Ноги сами выводят к кафе, где я еще недавно работала. В окне я вижу Виталика за барной стойкой. Задерживаюсь, завороженно глядя, как он колдует над очередным капучино, выводя новый красивый рисунок. Интересно, какой?
Словно почувствовав мой взгляд, бармен отрывается от чашки и смотрит в окно. Заметив меня, испуганно вздрагивает и отворачивается. Странно, почему? Раньше мы были друзьями. Я даже разрешила ему ночевать у нас с Олей на кухне, когда Виталик на три ночи остался без жилья.
Что-то щелкает у меня в голове. Я быстро вхожу в кафе и останавливаюсь у стойки. Виталик стоит спиной и наливает кофе из кофемашины. Какой же трус! Он даже боится взглянуть мне в глаза.
- Привет, Виталик! – резко говорю я, перекрикивая шум кофемашины.
Он вздрагивает и медленно оборачивается.
- Маша! Какими судьбами?
- Да вот, мимо проходила. Дай, думаю, поблагодарю друга, что сдал мой адрес двум мужикам бандитского вида.
Виталик мнется, окончательно убеждая меня в своей вине.
- Ты извини, Маш, - бубнит он, глядя в сторону. - Они так налетели вчера, чашку разбили… Я сам не понял, как им рассказал.
- Ах, чашку? – Меня трясет от злости, когда я вспоминаю лезвие ножа в нескольких сантиметрах от своего лица и изрезанную сумку.
Что бы со мной было, если бы соседка со второго этажа не вздумала вывести свою овчарку?
- Ты не говорила, что у тебя проблемы, - бормочет он в свое оправдание. - Хоть бы предупредила. Они застали меня врасплох.
Парень отворачивается к кофемашине и берет оттуда чашку капучино.
- Это тебе, Маш.
- Да пошел ты, Виталик!
Развернувшись, я выбегаю из кафе, и меня еще долго преследует аромат капучино. Хоть Виталик и предатель, кофе у него отменный.
Возвращаюсь домой я уже под вечер. С опаской оглядываюсь, подходя к подъезду – не видать ли коллекторов? Но, похоже, они в светлое время людей не пугают.
Уже расслабившись, я вытаскиваю ключи, когда сзади доносится резкий мужской голос:
- Маша!
Вздрогнув, я оборачиваюсь и не верю глазам.
- Как ты меня нашел?!
Передо мной стоит чертовски злой Дэн.
МАЖОР
- Как ты меня нашел?! – ахает Маша.
А я сверлю ее взбешенным взглядом и мечтаю придушить. Из-за нее мне пришлось тащиться на лекции и весь день выслушивать расспросы сокурсников из-за разрыва с Доминикой. Из-за нее я приехал к черту на куличики в спальный район и почти целый час слонялся у ее дома. Я ведь не знаю номера квартиры, только адрес, по которому ее привез таксист.
Да я Доминику никогда столько не ждал, сколько жду эту официантку из задрипанного кафе! И все ради того, чтобы сделать с ней селфи в ресторане и не лишиться кредитной карты.
Она по-прежнему испуганно пялится на меня в ожидании ответа.
- Я тебе такси вызывал, помнишь? Твой адрес сохранился в заказах, - я улыбаюсь. Я сама доброта, тогда как в душе бушует ярость.
Ну почему из всех девушек, живущих в Москве, отец навязал мне именно ее? Да она мне даже не нравится!
Ответ: потому что я сам приволок ее к нам в дом. Идиот. И обижаться могу только на себя.
- И что тебе нужно? – Она смотрит по-прежнему настороженно, как будто совсем не рада мне. Да любая из моих сокурсниц, увидев меня во дворе своего дома, прыгала бы в экстазе и крутила хвостом, как влюбленная болонка! А эта официантка еще кочевряжится!
- Ты почему на звонки не отвечаешь? – Я делаю шаг к ней и притягиваю за руку к себе, как свою собственность.
От неожиданности она замирает и смотрит мне в глаза. Так-то лучше, мышонок. Не рыпайся и слушай меня.
- А ты звонил? – В ее глазах – удивление. – Зачем?
- Хотел убедиться, что ты благополучно добралась домой, - вру я, вспоминая расспросы отца за завтраком. – Час-то был поздний.
В ее взгляде мелькает страх, и она пытается вырвать руку, но я держу крепко.
