Вскоре она вернулась, держа два бокала с торчащими соломинками в них и наполненными разноцветной жидкостью. Мне она протянула с зеленой, а себе оставила с розовой.
— Попробуй, очень вкусно. Бармен тут просто волшебник. Пей, не бойся. Они с энергетиком, слегка взбодрят, но алкоголя там нет.
Сделав глоток, я отметила действительно приятный вкус.
— Да, правда вкусно. Но ты же меня не за этим позвала? — посмотрела я на блондинку.
— Конечно. Но одно другому не мешает. Ты пей, не стесняйся. Я от всего сердца.
— Спасибо. — сделала я еще несколько глотков.
— Я хотела с тобой об Эрике поговорить, – и ледяные голубые глаза уставились на меня.
Не дожидаясь моего ответа, Сенди продолжила:
— У нас с моим мальчиком серьезные отношения. Он неоднократно это говорил. Мне казалось, что еще немного и он сделает мне предложение. Но… — тут девушка замолчала, теребя соломинку в стакане, тяжело вздохнула и продолжила – в последнее время его как будто подменили. Я пыталась у него узнать, но он стал каким —то нервным, раздражительным. Знаешь, мне даже стало казаться, что у него появилась другая. Но гоню эту мысль. Не может вот так любящий человек взять и поступить со мной. А с другой стороны, ведь бывает, мужчины заводят интрижку на стороне, несмотря на сильную любовь. Да, я понимаю, что любит он меня, а той лишь попользуется и бросит. Но это так больно! Почему мужчины такие животные? Любят одну, а спать готовы с первой попавшейся девкой, что готова при удобном случае раздвинуть свои ноги перед красивым мальчиком, несмотря на наличие у него девушки. Боже, я так люблю его, что готова простить ему эту интрижку. Ну трахнул он там какую —то проститутку, любит то он меня. – слезы покатились по щекам Сенди.
Меня обдало жаром. Щеки пылали. Во рту пересохло. Незаметно для самой себя, осушила весь бокал с коктейлем. В ушах звенело, а сердце колотилось, как ненормальное. Я чувствовала себя такой мерзкой и грязной. Целоваться с чужим женихом, думать о нем. Почему этот придурок и слово не сказал про свою девушку. Ха, а зачем ему говорить? Прав был мой брат. Передо мной появился новый бокал, уже с кроваво
—красным напитком. Смочив пересохшее горло и откашлявшись, спросила:
— От меня ты чего хочешь?
— Только спросить. – взяла меня Сенди за руку. – Я знаю, что вы сейчас живете у Эрика, он приводил другую женщину при вас? Говорил что —то о ней? Прошу, скажи мне. Я хочу посмотреть ей в глаза.
— Я ничего не знаю. – шум в ушах у меня нарастал. Это я так перенервничала? – Эрик никого не приводил. Не знаю, чем тебе помочь.
— Джулия, тебе плохо? Ты как —то странно выглядишь. Сейчас попить принесу. – вскоре Сенди всунула мне в руки бокал с темно —коричневой жидкостью. – Это кола, пей.
От колы легче не стало. Мир, казалось, начал плясать вокруг меня.
— Ну что с тобой такое, ай —ай —ай. Сейчас будет хорошо. – хлопотала вокруг меня блондинка. Но какая —то наигранность скользила в ее словах.
В голове уже была каша. Я почувствовала горячую большую руку, сжавшую мою ладонь. Меня кто —то прижал к себе, положив мою голову на плечо. «Наверное, — это Эрик» — пронеслось в голове.
Хотела оттолкнуть, но сил не было. Просто закрыла глаза. А сквозь вату донеслось: «Сука , будешь знать». Интересно, кому это было адресовано?
Эрик
Поход выдался у нас, конечно, жаркий! Сначала этот недоделанный художник, с так сказать, легендой. Никогда не думал, что мою жизнь станут вот так пересказывать как страшилку у ночного костра. Как меня удивило отношение ко всему этому Джулии. А, точнее сказать, к любви. «За любовь надо бороться до последнего!» прозвучал голос малышки в голове. Ты мне нужна, к черту всех! Я расскажу все, как есть, и решай сама. Наша судьба будет в твоих руках! Но, как назло, разговор все откладывается и откладывается. Вот и сейчас — опять эта работа. Дэв уехал и с договором надо мне поработать. Заберу его в «Звездной пыли» и в офис. Надеюсь, быстро разберусь со всем и пораньше вернусь домой. Меня там ждет она, малышка Джул. Что ждет — это точно, я видел это в ее медовых глазах, когда уезжал.
