, беру Криса за руку.
— Пойдем, продолжим. Я хочу сегодня получить свой портрет.
— Как скажешь, принцесса.
Идя к дереву, я продолжаю ощущать сверлящий меня тяжелый взгляд. Как вселенная сочетает в себе холод космоса и жар звезд, так же и этот взгляд подобен вселенной. Он обжигал и замораживал меня одновременно.
Эрик
С того момента, как я собрался поговорить по душам с Джулией, у меня все идет через одно место.
Тут еще этот художник появился! Будь он трижды проклят! А эта история с круассанами?! Я же точно знаю, что она терпеть их не может! Зачем тогда устроила эту комедию? Что, так этот убогий ей понравился?!
Долго он будет еще ее портрет там рисовать? Подойдя к окну, я наблюдал за стараниями художника. Бедная девочка, наверное, уже устала позировать! Может, мне выйти и предложить ей сок? Малышка сидела в кресле, как фарфоровая куколка на прилавке из антикварного магазина. Такая же нежная и хрупкая. Сильно захотелось подойти и обнять ее, провести ладонью по золотым кудрям.
Черт, что там происходит? Этот недоумок взял и по —свойски положил свою руку Джул на талию и, стоя за ней, водит ее рукой с зажатой кисточкой по бумаге. А дальше вообще все пошло, как в дурном кино. Глупые догонялки, объятия и это кружение. Надеюсь, ее стошнит на него.
— Чтоооо? Что этот **** с ней делает? Какого черта он ее целует?
От злости, что волной накрыло меня, все поплыло перед глазами. Дышать стало трудно. Делая более глубокие вдохи, я ударил кулаком по столешнице, но этого было мало. Ломота в разбитых костяшках не перебила душевную боль. Схватив кувшин, что стоял рядом, запустил его в стену. Тот, моментом перелетев через всю кухню, с грохотом врезался и разлетелся на мелкие осколки. Как мне захотелось выскочить на улицу и так же разбить голову этому художнику! Посмотрев опять в окно, я увидел испуганный взгляд
Джул.
— Что я делаю? — рык вырвался из моего горла.
До боли сжав челюсть, я попытался восстановить дыхание. Такая ярость не накрывала меня очень давно. Сразу перед глазами всплыл обрыв и то, что там случилось очень и очень давно. Та же злость — и чем она закончилась?
— Остановись, пока все совсем не испортил! — сам себе приказал я и отвернулся от окна.
Постояв немного, пошел собирать то, что осталось от несчастного кувшина. За этим занятием меня и застал Дэв.
— Дружище, что за шум?
— Я кувшин разбил. – не очень приветливо получилось у меня.
— Об стену? Зачем?
— Муху решил убить.
— Радикальное решение, конечно, но кто я такой, чтоб осуждать. Но мой тебе совет, мухобойкой это делать удобней. – и Дэв протянул мне ручку от кувшина – давай, помогу.
— Спасибо за совет, я сам.
— Слушай, Эрик, что с тобой? Ты какой —то странный в последнее время.
— Не лучший период в жизни, так бывает. Не обращай внимание.
— Если хочешь поговорить, я всегда готов выслушать тебя.
— Будешь моим психологом? — улыбнулся я.
— А почему бы и нет. Так, что вас беспокоит, уважаемый Эрик? — садясь на стул и поправляя средним пальцем воображаемые очки на переносице, совершенно серьезным тоном и с не менее серьезным лицом говорит Дэвид.
В ответ я лишь усмехаюсь. А Дэв, как ни в чем не бывало, продолжает.
— Ну что вы, не стесняйтесь. Доктору, как и священнику, нужно говорить всю правду. Ваша тайна уйдет со мной в могилу.
— Доктор, а можно мне другого психолога? – смеюсь я.
— А вот сейчас было обидно. – делано обижается друг.
— Хотя… – и я задумываюсь – а как ты отреагируешь на то, что я
… влюбился?
— Серьезно? – удивляется Дэв. — Она реальная или существует только в твоем воображении?
— Я серьезно. – голос мой звучит напряженно.
— Ну ты попал, дружище! Вот что, что, а такого не ожидал! Наконец, мечта Сенди осуществилась, и она запала тебе в сердечко! – постукивает себя кулаком по груди парень
. – Конечно, мог и выбрать получше, но о вкусах не спорят. Я рад за тебя!
— А Сенди тут причем? – искренне не понимаю я.
— А ты разве не в нее влюбился?
— Нет. А должен был?
— Ну не знаю, — теряется Дэв. – ты вроде в последние время с ней все тусовался. А вчера не успела она придти, как улетел на целый день.