- Что-то случилось вчера? Таксист тебя обидел?
- Нет, - она поспешно мотает головой. – Все в порядке.
- А телефон?
- Я его потеряла.
- В такси? Тогда я позвоню водителю.
- Нет, - она испуганно вскрикивает. – Он ни при чем. Я потеряла где-то во дворе.
Значит, она меня не игнорила нарочно, и от этого мое настроение почему-то приподнимается.
- Ну, тогда идем. – Я тяну ее за руку со двора, но она упирается.
- Куда?
- Поужинаем вместе. Мы же теперь пара, забыла?
В ее глазах мелькает обреченное выражение. Как будто ей до смерти не хочется идти со мной.
- Только не говори, что ты нарочно выкинула телефон или испортила симку, чтобы я до тебя не дозвонился, - цежу я.
- Нет, я не нарочно, - она вздыхает с таким сожалением, что я ей верю.
Тогда в чем проблема?
- Не хочешь ужинать? Только не говори, что ты на диете.
- Я не на диете, - ее ненакрашенные губы трогает слабая улыбка.
- А выглядишь так, как будто весь день ничего не ела, - замечаю я, глядя на ее бледные впалые щеки.
Если бы я сам ей вчера не сунул двадцать штук, то поверил бы в то, что она голодает и ей не на что купить даже чашку кофе.
- Ты умеешь сделать комплимент, - вяло огрызается она.
- А я и не собираюсь тебе делать комплименты. Я просто хочу тебя накормить.
Снова тяну ее за руку, но она снова противится.
- Что не так? – сержусь я.
- У меня нет денег, - неохотно признается она.
- И когда ты успела все спустить? – удивляюсь я.
Для Доминики двадцать тысяч – мелочевка. Но для официантки из задрипанного кафе – почти месячная зарплата. Или сколько там они получают?
- Потеряла, - она отводит глаза.
- Вместе с телефоном?
- Вместе с телефоном.
Она явно врет, но я не хочу в этом разбираться. Все, что мне от нее нужно, чтобы она пошла со мной в ресторан и сделала общее селфи, которое я предъявлю отцу, чтобы не лишиться карманных денег.
- Я угощаю. Ты же моя девушка.
Она вспыхивает и поднимает глаза.
- Ты же моя? Да, Маша? – настойчиво спрашиваю я и глажу ее по щеке, чувствуя атласную нежность ее кожи и заставляя ее трепетать.
- Да, - еле слышно шепчет Маша, а ее грудь бурно вздымается.
Так-то, мышка. Ты еще будешь умолять себя поцеловать.
Я улыбаюсь, добившись своего, а она добавляет, как будто делает мне великое одолжение:
– Но только на месяц.
- Мне хватит. - Я грубо хватаю ее за руку и тащу за собой со двора.
МАША
Появление Дэна застало меня врасплох. Я не ожидала, что снова его увижу, и уже забыла о вчерашней сделке с его отцом, когда он внезапно объявился у меня во дворе и позвал на ужин.
Ну, как позвал? Приказал. А я была настолько уставшей и голодной, что согласилась. Не съест же он меня за ужином! Зато я впервые за день перехвачу что-то, кроме черствой печеньки.
Мы выходим на улицу, ведущую к метро, и впереди призывно горит вывеска сетевой кофейни.
- Может, в «Шоколадницу» сходим? – робко предлагаю я.
За полгода, что я живу в Москве, я еще ни разу не бывала в этом знаменитом кафе. Только мечтала о том, как расплачусь с долгами и отмечу фирменным кофе и десертом.
- Ты бы еще в «Теремок» предложила, - с презрением фыркает Дэн и тащит меня мимо кофейни.
Я с сожалением провожаю взглядом окна, за которыми беззаботные посетители предаются чревоугодию.
- Что у вас тут приличное есть? – раздраженно спрашивает мажор.
- Библиотека, - с вызовом отвечаю я и указываю на здание на другой стороне улицы.
Не могу сдержать улыбку, когда лицо Дэна пораженно вытягивается. И ему вовсе необязательно знать, что меня саму в библиотеку не пустили, ведь московской регистрации у меня нет. К счастью, у нас в подъезде кто-то из жильцов время от времени выносит ненужные книги, среди которых попадаются и новинки, и мне есть что почитать.