Ну надо так перепутать в ночи палатки! Я проснулся сразу, как она залезла, но говорить ей об этом не стал. Просто не хотел. Понимал, что перепутала, но мне чертовски сильно захотелось побыть рядом с ней, ощутить ее тепло, почувствовать аромат, что так сводит меня с ума. Джул уснула быстро, прижавшись ко мне. Это было понятно по ее равномерному дыханию. Мой поцелуй в висок не разбудил малышку. Она лишь заерзала, еще ближе прижимаясь ко мне. Честное слово, я чуть не сошел с ума от такой близости! Перебирая ее шелковые локоны, еще долго пытался восстановить свое дыхание и душевное равновесие. Когда она рядом, все остальное вокруг теряло смысл.
Джулия, конечно, разоралась, обнаружив меня рядом с собой. Но, даже если бы она ударила меня,
— я был бы не против. Просто лежать рядом с ней, обнимать и слушать ее дыхание — стоит этого!
Утром у меня было просто отличное настроение, даже упоминание о Сенди не испортило его. В последнее время эта кукла стала напрягать меня. Напридумывала там себе что —то о нас и понять не может, что нас никогда и не было. Дэв заезжал с документами в бар, которые мне теперь надо забрать, и встретил там Сенди. Она даже к нему прицепилась с просьбой передать мне, как сильно скучает. Сама себя мучает, глупая. Я же все объяснил ей. В голове прозвучал голос Дэвида «Ну ты попал, дружище. Блондиночка спит и видит тебя своим» Не люблю прилипчивых женщин. Надеюсь, сегодня не увижу ее в баре. Не хочу в сотый раз объяснять ей одно и тоже. Но видать Боги были не на моей стороне и не успел я войти в «Звездную пыль», как Сенди повисла на моей шее. Что за дурацкая привычка лезть со своими поцелуями при встрече, когда их никто не ждет. Оторвав ее от себя и взяв за предплечье, силой отволок девушку в сторону.
— Любимый, ты куда меня тащишь?
— Не смей меня так называть! – усаживая ее за столик, прорычал я.
Сам сел напротив.
— Зачем ты тогда пришел сюда? Я подумала, что соскучился по мне.
— Нет, я за документами и в офис. Мне надо поработать – устало потер я переносицу.
— Почему мне нельзя называть тебя любимым? Ведь это правда, ты — мой любимый котик!
Сенди вскочила со своего места и, сев рядом со мной, попыталась положить свою голову мне на плечо. Резко дернувшись, отодвинулся от нее.
— Сколько мне раз тебе надо еще объяснять, что между нами все кончено! Да и не было между нами ничего особенного! Хватит липнуть! Пойми же. Это тебя не красит. Имей гордость. Оглянись, вокруг полно мужчин, и ты вполне можешь быть с любым из них.
— Но я с тобой хочу! – схватила меня за руку девушка.
— А я — нет! Все, хватит! — отцепив ее пальцы от себя, я встал.
— Ты так сильно влип в эту рыжую сучку? В пастели с этой тварью лучше, чем со мной? Интересно, что же она такое умеет, что я не могу? Сколько же учителей у этой малышки было? – выплюнув это мне в лицо, расхохоталась Сенди.
Кровавая пелена появилась у меня перед глазами. Схватив резко за плечо эту дуру, что сейчас скалила свой рот, глядя мне в глаза, рывком
поднял ее. Склонившись близко, чтобы ничего она не пропустила, сквозь зубы, чеканя каждое слово, процедил я:
— Слушай меня внимательно! Я никогда не бил женщин, но сейчас у меня просто чешутся руки. Закрой свой грязный рот и не смей ничего говорить в сторону Джулии! Ты меня поняла?
Сенди лишь смотрела на меня и хлопала глазами. Я встряхнул ее, все также удерживая за плечо.
— Ты делаешь мне больно! – пискнула девушка.
— Не слышу ответа! – рычал я.
— Да, поняла! Отпусти меня.
Руки мои разжались, и эта одержимая плюхнулась обратно. Не обращая на ее всхлипывания внимания, вылез из —за столика и пошел за документами. А потом и вовсе уехал в офис.