— И что? Мы с ней даже можно сказать и не встречались. Так иногда время хорошо проводили и все. Она прекрасно знала, что ничего серьезного у нас с ней нет и быть не может. А вчера… дела были.
— Ой, знаю я твои дела! — махнул рукой Дэв.
— Я серьезно. Просто у ее брата были проблемы, и я ей как —то пообещал, что помогу. Вот она и явилась сюда. Мы целый день у юриста вчера были. Да, потом посидели в кафе, и там я ей сказал, что влюбился. Не вижу смысла Сенди обманывать, если в голове другая.
— Кто тогда? Одри? – допытывался друг.
— А она то почему? – возмутился я. – Давай девушку назовем просто «Леди икс».
— Какой ты весь загадочный! Ну ладно, икс, так икс. А ты уверен, что это любовь? Может просто… ну страсть, желание. Ты с ней уже… ммм того или еще нет? — поиграл бровями Дэвид.
— Я сейчас тебя того! Не зли меня! Вот скажи, ты Ксю любишь? – задал я вопрос.
— Точно, рисунок, — бью себя по лбу ладонью и нехотя встаю с кровати.
— Как ты думаешь, что мне лучше надеть? – спрашиваю я у подруги.
— Давай посмотрим, – Ксю распахивает гардероб и начинает перебирать мою одежду.
Через 15 минут наших стараний, мы сходимся на небесно —голубом платье, чуть выше колен. Оно изящно подчеркивает мою талию, а расклешенная юбка с кокетливо выглядывающим подъюбошником по линии низа придает моему образу романтический вид. Да и цвет этого платья создает идеальный контраст с моими волосами.
— Давай собирайся быстрее, а я пойду посмотрю, как там парни, может, уже поубивали друг друга.
Когда я спустилась на кухню, Эрика там уже не было. Легкая грусть коснулась меня. Где он опять?
— Привет, лучик солнца! – Кристиан как всегда светился своей улыбкой.
— Привет! Извини, что задержалась. Проспала.
— Ничего страшного. Я по дороге заехал в пекарню и решил купить тебе круассанов с шоколадом, – и Крис машет бумажным пакетом с выпечкой. – Надеюсь, ты такое любишь?
Ну конечно, откуда ему знать, что я терпеть не могу это слоенное великолепие, да еще и с шоколадом! Прям двойное комбо моей нелюбви, хуже, наверное, сельдерей! Поступок Кристиана весьма милый, конечно, я не скажу, что он не угадал с выбором моего завтрака.
— Да, — звучит мой ответ с легкой улыбкой на губах.
И практически в унисон со мной из дверного проема доносится голос с легкой хрипотцой:
— Нет, она терпеть их не может.
И на кухню, собственной персоной вплывает Эрик. Мое глупое сердце начинает сразу отплясывать канкан, а уголки губ готовы вот
—вот расползтись чуть ли не до самых ушей. Сразу вспоминаю недавний завтрак, где мы обсуждали с Дэвидом
, что лучше есть по утрам, и я невзначай сказала, что не люблю круассаны вообще, а с шоколадом
— тем более. Значит, Эрик услышал и запомнил. Как же это приятно!
«Джулия, ты что тут растаяла, как мороженое на солнце» — прорезается в голове мой внутренний голос на пару с гордостью «У него вообще
—то мисс породистая лошадь есть».
Не обращая внимания ни на кого, Эрик подходит к Крису и забирает пакет с выпечкой.
— Но я вполне могу их за нее съесть, – ухмыляется он.
— А вот и нет! – подлетев к Гризли, выдираю несчастную упаковку с выпечкой и, глядя на Криса, отвечаю на его вопрос — я люблю круассаны! А Эрик, наверное, перепутал меня с какой
—нибудь другой девушкой.
Рядом с собой я слышу хмыканье. Да пусть хоть обхмыкается, дубина двухметровая!
— Джул, а разве ты… – договорить брату я не даю.
— Дэв, отстань! Крис, – обращаюсь я к парню, – пойдем позавтракаем вдвоем на веранде, а то тут душно. И заодно обсудим наш план действий на сегодня.
— Как скажешь, принцесса.
Встав из —за стола, парень, как бы невзначай, задевает плечом Эрика, и я вижу, как у того желваки начинают играть на щеках и брови сходятся на переносице. Честное слово, он так часто это делает, что, наверное, его брови вообще скоро срастутся в одну линию.
Поняв, что обстановка начинает накаляться, я хватаю Криса за руку и волоку быстрее на веранду.