- А поесть? – раздраженно уточняет он.
Я пожимаю плечами:
- Предпочитаю домашнюю еду.
- Ясно.
Он останавливается рядом с автобусной остановкой и вызывает такси. Меня так и подмывает спросить, куда мы едем, но я молчу.
Через минуту появляется машина, и я с наслаждением сажусь на заднее сиденье, давая отдых гудящим ногам. Наверное, сегодня побила свой рекорд по пешим прогулкам на шагомере! Но я вспоминаю, что мой телефон у коллекторов, и настроение сразу портится.
Дэн садится впереди и называет водителю какой-то ресторан, судя по иностранному названию – пафосный и дорогой.
Мы возвращаемся в центр, откуда я только что пришла. Надеюсь, что потом Дэн привезет меня обратно. Второй раз за день я пешком не дойду, да и мои кроссовки того и гляди развалятся.
Я с сомнением смотрю на свои запылившиеся кроссы и думаю, пустят ли меня в них туда, куда меня ведет на ужин Дэн. В «Шоколаднице» они смотрелись бы куда уместней. А еще я слышала, что порции в дорогих ресторанах такие крошечные, что я вряд ли наемся. А сейчас я такая голодная, что слопала бы комплексный обед из трех блюд!
Мы въезжаем в центр и застреваем в пробке.
- Пешком дойдете быстрее, - предлагает таксист, и Дэн неохотно расплачивается и вылезает из машины.
Наследный принц не привык ходить пешком. Наверное, в его мире принято подъезжать к ресторану на белом лимузине и сразу из салона ступать в раскрытые двери, которые придерживает швейцар.
Мажор не помогает мне выйти из машины, но я на это и не рассчитываю. Выхожу сама. Ноги по-прежнему гудят, но я чувствую себя отдохнувшей. А сейчас меня еще и накормят!
- Идем, - бросает Дэн, едва взглянув на меня, и шагает по тротуару мимо дорогих бутиков и ювелирных салонов.
Я тороплюсь за ним, боясь потерять в толпе. Ведь у меня нет телефона, чтобы ему позвонить, и я понятия не имею, куда он меня ведет. Хоть бы за руку взял!
- Ну, где ты там? – Он недовольно оборачивается, и я чуть не налетаю на него.
- Долго еще? – спрашиваю я.
- За углом, - он машет рукой, поторапливая меня. – Идем, угощу тебя устрицами. Ты их, наверное, никогда не ела?
Если честно, я бы предпочла мясную котлету. Но я молчу и с интересом разглядываю горящие окна ресторана, явно очень дорогого, вдоль фасада которого мы идем. А затем бросаю взгляд на свои запыленные кроссовки, снова сомневаясь, что они будут уместны внутри этого роскошного заведения, и спотыкаюсь, налетая на спину Дэна, когда он резко останавливается на углу.
Мажор задвигает меня обратно за угол, но я успеваю увидеть всплеск розовых и сиреневых афрокосичек – Доминика, выйдя из-за руля своего авто, направляется к ресторану. А затем Дэн и сам делает быстрый шаг ко мне, пока девушка его не заметила.
- Может, в «Шоколадницу»? – тихо предлагаю я, словно Доминика может услышать меня в шуме толпы и газующих в пробках авто. – Сегодня мне больше хочется блинчиков, а не устриц.
Замешательство в глазах мажора сменяется облегчением. Для него важно не потерять лицо, и он рад, что я сама предложила ему выход из этой щекотливой ситуации. Ведь он явно не горит желанием оказаться в одном ресторане со мной и со своей девушкой.
- А давай, - соглашается он, беря меня за руку и увлекая от ресторана. – Давно я не ел блинчиков.
МАЖОР
Сводить Машу на ужин оказалось проблемой. Я по привычке назвал таксисту адрес любимого ресторана, но не учел, что это и любимый ресторан Доминики тоже.
Хорошо еще, я увидел Нику входящей туда и дал задний ход. А могли бы столкнуться уже в зале – и вышло бы намного хуже. Доминика была при полном параде, как всегда, а Маша на ее фоне смотрелась нищенкой, кем она и была. Представляю, как бы надо мной потешались знакомые, если бы я заявился в ресторан с Машей в ее пыльных кроссовках. Да и там, в пустом зале, мы были бы видны, как на ладони, а наш разговор был бы слышен всем. Плохая идея!