Каково же было мое удивление, когда, по приезду домой, я не нашел Джулию!
— Мелочь, если ты решила поиграть в прятки, это так себе затея.
Но в ответ была тишина.
— Отлично, что за новое приключение ты мне приготовила? Найду, отшлепаю, как маленькую, – улыбнувшись такой идее, пошел на кухню за соком и тут заметил записку, что преспокойно висела на холодильнике, закрепленная магнитом.
«Эрик! Я уехала по делам в «Звездную пыль».
— Зашибись! Какие к черту у тебя там могут быть дела?! — схватив ключи от машины, пулей помчался в бар.
Мелочь я нашел за столиком в обнимку с каким —то полупьяным утырком. Она положила голову ему на плечо и блаженно улыбалась, а он по —свойски прижимал ее за талию к себе.
— Руки убрал от девушки! – резко переходя в ярость, выкрикнул я.
— Крошка вообще —то сама не против, – пьяно произнесло это чучело.
Дернув плечом он, обратился уже к Джул.
— Скажи, малышка этому грозному дяде, что ты не против.
Мелочь вздрогнула и, не открывая глаз, пролепетала не менее заплетающимся языком.
— Эрик, держи меня, – икнув, продолжила, — а то весь мир почему —то качается.
— Крошка, ну говорил же тебе, что я не Эрик. Я – Джими.
— Зато, я – Эрик, – схватив парня за шиворот, тряхнул его.
— Оу, оу, полегче, парниша.
— Это моя девушка, так что руки убрал, пока не прибил тебя тут, урод! – процедил сквозь зубы я.
— Все, проблемы мне не нужны. Я думал, девочка сама по себе. Минутку, – прислонив Джулию к стене и подняв руки, вылез из —за стола придурок.
— Исчезни быстро! — резким движением отодвинув его от стола, сел к малышке.
— Джул, Джул? – потряс я слегка ее за плече, – Мелочь, мать твою! Открой глаза! Что тут происходит?
Абсолютно пьяные янтарные глаза попытались словить на мне фокус. Широкая улыбка расплылась на лице Джулии.
— Гризли, мой Гризли пришел, – и она потрепала меня за щеки, как плюшевую игрушку.
— Ты зачем так напилась? И как, черт дери, бармена, тебе продал спиртное? Тебе нет 21 года.
— Я не пила спиртное! Ни —ког —да! Это инер… нет… Ик э —нер —ге —тический коктейль. Вот! Ик.
— Не шевелись и подожди меня. – вскочив, я сразу направился к бару.
— Вон там — показав бармену на Джул, что сидела сейчас держась за стол и хлопала своими глазами, – девушка. Ей нет 21 года. Какого рожна, Рик, ты наливал ей?
— Тише, Эрик, тормози, — явно испугался работник бара. – Она и не покупала. Тут все твоя блондиночка мельтешила с коктейлями. Подходила не один раз, брала разные, просила сделать позабористей. Типа, чтобы улететь побыстрее. Но я не могу следить, с кем она тут делилась. Да, видел, сидела она с этой девушкой, — махнув головой в сторону моей пьяной беды, – но я не контролирую, кто там и что пьет.
— Сука, убью ее! Не видел, где эта блондинка сейчас?
— Нет. Где —то тут все крутилась. – И бармен отошел от меня, принимая новый заказ.
Покрутив головой и не увидев Сенди, вернулся за столик.
— Ты плохой мальчик, — грустно сообщила мне Джулия.
— Это еще почему?
— Ты не пошел за муж. – Совершенно серьезно был дан мне ответ.
— Ага. А за кого мне надо было замуж выходить? – аккуратно поинтересовался я.
Джул призадумалась, подперев, наверное, очень тяжелую сейчас голову своим крошечным кулачком.
— Ну за эту, как ее там? Лошадь! – воскликнула девушка.
Вот смеяться или плакать, глядя сейчас на это мелкое, пьяное, кудрявое чудо?!
— Во —первых, — смех я сдерживал с трудом, – мужчины женятся. А во —вторых, зоофилией не страдаю. Какая лошадь может быть?
— Ох, — махнула рукой Джул — не придирайся к словам, пупсик.
— О, пупсик, это что —то новое. Поехали домой, Мелочь.