Там, усевшись в плетеное кресло, я просто молчу, уставившись вдаль.
— Джул, если ты не любишь круассаны, не обязательно делать вид, что ты их хочешь съесть. Это я ступил, не поинтересовался, что ты любишь. Но почему —то решил, что девочки любят такую сдобу и шоколад, – извиняющимся голосом говорит парень.
— Все нормально, честное слово. Спасибо, мне очень приятна твоя забота. Правда, все хорошо, – пытаюсь я успокоить Криса.
— А ты их вот так, в сухомятку, есть будешь? Хочешь, я чего —нибудь принесу? Чай, сок?
— Я кофе люблю. Не надо, я сама схожу. Подожди меня, пожалуйста.
На кухне остался только Эрик. У меня возникло дикое желание вернуться на веранду, и поэтому я немного замешкалась в дверном проеме.
— Не стесняйся, Джулия, проходи. Ты решила составить мне компанию? Бросила своего художника? Как его там зовут — Ржавый? — ухмыляется Гризли.
— Медный, а точнее сказать, Кристиан! Я за кофе пришла.
Пока готовилось кофе, я стояла спиной к Эрику и чувствовала его обжигающий взгляд на своей спине. Вдруг, над самым ухом я услышала шепот:
— Мелочь. Обманывать нехорошо! Я же знаю, что ты не любишь эти круассаны. Ты другое любишь, – и парень слегка дует мне в шею.
Он слишком близко подошел ко мне, я ощущаю жар его тела. Мое дыхание замирает.
— Ме —лочь, — опять по слогам, как бы пробуя это несчастное слово, произносит Эрик — ты себе хотя бы не ври.
После этих слов он зарывается носом в мои волосы и жадно вдыхает их аромат.
— Ты мой фиалковый космос, – слышу его хриплый голос.
До боли закусив губу, я стою и боюсь пошевелиться. Мое сердце бьется так громко, что мне кажется, его звук подобен барабану, разносящемуся далеко за пр
еделы моей груди. Время замерло... Задыхаясь от переполняющих меня чувств, таких острых и ярких, я боюсь повернуться и заглянуть в черные глаза. Знаю, что если сейчас посмотрю в них, то точно провалюсь в эту сверкающую бездну. Стоявший за мной парень отходит. А мне хочется кричать: «Ты куда? Не уходи! Обними меня! Пожалуйста!»
— Кофе готово, – спокойный голос парня возвращает меня в реальность.
Развернувшись, я вижу лукавую полуулыбку на его лице.
— Тебя ждет замечательный завтрак с шоколадными круассанами, Мелочь, – его улыбка становится еще шире.
Он издевается надо мной? От гнева у меня темнеет в глазах.
— Наглый Лис! – вырывается у меня. Я помню, как ему не понравилось это обращение. Пусть и сейчас будет неприятно!
Улыбка сразу сходит с лица парня. На лбу появляются гневные морщинки. Эрик медленно, будто реально превратился в Лиса, увидавшего свою добычу, подходит ко мне.
— Я говорил тебе, — не надо меня так называть.
Сколько звенящего металла и холода в этой фразе!
— А я сколько раз просила не называть меня Мелочью? И вообще, катись ты к черту! – оттолкнув парня и схватив кофе, ушла на веранду.
— Я вернулась, – с улыбкой сказала я Крису. – Пять минут и я свободна.
— Не спеши, пожалуйста. У нас полно времени, – вернул мне улыбку парень.
— Мне кажется, – продолжил он – идеально будет посадить тебя вон под то раскидистое дерево.
Эта была старая липа, которая раскинула свои ветви, подобно крыльям гигантской птицы.
— Посмотри, как солнечные лучи пробиваются через зеленое облако листвы! Я уже вижу, как они скользят по твоей молочной коже и исчезают, запутавшись в золотых кудрях!
Взяв плетеное кресло, Крис относит его к дереву, отходит, всматривается, чуть двигает его и опять смотрит. Потом сам себе кивает головой и идет к своей машине. Вскоре под деревом появляется этюдник, и оттуда, как из волшебного сундучка, начинают появляться бумага, кисти, краски, палитра и много других мелочей.
Я вижу, как горят глаза у парня, он такой милый. Надо действительно присмотреться к нему и выкинуть этого Гризли из головы.
— Вау! – говорю я, подходя к парню. – Столько всего интересного тут у тебя! Я готова. Как лучше сесть?
— Принцесса, ты немного испачкалась. – и Крис большим пальцем проводит вдоль губ, немного задержавшись на них, а потом облизывает свой палец, не отрывая взгляда от меня. –
Шоколад, но теперь все хорошо. – улыбается он мне.