Поэтому я с радостью ухватился за предложение Маши и повел ее в кафе для бедных студентов. «Шоколадница» с ее многолюдными, гудящими, как улей, залами, как раз то, что нужно, когда хочешь затеряться в толпе со своей ненастоящей девушкой.
Пока я листал меню, поглядывал на Машу. Она оживленно читала страницы, и вид у нее был такой сияющий, словно поход в кофейню для нее – праздник. Может, это я на нее так действую?
- Что посоветуешь взять? – спрашиваю я и вижу, как Маша растерянно замирает. – Какое у тебя любимое блюдо?
- Я не знаю.
- Не знаешь?
- Я здесь в первый раз.
- Ни разу не была в «Шоколаднице»? – не верю я.
- Знаешь ли, не у всех есть волшебная карта, чтобы позволить себе все, - сердито говорит она.
- Тебе повезло, - широко улыбаюсь я, - у тебя есть я.
Машу рукой официанту, чтобы сделать заказ, но он пробегает мимо, даже не повернув головы в нашу сторону. Что за дела?
Сервис кошмарный. Проходит минут десять, а к нам так никто не подходит принять заказ.
- Пойдем отсюда! - Я раздраженно вскакиваю из-за столика. Чтобы я еще хоть раз заглянул в эту отстойную кофейню для нищебродов!
- Куда? – Маша расстроенно встает за мной и провожает голодным взглядом поднос с блинчиками, который проносится мимо.
Я не выдерживаю и хватаю официанта за рукав.
- Примите заказ!
Ловлю раздраженный взгляд – это что-то новенькое, обычно обслуга передо мной лебезит. Но это в дорогих заведениях, а здесь я не постоянный клиент, а один из сотни надоедливых и нетерпеливых посетителей.
- Одну минуточку! - Он убегает со своим подносом, а Маша растерянно смотрит на меня.
Я вижу, как ей хочется остаться, и неохотно опускаюсь обратно за столик. Маша, сияя улыбкой, тоже садится.
Официант наконец-то подходит к нам, я диктую свой заказ – салат, мясо с гарниром. Маша скромно ограничивается фирменными блинчиками с шоколадом и капучино.
- И все? – Я пристально смотрю на нее, и она отводит глаза.
- Мне хватит, - слышу ее тихий голос.
- Принесите девушке еще салат «Цезарь» и запеченную семгу, - командую официанту и запоздало понимаю, что назвал любимые блюда Доминики, которые она всегда заказывает.
Официант забирает меню и уходит, а мы с Машей оказываемся один на один за пустым столом. Ни руки нечем занять, ни говорить не о чем.
Достаю айфон и листаю Инстаграм. А что, я не обязан ее развлекать!
Другая бы возмутилась, но Маша с любопытством оглядывается по сторонам. Как будто впервые очутилась в кафе и ей интересно здесь все, кроме меня.
Открываю блог Доминики. Так и знал – она уже выставила свежее селфи из ресторана. Листаю ниже и вижу, что ее утренний пост о нашем разрыве уже собрал две тысячи лайков. Среди тех, кто лайкнул, даже Майк и Бэмби. Друзья, называются! А ведь они думают, что мы расстались по-настоящему.
Раздраженно откладываю айфон и смотрю на Машу. Я боялся, что она будет трещать без умолку, а она сидит и молчит с улыбкой Моны Лизы.
- Расскажи о себе, что ли, - говорю я.
Улыбка исчезает с лица Маши, и она ощутимо напрягается.
- Зачем?
- Ну, ты же моя девушка, - усмехаюсь я.
- Понарошку, - нервно добавляет она.
- Я помню, - продолжаю сверлить ее насмешливым взглядом, и она смущается. – Учишься где-то?
Мог бы и не спрашивать, и так знаю, что нет. Но мне нравится, как она вспыхивает и неохотно признается:
- Нет.
- А что так? Мечтаешь скорее выйти замуж и нарожать деток? – напоминаю я вчерашний разговор за ужином у нас дома.
Ее щеки краснеют еще сильней.
- Я пойду учиться, но позже, - выпаливает она и осекается, словно сболтнула лишнего.
- А что мешает сейчас? Или тебе нравится работать официанткой?
- На учебу нужны деньги. Поэтому я работаю.