— Я не поеду с тобой! Иди ты к Сенди! Как ты мог? – И маленький кулачок начал бить меня в грудь. Слезы потекли из кошачьих глаз. — как ты мог? Ну ты как мог? Ты…
— Что опять, малышка? – И я прижал Джулию к себе.
— Не говори только никому, хорошо? Пообещай! – Размазывая слезы по моей рубашке, пробормотала рёва.
— Обещаю. А что именно не говорить?
— Я люблю его! – Шмыгая носом и не отрываясь от меня, прошептала Джул.
— Кого? – Так же тихо спросил я.
— Эрика! – Был мне ответ.
— Глупышка, ты моя, – склонившись к самому ее ух
у, произнес – Эрик тоже любит тебя! — И поцеловал Мелочь в висок.
Говорить о себе в третьем лице было странно. Джулия вдруг перестала рыдать, и взглянув на меня сердито, ну насколько это было возможно сделать в ее состоянии, выпалила:
— Не ври! Эрик любит Сенди. У них свадьба, а он, дурак, заставил меня полюбить… меня, нет, себя. Короче его! Я хочу домой! – и она опять уткнулась мне в грудь.
— Поехали, дурында.
Идти Джулии было весьма трудно, и мне пришлось взять ее на руки. Девушка затихла, а потом посмотрела на меня и начала перебирать мои волосы и хихикать.
— Что смешного? – Поинтересовался я.
— Они меня не слушаются.
— Кто?
— Твои волосы — и Джул попыталась заправить их за ухо — они обратно падают.
— Меня они тоже не слушаются.
— Эрик — пальцы девушки скользят по моим губам, неспешно проводят по скуле,
— ты такой красивый.
Волна жара прокатывается по мне.
— Держись за шею, а то уроню, – немного сурово говорю я.
— Красивый, но злой! – Щелкнув меня по носу, Джулия обняла за шею и положила голову мне на плечо.
Ее жаркое дыхание защекотало кожу. Сердце пустилось в пляс, а пульс отбивает чечетку уже в висках. Вот так бы и держал ее вечность! В машине Джул отрубилась и мило сопела на заднем сиденье,
смешно морща носик.
Дома я уложил малышку в кровать, укрыв пледом. Возникла идея раздеть ее, ведь спать в одежде не очень удобно, но остановил себя. Утром она точно не оценит мою инициативу.
— Спи, маленькая моя.
— Не уходи, – услышал я.
Джулия, не открывая глаз, подвинулась и постучала рядом собой ладонью по кровати, как бы приглашая меня.
— Побудь еще немного моим.
Сев рядом, сразу взял ее за руку. Наши пальцы переплелись. И в то же мгновение Джул положила свою голову мне на колени.
— Я и так твой, девочка моя. Спи, Мелочь.
На рассвете пришлось переложить Джулию на подушку и с неохотой встать с кровати. Впереди меня ждала дальняя дорога и работа.
Оставив на прикроватной тумбочке записку, стакан воды и аспирин, коснулся своими губами ее нежных губ. Как же не хотелось покидать эту комнату! С трудом оторвавшись, пошел к двери.
— Спи, любовь моя, я постараюсь вернуться к балу. Очень постараюсь.
Жалко, что так и не состоялся наш разговор.
Джулия
— Мамочки — неужели это мой голос?
Утро для меня началось не очень. Голова раскалывалась, как будто вчера весь вечер подрабатывала дятлом. Что со мной? Я заболела? Нет, похоже, умираю. Приоткрыв один глаз, заметила на столе стакан, накрытый бумагой, сложенной вдвое.
— А это что?
Взяв этот клочок бумаги, поднесла его к глазам. Записка, судя по тексту, явно от Эрика.
«Доброе утро, Мелочь! Хотя я сомневаюсь, что оно у тебя доброе. Для возвращения в жизнь я оставил тебе таблетки и воду на столе. Пусть они оживят тебя. Впредь советую — не пить все то, что дают тебе чужие люди. Как только вернусь, надеюсь, что успею к балу, нас ждет весьма серьезный разговор!
С заботой о тебе, твой любимый мишка Гризли.
PS: Прости, рисунок так себе, но я — не твой Микеланджело»
Милый медвежонок, явно с намеком на сурового Эрика со сдвинутыми бровями, смотрел на меня с записки.
Так, стоп! Что там написано? Твой любимый мишка Гризли? Это как понимать? Оооо! Сначала надо выпить лекарства, а потом подумать, что вообще было вчера и как с этим жить дальше?