Взяв мою руку, он подводит меня к креслу и сажает на него, словно королеву на трон.
— Вот так, — приговаривает он, поправляя мои волосы, – отлично!
Время начинает тянуться, как резиновое. Если бы знала, что так скучно быть моделью для художника, в жизни бы не согласилась!
— Можно посмотр
еть? – через пару часов интересуюсь я.
— Устала? — глаза Криса с теплотой смотрят на меня.
— Мне кажется, еще пять минут в этом кресле и мой портрет, что сейчас ты пишешь, станет посмертным. – совершенно серьезно, не меняя позы и выражения лица, говорю я.
— Принцесса, я этого не переживу, – смеется парень – иди сюда.
— Как здорово у тебя получается, ты талантище! — восхищение переполняет меня.
Портрет дышит легкостью, а невесомые мазки создают симфонию оттенков. Прозрачные, словно утренний туман краски, нежно обволакивают черты лица, придавая им загадочность. Портрет живой, он дышит
, и я это чувствую!
— Как, как так можно творить? Это же безумно сложно!
— Хочешь попробовать? – предлагает мне Крис.
— Ты что? Я не умею.
— Не бойся, я помогу. — и парень убирает мой портрет, прикрепляя новый лист шершавой бумаги, — иди сюда.
Крис ставит меня перед этюдником, а сам заходит мне за спину. Неспешно вкладывает в мою руку кисть и сжимает ее своей ладонью. Вторую его руку я ощущаю на своей талии.
— Расслабься, – слышу я над своим ухом, – ты очень напряжена.
«Серьезно? – проносится у меня в голове, – ты еще поближе подойди и я совсем расслаблюсь»
— Ага. – это все, что я смогла сказать.
Парень, держа мою руку, начинает давать мне урок.
— Так, возьмем немного этой краски, нанесем ее на палитру, теперь вот этой. Ага. Немного воды. Оп, и делаем легкий мазок.
Кисть, зажатая в моих руках и управляемая художником, начинает творить волшебство.
— А теперь попробуй сама. – и Крис отпускает меня.
Макнув кисть в краску, развернувшись, делаю резкий мазок по щеке Кристиана.
— Я попробовала, так мне нравится больше. – смеюсь я.
Парень резко хватает меня за талию и прижимает к себе, свободной рукой отбирает кисть и дотрагивается до кончика моего носа.
— Мне так тоже больше нравится, принцесса.
— Ах. — наиграно восклицаю я и
, вырвавшись из его объятий, убегаю.
Возле крыльца, когда расстояние между нами становится ничтожным, Крис заключает меня в крепкие объятия и, оторвав от земли, начинает кружить, погрузив в вихрь эмоций. Время замедляется, и мы замедляемся вместе с ним. Глаза в глаза. Его жаркое дыхание на моей щеке. Я продолжаю держаться за шею парня, а его руки не спешат ставить меня на землю. Легкий поцелуй в висок, задержавшись, Крис делает вдох и скользит губами по моей скуле.
— Принцесса. – и его дыхание обжигает мне губы.
Закрыв глаза, я отдаюсь новым ощущениям.
Его губы успевают только дотронуться до моих, как в доме раздается грохот. Вздрогнув, я освобождаюсь из объятий и замечаю взгляд черных колючих глаз, что устави
вшихся на меня через кухонное окно. Поправив платье, беру Криса за руку.
— Пойдем, продолжим. Я хочу сегодня получить свой портрет.
— Как скажешь, принцесса.
Идя к дереву, я продолжаю ощущать сверлящий меня тяжелый взгляд. Как вселенная сочетает в себе холод космоса и жар звезд, так же и этот взгляд подобен вселенной. Он обжигал и замораживал меня одновременно.
Эрик
С того момента, как я собрался поговорить по душам с Джулией, у меня все идет через одно место.
Тут еще этот художник появился! Будь он трижды проклят! А эта история с круассанами?! Я же точно знаю, что она терпеть их не может! Зачем тогда устроила эту комедию? Что, так этот убогий ей понравился?!
Долго он будет еще ее портрет там рисовать? Подойдя к окну, я наблюдал за стараниями художника. Бедная девочка, наверное, уже устала позировать! Может, мне выйти и предложить ей сок? Малышка сидела в кресле, как фарфоровая куколка на прилавке из антикварного магазина. Такая же нежная и хрупкая. Сильно захотелось подойти и обнять ее, провести ладонью по золотым кудрям.