- А родители? – спрашиваю я. Что это за родители, которые не могут выучить своего ребенка? Зачем тогда вообще было рожать?
Словно почувствовав мой взгляд, бармен отрывается от чашки и смотрит в окно. Заметив меня, испуганно вздрагивает и отворачивается. Странно, почему? Раньше мы были друзьями. Я даже разрешила ему ночевать у нас с Олей на кухне, когда Виталик на три ночи остался без жилья.
Что-то щелкает у меня в голове. Я быстро вхожу в кафе и останавливаюсь у стойки. Виталик стоит спиной и наливает кофе из кофемашины. Какой же трус! Он даже боится взглянуть мне в глаза.
- Привет, Виталик! – резко говорю я, перекрикивая шум кофемашины.
Он вздрагивает и медленно оборачивается.
- Маша! Какими судьбами?
- Да вот, мимо проходила. Дай, думаю, поблагодарю друга, что сдал мой адрес двум мужикам бандитского вида.
Виталик мнется, окончательно убеждая меня в своей вине.
- Ты извини, Маш, - бубнит он, глядя в сторону. - Они так налетели вчера, чашку разбили… Я сам не понял, как им рассказал.
- Ах, чашку? – Меня трясет от злости, когда я вспоминаю лезвие ножа в нескольких сантиметрах от своего лица и изрезанную сумку.
Что бы со мной было, если бы соседка со второго этажа не вздумала вывести свою овчарку?
- Ты не говорила, что у тебя проблемы, - бормочет он в свое оправдание. - Хоть бы предупредила. Они застали меня врасплох.
Парень отворачивается к кофемашине и берет оттуда чашку капучино.
- Это тебе, Маш.
- Да пошел ты, Виталик!
Развернувшись, я выбегаю из кафе, и меня еще долго преследует аромат капучино. Хоть Виталик и предатель, кофе у него отменный.
Возвращаюсь домой я уже под вечер. С опаской оглядываюсь, подходя к подъезду – не видать ли коллекторов? Но, похоже, они в светлое время людей не пугают.
Уже расслабившись, я вытаскиваю ключи, когда сзади доносится резкий мужской голос:
- Маша!
Вздрогнув, я оборачиваюсь и не верю глазам.
- Как ты меня нашел?!
Передо мной стоит чертовски злой Дэн.
МАЖОР
- Как ты меня нашел?! – ахает Маша.
А я сверлю ее взбешенным взглядом и мечтаю придушить. Из-за нее мне пришлось тащиться на лекции и весь день выслушивать расспросы сокурсников из-за разрыва с Доминикой. Из-за нее я приехал к черту на куличики в спальный район и почти целый час слонялся у ее дома. Я ведь не знаю номера квартиры, только адрес, по которому ее привез таксист.
Да я Доминику никогда столько не ждал, сколько жду эту официантку из задрипанного кафе! И все ради того, чтобы сделать с ней селфи в ресторане и не лишиться кредитной карты.
Она по-прежнему испуганно пялится на меня в ожидании ответа.
- Я тебе такси вызывал, помнишь? Твой адрес сохранился в заказах, - я улыбаюсь. Я сама доброта, тогда как в душе бушует ярость.
Ну почему из всех девушек, живущих в Москве, отец навязал мне именно ее? Да она мне даже не нравится!
Ответ: потому что я сам приволок ее к нам в дом. Идиот. И обижаться могу только на себя.
- И что тебе нужно? – Она смотрит по-прежнему настороженно, как будто совсем не рада мне. Да любая из моих сокурсниц, увидев меня во дворе своего дома, прыгала бы в экстазе и крутила хвостом, как влюбленная болонка! А эта официантка еще кочевряжится!
- Ты почему на звонки не отвечаешь? – Я делаю шаг к ней и притягиваю за руку к себе, как свою собственность.
От неожиданности она замирает и смотрит мне в глаза. Так-то лучше, мышонок. Не рыпайся и слушай меня.
- А ты звонил? – В ее глазах – удивление. – Зачем?
- Хотел убедиться, что ты благополучно добралась домой, - вру я, вспоминая расспросы отца за завтраком. – Час-то был поздний.
В ее взгляде мелькает страх, и она пытается вырвать руку, но я держу крепко.
- Что-то случилось вчера? Таксист тебя обидел?
- Нет, - она поспешно мотает головой. – Все в порядке.