— Попробуй, очень вкусно. Бармен тут просто волшебник. Пей, не бойся. Они с энергетиком, слегка взбодрят, но алкоголя там нет.
Сделав глоток, я отметила действительно приятный вкус.
— Да, правда вкусно. Но ты же меня не за этим позвала? — посмотрела я на блондинку.
— Конечно. Но одно другому не мешает. Ты пей, не стесняйся. Я от всего сердца.
— Спасибо. — сделала я еще несколько глотков.
— Я хотела с тобой об Эрике поговорить, – и ледяные голубые глаза уставились на меня.
Не дожидаясь моего ответа, Сенди продолжила:
— У нас с моим мальчиком серьезные отношения. Он неоднократно это говорил. Мне казалось, что еще немного и он сделает мне предложение. Но… — тут девушка замолчала, теребя соломинку в стакане, тяжело вздохнула и продолжила – в последнее время его как будто подменили. Я пыталась у него узнать, но он стал каким —то нервным, раздражительным. Знаешь, мне даже стало казаться, что у него появилась другая. Но гоню эту мысль. Не может вот так любящий человек взять и поступить со мной. А с другой стороны, ведь бывает, мужчины заводят интрижку на стороне, несмотря на сильную любовь. Да, я понимаю, что любит он меня, а той лишь попользуется и бросит. Но это так больно! Почему мужчины такие животные? Любят одну, а спать готовы с первой попавшейся девкой, что готова при удобном случае раздвинуть свои ноги перед красивым мальчиком, несмотря на наличие у него девушки. Боже, я так люблю его, что готова простить ему эту интрижку. Ну трахнул он там какую —то проститутку, любит то он меня. – слезы покатились по щекам Сенди.
Меня обдало жаром. Щеки пылали. Во рту пересохло. Незаметно для самой себя, осушила весь бокал с коктейлем. В ушах звенело, а сердце колотилось, как ненормальное. Я чувствовала себя такой мерзкой и грязной. Целоваться с чужим женихом, думать о нем. Почему этот придурок и слово не сказал про свою девушку. Ха, а зачем ему говорить? Прав был мой брат. Передо мной появился новый бокал, уже с кроваво
—красным напитком. Смочив пересохшее горло и откашлявшись, спросила:
— От меня ты чего хочешь?
— Только спросить. – взяла меня Сенди за руку. – Я знаю, что вы сейчас живете у Эрика, он приводил другую женщину при вас? Говорил что —то о ней? Прошу, скажи мне. Я хочу посмотреть ей в глаза.
— Я ничего не знаю. – шум в ушах у меня нарастал. Это я так перенервничала? – Эрик никого не приводил. Не знаю, чем тебе помочь.
— Джулия, тебе плохо? Ты как —то странно выглядишь. Сейчас попить принесу. – вскоре Сенди всунула мне в руки бокал с темно —коричневой жидкостью. – Это кола, пей.
От колы легче не стало. Мир, казалось, начал плясать вокруг меня.
— Ну что с тобой такое, ай —ай —ай. Сейчас будет хорошо. – хлопотала вокруг меня блондинка. Но какая —то наигранность скользила в ее словах.
В голове уже была каша. Я почувствовала горячую большую руку, сжавшую мою ладонь. Меня кто —то прижал к себе, положив мою голову на плечо. «Наверное, — это Эрик» — пронеслось в голове.
Хотела оттолкнуть, но сил не было. Просто закрыла глаза. А сквозь вату донеслось: «Сука , будешь знать». Интересно, кому это было адресовано?
Эрик
Поход выдался у нас, конечно, жаркий! Сначала этот недоделанный художник, с так сказать, легендой. Никогда не думал, что мою жизнь станут вот так пересказывать как страшилку у ночного костра. Как меня удивило отношение ко всему этому Джулии. А, точнее сказать, к любви. «За любовь надо бороться до последнего!» прозвучал голос малышки в голове. Ты мне нужна, к черту всех! Я расскажу все, как есть, и решай сама. Наша судьба будет в твоих руках! Но, как назло, разговор все откладывается и откладывается. Вот и сейчас — опять эта работа. Дэв уехал и с договором надо мне поработать. Заберу его в «Звездной пыли» и в офис. Надеюсь, быстро разберусь со всем и пораньше вернусь домой. Меня там ждет она, малышка Джул. Что ждет — это точно, я видел это в ее медовых глазах, когда уезжал.