Черт, что там происходит? Этот недоумок взял и по —свойски положил свою руку Джул на талию и, стоя за ней, водит ее рукой с зажатой кисточкой по бумаге. А дальше вообще все пошло, как в дурном кино. Глупые догонялки, объятия и это кружение. Надеюсь, ее стошнит на него.
— Чтоооо? Что этот **** с ней делает? Какого черта он ее целует?
От злости, что волной накрыло меня, все поплыло перед глазами. Дышать стало трудно. Делая более глубокие вдохи, я ударил кулаком по столешнице, но этого было мало. Ломота в разбитых костяшках не перебила душевную боль. Схватив кувшин, что стоял рядом, запустил его в стену. Тот, моментом перелетев через всю кухню, с грохотом врезался и разлетелся на мелкие осколки. Как мне захотелось выскочить на улицу и так же разбить голову этому художнику! Посмотрев опять в окно, я увидел испуганный взгляд
Джул.
— Что я делаю? — рык вырвался из моего горла.
До боли сжав челюсть, я попытался восстановить дыхание. Такая ярость не накрывала меня очень давно. Сразу перед глазами всплыл обрыв и то, что там случилось очень и очень давно. Та же злость — и чем она закончилась?
— Остановись, пока все совсем не испортил! — сам себе приказал я и отвернулся от окна.
Постояв немного, пошел собирать то, что осталось от несчастного кувшина. За этим занятием меня и застал Дэв.
— Дружище, что за шум?
— Я кувшин разбил. – не очень приветливо получилось у меня.
— Об стену? Зачем?
— Муху решил убить.
— Радикальное решение, конечно, но кто я такой, чтоб осуждать. Но мой тебе совет, мухобойкой это делать удобней. – и Дэв протянул мне ручку от кувшина – давай, помогу.
— Спасибо за совет, я сам.
— Слушай, Эрик, что с тобой? Ты какой —то странный в последнее время.
— Не лучший период в жизни, так бывает. Не обращай внимание.
— Если хочешь поговорить, я всегда готов выслушать тебя.
— Будешь моим психологом? — улыбнулся я.
— А почему бы и нет. Так, что вас беспокоит, уважаемый Эрик? — садясь на стул и поправляя средним пальцем воображаемые очки на переносице, совершенно серьезным тоном и с не менее серьезным лицом говорит Дэвид.
В ответ я лишь усмехаюсь. А Дэв, как ни в чем не бывало, продолжает.
— Ну что вы, не стесняйтесь. Доктору, как и священнику, нужно говорить всю правду. Ваша тайна уйдет со мной в могилу.
— Доктор, а можно мне другого психолога? – смеюсь я.
— А вот сейчас было обидно. – делано обижается друг.
— Хотя… – и я задумываюсь – а как ты отреагируешь на то, что я
… влюбился?
— Серьезно? – удивляется Дэв. — Она реальная или существует только в твоем воображении?
— Я серьезно. – голос мой звучит напряженно.
— Ну ты попал, дружище! Вот что, что, а такого не ожидал! Наконец, мечта Сенди осуществилась, и она запала тебе в сердечко! – постукивает себя кулаком по груди парень
. – Конечно, мог и выбрать получше, но о вкусах не спорят. Я рад за тебя!
— А Сенди тут причем? – искренне не понимаю я.
— А ты разве не в нее влюбился?
— Нет. А должен был?
— Ну не знаю, — теряется Дэв. – ты вроде в последние время с ней все тусовался. А вчера не успела она придти, как улетел на целый день.
— И что? Мы с ней даже можно сказать и не встречались. Так иногда время хорошо проводили и все. Она прекрасно знала, что ничего серьезного у нас с ней нет и быть не может. А вчера… дела были.
— Ой, знаю я твои дела! — махнул рукой Дэв.
— Я серьезно. Просто у ее брата были проблемы, и я ей как —то пообещал, что помогу. Вот она и явилась сюда. Мы целый день у юриста вчера были. Да, потом посидели в кафе, и там я ей сказал, что влюбился. Не вижу смысла Сенди обманывать, если в голове другая.
— Кто тогда? Одри? – допытывался друг.
— А она то почему? – возмутился я. – Давай девушку назовем просто «Леди икс».
— Какой ты весь загадочный! Ну ладно, икс, так икс. А ты уверен, что это любовь? Может просто… ну страсть, желание. Ты с ней уже… ммм того или еще нет? — поиграл бровями Дэвид.
— Я сейчас тебя того! Не зли меня! Вот скажи, ты Ксю любишь? – задал я вопрос.