- А телефон?
- Я его потеряла.
- В такси? Тогда я позвоню водителю.
- Нет, - она испуганно вскрикивает. – Он ни при чем. Я потеряла где-то во дворе.
Значит, она меня не игнорила нарочно, и от этого мое настроение почему-то приподнимается.
- Ну, тогда идем. – Я тяну ее за руку со двора, но она упирается.
- Куда?
- Поужинаем вместе. Мы же теперь пара, забыла?
В ее глазах мелькает обреченное выражение. Как будто ей до смерти не хочется идти со мной.
- Только не говори, что ты нарочно выкинула телефон или испортила симку, чтобы я до тебя не дозвонился, - цежу я.
- Нет, я не нарочно, - она вздыхает с таким сожалением, что я ей верю.
Тогда в чем проблема?
- Не хочешь ужинать? Только не говори, что ты на диете.
- Я не на диете, - ее ненакрашенные губы трогает слабая улыбка.
- А выглядишь так, как будто весь день ничего не ела, - замечаю я, глядя на ее бледные впалые щеки.
Если бы я сам ей вчера не сунул двадцать штук, то поверил бы в то, что она голодает и ей не на что купить даже чашку кофе.
- Ты умеешь сделать комплимент, - вяло огрызается она.
- А я и не собираюсь тебе делать комплименты. Я просто хочу тебя накормить.
Снова тяну ее за руку, но она снова противится.
- Что не так? – сержусь я.
- У меня нет денег, - неохотно признается она.
- И когда ты успела все спустить? – удивляюсь я.
Для Доминики двадцать тысяч – мелочевка. Но для официантки из задрипанного кафе – почти месячная зарплата. Или сколько там они получают?
- Потеряла, - она отводит глаза.
- Вместе с телефоном?
- Вместе с телефоном.
Она явно врет, но я не хочу в этом разбираться. Все, что мне от нее нужно, чтобы она пошла со мной в ресторан и сделала общее селфи, которое я предъявлю отцу, чтобы не лишиться карманных денег.
- Я угощаю. Ты же моя девушка.
Она вспыхивает и поднимает глаза.
- Ты же моя? Да, Маша? – настойчиво спрашиваю я и глажу ее по щеке, чувствуя атласную нежность ее кожи и заставляя ее трепетать.
- Да, - еле слышно шепчет Маша, а ее грудь бурно вздымается.
Так-то, мышка. Ты еще будешь умолять себя поцеловать.
Я улыбаюсь, добившись своего, а она добавляет, как будто делает мне великое одолжение:
– Но только на месяц.
- Мне хватит. - Я грубо хватаю ее за руку и тащу за собой со двора.
Прода от 05.02.2021, 18:01
Глава 8
МАША
Появление Дэна застало меня врасплох. Я не ожидала, что снова его увижу, и уже забыла о вчерашней сделке с его отцом, когда он внезапно объявился у меня во дворе и позвал на ужин.
Ну, как позвал? Приказал. А я была настолько уставшей и голодной, что согласилась. Не съест же он меня за ужином! Зато я впервые за день перехвачу что-то, кроме черствой печеньки.
Мы выходим на улицу, ведущую к метро, и впереди призывно горит вывеска сетевой кофейни.
- Может, в «Шоколадницу» сходим? – робко предлагаю я.
За полгода, что я живу в Москве, я еще ни разу не бывала в этом знаменитом кафе. Только мечтала о том, как расплачусь с долгами и отмечу фирменным кофе и десертом.
- Ты бы еще в «Теремок» предложила, - с презрением фыркает Дэн и тащит меня мимо кофейни.
Я с сожалением провожаю взглядом окна, за которыми беззаботные посетители предаются чревоугодию.
- Что у вас тут приличное есть? – раздраженно спрашивает мажор.
- Библиотека, - с вызовом отвечаю я и указываю на здание на другой стороне улицы.
Не могу сдержать улыбку, когда лицо Дэна пораженно вытягивается. И ему вовсе необязательно знать, что меня саму в библиотеку не пустили, ведь московской регистрации у меня нет. К счастью, у нас в подъезде кто-то из жильцов время от времени выносит ненужные книги, среди которых попадаются и новинки, и мне есть что почитать.
- А поесть? – раздраженно уточняет он.
Я пожимаю плечами:
- Предпочитаю домашнюю еду.