Ну надо так перепутать в ночи палатки! Я проснулся сразу, как она залезла, но говорить ей об этом не стал. Просто не хотел. Понимал, что перепутала, но мне чертовски сильно захотелось побыть рядом с ней, ощутить ее тепло, почувствовать аромат, что так сводит меня с ума. Джул уснула быстро, прижавшись ко мне. Это было понятно по ее равномерному дыханию. Мой поцелуй в висок не разбудил малышку. Она лишь заерзала, еще ближе прижимаясь ко мне. Честное слово, я чуть не сошел с ума от такой близости! Перебирая ее шелковые локоны, еще долго пытался восстановить свое дыхание и душевное равновесие. Когда она рядом, все остальное вокруг теряло смысл.
Джулия, конечно, разоралась, обнаружив меня рядом с собой. Но, даже если бы она ударила меня,
— я был бы не против. Просто лежать рядом с ней, обнимать и слушать ее дыхание — стоит этого!
Утром у меня было просто отличное настроение, даже упоминание о Сенди не испортило его. В последнее время эта кукла стала напрягать меня. Напридумывала там себе что —то о нас и понять не может, что нас никогда и не было. Дэв заезжал с документами в бар, которые мне теперь надо забрать, и встретил там Сенди. Она даже к нему прицепилась с просьбой передать мне, как сильно скучает. Сама себя мучает, глупая. Я же все объяснил ей. В голове прозвучал голос Дэвида «Ну ты попал, дружище. Блондиночка спит и видит тебя своим» Не люблю прилипчивых женщин. Надеюсь, сегодня не увижу ее в баре. Не хочу в сотый раз объяснять ей одно и тоже. Но видать Боги были не на моей стороне и не успел я войти в «Звездную пыль», как Сенди повисла на моей шее. Что за дурацкая привычка лезть со своими поцелуями при встрече, когда их никто не ждет. Оторвав ее от себя и взяв за предплечье, силой отволок девушку в сторону.
— Любимый, ты куда меня тащишь?
— Не смей меня так называть! – усаживая ее за столик, прорычал я.
Сам сел напротив.
— Зачем ты тогда пришел сюда? Я подумала, что соскучился по мне.
— Нет, я за документами и в офис. Мне надо поработать – устало потер я переносицу.
— Почему мне нельзя называть тебя любимым? Ведь это правда, ты — мой любимый котик!
Сенди вскочила со своего места и, сев рядом со мной, попыталась положить свою голову мне на плечо. Резко дернувшись, отодвинулся от нее.
— Сколько мне раз тебе надо еще объяснять, что между нами все кончено! Да и не было между нами ничего особенного! Хватит липнуть! Пойми же. Это тебя не красит. Имей гордость. Оглянись, вокруг полно мужчин, и ты вполне можешь быть с любым из них.
— Но я с тобой хочу! – схватила меня за руку девушка.
— А я — нет! Все, хватит! — отцепив ее пальцы от себя, я встал.
— Ты так сильно влип в эту рыжую сучку? В пастели с этой тварью лучше, чем со мной? Интересно, что же она такое умеет, что я не могу? Сколько же учителей у этой малышки было? – выплюнув это мне в лицо, расхохоталась Сенди.
Кровавая пелена появилась у меня перед глазами. Схватив резко за плечо эту дуру, что сейчас скалила свой рот, глядя мне в глаза, рывком
поднял ее. Склонившись близко, чтобы ничего она не пропустила, сквозь зубы, чеканя каждое слово, процедил я:
— Слушай меня внимательно! Я никогда не бил женщин, но сейчас у меня просто чешутся руки. Закрой свой грязный рот и не смей ничего говорить в сторону Джулии! Ты меня поняла?
Сенди лишь смотрела на меня и хлопала глазами. Я встряхнул ее, все также удерживая за плечо.
— Ты делаешь мне больно! – пискнула девушка.
— Не слышу ответа! – рычал я.
— Да, поняла! Отпусти меня.
Руки мои разжались, и эта одержимая плюхнулась обратно. Не обращая на ее всхлипывания внимания, вылез из —за столика и пошел за документами. А потом и вовсе уехал в офис.
Каково же было мое удивление, когда, по приезду домой, я не нашел Джулию!