- Ясно.
Он останавливается рядом с автобусной остановкой и вызывает такси. Меня так и подмывает спросить, куда мы едем, но я молчу.
Через минуту появляется машина, и я с наслаждением сажусь на заднее сиденье, давая отдых гудящим ногам. Наверное, сегодня побила свой рекорд по пешим прогулкам на шагомере! Но я вспоминаю, что мой телефон у коллекторов, и настроение сразу портится.
Дэн садится впереди и называет водителю какой-то ресторан, судя по иностранному названию – пафосный и дорогой.
Мы возвращаемся в центр, откуда я только что пришла. Надеюсь, что потом Дэн привезет меня обратно. Второй раз за день я пешком не дойду, да и мои кроссовки того и гляди развалятся.
Я с сомнением смотрю на свои запылившиеся кроссы и думаю, пустят ли меня в них туда, куда меня ведет на ужин Дэн. В «Шоколаднице» они смотрелись бы куда уместней. А еще я слышала, что порции в дорогих ресторанах такие крошечные, что я вряд ли наемся. А сейчас я такая голодная, что слопала бы комплексный обед из трех блюд!
Мы въезжаем в центр и застреваем в пробке.
- Пешком дойдете быстрее, - предлагает таксист, и Дэн неохотно расплачивается и вылезает из машины.
Наследный принц не привык ходить пешком. Наверное, в его мире принято подъезжать к ресторану на белом лимузине и сразу из салона ступать в раскрытые двери, которые придерживает швейцар.
Мажор не помогает мне выйти из машины, но я на это и не рассчитываю. Выхожу сама. Ноги по-прежнему гудят, но я чувствую себя отдохнувшей. А сейчас меня еще и накормят!
- Идем, - бросает Дэн, едва взглянув на меня, и шагает по тротуару мимо дорогих бутиков и ювелирных салонов.
Я тороплюсь за ним, боясь потерять в толпе. Ведь у меня нет телефона, чтобы ему позвонить, и я понятия не имею, куда он меня ведет. Хоть бы за руку взял!
- Ну, где ты там? – Он недовольно оборачивается, и я чуть не налетаю на него.
- Долго еще? – спрашиваю я.
- За углом, - он машет рукой, поторапливая меня. – Идем, угощу тебя устрицами. Ты их, наверное, никогда не ела?
Если честно, я бы предпочла мясную котлету. Но я молчу и с интересом разглядываю горящие окна ресторана, явно очень дорогого, вдоль фасада которого мы идем. А затем бросаю взгляд на свои запыленные кроссовки, снова сомневаясь, что они будут уместны внутри этого роскошного заведения, и спотыкаюсь, налетая на спину Дэна, когда он резко останавливается на углу.
Мажор задвигает меня обратно за угол, но я успеваю увидеть всплеск розовых и сиреневых афрокосичек – Доминика, выйдя из-за руля своего авто, направляется к ресторану. А затем Дэн и сам делает быстрый шаг ко мне, пока девушка его не заметила.
- Может, в «Шоколадницу»? – тихо предлагаю я, словно Доминика может услышать меня в шуме толпы и газующих в пробках авто. – Сегодня мне больше хочется блинчиков, а не устриц.
Замешательство в глазах мажора сменяется облегчением. Для него важно не потерять лицо, и он рад, что я сама предложила ему выход из этой щекотливой ситуации. Ведь он явно не горит желанием оказаться в одном ресторане со мной и со своей девушкой.
- А давай, - соглашается он, беря меня за руку и увлекая от ресторана. – Давно я не ел блинчиков.
МАЖОР
Сводить Машу на ужин оказалось проблемой. Я по привычке назвал таксисту адрес любимого ресторана, но не учел, что это и любимый ресторан Доминики тоже.
Хорошо еще, я увидел Нику входящей туда и дал задний ход. А могли бы столкнуться уже в зале – и вышло бы намного хуже. Доминика была при полном параде, как всегда, а Маша на ее фоне смотрелась нищенкой, кем она и была. Представляю, как бы надо мной потешались знакомые, если бы я заявился в ресторан с Машей в ее пыльных кроссовках. Да и там, в пустом зале, мы были бы видны, как на ладони, а наш разговор был бы слышен всем. Плохая идея!