— Мелочь, если ты решила поиграть в прятки, это так себе затея.
Но в ответ была тишина.
— Отлично, что за новое приключение ты мне приготовила? Найду, отшлепаю, как маленькую, – улыбнувшись такой идее, пошел на кухню за соком и тут заметил записку, что преспокойно висела на холодильнике, закрепленная магнитом.
«Эрик! Я уехала по делам в «Звездную пыль».
— Зашибись! Какие к черту у тебя там могут быть дела?! — схватив ключи от машины, пулей помчался в бар.
Мелочь я нашел за столиком в обнимку с каким —то полупьяным утырком. Она положила голову ему на плечо и блаженно улыбалась, а он по —свойски прижимал ее за талию к себе.
— Руки убрал от девушки! – резко переходя в ярость, выкрикнул я.
— Крошка вообще —то сама не против, – пьяно произнесло это чучело.
Дернув плечом он, обратился уже к Джул.
— Скажи, малышка этому грозному дяде, что ты не против.
Мелочь вздрогнула и, не открывая глаз, пролепетала не менее заплетающимся языком.
— Эрик, держи меня, – икнув, продолжила, — а то весь мир почему —то качается.
— Крошка, ну говорил же тебе, что я не Эрик. Я – Джими.
— Зато, я – Эрик, – схватив парня за шиворот, тряхнул его.
— Оу, оу, полегче, парниша.
— Это моя девушка, так что руки убрал, пока не прибил тебя тут, урод! – процедил сквозь зубы я.
— Все, проблемы мне не нужны. Я думал, девочка сама по себе. Минутку, – прислонив Джулию к стене и подняв руки, вылез из —за стола придурок.
— Исчезни быстро! — резким движением отодвинув его от стола, сел к малышке.
— Джул, Джул? – потряс я слегка ее за плече, – Мелочь, мать твою! Открой глаза! Что тут происходит?
Абсолютно пьяные янтарные глаза попытались словить на мне фокус. Широкая улыбка расплылась на лице Джулии.
— Гризли, мой Гризли пришел, – и она потрепала меня за щеки, как плюшевую игрушку.
— Ты зачем так напилась? И как, черт дери, бармена, тебе продал спиртное? Тебе нет 21 года.
— Я не пила спиртное! Ни —ког —да! Это инер… нет… Ик э —нер —ге —тический коктейль. Вот! Ик.
— Не шевелись и подожди меня. – вскочив, я сразу направился к бару.
— Вон там — показав бармену на Джул, что сидела сейчас держась за стол и хлопала своими глазами, – девушка. Ей нет 21 года. Какого рожна, Рик, ты наливал ей?
— Тише, Эрик, тормози, — явно испугался работник бара. – Она и не покупала. Тут все твоя блондиночка мельтешила с коктейлями. Подходила не один раз, брала разные, просила сделать позабористей. Типа, чтобы улететь побыстрее. Но я не могу следить, с кем она тут делилась. Да, видел, сидела она с этой девушкой, — махнув головой в сторону моей пьяной беды, – но я не контролирую, кто там и что пьет.
— Сука, убью ее! Не видел, где эта блондинка сейчас?
— Нет. Где —то тут все крутилась. – И бармен отошел от меня, принимая новый заказ.
Покрутив головой и не увидев Сенди, вернулся за столик.
— Ты плохой мальчик, — грустно сообщила мне Джулия.
— Это еще почему?
— Ты не пошел за муж. – Совершенно серьезно был дан мне ответ.
— Ага. А за кого мне надо было замуж выходить? – аккуратно поинтересовался я.
Джул призадумалась, подперев, наверное, очень тяжелую сейчас голову своим крошечным кулачком.
— Ну за эту, как ее там? Лошадь! – воскликнула девушка.
Вот смеяться или плакать, глядя сейчас на это мелкое, пьяное, кудрявое чудо?!
— Во —первых, — смех я сдерживал с трудом, – мужчины женятся. А во —вторых, зоофилией не страдаю. Какая лошадь может быть?
— Ох, — махнула рукой Джул — не придирайся к словам, пупсик.
— О, пупсик, это что —то новое. Поехали домой, Мелочь.
— Я не поеду с тобой! Иди ты к Сенди! Как ты мог? – И маленький кулачок начал бить меня в грудь. Слезы потекли из кошачьих глаз. — как ты мог? Ну ты как мог? Ты…
— Что опять, малышка? – И я прижал Джулию к себе.