Поэтому я с радостью ухватился за предложение Маши и повел ее в кафе для бедных студентов. «Шоколадница» с ее многолюдными, гудящими, как улей, залами, как раз то, что нужно, когда хочешь затеряться в толпе со своей ненастоящей девушкой.
Пока я листал меню, поглядывал на Машу. Она оживленно читала страницы, и вид у нее был такой сияющий, словно поход в кофейню для нее – праздник. Может, это я на нее так действую?
- Что посоветуешь взять? – спрашиваю я и вижу, как Маша растерянно замирает. – Какое у тебя любимое блюдо?
- Я не знаю.
- Не знаешь?
- Я здесь в первый раз.
- Ни разу не была в «Шоколаднице»? – не верю я.
- Знаешь ли, не у всех есть волшебная карта, чтобы позволить себе все, - сердито говорит она.
- Тебе повезло, - широко улыбаюсь я, - у тебя есть я.
Машу рукой официанту, чтобы сделать заказ, но он пробегает мимо, даже не повернув головы в нашу сторону. Что за дела?
Сервис кошмарный. Проходит минут десять, а к нам так никто не подходит принять заказ.
- Пойдем отсюда! - Я раздраженно вскакиваю из-за столика. Чтобы я еще хоть раз заглянул в эту отстойную кофейню для нищебродов!
- Куда? – Маша расстроенно встает за мной и провожает голодным взглядом поднос с блинчиками, который проносится мимо.
Я не выдерживаю и хватаю официанта за рукав.
- Примите заказ!
Ловлю раздраженный взгляд – это что-то новенькое, обычно обслуга передо мной лебезит. Но это в дорогих заведениях, а здесь я не постоянный клиент, а один из сотни надоедливых и нетерпеливых посетителей.
- Одну минуточку! - Он убегает со своим подносом, а Маша растерянно смотрит на меня.
Я вижу, как ей хочется остаться, и неохотно опускаюсь обратно за столик. Маша, сияя улыбкой, тоже садится.
Официант наконец-то подходит к нам, я диктую свой заказ – салат, мясо с гарниром. Маша скромно ограничивается фирменными блинчиками с шоколадом и капучино.
- И все? – Я пристально смотрю на нее, и она отводит глаза.
- Мне хватит, - слышу ее тихий голос.
- Принесите девушке еще салат «Цезарь» и запеченную семгу, - командую официанту и запоздало понимаю, что назвал любимые блюда Доминики, которые она всегда заказывает.
Официант забирает меню и уходит, а мы с Машей оказываемся один на один за пустым столом. Ни руки нечем занять, ни говорить не о чем.
Достаю айфон и листаю Инстаграм. А что, я не обязан ее развлекать!
Другая бы возмутилась, но Маша с любопытством оглядывается по сторонам. Как будто впервые очутилась в кафе и ей интересно здесь все, кроме меня.
Открываю блог Доминики. Так и знал – она уже выставила свежее селфи из ресторана. Листаю ниже и вижу, что ее утренний пост о нашем разрыве уже собрал две тысячи лайков. Среди тех, кто лайкнул, даже Майк и Бэмби. Друзья, называются! А ведь они думают, что мы расстались по-настоящему.
Раздраженно откладываю айфон и смотрю на Машу. Я боялся, что она будет трещать без умолку, а она сидит и молчит с улыбкой Моны Лизы.
- Расскажи о себе, что ли, - говорю я.
Улыбка исчезает с лица Маши, и она ощутимо напрягается.
- Зачем?
- Ну, ты же моя девушка, - усмехаюсь я.
- Понарошку, - нервно добавляет она.
- Я помню, - продолжаю сверлить ее насмешливым взглядом, и она смущается. – Учишься где-то?
Мог бы и не спрашивать, и так знаю, что нет. Но мне нравится, как она вспыхивает и неохотно признается:
- Нет.
- А что так? Мечтаешь скорее выйти замуж и нарожать деток? – напоминаю я вчерашний разговор за ужином у нас дома.
Ее щеки краснеют еще сильней.
- Я пойду учиться, но позже, - выпаливает она и осекается, словно сболтнула лишнего.
- А что мешает сейчас? Или тебе нравится работать официанткой?
- На учебу нужны деньги. Поэтому я работаю.
- А родители? – спрашиваю я. Что это за родители, которые не могут выучить своего ребенка? Зачем тогда вообще было рожать?