— Не говори только никому, хорошо? Пообещай! – Размазывая слезы по моей рубашке, пробормотала рёва.
— Обещаю. А что именно не говорить?
— Я люблю его! – Шмыгая носом и не отрываясь от меня, прошептала Джул.
— Кого? – Так же тихо спросил я.
— Эрика! – Был мне ответ.
— Глупышка, ты моя, – склонившись к самому ее ух
у, произнес – Эрик тоже любит тебя! — И поцеловал Мелочь в висок.
Говорить о себе в третьем лице было странно. Джулия вдруг перестала рыдать, и взглянув на меня сердито, ну насколько это было возможно сделать в ее состоянии, выпалила:
— Не ври! Эрик любит Сенди. У них свадьба, а он, дурак, заставил меня полюбить… меня, нет, себя. Короче его! Я хочу домой! – и она опять уткнулась мне в грудь.
— Поехали, дурында.
Идти Джулии было весьма трудно, и мне пришлось взять ее на руки. Девушка затихла, а потом посмотрела на меня и начала перебирать мои волосы и хихикать.
— Что смешного? – Поинтересовался я.
— Они меня не слушаются.
— Кто?
— Твои волосы — и Джул попыталась заправить их за ухо — они обратно падают.
— Меня они тоже не слушаются.
— Эрик — пальцы девушки скользят по моим губам, неспешно проводят по скуле,
— ты такой красивый.
Волна жара прокатывается по мне.
— Держись за шею, а то уроню, – немного сурово говорю я.
— Красивый, но злой! – Щелкнув меня по носу, Джулия обняла за шею и положила голову мне на плечо.
Ее жаркое дыхание защекотало кожу. Сердце пустилось в пляс, а пульс отбивает чечетку уже в висках. Вот так бы и держал ее вечность! В машине Джул отрубилась и мило сопела на заднем сиденье,
смешно морща носик.
Дома я уложил малышку в кровать, укрыв пледом. Возникла идея раздеть ее, ведь спать в одежде не очень удобно, но остановил себя. Утром она точно не оценит мою инициативу.
— Спи, маленькая моя.
— Не уходи, – услышал я.
Джулия, не открывая глаз, подвинулась и постучала рядом собой ладонью по кровати, как бы приглашая меня.
— Побудь еще немного моим.
Сев рядом, сразу взял ее за руку. Наши пальцы переплелись. И в то же мгновение Джул положила свою голову мне на колени.
— Я и так твой, девочка моя. Спи, Мелочь.
На рассвете пришлось переложить Джулию на подушку и с неохотой встать с кровати. Впереди меня ждала дальняя дорога и работа.
Оставив на прикроватной тумбочке записку, стакан воды и аспирин, коснулся своими губами ее нежных губ. Как же не хотелось покидать эту комнату! С трудом оторвавшись, пошел к двери.
— Спи, любовь моя, я постараюсь вернуться к балу. Очень постараюсь.
Жалко, что так и не состоялся наш разговор.
Глава 12
Джулия
— Мамочки — неужели это мой голос?
Утро для меня началось не очень. Голова раскалывалась, как будто вчера весь вечер подрабатывала дятлом. Что со мной? Я заболела? Нет, похоже, умираю. Приоткрыв один глаз, заметила на столе стакан, накрытый бумагой, сложенной вдвое.
— А это что?
Взяв этот клочок бумаги, поднесла его к глазам. Записка, судя по тексту, явно от Эрика.
«Доброе утро, Мелочь! Хотя я сомневаюсь, что оно у тебя доброе. Для возвращения в жизнь я оставил тебе таблетки и воду на столе. Пусть они оживят тебя. Впредь советую — не пить все то, что дают тебе чужие люди. Как только вернусь, надеюсь, что успею к балу, нас ждет весьма серьезный разговор!
С заботой о тебе, твой любимый мишка Гризли.
PS: Прости, рисунок так себе, но я — не твой Микеланджело»
Милый медвежонок, явно с намеком на сурового Эрика со сдвинутыми бровями, смотрел на меня с записки.
Так, стоп! Что там написано? Твой любимый мишка Гризли? Это как понимать? Оооо! Сначала надо выпить лекарства, а потом подумать, что вообще было вчера и как с этим жить дальше?
